Текст книги "Сёгун (СИ)"

Автор книги: Grimnir Grugnisson

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Армия Кенишина встала в оборонительном построении у выхода из туннеля и все более менее опытные бойцы собрались на совет. Игрок не имел понятия, как штурмовать эти стены, в чём он честно признался и предложил высказываться подчинённым. Мозговой штурм сделал своё дело и план штурма был создан в короткие сроки. Он был прост. Зелёные троглодиты, имеющие навыки работы с деревом делали из принесённой древесины три огромных мобильных сарая, иного определения игрок подобрать не мог, с рукоятками для переноса внутри и особо укреплённой крышей, которая должна была выдержать падение на неё большого камня. Тащить их должны будут големы при посильной поддержке троглодитов. Под их защитой к стенам подведут слизней, которые начнут эти стены плавить. Основная функция слизней в обычной жизни была прокладка новых туннелей и расширение пещер, так что с разрушением стен они вполне должны будут справиться. Главное было дать им на это время. Слизни должны будут обрушить участок стены, достаточно широкий, чтобы можно было провести войско не растягиваясь, поскольку сила армии игрока была в количестве и дисциплине. Позади таранов-слизней должны будут идти лучники и маги, ведущие стрельбу с расстояния недосягаемого для ратменов, желающих обрушить вниз что-нибудь тяжёлое. Прочее войско строилось позади лучников, готовое устремиться в пролом по первому приказу.

План был принят и закипела работа по его осуществлению. Зеленошкурые троглодиты справились с постройкой защитных сооружений довольно быстро, они всё же были больше рабочим видом, берущим оружие лишь по необходимости. Прочие войска перестраивались, выдвигая вперёд фалангу троглодитов-копейщиков на флангах которой встали оставшиеся слизни и их погонщики. Чимы и бывшие рабы стояли позади фаланги в качестве мобильного резерва. Лучники и маги троглодиты выдвинулись перед общим строем, готовые при необходимости отступить через оставленные в строю проходы.

Три огромные деревянные конструкции, обтянутые снаружи свежеснятыми крысиными шкурами, поскрипывая поползли к стене. В двух из них укрывались осадные слизни, в третьей несколько десятков обычных, а также погонщики и адские троглодиты с големами, ровно распределёнными по укрытиям и тянущие их вперёд. Следом двинулись прочие силы.

Первыми бой начали стрелки. Самураи лучники, трое эльфов, бывшие копейщиками, но умеющие управляться луком, и маги троглодиты, начали обстреливать стены над приближающимися осадными сооружениями. Они выцеливали всех, представляющих угрозу, вроде гигантских ратменов, которые под руководством погонщиков готовились метать камни весом в десятки килограмм, немногочисленных лучников и даже появившихся магов. Ратмены с грязно-белой шкурой сразу пытались использовать магию тьмы, насылая проклятья, а то и заставляя наружную часть мобильных укрытий активно гнить. В этом соревновании победа осталась на стороне игрока, слизни в безопасности достигли стен и приступили к их разрушению.

Не смотря на стрельбу количество защитников стен не уменьшалось. Всё новые и новые ратмены появлялись на парапете, чтобы метнуть дротик, копьё или камень и успеть укрыться от летевшей стрелы. Кроме оружия вниз посыпались крысы. Ловко цепляясь за трещины они в большом количестве поползли вниз. Это десант не удалось предотвратить и они сумели прорваться к мобильным укрытиям. Стены этих сараев не смотря на скорость создания, были достаточно прочными, а опущенные на землю они не позволяли проскользнуть под ними. Открытым оставался только вход с тыла, но там набегающие орды крыс встретили щиты и копья адских троглодитов. Не без потерь, но натиск крыс удалось сдержать, а их тушки отправились на прокорм слизней, которые тратили свои силы на растворение камня и были рады их пополнить. За двадцать минут химерологи трижды устраивали десант, в последний раз даже отправили вниз многоголовых химер и гигантских ратменов. Но наличие кроме троглодитов ещё и големов, а также активная стрельбы и магия позволили отразить и эту вылазку. Наконец стены пошли трещинами и с неё посыпался песок. Уцелевшие обитатели мобильных укрытий поспешили отступить, вместе с стрелками, смешавшись с основной массой войска. Стрелки, маги и осадные слизни встали за фалангой. Замыкали отступление терракотовые големы, не успевшие пройти и половины расстояния до основного войска, когда стена с грохотом рухнула на протяжении двадцати метров.

Над стенам поднялся писклявый вой. Ратмены орали и потрясали в гневе оружием, но среди этой какофонии быстро появились командные нотки и стены начали пустеть.

–Всем быть наготове, – прокричал игрок команду, которые подхватили по цепочке младшие командиры.

У Кенишна появилось неприятное предчувствие и к сожалению он оправдалось. Из образовавшегося пролома покатился поток защитников логова. Они решили не отсиживаться за остатками стены и контратаковать всей массой. Первый удар на себя приняли големы, не успевшие дойти до рядов войска. Не смотря на всю свою защиту и живучесть продержались они недолго, пусть и унесли с собой множество врагов, но через полминуты вал тварей покатился дальше.

Уже по традиции в первых рядах крысиного войска бежали гигантские крысы и различные создания на их основе. Доведённые до безумной ярости умелыми погонщиками они стремились добраться до любого врага даже ценой своей жизни. Следом спешили погонщики, направляющие гигантских ратменов, сильных, но довольно тупых созданий, до битвы требующих тщательного догляда. И замыкали построение обычные ратмены. Как и положено сильнейшему клану Подземелья они были одеты в неплохие по меркам этого народа доспехи и несли хорошее оружие. Хозяева клана постарались и улучшили своих солдат, но процесс этот видимо был опасен, поскольку было их значительно меньше ожидаемого. Под защитой этих воином шли немногочисленные «обычные» маги с грязно-белой шкурой и изменяющие плоть, усилившие себя дополнительной защитой на шкуре в виде чешуи или хитина. С учетом крыс и различных тварей количество химерологов превосходило войско игрока, но на стороне последнего были более многочисленные маги, относительная дисциплина и сам Кенишин, распространяющий вокруг себя усиливающую ауру и повышающий мораль бойцов уже одним фактом своего присутствия. Также нельзя было списывать со счетов труппу Звона Ручья, чей боевой гимн повышал характеристики, пусть и немного.

Наконец воска столкнулись. В воздухе повис писк, рык и различные более неприятные звуки вроде звука разрыва плоти, предсмертных воплей и тому подобное. Копейщики троглодиты устояли, крысы не смогли разорвать их строй. Активно работая копьями они сокращали поголовье визжащих тварей, а через их головы летели стрелы и заклинания, стремящиеся поразить подходящую вторую волну. Игрок с помощью своего отличного зрения смог примерно увидеть основные места ударов, где было больше ратменов и направил туда отряды чимов, для поддержки. Копейщики, усилили фалангу, а бойцы с иным оружием уничтожали тех, кто смог пробиться сквозь первые ряды.

Бой шёл в пользу игрока. Силы химерологов постепенно перемалывались, пусть и с потерями. Кенишин управлял сражением перебрасывая подкрепления в нужные места с помощью системной «астральной» магии, вовремя купируя возможность прорыва и устраивая вылазки в ответ. Раненые в бою получали массовое лечение Шакаты, которая за бой уже несколько раз опустошила свой запас маны, снова и снова восстанавливая её с помощью алхимических зелий и настоек собранных в Счастливой Лапке специально для этого. Боевые маги также изрядно сократили запас зелий, поливая наступающие орды дождем смертоносных заклинаний, стараясь выцеливать вражеских магов, но было это сделать непросто. Третья и самая опасная волна ратменов так и не вступила в бой, застыв в некотором отдалении. Лишь маги активно использовали свои заклинания. Белошкурые насылали проклятья, а химерологи усиливали своих союзников, подлечивая или добавляли сил. Пару раз игрок видел, как под действием заклинаний несколько крыс находящихся на последнем издыхании сливались вместе в единую химеру и с новыми силами бросались в бой. К счастью подобное встречалось не часто, не все химерологи владели этим заклинанием. Окинув поле боя Кенишин решил, что всё идет неплохо. И это было зря.

За разрушенными стенами мелькнула тень и под потолок пещеры с оглушительным визгом взлетело большое создание. Тварь выглядела как виверна, но в основе неё была увеличенная смесь летучей мыши и крысы. Огромные кожаные крылья несли крысиное тело с мощными задними лапами, длинная шея была увенчала большой головой, в которой смешались черты крысы и нетопыря, а тонкий голый хвост заканчивался небольшими костяными шипами. На спине этой химеры в специальном седле сидел тот, кто скорее всего возглавлял клан. Этот крысолюд размерами не уступал крупному человеку и был правильно сложен. Его тело защищал кольчужный доспех, на поясе висел меч, а в руках он держал посох. Издав новый визг виверноподобная химера спикировала на отряд лучников. За это время её седок пару раз запустил Стрелу Праха с помощью посоха, правда оба раза промазав, но это заставило стрелков прекратить стрельбу и начать уворачиваться. В финале своего пике химера использовала то, что заменяло ей драконье дыхание. Волна ультразвука ударила по стрелкам, разбросав их в стороны. На некоторое время бойцы были выведены из строя и химера вновь взмыла вверх, подхвати одного из лучников и сбросив его с высоты десяти метров. Новая угроза заставила стрелков сменить цели, но активно маневрирующая летучая мышь не смотря на свои размеры ускользала от большинства стрел. А те что попадали увязали в густом мехе, не причиняя существенного урона. В этом полёте химера оказалась в тылу построения армии игрока и снова издав боевой визг она спикировала, на сей раз избрав целью «боевой ансамбль».

–Бить по крыльям! – завопил приказ Бродяга, судорожно пытаясь найти что-нибудь дальнобойное в своём арсенале.

Музыканты прервав выступление бросились врассыпную, а ближайшие к игроку стрелки сменили свои цели. Засвистели стрелы, усиленные Ци, но по большей части мимо. Но не все, немногие попали в цель, пробивая пусть и прочную, но не сильно укреплённую кожу. Дыры в крыльях нарушили устойчивость полёта и громадный нетопырь захлопал крыльями, стараясь прекратить пикирование и перейти в планирование. Ему это удалось лишь частично, дыры в крыльях разрастались, но прежде чем это стало критично он смог выровнять полёт и пролетев десятки метров рухнул прямо на головы сражавшихся бойцов, раздавив нескольких с обеих сторон. Не смотря на жестокое приземление вивернокрыс не утратил боевого настроя и уже спустя пару секунд упавшая туша вскочила на лапы. Увидев подобного противника возле один из пары минотавров бросился в атаку замахиваясь большой секирой. Химера испустила громкий крик, под действием которого огромного быка немного отбросило назад и оглушила. Прежде чем человекобык пришёл в себя выглядевший тонким хвост химеры ударил подобно огромному хлысту, снося тушу весом не менее центнера в сторону на несколько метром. Минотавр после полученного удара так и не поднялся и вивернокрыс вместе с всадником переключились на новые цели.

Сразу после падения своего предводителя в бой двинулась третья волна ратменов. Увидев это Кенишин огляделся. Почти все силы уже были задействованы. Рядом с ним оставались воины ночи, Юка, четверо боевых монахов и пара десятков адских троглодитов, имевших самые высокие уровни и лучшее снаряжение из трофеев. Сам игрок облаченный в простой самурайский доспех из тех же трофеев, взамен окончательно развалившихся предыдущих, с копьем рода Шан в руках и фамильным мечом рода Фузаки закреплённым на спине был сильнейшим среди них. Игрок бросил взгляд на вновь собравшихся музыкантов. Звон Ручья видя взгляд сёгуна потянулась за металлическим веером на поясе, но Бродяга покачал головой. Сражаться было кому, а вот обеспечить поддержку некому. Даже Шаката перемежала лечебные заклинания с боевыми, небольшое количество которых нашлось в её арсенале. Кивнув гейша что-то сказала своим подчинённым и те начали играть новую довольно агрессивную мелодию.

«Гимн обречённых. Повышены защита, силы, выносливость. Внимание, после окончания действия будет наложен штраф.»

Глядя на начавшийся получасовой отсчёт игрок не замети как на его лице появилась широкая кровожадная улыбка. Парадоксальным образом это ограничение вызывало у него воодушевление

–Вперёд! Смерть крысам! Завопил он во всю мощь своих лёгких и побежал, увлекая окружающих.

Своей целью он избрал беснующегося верхом на нетопыре главаря химерологов. Тварь десятками отправляла в полет и оглушала противников. Её наездник использовал свой посох не только для заклинаний, но и ка копьё, разя окованным концом. Перед игроком расступались его воины, даже не видя, гл чувствуя устремление своего предводителя вступить в поединок и игра давала эту возможность. Бег Кенишина всё ускорялся, пока до противника не оставалось несколько метров, где он прыгнул замахиваясь копьём, вкладывая в усилие немного Ци. Нетопырь с неожиданной для такой туши ловкостью увернулся от этого удара, разминувшись с остриём буквально в считанных сантиметрах. Удар в землю породил град околков, стеганувший по окружающим и этого было достаточно, чтобы вражеский герой сосредоточился только на Бродяге.

Химера издала шипящий крик, стараясь парализовать игрока, но тот увернулся от звуковой волны и бросился вперёд стараясь сократить дистанцию. Навстречу ему устремился хвост вивернокрысы, заставляя отступить и вновь вертеться, уворачиваясь от ударов хвостом, лапами, крыльями и посохом. Несколько минут продолжалась эта игра в кошки-мышки, где именно крысы были на ведущих ролях, но Кенишин мог нанести несколько ударов в ответ, достигших цели. Используя изученные приёмы и свой опыт схваток с большими целями игрок наносил всё более и более тяжелый раны химере. Та слабела, истекая чёрной кровью из ран и постепенно замедлялась, когда Кенишин решил покончить схватку. Уловив момент игрок сосредоточил Ци в копье и метнул его со всех сил, вновь используя один из приемов, изученных в додзё копья. На сей раз тварь не успела увернуться и со свистом рассекая воздух копьё пронзила огромную тушу насквозь, задев по пути что-то жизненно-важное. С громким воем, испустив фонтан крови из пасти, огромный нетопырь завалился набок. Ратмен-седок проявив недюжую ловкость успел выскочить из седла, прежде чем его придавило тушей химеры.

Битва армий продолжалась, но вокруг поединщиков образовалось свободное пространство, никто не хотел попасть под удар. Ничто, кроме трупов не мешало крысолюду перекатиться несколько раз и легко вскочить на ноги, отбросив сломанный посох и взявшись за меч. Кенишин вооруженный мечом рода Фузаки двинулся на сближение с оппонентом. Они столкнулись обрушив друг на друга град ударов. Ратмен отлично владел мечом, в отличии от игрока, чей аватар имел лишь начальные навыки. Это уравновешивало то, что часть приёмов изученных ранее было применять с помощью меча. Железное Тело снижало получаемый урон и судя по всему у ратмена был какой-то аналог, часть ударов пробивавших доспехи просто вязло в густой шерсти и плотной коже. Мир игрока сузился до оппонента. Окружающее его интересовало лишь на предмет препятствий для движения или чего-то, что можно было использовать в поединке. В ход шли все трюки, что Кенишин изучил за последнее время, все приёмы, финты и заклинания. Враг отвечал ему тем же, используя множество грязных трюков, вроде попыток подножки с помощью длинного хвоста и метания маленьких ножей, скрытых в рукавах. Запасы Цы, маны и стамины постепенно подходили к концу, а враг и не думал слабеть. Хотя и ему приходилось несладко. Тело ратмена значительно похудело, так что кольчуга прежде плотно обхватывавшая его, болталась. Химеролог использовал собственное тело для поддержания темпа схватки. Доспехи обоих предводителей превратились в лохмотья, тела их были покрыты грязью, кровью чужой и своей из многочисленных ран и ожогов. В какой о момент игрок поймал себя на том, что уже не уворачивается, тратя силы, а принимает удары и стремиться ударить в ответ. Его враг поступал также. Из соревнования в искусстве боя это превратилось в поединок выносливости и силы воли. Проиграть должен был ток, у кого хитпоинты закончатся раньше. Если бы не гимн обречённых Кенишин уже проиграл. Сквозь кровавый туман, застилающий взор Бродяге показалось, что удары крысолюда стали менее частыми и сильными, враг начал выдыхаться

«Повысим ставки», – решил игрок и увеличил количество Ци, что вкладывал в свои удары, взвинтив темп за счёт этого. Запасы Ци подходили к концу и от конца его отделяли буквально десятки секунд. Но и ратмен был на грани. Чувствуя исчерпание своих сил он взревел и похудев ещё больше, превратив своё тело в обтянутый кожей скелет, ускорил свои атаки вкладывая в них новые силы. Удары мечей пробивали плоть, оставляя глубокие раны, но не обращая на это внимание они продолжали сражаться, лишь уклоняясь от особо опасных ударов. Так продолжалось недолго, лишь секунд десять – пятнадцать, но за это время на каждом из поединщиков появилось по десятку новых ран. Игрок с удовлетворением отметил, что химеролог зашатался и оружие в его руках задрожало. Это был подходящий момент и он прыгнул вперёд, не обращая внимание на просвистевшие рядом удары. Фамильный меч доказал свой высокий статус без дополнительных усилий пронзив грудную клетку ратмена. Испустив вой, подобный тому как завопил перед смертью нетопырь, химеролог пал замертво.

Сил у игрока оставалось лишь на то, чтобы не упасть рядом с врагом. Гибель предводителя вовсе не деморализовала сражавшихся ратменов. Они наоборот с удвоенной силой бросились в атаку, но при этом потеряли былую слаженность. Все начали действовать сами по себе, стараясь нанести больше урона и не думая о защите и войска игрока воспользовались этим. Самому Бродяге потребовалась минута минут отдыха и пять фляжек с собственно сделанным эликсиром восстанавливающим выносливость и хиты, не такие эффективные как алхимические зелья, но выполняющие свою работу. Немного передохнув, он вытащил своё копьё из туши летучей химеры и присоединился к битве. Времени оставалось немного и битву следовало завершить как можно быстрее.

Глава 13

Опираясь на копьё Кенишин позволил себе короткий отдых, проглатывая настойки восстанавливающие очки здоровья и маны, он заодно окинул взглядом поле боя. После смерти главного ратмена прочие вовсе не утратили энтузиазма. Наоборот, они лишь усилили натиск. Но к счастью всё же на главаре что-то было завязано, поскольку армия химерологов утратила слаженность. До, они были сильны, но сражались каждый сам за себя, даже воины крысолюды показавшие в предшествующее время почти чудеся выучки сейчас превратилась просто в толпу сильных ратменов. К большому удивлению игрока троглодиты вооруженные копьями показывали себя очень хорошо. Под руководством простых ашигару сбившись в отряды до полутора десятков они дисциплинированно атаковали одну цель и часто добивались успеха слабыми, но многочисленными ударами копий. На глазах Кенишина один такой отряд по команде слитно нанёс удар, исполнив приём «бамбуковый лес», требующий использование Ци, нанизав на острия гигантскую многоголовую крысиную химеру. Судя по всему особый навык «наследник школы копья» распространялся не только на чимов, но и представителей иных народов.

Отдохнув игрок поудобнее перехватил копьё и устремился в бой, стараясь атаковать наиболее опасных из встречающихся тварей. Он старался максимально ослабить вражеские силы до окончания действия «гимна обречённых». Не смотря на все усилия полностью покончить с врагами не удалось, но больше половины удалось прикончить. Когда гимн закончил своё действие «боевой ансамбль» перестал играть совсем, распростершись на земле без сил, не способные защитить себя. У всех остальных показатели не просто опустились до предыдущего значения, но и упали. Падение выносливости привело к тому, что часть раненых погибла, к счастью меньше чем могло. Шаката и немногочисленные маги с возможностью исцеления работали не покладая лап, раскидывая исцеление. Снижение показателей также привело к возросшим потерям среди армии игрока. Это не спасло остатки химерологов, их с продолжили истреблять, но и игрок потерял многих хороших бойцов, да и сам один раз ушёл на перерождение, благо перед боем поставил точку возрождения у входа в пещеру. К счастью на поле боя были все силы обороняющихся, подкреплений к ним из-за разрушенных стен не подходили и потому, после того как на поле боя остались лишь воины игрока он приказал всем отдыхать.

Посреди груды трупов воины устроились как могли. Не отдыхали лишь целители, глотая остатки восстанавливающих ману зелий они стабилизировали раненых. Штраф после действия «гимна обречённых» закончился через час. За это время были использованы все исцеляющие зелья, настойки и мази, заклинатели полностью истощили себя, а уцелевшие слизни, в том числе и невольный питомец игрока, восстановили себя и отожрались на добивании раненых врагов под руководством погонщиков. Перед тем как двинуться на зачистку логова была проведена реорганизация сил. Тяжело раненные оставались в тылу под защитой обессиленных магов и раненных не так серьёзно, но лишённых мобильности. Отряды стали меньше не только за счёт потерь, довольно существенных, но и уменьшения численности бойцов в каждом из них для большей мобильности и удобства боя в узких проходах.

Первыми в проломы пошли отряды обычных и адских троглодитов с погонщиками слизней и их питомцами, под руководством ашигару. Следом двинулись смешанные отряды из самураев, троглодитов более высоких рангов и бывших рабов ратменов, выживших в предыдущем бою. В последующей резне игрок не принимал активного участия. Идя в задних рядах он поддерживал всех лечением или боевой магией в особо сложных случаях. В логове оставались в основном самки с детёнышами и немногочисленные рабочие ратмены слишком молодые или старые для боя. Но не смотря ни на что они бросались на вторженцев без малейшего колебания. Логово представляло собой хаотическое нагромождение разнокалиберных зданий созданных, как это водилось у ратменов, из разнообразного хлама. Везде стоял запах разлагающейся плоти, острая вонь химикатов и серы. В части больших даний находились лаборатории, где в больших каменных ваннах происходил процесс трансформации одних существ в других. Как оказалось формирование многоголовых крысиных химер вовсе не было вершиной достижений этого клана химерологов. Не все ванны были пусты, кое-где плавали создания в процессе трансформации и в них игрок с отвращением опознал черты людей и прочих гуманоидных созданий. Если раньше Кенишина восхищала фантазия разработчиков, то после посещения пары лабораторий химерооргов у него появились сомнения в из психическом здоровье. Некоторых из этих созданий оставшиеся защитники логова пытались использовать даже не смотря на не завершённый процесс изменения, но боевая ценность их была околонулевой и их смерть была скорее благом для страдальцев, вопящих от боли всё это время.

Широким фронтом силы игрока зачищали логово, оставляя за собой лишь трупы, пока наконец они не сошлись вокруг центрального большого здания, дворца главы клана, построенного в отличии от прочих зданий из обработанного камня. В этой цитадели собрались остатки ратменов, готовые дорого продать свои жизни. Последний натиск армии игрока был силён. Вперёд пошли лучшие воины при поддержке троглодитов. Они быстро разбили импровизированные барикады на всех четырёх входах в здание и перебили их защитников. После этого в проделанные проходы хлынули троглодиты со слизнями, собирающие на себя все возможные ловушки как и положено пушечному мясу. Игрок продолжал следовать в тылу наступающих. Коридоры цитадели наполнились воплями ярости и боли, стихающими по мере окончательной зачистки. В какой-то момент к нему прибежал троглодит посыльный.

– Мы насссли матку крыс, – прошепелявил он, – Но не можсссем подссступитьссся.

Кенишин поспешил за посланником, к центру логова. В большом зале, задрапированным большим количеством ткани, освещённым гроздьями голубоватых флуоресцирующих кристаллов, в центре большого ложа в окружении блюд с разнообразными яствами возлежала трёхметровая туша крысиной самки. Воины толпились у входа, не решаясь войти. Один из магов доложил, что четверо троглодитов ворвавшихся первыми превратились в куски изуродованной плоти и в таком состоянии попытались напасть на идущих следом. С ними расправились, но заходить внутрь опасались, так как за пределы зала воздействие искажающего эффекта не распространялось. Игрок попытался вызвать характеристики самки, чтобы понять с кем имеет дело. Это удалось не полностью, короткая справка гласила:

«Владычица Плоти. Матриарх клана.»

Как оказалось сражённый наездник крысо-дракона был скорее всего героем-генералом химерологов, а истинный владыка лежал здесь, придавленный собственными габаритами, не способный ни атаковать, ни спастись. Игрок приказал использовать дальнобойную магию и присоединился к атаке, запуская в зал огненный шар на тех крохах маны, что накопились к этому моменту. С громким визгом и вонью горелого мяса и жира погибла последняя владычица Подземелья.

«Жаль, что набор голов будет не полным,» – поймал себя на мысли игрок и поразился собственной кровожадности.

Когда стихли вопли агонии матриарха ратменов система обрушила на игрока град оповещений. Пару минут он завис, вычленяя главный, а затем просматривая их.

В первую очередь он изучил плашки с поднятием уровня, которые увеличили силу магии и устойчивость к откату. Система активно исправляла его перекос в характеристиках, часто поднимая именно магическую часть. Из навыков он выбрал «мастерство магии земли 1» и «улыбка Небесного Дракона». Первый улучшал его возможности по работе с соответствующей частью магии материи, а вот за цветистым названием второго навыка скрывалось улучшение для замка, по которому поднимался лимит найма послушников и монахов, а также улучшение их показателей.

Следом игрок изучил оповещения, касательные заданий.

«Вы завершили этап «Из грязи в князи». Ратмены уничтожены»

«Угроза из-под земли предотвращена. Ваши подданные чувствуют себя в безопастности. Мораль возросла. Известность возросла. Ваша территория пользуется доброй славой. Получен опыт. Получено золото. Получены ресурсы. Вы захватили месторождение серы и ртути.»

Пока Бродяга был погружен в системные отчёты вокруг развернулась суета. Троглодиты тушили пожар в центральном зале, не давая захватить ему всю постройку. Раненых начали выносить из коридоров цитадели и узких улочек логова. Самураи под руководством Тога начали обыскивать территорию, добивая немногочисленных уцелевших детёнышей и оставшихся в ваннах тварей.

Игрок очнувшись от быстрого просмотра оповещений развернул активную деятельность, отправив всех кроме троглодитов в Счастливую Лапку сопровождать и транспортировать раненых. Троглодиты же под руководством магов и Шакаты принялись обдирать логово до основания, собирая трофеи не только с тел убитых, но и вороша кучи мусора, что крысолюды звали домами, в поисках чего-то ценного и даже находили это. Вынести всё ценное было важно ещё и потому, что логово химерологов, на территории которого находились месторождения серы и ртути, система требовала перестроить. На выбор предлагалось два варианта. Во-первых можно было разрушить логово и получить просто два источника ресурсов, расположенных рядом. Во-вторых можно было перестроить логово в Алхимический комплекс. В этом случае ресурсов получать не получится, но в комплексе можно будет производить большое количество зелий, если конечно обеспечить поступление дополнительных материалов и иметь квалифицированный персонал. Ни с первые, ни с вторым проблем не предвиделось. В первое время работать тут смогут погонщики слизней, у которых поголовно в навыках имелась начальная алхимия. Ресурсы же могла поставлять Счастливая Лапка, где нужно будет немного поменять структуру грибниц, для выращивания не съедобных грибов, а тех, что можно было использовать в алхимических зельях. Также слизни предоставляли некоторое количество своей ядовито-кислотной слизни для производства алхимических ядов и не только. Кенишин склонялся к второму варианту перестройки, но перед этим стоило вытащить всё полезное, иначе оно будет уничтожено.

Раздав указания Бродяга вошёл в выгоревший центральный зал цитадели. От матриарха остался лишь скелет. Череп игрок приказал отправить в замок в качестве трофея, как и голову крысо-дракона, а остатки скелета доставить на Терракотовую Фабрику, для добавки в производство следующей партии големов. Следующие полчаса он провел в воняющем горелым жиром помещении работая в меню управления своими территориями, заодно поглядывая на сводки потерь и трофеев.

«Ещё одна такая победа и я останусь без армии», –вспомнил он фразу древнего полководца услышанную на школьном уроке истории глядя на списки потерь. Тогда ему это показалось глупым, но сейчас он понимал чувства древнего правителя. Все големы были уничтожены. Погибли все воины ночи и монахи. Из освобожденных рабов уцелела лишь половина, в том числе к большому удивлению игрока и оба минотавра. Тот, что попал под удар летучей химеры был сильно изранен, но жив и должен был полностью исцелиться дня через два. Чимы потеряли больше половины от своего утреннего состава. Троглодиты же оправдали своё звание пушечного мяса потеряв три четверти бойцов, в основном обычных и адских троглодитов, а слизней остались считанные единицы, в том числе и осадный . Питомец игрока отправился на перерождение вслед за ним и будет доступен лишь на следующий день. Гигантский слизень был конечно не лучшим вариантом для питомца, но Кенишина это позабавило и он решил оставить всё как есть.

Подведя итог потерям, тяжелые, но терпимые, игрок перешёл к приобретениям. Список трофеев после этой битвы постоянно пополнялся. В грудах мусора скрывались ресурсы, оружие, мелкие артефакты. С тела матриарха трофеев не было, всё погибло в огне, а вот генерал имел пояс, добавляющий +2 к силе, кольцо, дающее дополнительную единицу к защите.Доспех героя был сильно повреждён, а меч имел лишь +1 к урону. В общем трофеи с владык Подземелья разочаровывали, но поток их пока ещё не иссякал. Вообще три прошедших дня были очень богаты на трофеи, которые точно закрывали потребности в золоте и ресурсах как минимум на ближайшую неделю. Это радовало, отпадала необходимость в донате.