Текст книги "Легенда о белом бревне (СИ)"
Автор книги: Carbon
Соавторы: Ива Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
Глава 20
Ричард:
Тут все потеряли разум и здравый смысл, причем давно. Я никогда еще не видел, чтобы Оружие превращалось, не превращаясь. Как он это сделал?!
Нет, очки и эта жуткая дрянь на зубах – ладно. Волосы с лица убрал, зачесав, – тоже понятно. Но как он умудрился за секунду изменить рост, разворот плеч и осанку?! Так, что школьный пиджак, который топорщился на нем, как на цвирке седло, вдруг сел как влитой, подчеркнув неплохую для парня фигуру? Сразу стало видно, что перед тобой стоит боевое Оружие, а не чудаковатый абориген. И… я не очень привык оценивать внешность, тем более мужскую. Но Казуо-кун действительно мог сравниться по совершенству черт с одним из моих кузенов. Некрасивых жнецов не бывает, но и среди них попадаются выдающиеся экземпляры. «Экстерьер» Мастеров и Оружий клана Умбрайя давно вошел в легенды.
Риса только весело хихикнула, утягивая меня дальше по коридору, а я все время оглядывался, пытаясь разобраться в происходящем.
– Риса… а зачем мы вообще бежим? – переспросил я, когда внезапно похорошевший Казуо скрылся за углом, а потом оттуда донесся девичий гомон и хорошо поставленный мужской баритон, совсем не похожий на скрипучий противный голосок друга детства Мастера. – Те твари были слишком мелкие, на таких даже внимания особо не обращают. На один взмах...
– А ты не понял? – вздохнула Риса, открывая дверь в аудиторию. – Ты слишком красив для этого мира! – пафосно возвестила она, убедившись, что помещение еще пустое. – Короче, ты реально отпадный парень, иностранец и выглядишь как поп-идол с обложки модного журнала. А японские школьницы обожают поп-идолов. Они бы тебя на сувениры разобрали в момент!
– В смысле?! – поразился я. – Эти девушки... они безоружны и не похожи на убийц. Да и разрушить полное скверны Оружие не так-то просто...
– Внешность обманчива. И они не собирались тебя убивать, они бы просто залюбили насмерть, – с полной серьезностью сказала она.
«Залюбили»? Довели до полного истощения от… сексуальных утех? Прямо там, во дворе? Надеюсь, я просто не так понял фразу, да и вряд ли родители Мастера отпустили бы ее в такое опасное место...
– М-да. Ладно… А почему ты уверена, что они не разберут… на сувениры Казуо? – решил уточнить я. – И потом, хорошо, сейчас мы удрали, но кто помешает этим девушкам осуществить свои намерения, когда мы отсюда выйдем? Или прямо здесь?
– Казуо-кун опытный диверсант, – успокоила меня Мастер. – Он не в первый раз такой трюк проворачивает и всегда успевает уйти невредимым, даже более того – неузнанным. То есть пофлиртует с девочками, соберет толпу и технично сольется, придумав благовидный предлог. В туалет, например. А потом оттуда на свет божий снова вынырнет Казуо-ботан и спокойно смоется прямо мимо поклонниц. Никто даже не подумает искать под его очками красавчика, мелькнувшего в школьном коридоре как призрак мечты всех старшеклассниц. Кстати, в школе уже есть легенда о принце-призраке.
– Хорошо, а второй вопрос? – напомнил я, в уме отмечая самое главное. Рядом с Мастером постоянно находится Оружие – диверсант, который способен прикрыть ее от проблем. Странно, что они еще не стали партнерами… ведь Риса не скрывает, что ей нравятся красивые парни. А этот странный Нож не уступает мне в этом деле, разве что масть другая. И тем не менее ее друг не понимает своей сущности. И отношения у них именно дружеские. Действительно почти братские.
– Ну, они уже отвлеклись на Казуо, значит, часть поклонниц будут некоторое время бродить как сомнамбулы и мечтать раскрыть тайну таинственного красавца в форме нашей школы. Потом, когда идут уроки, особо не поохотишься за иностранцем, знания здесь спрашивают строго. А пока суть да дело – первый ажиотаж спадет, будут, конечно, подходить знакомиться и строить глазки. Ну и меня подтравливать. Но с этим уже можно справиться. – Риса говорила так, будто все это – не стоящие ее внимания детали.
– Подтравливать? – хмуро уточнил я. – Добавят яд вам в еду?
– Не, как вчера в магазине, только более массово. Словесного яду у здешних девиц достаточно, учитывая, что я хафу. Полукровка то есть. Чистокровные японцы те еще националисты.
На этом наш разговор прекратился, потому что в аудиторию стали входить другие ученики, а сразу следом за ними – и преподаватель. Я почти не обращал на него внимания – стало понятно, что отец Мастера сумел не только уладить вопросы с документами, но и предупредить школьное начальство. Так что меня представили классу как студента по обмену, заставили написать на доске свое имя местным аналогом письменности, озвучили роль Рисы при мне – она мой гид по школе… ну и все. Дальше начался урок, который я слушал вполуха. Мне было о чем подумать.
Кстати, Казуо-кун просочился в аудиторию одновременно с учителем и уже был при полном «параде» – то есть в очках и брекетах. И все же странные у них отношения… Может, Риса ждет местного совершеннолетия, чтобы предложить ему союз?
Хотя ее мать вскользь упоминала, что Мастер уже… а Казуо ее ровесник, если они в детском саду вместе были. Он тоже пропустил два года? Может быть. Потом спрошу.
Если честно, мне вообще не нравилось это учебное заведение. Наша академия тоже далеко не подарок, там все время плетутся интриги кланов и семей, но тут дела обстояли еще хуже. И это прекрасно можно понять по обилию шныряющих по углам мелких тварей, которых в это место притягивает концентрация негативных эмоций. На таких даже охоту не ведут, ведь за каждым цвирком во вселенной не угонишься. Искатели отслеживают, когда они соберутся во что-то более стоящее, и только тогда выдают задание.
Но тем не менее по обилию этих недотварей в здании местной академии уже можно многое сказать. Может, предложить Рисе их погонять? Я в какой-то степени даже соскучился по тренировкам.
За этими мыслями сам не заметил, как отсидел несколько уроков. Риса меня не дергала, она к учебе относилась внимательно и ответственно. Не ожидал… А на переменах нас все же атаковали «поклонницы». Хорошо, что они были короткие, перемены эти, но тем не менее уставал я на них даже больше, чем на клановых занятиях. Казалось бы, достаточно продемонстрировать окружающим привычный образ холодно-отстраненной вежливости – и это отпугнет девушек, но не тут-то было. С каждым разом толпа вокруг становилась все больше, а их глаза горели все восторженнее… Что я делаю не так?
– Ты ведешь себя точно как айдол или герой аниме, – хмыкнула Мастер. – Этакий таинственный засране… кхм... субъект! Вот они и реагируют. Ладно, давай думать, куда спрячемся на большой перемене. Это почти два часа, все обедают и отдыхают, так что надо подготовиться. О! – Она хлопнула себя ладонью по лбу, глядя на Казуо. – В теплице спрячемся! Казуо-кун поворчит, но не откажет!
– Чтобы толпа этих полоумных ворвалась под своды моего храма и вытоптала рассаду?! – ужаснулся друг детства. – Ты с ума сошла?
– Ну Ка-а-азуо, ну миленький. – Риса сложила ладошки у груди и заморгала на своего любителя ботаники ресницами. Лицо ее приняло такое умильно-жалобное выражение, что даже я восхитился артистизмом Мастера.
– Ненавижу, когда она так делает, – обратился ко мне Казуо-кун и мрачно поправил очки. – Веревки из меня вьет! И какой ты после этого братан! Ужас… как мелкая…
– Самый лучший! – заверила его моментально развеселившаяся Риса и хлопнула друга по плечу. – Пошли! Может, мы тебе какую грядку прополем…
– Ни в коем случае! Чтоб ничего даже пальцем не трогали, особенно ты, косорукая! Я еще помню, как ты своей помощью повредила корни редчайшего плюща и бедняга умер в жутких муках, – наставил на нее учебник Казуо. – Шиматта! Открою вам соседнее помещение, там у нас дружественно настроенные психи со своей живностью, я им частенько кормовую базу выращиваю. Надеюсь, вас там тоже сожрут и у меня поубавится головной боли.
Я было подозрительно прищурился, но все же понял, что странный друг детства так шутит.
Мы действительно пробрались короткими перебежками по коридорам до заднего двора, где находилось помещение клуба ботаников и энтомологов. И Казуо открыл нам дверь в террариумную. Вот только нормально пообедать у нас не вышло, и дело было даже не в местных странных насекомых в стеклянных кубах, которые порой выглядели похуже, чем некоторые твари скверны.
Нам помешало совсем другое. Ржа! Я ведь чувствовал, что эта школа – очень… очень плохое место!
Глава 21
Глава 21
Лиза:
– Эй, смотри! – раздался не самый приятный мужской голос с улицы, и у меня по спине пробежался табун мурашек. Только обладателя вот этого самого голоса нам тут и не хватало, но какая же дорама о японской школе без главного засранца? – Похоже, ущербные уже и на перемене по своим норам прячутся! Двери что в компостную, что в банку с червяками открыты!
– Так, прячемся, – мгновенно приняла решение я, затаскивая принца за стеллажи и ныкая все наши пожитки. – Мы их, конечно, можем с одной левой… но эти ребята – как огромные навозные кучи, покрытые тонкой пленкой: один раз тронешь, и с вонью потом лет пять разбираться. А нам осталось последний семестр дотерпеть… – Принц задумчиво кивнул и последовал моему совету. – Наверняка опять живность для своих пакостей хотят набрать. Не будем мешать идиотам самореализовываться, а девушкам – укреплять нервы.
– Охота была тебе этих тараканов по щелям отлавливать, – лениво сказал где-то там другой, уже женский голос, и я рассерженной кошкой зашипела себе под нос: да что ж это такое! Значит, вся компания школьных королей и королев здесь, и им, йокай их за жопу укуси, скучно. Если не уберемся из зоны видимости, точно будут потери.
Я, кстати, вполне допускаю, что потери будут среди мажорчиков. Но твою ж нерпу, этого мне тоже не надо!
– Тебе что, жалко стало наших маленьких забитых? – насмешливо спросил тем временем первый голос, и по звуку я поняла, что его обладатель уже внутри здания.
– Пф-ф-ф, нет, – откликнулся второй, и я услышала, как скрипнула дверь. – У кактусоводов пусто, то ли попрятались, то ли сбежали. Да и в прошлый раз мы там на какую-то хрень напоролись – потом неделю семейный врач от сыпи избавлял. Зато полоумный Сверчок с книжкой как раз направляется сюда и нас не видит. Если не спугнем…
– Вот ты о чем! Так, тихо все! Дайте ему войти и отрежьте путь к выходу, но чтоб без звука!
Сдавленное хихиканье еще нескольких голосов подтвердило мои самые досадные подозрения: вся компания тут, и они готовы поразвлечься.
Вот же! И что теперь? Даже будь я одна, смотреть на то, как издеваются над знакомым, я бы не смогла. И предупредить я его не успею. Даже если сейчас выскочу и заору. Только обрушу на себя и принца всю ненависть не получившей добычу местной группки богатеньких гиен. Да фиг бы с ним, руки чешутся навалять гадам, а там пусть хоть из школы гонят, сдам ЕГЭ в России, и пусть вся папина родня хоть все кости мне перемоет на приемах у баа-сама!
– Оппа! – радостно гаркнули за стеллажами. – Вот ты и попался! Кто тут у нас? Будущий профессор энтомологии? Эй, профессор, расскажи нам, чем вот эти червяки отличаются вон от тех? И что будет, если я вывалю их в один контейнер?
– С-с-сколопендры с-съедят з-з-зофобасов… – пролепетал явно пойманный врасплох несчастный энтомолог. Хвостом твою об нерпу, его ж постоянно ловят и травят, а он не Казуо-кун, смыться вовремя не умеет, и вообще...
– Эт че он ща сказал? Он что, реально нам решил про своих козявок лекцию прочесть, идиота кусок?
Послушался звук подзатыльника и противный смешок. Я посмотрела в глаза своему принцу и, закусив губу, полезла на фиг из-за стеллажа бить морду всем подряд и кому попало. Достали, гады!
– Могу предложить свои услуги в качестве дубины, Мастер. Если бить плашмя… – почувствовал мое настроение Рич. Я кивнула и взяла его за руку для самоуспокоения.
– Пошли!
Мы не успели совсем немного.
– Ой! – глумливо вякнули вдруг там, за стеллажами. – Упал… Надо же, какая досада. Кто это был? Дай угадаю – редкий розовый богомол? Ах, прости, я, кажется, на него наступил.
– Хана… это была хана… сезон размножения… не успела… – тихо, мертвым голосом сказал Сверчок – так у нас в школе называли щуплого очкастого паренька класса из второго-третьего, точно не помню, такого мелкого и незаметного, что про него периодически забывали даже учителя. Если Казуо-кун носил очки для маскировки, то Сверчку они были нужны по-настоящему. А еще парень обожал всякую ползуче-кусачую гадость и проводил все свободное время среди террариумов с насекомыми. У него были свои любимцы здесь и даже, кажется, статьи в каких-то серьезных научных журналах.
А вот умения и сил дать отпор мажорам у Сверчка не было. Точнее…
– Ты убил хану, – еще более жутким, неживым каким-то голосом повторил Сверчок. У меня почему-то похолодело в животе от этого звука.
Мы с Ричем как раз выбрались в проход между стеллажами и наконец увидели всю сцену своими глазами.
– Ты рехнулся?! – испуганно вскрикнула вдруг Юки – уже знакомая моему принцу школьная примадонна. Это она первая заметила жертву. – Ребята! Он…
– И теперь я убью тебя, – очень медленно, четко и с дикцией робота из ужастика произнес Сверчок. Он стоял в проходе, окруженный стайкой наших мажоров. Тут были еще две девушки – Наоки Рина и Камакура Удзи, обе богатые наследницы, признанные красавицы и записные стервозины, а также четверо главных школьных плейбоев, имена которых я даже не запоминала. С мальчиками-то легче: главное – вовремя сделать нужное тупенько-восторженное выражение лица и пропустить их мимо, аккомпанируя себе страстными вздохами. И проблема решена...
– Ой, как стра-а-ашно! – издевательски гнусаво протянул один из них, поворачиваясь к Сверчку, и вдруг тоже заорал, шарахнувшись в сторону и едва не опрокинув стеллаж с террариумами: – Рехнулся, гад?! Ты что творишь?!
Я даже не поняла сначала, что произошло, слишком быстро все случилось. Но в какой-то момент сама чуть не взвизгнула от страха: в руках у Сверчка вдруг оказался довольно внушительный нож с уже окрашенным кровью лезвием. Его очки перекосились и тоже отсвечивали багровым, хотя в террариумной не было чего-то, что могло отразиться в стекле такой жутью. А за спиной щуплого сутулого заморыша смазанным силуэтом вставала черная клубящаяся тьма.
– Блуждающая тварь. Все-таки объединились, – на удивление спокойно сказал Ричард, через мгновение уже падая мне в руки мечом.
«Кто… объединился?» – спросила я у него уже мысленно, взвешивая оружие в руке – действительно легкий. А с утра был той еще железнодорожной шпалой.
«Та шушера, что бегала вокруг. Сама по себе не опасная, но, собравшись вместе и наложившись на негативные эмоции живых существ, может подтолкнуть их к агрессии… или суициду… или…»
«Или сумасшествию!» – сообразила я, холодея.
Потому что Сверчок и правда, кажется, рехнулся. Сдавленно рыча, он бросился с ножом на ближайшего противника. Уж не знаю, откуда у него силы взялись, но зашуганный забитый ботан просто снес здоровенного парня вместе со стеллажом, а другого, кинувшегося на помощь, отшвырнул, как котенка, одним движением плеча. Черная тень уже окутывала всего Сверчка, и багровые проблески сверкали в ней, как молнии.
Девчонки, естественно, завизжали и кинулись наутек, но в тесном проходе между рядами полок они моментально сбились в неуклюжую кучу и покатились по полу, продолжая визжать и брыкаться. Двое парней, что стояли ближе к выходу, без разговоров бросили своих и рванули прочь, но не успели.
Сверчок посмотрел в ту сторону, и я вдруг подумала, что его белое лицо с огромными линзами очков очень похоже на голову какого-то жуткого насекомого из его любимчиков. И засмеялся. Черные нити выстрелили в сторону двери, и она захлопнулась с жутким грохотом, отрезав компании мажоров, ну и нам заодно, все пути к отступлению.
Для справки: хана – орхидейный богомол
Глава 22
Глава 22
«Плохо дело… – выговорил у меня в голове голос Рича. – Места для замаха мало, паникующих свидетелей много, а тварь присосалась к нему слишком плотно. Я… крупноват для такой филигранной работы в закрытых пространствах. И ты – еще неопытный Мастер...»
«И что делать?!» – Благо мысленные переговоры – дело быстрое, почти мгновенное, и не мешают продвигаться к цели. Правда, честно признаюсь – жуткий Сверчок меня пугал почти до мокрых штанов. Но не бросать же дело на самотек? Я не только Лиза Иванова – а Ивановы никогда труса не праздновали, – я еще и Норайро Риса, дочь своего отца и внучка самурая! Ы-ы-ы-ы! Стра-а-ашно! Сверчок надвигался на отползающих и скулящих от ужаса мажоров медленно и неотвратимо, как настоящий монстр из ужастика. И соваться поперек его багрового взгляда ужасно не хотелось. Но...
«Хорошо бы их кто-нибудь отвлек... или его! Хоть на несколько секунд. Иначе, боюсь, тварь можно уничтожить, но только вместе с носителем… в смысле, она его убьет».
«И кто тут смог бы отвле… Казуо! Он в соседней теплице!»
«А толку нам от того, что он там? Плюс его там нет – эти… заглядывали».
«Ну тогда… счас. До трех досчитаю и попробую… раз… два… уф… тр...»
– Йош! – заорал вдруг кто-то на все помещение, и прямо перед дымившимся чернотой Сверчком выросла человеческая фигура с протянутой ладонью.
– Ты тут случайно свою хану не терял? – как ни в чем не бывало спросил Казуо-кун, поднося ладонь почти к лицу ужастика. – Она что, опять на моих орхидеях решила поохотиться? Достало ее каждый раз ловить! У двери уже была, из-под стеллажа вылезла.
– Что? – своим обычным, растерянным голосом переспросил Сверчок, и черная тень вдруг отпрянула от него, панически поджимая щупальца. – Но… как… я же видел… я слышал… хрупнуло, и…
– Да этот придурок на конфету наступил, – невозмутимо пожал плечами Казуо. – Выпала у него из кармана, наверное. Вон! – И он ткнул пальцем куда-то вниз. Сверчок посмотрел туда и окончательно сдулся, на глазах превращаясь из монстра с багровыми глазами в себя самого. Только вот через секунду его ноги подкосились и он свалился в обморок. Жаль, что черная тень не собиралась так просто сдаваться. Потеряв из своих объятий одну жертву, она сначала съежилась, но тут же с быстротой молнии вдруг растеклась по полу чернильной лужей, выкинула чуть дымящиеся отростки и… впилась ими сначала в тихо скулящих на полу девчонок, а потом и в еще не пришедших в себя парней.
Мама!
«Бей! Быстрее, пока она окончательно не выбрала следующего носителя! – резко скомандовал у меня в голове голос Ричарда. – Не спи!»
Я выдохнула и с боевым визгом выскочила на середину прохода, лихо занеся меч над головой. Ну, то есть это мне так казалось, что лихо и над головой, а на самом деле фиг его знает, вряд ли со стороны это смотрелось героически. Скорее я была похожа на офигевшую домохозяйку в погоне за тараканом – орет от страха, но тапком замахивается.
Кончик лезвия чиркнул по потолку, отчего в моей голове раздалось жалобное «ау». Мысленно взмолившись о прощении, я все же сосредоточилась и с размаху всадила лезвие прямо в середину черной кляксы.
– А-а-а-а-а!!!
Не, это не я заорала. Для разнообразия. У меня голос отнялся от того разряда тока, которым меня шибануло через рукоять меча. И картинки какие-то мерзенькие в голове калейдоскопом промелькнули. Но так быстро, что я ни одну не запомнила.
Орали наши короли и королевы. В голос, корчась на полу и выделывая руками-ногами такие кульбиты, словно они резиновые куклы на веревочках. Ой, ржа… ых. Ржа? Это не моя мысль была, кажется...
– Ну ты, нии-сан, и выдала, – икнув, обратился ко мне Казуо, вытирая ладонью пот со лба и поправляя очки. – Тут не то что у наших мажоров, даже у меня чуть сердце не выскочило… Ты хоть представляешь, как ты выглядела, появившись из темного угла с мечом наперевес? Да еще с таким выражением лица, что я уж подумал, все, хана нашим позолоченным наследничкам.
– Что-то ты не настолько испугался, чтобы телефон убрать, – смущенно пробормотала я, пряча Ричарда за спину.
– Испуг испугом, а дело всегда нужно доводить до логического конца, – уже совершенно спокойно пояснил Казуо-кун, по очереди снимая каждого корчащегося красавчика на видео. И девчонок не пожалел. – Не знаю, чего они такого употребили, что их так корежит, но нам это как никогда на руку!
– Употребили? – не сразу поняла я.
– Ну явно или накурились, или нажрались чего-то мозговзрывательного. Нашли, блин, место! Так… хм... подержи-ка! – Он сунул мне в руки телефон. – Сними еще Юки, она так хорошо глаза пучит… тебе должно понравиться. А я сейчас добавлю кое-какие детали. Сцена должна быть завершенной и не вызывать никаких сомнений!
С этими словами Казуо выскочил за дверь. А я машинально продолжала снимать впечатляющее видео из жизни мажоров. И правда на наркоманский притон похоже, нам подобное видео прямо в школе показывали, назидательно-воспитательное...
– Уф-ф-ф… Мастер. Это ж было… У меня даже слов таких нет, – сказал Ричард, кладя ладони мне на плечи. Превратился? Ну да, вовремя – и свидетелей нет как раз. Успел! Буквально в последний момент, потому что через секунду дверь опять хлопнула и вооруженный пучком какой-то зелени Казуо-кун деловито шмыгнул к самому первому от двери мажору.
– И ты тут? – Парень обратил внимание на принца. – Ну, хотя кто б сомневался. Чего ж сразу тогда не помог? Перед тобой-то могли и не тронуть… А, ладно... – Хм… редко я от братана слышу такой недовольный тон. Что-то не так?
– Не успел, – коротко мотнул светлой гривой Рич, с интересом глядя на то, как мой друг посыпает мажоров мелко настриженной травой. – Риса говорила, что мое вмешательство может лишь усугубить проблему. И все же я согласен с твоим недовольством и признаю за собой вину...
– Э, молчи, поэма эпохи Эдо ты ходячая, не могу слышать твой старояпонский. Понял уже, – буркнул Казуо.
– А чем ты их присыпаешь? – перевела я разговор на более интересную и менее скользкую тему. Пояснять другу детства особенности происхождения Рича я была еще не готова.
– Коллекционная конопля, редчайшая… – пробормотал себе под нос наш штатный ботаник. – И тратить ее на таких уродов – кощунство! Но иногда приходится чем-то жертвовать…
А, вот почему он такой злющий! Казуо и растения – это ж отдельный разговор, и, если он выдернул из горшка свою драгоценную зелень, уважаю его целеустремленность и право ворчать.
– Всего один росточек себе оставил… эх… Ничего, отольются сорнякам земляничные слезы! – Казуо закончил присыпать композицию коноплей и развернул еще один пакетик, перед этим надев медицинские перчатки, которые он вынул из кармана. – Это вам на долгую память, засранцы! – И принялся растирать лица уже затихших врагов другой… зеленью.
– Это что? – невольно заинтересовалась я.
– Это страшная мстя настоящего ботаника, – злорадно ухмыльнулся друг, обрабатывая по очереди нежные носы и щеки наших первых красоток, а также руки и шеи парней. – Сыпь они у семейного врача лечили, поганцы… Ничего, эти отметины им недели три ни один доктор не сведет!
– Казуо-кун? – слабо и неуверенно раздалось между стеллажами. – Что… что случилось?
Глава 23
