Текст книги "Красная угроза: Командир ONLINE! Том III (СИ)"

Автор книги: Greever

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Генерал Шеми Мулин ехал на внедорожнике по трассе, ведущей в город, через окно наблюдая за слаженными действиями солдат, которые, казалось, вообще не знают, что такое усталость.

После столь ожесточённого боя они вот так запросто продолжали выполнять приказы уже два дня подряд, не выказывая ни малейшего недовольства.

– М-да… Будь у Кельрадии такие воины, мы могли бы подчинить себе весь континент… Нет! Всю планету! Хех…

В это же время раздался голос полковника Финна Самерса, который сопровождал генерала и сидел рядом с ним.

– Это необычные солдаты. Хотя высшее руководство и утверждает, что их тайно где-то готовили, но офицеры, бывавшие в деревне Гром, говорят другое… – он таинственно замолчал, не желая выглядеть любителем теорий заговора.

Шеми посмотрел на густой лес вдалеке и меланхолично ответил:

– То, что они якобы клоны?

– Д-да… – понимая, что эта теория вышла далеко за пределы офицерского состава армии, Финн решил поинтересоваться у генерала о его отношении: – Думаете, они клоны? Разве клоны не должны быть похожи друг на друга? Да и вообще, это ведь только теория…

Мулин отмахнулся, не оборачиваясь к подчинённому.

– Какая разница? Пока это на благо нашей стране, пусть будут хоть роботами. Главное в нашем деле – это результат, а не процесс.

Полковник явно собирался возразить, но автомобиль проехал через ворота и оказался на площади, на которой собрались солдаты Кельрадии и высшее командование города.

За их спинами можно было видеть многоквартирные дома и множество палаток, расставленных прямо на проезжей части.

Морос выглядел так же, как и любой другой город после конца света. Повсюду грязь, антисанитария, голодающие люди и беспросветное отчаяние.

Военные хоть и старались выглядеть лучше на фоне остальных, но мало чем отличались, учитывая старую изодранную форму и грязные лица, которые не видели душа последние три года.

Мулин, наблюдая за этим, даже улыбнулся.

– Молодцы… Не посрамили честь армии! – заявил он.

Финн не понимал, о чём говорит генерал, но задавать вопросов не стал, потому что автомобиль сделал круг почёта по площади и остановился перед офицерами города.

В ту же секунду к машине подбежал солдат и, открыв дверь, вытянулся по стойке смирно, а следом ближе подошли офицеры и также встали по стойке смирно в воинском приветствии.

Шеми вывалился наружу, поправил фуражку и, глядя на майора перед собой, отдал приказ, словно он уже сто лет является старшим в этом месте.

– Доложите!

Небритый, худощавый, рослый мужчина без каких-либо колебаний стал отвечать.

– Майор Кали Мун! Сто вторая мотострелковая бригада, под командованием полковника Рури Сарика! После гибели командира и невозможностью связаться с высшим командованием принял на себя командование гарнизоном Морос, объединился с разрозненными частями войск и закрепился здесь до выяснения обстановки в столице! В нашем распоряжении четыре тысячи двести солдат, сорок два танка, семьдесят девять бронемашин, восемьдесят четыре артиллерийских орудия и две ракетные установки ПВО! Доклад окончен!

Мужчина сделал шаг назад, продолжая изучать странную военную форму генерала. Хотя он и не знал, что за символы изображены на нашивках, но лицо Шеми ему было отлично знакомо, ведь тот частенько попадал на экраны телевизоров и заголовки газет.

Мулин одобрительно кивнул майору, после чего огляделся по площади, разглядывая измученные лица солдат и толпы людей за их спинами, которые, казалось, чего-то ждут.

– Вы хорошо постарались, и командование не оставит это без награды! – крикнул он, чтобы приободрить военных.

Однако реакции это никакой не вызвало, потому что всех волновало совершенно другое, и, поняв, о чём думают люди, Шеми, склонив голову, посмотрел на асфальтированную площадь.

– Я понимаю, о чём вы думаете, и хороших вестей у меня для вас нет. Мир практически везде такой же, как и здесь… Всюду разруха и нечисть, которая стремится вас убить.

– Но как же… – майор Мун попытался возразить, потому что его надежды были разбиты вот так вот.

Генерал, протянув руку, похлопал его по плечу.

– Мы восстановили столицу, Сабуру и Массион. Прямо сейчас новая страна накапливает силы для контрудара по врагу, чтобы не просто возродить её, но и очистить весь континент!

Стоявший рядом с Кали капитан, забыв о субординации, вмешался в разговор.

– Господин генерал, это значит, президент выжил?

Мулин усмехнулся.

– У нас новая страна и новый президент. Его зовут Воронов Руслан Александрович, а наша страна называется Свободная Советская Социалистическая Р… – в этот момент генерала прервал Финн, который протянул генералу срочное донесение из Лорана, доставленное офицером из штаба.

Шеми, прервавшись, развернул конверт.

– … Империя… – произнёс он.

Самерс подошёл ближе и заглянул в то, что прочитал генерал, после чего округлившимися глазами посмотрел на своего начальника.

В центре огромной толпы людей на площади стояли два офицера, которые не могли понять, что они сейчас прочитали, из-за чего образовалась странная ситуация, где тысячи людей молча смотрят на двух людей в полной тишине.

* * *

За час до этого.

Руслан, сидя на заднем сиденье своего автомобиля, перебирал документы, пока Юрико с удовольствием поглощала мороженое, которое ей дали в качестве успокоительного, так как она очень переживала, что ее накажут.

Командир очень не хотел остаться один в этом мире, поэтому сильно привязался к ребенку, а после предательства своих подчинённых он вообще, казалось, может доверять только системным юнитам, да и то не на сто процентов.

По словам Астры, стоящие за этим существа имеют свои планы на происходящее, а значит, могут всё изменить в любой момент.

В такой ситуации то, что сделали Наташа и остальные, стало ударом для Руслана, от которого он не мог так просто отмахнуться.

Однако и переборщить было невозможно.

В первые мгновения, когда командир только узнал о том, что с ним сделали, ему стоило огромных усилий не расстрелять всех причастных.

Для человека, который всю жизнь держал всё под собственным контролем, оказаться лишённым права выбирать было равносильно тому, что его изнасиловали.

Тело – это последняя обитель человека. Место, в котором существует его сознание и то, что даровано ему родителями. Но вот кто-то решил, что это место можно просто заменить по своей прихоти, не спрашивая разрешения.

Руслан даже сейчас с трудом сдерживался, чтобы не закричать от бессилия. Его уверенность в себе была разрушена, а эмоции скакали вверх и вниз, из-за чего навык «Холодный расчёт» активировался каждые пять минут.

Его словно окунали в ледяную воду, и это уже само по себе начинало злить мужчину.

Пытаясь сосредоточиться на бумагах, он не заметил, как колонна машин промчалась мимо ворот деревни Гром и, проехав почти до самого конца базы, остановилась у здания из металла, похожего на ангар.

По динамику внутренней связи послышался голос водителя.

– Товарищ президент, мы прибыли.

Командир, подняв голову, осмотрелся и, отложив документы, вышел на улицу, оставив Юрико внутри.

В сопровождении четырёх солдат он вошёл в ангар, который внутри оказался сооружённой на скорую руку тюрьмой с оборудованными клетками вдоль стен с двух сторон, в которых сидели арестованные.

С его появлением лежавшие на койке Анна, Наташа, Лилит и Алиса вскочили со своих мест и прильнули к решёткам, в то время как мужчины вели себя более сдержанно.

Руслан прошёл в центр помещения, как на специально подготовленную площадку для выступлений, посмотрел на всех, внимательно вглядываясь в глаза.

– Никому из вас больше нет доверия. Вы люди, которые могут в любой момент убить меня, решив, что сделали это для меня. Вряд ли существует хотя бы один процент, что я смогу хоть кого-то подпустить к себе, не опасаясь, что вы не увидите во мне что-то, что вам не понравится.

– К-командир… – пробормотала Наташа, пока остальные с печалью слушали эти слова.

Сидя в камере, каждый думал о том, как бы воспринял ситуацию, если бы оказался на месте Руслана, и все кое-что поняли. Пусть и не осознали, насколько подорвали уверенность в себе Руслана, но могли однозначно сказать, что не приняли бы решение других о своей жизни.

Амори Линген после долгих размышлений вспомнил о ситуации, когда напал на министра обороны с кулаками на президентском приёме, и это было лишь за то, что ему не дали принять решение об отступлении. Это даже касалось не лично его жизни, а жизни подчинённых.

Наверно единственным, кто изначально представлял, что всё так обернётся, был Маркус, который стоял и смотрел на командира, ожидая решения, так как в сердце он уже принял свою казнь.

Руслан тем временем внимательно посмотрел на Наташу, которая сводила его с ума своими нравоучениями и попыткой перевоспитать, постоянно подгоняя подписать очередную бумагу.

– Я не могу вас просто так казнить, потому что боюсь, что превращусь в нечто, что совсем потеряет контроль над собой, а с моей властью это чревато тем, что я погублю множество жизней.

Пока командир говорил, в помещение вошёл солдат с металлическим кейсом в руках и, подойдя к столику у клетки, в которой сидел Маркус, он открыл его и достал некое устройство размером с таблетку, после чего протянул министру торговли.

В это же время Руслан продолжил говорить.

– Это устройство связано с моим телом. Так как доверять вашим словам я больше не могу, вам придётся выпить эту таблетку.

Маркус, подойдя к солдату, протянул руку через решётку и, забрав таблетку, посмотрел на президента.

– Могу я спросить, что это?

На этот вопрос ответила Анна.

– Капсула с нанитами. Я создавала их для будущих шпионов, чтобы в случае поимки их можно было убить дистанционно…

Эльфийка своими изумрудными глазами посмотрела на командира, отчего сердце Руслана дрогнуло на мгновение, потому что он был без ума от неё, как и от Наташи, но, активировав навык «Холодный расчёт», мужчина быстро пришёл в себя и кивнул.

– Наниты связаны с теми, что в моём теле, и как только я умру, они убьют и вас. – Медленно развернувшись на триста шестьдесят градусов, он продолжил: – Как только вы их примете, сможете покинуть клетку. Вы вернётесь на свои должности и продолжите работать. Однако ничего как прежде больше не будет. С этого момента вы все мои подчинённые и ничего больше. Можете покинуть СССР или остаться и пытаться вернуть доверие, выбор за вами.

С этими словами Руслан посмотрел на Наташу, которая, казалось, расплачется, отчего ему стало ещё хуже.

Все женщины, собравшиеся вокруг него, являлись настоящими королевами, которые боготворят его. Они могли казаться холодными и строгими, но с ним девушки вели себя непринуждённо, показывая самые милые черты характера.

К сожалению, они разрушили всё тем, что посчитали благом, из-за чего в сердце командира поселилось сомнение, и теперь он сам не знал, исчезнет оно когда-либо или нет.

Резко развернувшись, мужчина быстрым шагом направился к выходу, оставив присутствующих принимать собственное решение.

С его уходом Алиса рухнула на койку и, потупив взгляд, уставилась в пол.

В отличие от системных юнитов, девушка была одной из самых незащищённых среди всех. Её единственной опорой являлся Руслан, который дал ей такую власть, которой ни у кого не было. Она могла совершить любое преступление и, скорее всего, смогла избежать наказание, но сделала то, чего даже не могла ожидать от себя – предала доверие.

Однако хуже всего было Лилит. Девушка, боровшаяся за место рядом с командиром, делавшая для этого всё, что только возможно, и подобравшаяся максимально близко к своей цели, в одночасье оказалась на краю пропасти.

Если раньше существовал хоть какой-то шанс, то теперь от него не осталось и следа. Она злобно посмотрела на Анну и Наташу, по чьей милости все оказались в таком положении, сжимая прутья решётки в своих белых ручках.

«Будьте вы прокляты! ДУРЫ! Вы имели всё, о чём я мечтала, но не могли просто подчиняться приказам! Вам надо было обязательно сделать то, что ВЫ посчитали правильным! Вы забыли своё место и вместе с собой утянули на дно всех!» Лилит впервые была так зла, и у неё существовали причины на это, ведь она не принимала прямого участия в случившемся. Девушка, даже услышав о готовящемся, решила, что это всего лишь предложение, но никто ничего делать не станет.

Однако Анна и Наташа пошли дальше планов.

В отличие от женщин, мужчины реагировали на всё проще. Они теперь осознали, что всё вернётся на круги своя, и у них просто нет права на ошибку. Если это так, то в чём разница от того, что было раньше?

Не долго думая, они приняли капсулы и стали по очереди покидать клетки, готовясь вернуться к своим обязанностям.

* * *

Тем временем автомобиль Руслана, проехав около километра, свернул налево и остановился у центра пропаганды напротив командного центра.

Командир вышел из автомобиля вместе с Юрико и, поприветствовав Колосову, вместе с ней вошёл внутрь.

Президента провели через оживлённый пункт управления к комнате, которая полностью дублировала кабинет во дворце, разве что это являлось декорацией, как в телевизионной студии, с тремя видеокамерами, за которыми уже стояли операторы.

Гримёры подготовили Руслана, пока персонал суетился, готовясь к эфиру, и спустя минуту на суфлёре пошёл обратный десятисекундный отсчёт.

Как только таймер досчитал до одного, загорелась зелёная лампочка, и командир начал своё телеобращение.

– Я президент СССР, и, как вы все знаете, недавно мы столкнулись с кризисом…

Жители в трёх городах, прильнув к экранам, слушали каждое слово Руслана, боясь упустить хоть что-то.

В квартирах, барах, кафе и даже на экране на стене мэрии – везде передавалось одно и тоже.

– Я просто хотел восстановить нашу страну и вернуть мир жителям, чтобы им не пришлось бояться. Чтобы люди вернулись к нормальной жизни и смогли строить новое будущее. Однако даже я не смог избежать нападения, в результате которого чуть было не рухнули все наши планы. Нападение монстров на город, атака бывшего президента, нападение лично на меня… – Руслан замолчал, давая людям возможность осмыслить услышанное, а затем продолжил: – В связи с этим я осознал, что нас не оставят в покое и мне не позволят просто строить нашу страну и жить в мире. Поэтому с этого дня я объявляю!

В посольстве Северной Империи принцесса, посол Синдиката и посол Империи напряжённо слушали то, что собирается сказать президент, и услышанное их шокировало до глубины души.

– СССР больше нет! Отныне я объявляю нашу страну ИМПЕРИЕЙ! Свободной Советской Социалистической Империей! В ней не будет аристократии и привилегированного общества! Будет только один голос, и этот голос мой. Сегодня я объявляю войну всем тварям, живущим на нашей планете, и не успокоюсь, пока все они не будут истреблены! Все оставшиеся страны должны либо сотрудничать с нами в этом, либо исчезнуть! Никому не позволено пожинать плоды наших трудов, не приложив никаких усилий! Да будет вечно процветать наша ИМПЕРИЯ!

Сразу после этих слов на экране продолжился показ какого-то концерта, но никто из тех, кто находился перед телевизором, не мог оторваться, настолько шокирующим оказалось выступление президента.

Он не просто изменил политический курс, он по сути объявил войну всей планете и не где-то в кулуарах, а на всеобщее обозрение.

Анис Прат, сидевший с бокалом виски в руках, растерянно смотрел на экран, не понимая, что ему делать. По его логике, первой жертвой империи может как раз стать Синдикат, ведь они наиболее близки к СССР… Или вернее СССИ.

– Чёрт возьми… – всё, что смог сказать мужчина.

Глава 122

МИР!

Грёз– прекрасен мир.

Ад земной воздвигли мы.

Космос только ждёт.

* * *

На флагманском корабле класса «Сёгун» Тацу лежал в своих покоях. Опираясь головой на жёсткую макуру, которая держала голову на одном уровне с телом, шею он предпочитал подпирать жестким валиком для сна, наполненным гречневой шелухой. Покоясь на футоне, что лежал прямо на татами в помещении каюты его величества наследного принца, Тацу на самом деле ждал, когда к нему в каюту пожалует его любимая забава в долгих походах.

Распахнувшаяся дверь подарила молодому человеку приятного вида фигуру, облаченную в крохотный шелковый халатик-кимоно, одетый на голое тело. Сквозь него проступали волнующие очертания полной груди девушки, а розовые волосы, небрежными прядями спадающие на круглое лицо, подчеркивали невинный образ. Стройные ноги вошли в помещение, а аккуратные наманикюренные руки задвинули за собой дверь.

– Ты задержалась. – Жестко обратился к вошедшей Тацу.

– Иногда девушке стоит задержаться, чтобы запалить огонь страсти ещё сильнее. – Ехидно парировала гостья, опускаясь вниз, садясь рядом с ним на колени.

– Мне не нравится, когда меня заставляют ждать. Запомни это, женщина. – Тем же грубым тоном добавил сын императора.

– Как прикажете, Котайси. – Девушка опустила взгляд и склонила голову в знак своего подчинения.

– Встань, я хочу взглянуть на тебя. – Скомандовал наследный принц, похлопав девушку по волнующему изгибу бедра.

Гостья поднялась на ноги и аккуратно расстегнула своё крохотное фиолетовое кимоно, сбросив его на пол. Смущаясь, она прикрыла руками свою грудь, а ноги поставила так, чтобы огородить свои прелести от хищного взгляда мужчины внизу.

– Ты потолстела, сейчас же садись на диету, это приказ. – Грубо проговорил Тацу, садясь на футоне и откинув одеяло в сторону, обнажая верхнюю часть тела и открывая часть кровати, на которую приглашал свою игрушку.

– Хорошо, что вы заметили, Котайси. Дело в том, что я беременна. – Едва слышным от испуга голосом ответила девушка.

– Как⁈ – Округлившимся взглядом мужчина взглянул на неё, и действительно, низ живота характерно выпирал, а округлившиеся бёдра только подчеркивали состояние гостьи.

– Это иногда случается, если заниматься тем, чем мы с вами обычно занимаемся, мой котайси… – Гостья не смогла договорить то, что хотела, поскольку её голова отправилась в полёт, отсеченная взмахом плазменного клинка, который Тацу уже убирал обратно в ножны. Которые держал в левой руке, приняв позу в выпаде, шагнув в полуприсяде и упав на правое колено.

Фонтан крови из обезглавленного тела залил помещение, а футон и татами со стенами пришли в полную негодность, пропитавшись кровью внезапной жертвы. Котайси же, в свою очередь, встал во весь рост и вытер рукой полосы крови, что залили его глаза и лицо, обтерев её остатки о трусы, в которых стоял.

– Сато, Горо, войдите!

Два тяжеловооруженных стражника, облаченные в до-мару и с неизменными паразумарайфуру в руках, вошли в раздвижные двери и встали по стойке смирно.

– Горо, – обратился сын императора к правому стражнику, – дорогой, вынеси с Сато этот мусор на кухню. Она всё-таки тануки, необходимо пустить мясо в оборот.

– Как прикажете, котайси. – С поклоном обратился стражник к Тацу и уже сделал шаг в сторону истекающего кровью тела, как тут же был остановлен жестом руки.

– Горо, почему же так официально. Мы же с тобой одноклассники, можешь просто по имени. – Дружелюбно улыбнулся Тэнто своему школьному другу залитым кровью лицом.

– Как прикажете, Тацу. Однако я Сато. Он Горо. – Стражник указал пальцем на своего коллегу.

– Носите, что ли, шарфики, вас не различить в этих штуках. Это моё слово.

– Это ваше слово, Тацу, непременно исполним. – Ответили стражники в поклоне и приступили к уборке помещения, забрав тело и голову девушки, что нагло посмела забеременеть от сына наместника бога на земле.

Тацу, дождавшись, пока двое покинут помещение, раздвинул противоположную дверь и вышел на балкон своей каюты. Выполненный в традиционном японском стиле балкон нависал над кормовой частью акватории и предоставлял прекрасный вид на океан. Слева и справа, да и везде, куда позволяло дотянуться взгляд, высились корабли всевозможных классов и форм, собранные для единственной цели – приведения континента к согласию.

Основной флот Империи Красного Солнца насчитывал более двадцати тысяч судов среднего класса, а сколько ещё судов поддержки и снабжения, а также малых ракетных кораблей и небольших канонерок с танками – никто и вовсе не считал. Но ресурсов они потребляли огромное количество.

– Хаичи, подойди на минутку. – Обратился он к своему адъютанту, наверное, единственной женщине на корабле, к которой Тацу никогда бы не прикоснулся, потому что понимал, насколько ценной единицей она является для него.

– Вызывали, император. – Обратилась к нему женщина, едва только прошла сквозь распахнутые двери.

Повернувшись к ней, Тацу смерил её своим взглядом с ног до головы. Аккуратные туфли-лодочки, заправленные в них стройные ноги, поднимающиеся ввысь к подолу короткой юбки, наполненной упругим тазом. За ним возвышается стройный подкаченный живот, резко раздаваясь двумя внушительными аргументами бюста этой тридцатилетней женщины, чей острый подбородок и аккуратный нос так сильно подчеркивался миндалевидным разрезом глаз и волосами цвета морской волны, собранными в неизменный пучок на голове.

– Сколько «несогласных» осталось у нас после приведения Восточного Архипелага к согласию? – Обратился к женщине котайси, погасив свою похоть.

– У нас осталось ещё восемнадцать тысяч пленных ёкаев. Как прикажете с ними поступить? – Холодно проговорила женщина, смотревшая в свои бумаги, что держала пачкой в руках.

– Прикажи приготовить их всех. К моменту, как мы прибудем на материк, у нас не должно ни остаться ни одного тануки среди офицерского состава. Я хочу, чтобы все перешли в класс шиноби как можно скорее. – Проговорил мужчина, собирая кровь со своего лица пальцами и отправляя её к губам, где аккуратно слизал её языком.

– Мы сейчас и так на интенсивном потреблении. Расход идёт по одному пленному в три дня на корабль, больше просто неэффективно из-за ограничений самого процесса эволюции. – Возразила Хаичи.

– Тогда пришлите мне новую женщину, старая смела от меня умереть. – меланхолично добавил котайси, проходя сквозь залитые кровью покои, где уже вовсю копошились роботы-уборщики, счищающие следы недавней смерти.

– Как прикажете, Тацу. Женщина придёт во вторые покои на кокпите. – Поклонившись, приняла приказ адъютант и проследовала за котайси внутрь корабля, продолжая согласовывать дальнейшие планы флота, захлопнув раздвижную дверь за собой.

* * *

В то же время на континенте, в одном из зданий передовой армии империи, распахнувшаяся раздвижная дверь, выполненная в японском стиле, открыла взору обворожительной Аманэ прекрасную картину, которую та всегда была рада видеть. Аккуратно выложенные камнем дорожки вели к выложенной полукруглыми камнями чаше горячего источника, чей пар поднимался к небу, рассеиваясь где-то на середине человеческого роста.

Завернутая в белоснежное полотенце девушка лёгкой поступью пролетела к кромке воды, аккуратно скинув полотенце и перевязав его на голову.

Волосы, которые при первом появлении на площадке источника были собраны в длинную широкую косу, по приказу хозяйки собрались в высокую конструкцию на голове, аккуратно закрепившись друг за друга так, чтобы не намокнуть при погружении. Более того, они не только сменили своё положение, но ещё и укоротились примерно втрое. Если изначально они достигали задней части колен, то в момент погружения в воду их длина уже не превышала двадцати сантиметров.

– Аааааххххх – с удовольствием выдохнула Тацукамото и почувствовала, как её тело наполняется теплом и одновременно расслабляется до предела.

Просидев так какое-то время, девушка открыла глаза и устремила свой взгляд на звёздное в небо, где недавно заметила какую-то круглую структуру, периодически появляющуюся на небе и пролетающую весь небосвод примерно за четыре часа. Проводив этот круг, посреди которого прослеживался аккуратно вписанный крестик с небольшим кругляшком по центру, она опустила голову к земле, а именно в то место, где аккуратно спиной к ней сидел её личный слуга Саю Ми.

– Ты никогда не замечал эту штуку, когда был на острове? – Спросила его девушка расслабленным голосом.

– Нет, ваше превосходительство. Я редко видел звёзды, поскольку жил в городе, а так небо полностью залито светом даже ночью. – Чётко подбирая слова, ответил адъютант.

– Наверное, я тоже не смотрела в небо и не видела её, а может, от нас её и не видать. Интересно, кто её отправил туда? Северная Империя? – таким же расслабленным голосом, но с толикой энтузиазма проговорила Аманэ.

– Скорее всего. Ведь до конца света именно они что-то там запускали в космос. Может быть, это их вещь там и летит. – Уже более обыденным тоном поддержал разговор Саю Ми.

– Ты сейчас на каком уровне? – Обратилась она к слуге, чтобы прервать свои мысли и вернуться к делам более насущным.

– Едва-едва шиноби, госпожа. Я очень долго был тануки, хотя кицунэ прошел почти легко.

– Чудно. Ты же не забываешь про тренировки? Это единственный из возможных путей, который одобряет Империя Красного Солнца. – Аккуратно напомнила Тацукамото своему слуге о главном, чтобы тот не забывал, как ему правильно расти.

– Конечно, госпожа, тот второй способ ужасен. Человек должен оставаться Бакэмоно, пусть и живя как ёкай.

– Но при этом не становиться мононокэ. – Подытожила девушка и вновь задрала голову к небу, устремив свой взгляд к крестику, что занимал её мысли последние пару дней.

«Интересно, Тацу сейчас тоже его видит? Эх, скорее бы с ним поплыть на Сейранто. Как же мне одиноко». Подумала Аманэ и постаралась отогнать от себя эти мысли, прогоняя в голове отчеты по строительству нового города, который решила назвать скромно Аманэкио.

* * *

Орбитальная станция «Мир-2», представляющая собой гигантскую окружность диаметром 318 метров и длиной окружности по полу внутреннего кольца километр, а внешнего – тысяча сто метров, чью окружность пересекают четыре массивных технических тоннеля, соединённые в центре в продолговатую цилиндрическую конструкцию, которая использовалась как защитный короб к кинетической пушке.

Здесь, на орбитальной космической станции «Мир-2», контр-адмирал Алиса Селезнёва сидела за своим столом и слушала доклад офицера инженерно-технической службы о состоянии станции.

– … Таким образом, за прошедшие сутки проблем не обнаружено. Доклад окончен, старший мичман Гречко. – Крепкого вида инженер в жёлтой форме и привычной строительной каске замер, широко расставив ноги и ожидая новых указаний от своего командира.

– Что по связи с поверхностью? Есть какие-то новости? – Волевым голосом, не лишённым азарта и мелодичности, обратилась она к подчиненному.

– Никак нет, товарищ контр-адмирал. Связь недоступна, пока внизу не построят космопорт. Единственными возможными контактами являются сеансы связи раз в шестнадцать часов, когда мы проходим над Центром пропаганды. Задержка связи составляет семь секунд.

– Без изменений. Мог просто сказать «Без изменений», зачем постоянно усложнять? – Приложив руку к лицу, покачала головой Алиса.

– Есть не усложнять, товарищ контр-адмирал. Будут ещё указания? – Искренне ответил инженер.

– Хаааа. – Тяжело выдохнув, Селезнёва продолжила брифинг. – Как продвигаются работы по установке спутника гравитационной поддержки? Мы готовы к захвату техники врага?

– Никак нет, товарищ контр-адмирал. Спутник установить не получилось, нужно ваше разрешение на использование «Бурана-4» для пилотируемой миссии. – Протараторил паренёк на одном дыхании.

– Если я говорю установить спутник гравитационной поддержки, значит у тебя есть разрешение на пилотируемую миссию. Чего непонятного, олух? – Девушка схватилась за голову и опустила взгляд вниз к столу, опершись на локти.

– Всё понятно, товарищ контр-адмирал. Разрешите исполнить сейчас же? – Тем же неизменно-вдохновлённым голосом проговорил мужчина.

– Стой! Я сама схожу с тобой в ангар и проконтролирую всё, иначе ты опять чего-то не получишь, где-то не расслышишь, и всё повторится вновь. – Резко подскочив, руководитель станции, на вид лет двадцати пяти, вздёрнула руки перед собой, останавливая порыв старшего мичмана.

– Как прикажете, контр-адмирал Селезнёва.

– Да помол… – Еле сдерживаясь, процедила Алиса, шагая мимо своего стола в сторону сдвигающейся двери-переборки, попутно поправляя свою тёмно-синюю форму.

Остановившись возле двери, она обернулась и окинула взглядом своё место работы, представленное белоснежным кабинетом, собственно, как и все помещения на орбитальной станции, выполненным из карбида титана, посреди которого, возле гигантского иллюминатора во всю стену, стоял письменный стол с принадлежностями, а перед ним два небольших вращающихся стула, привинченных к полу, как и все предметы на орбитальной станции, на случай её остановки.

Ведь гравитация на станции достигалась её вращением вокруг своей оси, создавая центробежную силу в 0.1 g на внутреннем кольце и 0.16 g на внешнем ярусе, где располагались каюты экипажа и огромное количество гидропонных установок для выращивания пищи и спортивные приспособления, чтобы экипаж не терял физическую форму, на случай экстренного возвращения на поверхность планеты.

Пройдя сквозь сдвижную дверь, которая открылась автоматически, как только контр-адмирал подошла к ней достаточно близко, она повернула налево и пошла к лифту, чтобы подняться на второй ярус станции, где расположены ангары и некоторые рабочие отсеки, в которых должны производиться научные изыскания, но в данный момент простаивающие из-за отсутствия каких-либо задач с планеты.

Двигаясь вверх по кольцу, Селезнёва здоровалась с экипажем, который при виде неё бросал все свои дела и отдавал честь, вставая по стойке смирно. То тут, то там встречались различные терминалы внутренней связи и переборки, необходимые для изоляции отдельных частей станции, на случай разгерметизации, пожара или ещё бог весть чего. На крайний случай на борту присутствовали специальные шкафчики с оружием, если какой-то злоумышленник, пришелец или космический пират захочет взять станцию на абордаж. Контр-адмирал не верила в возможность данного исхода, однако раз в уставе космической программы это прописано, значит необходимо исполнять.

Подойдя к лифту, Алиса нажала на кнопку вызова, и спустя несколько секунд двери открылись, и контр-адмирал, сопровождаемая недалёким инженером, вошла внутрь. Лифт поднялся на несколько метров наверх и открыл свои двери на палубе ангара, где техники варили какую-то конструкцию, предназначения которой Алиса не представляла, но по виду напоминала обычный самогонный аппарат, контур которого угадывался во внушительном змеевике, который тихонечко выглядывал из груды сложенной утвари в ящике из-под боеприпаса для «Бурана-4».

– Адмирал на палубе. – Раздался крик одного из техников, и весь персонал без исключения встал по стойке смирно, обратившись лицом к вошедшему офицеру.