Текст книги "Сделка (СИ)"

Автор книги: Айон 91

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

8 глава «Разговор и аврор»

Примечание к части

бечено)))

Демон

На разговор с портретом директора меня пригласили в коридор Гриффиндора. Домовик, пока мы шли к рамке с нарисованным Дамблдором, дрожал, вздрагивая и трясясь от каждого моего движения, а я лишь улыбался и шел за ним к тому, кого считал наставником и учителем. Так ли это было на самом деле? Или же я был всего лишь пешкой в игре с Томом? Свиньей на убой? Узнаю, когда придет время трапезы, ведь перед смертью, окончательной и бесповоротной, каются все, даже Великие и Могучие.

Но сначала мне нужно убедиться в подозрениях леди Елены о том, что картина с изображением директора – это крестраж. А так же быть уверенным в том, что он один, если картина все-таки хранилище куска души. Сделать это несложно, особенно со способностью в распознавании душ и отпечатков.

– Г-г-г-господ-д-д-дин, пр-р-р-рошу, – показал мне домовик на коридор и висящую на стене рамку. Небольшая, всего 420х590 сантиметров. Скромно, что странно, так как директор привык жить на широкую ногу, со вкусом и шиком. Одни его мантии, расшитые золотыми и серебряными нитями чего стоят. А тут картина всего ничего. Как бы сказали смертные – странно и подозрительно.

– Директор, приветствую! – подошел я к рамке. На меня смотрел все тот же добродушный и открыто-улыбающийся старик, в глазах которого плескалась вековая усталость. Да только усталость, как и радушие, пропитано фальшью, бьющей мне по рецепторам своим смрадным амбре, словно на меня разом открылись три пасти Пушка.

– Гарри, мальчик мой! Как я рад тебя видеть! – приветливо улыбался мне этот старикашка. Улыбнулся ему в ответ, одновременно приоткрывая печать, выпуская флер сущности.

Касаясь энергетической составляющей картины, ощущаю эманации души, исходящие от портрета, не подходящие под критерии отпечатков, сохраненных для разумных картин. У нарисованного Альбуса отсутствует тусклый и померкший узор магических способностей. Он по-прежнему четок и насыщен красками и энергией, как и при жизни. А это значит, что леди Елена была верна в своих предположениях. Картина – это крестраж, который нужно уничтожить, точнее съесть. Мне.

– Вы звали меня, директор? Что-то случилось? – играю роль недоумения, возникшего из-за просьбы о встрече в учебное время.

– Да, мальчик мой! – от этого словосочетания меня чуть не вывернуло наизнанку. Ощущения после этих слов сродни Похоти Джинни, пропитавшей ее насквозь. Приторно. – У меня к тебе, Гарри, серьезный разговор, – начал вещать с серьезным лицом и миной этот индивид, – дело в том, что у Тома мог остаться еще один крестраж, нами не учтенный.

– Тома больше нет, директор. Все крестражи мы с Роном и Гермионой уничтожили. Чашу, Диадему, Медальон, кольцо уничтожили вы, тетрадь я на втором курсе, Невилл снес мечом Гриффиндора голову Нагайне, а лорд уничтожил последний осколок, находящийся во мне, своими же руками, – на мои слова Альбус лишь улыбнулся, сказав:

– Все так, мальчик мой! Но Темный лорд коварен и хитер. Он мог придумать путь отступления. Возможно, тот с кем ты сражался был големом, или же после смерти оставшийся дух не ушел за грань к Хель, а за что-то зацепился, – добавляя, – или за кого-то.

Я понимал к чему весь этот разговор. Под предлогом поиска осколка Реддловской души он хочет поручить мне очередную миссию, но в этот раз с моим окончательным концом. Что же, раз желание директора окончательно меня убить так велико, подыграем.

– Что мне нужно сделать? Что найти? – улыбка старикашки и те же самые слова: «– Я и не сомневался в тебе, мальчик мой», стали точкой отсчета новой миссии во славу Света.

А пока меня отпустили на уроки с просьбой не отталкивать друзей, с которыми мы прошли через тяготы, невзгоды и испытания, променяв их на слизеринцев, пропитанных тьмой, ложью и фальшью. Попрощавшись с портретом директора, вернувшись к Драко и компании, узнал радостную новость:

– Защиту от Темных Искусств в этом году будет вести заслуженный и награжденный орденом Мерлина волшебник, прошедший все битвы и войны против Темного Лорда. Аврор Демьен Каро, прошу любить и жаловать! – директор представила нам нового профессора Защиты, который опоздал на распределение и приветствие по семейным обстоятельствам, но взял слово на обеде, сказав:

– Говорю раз и больше не повторю! – голос аврора, как эхо в пещере, бьет по ушам, а вот душа… – учитесь, выполняете все мои наставления – получаете оценки и баллы, нет – мой предмет не посещаете. На заслуги и награды не смотрю, лишь на боевой потенциал и знания. Всем ясно? – шок и тишина, вот чего добился аврор своим выступлением.

– Эй, – толкнула меня в бок Панс, – ты чего залип? На душу аврора смотришь? – а там было на что посмотреть. Ведь душа этого аврора, так же опасна и смертоносна, как и душа Луны. Его огонек жизни пышет ослепительным и болезненным серебряным светом, приносящим моим глазам боль.

– Он – Паладин! – восторженно сказал, понимая, что у меня в стенах этой школы появился воистину опасный противник. Понимали это и Драко с Теодором и Панси. Ведь Паладины охотятся и на их виды. Так что год предстоит опасный, с ускользанием от летального исхода. Но меня это не волновало, скрываться, не светить способностями и сущностью не составит труда. А Драко, Панс и Теодор по меркам разумных темных существ вреда окружающим не наносят, крови невинных на их руках нет, так что Паладина они не заинтересуют.

***

На урок у профессора Каро, после обеденного перерыва, весь восьмой курс шел с предвкушением, что же будет. И аврор никого не разочаровал, за исключением меня, но я не считаюсь. Материал и тему, которую профессор Каро решил поднять, касалась непосредственно моего вида – демонического. Но за каким-то драклом приплел еще Банши и личей, хотя ни те, ни другие демонами, даже низшими, не являются, а относятся к классу высшей, разумной нежити.

– Мистер Поттер! – слышу голос аврора, направленного в мою сторону. Приподнимаюсь с локтя, на котором лежал и слушал лекцию, интересуясь причиной, по которой ко мне обращаются. Профессор ответил: – То, что вы уничтожили Темного Лорда и являетесь Героем магической Британии, не значит, что вы можете сидеть на моих уроках просто так.

– Я и не сижу, а слушаю.

– Сможете повторить все то, что я сейчас сказал? – приглашая меня на его место. Но я как сидел, так и сижу, отвечая оттуда, где нахожусь, повторяя слово в слово все то, что и он пять минут назад. Пересказывал классификации демонов, их иерархию и титулы перед Повелителем. С некоторыми поправками, а конкретнее:

– Только банши и личи не принадлежат к классу демонов. Они полноправные создания тьмы, относящиеся к нежити. В отличие от созданий Люцифера у них есть душа, – ответ принес мне сто баллов, но аврора эти слова не устроили, так как кривая улыбка, с которой он сказал: «– Все верно, мистер Поттер!», выражала что угодно, но не согласие.

– Но все равно, – решила вставить свои пять кнатов Грейнджер, – банши, личи и даже оборотни подлежат уничтожению. Они так же опасны, как и демоны! – вздернула нос гриффиндорка, и под полный обожания и восхищения взгляд Лаванды Браун, посмотрела на меня, говоря: – а есть у них душа или нет, уже не важно. Они – темные твари и подлежат уничтожению, – по кабинету прошелся довольный гул восьмого курса, всех, кроме бывших слизеринцев, смотревших на Гермиону, как на шкаф, который скоро громко упадет.

Вот она Гордыня во всей ее красе, а так же с ярким вкусом, играющем на кончике моего демонического языка. Так и тянет склониться над Гермионой, сжимая с силой плечо, отводя шею набок, а волосы назад, открывая вид на изгиб и бьющуюся жилку, отчеканивающую стук сердца. Смаковать каждый миллиметр кожи, пропахший Гордостью и самодовольством, вдыхая этот манящий запах себялюбия.

– Эй, – снова ощутимый толчок Панси под ребра и я в реале, а не в мыслях о утолении голода и вкусе гриффиндорской души. Урок уже закончился, и я на автомате шел за Драко и компанией, оказываясь на предмете директора. Это последний урок, а после дополнительные факультативы, на которые я сперва не записался, но все же пришлось, так как это обязательно.

Выбрал я те же предметы, что и Драко с Панси – Зельеварение с Рунами. Руны для меня не проблема, а вот зелья... Но так как преподает его не Снейп, а Слизнорт, было плевать, что к этому предмету у меня таланта как не было, так и нет. Горацию не важны способности, лишь личность, посещающая его предмет. Он жадный до внимания. Вот поэтому я и пришел, убедиться в том, что ощутил на пире во время распределения.

Делать его частью своего меню или нет, решу на уроке. Буду принюхиваться и приглядываться к душе Горация, играя на кончике языка вкусовыми ощущениями Жадности. И пока я прислушивался к исходящим от зельевара эманациям греха, к нам присоединилась часть львятника. Гермиона притащила с собой за каким-то драклом Рона, который еще до начала урока выл и страдал, распуская флюиды лени.

Вкус тоски, исходящий от Уизли, сопровождал меня весь урок. Даже отошел на второй план грех профессора Слизнорта, топящий его душу Алчностью, играющий на моих рецепторах кислинкой цитруса. Ярко ощущая вкусы души Рона и Гермионы, их грехи, терялся в выборе, с кого же мне начать процесс поглощения. Какой из грехов я предпочел бы вкусить, а каким поделиться с Повелителем?

На помощь моей гастрономической дилемме пришла Панси, которая так же внимательно, как и я наблюдала за гриффиндорцами на уроках, а после в библиотеке. Девушка, видящая окутанные и пропитанные грехами души моих бывших друзей, предложила сыграть на гордости Гермионы и Чревоугодии Рона, воспользоваться их слабостями.

– Как это сделать, Панс? – задает вопрос Блейз, смотря в сторону алого стола, за которым собрались сливки гриффиндорских героев и их приближенных.

– Легко! – щелкнула пальцами Панси, – Грейнджер подкинуть интересную книгу о ритуалах и призывах, приправленную легкими чарами в тот момент, когда ее самодовольство польется через край. С Роном и его грехом еще проще. Заманить рыжего в самые недра Чревоугодия, подтолкнуть к Неутолимому Обжорству.

– Ты хочешь проклясть Уизли «Бездонным желудком»? – смотрит на Панси Драко с восхищением, распуская шлейф нежности в сторону девушки, ощущаясь как свежеиспеченная сдоба со вкусом ванили, – ты коварная женщина, Персефона! – Панси фыркает, заправляя черную прядь за ухо, демонстрируя несколько металлических колечек, украшающих хрящик.

Слова Драко ее смутили, чувства, томящиеся в сердце банши, отозвались на чувства Драко. И этот легкий привкус ванили, не резкий и приторный, как от Джинни, а едва заметный, означающий обоюдные теплые чувства, повис в воздухе. Тишину нарушил вопрос Теодора:

– С Грейнджер понятно, книга по призыву потусторонних сущностей, приправленная легкими Чарами, и она в нашем распоряжении. Сыграть на ее Гордыне, уверенности в том, что все заклятья ей по плечу и по силам, не проблема. А вот Рональд? Проклятие легко распознать, особенно опытному аврору со статусом Паладин, – напомнил ей Нотт о вездесущем профессоре Каро.

– «Тяга Бездонного желудка» есть и в жидкой форме, – сказала девушка, обращая свой карий взор на одного конкретного слизеринца, специализирующегося на варке зелий. – Ведь так, Драко?

– Да. Есть такая формула, но она сложна. Нужны особые ингредиенты, а так же три месяца, чтобы зелье сварить, и еще месяц, чтобы оно настоялось до нужного эффекта. – Говорит блондин, напоминая тоном и выражением лица покойного профессора Снейпа. Все же он был не только его учителем, но и крестным. Не удивительно, черты характера близких людей часто находят место в нас самих.

– Значит, заказывай все необходимое и вари зелье для Уизли с его ненасытным желудком, – говорит Панси, резко поднимаясь со стула, уходя к стеллажам с книгами, – а я возьму на себя Грейнджер.

Никто из нас с Панс не спорил, а я же предвкушал ощущение живой души, переполненной грехом в своих руках, этот наполненный изысками и деликатесами привкус, играющий на кончике языка нотками фуа-гра или картофельный гратен. Но эту душу я отдам в руки Повелителя, как плату за полное пробуждение и ритуал наречения. Имя, в ближайшее время у меня появится демоническое имя. А зная Гермиону и ее тягу к новому и сложному, ждать призыва осталось недолго. И я подожду.

9 глава «Проданная демону душа»

Примечание к части

Раз сегодня день обновлений, то добавлю и главу Сделки)))

Отступление

Взгляды, эти взгляды, наполненные насмешкой, недоверием и презрением. Бесили Гермиону больше всего. Девушка не понимала, почему так, ведь она уже доказала ученикам школы Хогвартс, профессорам, аврорам и всей магической Британии, что она не простая магглокровка, а героиня, сражавшаяся за Свет наравне с Поттером, у которого было все с самого начала: имя, слава, статус, титул, приближенные с чинами и званиями (это она считала). Ее съедало и топило в Бездне этого непонимания, а так же отношения. Как и прежде Гермиона Грейнджер была простой магглорожденной, без дара рода и магических предков за спиной. Никто и звать ее никак. Пустое место!

– Нет! Я – героиня! – убеждала себя она, – не пустое место! И я заставлю вас меня уважать!

Говорила она четко, уверенно шагая к стеллажу с книгами по ритуальной магии. Туда, вот уже третий день манит и тянет, и девушке кажется, что она даже слышит шепот одного из старинных фолиантов. И как только кончики пальцев касаются жесткого переплета, голос и зов стихают, а книга сама собой открывается на страницах ритуала призыва демона.

– Ритуал призыва подчинит дитя Преисподней! Чтобы получить свободу от оков призвавшего, житель потустороннего мира исполнит желание пленившего его мага, – читала вслух строки, четко генерируя в голове мысль и план действий.

Ничего сложного девушка в этом ритуале не видела, как и запретного. Ей он по силам. Нужно лишь начертить ритуальный круг, произнести формулу на латыни, капнуть кровью в центр рунных надписей и готово. Осталось найти нужное место. Но терпение девушки подходило к концу, и она решилась на призыв прямо в библиотеке, не покидая стеллажи с ритуальными книгами. И места хватит, и книгу выносить из библиотеки нет необходимости.

– Живущий во мраке,

Души вкушающий,

Откликнись на зов,

Тебя призывающий!

И на последнем слове, капнув три капли крови, тусклый свет настольных ламп задрожал, издавая противный треск. А как только лампы и вовсе погасли, девушка услышала жуткий, тягучий, пробирающий до мурашек смех. Ее окутало холодом страха, дыханием самой бездны, как будто ощущения в Черном Озере и в поместье Малфоев, в руках безумной Беллатрикс соединились и умножились на сто.

Но тут резко вернулся свет, а перед глазами, в том самом круге сидел демон. Представитель подземного мира был красив. Длинные в мелкое колечко черные, как смоль волосы, спускающиеся по груди и спине водопадом касались пола, темно-серый жилет подчеркивал натренированное тело, широкий разворот плеч и мышцы рук. И если бы не тонкие, острые рога, слишком яркие зеленые глаза с вытянутым зрачком, длинные черные когти на пальцах, нетопыриные крылья за спиной и лежащий на полу хвост с острым кончиком на конце, приняла бы демона за человека. Но он не человек, а тварь, которая послужит личному благу.

– Ты звала меня, Гермиона Грейнджер, и вот, я пришёл! – Сказал демон, показывая на рунный барьер, в котором был заключен. Скрестив ноги в позу медитации, а руки на груди, он смотрел прямо на нее, на ее душу, охваченную гордыней. – Что прикажешь, о призвавшая? – девушке показалось, что в голосе демона был сарказм и насмешка. Но, не обращая на это внимания, она сказала, все так же, вздернув носик, откинув непослушную прядь назад:

– Приказываю! В обмен на твою свободу, хочу уважения и признания всего магического мира! Чтобы меня признавали равной себе аристократы, не считали мусором и грязнокровкой. – Каждое слово, произносимое девушкой, демон слышал, соглашался и даже записывал. В контракт, который по истечению приказной речи будет между ними заключен. – И даже выше, уважали меня, считались со мной!

– Все? – уточнил демон, полируя черный коготь другим, сдувая пыль прямо в лицо девушке. Та ошарашенно кивнула, а демон поднялся с ног, махнув кисточкой хвоста, говоря: – тогда читай контракт и плати, – протянул ей свиток, на котором было обязательство демона перед вызвавшей, а так же прописано каждое слово желания призвавшего, взамен…

– …на душу? – удивлена девушка, еще раз внимательнее читая уже заключенный между ней и демоном договор, возмущаясь: – Как это на душу? Но в ритуале же сказано… – и стала листать книгу, которой воспользовалась, чтобы призвать потустороннее существо. Но и слова не нашла о договоре. – Здесь и слова нет о договоре… – и замерла на полуслове, так как демон покинул круг, – ты не имеешь права, – но один лишь простенький жест, приложенный палец к губам, заставил девушку замолчать, забыв как говорить.

Демон же тем временем уничтожил ритуальную печать, забрал из рук девушки книгу, возвращая ее не место. И подходя к ней плавной, грациозной походкой хищника, сверкая зеленью глаз, резко склонился. Нависая над плечом, демон вдыхал сладкий запах грешной души, предстающей перед ним кусочком говяжьей вырезки, со стекающим клюквенным сиропом, переливающимся бликами на свету. Дитя Сатаны опалил жаром щеку, шею девушки, заставляя издать непроизвольный стон удовольствия, когда прикоснулся и медленно провел влажным, холодным кончиком языка по кромке уха. Она могла поклясться, что слышала в тот момент утробное рычание. А затем последовали слова из грязных уст:

– Глупая, какая же ты глупая, Гермиона, – звучал такой знакомый голос, – возомнила себя Ритуалистом, способным призвать демона и заставить его исполнить желание. А по сути, ты простая, непримечательная магглокровка. Ничего в тебе особенного нет, – лился в горящее от дыхания демона ухо шепот.

Губы, произносящие эти горячие слова, шевелясь, касались раковины и щеки, обдавая волной жара. Девушка не хотела признавать, что слова демона на самом деле правда, что в ней ничего нет. Поэтому сопротивлялась и отрицательно качала головой, ведь сказать ничего против у нее не получалось. Демон, отстранившись, позволил ей говорить, и она сказала:

– У меня есть магия! – все так же с гордыней и самолюбием сказала она. Но демон лишь усмехнулся, сказав:

– Не ты, владея магией, считаешься великой, – с какой-то знакомой интонацией была произнесена эта фраза, но Гермиона не могла понять, откуда она помнит это выражение, как и его продолжение, – … а Магия владея тобой, – усмешка, знакомые движения руки, откидывающей упавшие на лицо волосы и осознание, в которое она не хотела верить и принимать:

– Гарри, – сердце стукнуло, в ушах запульсировала гонимая ударами кровь, а оскверненная грехом душа дрогнула, делая шаг назад, желая сбежать от владелицы. Девушка сжалась от страха в комок, хаотично соображая, что она может предпринять, чтобы ей дали отсрочку, или шанс на разрыв контракта. Но:

– Нет, Гермиона. Пути назад нет. В тот самый момент, когда ты капнула в ритуальный круг свою кровь и призвала меня, отдав приказ, права на твою душу перешли ко мне, – развернул контракт, указывая на подпись девушки своим когтем, и на его подпись, как подтвердившего и закрепившего договор, ответив на зов.

– Но, моя душа, я же… – ощупывала себя девушка, прислушивалась к ощущениям, магии и не могла понять, как это. Она по-прежнему может испытывать чувства, эмоции, тогда как продавшие душу – нет.

– Это ложное ощущение, как фантомные боли при ампутации частей тела. Мозг еще помнит, какого это, посылает тебе сигналы. Но скоро пройдет, – словно успокаивая, говорит Поттер, в очередной раз склоняясь над девушкой. – Ты, твоя магия, тело, сущность, все отныне и впредь принадлежит мне! – лицо Гермионы оказывается в цепких пальцах демона, который с силой нажимая на нежную кожу, причиняет боль черными когтями, пуская кровь, смакуя запах, исходящий от подвластной ему девушки.

– Ты! – хотела возмутиться волшебница, но не смогла, Поттер (а Поттер ли?) оскалился, и приложил к ее губам палец, заставляя замолчать, и она замолчала, лишь с ненавистью смотря на демона, бывшего ей когда-то другом, а может и заказом, она так и не поняла. И более не поймет.

– Спать иди! – приказал ей демон холодным тоном, становясь человеком, таким, каким она привыкла его видеть. Девушка хотела сказать, что она всем расскажет о его истинной сущности, особенно аврору Каро, но не могла произнести и слова на эту тему. Тот самый холодный смех, заставивший ее забиться в страхе, ощущать стекающий по спине липкий пот, снова нарушил тишину библиотеки, – не пытайся. Ты – моя, целиком и полностью. Запрет на раскрытие личности само собой разумеющееся, – снова жуткий, пробирающий льдом до костей смех и стелящийся под ногами серо-зеленый туман, выпущенный демоном, переносящий его туда, где такой твари самое место – в Преисподнюю.

***

В Преисподней

– Что же ты мне принес, пока еще Безымянный? – смотрит Владыка подземного мира на юного, зеленоглазого демона, скалящегося во все клыки. Демон, припав на одно колено, склонив голову, раскрыл руку ладонью вверх, протянув первый дар Повелителю, вызывая такую же клыкастую улыбку и слова с утробным урчанием удовольствия: – Гордыня! Мой любимый грех! – длинный, раздвоенный язык падшего Архангела коснулся кончика носа, смакуя вкус души, охваченный его личным грехом. Когтями Владыки аккуратно взял преподнесенный дар, – Да, тщеславие так и зашкаливает! – шарик, окутанный пурпурным свечением, в мгновение ока утонул в недрах желудка Князя Тьмы.

– Имя, Владыка, – напомнил демон Повелителю.

– Встань! – приказ и повиновение, – нарекаю тебя… – но не успел Люцифер и слова сказать, как в Преисподнюю, словно буря в штиль, ворвалась разгневанная богиня Смерти, она же Хель, с требованием:

– Стоять!

– Явилась не запылилась! Чего приперлась, Хель? – но Смерть ему не ответила, она смотрела на того, кто был чертовски на нее похож. Те же черные волосы, зеленые глаза, черты лица. Тот, кого она потеряла, но еще не безвозвратно. Пока Сатана не дал ему имя, как демону, не все потеряно. И у нее есть шанс вернуть мальчика к истокам.

– Мальчик, отринь навязанную Сатаной суть! Стань снова живым! Верни утраченное! – смотрела она в черную пустоту, туда, где прежде была живая душа ее потомка. Это было тогда, сейчас же там горит огонь Преисподней, дарованный Лучезарным.

– Не хочу! – махнул в такт словам хвостом, ведя плечом, раскрывая одно из кожистых крыльев, – меня все устраивает, – улыбка вышла клыкастой. Смерть, все еще смотря на горящий в груди мальчика огонь падшего архангела, предлагает:

– В моих силах вернуть тебе душу, эмоции и чувства, снова сделать человеком… – но Хель не договорила, мальчик кивнул в знак согласия на взгляд Князя Тьмы, и его новое имя было оглашено на весь зал:

– Алиссар! – мальчик, что прежде был Гарри Поттером перестал им быть вовеки и впредь, став полноценным, полноправным демоном. Мощным потоком, волна зеленого пламени прошлась по залу, обдавая жаром Преисподней и саму Бледную Госпожу.

– Ах, это чувство… – говорит черноволосый юноша, касаясь кончиком длинного когтя груди в районе сердца, отбивая незамысловатый ритм, – тишина и бездонная пустота, с оглушающим эхом, – улыбка и кончик блеснувшего клыка, а так же зелень глаз, дала понять Госпоже, что ее визит оказался бесполезным. – Простите великодушно, Госпожа, но на все ваши доводы, аргументы и доказательства нужности, я скажу короткое «Нет». Как сказали мне вы, когда я молил о помощи на той треклятой окраине Запретного Леса.

– Это месть? – злилась Смерть, призывая и материализуя косу.

– Нет. Просто ответ на ваш вопрос, – легкий поклон и слова прощания с его когда-то предком: – я бы сказал, что мне лестно ваше внимание и забота, но не скажу. Так как более не могу испытывать чувство благодарности, как и чувства в принципе, – развел руками мальчик, откланиваясь, прощаясь с Могущественными мира сего, оказываясь в стенах библиотеки школы Хогвартс.

– Алис-с-с-ссар-р-р-р! – смакует на кончике языка свое имя демон, улыбаясь во все клыки, горя зелеными глазами в темноте ночных коридоров, находя по пути в комнату очередную цель, утоляющую голод. – Алис-с-с-сар-р-р-р! – имя демону нравится, приятно рычит диким, безудержным зверем и свистит, словно рвущий с корнем деревья ветер.

Примечание к части

Т.к. нет средств на Улучшенный аккаунт, то прикрепляю ссылку демонического облика Алиссара:

https://yobte.ru/uploads/posts/2019-11/paren-demon-41-foto-18.jpg

Сириус:

https://vk.com/photo148403939_456239219