Текст книги "Легенда о белом бревне (СИ)"
Автор книги: Carbon
Соавторы: Ива Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)
Глава 23
Ричард:
Похоже, хозяин необычного питомца – богомола – первый пришел в себя. Он недоуменно потирал затылок, осматривая композицию из фигурно разложенных тел вокруг, и непроизвольно морщился. Очки съехали на нос, а волосы на голове, кажется, потеряли чувство земного притяжения, отчего он стал практически копией Казуо, разве что более мелкой.
– Парами, небось, надышался, вот чего, – правдоподобно тяжело вздохнул Кинжал и, слегка прихрамывая (когда он успел пораниться?), подошел и попытался поставить на ноги своего приятеля. – Вон, видишь, вся золотая компания в наркотическом угаре валяется…
– Погоди… Я, кажется, чего-то не понимаю, – пробормотал парень, которого Риса все время называла Сверчком. – Я пришел покормить… а тут они, и… что это было?! Хана!
– Да вон твоя хана сидит. – Казуо ткнул пальцем в стеклянную стенку террариума, куда сам же и пересадил розовое существо. – Помешался ты уже на своих сикарашках! – На скептический взгляд из-под очков парень сразу замахал руками. – Ладно-ладно, это я понимаю, сам такой. Но с какой стати ты пустил к себе эту компанию?
– Я пустил?! – поразился Сверчок, завороженно разглядывая красивое насекомое, действительно похожее на распустившийся цветок. Он, кажется, все поверить не мог, что это сокровище не погибло под подошвой школьного недруга.
– Ну не я же. – Казуо пожал плечами с таким видом, что даже у меня руки зачесались отвесить ему подзатыльник. Как вообще можно так нагло врать невинному человеку? Пусть он и абориген… Нет, тайну призмы хранить нужно в любом случае, тут любые методы хороши. Но Казуо ведь даже не знает о том, что он Оружие! Положения кодекса не учитывали такой возможности. Потому я даже не знаю, негодовать ли мне на его обман или радоваться изворотливости и хорошо подвешенному языку. Наверное, второе…
Но тут друг Рисы перестал валять дурака и сочувственно похлопал пострадавшего по плечу.
– Да ладно, Йоширо, все и так понятно. Опять вломились внаглую, да еще и наркоту какую-то приволокли. Хотя почему какую-то?! Они у меня единственный кустик индийской конопли сперли, тот самый Cannabis sativa, который я целый год у куратора выпрашивал! Гады невежественные… – очень натурально возмущался Кинжал. – Видимо, или тебя ушибли, или накурили тут своей поганью, вот ты в обморок и грохнулся. Тебе, наверное, в медпункт теперь надо. Или, если нормально себя чувствуешь, может, лучше у меня пересидеть? А то в медпункте еще и тебя к употреблению приплетут. Эти-то, золотой навоз, как всегда, отмажутся...
– Йоширо? – подала голос моя Мас… э… Мастер Риса, отчего бывший одержимый подпрыгнул на месте, явно вначале нас не заметив. – Тебя, оказывается, так зовут?! – Она на самом деле удивилась, но тут же попыталась сгладить свою бестактность: – Клевое имя, я не знала. Ты не волнуйся, я имя своего жениха тоже вон узнала только после суток знакомства. Это… семейное, кажется? – Риса состроила невинное выражение лица. – Я просто сначала думала, что тебя действительно как-то созвучно со сверчком зовут...
– Нет, прозвище прилипло ко мне, когда в младшей школе я сбежал посреди урока – решил посмотреть, как выглядит сверчок, – внезапно улыбнулся ушибленный энтомолог. – Я тебя знаю, Норайро Риса, но мы не представлены. Тошигава Йоширо, к вашим услугам.
– Э… очень приятно. Слушай… – договорить Риса не успела, потому что на полу застонали, завозились, и почти вся компания недобитых хулиганов начала приходить в себя, садиться, хвататься за голову и друг за друга.
– Что, очнулись, наркоманы йокаевы? – очень ехидно и громко спросил Казуо, оттесняя Сверчка подальше и глядя на несчастных сверху вниз. Он явно очень хотел пару раз хотя бы легонько пнуть по ребрам двух ближайших к нему парней, но сдержался.
– Что случилось? – не очень внятно пробормотал один из агрессоров, пытаясь удержать явно раскалывающуюся голову на плечах обеими руками. – Что мы здесь… А-а-а! – Это он заметил выглянувшего из-за плеча Казуо Сверчка. Надо же так случиться, что именно в этот момент солнечный луч из окна отразился в больших очках юного энтомолога, на секунду возвращая иллюзию багрового отблеска.
– Совсем уже рехнулись? – насмешливо поинтересовался Казуо, демонстративно наставляя на компанию свой коммуникатор, с которого велась съемка. Кстати, и Риса не растерялась – тоже снимала не скрываясь и с такой злорадной улыбочкой, что я даже посочувствовал всей этой шайке богатых наследников местных аборигенов. Самую малость посочувствовал, буквально на секунду.
– Он! Он нас чуть не убил! – продолжал блажить неуклюже отползающий по полу парень.
– Кто? – с ласковой насмешливостью переспросила Риса. – Гигантский богомол? Таракан-терминатор? Ребята, а вы не офигели в школе открыто наркоту жрать? Если поймают – вас даже родители не спасут, а для девчонок удар по репутации будет такой, что замуж придется в Австралию выходить, за гайдзинов с помойки, другие не возьмут.
– К-к-какая наркота?! – в ужасе проблеяла уже знакомая мне по торговому центру Юки. – К-какой терминатор? Этот псих… Сверчок! Бросался на нас с ножом и…
– Дорогуша, тебе от глюков лечиться надо, – «посочувствовала» ей Риса. – Кстати, о ноже. Это вон тот, что ли, который в руке у Джиро-сама? – последний хонорифик она явно выдала со скептической интонацией. – Ну вы, ребята, и психи, даже уважаю. Мало того что накурились на большой перемене, сперев из теплицы коноплю, так еще и чуть не поубивали друг друга. Стеллаж вон уронили, хорошо, там только земля и корма.
Компания золотых деток взирала на нас и на царящий вокруг разгром с искренним ужасом. Шатаясь, они стали подниматься на ноги, отряхиваться и явно все больше приходили в себя. Вот уже парни опомнились настолько, что один из них сжал кулаки и угрожающе уставился на Казуо, но тут же словно на стену налетел: друг Рисы включил на своем коммуникаторе просмотр записанного видео и развернул его экраном к мажорам.
– Интересно, если выложить в школьный чатик, много людей скачает? – как бы задумчиво поинтересовался он, любуясь ужасом на физиономиях агрессоров. – А, да, и запись уже на облаке. Так что отбирать мобилу у меня бесполезно.
– Мамочки! – прошептала одна из подруг Юки, Риса говорила, как ее зовут, но я не запомнил. А девица от ужаса закрыла лицо руками и тут же взвизгнула, словно обожглась. Ощупала щеки и завизжала уже иначе: долго и протяжно, с переходом в подвывание.
– Придурки, еще и в ядовитый плющ влезли. Я ж вам в прошлый раз объяснял, что это опасно… – почти ласково проговорил Казуо. – Ладно, – резко и неожиданно жестко закончил он. – Я думаю, вы все поняли. Еще раз увижу вас возле теплиц или замечу, что докапываетесь к тем, кто слабее, – опозорю на весь мир и в дирекцию сдам как наркоманов. Доказательств и свидетелей достаточно. Последний семестр остался, так что уж потерпите без привычных развлечений эти три месяца. А теперь пшли вон, золотые детки!
Глава 24
Глава 24
Лиза:
– Смотри, здесь у нас клуб кюдо, то бишь пафосной стрельбы из лука, если по-простому. Мне кажется, ты прекрасно смотрелся бы в традиционной черной юбк… то есть местной одежде, – нахваливала я очередной традиционно японский способ занять все свободное время бедных школьников. Рич, выслушав мою воодушевленную рекламу, только посмотрел на меня своими большими анимешными глазами. Я вздохнула.
– Да ладно, ты в любой одежке хорош! Пошли дальше?
– А нельзя просто пойти и… э… помочь Казуо поливать кактусы? – уныло спросил он. – Я не против физических упражнений, но тренировки местного населения достаточно специфичны и порой… – он еще раз посмотрел на застывших с натянутой тетивой учеников, – как бы сказать, для меня как для Оружия они будут простой тратой времени и ресурсов тела. Возможно, что-то более подвижное?
День клонился к вечеру, занятия давно закончились, и настало время клубной работы. А поскольку я прямо-таки официально-преофициально была заявлена гидом, пришлось отрабатывать обязательную программу и мелькнуть белобрысой шевелюрой в каждом клубе. Рич уже имел возможность заценить традиционную чайную церемонию, химическую лабораторию, баскетбольную площадку и клуб любителей аниме. Из последнего пришлось оперативно смазывать лыжи, потому что там было больше всего долбанутых японских школьниц и школьников. После этого в клуб косплея тащить я его зареклась...
– Ладненько, будем считать, что на сегодня с нас хватит чужих клубов, – деловито потерла я лапки. – Пошли теперь в мой клуб! Самый классный и правильный клуб в этой школе и на всех японских островах!
Рич посмотрел на меня с некоторым сомнением, но кивнул. И, собственно, не разочаровался, когда я отперла дверь и впустила его в большое пустое помещение, посреди которого красовалась копия бабушкиного чума в натуральную величину.
– Наши сегодня немного заняты в других клубах. – Я деловито откинула полог и махнула рукой в темноту. – Залезай. Мы тут одни, и я покажу тебе кое-что интересненькое! На оленьей шкуре!
– А может, все-таки кактусы… – раздалось обреченное, но принц послушно залез в палатку.
Когда я зажгла фонарик на светодиодах, художественно замаскированный под очаг, Рич принялся оглядываться, а я радостно вывалила ему на колени ком перепутанных веревочек с крючками.
– Вот! Настоящая рыболовная снасть. Запуталась насмерть после того, как попала в кривые руки новичков. Поможешь разобрать? – И жалобно похлопала ресницами.
Не знаю, почему он хрюкнул. Я ничего смешного не делала – раз, и смеяться ему совсем не запрещала – два, незачем было давить в себе этот естественный порыв.
– Лопнешь. – И ткнула его пальцем в живот. – Ну и чего ты ржешь?
Но Рич уже не отвечал – он откинулся назад, уткнулся в олений мех и покатывался так, что я аж забеспокоилась – вдруг с непривычки его судорогой скрутит, ну, или там воздухом подавится. Заразительно так ухохатывается, поганец, и безумно непривычно. Хы-хы… хи-хи-хи… ы-ы-ы-ы!
– Давайте сюда вашу… твою… сеть. Мелкая, трудоемкая и нудная работа должна успокаивать нервы, – выдавил Рич наконец, когда мы оба, оторжавшись, повалились на одну оленью шкуру. – Я-то думал, ты… вы мне непристойное предложение собираетесь сделать, не оставив мне путей к отступлению, а тут древние снасти… – И он опять немного нервно затрясся.
– Да ладно, непристойное тоже без проблем сделаю! – заверила я, притягивая парня к себе за шею и целуя в уголок рта. Ну не удержалась! – Но, блин, с сетью никто больше помогать не соглашался. Ты настоящий боевой друг!
– Эй вы, два психа! – раздалось вдруг снаружи, в деревянную стойку постучали, выждали пару секунд, и полог у входа снова откинулся. В чум просунулись очки Казуо. – Вы в курсе, сколько времени? По домам пора!
– Вот так вот, блин, и живем, – пожаловалась я Ричарду. – Не то что на непристойные предложения, на обычную снасть и то времени не хватает!
Домой мы ехали в полупустом автобусе – только на переднем сиденье устроилась парочка таких же клубных маньяков. Так что нам, расположившимся позади, никто не мешал беседовать.
– Ты оказался в том здании удивительно вовремя, Казуо-кун. Позволь выразить тебе свою благодарность. – Как ни странно, но разговор начал Ричард.
– Эти дебилоиды ломились в мою теплицу так, что даже маргаритка бы поняла их намерения. Я не знал, включен у тебя беззвучный режим или нет, – это Казуо ко мне повернулся, – потому опасался звонить, пришлось самому спасать. А то представь, как в худших ужастиках: вы прячетесь за углом, а тут «чирик-чирик».
– Ы-ы-ы-ы! – Я представила и впечатлилась.
– Нам еще повезло, что придурок и правда на богомолиху не наступил, – пожал плечами друг. – Малышка умудрилась под стеллаж улететь, пока падала, а он в полутьме то ли фантик, то ли конфету раздавил. Не представляю, как Йоши пережил бы трагедию. Мог бы действительно с ума сойти. Он же к своим сикарашкам как к собственным детям. Было бы как в Штатах, бр-р-р…
– Вот уж точно бр-р-р, – подтвердила я и задумалась. Проблемы школьного буллинга есть по всему миру. Учитывая все, что я теперь знаю о тварях… похоже, оно так и происходит. Доведут очередного ботаника до того, что он аж почернеет весь, тут к нему тварь и присосется. И пошло-поехало… – Хорошо, что ты успел вовремя!
– Ладно, до завтра, – попрощался Казуо, закидывая на плечо рюкзак и пряча в карман брекеты вместе с очками. – Одно хорошее дело мы сегодня точно сделали. Теперь эта школьная шобла утихнет до самого выпускного.
– Ты в курсе, что твой друг – Оружие? – спросил Рич, когда наш гениальный ботаник скрылся в темноте за автобусной дверью.
– Ага. У него мама была… Умерла родами, – вздохнула я. – Мы тогда не были знакомы с их семьей и не успели помочь. Казуо в детстве сильно заболел, думали, не выживет. Но мама как-то договорилась с баа-сама, та пустила в ход свои связи, через них отцу Казуо предложили эксклюзивное лечение. Нетрадиционное. И мама как-то смогла выкраивать жир из папиной порции, чтобы обоих поддерживать. Пока у нас не было выхода в призму, охотиться же могла буквально пара человек на весь огромный клан. На то, чтобы Оружиям выжить, хватало, а вот на развитие – уже нет. И получался замкнутый круг: вроде нужные нам партнеры на Земле имеются, но вместо притока скверны только расход – не бросать же своих умирать.
Рич ошеломленно молчал. Переваривал. И что-то у него в глазах было такое… особенно после того, как я сказала про «своих не бросают».
– А потом, когда Казуо вроде как поправился, мы подарили ему бонсай, – закончила я. – Ну то есть сэвена, замаскированного под бонсай. Он стоял в детской на счастье. Я вот думаю, а не с него ли началось увлечение ботаникой? Казуо с ним чуть ли не в обнимку спал. Говорила я маме, надо было котика дарить! Любовь к котикам явно ж прикольнее, чем к деревьям.
– Кактусы тоже неплохо, – задумчиво хмыкнул Ричард. – Приехали?
– Ага, выгружаемся.
Если бы я знала, что ждет нас дома, уехала бы в этом автобусе в гараж, на фиг совсем!
Глава 25
Глава 25
Ричард:
– А в каком часу планируется ужин? – уточнил я у Рисы, чувствуя, что организм пытается подать недвусмысленные знаки. Еще минут двадцать – и они станут заметны окружающим...
– Да щас прям и поедим! Точно, мы ведь так и не закончили в той кафешке! – Мастер кровожадно потерла руки и взялась за ручку входной двери. – Ты чего больше хочешь – суши или пельмене… ой.
– Здравствуй, внученька, – ласково сказали из глубины холла. – Ну заходи, заходи. И мальчика заведи, что ж ты его на пороге держишь?
Риса взглянула сначала в гостиную, потом перевела взгляд на меня, затем снова в комнату. Поправила на мне пиджак, пригладила свои и мои волосы.
– Тяжелая артиллерия прибыла, – пробормотала она себе под нос, фыркнула и потянула меня внутрь. Я насторожился, но вошел.
На диване, прямо напротив входа, сидели родители Мастера и еще одна женщина-Мастер. Сначала мне показалось, что абсолютно незнакомая. Но через секунду я вспомнил ее голос – это она распекала компанию молодых остолопов в том доме, где я прятался в ванной сразу после похищения.
Женщина была… своеобразная. Странная одежда – такое впечатление, что она спокойно надела часть вещей, принятых в городе Рисы, а другую – словно бы из иного мира или даже скорее из иной эпохи. Но как ни странно, «джинсы» и «водолазка» сочетались с расшитым жилетом мехом внутрь и широкой повязкой на голове поверх двух черных, туго заплетенных кос. На ногах у нее были высокие меховые сапоги. Образ неординарный, но почему-то гармоничный.
Глаза она щурила совершенно в Рисиной манере. И улыбалась… знакомо. Точнее, как я тут же догадался, это Риса была очень похожа на… бабушку? Эта женщина была… она была почти что древней, судя по ауре!
– Ага, привет, ба! – Риса, словно зеркало, отразила собственную прародительницу. – А ужин будет? Есть хочу – умираю. И Ричард тоже очень-очень голоден!
– Не сто… – уже начал я, пытаясь сгладить требование девушки, но был перебит.
– Да уж это я заметила, – усмехнулась древняя. – Хм, днем вы подпитались, но как-то слабо. Ты что, про обед забыла? Впрочем, неважно. Садитесь, дети, Таня сейчас ужин спроворит, а я к вам с подарком. Точнее, к мальчику. – Она посмотрела на меня и улыбнулась. А я почему-то почувствовал, как по спине потек пот. С чего бы главе чужого клана дарить мне что-то? Неужели… подарок по случаю перехода в другую семью? Меня все-таки отдали? Не то чтобы для меня теперь это стало трагедией… Я, наверное, хм, не против? Но волна негодования все же прокатилась по закромам разума – могли бы хоть сообщение послать, светлые родственники!
А древняя тем временем уже полезла в сумку и достала оттуда… игрушку. Белого пушистого зверя с толстыми лапами и вытянутой мордой.
– Глупости, ни к чему тебя этот подарок не обязывает, считай его частью компенсации за беспокойство, – хмыкнула женщина, словно прочитав мои мысли. – Возьми его и не пугайся, когда укусит, ему нужна только маленькая капелька крови для привязки.
– У-у-ух ты-ы-ы! – восторженно пискнула рядом Риса. – Белый мишка! А что, ему подходит! Мимики ноль, фиг догадаешься, то ли приласкает, то ли щас башку оторвет!
– Ну, положим, мимика есть даже у белых медведей, просто ее надо уметь читать, – усмехнулась леди Гиттиннэвыт (странно было бы не догадаться, кто это). – Если захочешь – справишься.
Риса хмыкнула и кивнула.
Я тем временем растерянно взял в руки белый комок меха и нахмурился, почувствовав, как эта игрушка царапнула по запястью чем-то острым. А потом она шевельнулась в моих руках, подняла морду, посмотрев своими пуговками-глазками прямо мне в глаза, и лизнула поцарапанное место горячим языком. В месте соприкосновения сразу прошелся теплый поток нейтральной скверны. Ни к чему не обязывает, да?
– Твой личный сэвен, – кивнула на мой растерянный взгляд древняя. – Лизаветин поросенок, конечно, тебе тоже подходит, но два сэвена в семье – лучше, чем один.
Ни к чему… не… обязывает?! Да вы шутите!
– Да никто тебя силой держать не собирается, дурень, – рассмеялась древняя. – Только ты для себя реши: а сам ты согласен кому-то другому мою внучку отдать?
Отдать? Она имеет в виду второе Оружие? Или просто вернуться домой и… оставить Рису здесь, больше не видеться?
Я пораженно замер, так и держа белый комок шерсти на вытянутых руках, поняв, что последняя мысль вызвала во мне невиданной силы протест.
– Ты думай, думай, время есть, – подбодрила древняя и встала. – Ладно, дети, ужинайте и отдыхайте. Мне пора.
Она расцеловалась с родителями Рисы, чмокнула внучку в щеку и пошла к двери. Но когда открыла дверь, едва не столкнулась на пороге с еще одной… женщиной. Они на секунду остановились друг напротив друга и церемонно раскланялись. Я не расслышал короткого обмена фразами, но первая гостья проследовала дальше, скрывшись в ночной темноте, а вторая вошла в дом.
– Ох ты ж, елки зеленые, баа-сама, – прошептала мне на ухо Риса, отбирая из рук пушистого сэвена. – Не переживай только. Веди себя как обычно, и ты ей понравишься. Для нее твои высокопарные разговоры будут как медиком по хлебушку.
Я сглотнул. Вместе с довольно красивой, но очень прямой и какой-то… изящно-стальной леди в комнату вошла зима. Честно, я кожей почувствовал волну изморози по стенам. Да и Рисины родители, довольно расслабленно воспринимающие древнюю, словно выпрямились и подобрались, закрываясь щитами непроницаемой вежливости. Это… вторая бабушка Рисы?! А… не слишком похожа на мою? Кажется, да. А как тогда эта девчонка смогла вырасти такой… живой?
– Баа-сама-а-а! Ура-а-а-а! Ты пришла! – заорала вдруг у меня над ухом Мастер, заставив вздрогнуть и едва не сесть мимо дивана. А ненормальная девчонка уже с визгом кинулась навстречу леди-зиме, чтобы повиснуть у нее на шее.
– Риса-чан, – чуть-чуть растерянно и укоризненно произнесла женщина, оттаивая на глазах. Обняла и поцеловала внучку в щеку. – Сколько раз я просила не орать, как зазывала на базарной площади?
М-да, пора бы уже привыкнуть… но разве такое возможно? Как ни странно, такое отношение Мастера к другому, но тоже высокопоставленному человеку вызвало у меня легкую улыбку. Как это все уже… знакомо. И что самое интересное, на ее непосредственность самые ледяные отвечают теплом. Я вдруг подумал: если бы я так к своей бабушке кинулся, как бы она отреагировала?
– Ну я же обрадовалась! – Риса отцепилась наконец от леди, но не совсем – продолжала держать ту за руку. И эту руку у нее не отбирали. – Проходи! Будешь с нами ужинать? А, еще познакомься, это Ричард! Позаботься о нем!
Глава 26
