Текст книги "Жестокость "ДО" Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Евгений Dude

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

– Этот болван понемногу учится, – ответила Аве и ткнула Маду в бок. – Ему бы ещё поработать над скоростью, ловкостью, силой, – начала перечислять она, загибая пальцы, -уверенностью, умением быстро принимать решения. И тогда он, может быть, не двинет копыта в первый же день.

– Звучит не очень обнадёживающе, – подметила Саша.

– На самом деле всё не так плохо, – вмешался Мада. – Просто Аве не может смириться с тем, что один раз проиграла мне бой, а потом…

В Маду полетела целая стопка папок.

– А потом я отрежу тебе голову, если будешь много болтать! – пригрозила Аве.

– Я очень рада, что вы поладили, -рассмеявшись, сказала Саша. – Идёмте, я ещё вчера всё подготовила. Каждому, кто задействован в операции, будет выдано пять инъекций. Не могу припомнить, чтобы раньше хоть раз такое было.

– В этот раз старик расщедрился, – иронично произнесла Аве.

– Это не только его заслуга, – поправила её Саша. – Говорят, что Пятый провёл масштабную ревизию контрабанды у торговцев и смог собрать почти целую партию инъекций.

– Не думаю, что они долго сопротивлялись… Не им же разгребать всё это дерьмо!

– Будут думать, что приложили к этому свою руку…-ответила Саша.

Они втроём шли по длинному коридору с серыми стенами, который тускло освещали висевшие на потолке круглые лампы. Под ногами то и дело хрустели отломанные кусочки плитки, а на стенах часто встречались крупные трещины, идущие от потолка до самого пола.

– Когда зайдём внутрь, наденьте медицинские халаты и маски, чтобы не привлекать лишнего внимания, – попросила Саша, подойдя к двери, которая разделяла туннели катакомб и нижнюю часть госпиталя.

Рядом стоял небольшой шкафчик, запертый на замок. Открыв его, Саша достала оттуда два комплекта медицинской формы и передала её Маде и Аве. Облачившись в неё, они открыли дверь и зашли внутрь. Из туннелей с серыми потрескавшимися стенами и скудным освещением они попали в залитое ярким светом помещение, разделённое тонкими перегородками на множество секций, словно лабиринт, по извилистым коридорам которого быстро перемещались люди в медицинской форме.

– Нам в соседний блок, – объявила Саша и попросила следовать за ней.

Проходя мимо длинного помещения, в котором находилось множество кроватей, расставленных строго на определённом расстоянии друг от друга, Мада увидел, что рядом с каждой из них лежит красный маленький мячик.

– А зачем тут эти мячи? – спросил он.

– Они нужны для того, чтобы получившие ранения солдаты Сопротивления могли практиковаться в контроле крови. Многие из них проводят тут большое количество времени и, чтобы не терять навыки, тренируются с такими мячами.

– В Верхнем мире ситуация прямо противоположная.

– У нас нет достаточного количества инъекций, чтобы помочь каждому быстро вернуться в строй, поэтому часто тут проводят не один месяц, восстанавливаясь только за счёт своей собственной крови и наших скромных запасов медикаментов, -объяснила Саша. – А почему ты спросил?

– Он уже неделю пытается сдвинуть мячик с места без помощи своих перчаток, – ответила вместо него Аве.

– Но ведь… – не закончила фразу Саша.

– Да, я знаю, что овладеть кровью можно только в детстве, – тихо сказал Мада. – Но всё равно не отступлю, даже если на это уйдёт вся моя жизнь!

– Я не это хотела сказать, – попыталась оправдаться Саша. – Просто…

– Да пусть хоть две жизни практикует! –воскликнула Аве. – Давайте уже заберём эти чёртовы инъекции, нам потом ещё переться в библиотеку старика.

– Ты решили научиться читать? – игриво спросила Саша.

– Хочу узнать, как правильно отрезать слишком длинные языки, – ответила Аве и показала пальцами ножницы.

– Я хочу попытаться найти там информацию о таком цвете глаз, как у Аве, – быстро проговорил Мада.

– Кстати… – протяжно произнесла Саша. – Я и правда больше не у кого не видела таких глаз…

– Ещё одна, – закатив глаза, фыркнула Аве.

– Вот! –воскликнул Мада. – Только у неё и женщины из моих снов!

– Думаешь, что Аве каким-то образом с ней связана? – с интересом спросила Саша.

– Не знаю, но очень хочу это выяснить!

– Я вообще-то всё ещё тут… – медленно произнесла Аве и, толкнув их, пошла вперёд.

– Если что-то узнаешь, расскажи мне, -шёпотом произнесла Саша.

Мада осторожно кивнул ей в ответ.

Дойдя до соседнего блока, Саша попросила их немного подождать, а сама быстро зашла внутрь и уже через несколько минут вернулась с небольшим ящичком в руках. Внутри него находились аккуратно сложенные инъекции для всех членов отряда, направляющихся в Дааль.

– Вчера лично проверила каждую инъекцию, – сказала Саша и передала ящик Маде.

– Смотри не урони, а то придётся делать новую, но уже из тебя, – предостерегла его Аве.

– Удачи вам! – вдруг громко сказала Саша и обняла их. – Когда вернётесь… с меня выпивка… «Жир и пир» навсегда запомнит этот день!

– А ведь за язык тебя никто не тянул, – радостно произнесла Аве. – Ладно, прослежу, чтобы он не сдох, – она показала на Маду.

– А я послежу за ней, – улыбаясь, сказал он.

Саша ещё раз всех обняла и потом долго смотрела им вслед, наблюдая, как они медленно отдаляются от неё.

* * *

Нил впервые надел форму солдата Армии Крови. В отличие от песчаного цвета формы для Щитов и Мечей, которая сразу же бросалась в глаза противнику, эта обладала тёмно-зелёным окрасом камуфляжного типа, сливающимся с большой частью окружения на поле боя. Помимо базового комплекта формы на нём впервые за всю войну был бронежилет и личное оружие.

– Малыш теперь у нас важный, – развалившись рядом, игриво произнесла Синти. – Как себя чувствуешь в новом наряде?

– Довольно странно…– Нил провёл рукой по бронежилету и несколько раз ударил по нему кулаком. – Впервые чувствую такое… как будто мне дали личный щит.

– Если справимся с этим важным заданием, у меня появится точно такой же, но я перекрашу его… чёрный цвет слишком мрачный для такой яркой девушки, как я, – смотря на небо и улыбаясь, сказала Синти.

Погрузка танков шла уже больше суток. Всё это время Нил грубо раздавал приказы, стараясь уподобиться офицерам из числа Армии Крови. Жара стояла невыносимая: казалось, воздух дрожал, а каждый вдох наполнял лёгкие горячим, сухим воздухом, который обжигал горло. Несколько десятков Щитов и Мечей, перепачканных маслом и грязью, изнывая от палящего солнца, закрепляли танки на платформах поезда специальными тросами, присоединяя их к гусеницам и буксировочным крюкам на передней и задней броне. Запахи машинного масла и выхлопных газов наполняли воздух, смешиваясь с запахом пота и нагретого железа. Громкие удары металла об металл, скрежет и лязг звенели в ушах, создавая какофонию звуков, смешанную с приказами Нила. Другая часть Щитов и Мечей занималась погрузкой боеприпасов, занося тяжёлые ящики в бронированные вагоны. Рядом в машинах отдыхали несколько штурмовиков, которых Вэйн направил Нилу в помощь. За последнюю неделю Нил много раз посещал совещания для офицеров Армии Крови, где сначала на него косо смотрели, но потом свыклись с новым положением дел и даже начали спрашивать его мнение о работе с солдатами из числа Щитов и Мечей.

– Аккуратней с этими ящиками, тупые идиоты! – закричал на подчинённых Нил, когда один из них случайно оступился и чуть не уронил ящик с боеприпасами.

– Тебе не кажется, что ты слишком суров с ними? – спросила Синти.

– Наступает новое время, требующее новых людей, – спокойно произнёс парень.

– Время, может быть, и новое, но вот люди старые, – подметила Синти.

Нил посмотрел на неё сверху вниз, но ничего не сказал. Через секунду послышался треск. Один из натянутых тросов, удерживающих танк, лопнул, и один из его концов со всей силы ударил находившегося рядом Щита. Получив удар такой силы, он отлетел с платформы на землю, усыпанную мелкими камнями. Из его левого плеча торчала кость, а из раны на шее во все стороны хлестала кровь. Глаза парня бешено бегали в разные стороны, стараясь найти хоть что-то, что сможет ему помочь. Он хотел бы кричать, но из его открытого рта доносился лишь глухой хрип. Другие Щиты и Мечи окружили его, стараясь зажать рану.

– Кто-то дал приказ остановить погрузку? –закричал подбежавший к ним Нил.

– Ему срочно нужна инъекция, – ответил Щит, зажимавший рану, но сразу же получил удар по лицу.

– Всем вернуться к погрузке! – скомандовал Нил.

Солдаты замерли на месте, переглядываясь друг с другом. Нил обвёл всех взглядом и более грубо повторил приказ. Все стояли на своих местах, слушая хрипы раненого, кровь которого растекалась всё дальше. Глядевшие на всё это штурмовики стали выходить из машин. Бросив на Нила презрительный взгляд и усмехнувшись, они направились к нему. Когда Нил это увидел, им завладело чувство собственной ничтожности, на смену которому пришла ярость. Ещё раз оглядев толпившихся Щитов и Мечей, он медленно и чётко повторил приказ, а через несколько секунд в руках Нила блеснул пистолет, и раздалось два выстрела. Первым он добил раненого, а вторым пристрелил Щита, зажимавшего рану.

– Был дважды озвучен приказ, – опустив пистолет, злобно произнёс Нил. – Мне стоит повторить ещё раз? –спросил он, направив дуло пистолета на толпу.

Подошедшие солдаты скинули с плеч автоматы и встали рядом. Щиты и Мечи, опустив головы, стали расходиться по своим рабочим местам. Рядом с двумя трупами остался лишь Нил, он аккуратно убрал пистолет в кобуру и, перешагнув через одного из убитых, направился к Синти. Девушка лежала на том же месте, закинув руки за голову. Когда подошёл Нил, она лишь сухо посмотрела на него.

– Кажется, скоро будет дождь, -сказала она, глядя на небо, которое стали заволакивать тучи.

– Да, – подтвердил Нил.

Погрузка танков и боеприпасов завершилась ровно в назначенное время. Дождь начался лишь вечером и смыл всю кровь с земли. За трупами приехали только ночью, но оценив их состояние, решили сжечь на месте.

В этот же день в Нижнем мире заканчивали подготовку поезда. Одна из станций рядом с Сэленом была переоборудована в большой ангар. Туда доставили всю собранную провизию и медикаменты. Длинный гигант, состоящий из металла, растянулся во всю длину ангара.Рядом с поездом бегало множество людей, они перетаскивали деревянные ящики из угла в угол, спорили о том, как правильно подготовить гиганта к отбытию, натирали его металлическую кожу маслом и что-то постоянно подкручивали.

– Не могу сказать, что ваша записка стала сюрпризом для меня, но я всё равно был немного удивлён, – важно сказал Шестой, прогуливаясь вдоль поезда под руку с Четвёртой.

– Я предпочитаю не только видеть и слышать, но и действовать, – ответила она, мягко ступая по платформе своими тонкими ножками. – Этому миру нужны перемены, и люди, которые их проведут.

– Чтобы построить что-то крепкое, нужно выкопать глубокую яму, – усмехнувшись, ответил Шестой. – Не подумайте, пожалуйста, что я осуждаю действия совета. Скорее даже наоборот – считаю их необходимой мерой. Но… – старик сделал паузу и провёл пальцем по поверхности поезда, – времена меняются, а Грязь остаётся грязью…

– Многие жители смирились со своим положением… Бессилие и страх завладели их душами. Они рождаются младенцами, живут, работают, размножаются и умирают. Умирают такими же младенцами. Хотела бы я обвинить во всём Верхний мир, но и мы приложили к этому руку.

– Младенцы всегда маршируют первыми… Они идут с высоко поднятыми головами… Шагают весело и бодро с застывшей на лицах улыбкой… Кому-то везёт… так их и хоронят… -спокойно объявил Шестой. – Другие, кому не повезло остаться в живых, засыпают, как и все внизу. Этому миру нужно пробуждение.

– И как же это можно сделать? –с интересом спросила Четвёртая.

– Война, -ответил Шестой.

– Войны идут практически без остановки, но ничего не меняется, – подметила собеседница.

– Война – это лекарство. Лекарство от сна, от бессилия, от скуки, от самой жизни. Стоит лишь дать людям причину, в которую они не просто поверят, а которую почувствуют на себе и своих близких. Лишь тогда глаза младенцев не просто откроются, но и смогу видеть.

– Я даже не представляю, что для нужно сделать, -покачав головой, сказала Четвёртая.

– Из одной капли не получится дождя, – загадочно ответил Шестой.

Они ещё несколько раз прошли вдоль платформы, ожидая завершение погрузки продовольствия и медикаментов и обсуждая планы Шестого. Когда рабочие закончили со всеми приготовлениями, один из них доложил об этом старейшинам и, получив разрешение, вместе с остальными отправился на отдых.

– Я рад, что мы с вами нашли с вами общий язык, – произнёс Шестой и приложился своей маской к руке женщины.

– Мне нужно около шести месяцев, чтобы подготовить всё, о чём мы с вами договорились, – сделав небольшую паузу, она, опустив глаза, продолжила. – Вы уверены в том, что ваши люди пойдут на такое? Сразу пять человек…

– Шесть, – поправил её старик. – Мы ожидаем пополнение.

Четвёртая ничего не ответила, лишь учтиво поклонилась и направилась к ожидавшей её лошади. Её руки дрожали, а на лице, скрытом под маской, выступил пот. Она понимала, что именно в этот день стала частью плана, который изменит сразу два мира. Плана, который восхищал и ужасал её. Чёрная лошадь быстро бежала вперёд, вздымая своими копытами пыль. Сердце женщины бешено колотилось, казалось, что всё вокруг бежит вместе с ней. Лишь металлическое небо оставалось неподвижным, безмолвно и безразлично наблюдая за ней.

Далее…

Песнь XV «Считая лампочки»

Песнь 15 «Считая лампочки»

Песнь XV «Считая лампочки»

Каждый день после возвращения из Верхнего мира Мия приходила в госпиталь Сопротивления. За эти девять дней, проведенных там Мия ни разу не отвела взгляд, когда наблюдала за всеми процедурами, которые проводят с ранеными солдатами. Каждый раз, когда кому-то ампутировали конечность или зашивали глубокую рану, она смотрела и ни на секунду не закрывала глаза. Каждый раз, когда кто-то кричал на весь этаж от боли, она запрещала себе закрывать руками уши. Всё, что она хотела, – убить страх, поселившийся внутри неё после встречи с Ангелами. Чувство, которое заставляло всё её тело дрожать, когда она вспоминала об этом. Каждую ночь Мия несколько раз просыпалась с криком и вся в поту из-за кошмаров, постоянно снившихся ей. Чем больше времени она проводила среди раненых, чем больше страданий других она видела, тем безразличней она становилась. Через неделю Мия заметила, что ей больше не нужно заставлять себя смотреть и слушать, теперь она стала спокойно ходить между рядами корчащихся от боли, лишь иногда на короткое мгновение что-то внутри неё оживало, словно вспышка молнии среди тёмной ночи, но также быстро растворялось в обволакивающей её душу тьме. Получив от Саши свободу перемещения по нижним этажам госпиталя, Мия смогла изучить все его особенности: она узнала, что есть три подъёма на верхний уровень и лишь один из них, по которому доставляют раненых солдат Сопротивления, находится за территорией, и что каждый раз, когда поступает большая группа раненых, патрульные помогают медикам с их транспортировкой, а туннель и подъёмник на несколько минут остаются без надзора.

– Мия, я хочу попросить тебя кое о чём, -окликнула девочку Саша, увидев её в коридоре.

– Что-то случилось?

– Нет, всё в порядке. Просто хочу, чтобы завтра утром ты подменила меня в архиве.

– Ты куда-то собираешься? – спросила Мия и запрыгнула на стоящие рядом носилки.

– Если бы… – грустно ответила Саша. – Завтра ожидается отбытие первого поезда в Дааль. Всё внимание будет приковано к этому событию, а значит мы сможем незаметно доставить большую партию раненых. Вот и придётся усердно проработать, а дела в архиве никто не отменял, – она передала девочке стопку листов с именами и номерами пациентов. – Тут списки тех, кто покинул госпиталь за последний месяц.

– Хотела сказать, тех, кто умер?

– Мия! –воскликнула Саша. – У нас люди не только умирают! Но и таких много, – добавила она с тоской посмотрев на некоторые имена.

– Хорошо, я займусь этим. Что-то ещё?

– Нет, на этом всё… Как ты? – сделав небольшую паузу, спросила Саша.

– Со мной всё отлично. Только что закончила утренний обход блока «Б», сегодня ночью дежурила старая Нэлла. У неё слабые ноги, вот я и вызвалась помочь. За ночь в блоке умерло двое, но я уже об этом доложила. Беспокоиться не о чем, – спокойно ответила Мия.

– Послушай, тебе совсем не обязательно заниматься всем этим, – Саша нагнулась к ней и взяла её за руку. – Я понимаю тебя и очень хочу помочь…

– Мне всё нравится, – Мия выдавила из себя лёгкую улыбку. – Думаю не возвращаться в солдаты и остаться тут, – она освободила свою руку и забрала у Саши листы. – Теперь мне пора, надо ещё помочь с перевязками. С архивом я разберусь.

Мия спрыгнула с носилок и быстро зашагала вдоль белых перегородок, вертя головой в разные стороны. Саша какое-то время смотрела ей вслед, о чём-то размышляя, но стоны одного из раненых вернули её в реальность. Она несколько раз слегка шлёпнула себя по щекам, чтобы окончательно прийти в чувства, и приступила к работе.

* * *

– Мы подготовили всё, о чём вы просили, – человек в лохмотьях склонился перед Лилит и указал на гору из ящиков, заполненных цепями.

– Сколько людей у нас уже есть? – спросила она, смотря в окно, за которым раскинулся хмурый пейзаж города Скабана.

– Четыреста двадцать пять, – быстро ответил человек. – Но не стоит переживать, к моменту начала нашего мероприятия их количество возрастёт.

– Нужно усилить охрану склада. Рядом развелось слишком много стражей.

– Как пожелаете, госпожа Лилит, – склонив голову, ответил человек и направился к выходу.

Оставшись одна, Лилит достала из одного из ящиков цепь и медленно провела по ней рукой. Холодный метал слегка обжёг ей ладони. Где-то на улице раздался громкий гудок, означающий завершение рабочего дня. Дверь склада со скрипом отворилась. Восемь человек один за другим вошли внутрь.

– Обязательно было собирать нас в этой грёбанной помойке? – проворчал один из пришедших.

Это был толстый, старый мужчина низкого роста с противогазом на лице, из-под которого во все стороны торчали клочья его жёлто-зелёных волос. На его спине висел громоздкий рюкзак с большим количеством трубок, часть из которых тянулась к шее мужчины, а из другой выходил плотный жёлтый дым. Вся его кожа имела странный синеватый оттенок со множеством вздутых красных вен, похожих на червей. Из-под его плаща были видны ампулы с тёмной жидкостью внутри.

– Я вообще-то профессор и не должен заниматься этой ерундой, – голос незнакомца был грубым и глухим.

– А как же семейные узы? – с издёвкой спросила молодая девушка, одетая во всё черно-белое.

– Заткнись, тупая сука! –свирепо прорычал мужчина, а из его трубок повалил жёлтый дым. – Если бы не договор, я бы давно вскрыл тебя ради науки.

– Дрожу всеми своими конечностями, – произнесла девушка и замахала руками.

– Братья и сёстры! – прервала их Лилит. – Вот и вся семья в сборе! Разрешите поблагодарить каждого из вас за вклад, который он внёс в общее дело.

– Он хорошо постарался! И Он хорошо постарался! – закричал разными голосами юноша лет восемнадцати и бешено захлопал себе по голове руками.

Вся его левая сторона лица была покрыта пирсингом и татуировками, в то время как правая оставалась идеально чистой и гладкой. Казалось, что оно принадлежит двум разным людям. То же самое было и с одеждой парня: она состояла из двух сшитых воедино костюмов. Правая часть была от чёрного смокинга, а левая состояла из огромного количества соединённых между собой кусков ткани.

– Давно говорю, что надо усыпить щенка, – проворчал старик в противогазе, а из его труб повалил дым.

– Он не хочет! – закричал парень. – Он вынужден будет применить силу. Он вынужден будет убить, – уже другим, более серьёзным и зловещим, голосом продолжил он.

– Семья! – громко произнесла Лилит. – Прошу вашего внимания. Мы практически готовы осуществить первый этап нашего плана. На его подготовку у нас ушло больше пяти лет. Каждый из присутствующих здесь доказал, что он достоин быть частью «Семьи». До этого момента мы действовали скрытно, но пора нам показать себя этому миру! – Лилит силой крови пододвинула один из ящиков, в котором находились чёрные плащи. На каждом из них был узор в виде спирали из белых фигур людей, скованных одной цепью.

– Можно Он немного подправит свою сторону? – увидев плащи, закричал парень. – Он будет носить это с гордостью! – прозвучал второй голос.

– Не люблю тёмные цвета весь мир и так окрашен чёрным и даже облака, – монотонно пропел мужчина, одетый во всё красное.

– Нарц, а мне кажется тебе пойдёт чёрный цвет, – сказала девушка в чёрно-белом наряде.

– Спасибо Арахана за тёплые реча но о горе мне о видят боги как больно прятать распустившийся цветок за цветом смерти, – снова пропел мужчина.

Все присутствующие разобрали свои плащи и облачились в них.

– Уже через несколько дней в Скабан прибудет танковая колонна, -продолжила свою речь Лилит. – Именно она станет первым гвоздём в крышку гроба старого мира! Наши цепи уже готовы, осталось лишь соединить их вместе.

– Может быть, уже перейдём к причине, по которой ты собрала нас всех? – грубо спросил старик.

– Конечно, Профессор. Именно вам выпала честь сыграть в этом всём важную роль, – объявила Лилит. – Не так давно мне стало известно, что в Нижний мир попал странный парень из Мирума. Он состоял в штурмовом отряде, получил ранение и был направлен на утилизацию в третий центр… детский центр, – сделав небольшую паузу, добавила Лилит. – Ещё мне известно, что он входит в состав отряда, посланного старейшинам Сэлена в Дааль. Профессор, хочу, чтобы вы лично спустились туда и доставили паренька ко мне. Внизу вас будет ждать Файс.

– Разве наш уголёк не сможет сам справиться с этим?

– У него есть своё задание, но в качестве бонуса за трату вашего драгоценного времени можете забрать всех остальных членов отряда Сопротивления для своих опытов.

– Я бы сделал это и без твоего разрешения. Будем считать, что я отправляюсь туда ради научного прогресса.

– Вот и славно, – согласилась Лилит. – Что касается остальных… Арахана, ты останешься со мной и поможешь всё подготовить. ОнОн и Нарц, вы отправитесь в Мирум и продолжите сбор информации о Епископе и его экспериментах.

– Он любит большой город! Он хочет в большой город! – закричал ОнОн. – Он понял задачу и выполнит всё без нареканий, – вновь раздался второй голос.

– О город за скрытый за высокими стенами за большими полями и лугами все твои тайны станут явными из-за вишнёвого пламени когда колокол пробьёт трижды за покаяние, – Нарц, укутавшись в плащ, подбежал к окну и уставился на серое от дыма небо, через которое еле пробивались лучи заходящего солнца.

– Можно Он получит другого напарника? – раздался первый голос. – Он согласен с Он! – прозвучал второй голос.

– Если бы я не нужна была Лилит, то с удовольствием пошла бы с ОнОн, – сказала Арахана и, подойдя к парню, потрепала его за волосы.

– Оставшиеся… – продолжила Лилит. – Отряд Алексея, вы направляетесь на север, там вам нужно будет начать подготовку ко второму этапу нашего плана.

– Милый дом, -тихо произнёс огромный мужчина с пулемётом на плече.

Подняв с пола тяжёлый металлический ящик, он направился к выходу. За ним сразу отправились, держась за руки и весело подпрыгивая, две девушки с длинными косами, на одной болтались засушенные маленькие головы, а на другой – сердца.

– Соу, твоя задача – поддержка Независимых земель. Помни, Дикари нужны нам в качестве союзников.

– Небольшая разминка мне не повредит, -ответил Соу, погладив лезвие своей катаны. – Особенно, когда мой брат развлекается внизу.

Его молодое лицо покрывали ужасные шрамы, а глаза закрывала тёмная повязка. Всё тело Соу было обмотано чёрными бинтами, а за спиной сияли несколько кинжалов, но главное своё сокровище он почти никогда не выпускал из рук. Острейшая катана, покрытая кровью и унёсшая жизни не одной сотни человек. От её рукояти тянулись тоненькие кровавые нити, дёрнув за которые, Соу сразу мог обрушить атаку на врага. Потянувшись, он медленно вышел прочь.

Через какое-то время внутри остались лишь Лилит и Арахана. Забитые цепями ящики, словно гробы стояли около дальней стены, а лампы на потолке мигали каждый раз, когда над складом пролетал очередной бомбардировщик.

– Сколько тебе потребуется времени, чтобы подготовить цепи? – спросила Лилит.

– Одной ночи более чем достаточно, – ответила Арахана, а из её глаз потекли кровавые слёзы, маленькими каплями падая прямо на цепи. – А что ты пообещала этому старому ворчуну?

– Небольшой город.

– Зачем ему город? Он же не любит людей…

– Но любит эксперименты, – улыбнулась Лилит и направилась к выходу. – Я оставлю тебя ненадолго, хочу немного прогуляться, пока ещё этот город не наполнился солдатами.

На улице начинало темнеть, где-то за толстым слоем серого дыма, который словно непробиваемый потолок висел над городом, скоро засверкают звёзды, но любоваться ими в Скабане никто не сможет.

* * *

– Мы ходим сюда уже столько лет, а эти маленькие стеклянные звёзды всегда на одном месте, – грустно сказала Азуми, допив бокал вина.

Ночью перед отбытием из Сэлена она и Борис пришли на своё любимое место, где ещё будучи подростками они часто проводили свои вечера. Небольшая гора, находящаяся сразу за пределами Сэлена, с длинным уступом, с которого открывался прекрасный вид не только на город, но и на металлическое небо с его собственными звёздами.

– Знаешь, думаю, уже можно признаться, что я приходил сюда с тобой не только ради звёзд, – Борис улыбнулся и лёг рядом на расстеленный плед. – Отбытие поезда уже завтра… быстро же летит время…

– Мне этого не хватало, – тихо произнесла Азуми. – Когда мы решили отойти от дел и сосредоточиться на тренировке молодняка, я ещё не понимала, как сильно мне будет не хватать манящего чувства опасности…

– Мы сделали это не только ради себя, но и ради Аве. Нам стоило стольких усилий вывести её из того состояния… Думаешь, она бы смогла перенести ещё одну потерю близких?

– Тогда нет, но сейчас… Она уже взрослая девочка, и ей не нужны няньки…

– Но нужны близкие люди, – подметил Борис. – Ты хочешь снова вернуться к постоянным вылазкам?

– Посмотри, наша звёздочка снова мигает чаще остальных, – вместо ответа сказала Азуми и показала пальцем на маленькую лампочку, ярко мигающую на небе. – Помнишь, как ты первый раз её увидел?

– Не напоминай… это не слишком романтично…

– Мы выпили почти две бутылки, и ты не смог больше держать всё в себе. И послал Король дождь! – воскликнула Азуми, парадируя Бориса.

– Если бы я не сделал этого, кто знает, когда мы заметили нашу маленькую звёздочку?

– Я всё никак не могу понять, – встав и подойдя к краю уступа, произнесла Азуми. – Почему за столько лет её ни разу не поменяли? Каждый раз, когда мы приходим сюда, она ждёт нас на привычном месте… маленькая и одинокая…

– Я, конечно, не эксперт, но вокруг неё много и других ламп… она могла давно с ними… подружиться, – попытался пошутить Борис.

– На самом деле так происходит всегда и везде…– не обращая внимания на его слова, продолжила Азуми. – Мы привыкли видеть только те изменения, которые имеют вес. Этот город с каждым годом становится всё больше, но в нём появляются лишь одноэтажные дома, они, как чума, заражают всё вокруг. Но кто заметит, как погаснет маленькая, жалкая лампочка, как не вернётся один из рабочих, как заберут очередного ребёнка… Мы все и есть эти маленькие и ничтожные лампочки… Если погаснет всего лишь одна, никто этого не увидит, но стоит погаснуть всем сразу, тогда… -она не смогла продолжить дальше и стала просто смотреть на металлическое небо.

– Мы делаем всё, что в наших силах, – поднявшись, Борис подошёл и обнял её.

– Мы лишь выращиваем тех, кому суждено погаснуть… погаснуть тихо и незаметно… Пообещай мне, – вдруг резко произнесла Азуми.

– Что именно?

– Если мы вернёмся после этого задания, то сразу восстановим свой отряд!

– Мы вернёмся и восстановим его, – пообещал Борис. – Теперь даже Аве есть с кем работать, – с лёгкой улыбкой добавил он.

– Одна, – начала считать элекрические звёзды Азуми.

– Две.

– Три.

– Четыре.

– Пять.

– У нас с тобой никогда не получалось досчитать до конца, – рассмеялся Борис.

– Просто кто-то всегда всё портит! – фыркнула Азуми. – Одна!

– Две.

– Три…

Через какое-то время счёт снова сбился, но теперь они были слишком заняты друг другом, чтобы продолжить его вновь.

Днём поезд, состоящий из десяти грузовых и пяти пассажирских вагонов, грозно гудел, ожидая, пока все разместятся внутри. Двум отрядам Сопротивления пришлось занять крайний грузовой вагон, в который загрузили ящики и коробки с провизией. Это было необходимо, чтобы незаметно сойти с поезда до его прибытия в Дааль. Все, кроме Бориса, стоящего на платформе, раскидали по вагону свои вещи и начали обсутраивать себе место для сна. Рядом с Борис находился начальник стражей Раджес – высоким мужчина с длинной чёрной бородой и глубоко посаженными глазами, смотрящими на всё с подозрением. Когда Борис и Раджес подошли к вагону, Мада, сидевший рядом с дверями, смог услышать, о чём они говорили.

– Я не очень рад такому соседству, но не в моих правилах обсуждать приказы достопочтенных старейшин, – Раджес делал слишком длинные паузы между словами, а его голос звучал очень надменно. – Мои люди обладают гораздо большим опытом и без проблем смогли бы сами вырезать всю угрозу.

– Старейшины решили, что два геноцида меньше чем за десять лет – многовато, – с упрёком произнёс Борис.

– Слишком громкие слова от такого человека, как вы, -презрительно ответил Раджес, сложив свои тонкие руки на груди. – Но я верю, что у достопочтенных старейшин были веские причины направить вас в Дааль. Постарайтесь не слишком сильно разочаровать их!

– Что этот херов урод о себе возомнил? – раздался злобный голос Сайхо прямо над ухом Мады.

– Скорее всего он хочет показать, что считает нас всех… – начал Мада.

– На этот вопрос не надо было отвечать! – перебил его Сайхо. – Захерачил бы этого урода прямо сейчас! – он взял в руки винтовку и сделал вид, что стреляет.

– С твоей бы смелость да сразу в бой! –крикнул ему Спайк и рассмеялся. – Хватит подслушивать и идите сюда, а то все удобные ящики разберут и поедете на полу.

Сайхо отошёл от дверей и принялся мастерить себе подобие кровати из подручных средств. Мада заранее подготовил место для сна и продолжил слушать.

– Должен предупредить, если кто-то из ваших людей захочет сбежать, я лично казню его, – с угрозой сказал Раджес. – Крысы всегда бегут первыми, как и ваш…

– Я бы хотел, чтобы вы больше времени уделяли своим людям и поставленным вам задачам, – спокойно ответил Борис.