290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Аran meleth (СИ) » Текст книги (страница 8)
Аran meleth (СИ)
  • Текст добавлен: 23 ноября 2019, 22:00

Текст книги "Аran meleth (СИ)"


Автор книги: Herr_Goth






сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

– Я причинил тебе столько боли! Как я мог так мучить тебя?! Это ужасно, умоляю, прости меня! – король хотел взять его за руку, но заметил на тонком запястье чуть порозовевшие от крови бинты и отдернул руку. – Как я отвратителен себе. Едва ли я смогу когда-нибудь искупить свою вину…

Саурон чуть улыбнулся, наблюдая за терзаниями эльфа.

– Не говори глупости. К завтрашнему дню уже затянутся все раны, а еще через пару дней не останется даже шрамов. – Сказал майа, накрыв руку эльфа своей. – И ты можешь искупить свою вину прямо сейчас.

Трандуил замер, не веря своим ушам.

– Как я могу искупить свою вину? – затаив дыхание, спросил он.

– Очень просто. Скажи мне слова, что сделают меня счастливым.

Глаза короля радостно засияли. Он склонился над лежащим майа и кончиками пальцев осторожно провел по его щеке.

– Я люблю тебя, – сказал Трандуил прежде, чем поцеловать Саурона, – о валар, как же я тебя люблю! И я слишком редко говорил тебе об этом в последнее время.

Он впился требовательным поцелуем в губы майа и ощущая такой трепет, будто это был первый их поцелуй. Эльф почувствовал, как рука Майрона легла ему на затылок, не позволяя отстраниться. Но после поцелуя ничего не последовало, майа был слишком слаб и больше всего нуждался в отдыхе, король это прекрасно видел. Он лишь коснулся губами его щеки и сел в стоящее рядом кресло. Вскоре глаза Тёмного Властелина закрылись, и он погрузился в сон. Трандуил всю ночь не отпускал его руки и не отходил ни на шаг.

Трандуил никогда не подумал бы, что простое желание попробовать себя в роли жестокого палача, побыть на месте возлюбленного Майрона будет стоить ему так дорого; видно, для этого требовалась не одна несгибаемая жестокость и желание слышать крики чужой боли, но и ум, а главное – умение не перейти черту. И он отныне пообещал себе никогда больше не пытаться занять его место. Хотя Саурон и утешал его, рыдающего перед ним на коленях, и говорил, что ничего ужасного не случилось, короля сильно это поразило. Ему казалось, что черная тень собственной жестокости стоит у него за спиной и вселяет в него холод. Он обернулся – и увидел позади себя Хэлкара, который стоял вдалеке, при входе в огромный зал, и смотрел на них. Эльф тихонько вздохнул.

– Даже назгул оказался более верен тебе, чем я.

– О чем ты? – Саурон поднял эльфа к себе, притянул и поцеловал. Трандуил неуверенно сорвал поцелуй с его губ, вылизывая их и остатки соленых капель крови, что застыли в уголках. – Но ты прав, – добавил майа, – его следовало бы наградить. Подойди сюда!

– Хэлкар!

Тот словно не верил, что его зовут, и приблизился неуверенно.

– Ты спас моего господина, – сказал эльф, опустив голову перед ним.

– Поэтому я решил создать тебе новое тело. Кажется, в этот раз своим призрачным образом ты слишком напугал моего чересчур впечатлительного супруга! – Саурон рассмеялся. К нему возвращались и силы, и чувство юмора.

Назгул встал напротив ложа, Саурон приподнялся, взмах рукой – и темная пустота под доспехами начала преображаться. Призрачное тело обрело плоть и кровь, виднелось бледное печальное лицо в обрамлении черных волос, темно-серые глаза с затаившейся горечью на их дне, и Трандуил с удивлением для себя отметил, что Хэлкар куда более молод, чем он считал: на него смотрел не древний старец, а юноша, хотя и излишне мрачный. Эльф протянул к нему руку, несмело дотрагиваясь – она была холодна как лед.

– Еще раз благодарю тебя.

– Это лишнее, – Хэлкар отнял руку и будто бы вздрогнул: видимо, ему и самому чужое прикосновение показалось странным, слишком горячим и необычным.

– Ты на редкость хорош собой, – заметил Трандуил. – Правда?

Саурон кивнул, тоже смотря на назгула. Но тот не уходил и все так же стоял, не сводя глаз с майа и эльфа.

– Вы тоже, мой господин.

Он поклонился, развернулся быстро и хотел уйти, но Саурон приказал вдруг ему остаться.

– Ты можешь наказать меня… Так, чтобы я запомнил этот урок. – И эльф вложил ему в руки плеть.

Хэлкар поднял неуверенный взгляд на Саурона, и тот кивнул ему. Тогда назгул взялся за плеть более уверенно. Он сорвал с Трандуила плащ и платье, обнажая светлую кожу, и замахнулся, но не слишком сильно: он не хотел быть слишком жесток с любимым супругом своего господина, и все происходящее казалось ему странной игрой. Он хлестнул его раз, другой, как зачарованный, смотрел на красноватые полосы, расплывавшиеся на коже эльфа, слышал его стоны, за которыми слышалось нечто большее, чем боль (неужели удовольствие?) и решился дотронуться кончиками пальцев, поражаясь нежной коже эльфа; а затем еще и еще раз.

– Я не хотел тебе делать больно, дивный.

– Ну, довольно, довольно. Скоро я начну ревновать вас обоих, – Саурон вывел назгула из задумчивого состояния. – А тебе, милый мой, скоро не будет равных в искусстве очаровывать. Кажется, ты набрался его от меня… Или просто раскрыл собственный потенциал – кто знает?

И он нагнулся к Трандуилу, собственнически кусая его в приоткрытые губы.

Он, конечно, прекрасно видел тайные помыслы и желания своего любимого эльфа и сам считал, что их жизнь неплохо бы разнообразить, да и Хэлкар не был бы против. И потом, он заслужил дара за долгую верную службу…

– Что, если я подарю тебя ему, Трандуил? Ненадолго… А ты, Хэлкар, хочешь услышать, как соблазнительно этот эльф умеет стонать и закусывать губы? Можешь приволочь его на поводке перед целой армией орков и наслаждаться тем, как краснеют от стыда его ушки…

Но это явно было бы слишком, и назгул не решился.

– Позвольте, я накажу его здесь, на ваших глазах.

Саурон кивнул. Он был пока слаб, растянутые мышцы ломило, но он не отказался бы полюбоваться двумя прекрасными верными ему существами.

– Хорошо. Но не увлекайся слишком. Его раны не затянутся так быстро, как мои. И не забывай, что я ревную. Не слишком-то привязывайся к нему, Хэлкар. Это мой король. Начинай.

Но тот стоял неуверенно. Трандуил видел, что тот, должно быть, воспитан куда более строго, да и вообще мало что видел за все сотни лет, кроме орков, муштры, безжизненной мордорской равнины внизу и своего призрачного коня. Но это лишь добавляло ему соблазнительности. “Позволь мне”, – раздалось откуда-то снизу, и Хэлкар увидел эльфа на коленях перед собой. Тот ловкими пальцами проникал под его доспехи, и те упали на пол с громким лязгом, а его холодную плоть накрыл влажный горячий рот этого эльфа, и издал первый стон. Язык то вылизывал его осторожно, то проникал в такие чувствительные места, о которых он успел и забыть. Колени подкашивались, и он едва не упал. Его руки легли на голову этому развратному эльфу, заставляя глубже раскрывать рот и вбирать его член в себя, и тот подчинялся, пока Хэлкар наматывал на руку шелк его волос.

С непривычки он даже не смог сдержать себя и кончил почти что сразу. Саурон почти насильно отстранил его.

– Довольно с тебя. Я уже говорил, что я ревную вас обоих? Хоть вы и составляете достаточно прекрасное зрелище – настоящая услада для моих глаз. Но ты все-таки держись от моего супруга подальше, Хэлкар. А то он западет тебе в душу, и ты полюбишь его, а потом унесешь его далеко прочь. А мне вовсе не хочется разыскивать его целую вечность, а потом казнить вас обоих. Тем более, что казнить назгула – дело непростое. Не то, что эльфа, верно, Трандуил?

И эльф под насмешливым взглядом майа тоже покраснел до кончиков ушей.

– И потом, у нас ведь семья, дети… Может, мне надо было сделать тебе нескольких эльфят, а, Трандуил, чтобы привязать к себе как следует? Раз уж ты до сих пор готов предлагать себя любому встречному.

И майа вскочил, и на теле его не было ни следов, ни шрама после прошедшей ночи и долгой череды пыток, что он терпел. Он рассмеялся, глаза его сверкнули оранжевым огнем.

– Я делал это для вашего удовольствия, господин мой, – проговорил эльф, краснея и опустив глаза.

– Правда? – мурлыкнул тот. Что ж, придется признать, что ты слишком хорош, чтобы делиться тобой с кем-либо еще. Ты свободен, Хэлкар.

Назгул исчез одновременно с облегчением и разочарованием на лице.

– Надеюсь, он и впрямь не влюбится в тебя. Этого мне не хватало.

– Что тогда будет, господин мой?

Трандуил подобрался ближе, обхватив его колени и не отпуская, заглядывая в глаза Саурону с той чистотой невинности, которая так поражала майа.

– Вы казните его?

– Я? Если найду, то, конечно, казню обоих. А может быть, он унесет тебя далеко на юг, в Кханд или Харад, ты быстро надоешь ему своими капризами и несносным характером, он продаст тебя восточным торговцам или бродячему каравану, и ты окончишь дни в гареме у какого-нибудь падишаха, прикованный к стене и предназначенный лишь удовлетворять его нужды.

И майа вновь расхохотался, наблюдая, как эльф бледнеет и в ужасе качает головой.

– Хорошо, хорошо, не бойся. Иди сюда.

И он уже совершенно собственнически подмял его под себя на постели и лег сверху, не отпуская, показывая всем видом, что не готов делиться любимым супругом хоть с кем-то еще. Трандуил отдавался ему с послушной готовностью, сам разводил ноги и обхватывал его ими за талию, выгибался, стонал и показывал, что готов на любые жертвы, лишь бы примирение состоялось. Что касается Саурона, тот и не думал обижаться. Случившееся показалось ему сущей мелочью в сравнении, например, с гневом Моргота, когда тот обнаружил, что Лютиэнь победила его вассала.

Но неосторожно брошенные в насмешку слова о нескольких эльфятах обернулись в каком-то плане против него, и последующие дни Трандуил появлялся ему на глаза не иначе, как с малышкой-полумайа на руках, всюду таскал ее с собой и даже на ужин садил рядом с ними; майа морщился, Трандуил ластился к нему, умоляя завести еще пару эльфят…

– Эру, ты невыносим, – прорычал он. – Хватит уже! Издеваешься ты надо мной, что ли? Я уже сотню раз сказал тебе, что не в обиде за случившееся, мне и больно-то не было (лишь моей телесной оболочке). Что мне нужно сделать, чтобы ты перестал всюду таскать за собой ребенка? Кажется, я знаю. Нимлунг!

Дракон был уже слишком велик, чтобы поместиться под столом или на узких лестницах, но зато прекрасно умел летать и ползать, цепляясь всем телом и когтями, снаружи башни. Вот и сейчас его острая любопытная морда просунулась в открытый оконный проем.

– Хватай этого невыносимого эльфа и летим отсюда.

И дракон ухватил эльфа за край его длинных одежд; майа оседлал дракона, и через миг они летели по темно-ультрамариновому ночному небу, и под ними расстилались долины с редкими желтыми огоньками орочьих деревень и отдельных костров, и сердце Трандуила замирало от страха, но он не кричал, боясь разозлить майа еще сильнее. К концу полета он уже совершенно успокоился и даже задремал, убаюканный свистом ветра, мечтая, по обыкновению своему, о суровом наказании: может, Саурон притащит его в орочьи казармы и заставит ласкать себя на виду и всей армии, может, запрет наверху башни в темнице и заставит носить закрытую накидку. чтобы не возбуждать ни в чьем сердце ревности, а может быть, у них состоится горячая ночь примирения, и все…

Но ни одна их этих мыслей не была верной. Когда эльф раскрыл глаза и потянулся, то обнаружил, что лежит на чем-то куда более жестком, чем привычное мягкое ложе в их покоях. Кругом свистел ветер, слышался дальний шелест и крики чаек… Он вскочил, оглянулся: они были на берегу моря.

И вдалеке у причала стоял белый большой корабль.

– Что это? Ох, ты решил взять меня в путешествие…

Но майа рядом не было. Поднявшись и побродив по песчаному берегу, где теплые волны лизали его ноги и выносили ему редкие завитые ракушки, Трандуил подобрался ближе к верфи и причалу, где шло строительство. Эльфов там не было, почти все одни люди и орки; но руководил всеми он, его обожаемый майа: его высокую – на голову выше всех фигуру он отличил без труда и бросился к нему. Саурон был весь в работе, отдавая приказания, и руководил постройкой огромного парусника. Он лично отбирал каждое дерево, указывал, как расположить мачты и сколько их сделать.

– Ах, это ты, – обернулся он наконец к Трандуилу. – Отдыхай, или, если хочешь помочь, снимай свои шикарные наряды и надень что попроще. Тебе дадут топор в руки… – Он рассмеялся.

– Но что происходит?

– Собирайся. Достроим небольшой флот и отправимся далеко отсюда, на край земли. Навестить одного моего старого друга.

========== Глава 12 ==========

Строительство продвигалось очень быстро. Помогать, махая топором, Трандуилу не хотелось, поэтому он развлекал себя сам, как мог, чтобы хотя бы не мешать Тёмному Властелину. Но вскоре он вновь принялся отвлекать майа от работы своим присутствием. Саурон не смог выдержать подобное испытание, и едва улучил свободную минуту заперся с эльфом в каюте, где через некоторое время запер абсолютно изнеможённого короля.

Саурон не солгал, когда сказал, что флот будет небольшой. Всего несколько кораблей. На них разместились элитные отряды урук-хай и темных эльфов. Позже к новым суднам, идущим вдоль берега, присоединилось ещё несколько пиратских кораблей, на которых так же были орки.

– Так куда мы всё-таки направляемся? – спросил король, когда дверь каюты, наконец, распахнулась, и на пороге возник майа.

Майрон улыбнулся, опустившись на постель рядом с укутавшимся в одеяло эльфом.

– До меня дошли слухи о том, что южане нашли новый металл и не желают им ни с кем делиться. Мне, как кузнецу весьма досадно это слышать. Говорят, что этот металл ничуть не хуже митрилла.

Пока Саурон говорил это, его руки уже успели пробраться под одеяло и собственнически начали оглаживать стройное тело.

– Конечно, можно было бы отправить назгул, но ты меня вынудил принять личное участие в этой экспедиции, мой дорогой. А пока не забивай себе голову, будет интересно, я обещаю…

Майа вернулся к своему занятию с удвоенным рвением.

– А кто тот знакомый, к которому…

– О, ради Эру! У тебя просто восхитительный супруг, а ты смеешь думать в постели о ком-то другом!

– Ладно, ты прав, иди ко мне, любимый, – признавая поражение, проговорил Трандуил, обнимая его за шею.

На то, чтобы добраться до нужного места ушло почти две недели. Саурон был абсолютно счастлив всё это время, ведь он мог хоть целые сутки проводить с Трандуилом. И не было никаких детей, назгул, драконов и прочих отвлекающих факторов.

Правитель, прежде не желавший вести переговоры, теперь отправил на берег несколько гонцов. Смертные наивно полагали, что у Тёмного Властелина и без них достаточно дел, поэтому совершенно не были готовы к тому, что он явится с войском. Посланники в самых льстивых выражениях упрашивали Саурона посетить дворец их правителя, стать гостем. От одного вида орков у людей подкашивались ноги, больше всего на свете им не хотелось ввязываться в войну.

У Гортхаура не было цели истреблять местных жителей, поэтому он согласился почти сразу и на следующий день отправился в город. Большая часть войска осталась на берегу, орки явно расстроились, узнав, что битвы не предвидится. Саурон взял с собой небольшой отряд тёмных эльфов, которые не слишком пугали смертных своим воинственным видом.

Город был совсем небольшим, но довольно красивым. Невысокие здания из белого камня, узкие улочки с огромным количеством растений и ярких птиц. Дворец сильно уступал в роскоши не только недавно построенной цитадели, но и чертогам лесных эльфов. Но, не смотря на это, был очень уютным.

Когда их проводники ушли вперёд, Саурон наклонился к эльфу и прошептал ему:

– Если я увижу, что ты с кем-то флиртуешь или раздвигаешь перед кем-то ноги, я тебя накажу. И поверь, на этот раз наказание тебе не понравится, мой дорогой, поэтому не заставляй меня ревновать.

Трандуил хотел было возмутиться, но, наткнувшись на суровый взгляд, лишь покорно склонил голову и поджал губы.

– Владыка, прошу Вас, – проговорил слуга, открывая двери в тронный зал.

Едва Саурон перешагнул порог, человек, сидевший до этого на троне, сразу же поднялся и направился ему на встречу. Смертный был весь укутан в дорогие ткани, на его руках сверкали перстни и браслеты, на голове – тяжелая корона с драгоценными камнями. И не смотря на все это, он сильно уступал в величии и стати Саурону, на котором был чёрный дорожный камзол, а из украшений лишь два кольца на руке. Ему стоило бы многому поучиться у майа. Гортхауру не нужны были дорогие одежды и драгоценности, он и без них выглядел не просто как король,

как Властитель всего Средиземья.

Смертный почтительно склонил голову перед Тёмным Властелином.

– Я безмерно рад, что Вы почтили нас визитом, Владыка.

– С моими гонцами ты не был так приветлив и гостеприимен, король Ингмунд. – Саурон насмешливо улыбнулся.

Ингмунд заметно побледнел. Он, как и все его слуги и подданные страшился Тёмного Властелина. Его земли находились достаточно далеко от Мордора, туда доходили лишь обрывки слухов о том, что происходило в северной части Средиземя. Им совсем недавно стал известен исход войны и новость о строительстве новой столицы в месте, что раньше называлось Лотлориэном. Для южан Саурон был персонажем страшной сказки, жестоким Повелителем орков и тёмных тварей; для них его внезапный приезд стал воплощением всех самых ужасных кошмаров.

Тем временем Ингмунд пригласил гостей в обеденный зал. На столе стояло много блюд с фруктами и зеленью, много десертов и лакомств на любой вкус, но мяса почти не было. Свиту Майрона, состоящую из одних лишь эльфов это более чем устраивало. Остроухие с удовольствием принялись жевать листья салата и обсуждать экзотические фрукты, которые им не доводилось до этого попробовать.

Король Ингмунд развлекал своего гостя ненавязчивой беседой на отвлечённые темы и всячески увиливал от возможной цели визита Тёмного Властелина.

К середине трапезы появились музыканты и танцовщицы. Девушки в откровенных нарядах из лёгких полупрозрачных тканей окружили Саурона и других наиболее высокопоставленных гостей. Майа задумчиво следил за тем, как девица в ярком красном платье извивалась в такт музыки.

– Любовь моя, ты умеешь так танцевать? – шёпотом обратился Гортхаур к своему супругу.

В ответ ему прозвучало неразборчивое мычание, не означающее ни «да», ни «нет».

– А я умею, и, пожалуй, если тебе удастся меня уговорить, сделаю это для тебя.

Трандуил едва не поперхнулся вином. Неужели Саурон умеет танцевать и нечто подобное? Какие ещё таланты этого майа остались ему неизвестны? Картинка, что нарисовало воображение короля, оказалась очень уж соблазнительной.

Ингмунд заметил заинтересованный взгляд в сторону девушек и сразу же оживился, надеясь угодить своему гостю.

– Я вижу, они Вам приглянулись, Владыка. Если это так, то я подарю их Вам.

– О, в этом нет необходимости. Они зачахнут в Мордоре без дела, мне некогда любоваться их танцами, – ответил Саурон, переводя взгляд с девушек на своего собеседника, – кроме того, думаю, что мой супруг будет не в восторге от этой идеи.

Смертный не смог скрыть своего удивления. До него не доходило вестей о свадьбе Тёмного Властелина. Ингмунд перевёл взгляд на светловосого эльфа рядом с Сауроном и заметил на его безымянном пальце изящное кольцо из митрилла. Потом он посмотрел и на руку майа. Единое Кольцо светилось мягким светом, отбрасывая золотистые блики на обручальное кольцо.

– В таком случае я просто обязан что-то вам подарить! – Воодушевлённо сказал король.

– Отличным подарком мог бы стать контракт о поставках нового металла в Мордор, – проговорил майа, одной фразой развеяв радостный настрой смертного.

Саурон с любопытством взглянул на браслет Ингмунда. На солнце металл смотрелся едва ли не прекраснее, чем золото и митрилл. Разумеется, смертным не хотелось делиться таким сокровищем. Тем более, добывать его явно было не просто.

– Уверен, у нас есть много вещей, способных впечатлить Вас, Владыка…

Весь следующий день советники и даже иногда сам король демонстрировали гостям все имеющиеся у них богатства. От экзотических плодов и пряностей, которых не было ни в Кханде, ни в Хараде, до шелка, тончайшего фарфора и драгоценных камней. Ингмунд ничего не жалел, лишь бы отвлечь Тёмного Властелина от мыслей о чудесном металле. Он дарил ему огромные шкатулки с жемчугом и редкими ракушками, сундуки с тканями и украшениями, но Саурон, начиная терять терпение, всё чаще напоминал о том, что совсем рядом с городом легионы орков ожидают приказа начать наступление…

Проснувшись однажды утром, Трандуил заметил, что в постели лежит совсем один. Он приподнял голову и огляделся. В покоях никого не было. Эльф недовольно поджал губы, размышляя, что же смогло заставить майа покинуть постель в столь ранний час. Провалявшись ещё немного, он, наконец, поднялся и подошёл к зеркалу, привычно разглядывая следы от поцелуев и укусов на своём теле.

Слуг почему-то не было, поэтому Трандуил сам открыл шкаф, намереваясь облачиться в свой привычный наряд, но его там не обнаружилось. И вообще содержимое шкафа было таким, что королю показалось, что он залез в шкаф одной из тех танцовщиц. От обилия ярких полупрозрачных тканей всех возможных цветов начало рябить в глазах. Трандуил решительно захлопнул шкаф и повернулся к нему спиной. Эльф искал взглядом свой вчерашний камзол. Трандуил точно помнил, что вчера вечером они сбросили его на пол вместе со всем остальным. Не найдя в покоях ничего из своей одежды, он попробовал отыскать вещи Саурона, но и их не было. Тогда он вновь подошёл к дверям и чуть приоткрыл их. В коридоре никого не было, кроме двух молчаливых стражей. Король решил приказать им позвать слуг, но те не сдвинулись с места и даже не ответили. Только когда он повысил голос, один из стражей сказал, что им строго запрещено покидать свой пост.

Обречённо вздохнув, Трандуил направился обратно к шкафу. Он достал наугад несколько зелёных нарядов, чтобы рассмотреть их поближе. Это оказались платья. Они были расшиты драгоценными камнями и золотыми нитями. Оба платья даже более откровенные, чем те, что были у танцовщиц. Трандуил снова бросился к шкафу и дрожащими руками вытащил ещё несколько нарядов. У всех платьев глубокое декольте, некоторые открывали спину до самой поясницы, у других разрезы на подоле, через которые видно ноги. Теперь король понимал, что заставило Саурона уйти так рано. Такого изощрённого коварства он от майа совсем не ожидал.

Среди платьев ему каким-то чудом удалось найти шаровары. Правда, даже они были такие же лёгкие и полупрозрачные, с вырезами по бокам, но Трандуил всё же выбрал их. Порывшись в шкафу ещё немного, он нашёл и рубашку. Что ж, выбирать не приходилось. Появиться за завтраком в платье он был ещё не готов.

Посмотревшись в зеркало, эльф не мог не признать, что эта лёгкая голубая ткань ему к лицу. Саурону тоже понравилось бы. Трандуил представил, с каким удовольствием майа будет вечером всё это снимать с него. О, это компенсировало все неудобства. Вот только показываться в таком виде перед смертными совершенно не хотелось.

Близилось время завтрака, а слуги так и не пришли. Последний раз оглядев своё отражение, король направился к выходу. В трапезной уже все собрались, пустовало лишь его место.

– Доброе утро, король Трандуил, присоединяйтесь к нам, – поприветствовал его Ингмунд.

Саурон заметил, как покраснел смертный и как спешно отвёл взгляд. Майа едва смог удержаться от того, чтобы оглянуться. За спиной раздались тихие шаги. Слуга отодвинул для короля кресло. Тёмный Властелин не смог скрыть восхищения во взгляде. Он склонился к своему супругу и прошептал:

– Чудесно выглядишь, прелесть, – Саурон с удовольствием заметил, как покраснели щеки его короля, – правда, я думал, что ты выберешь какое-нибудь зелёное платье, ты же так любишь зелёный цвет.

Майа не удержался и нежно поцеловал Трандуила в уголок губ.

Трандуилу казалось, что на него пялятся абсолютно все, от его коварного и грозного супруга до последней служанки, от южанина Ингмунда, который чуть не облизывался, оглядывая стройную фигуру, контуры которой не скрывала полупрозрачная ткань, до орков из свиты, которые хотя и были привычны к виду своего короля, и видели его даже обнажённым в объятиях Саурона, но сейчас нет-нет, да и заглядывались на него. Самые наглые ухитрялись подмигнуть ему с улыбкой, намекая, что не прочь полапать остроухого в такой соблазнительной одежде – но Саурон, заметив их взгляды, провёл ногтем по своему горлу, и пантомима эта ясно обрисовывала перспективы тех, кто решится дотронуться до его эльфа. Наглецы побледнели, пряча глаза, а сам виновник сидел, скромно потупясь, и ощипывал гроздь винограда. Он искренне надеялся, что супруг не заставит его танцевать перед всеми на потеху. Трандуил любил танцевать медленные танцы с ним наедине, и, разумеется, в восточных не был силен, да и желания научиться не возникало. Хотя вчера изгибающиеся тела танцовщиц ему очень и очень понравились, и он признался себе, что никогда ещё обычный танец не казался ему таким соблазнительным и возбуждающим.

– Куда ты дел всю мою одежду? – гневно сдвинув брови, вопросил он. – Мне пришлось упрашивать охрану принести хоть что-то приличное! Это твоих рук дело, твой приказ, я знаю…

– Первый раз слышу, чтобы моего эльфа так волновали приличия, – усмехнулся Саурон, положив руку на поясницу эльфу. Тонкая невесомая ткань позволяла чувствовать тепло его кожи, и Саурон с удовольствием её поглаживал.

– Не при всех, я прошу тебя.

– Правда? А я думал, ты любишь, когда я ласкаю тебя на глазах у орков и кучи слуг. Не думал, что ты стал так стеснителен… Очень жаль. Ведь Ингмунд обещал мне караваны верблюдов, груженных добытым металлом, если я позволю ему поучаствовать третьим в наших утехах. Что скажешь, прелесть?

Трандуил смущённо покраснел, что Саурону так и хотелось прикусить его за ухо или в более аппетитное место.

– Как вам будет угодно, о супруг мой, – послушно ответил эльф, полагая, что супруг хочет лишь испытать его.

– Что ж… Тогда, в обмен на контракт я позволяю тебе, владыка юга, Ингмунд, поприсутствовать в нашей спальне. Ты согласен?

Майа глянул на южанина, но тот был слишком увлечён разглядыванием эльфа, который, надо признать, был чудо как хорош в сверкающей золотыми искрами полупрозрачной ткани и золотых украшениях с самоцветами. Может быть, он думал, что неплохо бы и самому обзавестись таким светловолосым ушастиком, но не решался просить… Саурон видел его мысли ясно и мог читать их ясно, как открытую книгу. Он хищно улыбнулся и вкрадчиво добавил:

– Я передам эльфам, что живут под началом моего супруга в Лориэне, что те из них, кто хочет побывать на юге, в окружении любви правителя южан, могут отправиться к тебе.

Ингмунд кивнул, не находя слов. Проницательность майа поражала его точно так же, как и дивный облик эльфа.

Вскоре вышли из-за стола и направились в тронный зал; писцы составили текст договора и переписали его в трёх экземплярах, и король юга подписал его не глядя, поскольку вновь залюбовался эльфом. Он не мог дождаться вечера.

– Если хочешь, мы пригласим в покои нескольких стражей из числа эльфов-дроу: уверяю, они так же хороши в постельных утехах, как и в убийствах.

– Н-нет, – выдавил Ингмунд.

– Да? А жаль. Мой супруг, мне кажется, был бы очень и очень не против: он знает, что они такие же сильные, как и грациозные, могут быть мягкими и грубыми, как пантеры…

Трандуил покраснел до кончиков ушей вновь. И откуда этот майа все знал?

Глаза Саурона горели озорным золотисто-оранжевым огнём.

Остаток дня эльф гулял по саду, полному благоухающих многоцветных деревьев и кустов. Там были орхидеи, жасмин, гибкие лианы, лотосы и лилии, а сильней всего его поразили говорящие птицы, что повторяли речь людей, – попугаи, красно-зелёные и жёлто-лазурные, и ещё маленькие яркие птички, что пили сок цветов, зависая над их лепестками, и Ингмунд обещал ему дать нескольких таких с собой.

Саурон же вместе с Ингмундом направились в шахты, где добывали металлоносную руду и переплавляли её в редкий металл, добавляя туда во время отливки жёлтый порошок, что добывали из перетёртых листьев цветка, который рос ещё дальше, на юге Харада. Он даже взял в руки молот сам и попробовал выковать меч из отлитого металла. Изучив подробно весь цикл, майа договорился о том, чтобы несколько кузнецов из его свиты остались тут подольше – перенимать в точности секреты мастерства.

Когда процессия слуг во главе с двумя владыками покинула кузницы и шахту, небо уже потемнело до глубокой синевы, и на нем сверкали первые звёзды. Трандуил скучал в своих покоях, ожидая Саурона. После лёгкого ужина тот исчез ненадолго. Ингмунд по-прежнему не сводил с него черных узких глаз, но видно было, что он не решается дотронуться даже края одежд эльфа, опасаясь гнева его супруга. Наконец Саурон явился. Трандуил лениво полулежал на постели в самой соблазнительной позе, его полупрозрачные одежды больше открывали, чем скрывали. Сделано это было явно для того, чтобы подразнить влюбившегося в него южанина.

– Милый, ты говорил, что если я хорошо попрошу тебя, ты покажешь мне тот волшебный танец, – начал Трандуил, приблизившись к Майа и поглаживая кончиками пальцев его штаны и развязывая застёжку. – Так вот, я очень-очень тебя прошу…

Майа усмехнулся в ответ, но спорить не стал. Напротив, быстро скинул мантию – и обнаружилось, что под ней находятся такие же полупрозрачные одежды, что и на эльфе – только другого оттенка, переливчатой, как павлиний хвост, темной ткани. Плащ оставался на нем, и он пока не давал разглядеть все тело тёмного майа. Но вот он начал двигаться, и движения его завораживали так, словно он творил магию. Сдержанные, но пластичные, они не давали отвести глаз. Саурон поманил эльфа к себе, и Трандуил поднялся: удивительно, но движения мужа помогали ему держать ритм, не сбиваясь, а его руки на талии мягко направляли. Оба их тела сплетались в танце, чувственном и откровенном, дыхание скоро стало жарким, а темп ускорился. Трандуилу было уже безразлично, какими жадными глазами смотрит на него Ингмунд, напротив, ему хотелось сбросить одежду; и Саурон, точно читая его мысли, повёл рукой – и верхняя часть одежд упала с его плеч, обнажая светлую грудь и розовые соски. Оставалось надеяться, что его господин не позволит любоваться им обнажённым…

Саурон также медленно сбросил большую часть одежд, и его сильное тело изгибалось в ритме танца, он то притягивал к себе Трандуила, то давал ему полюбоваться на себя, и надо сказать, что танцевал он и впрямь с редким мастерством – точно большую часть жизни провёл в южном гареме.

– Не знал, что ты можешь быть таким горячим, милый. Я так хочу тебя, – прошептал Трандуил ему тихо.

– Хочешь охладить меня?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю