Текст книги "Красная угроза: Командир ONLINE! Том III (СИ)"

Автор книги: Greever

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

– Груууу – прозвучало откуда-то сверху гортанное эхо, как только командир повис на тросе.

– Что поделать, тут, кажется, всё, что нас окружает, живые организмы. – Подбодрил своих подчинённых командир, карабкающийся по скользкому тросу первым. Он искренне пожалел, что не смог снять перчатки перед применением способности и теперь пытался обвить эти тросы вокруг кистей руки посильнее, чтобы удержаться на их гладкой, слизистой поверхности.

Вскарабкавшись наверх метров на двадцать, командир достиг сохранившегося сегмента лестничного пролёта, где, проверив тот на прочность, взобрался на него, открыв прилегающую к нему дверь.

Растворившись в лужице жидкого металла, дверь стекла на пол помещения коридора, открыв заросшее органическим «лишайником» продолговатое помещение, где не таилось никаких опасностей, поскольку это был запертый массивной дверью на конце тупик. Дождавшись, когда весь отряд вскарабкается наверх, командир проверил двух раненых бойцов, раны которых показались ему подозрительными.

– Гер Густав, посветите сюда и посмотрите. – Обратился он к лейтенанту, имевшему медицинские навыки.

– Майн гот! Руку нужно срочно отнять, пока заражение не поднялось. Срочно снимайте броню! – Распорядился лейтенант, помогая рядовому перед собой скинуть её части. – Гер Олаф, проверьте второго.

Присев на корточки возле второго бойца, майор разрезал штанину воина, оголив голень. Множественные тёмные вены начали расходиться от царапины на ноге. Сквозь кожу виднелись красноватые колышки, словно поверхность того мясного здания прорастала внутри этого человека. Не зная, как действовать в подобной ситуации, майор поднялся на ноги и, похлопав по плечу бойца перед собой, помог тому подняться на ноги, отведя обратно к шахте лестницы.

– Давай мне своё письмо. – Протянул руку командир и боец, понявший ситуацию, достал из-под бронежилета конверт, на котором виднелся адрес получателя. Протянув тот стоящему перед собой человеку, он схватил его за руку и произнёс:

– Проследите, чтобы она получила страховку.

– Обещаю, герой. – Ответил командир, приставив дуло пистолета ко лбу подчиненного и надавив на спусковой крючок. Оглушительный грохот выстрела раздался эхом в разрушенной шахте лестницы и тело бойца специального назначения полетело вниз, со шлепком нанизавшись на торчащие обломки лестницы внизу.

Прозвучавший второй выстрел вторил первому, добавив к полёту раненого бойца ещё одно тело, которое толчком ноги сбросил лейтенант, исполнивший «крайнюю меру».

– Я надеюсь, что каждый из вас сделает то же самое со мной, если на то придёт время. – Обратился майор к стоящим бойцам, лица которых выражали понимание перед лицом сложившейся ситуации. – Идём дальше! – Распорядился командир, продвигаясь впереди поредевшего отряда специального назначения.

Нащупав ручку двери, командир схватился за неё голой рукой, начав плавить её при помощи своей силы. Почувствовав, как горячий металл стекает вниз по деревянной основе двери, он навалился всем телом, распахивая дверь наружу, случайно сорвав её с петель, ведь она открывалась на командира.

Отметив про себя, что ситуация с бойцами отразилась на его эмоциональном состоянии, майор достал из поясной сумки карту комплекса и попытался определить своё местоположение.

– Гер Густав, как думаешь, мы сейчас здесь или на уровень ниже? – Поинтересовался он у лейтенанта, стараясь получить подтверждение собственной догадке.

– Я думаю, что мы здесь, гер майор. Мы бежали на восток от этого выхода в «ангаре», так что поднялись вот по этой «лестнице». – Проговорил свою догадку лейтенант, в процессе подтвердив её.

– Верно. Здесь написано «Столовая». – Командир поднял взгляд своей маски, осветив пустое помещение, усеянное по всей поверхности «столовой» кожистыми яйцами, внутри которых явно теплилась жизнь, и содержания которых майор не стремился узнать.

Будучи зажатыми в длинном прямоугольном помещении, с одной стороны которого виднелись распахнутые двойные двери, подпёртые сгустком биомассы, а с другой такие же двойные двери, но задвинутые металлическим буфетом, служившим когда-то для раздачи еды сотрудникам, а теперь затянутый той же непонятной органикой, что и все остальные части исследовательского комплекса.

– Нам туда. – Указал командир на двери, задвинутые металлическим буфетом. – Через два туннеля и один склад позади кухни мы выйдем на парковку второго яруса, где пройдём к грузовикам.

Успокоив нервничающих бойцов, командир отдал приказ двигаться в нужном направлении. Бойцы, вскинувшие винтовки, начали аккуратно продвигаться в сторону задвинутой двери, стараясь не касаться кожистых яиц, размер которых говорил им о том, что, скорее всего, в них зреют новые «хаунды».

Ощетинившись дулами автоматов во всех направлениях, бойцы подошли к буфету, приложив руки к которому, командир начал нагревать его, освобождая приспособление от опутавшего его поверхность «лишайника». Как только металл раскалился докрасна с тихим визгом, как бы на выдохе, биомасса отпрянула, что дало возможность бойцам, схватившись с двух сторон, сдвинуть тяжеленную утварь с прохода.

Неожиданно один из бойцов подал сигнал о замеченном движении позади. Повернувшись в нужном направлении, бойцы осветили достаточным количеством света комнату, через двери которой медленным шагом входила «фройляйн», оставленная у подножия мясного здания и теперь взирающая на бойцов единственным глазом, на месте второго виднелась затянутая желтым гноем рана, сочащаяся сукровицей.

– Шнелер, майн отряд, бежим! – Крикнул командир, поднявший словно пушинку раскаленный буфет, в металле которого завязли иглы «фройляйн», пущенные ею во врагов. Пробив металл почти насквозь, они торчали ровными рядами в направлении «обидчиков», грозя им смертью в случае попадания по ним, ведь неизвестно, что именно расползалось в плоти пожертвовавших жизнью бойцов, заразно ли оно при контакте или обязательно должно попасть в кровь. Опустив зажатый в стальной хватке буфет на землю, командир вновь открыл прямой вид на несущуюся по потолку «фройляйн». Будто старающуюся не повредить яйца, часть из которых начала открываться, превращаясь в тех самых «хаундов», которые преследовали их в «ангаре».

Метнув тяжелый буфет в сторону приближающихся монстров, командир раскалил его предварительно до такой степени, что, столкнувшись с одним из «хаундов» в полёте, он развалился на две части, погребая под расплавленными останками своего тела новых тварей, корчащихся и вопящих от боли.

Повернувшись в сторону убегающих бойцов, прикрывающих отход командира градом пуль, майор выскочил в отжатую к ним часть двери кухни. Постаравшись протиснуться внутрь, командир оказался в нетронутом заражением помещении, где всё так же работали включенные электрические плиты. На поверхности которых, раскалившись докрасна, стояли гигантские металлические кастрюли, благоухая испорченными супами на всю кухню, обуглившись до состояния активированного угля.

Схватившись за одну из плит, командир постарался подвинуть её в сторону двери, через которую проскальзывали последние бойцы, но она оказалась тяжелее и длиннее, чем подумал майор на первый взгляд. Уперевшись с другой стороны, спецназовцы помогли подвинуть металлическую конструкцию к проёму отжатой части металлической двери с полукруглыми окошками, через которую уже виднелась морда «хаунда», отжирающего мешающую ему пройти металлическую часть двери своими мощными челюстями.

– Уберите руки! – Крикнул Олаф, и подвинувшие почти вплотную к пасти твари плиту воины тут же отпрянули назад. Ближайшая к командиру часть плиты начала превращаться в жижу, которую тот, отдирая от поверхности, бросал в монстра, заставляя того отпрянуть. Увидев через стекло морду «фройляйн», он швырнул в её направлении очередной сгусток расплавленного металла, который поглотил выпущенную насекомым иглу, отклонив вторую в полёте.

Второй рукой командир швырнул новую порцию металла, однако отклонённая первым броском игла врезалась в живот командира, повиснув на форме. Продолжая швырять куски жидкого металла, командир кое-как забаррикадировал проём.

Удостоверившись, что удары тварей с той стороны не могут пробиться к ним, он выдернул иглу из формы, подняв её вверх, оголяя накачанный живот, рельефу которого Руслан мог только позавидовать. Проведя руками по коже, где не виднелось никаких царапин, он показал нетронутую кожу другим бойцам, успокоив их. Осмотрев содержимое кармана, он достал священную книгу Мелинского синдиката «Моя борьба, повесть о прибыли», где и застряла игла, не пробив последнюю треть книги.

– Осмотрите каждый другдруга. Вы знаете, что делать. – Распорядился мужчина, зрение которого плыло из-за чрезмерного использования способности.

Присев на корточки, он минуту сидел до тех пор, пока в помещении не прозвучал одинокий выстрел. Встав на ноги, командир поинтересовался у бойцов: «Кто?» На что получил ответ, что убитым был боец с именем Рейн, тот самый, что всё это время нёс инопланетное устройство. Оказалось, он где-то случайно поцарапал руку, и эта мелкая царапина начала разрастаться и точно так же покрываться коркой, похожей на ту, из которой состояло мясное здание в подвале.

– Шнелер, по машинам! – Сквозь зубы процедил командир, сетуя на несправедливость жизни. «Все новобранцы пали, кроме Хауптмана и лейтенанта. Дас ист провал». Покачал головой командир, пробегая через незаражённую часть комплекса, где позади слышался рёв тварей. Взламывающих в данный момент его наспех возведённую баррикаду.

Пробежав все коридоры и помещение, оказавшееся неким зелёным садом под землёй пустыни, войны взобрались на небольшой пандус, отделявший их от роликовой двери, которая явно поднималась вверх. Не дожидаясь, пока их настигнут, и не тратя время на поиск пульта, что мог их открыть, командир, державший в руках инопланетное устройство, прыгнул сквозь них, проломив их своим массивным телом.

Военные, проскочившие вслед за своим командиром через врата, помогли подняться майору, рухнувшему на серую биомассу, покрывавшую пол здания по эту сторону ворот, и, пробежав еще несколько десятков метров, оказались в гараже, где недавно уже были, спустившись в него от входа в комплекс.

Однако теперь, оказавшись здесь, они видели совсем иную картину. Потёки серой биомассы «лишайника», заполонившие все поверхности гаража, свисали лианами с потолка, а средства передвижения, хаотично расставленные по всему пространству парковки, тоже были покрыты сплошным ковром пульсирующей органики, хмуро поблёскивающей металлическим блеском.

Плюнув на представшую перед ними картину, они, что есть мочи, и насколько им позволяло сцепление со скользкой поверхностью жижи, рванули наверх, в направлении ожидающих их грузовиков. Поднявшись по пологому въезду, пол которого уже начал покрываться непонятной субстанцией, они выбежали наружу, где в спокойной обстановке сидели двое офицеров, весело что-то обсуждали и курили папиросы, дожидаясь основного отряда.

Сделав выстрел в воздух, лейтенант скинул с себя противогаз, швырнув тот в кузов заведённого грузовика северной империи, дожидавшегося отхода отряда, и крикнул этим двум лентяям:

– Живо по машинам! За нами погоня! – Однако офицерам, уставшим ждать возвращения товарищей, не требовалось подтверждение. Позади ворвавшейся гурьбы спецназовцев уже слышались вопли и крики существ, преследовавших их.

Погрузившись в автомобили, и выругавшись на то, что северяне делают руль с неправильной, левой стороны, воины сорвались с места, унося выживших прочь из этого комплекса. Сбив по пути несколько заграждений, военные выехали на открытую местность, где сразу же обратили внимание на перемены.

Если раньше серая биомасса покрывала только часть пустыни, заставив военных проезжать буквально по своей кромке, то теперь серая жижа расползлась, перекрыв собой часть дороги.

Увидев это, майор крикнул в рацию своего противогаза, чтобы водители ни в коем случае не заезжали на неё и объезжали. Сделав нехилый крюк и пролетев на скорости в семьдесят километров в час по неровному песку пустыни, колонна из четырёх грузовиков подъехала к началу горной тропы.

Углубившись внутрь леса, майор приказал всем пока не снимать маски и дождаться того момента, когда они поднимутся на выступ горного кряжа, где открывался тот самый вид на «долину смерти». Остановившись на повороте дороги, командир построил всех бойцов перед собой.

– Гер Хауптманн, гер Обер-лейтенант и гер лейтенант, шаг вперёд. – Трое офицеров вышли вперёд. – Вы втроём были без противогазов на последнем шаге, как чувствуете себя?

– Я в порядке, гер Олаф. – Отозвался лейтенант, случайно обратившийся к начальнику по имени.

– Всё хорошо. – Поддержал Обер-лейтенант.

– В-сёёё прекрасно. – Почти шипением ответил Гер Хауптманн, чьё тело начало неестественно колыхаться, а его шею резко начали покрывать вздувшиеся черные вены, испещренные красноватыми шипами.

– Гер Хауптманн, передай мне письмо. – Скомандовал майор, протягивая вперёд руку, вновь облачённую в перчатки.

– Мой жизнь принадлежит Рою! – Взревел капитан, бросаясь вперед на командира, пытаясь укусить того или вцепиться в него руками.

Автоматные очереди эхом разлетелись по горной местности, и тело Хаупмана, лишенное признаков жизни, полетело вниз с уступа, обрывая его полосу жизни, разорвавшись от пронзивших его веток деревьев на куски.

– Вы двое, едете в последнем грузовике, если в вас заметят признаки этого. – Он указал на траекторию полёта капитана со скалы. – То действуем по «крайней мере».

– Так точно, гер майор! – Отозвались понимающие свою судьбу воины, которые приняли этот расклад как единственный.

– Отчёт о приобретениях где? – Обратился командир к обер-лейтенанту, пока того под конвоем бойцов размещали в хвостовом автомобиле.

– Во втором грузовике много документов с секретными чертежами, чертежами техники советов и многими образцами их вооружения. Также в третьем грузовике шесть бочек с топливом, поэтому нам хватит до самого Мелинского синдиката, мой командир. – Дал короткую справку обер-лейтенант, на которого надевали наручники и маску на глаза.

– Спасибо за службу, офицеры, если по возвращении домой вы останетесь живы, прикажу приставить вас к награде. – Подытожил майор, запрыгивая внутрь кабины второго автомобиля, обойдя его вокруг, поскольку это была техника северян и руль в ней был расположен с «неправильной» стороны. – Поехали! – Распорядился майор, наблюдая в окно, как высыпавшие наружу из подземного комплекса твари разбредаются по поверхности плато.

«Интересно, что же это все-таки за твари такие?» Мысленно обратился ко вселенной командир, постукивая левой рукой по инопланетному устройству, которое им удалось прихватить с собой.

– Знаешь, унтер-офицер. – Обратился майор к водителю. – Мой фатхер (отец) всегда говорил: «Что плохо лежит у соседа, то я прибираю к рукам».

– Дас ист гуд мысль, гер Майор. Она станет ценной для Роя.

Глава 134

Труд облагораживает

Перед колбой сновали люди, облачённые в медицинские халаты. Множество техников и медсестёр суетилось возле заживляющей установки, в которой содержался самый важный на флоте человек. Тело, погружённое в липкий зеленовато-жёлтый раствор, переполненный врачебными нано-роботами, содрогалось в конвульсиях, словно переживало мгновения произошедшего с ним снова и снова, и снова, и снова, обрекая уставшие мышцы на повторение одних и тех же сокращений.

Это выглядело тревожно для обычного человека, но для персонала центра клонирования острова Хаджиме это являлось лучшим показателем их успешной работы.

– У нас всё готово? – Обратился к сосредоточенным каждый на своём работникам человек, из спины которого виднелись механические манипуляторы, выглядящие словно рюкзак, прикреплённый лямками к спине, из каркаса которого торчат десятки различных роботизированных рук, предназначенных для всевозможных медицинских манипуляций. На самом деле они были вмонтированы в плоть человека и мысленно им управлялись.

Едва мужчина, одетый точно так же, как и все присутствующие, в медицинский халат, вошёл через раздвижные двери и произнёс свой вопрос, как все работники бросили свои дела, повернулись к нему лицом и поклонились в глубоком поклоне. Простояв в этой позе несколько секунд, работники без команды вернулись к тем делам, которыми занимались, отдав дань уважения своему сенсею.

– Да, докута (доктор) Суторенджи. Всё готово и ожидает только вас, сенсей. – Отозвался голосовой помощник отсека, изолированный от остального комплекса станции по причине высочайшей секретности.

Как только металлическая футуристичная дверь закрылась позади управляющего, тот расправил свои манипуляторы, на концах которых виднелись: скальпели, иглы, ножницы, пробирки, шприцы, словом – всё, что могло пригодиться «безумному ваятелю плоти» в его экспериментах.

– Чудесно. Отчёт о проделанной работе.

Едва человек отдал распоряжение, как белоснежная стена позади колбы затемнилась, и на неё начали выводиться многочисленные иероглифы текста, среди которых читались всевозможные справки и сданные отчёты техников, работавших на том или ином этапе, но как только вереница текста и файлов заполнила всю стену так, что превратилась в мельчайшие пиксели на поверхности, как текст перекрыл один единственный лист, начавший заполняться кратким отчётом – выжимкой из всего массива данных позади.

– Восстановление Красного Они Тацу камото: отчёт о повреждениях. – Голос искусственного интеллекта блока вторил тексту, появляющемуся на экране.

/ Множественные переломы костей.

// Статус: исправлено.

/ Недостаток кальция в скелете.

// Статус: исправлено.

/ Разрушение клеточной структуры мышечной ткани.

// Статус: исправлено.

/ Разрушение коры головного мозга.

// Статус: в процессе…

– Отчёт о состоянии организма в данный момент времени:

/ Биохимия крови.

// Статус: состояние критическое.

/// Действия: исполнение программы клеточной регенерации. Нано-роботы доставляют всё необходимое в ручном режиме.

/ Процент жира: 0.3% массы тела.

// Статус: жировой массы достаточно для запуска высшей нервной деятельности.

– Остановить отчёт. – Мужчина вплотную подошёл к колбе, в которой плавало тело женщины, полностью лишённое жировой ткани, словно высушенное тело мумии, сохранившей все мышцы, что на таком контрасте выглядели как гротескная модель строения тела человека. Положив свою правую руку на стекло, мужчина направил взор своих протезированных глаз-окуляров на девушку внутри, жизнедеятельность которой сейчас поддерживали только нано-роботы. – Kawaii, ты прекрасна, даймё. Это тело… – Он облизнул губы своим языком, оставляя зеленоватый след слюны на них. – Не будь ты властительницей, я бы провёл с ним множество «прекрасных» экспериментов.

– Тело готово к возобновлению жизнедеятельности, мой сенсей. – Прокричал мужчина в дальнем углу зала, задачей которого было следить за исполнением программы нано-роботов по восстановлению жировой ткани организма даймё.

– Я и сам вижу, недоросль. Я же и остановил её сердце на корабле. – Огрызнулся мужчина, однако подметил для себя, что все присутствующие здесь являются элитой научного крыла Империи Красного Солнца и его злоба по отношению к ним является напускной.

Прошагав вдоль стройных рядов столов, за которыми сидели десятки сотрудников, и каждый управлял своей группой роботов, исправляющих все повреждения организма властительницы, он остановился у единственного пустующего терминала, на котором высвечивались данные:

Реанимировать организм?

[ Да.] / [ Нет.]

Подняв руку к надписи, доктор на миг замер, едва не коснувшись кнопки с надписью «Да». Окинув уставшие лица людей, проведших много часов за процессом реанимации и буквально поклеточно восстановивших тело предводителя. Он решил придать особой краски этому моменту.

– Сегодня вы, мои славные ученики, проделали немыслимую доселе работу! – Многие лица сотрудников вытянулись, поскольку ни один из них ни разу не слышал похвалы в свой адрес, более того, многие из них считали, что доктор Суторенджи вообще не способен на положительные эмоции. – Это исторический момент, и я, как ваш сенсей, могу гордиться вами. Вы сделали то, что считалось невозможным до сего момента. Вы вернули к жизни мертвеца. И не просто мертвеца, а единственного ёкая высшей формы в нашем войске, в нашей Империи. Саму даймё Тацу камото-доно!

– Руу! Руу! Руу! – Зал наполнило равномерное скандирование воинского крика, являвшегося приветственным в культуре ИКС.

Надавив на клавишу «Да», доктор отпрянул всем телом от терминала, а окуляры его протезированных глаз сузились и несколько выехали вперёд, сфокусировав объективы видоискателей на лице Аманэ.

Подрагивая сокращениями всех мышц, девушка, чьё тело только что прошили разряды в 10.000 вольт, открыла глаза. Множество восхищённых глаз уставилось на неё. Их воодушевлённые лица выражали облегчение от проделанной работы и радость от того, что всё получилось.

– Никому не расслабляться! Перезагружайте нано-роботов и к делу! У нас ещё непочатый край восстановительных работ! – Сквозь желтовато-зелёную мутную жидкость, искажавшую слова, Аманэ расслышала приказы человека, который был правой рукой самой Судзуме Тайямы, докута Суторенджи.

Являясь ёкаем непонятного уровня развития, он и до апокалипсиса прослыл как безумный учёный, помешанный на экспериментах с плотью и трансплантации органов, действующим за рамками законов Империи и здравого смысла.

Однако теперь, после собственного преображения, он мог спокойно «творить» и теперь она и сама попала в его холодные руки. Проводив его взглядом до колбы, в которой плавало тело Аманэ, девушка уставилась ему прямо в его изуродованное шрамами лицо, всё ещё напоминающее человеческое, пусть и с многочисленными механическими деталями, такими как глаза, уши и нижняя челюсть.

– Рад вашему возвращению, даймё. – Мужчина поклонился, выражая искреннее восхищение встречей с Тацу камото. – В следующий раз поговорим подольше.

Даймё не почувствовала, как что-либо вводится в её организм, однако слипающиеся глаза подсказали ей, что это какое-то сильнодействующее лекарство.

– Седативное введено. – Послышался синтезированный голос системы искусственного интеллекта станции. – Начало процесса реставрации номер 2. Процедуры:…

Дальнейшего текста Аманэ не слышала, погрузившись в медикаментозный сон.

* * *

Два дня спустя девушка сидела на больничной койке. Находясь в помещении того же центра клонирования, девушку разместили в одноместной палате, обставленной очень скромно, на манер минималистичного дизайна всех помещений ИКС.

Больничная койка, стул возле ног, тумбочка у головы кровати и у входа в помещение, белоснежные стены, перемежающиеся фиолетовыми вставками с животными и растениями, чтобы скрасить интерьер, и отдельный санузел – вот всё убранство помещения, в котором разместили даймё Империи Красного Солнца.

Её редкие волосы на голове сейчас ниспадали на измождённое лицо одинокими клоками, а некогда пышное тело являлось лишь жалкой тенью себя прошлой.

– И как долго мне тут сидеть? – Поинтересовалась она у своего личного адъютанта Саю Ми, который сидел возле её кровати на стуле, готовый выполнить любую просьбу своей госпожи.

– Докута Суторенджи говорит, что всё зависит только от вашей воли, моя госпожа. Вам были введены роботы, которые должны восстановить ваш организм до прежнего состояния, как только Вы сами этого пожелаете. – Его голос дрожал, поскольку ему было сложно видеть свою госпожу в таком виде. Посмотрев в её глаза, он увидел перед собой уставшую девушку, чьи впалые щёки и отсутствующие зубы в нескольких местах придавали ей вид человека, сбежавшего из лагеря смерти.

– Посмотри на меня, Саю. Неужели ты думаешь, что я хочу быть такой? – Слёзы брызнули из её глаз, и некоторое время она просто сидела, тихо роняя их себе на ноги. Собравшись с мыслями, даймё продолжила. – Я хочу быть нормальной, понимаешь, я…

– Госпожа, вы почти умерли на поле боя, переборщив с коктейлем. Он сожрал ваши кости, зубы, рассыпал два ребра в труху. Вас вернули к жизни старания медиков и центра клонирования, вы снова можете дышать и передвигаться, это уже победа. – Попытался подбодрить свою госпожу адъютант, но сделал только хуже. Откинув протянутую к ней руку слуги, девушка встала и, скинув больничную сорочку, подошла к зеркалу в пол, висевшему на двери в уборную.

Это была по-настоящему жуткая картина. Тонкие, прикачанные ноги, мышцы которых просвечивались красными буграми через обвисшую кожу. Выпирающие тазовые кости, обтянутые таким же слоем дряблой кожи. Точно такие же руки и грудная клетка. Но то, что на самом деле беспокоило Аманэ больше всего, было её грудью.

Посмотрев вниз, туда, где раньше её взгляду мешали внушительные холмы её чувственной груди, из-за чего ей часто приходилось использовать зеркало, теперь виднелись ступни какого-то скелета, являвшимися ЕЁ ступнями.

От некогда большой и полной груди пятого размера оставались два висячих кожаных мешка, которые, словно воздушный шарик без воздуха, висели мёртвым грузом на её грудной клетке. Выражая самую большую боль в её жизни, эти сдувшиеся шары были крахом. Крахом её жизни, стремлений и красоты.

– Ты правда думаешь, что я хочу быть такой? – Тацу камото повернулась к слуге, который закрыл рукой глаза и смотрел в другую сторону от даймё. – Посмотри на меня, это приказ!

Саю Ми, не в силах ослушаться, повернул голову к своей госпоже и открыл глаза.

– Ничего не говори, мне и так всё понятно по твоему лицу. – Выдохнула Аманэ, повернувшись обратно к зеркалу. Лицо слуги, побледневшее, словно у трупа, чьи дрожащие от слёз глаза, казалось, сами готовы вытечь бесконечным потоком слёз, сказали ей больше, чем те слова, которые мог бы произнести Ми.

– Программа-медик, ты слушаешь нас? – обратилась девушка волевым тоном к системе управления своей одноместной палаты.

– Всегда здесь и готова исполнить любой ваш приказ, даймё Тацу камото-доно. Прикажете убить этого недостойного, что посмел увидеть вас в неподобающем виде? – отозвалась система.

– Нет, Саю Ми безукоризненно выполнил мой приказ и заслуживает поощрения. – Погасила Аманэ порыв искусственного интеллекта, который мог стоить её адъютанту жизни. – Что мы можем сделать с этим? – Она провела рукой вдоль тела, давая понять системе, чего именно от неё хочет.

– Исполним любую вашу прихоть, любые косметические процедуры, которые изволит даймё.

Подумав ещё немного и покопавшись в своих мыслях, Аманэ решила действовать. 'Плевать, как я выглядела раньше и как выгляжу сейчас.

Просто прикажу восстановить всё обратно, хотя…' Она коснулась своих сдувшихся шаров, казавшихся сейчас безжизненными не только по причине своей обвислости, но и из-за того, что не почувствовала прикосновения к ним. «Пожалуй, четвёрочки будет достаточно, на этот раз.»

– Я же могу настроить свою внешность в любой момент, или есть какие-то ограничения? – Уточнила последний волнующий её момент девушка.

– Так точно, Тацу камото-доно. Нет никаких ограничений, при достаточном количестве ресурсов.

– Тогда восстанови мой прежний облик, но сделай грудь на один размер меньше, и сделай более упругой, повыше.

– Должна предупредить вас, госпожа Тацу камото-доно, что принц Тацу предпочитает… – Дала уточнение ассистент.

– Ты видишь сейчас здесь Тацу? Он за многие дни пути отсюда, а я хочу жить сейчас! Это моё слово. – Рявкнула Аманэ на голосового ассистента, вызвав непреднамеренную дрожь своего слуги, опустившего взгляд в пол, как только Аманэ отвернулась.

– Это ваше слово, госпожа Тацукамото-доно. – Вторила приказу ИИ. – Прошу вас, займите место на койке и приготовьтесь к процедурам. Необходимо ввести множество «строительных материалов» в ваш организм.

– Как пожелаешь. – В последний раз посмотрев на своё измождённое тело, согласилась Аманэ и, вернувшись к больничной койке, накинула сорочку обратно. Усевшись на своём месте, девушка спрятала ноги под тонким одеялом, немного согревая их.

– Оставь меня в сознании, это моё слово. – Отдала четкий и безукоризненный приказ красный Они.

– Это действие крайне не рекомендуется и связано с рисками для психики. Вы уверены, госпожа Тацукамото-доно? – Поинтересовалась ИИ, выдавая последний запрос на подтверждение.

– Госпожа. – Начал адъютант. – Вы не должны так рисковать.

– Довольно. Твоя задача – рассказать мне всё, что произошло после битвы, это моё слово. – Буркнула Аманэ слуге, ответившему как подобает на приказ. А системе добавила следующее. – Это моё слово, программа-медик. Оставь меня в сознании.

– Это ваше слово, госпожа Тацукамото-доно! Приготовьтесь к процедурам.

Из стены над кроватью даймё выехали многочисленные колбы и манипуляторы. Здесь виднелась и кровь, и склянка с жировой тканью, которая продолжала заполняться новыми клетками, которые в реальном времени клонировали приборы комплекса из образцов клеток Аманэ, чтобы использовать для восстановления тела даймё.

И многочисленные другие вещи, предназначения которых выросшая в суровой аскезе Аманэ не представляла, да и не могла знать, поскольку все они являлись уникальными приборами, созданными Судзуме Тайямой при помощи нанотехнологий, выполненными по чертежам доктора Суторенджи.

– Саю, я жду. – Вернула испуганного адъютанта в реальность девушка, сглотнувшая ком, подступивший к её горлу.

– А, ах да! Госпожа, это… Всего после битвы удалось собрать 4 723 921 кристалл-источник. Они уже отправлены в горячие источники для медитации и роста наших воинов.

– Так… много… – Сквозь зубы процедила девушка, чью кожу начали наполнять холодные клетки её тела через воткнутые повсеместно шприцы-манипуляторы, в прозрачных трубках которых заструились «строительные материалы» её организма, выращенные системой комплекса клонирования.

Поманив жестом, девушка вцепилась обеими руками в протянутую руку своего слуги.

– Да… – Сглотнул Саю. – Выжило всего семь воинов. Аманэкио уничтожен, но прямо сейчас наши люди уже восстанавливают его, наращивают стену и, о боги!

Прямо на глазах слуги, руку которого сжала до хруста Тацукамото, зубы появлялись в оскаленном в жуткой гримасе рту девушки. Отрастая, словно так и задумано природой, они двигались и занимали свои места, поворачиваясь на дёснах даймё.

Словно этого было недостаточно, её волосы, используемые девушкой словно живое оружие, обладающее сознанием, рекой вылезали из кожи головы и занимали своё место, заполняя полости и проплешины, оставленные своими собратьями. Лишённые какого-то ни было цвета, они колыхались, словно на ветру и, казалось, издавали тонкий писк, приветствуя своё появление.