Текст книги "Легенда о белом бревне (СИ)"

Автор книги: Carbon

Соавторы: Ива Лебедева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

Лиза:

– Что я должен сделать, чтобы вы прекратили надо мной издеваться? – с плохо скрываемым отчаянием в голосе спросил у меня принц, косясь на кигуруми (цельная пижама-комбинезон, обычно в виде животных) в моих руках, как Белоснежка на отравленное яблоко.

– Я не издеваюсь. Нет, согласна, с предыдущим радужным единорогом я переборщила, но эта вот – котик! Причем твоего любимого белого цвета! Ты только потрогай, какой мягкий материал, в таком спать – настоящее удовольствие! Тут даже штаны нормальные, это мужской вариант! – В доказательство я показала ему бирку. – И это пижама, в ней дома спят под одеялком, по улицам не ходят! Ну, некоторые фрики не в счет.

Ричард очень неохотно ткнул пальцем в кигуруми и задумчиво застыл. Потом погладил короткий мягкий ворс, и взор его затуманился. Но тут же он встряхнулся и помотал головой с таким отчаянием, что я поняла: ему нравится, но он в этом не признается даже под страхом смерти.

– Берем. – Решительно дернув парня за руку, я поволокла его к кассе, туда, где уже громоздились упаковки носков, трусов, маек и прочего. Все белое, на крайний случай светло-серое или цвета слоновой кости, без единого рисуночка – ужас! А я ведь предлагала и с котиками, и с черепами, и даже с винтовочными принтами! Ничего не захотел. Но кигуруми… котика…

– Считай, что это я себе покупаю, – успокоила я опять впавшего в ступор Ричарда. – А тебе только поносить дам. Если кто вдруг прицепится, скажешь, что я капризная стерва, надела его на тебя силком, хотя ты доблестно сопротивлялся! Но я тебя укусила! Укусила за… за… в общем, за какую-нибудь важную часть тела. Хм, за рукоятку?

И-и-и-и! Обожаю, когда у него глаза так широко раскрываются, как в настоящей анимешке! Но только на этот раз он сначала вытаращился, а потом в невозможной синеве промелькнула искорка смеха и Рич кивнул. Ой! Неужели? Да! Да, Лизка, ты все правильно делаешь! Дурачься дальше, его прямо на глазах отпускает, и он перестает бояться всего на свете и в первую очередь – тебя!

– Может, тогда, под ту же легенду, во-о-он ту футболку с…

– Нет! – отчаянно замотал головой принц. Ну вот… Здесь пока не передавливаем, поняла. Но обозначить направление – это было верное решение. А дальше потихонечку, потихонечку – не все ж сразу. И потом я ж его люблю вот такого – слегка мороженого… Ой. Чего? Люблю? Ах ты тундрец по нерпе… ну… похоже, да. Не так чтобы насмерть, но…

– Ладно, ты все равно молодец и супергерой! – Я привстала на цыпочки, положила руки парню на плечи, чтобы удобнее было, и звонко чмокнула его в щеку. – Такой шопинг выдержать – на это далеко не каждый мужчина в принципе способен! Девять из десяти умерли бы еще возле джинсов!

Щека, которую я поцеловала, тут же залилась пунцовым румянцем. Но что интересно, меня никто не оттолкнул и от меня не шарахнулся! Прогресс, аднака, как говорит бабушка. А хотя… он вообще-то с самого начала именно от физического контакта не пытался уклониться. Интересно почему? Я тоже ему нравлюсь или это какая-то очередная затундренная призменная фишка из области дрессировки Оружий? Нет, внутреннего отторжения от него я не чувствую, иначе не вела бы себя так вольно. Ладно, потом выясню, пока буду просто наслаждаться. Мне его тискать просто меганравится, ну что ты тут поделаешь, хвостом твою нерпу...

– Местные как-то странно на нас смотрят, – негромко шепнул он, косясь голубым глазом на покрасневших до состояния свеклы продавщиц, которые с рекордной скоростью упаковывали наши покупки.

– Завидуют, – с полной уверенностью пояснила я. – У меня есть настоящий принц, а у них нету! Я покупаю со своим парнем пижамку, а им такое даже и не снилось! А вообще, – тут я с сожалением вспомнила, что мы в Токио, а не в Москве или Нью-Йорке, – я их немножко шокировала, конечно. Они тут за ручку подержаться на людях и то стесняются… но втайне знаешь как мечтают о свободе? Во-о-от!

– Мы ведем себя… неприлично? – почему-то вычленил из моего разговора он только это. Вот… бревно воспитанное!

– Не, – помотала я головой. – Ты в полном порядке. Потому что блондин и иностранец. Причем красивый. Это скорее мне, теоретически, могут предъявить претензии, я-то местная. Но мне, знаешь ли, дороже возможность тебя потискать, чем всякие условности.

– Кхм, – сказало прекрасное бревно и тяжело вздохнуло, будто собираясь нырнуть в холодную воду. – Что же… желание Мастера союз… нейтрального клана действительно приоритетнее, чем соблюдение традиций непосвященных аборигенов... по кодексу, – еле слышно пробормотал он скорее для себя, чем для меня.

– Вот! Правильно рассуждаешь, аднака! – От переизбытка эмоций я даже пару раз подпрыгнула на месте, полностью забыв об окружающих нас людях. Ну как забыв… Частью сознания я всегда контролирую окружающее и прекрасно знаю, когда можно дурачиться, а когда нельзя.

Здесь и сейчас ничем мне это не грозит. Никакими особыми репутационными потерями и всей этой ерундой. Подумаешь, немного хулиганства в торговом центре. Между прочим, я выгляжу как девочка «мимими», и очень многие, даже самые строгие ревнители приличий, только улыбнутся, глядя на мои «милые ребяческие выходки». У японцев с этим тоже все не как у людей… Так что отрываемся на полную. И что самое главное, эта моя веселая клоунада действует на принца. Он смотрит как на чокнутую и… оттаивает.

А то чую я: начнутся потом протокольные мероприятия, встречи с родней по папиной линии, опять же, школа… а там надо вести себя как леди или хотя бы как милая и слегка глуповатая японская школьница, которая в будущем станет неплохим украшением мужа и не будет стращать его излишним интеллектом. Вторая роль полегче, но… в этот раз никаких послаблений, рядом с принцем нужно именно как леди. Я умею. Но не люблю! Вообще, по моему скромному разумению, никто не любит. Но не признаются, потому что… нельзя терять лицо. Ладно, хоть Рича побалую и сама оторвусь, пока возможность есть!

– Придем домой, я тебе нерпу с жирочком, ну, то есть скверной, подарю! – пообещала я ему.

– Кхм...

Домой мы вернулись ужасно усталые, но довольные. Да, Рич тоже был вполне благодушен, хотя по его льдисто-каменной физиономии об этом достаточно трудно догадаться. Но я каким-то образом чувствовала его настроение.

Разве что не совсем понятно: доволен он покупками или тем, что поход по магазинам закончился. В комнате для гостей, которую ему выделили родители, я живо распотрошила пакеты и принялась раскладывать вещи по полкам в шкафу и ящикам комода, напевая себе под нос песенку про тридцать три коровы, а Рич, сидя на кровати и машинально поглаживая свое кигуруми кончиками пальцев, наблюдал за мной со странным выражением лица. От помощи я отказалась, ссылаясь на то, что он мой гость, и парень явно не знал, куда себя деть. А померить пижаму, которую я специально, с «тонким» намеком, положила рядом с ним, стеснялся.

Тут из коридора раздался короткий дробный топоток, скрипнула входная дверь. Рич обернулся и снова сделал на лице мой любимый размер глаз.

Глава 14

Ричард:

Существо было небольшим, круглым и светло-розовым. Я бы даже сказал – безобидным. Только вот от твари слишком явно несло скверной, чтобы принять ее за обычное домашнее животное местных аборигенов.

Я покосился на заинтересованно оглядывавшую меня Рису и с удивлением не заметил с ее стороны даже толики напряжения. Наоборот, она даже отвернулась и стала копаться в пакетах. Неужели она не чувствует, что перед ней тварь? Не боится? Не понимает? Возможно, Мастер никогда не была на охоте и поэтому просто не осознает всю опасность.

– Эта тварь скверны небольшая, и ее уничтожение не должно вызвать затруднения. – Я так и не дождался от Рисы реакции и решил взять ситуацию в свои руки. Умереть из-за некомпетентности юной девочки от лап какой-то мелочи или, что еще хуже, наблюдать за ее смертью, валяясь рядом ржавой железкой, мне не хотелось. – Воспользуйся мной. Будет достаточно одного удара.

– Где тварь? – удивилась Риса, оборачиваясь ко мне со стопкой футболок в руках.

– Да вот же! – Напряжение в голосе мне скрыть не удалось. – Давай, ты сможешь. Я постараюсь уменьшить свой вес по твоей руке и направить удар, тебе останется только замахнуться! – Спокойно смотреть, как тварь протискивается в приоткрытую дверь, почему-то пыхтя и издавая другие странные звуки, было… нет, не страшно. Нервно. Особенно напрягало столь странное спокойствие и отсутствие чувствительности у Мастера. Может, Риса чем-то больна и потому не ощущает скверну? А такие болезни вообще существуют?

Все это пронеслось в голове вереницей за какую-то долю секунды, а потом Риса проследила за моим взглядом, вдруг бросила футболки в ящик и рванула прямиком на тварь… с голыми руками! Даже не попытавшись вооружиться, ржа побери эту малолетнюю идиотку.

Я взвился с кровати и ринулся наперерез, просто чтобы сбить полоумную с траектории, но не тут-то было. С радостным писком она схватила тварь на руки и развернулась с ней в обнимку как раз в тот момент, когда я на нее налетел. И в результате мы покатились по ковру одной бестолковой кучей, с визжащим розовым комком, зажатым между нами. Я получил локтем под дых и только охнул, оказавшись лежащим навзничь, а сверху меня накрыло сразу и Мастером, и тварью.

А потом тварь вопросительно хрюкнула и лизнула меня в нос.

– Что это за существо?.. – все же осознал я, что для твари скверны это… это слишком… дружелюбно. Да и скверну оно не вытягивает, а, наоборот, кажется, отдает.

– Это Тонтон, мой сэвен, – объяснила Риса сквозь хихиканье.

– Очень понятно, – забыв обо всех правилах приличия, съязвил я. – Тонтон, сэвен – это о столь многом мне говорит, Мастер! – Да и какие, ко рже, правила приличия! Я думал, сейчас ржой рассыплюсь из-за этой больной девчонки с суицидальными наклонностями, а ей весело!!! Еще и тва… то есть существо с особой тщательностью старается вылизать мне лицо. Да что здесь вообще творится?!

– Сэвен – это вырезанная из дерева фигурка животного, в которой глава нашего клана запасает для нас жир, в смысле скверну. Моего зовут Тонтон, в честь поросенка из одной анимешки. Я даже бусы на него такие же надела, и он стал почти копией!

– Ты уверена, что это деревянная фигурка? – с большим сомнением переспросил я, уворачиваясь от слюнявого розового языка. – Слезьте с меня. Оба! – не выдержал очередного лобызания. – Пожалуйста, Мастер.

– Не, – помотала головой Риса. – В смысле, я-то слезу, хотя и неохота. А Тонтон теперь не отстанет, пока не накормит. И вообще, я же тебе обещала нерпу с жиром подарить? Вот, считай, он теперь твой. Ты ему понравился, кстати. Сэвены обожают голодных Оружий.

– Я не испытываю голода, – почти прошипел я, отпихивая розовую морду местного аналога храна скверны. – Убери...те его.

Возможно, я и был бы не против восполнить потери, но уж точно не таким способом! Я лучше уж голодать буду, чем кормиться вот так… Откуда у деревянной фигурки слюни? Да и кодекс клана к такому очень строг. Принимая скверну Мастера чужого клана, ты невольно связываешь себя с ним хоть и недолговечной и тонкой, но связью. А без согласия главы на союз этого никак нельзя допускать!

Только кто бы меня спрашивал...

– Ну, он чувствует, что твой резерв не полон, – пожала плечами чокнутая девчонка и наконец сползла с меня. Но, вместо того чтобы встать, улеглась рядышком на ковер. – Я могу оттащить, но визгу будет на весь дом, мама с папой прибегут узнать, в чем дело. И все равно скажут тебе лежать смирно и потерпеть, потому что бабушкин сэвен – он никого просто так не полюбит. Раз льнет – значит, тебе это нужно.

– Ржа! Да хватит слюнявить мне лицо! – окончательно озверел я, отдирая от себя настырное существо. – Через руки передавай, если тебе так надо! – Сел и, одной рукой удерживая пыхтящего… сэвена, другой попытался оттереть эти… выделения со щеки. Но к моему изумлению, кожа оказалась совершенно сухой. Испарилось? Или тактильная иллюзия? Что вообще представляет из себя этот хран? Может, продвинутая голограмма? Для такого клана, как Лакоста-Ивановы, владеть столь развитыми технологиями… Они же только в этом году о спирали миров узнали, откуда?

– Впиталось, – со знанием дела прокомментировала Риса, укладываясь поудобнее и закидывая обе руки за голову. – Слюни, в смысле, впитались. Они же чистый жир. То есть переработанная энергия, – соблаговолила пояснить она. – Это, кстати, говорит о том, что твой резерв не полон. Так что обними Тонтона и полежи спокойно. Он больше не будет тебя слюнявить, просто так подкормит, – настаивала на своем девушка.

Похоже, легче подчиниться, чем пояснить, почему я не могу принять скверну от Мастера чужого клана. С другой стороны, если уж совсем придираться к формулировкам и искать себе оправдания… от Мастера я скверну и не принимаю. У энергии совершенно нейтральный вкус, она и правда чистая и переработанная.

– Это обязательно делать на полу? – все еще не приведя в порядок расшатанные нервы, переспросил я. Чудное существо, наконец получив полную свободу действий, улеглось мне на колени и довольно похрюкивало. – Не лучше ли пересесть… – Я окинул взглядом комнату, но из подходящей мебели увидел только кровать. Трапезничать в постели не более культурно, чем на полу. – Ладно, неважно.

Что-то у меня совсем нервы ни к рже, даже наглеть начал… Впрочем, неудивительно. Скорее непонятно, почему я еще не сошел с ума и не сорвался во все тяжкие!

Или сошел? И сорвался?

Глава 15

Лиза:

Эх, совсем принц дик… инопланетный. Это ж надо, испугаться маленького поросенка в бусах! Хотя «испугаться» – это не то слово, он явно хотел жестоко расправиться с милашкой Тонтоном, разрубив его на десяток маленьких поросяток. А потом возмущался, зачем сэвен его умывает. Да я бы тоже любыми способами постаралась у него то зверское выражение с лица стереть! Правильно я сэвена приманила, чуяла же, что резерв у парня опустел, а сам они ни в жизнь не признается в этом.

Тонтон с кормлением справился на отлично, только вот после обильного потчевания жиром мой принц заметно осоловел и его прекрасные анимешные глазки начали закрываться сами собой. Прямо хоть спички вставляй – это я к тому, что еще немного, и Рич стал бы придерживать веки пальцами.

Не знаю, какое такое воспитание мешало ему человеческим языком сказать, что он устал и хочет спать. Не-е-ет, он сонно моргал, из последних сил сцеплял челюсти, чтобы не зевнуть, и молчал. Пока я не сжалилась, не вручила ему кигуруми котика, не показала, где в комнате дверь в его персональную гостевую ванную, и сама не откинула уголок покрывала на кровати.

И ушла к себе, понятное дело, хотя жуть как хотелось немножко заняться подглядыванием… Да ладно. Я ведь уже решила, что на этого парня у меня далеко идущие планы. Значит, можно не торопиться, насмотрюсь еще. А если раньше времени спугнуть – только хуже выйдет, особы голубых кровей, они ж в вопросах интима пугливые, как тушканчики.

Так что я вздохнула и пошла обниматься с другим красавчиком. Вообще-то я хотела себе в кровать дакимакуру с Хаулом, перерыла все сайты с принтами, колебалась и выбирала долго, но в результате случайно найденный неизвестный анимешный блондин с кошачьими ушками и в соблазнительной позе победил. Кстати… если так присмотреться (я повертела подушку в руках), с Ричем у него есть что-то общее, значит, вкус на мужчин у меня уже устоялся. Мама говорила, что это годам к восемнадцати-девятнадцати произойдет, а раньше расстраиваться из-за мальчишек даже нет смысла. Так что у меня все вовремя. И можно уже начинать выбирать что-то постоянное. Вот, один кандидат у меня есть, это хорошо. Значит, полдела сделано. А пока обниму свою подушечку, закину на нее и руки, и ноги… и ба-а-аиньки. Мне, вообще-то, тоже нужен отдых. Денек выдался хоть и веселый, но длинный… а мой сэвен остался спать у Рича.

Ну да ладно, ему нужнее. Я уже после душа и переодевания в пижамку успела маминого поросенка потискать. Он тогда меня облизал радостно, поделился жиром, так что можно с чистой совестью на покой.

(Лизина дакимакура – длинная подушка для сна в обнимку – выглядит вот так: ;) )

aWxibBk6qct7RWUynk3wyaf396VTmEATfQdJF_iZqrgVoRLThV8wsNl0QCmjl9YhQDhUE93BlFmoNokzwmHt9u7ELtO3Fr1e8m8qNcmDroa09Td1vFGKO6mCuq5Uhlk0Iu1WY-R3

Мне снилось что-то хорошее, теплое и милое. Я с удовольствием потянулась, обнимая эту прелесть, и тут вдруг прелесть завозилась и попыталась сбежать. Э! Куда? Обняв подушку покрепче, я потерлась о нее сначала щекой, потом грудью, потом… м-м-м… м-м-мр-р-р… а целоваться во сне еще приятнее, чем наяву! Особенно когда подушка вдруг начинает проявлять инициативу. У-у-у… ы-ы-ы… м-м-м!

– М-м-м… М-м-мастер Р-р-риса-а-а-а! – внезапно раздался во сне хриплый и низкий мужской голос. – Прос-с-с… прос-с-снитесь!

– Зачем? – не поняла я, отвечая на сладкий-пресладкий поцелуй и явственно ощущая, что на фиг никакое просыпание мне не нужно, а нужно кое-что другое. И это другое у подушки есть! И она… тьфу ты... мой оживший внезапно принц хочет целоваться и вот это все, что там дальше положено, не меньше, чем я сама.

«Мастер Риса, пожалуйста… нельзя… – раздалось уже в моей голове, потому что рот точно был занят. – Р-р-родители… ваши… родители…»

– Плевать! – Я так увлеклась поцелуем, а главное, тем, что на этот раз инициатива была вовсе не моей, что уже ни на что не обращала внимания. Он меня целовал! Сам! Пытался воззвать к разуму – то ли к моему, то ли к своему, то ли к нашему уже коллективному, а руки его действовали вполне умело, да и губы… м-м-м…

«Пуф!» – раздался какой-то странный звук, и парень из моих рук пропал. Зато появилась какая-то железная… балка?

«Простите… Мастер… простите! Я не имел никакого права пользоваться вашим сонным состоянием, я должен был сразу пресечь весь поток… Я...»

«Ф-ф-ф-ф… ну что ж такое?!» – Меня прямо затопило разочарование, настолько, что я даже не поняла, что общаюсь с лежащим прямо на мне огромным мечом-двуручником… мысленно. «Ри-и-ич! Ну успокойся. Все нормально. Кто кем воспользовался – еще два раза посмотреть, как говорит тетя Лариса из Одессы. Превращайся обратно, а? Я уже проснулась».

«Эм… возможно, вы сначала отложите меня в сторону? Чтобы не повторять той… ситуации», – тихо сказал меч и виновато замолк.

«Кстати, ты что, во втором облике весишь столько же, сколько и в человеческом? Меня как будто бетонной плитой придавило, – прокряхтела я, спихнув его на матрас. Оппа… а это ведь не моя кровать. И не моя спальня. Опять начались ночные прогулки, как в детстве? – Вот видишь, это не ты ко мне пришел, а я к тебе, так что все в порядке!»

«Извините, не подумал о регулировке веса. Забыл. – Рич все еще находился в форме оружия. – Позвольте мне успокоиться. Я перекинусь и принесу должные извинения чуть позже».

«Выдыхай, – согласилась я, хотя и не без сожаления. Но ему это сейчас было необходимо. Черт, я не рассчитывала так резко форсировать события, но… он меня сам целовал! Я-то просто приползла ночью пообниматься. Раньше, когда маленькая была, я так к маме с папой во сне могла прийти, а утром не понимала, как оказалась в чужой кровати. Теперь вот меня к нему притянуло. Ну не просто же так?

Тяжелый прямой меч лежал на подушках, а я пристроилась рядом и разглядывала его, раз уж так вышло. Красивый… в этой форме все равно красивый. Мраморные разводы на лезвии говорят о том, что это какой-то очень крутой сплав, я смутно помню, читала об этом где-то. Рукоять отделана белым резным материалом – то ли композит, то ли кость. Фиолетовые некрупные камни вписаны в узор так, что не кажутся слишком яркими, а только подчеркивают глубину резьбы. Очень лаконично, строго и потрясающе гармонично, как, собственно, и сам Ричард.

«Вы не желаете выполнить утренние процедуры?» – как-то опасливо спросил у меня меч.

«Рано еще. Все спят, и завтрак только через два часа, – все так же мысленно ответила я. Хм, а ведь этот телепатический разговор… Я о нем слышала от старших родственников, и он, если не ошибаюсь, означает что-то очень важное между Мастером и Оружием. – Ты потрясающе красивый в любой форме», – призналась я, проводя кончиками пальцев по дымчатому лезвию, снизу вверх и обратно.

«Кфуф… простите, щекотно, – неожиданно хихикнул принц. – Мастер, если вы не перестанете так делать, я не смогу обратно превратиться в… в ближайшее время!»

Я вспомнила «сон», и то, что почувствовала в нем, и то, что ощутила… хм… некоторыми частями тела, прижатыми к принцу, и, кажется, поняла его затруднения. О-о-ох… понятно, почему он не может обратно, боится компрометирующей ситуации и предательства собственного организма. Это так мило, лестно и немного смешно. А еще он выкарабкивается из панциря, выкарабкивается! Сам еще этого не понимает, но реакции стали гораздо живее и непосредственнее.

«И… да, – внезапно очень тепло продолжил принц. – Вы тоже очень яркая, милая и… неповторимая, Мастер».

– А то! – вслух довольно сказала я, взяла и поцеловала рукоять меча в самый крупный камень на крестовине.

«И самая бесстыжая», – буркнули у меня в голове, но без особой обиды.

«Скажи еще, что тебе это не нравится!»

«Не… скажу».