![](/files/books/160/oblozhka-knigi-fear-of-the-dark-si-336887.jpg)
Текст книги "Fear of the Dark (СИ)"
Автор книги: Balrosme
Жанры:
Фанфик
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)
– Магистр, – подал голос Хакс, – я бы хотел пригласить вас на внеочередную инспекцию базы. Полковник Льюис любезно согласился показать нам свои владения.
Еще бы он не согласился. Чувствуя предательскую слабость во всем теле, Кайло отрывисто кивнул. Отказаться он не мог. Показать свою слабость не мог. Придется осматривать базу, хоть именно сейчас ему это совсем не интересно.
База на Салине была построена всего семь лет назад, когда Верховный Лидер начал освоение Неизведанных Регионов. Салин стал своеобразным рубежом, перевалочным пунктом, последним оплотом Ордена в изведанной галактике. Периоды затишья чередовались здесь с яростными битвами, База не единожды подвергалась нападению. Место было неспокойное, все равно что жить на бомбе замедленного действия, никогда не знаешь, что случится в следующий момент. Поэтому здесь не было места расслабленности более спокойных баз, не было места праздности или лени.
Полковник Льюис, четыре года назад сменивший старого начальника базы, подходил этому месту. Ему было около тридцати, он происходил из имперской семьи офицеров и военных, годами и поколениями преданно служивших Империи. Они с Хаксом были знакомы еще по Военной академии, вместе учились, вместе служили. Их нельзя было назвать друзьями, но они были по меньшей мере хорошими знакомыми. Кайло вообще не мог представить, чтобы у генерала были друзья. Хотя сейчас создавалось впечатление, что он рад видеть Льюиса. Они шутили, вспоминали какие-то истории из своей курсантской жизни, смеялись.
Деятельный и энергичный Льюис мог бы служить и на звездном разрушителе, ближе к центру галактики. Но выбрал Салин, получив вместе с назначением звание полковника. Он рьяно взялся за дело, преобразовав базу и реорганизовав состав таким образом, чтобы при меньшем количестве боевого состава и единиц боевой техники получить максимальную эффективность.
За годы его управления базой Салин не раз подвергался нападению неприятеля, база бывала разрушена почти до основания, но всегда поднималась из пепла, подобно мифическому фениксу. Кайло читал отчеты по Салину, и был впечатлен тонкостью тактики и стратегии полковника, отвагой и героизмом его людей, которые, похоже, были готовы пойти за своим начальником в огонь и воду. Это было не просто послушание, вымуштрованная покорность, но уважение и любовь.
База располагалась на небольшом холме, окруженном лесом, что было стратегически удобно с точки зрения наземного боя, но открытая со всех сторон, база была уязвима для атаки с воздуха. Впрочем, если таковая начиналась, то в бой поднимались СИДки, новую партию которых, усовершенствованных, с гордостью показал им полковник, проведя в отремонтированный ангар, где летчики готовились к полету. Льюс любезно предложил им истребитель, заверив магистра, что тот может в любое удобное время подняться в воздух, если того пожелает. Ведь все наслышаны о мастерстве магистра Рен как пилота. Кайло прогиб мысленно засчитал, хотя слова Льюиса звучали и были искренни. Просто Рен был не в настроении. Рана болела все сильнее, а принимать обезболивающее в присутствии других он не хотел.
Тем временем они двинулись дальше. Цепкий взгляд Кайло отмечал новенькие казармы, отстроенные заново после прошлогоднего нападения на базу, здание штаба, где проходили совещания, и которое превращалось в офицерский клуб по праздникам, пусть и не частым. Пройдя мимо здания столовой, мужчина уловил вкусные запахи, едва подавив желание потянуть носом воздух, живот предательски заурчал. Он не ел больше суток. Солдаты, проходившие строевую подготовку, приветствовали их дружным криком, затем они немного понаблюдали за стрельбищами. И Льюис пообещал им завтра с утра показательные учения. Хакс расцвел, Кайло помрачнел. Впрочем, если он не захочет, то может не являться. Он вне военной структуры Первого Ордена, сам по себе. И место его в иерархии не определено, но точно выше даже Хакса, чтобы тот ни говорил. Сила выше всего.
Наконец, их препроводили к небольшому одноэтажному особняку, находившемуся рядом с домом полковника. В доме было всего четыре комнаты, две из них занял Рен, две достались Хаксу. Хотя ни тот, ни другой не были в восторге от такой неожиданной близости друг к другу. Но выбирать не приходилось. В конце концов, это временное явление.
Комнаты Кайло были выполнены в серых и черных, привычных ему тонах, и представляли собой небольшую гостиную, она же выполняла роль столовой, и маленькую спальню, в которой едва помещались кровать, тумбочка в изголовье и шкаф. Еще одна дверь вела в личный душ.
Кайло со стоном опустился на диван в гостиной и, наконец, принял криффовы таблетки. Сразу две. Смутно осознавая, что не прав и почему-то думая о том, что Рей была бы недовольная этим фактом. Блять! Да какая ему разница, чем была и не была бы довольна Рей! Что за наваждение! Безумие какое-то! Взяв лежащий на столике датапад – стандартный для всего офицерского состава Первого Ордена – Кайло заказал ужин и отправился в душ. Мыться пришлось аккуратно, чтобы не повредить рану, закрытую специальной пленкой. Ощущения горячей воды на коже были потрясающими. Обычно Кайло никогда не позволял себе долго нежиться в душе, но не сегодня. Сегодня он просто отпустил свое сознание в полет, чувствуя, как расслабляются разум и тело, как уходит напряжение из мышц, как перестает болеть голова, и мир больше не вертится волчком перед глазами. Он чуть не уснул прямо в душе, нехотя выключил воду и растерся большим мягким полотенцем. Надел мягкие черные штаны и темно-серую футболку, найдя комплект в шкафчике в ванной. И босиком вышел в гостиную, наслаждаясь ощущением жесткого ковра под ногами, с отвращением покосился на сапоги, стоявшие в углу, отчаянно желая никогда их больше вообще не надевать. Стол был сервирован скромным ужином, а датапад мигал присланным сообщением.
Кайло устроился в кресле и открыл файл. Досье на доктора Рею Лейк. Мысленно похвалив оперативность лейтенанта Вуда, Кайло начал читать.
Итак, мисс Рея Лейк, двадцати шести лет от роду, не замужем, место рождения: Набу. Кайло нахмурился? Набу? С чего бы это? Вообще никто не знал, где родилась Рей. Возможно, только Люк. Кайло вообще всю свою юность считал, что Рей – тайная дочь Скайуокера, да и сейчас не исключал такой возможности. Забавно, если девчонка не просто воспитанница его родителей, но и его кузина. Семья: сирота. Кайло хмыкнул. Технически: не соврала, действительно сирота. И тут снова приходится вернуться к вопросу о происхождении Рей, вопросу, ответ на который опять же знал только Скайуокер. Но делиться этими знаниями с семьей не собирался. Могло ли быть так, что он все же рассказал Рей, откуда она и кто? Вполне возможно. Хорошо. Дальше. Образование: Королевский пансион для девочек на Набу. Что?! Кайло вчитался еще раз. Согласно досье, Рей воспитывалась там с рождения. Кайло потряс головой и в третий раз прочитал ровные строчки. Потом откинулся в кресле, побарабанил по столу пальцами. Все интереснее и интереснее.
Вся информация о сотрудниках в Первом Ордене тщательно проверяется, начиная с генералов и заканчивая уборщиками. Если в досье написано, что Рей воспитывалась в Королевском пансионе, то так оно и есть. Или же она каким-то образом подделала документы. Но даже если и так, то есть же архивные данные самого пансиона, а туда наверняка был отправлен запрос. Но что же получается, она действительно там училась? Но не до четырнадцати лет! До четырнадцати лет она жила на Корусанте в доме Леи и Хана. В его сарлачьем родительском доме! Но что потом? А вот за прошедшие с тех пор двенадцать лет Кайло поручиться не мог. Да что там такое произошло после того, как он отрекся от своей семьи?! И точно ли он хочет это знать?
С трудом Кайло заставил себя вернуться к чтению, строчки прыгали перед глазами, как и мысли в его голове. Сосредоточиться было, как никогда, трудно. Высшее образование: Набуанский королевский университет, медицинский факультет. Закончен с отличием. Два года ординатуры в клиниках и госпиталях Первого Ордена, стажировка на звездном разрушителе и на базе Орден-3. Крайне положительные рекомендации профессоров университета и докторов Первого Ордена. Назначение на… «Господство»?! Да что нахрен происходит?! Кайло едва подавил в себе желание швырнуть датапад в стену, пару раз глубоко вздохнул. Итак. Назначение на «Господство». Пометка о том, что подано прошение мисс Реи Лейк о назначении на отдаленную базу на планете Салин. Текст прошения. Прошение удовлетворено. Три года работы на базе. Без замечаний и взысканий. Все.
Кайло отложил датапад, потер переносицу, прикрыл глаза. Блять. Что произошло за эти годы? Почему Рей здесь? Что за херня с Набу? Почему Салин при таких безупречных, он бы даже сказал, восторженных отзывах? Как ей удалось обойти отдел внутренних расследований Ордена? Почему они не в курсе о том, что она воспитывалась в доме генерала Органы до четырнадцати лет? Ведь воспитывалась же! Он-то точно знает! На этом моменте Кайло всерьез начал сомневаться в своей адекватности. Он с силой шарахнул кулаком по столу, легкая боль отрезвила воспаленный разум, напомнила о том, что ему нужен отдых. Физический, прежде всего. Кайло с ненавистью посмотрел на датапад – причину его ярости – и отодвинул злополучный прибор подальше от себя. Он разберется со всем завтра. Завтра он направится в госпиталь, мисс Лейк, кажется, там что-то говорила о перевязке на следующий день? Завтра он поговорит с ней. Нет. Устроит ей допрос. И если она не захочет рассказать ему все добровольно, просто возьмет то, что ему нужно. Она не обучена Силе, она не сумеет ему противостоять, даже если очень захочет. А, может быть, к утру его отпустит. И он плюнет на все. В конце концов, она чужая ему. Всегда была чужой. Что за странный, болезненный интерес к незначительной персоне? Как будто у него других дел нет! Впрочем, никто не исключает того, что она шпионка. А вся ее биография от и до придумана Сопротивлением и генералом Органой. О, Лея могла еще и не такое выдумать. Но тогда логично было бы, если бы Рей отправилась на «Господство», как можно, ближе к Верховному Лидеру. Но нет. Она здесь. На задворках галактики, на одной из самых беспокойных баз Первого Ордена. Как будто…бежит от чего-то? Кого-то?
Кайло тряхнул головой, встал, потянулся, охнув от боли в боку. И пообещал себе, что будет осторожнее в движениях. Завтра. Он решит все завтра.
Мужчина направился было в спальню, но тут в дверь постучали. Стук был нервным и нарочито громким. Кайло ощутил глухое раздражение, от стука снова начала болеть голова. Кого еще там хатты принесли!
– Да! – рыкнул магистр.
Дверь отворилась, на пороге стоял Хакс. Кайло вопросительно приподнял бровь.
– Собирайся, Рен, – процедил генерал, – нас вызывает Верховный Лидер.
========== 1.02 ==========
Bury all the memories
Cover them with dirt
Как только за Реном закрылась дверь, Рей с ненавистью отшвырнула датапад, на котором заполняла историю болезни. Ноги ее не держали, она опустилась на кушетку и спрятала лицо в ладонях, подавляя рвущийся наружу всхлип. Сила! Она знала, что однажды это случится! Что бы она ни делала, как далеко бы ни бежала, она знала, что однажды столкнется с Беном лицом к лицу. Крифф! Даже в мыслях своих она не могла называть его Кайло. Слишком хорошо она помнила тихого и задумчивого мальчика, страстного и неистового подростка, которого не понимали собственные родители. И тем самым подарили галактике Кайло Рена, жестокое чудовище, монстра.
С губ сорвался тихий вой, Рей отняла дрожащие руки от лица, похлопала по карманам, вытащила пачку сигарет и зажигалку. В госпитале курить было нельзя, тем более в смотровой, да и на всей территории базы тоже. Но для нее полковник Льюис сделал исключение. К глазам подступили слезы, Рей стиснула зубы, чтобы не закричать от ужаса и бессилия. Льюис, милый, милый Генри Льюис, приносящий ей полевые цветы, вкусный каф и дорогие сигареты. Что будет, когда он узнает, кто она такая и откуда? Ее работе придет конец, его хорошему отношению к ней тоже. Рей неловко щелкнула зажигалкой, еще раз, и еще. Но огонек так и не загорелся.
– Да блядский род! – заорала Лейк, с силой швырнула зажигалку в стену, сломала сигарету и все же разрыдалась.
Столько лет, столько гребаных лет, после того кошмара, что она пережила на Чандриле после ухода Бена, после всего, через что ей пришлось пройти, она вновь столкнулась лицом к лицу со своим прошлым.
– Да будь ты проклят! – завопила она.
Предметы в комнате мелко-мелко задрожали, задребезжало стекло в единственном окошке. В смотровую влетела Марта.
– Рей, – девушка упала перед Лейк на колени, – Рей, Рей, что случилось? Он обидел тебя? Сделал тебе больно?
Голубые глаза горели неподдельным беспокойством, Марта в волнении сжимала руки женщины, пыталась поймать взгляд.
– Мы скажем полковнику, мы все ему расскажем. Даже на Кайло Рена найдется управа. Рей, все будет хорошо. Не плачь, Рей.
И Рей разрыдалась еще сильнее. Это было просто невыносимо. Она специально добилась назначения на самую отдаленную базу Первого Ордена, заключила контракт на пять лет, чтобы заработать денег, а потом закончить службу. Улететь далеко, начать новую жизнь, вдали от семьи Органа-Соло, сбежать от своего прошлого, забыть, что обладает проклятой Силой. Звезды! Она ведь сделала все, чтобы забыть, кто она и откуда. Проклятый Люк Скайуокер! Лучше бы он никогда не открывал ей правду! Лучше бы она не знала всего! Она думала, что сумеет с этим жить, но вот одна встреча – и все отправилось к рафтару в пасть!
– Рей, – Марта принесла ей стакан воды.
А Лейк стремительно краснела за свой срыв. Так хорошо держаться, когда увидела Бена, и так позорно сорваться сейчас.
Когда Рей узнала, что к ним прибудет верхушка Первого Ордена, что после разрушения «Старкиллера» многим, возможно, понадобится медицинская помощь, она молилась Силе, чтобы в числе этих многих не оказалось Бена. Но Сила ее не услышала, словно намеренно столкнула их.
Рей помнила лицо Леи, несгибаемой и сильной, но враз постаревшей лет на десять, когда та говорила ей о том, что Кайло Рен, гроза галактики, известный своей жестокостью, это Бен Соло, ее сын, перешедший на темную сторону. Рей помнила свой ужас, растерянная, она все повторяла, что это невозможно, что это ошибка, так не бывает. Но в глубине души знала, что это правда. И ощущала иррациональную вину за это. Она ведь знала, как Бен ревнует ее к родителям, особенно к матери, знала, что завидует, понимала, что Люк подстегивает эту зависть, конкуренцию, хотя сама Рей никогда не стремилась конкурировать с Беном ни за любовь его родителей, ни за мастерство в Силе. Проклятая Сила! Лучше бы она вообще не была к ней чувствительна! Не знала, что это такое, чувство, разрывающее тебя изнутри, мощь, что стремится наружу, словно горная река, прокладывающая себе путь, невзирая на тяжелые камни, преграждающие ей дорогу.
Почему сейчас? За что? И что же ей теперь делать?
Рей медленно пила воду, стараясь не смотреть на Марту, которая ловко подняла упавшие предметы, успокоила медицинских дроидов, отчаянно пищавших и предлагавших доктору Лейк успокоительное, вернула Рей ее зажигалку, чудом уцелевшую, раскурила для нее и для себя по сигарете. Рей затянулась, чувствуя, как напряжение отпускает, хоть и не до конца, дроиды возмущенно пиликали, но женщины не обращали на них внимания.
– Твой брат не будет доволен, узнав, что ты куришь, – наконец прервала молчание Рей, – обвинит меня в том, что я плохо на тебя влияю.
– К криффу его! – фыркнула Марта, махнув сигаретой, пепел полетел на пол, – зануда! – и протянула Рей бумажный платок.
Лейк высморкалась, пару раз глубоко вздохнула, выпила еще воды, докурила сигарету и умылась. Постояла с минуту, опираясь на раковину, внимательно посмотрела на себя в зеркале. К сожалению, было заметно, что она плакала. Но работы это не отменяет. Ей на комлинк уже поступило сообщение от полковника о раненных, которые требуют обследования и помощи. Им с Мартой предстоит много работы, жалеть себя она будет после. Дома, с бутылкой кореллианского виски, но не сейчас. Она повернулась к Вуд.
– Он меня не обидел, Марта, – вздохнула Рей, – просто…
Лейк осеклась. Какие объяснения дать этой девочке, чтобы не касаться своего прошлого? Чтобы не начать все рассказывать с самого начала? Рей искренне симпатизировала Вуд, та была толкова и исполнительна как ее помощница. А еще она была доброй, веселой, никогда не унывающей, жизнерадостной, немного раздолбайкой, но никак не в работе, легко относилась к жизни, обладала чувством юмора, обожала подкалывать своего брата. И была беззаветно предана мисс Рее Лейк. Узнай она, какие тайны прячет ее начальница в своем прошлом, никогда больше не посмотрит на нее с таким сочувствием, с искренней заботой.
– Если ты не хочешь, то можешь не рассказывать, – легкомысленно пожала плечами Марта, и Рей подивилась подобной чуткости, – но если он тебя действительно обидел, все же расскажи полковнику.
– Он меня не обидел, – повторила Рей, давая понять, что этот разговор окончен.
Марта посмотрела на нее долгим взглядом, но ничего не сказала. Рей быстро поднялась с кушетки и включила вентиляцию на максимум.
– У нас много работы! – преувеличенно бодро произнесла Лейк.
И работы действительно оказалось немало. К ночи Рей только что с ног не валилась от усталости, немилосердно начала болеть голова, не иначе в отместку за истерику, что она устроила. Но думать об этом не было времени. Серьезных ранений у выживших со «Старкиллера» не было ни у кого, но это не отменяло ранений мелких. Штурмовики и солдаты, офицеры, каждому необходимо было уделить внимание. И не только их физическим увечьям. Рей видела, как глубоко они потрясены тем, что случилось со «Старкиллером». Для многих это было не просто супер-оружие, некоторые, казалось, даже не задумывались о том, какой чудовищной силой была база, для них это было место работы, их дом. Там жили целыми семьями, работали, проводили вместе досуг, смеялись и плакали, радовались, симпатизировали, любили и ненавидели. Целый мир, настоящее государство, которое оказалось уничтожено. Уцелевшие были шокированы, подавлены. Многие спрашивали: «Почему я? Почему я уцелел, а они нет?» Им еще долго будут сниться кошмары. Они не были фанатиками, просто люди, которые хотели лучшей жизни. Кто-то пошел в Первый Орден ради денег, не задумываясь ни о какой идеологии, кто-то мечтал о карьерном росте, женщины – о любви и семье, пусть формально в Ордене были запрещены любые личные отношения, на деле пресечь их было невозможно, особенно на отдаленных базах, подобных «Старкиллеру» или Салину. Многие искренне верили, что вместе с диктатурой и монархией в галактику вернется порядок, улучшится жизнь самых отдаленных и бедных миров. Рей знала о благотворительных программах Первого Ордена и не видела в них ничего, кроме саморекламы, но некоторые действительно в это верили. Пусть так. В любом случае эти люди были близки Лейк, она сама пришла просто, чтобы заработать денег.
Последним в ее смотровую вошел генерал Хакс. Рей подняла глаза от датапада, на котором заканчивала оформлять очередную историю болезни, и коротко кивнула на кушетку. Приветствовать генерала, как положено, у женщины уже не было сил. Она еще пару часов назад отправила валящуюся с ног Марту домой, хоть девушка активно ей сопротивлялась, говоря, что она сильная, сможет, выдержит, и вообще все это нечестно, и «а как же ты сама?» Но Рей была непреклонна, апеллировав к тому, что если Марта по недосмотру угробит пациента или сломает оборудование, то ничего хорошего из этого не выйдет. Вуд насупилась, обиделась, но потом все же ушла.
Рей откровенно рассматривала Хакса, он выглядел чуть иначе, чем в новостных сводках в голонете, чуть старше, чуть более уставшим, никакого фанатичного блеска в глазах, никаких агитационных, вдохновляющих речей. Генерал был прекрасным оратором, видео с ним набирали миллионы просмотров, сама Рей тоже иногда смотрела его выступления, он умел вести за собой, поднимать людей на борьбу. Но сейчас перед ней сидел просто уставший мужчина, ее пациент, который пришел последним, только после того, как все его люди получили необходимую помощь. Это дорогого стоило. Рей вздохнула и взяла в руки медицинский сканнер. У генерала оказалось несколько ушибов, не повредивших внутренние органы, подвывих правого плеча, глубокий порез на груди, спускавшийся к животу.
– Стекло, – коротко ответил Хакс на ее взгляд.
Рей передернула плечами. Говорить уже не было сил, а Хакс следил за ней своими светло-зелеными глазами.
– Как вы находите работу в Первом Ордене? – внезапно спросил генерал, заставив Рей вздрогнуть, она едва не расплескала бакту.
Покрепче сжав пузырек, Рей пожала плечами:
– Отлично, сэр.
Хакс поморщился. Надеялся на менее сухой ответ?
– Полковник Льюис очень вас хвалил, – продолжал тем временем мужчина.
И Рей все же расплескала бакту. На помощь поспешил дроид-уборщик, Хакс посмотрел удивленно, видимо не понимая, что так разволновало Рей. Но личные отношения в Первом Ордене, кроме уже официально узаконенных, запрещены, тем более с вышестоящим начальством. Служебные романы не одобрялись. Рей не хотелось бы лишиться работы, не хотелось бы, чтобы из-за нее Льюис лишился звания. Между ними не было ничего, кроме легкого флирта, взаимной симпатии, но у людей – злые языки. Крифф знает, каких сплетен уже насобирал Хакс.
– Я просто выполняю свою работу, – сухо ответила Рей.
Хакс внимательно посмотрел на нее. И Рей пожалела о своей несдержанности. Ее странная реакция как раз наводит на подозрение. Что если Хакс начнет служебное расследование? Впрочем, это уже паранойя. К чему ему это? Салин – стратегически важная, но самая отдаленная база. Кому вообще интересно, что здесь происходит между сотрудниками? Просто это тяжелый вечер, тяжелая ночь, нежданная встреча с Беном и ее собственные нервы. Ей следует успокоиться. И не вести себя, как истеричка, вздрагивающая от каждого шороха.
– Что же, – генерал поднялся с кушетки, застегивая мундир, – это похвальное качество. До свидания, доктор.
– До свидания, генерал, – кивнула Рей.
Она устало опустилась за стол. Лениво и не спеша заполнила последнюю историю болезни, посидела немного. Потом выключила все оборудование, деактивировала дроидов и, тщательно заперев госпиталь, направилась к себе домой.
Ее небольшой одноэтажный домик, состоявший из двух комнат, кухни и душа находился всего в двух шагах от госпиталя, почти на отшибе. Льюис предлагал ей более комфортабельное жилище, рядом с домами офицеров, но Рей отказалась. Ей нравилось ее уединение. Да и в случае экстренных ситуаций Лейк могла быстро оказаться в госпитале. Вспоминая последний авианалет на базу, такое расположение ее жилища было очень даже кстати.
База спала. Улеглись волнения и тревоги, гости были встречены, раненым оказана помощь, генерал остался доволен базой, а легендарный Кайло Рен оказался не таким уж устрашающим без своей маски, просто усталый мужчина. Завтра среди женского населения базы поднимется волна сплетен. И Рей была уверена, что жены офицеров устроят настоящее паломничество к ней в госпиталь, желая узнать, какой же знаменитый рыцарь Рен без своей брони.
Рей быстро дошла до дома, поднялась на небольшое крыльцо, отперла дверь магнитной ключ-картой, вошла и быстро включила везде свет. Она не любила темноты. И даже спала с ночником. И если уж быть совсем откровенной, темноты она боялась. Вот так по-детски глупо, но этот страх не отпускал ее. Поэтому Рей старалась лишний раз не оказываться в темноте, где все ее страхи выползали наружу, а темные моменты прошлого приобретали гипертрофированный размах. Старенький генератор, питавший госпиталь и ее дом электроэнергией, частенько ломался. Оказавшись в первый раз в темноте, Рей запаниковала настолько, что просидела до рассвета при свечах, не в силах заставить себя даже с места сдвинуться, вздрагивая от каждого шороха. Когда такое повторилось несколько раз, она научилась чинить генератор сама. И теперь знала его устройство, как свои пять пальцев. В темноте она больше не окажется ни за что!
Рей заказала еду, но когда вышла из душа, надев старую растянутую пижаму и завернувшись в теплый халат, поняла, что аппетита совсем нет. Женщина почти с отвращением посмотрела на еду перед собой, поморщилась от запаха и решительно отодвинула тарелки подальше. Из шкафчика на кухне Рей вытащила початую бутылку виски, стакан и отправилась в гостиную. С блаженным стоном опустилась в кресло, налила себе янтарно-желтой жидкости, втянула носом терпкий, резкий запах, отсалютовала светильнику и сделала глоток. Виски огненным шаром прокатился по пищеводу, бухнулся в пустой желудок, Рей передернуло, по телу разлилось блаженное тепло. Лейк откинула голову на спинку кресла и сделала еще глоток, голова приятно закружилась. Вот так.
Не думать бы, но не было сил. Бен. Бен Соло. Кайло. Кайло Рен. Двенадцать долгих лет она не видела его. И хотела бы никогда не встречаться. Возможно, ей повезет, и сегодняшняя встреча в госпитале будет последней.
Себя Рей помнила с двух лет, все, что было до этого, покрыто мраком. И всегда в ее жизни был Бен. Первую их встречу нельзя было назвать обычной, они встретились в Силе, он протянул ей руку. И вошел в ее жизнь. Уже позже Рей поймет, что он создал подобие Уз Силы между ними, и это шокирует и испугает ее. Он был талантлив в Силе, что пугало и злило Хана, и не раз становилось причиной размолвки между ним и Леей. О эти скандалы, от которых они с Беном прятались, как могли, по всему дому, только бы не слышать, не чувствовать. Однажды сбежали из дома, бродили по верхнему уровню Корусанта. Ему было четырнадцать, ей – одиннадцать. А когда вернулись, то поняли, что Лея и Хан даже не заметили их отсутствия.
Бену, наверное, было тяжелее, чем ей. Да что там «наверное»! Ему было тяжелее. Ведь ей Лея и Хан, хоть и заменили ей родителей, но на самом деле ими не были, даже родственниками не были. Статус воспитанницы дистанцировал ее от них, как бы они ни старались доказать обратное. Бен напрасно думал, что они любят Рей больше него. Это было не так. Но ревность – чувство, не подверженное никакой логике. Она стихийна, не видит доводов рассудка, сметает все на своем пути, уничтожает все, что есть дорогого. И Бен ревновал родителей к ней, а ее к родителям. Иногда Рей сложно было понять: ненавидит ее Бен или любит, столь причудливо и разрушительно переплетались в нем противоречия. Она никогда не знала, что он сделает в следующий момент: обнимет ее или ударит, будет утешать или жестоко посмеется, поцелует или оттолкнет. Что испытывала она сама? Рей не знала. В детстве ей хотелось дружить с ним, но чем старше они становились, тем более невозможной была эта дружба. Иногда она его боялась. Иногда злилась на него. Но никогда не ненавидела. Ей нравилось пытаться искать в нем положительные стороны. Рей радовалась, когда он в очередной раз протягивал ей руку дружбы, и, не раздумывая, хваталась за нее. Стоило ему только позвать, и Рей бежала навстречу. Но позвать или оттолкнуть, определял всегда Бен. Только лишь он.
Их последняя встреча…Сила! Даже сейчас Рей краснела, вспоминая…ведь они тогда…Блять!
Лейк залпом выпила виски и налила себе еще, комната слегка покачнулась перед глазами.
Ему было десять, когда Лея отправила сына к Люку на Явин в Академию, которую тот построил. О как злился Хан, не желая, чтобы его сын был «одним из этих трюкачей». Как кричал сам Бен, не желая никуда уезжать. «Вы хотите избавиться от меня! Вы меня боитесь!» Хан тогда ударил его по лицу, Лея стояла мрачной статуей, скрестив руки на груди. А Рей забилась в угол гостиной, боясь попадаться им всем на глаза. Но именно на ней остановил свой взгляд Бен. «Почему она остается? Она ведь тоже урод!» Его ненависть и злоба обрушились на нее. Он давил на ее разум ментально, не осознавая в полной мере, что делает, он инстинктивно рушил ее природные барьеры, причиняя боль. Тогда она потеряла сознание. А когда очнулась, Бена уже не было на Корусанте. Он вернулся через год, приехал на каникулы еще более замкнутый, чем прежде. Еще более несчастный. А она ему завидовала. Ей отчаянно хотелось учиться Силе, но Люк избегал этого вопроса, а Лея читала нотации на тему, что и без обучения можно жить, она же ведь живет. И Рей перестала спрашивать.
Она скучала по Бену, пусть он ненавидел ее, но девушка тосковала, писала ему письма, на которые он никогда не отвечал, записывала видео-послания на его день рождения, напоминала о нем Лее. Хан все реже показывался дома, но именно с ним у Рей внезапно установились доверительные отношения. В десять лет девочка отправилась в свой первый полет на «Соколе», она была в восторге от корабля. А поскольку его постоянно надо было чинить, то Рей принимала посильное участие, смеясь над перебранками Чуи и Хана. К четырнадцати она знала, как калибровать кальцинаторы, проводить диагностику, починить гипер-привод и пару-тройку крепких словечек на хаттском и ширивууке, а самое главное: запросто могла поднять в воздух корабль и успешно пилотировать его. Хану нравились ее склонность к механике и искренняя любовь к «Соколу», горячая юношеская увлеченность полетами. Соло обещал взять ее в долю, когда она вырастет, хвалил, говорил, что из нее выйдет отличный контрабандист. Она попросила у Леи записать ее на курсы пилотирования, и та ей не отказала. Занятая политикой, Органа хотела лишь, чтобы ей не мешали. И Рей не мешала. Она летала на симуляторе, моделирующем самые различные корабли: от торговых и грузовых до боевых. И мечтала о том, что вскоре инструктор разрешит ей полетать на настоящем судне. А Хан пустит на место второго пилота на «Соколе». Но мечтам было не суждено сбыться. Ведь в тот год Бен ушел к Сноуку. В тот год Бен Соло умер, и родился Кайло Рен. Но о том, что это один и тот же человек, Рей узнает еще через год.
Но перед этим они встретились на Чандриле, где Лея должна была встретиться с союзниками по партии. Она предложила Рей полететь с ней. В школе были каникулы, как и на курсах по пилотированию, и девушка согласилась.
Стояла упоительная весна, распускались цветы, дурманя своим ароматом. Яркое солнце ласкало нежную кожу. Рей было четырнадцать, и она находила особенную прелесть в своем уединении в большом доме в пригороде Ханна-сити. Лея пропадала на работе. Хан исчез на просторах галактики, и крайне редко выходил на связь, каждый раз прося сохранить свой звонок втайне от жены. И компанией Рей были только дроиды в доме. Она гуляла по саду, читала в огромной библиотеке, проводила диагностику дроидов, подшучивала над С3ПиО.