Текст книги "Я помню как всё начиналось (СИ)"

Автор книги: Айкор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

Тут Степан не выдержал, от собственной шутки и рассмеялся в голос.

– Да он шутит, мужики.

– Хорош Стёпка.

– Да! Давай праздник по порядку!

– Напиться и подраться ещё успеем.

Степан резко стал серьёзным.

– Это кто тут драться собрался? Михась, ты?

– Не-не. Я ни-ни.

– Ни-ни, не-не. Я тебе покажу, не-не. Мужики, зараз предупреждаю. Кто берега попутает, со мной дело иметь будет. Уяснили?!

– Всё.

– Всё!

– Уяснили!

– Не беспокойся, всё будет в норме!

Тут вперёд выступил отец жениха, мой дедушка. Вокруг сразу стало тихо. Прекратились даже шепотки. Ну конечно. Все дружки Степана, кумовья, что пришли сейчас к нам. Все когда-то учились у Степана Феофиловича. Уважали и чего греха таить, побаивались его. Он был в светлом костюме, при галстуке. С левой стороны на пиджаке были приколоты орденские планки. Дедушкин иконостас внушал. И конечно неизменная шляпа.

– Так. Посмеялись и хватит. Там будут два автобуса. С Курганской автобазы, уже должны подойти. Все, кто поместится, едут в ЗАГС. Кто не поедет до Донца, часа через 2 подходят к монументу. На обратном пути доезжаем сразу до братской могилы. Перед возложением цветов, я скажу речь.

– Ты бать, это. Не забудь, что не на собрании. Речь торжественная и короткая.

Люди вокруг заулыбались, но ни высказываний, ни шепотков не последовало. Дедушка с трибуны мог выступать часами. Были случаи, если его речь заканчивалась, а ответственные лица от начальства ещё не подъехали, то он мог растянуть выступление ещё на несколько часов. И что самое интересное. На его выступлениях не засыпали. Не потому, что было очень строго, а потому, что мог действительно зажечь интерес. Талант. Ничего более не скажешь.

– Возложение цветов будет под салют. Там отделение солдат из карабинов даст троекратный залп.

У некоторых округлились глаза. Как бы говоря, ну Феофилыч даёт. Так это же Феофилыч.

– От монумента идём своим ходом и через центральные школьные ворота проходим до столовой.

Дедушка оглядел притихших людей.

– Распорядок понятен?

– Да.

– Понятно.

– Степан Феофилыч, всё по пунктам, всё по разумению.

Дедушка поднял руку и махнул её.

– Тогда вперёд, товарищи.

Народ колыхнулся и пришёл в движение. Как будто подхваченный единой волной.

Я прижался к стене дома наблюдая этот единый порыв. Вот что такого сделал дедушка? Ничего особенного не сказал. Просто озвучил распорядок, но все как единый организм, последовали его призыву. Что это? Сила авторитета? Авторитет на пустом месте не возникает. Может попробовать подключить тонкое чувствование. Не-е. Как-то боязно. Сейчас как засосёт меня это движение. Людмила сразу исчезла. Конечно, ей же ещё переодеться надо, а потом этот «крестный ход» догонять. Я-то никуда не собираюсь. Только под ногами буду путаться. Ещё затопчут.

Для меня будет самое интересное. Я смогу остаться один на один с прабабушкой. А вот это уже серьёзно.

Глава 5

Когда двор опустел, ко мне подошла бабушка.

– Давай тогда будь дома, вон с бабой Марьей, она у качелей в кресле сидит. Поговори с ней, развлеки, может чего попросит. Если что нужно будет меня позовёшь. Я пойду пока до столовой, гляну как там повара справляются.

Ну, специально не придумаешь. В день свадьбы, когда все чуть не на ушах стоят, народу не протолкнуться и остаться один на один в пустом подворье. Как ворожит кто. Вот теперь потихоньку и будем разбираться, кто тут ворожит. Хи-хи.

Только я собрался идти к своей цели, как дверь дома распахнулась и из неё вылетела Людмила, чуть не столкнувшись со мной. Она уже переоделась в сарафан с яркими цветами, волосы причёсаны, а на ногах туфельки лодочки.

– Ой! Все уже ушли? А как же я? Я не знаю, где тут у вас, что.

Глаза лихорадочно бегают, надеясь найти кого-то, кто выведет её в нужную сторону. Я по воспоминаниям точно знал где жила невеста Степана, но идти на другой конец села, сейчас, когда меня, у качелей, ждёт моя цель? Ну вот никакого желания, совершенно. Но и не помочь ей, я тоже не мог.

Поэтому ухватив её за руку, потянул к калитке на улицу. Распахнув увидел, как хвост свадебного шествия потихоньку втягивается в проход на той стороне улицы.

– Вон видишь, на той стороне улицы, дом деревянный, без забора?

– Да. Там ещё вывеска над дверью.

– Промтовары это. А правее вон люди проходят. Это наши.

– Так они сейчас скроются, и я их потеряю.

– Не потеряешь. Мимо магазина идёшь, с обратной стороны второй вход, будет написано – продукты. Рядом будет стеклянный павильон – рюмочная. Правее павильона пешеходная дорожка. Она там одна, не ошибёшься. Вот по ней, не сворачивая и нагонишь их.

– Спасибо!

Людмила чмокнула меня в лоб и сорвалась догонять процессию. Ну, с её прытью точно догонит. Эх девчонки, свадьба для вас, это святое. Я сколько опыта имею и вроде сам когда-то женщиной был, но до конца понять женскую натуру так и не удосужился. Вот буду в следующей жизни женщиной, тогда и пойму. Ха. Если я буду женщиной, то не буду понимать мужчин. Хи-хи. Парадокс, однако.

Ну кажется теперь всё. Пора идти и сражаться. Отстоять своё право на колдУнство. Ведьмовские заморочки мне не нужны. Это вотчина женщин. Пусть только палки в колёса не вставляют.

Возле кресла, у качелей стояла маленькая женщина. Ну вот действительно маленькая. Хоть я и сам ещё метр с кепкой, но оцениваю рост с точки зрения опыта человека высотой 176 сантиметров. Столько мне есть в моих воспоминаниях о будущем. У неё же рост примерно 160 сантиметра. И худенькая, как тростиночка. Это как-то даже удивительно. Я привык видеть людей в теле. Ну так деревня вокруг, люди на таких харчах добреют. Да и бабушка моя тоже в теле. А она дочь этой женщины. Даже не поворачивается язык назвать её бабушкой. Тем более прабабушкой.

– Марья Сильвёрстовна, добрый день.

Она повернулась ко мне. Да. А вот лицо уже человека очень много повидавшего в жизни. Но даже через морщины можно понять, какой красавицей она была в молодости. И глаза. С этого расстояния я не могу понять их цвет, но они прямо лучатся уверенностью и… теплотой.

– И вам доброго дня, молодой человек.

– Валентин. Меня зовут Валентин.

– Просто Валентин?

– Конечно. Я всего лишь мальчишка, который только пытается, что-то понять.

Её брови взлетели вверх, и она задумчиво повторила:

– Мальчишка. А уже пытается что-то понять.

Спокойно обойдя кресло, она села в него и подняла взгляд на меня.

– Ну что же, мальчишка по имени Валентин. Рассказывай.

– Что рассказывать?

– Как, что? Зачем ты меня хотел видеть? Что тебе от меня надо?

Меня аж пот прошиб. Нет, я конечно хотел её видеть и мне от неё действительно кое-что надо. Но с чего это она сразу с места в карьер. А поговорить о погоде? Выпить чаю, наконец. Где правила приличия? Этикет где?

– А Вы для чего приехали на эту свадьбу? Ведь Вы давно не покидаете свой дом.

– Мальчишка. Понять. Вопросом на вопрос, да ещё аргументировано.

Тебе сколько лет?

Не в бровь, а в глаз. Вычислила меня за пару слов. Во даёт бабуля. Что делать? А тут что не делай, всё одно расколет на ровном месте.

– Шесть. В октябре семь будет.

Она улыбнулась. Но улыбка была доброй. Действительно доброй, никакой игры. Или я уже ничего не понимаю. Вроде и энергетика излучается положительная. Ни настороженности, ни агрессии от неё нет.

– Так всем и говори. Так сколько?

Ну всё. Похоже игры кончились, не успев начаться. Если я хочу от неё чего-то добиться, то это можно сделать только на взаимном доверии. Тем более, что ничего предосудительного я не делал и не замышлял. Ни ей, никому либо другому.

– А это как считать. Тут я могу запутаться. Может попробуем вместе?

– Ха-ха. Ну давай попробуем. С чего начинаем?

– Наверно со вчерашнего дня.

– Как это?

– Ну меня в последнее время очень сильно мучал вопрос: «Зачем человек живёт?». Как-то обидно стало, сколько-то лет чего-то добиваться, к чему-то стремиться, учиться, трудиться. А потом раз, меня закопали и всё. Для чего тогда прикладывались усилия?

– Интересно. В твоём возрасте и вопрос, над котором бьются не первое столетие. Хотя церковь отвечает на него. А, да, сейчас же все материалисты. Так и что ты надумал?

– Не знаю, как так получилось, но я вдруг увидел всю свою жизнь, что проживу. И увидел не как кино, а как будто прожил сам каждое мгновение. Так. Там я кажется умер в 2044 году. Сейчас 1974. Значит ещё 70 лет.

– 70 плюс 6. Получаем 76 лет. О, да мы с тобой почитай ровесники, я тебя лишь на 5 лет старше. Так как тебя по батюшке?

– Не имеет значения. Это ещё не всё.

Брови бабы Марьи снова поднялись.

– Тогда давай считать дальше.

– Я кое-что помню из двух прошедших жизней. Так немногое, только то, чего хотел добиться и как погиб.

– Погиб? Ты имеешь ввиду ты там умер не своей смертью?

– Да именно так. Поэтому, хоть я и знаю в каком возрасте был там убит, но приплюсовывать эти года, было бы не верно. Тем более, что ни в одной, ни в другой жизни, так и не достиг, чего хотел.

– А в этой жизни, которую проживёшь до 2044 года, достиг?

Ха. Вот это вопрос. А действительно, чего я достиг. Да и чего хотел достичь? Из прошлых же жизней я это помню, а тут. Даже в голову ничего не приходит.

– Не знаю. Мне кажется, что я нашёл дорогу, идя по которой можно ответить на вопросы предыдущих жизней. Но и только.

Баба Марья улыбнулась и лукаво посмотрела на меня.

– Ну вот ты и ответил на все свои вопросы.

– Э-э… Это как?

– Начинай с другого вопроса. Почему ты вспомнил свои предыдущие, как ты выражаешься, жизни?

– Наверно потому, что не достиг там желаемого.

– И что ты понял из будущей жизни?

– Наверно то, как разрешить вопросы предыдущих жизней.

Она демонстративно похлопала в ладоши.

– Браво. Маленький старик. Действительно браво. А теперь ответь себе на следующий вопрос. Раз у тебя есть информация о проблемах, и ты знаешь путь, по которому нужно идти, чтобы их решить, то что ты должен делать?

Ха-ха. Вот чудо. Правильно заданный вопрос несет в себе 80 процентов ответа. Надо было всего лишь подумать, а не бежать куда-то сломя голову. Вот это старушенция. Да я за несколько минут разговора с ней получил полноценную коуч-сессию с дипломированным специалистом. Здесь и не знают, что такое коучинг. Ну баба Марья, ну даёт. Кто же ты на самом деле? Чего-то колдовством пока не пахнет.

– Спасибо. Я ответил.

– Ну я рада. У тебя есть ещё вопросы?

Есть ли у меня вопросы? Да их куча и боюсь, что на все просто не хватит времени. Хотя. А чего это я? Я не задавал ей вопроса: «Что делать?». Она сама поставила его передо мной и получила мой ответ. Она ведёт беседу. Не я. Хотя и делает вид, что вопросы исходят от меня, но на самом деле… Вот же бабуля.

– А с чего вы решили, что мне нужен был ответ на вопрос: «Как жить?».

Она рассмеялась в голос. Её смех был немного надтреснутым, но всё равно искренним.

– А ты быстро учишься, мальчик. Ты похоже действительно, уже имеешь опыт никак не шести лет. Хорошо. Давай по-другому. Ты задался вопросом: «Для чего ты живёшь?». Так?

– Да.

– И перед тобой встали неразрешённые проблемы, твоих, якобы предыдущих жизней.

– Почему якобы. Я точно знаю, что…

– Хорошо, хорошо. Но согласись, со стороны материализма, да и церкви, это выглядит ересью.

– Да мне всё равно как это выглядит. Я не собираюсь кричать об этом на каждом углу. Это только моё.

– Но мне же ты рассказал.

– Если смотреть по женской линии, то Вы являетесь старшей в нашем роду. И к кому как не к Вам я должен был обратиться. Вы, хранительница рода, Вы основная ветвь.

На лице бабы Марьи проступили слёзы, и я замолчал. Я никого не хотел обидеть, уж тем более женщину, на долю которой выпало столько испытаний в жизни. Пауза немного затянулась.

– Не обращай внимание. Просто меня никто так не называл. Это очень приятно и… волнительно.

Фух, а я испугался. Это просто слёзы признания. Она достала платочек и промокнула глаза.

– Ну хорошо. Отвечаю на твой вопрос. Ты задался проблемой, для чего живёшь. И к тебе приходит понимание нерешённого ранее и направление как это решать. Поэтому, это не я определила, что тебе нужен был ответ на вопрос: «Как жить?» – это ты сам. Просто не свёл концы с концами.

Если смотреть с этой стороны, то всё логично и понятно.

– Но я вижу, что не это тебя волнует. Есть, что-то ещё.

– Да, есть. Меня больше интересует инструменты, которыми я могу воспользоваться. – Я заинтересованно посмотрел на неё. – Например, магия.

– Ты о чём? Какая такая магия?

Эх была не была. Вывалю как есть. Пока это единственный человек, с которым я могу говорить так открыто.

– В моих воспоминания, Людмила, расскажет, как вы умирали. Вы долго болели, но перед самой смертью постарались собрать всех своих родственников и сказали: «Вы, кто знаете, кто не знаете, кто догадывался, кому люди что-то говорили, но многие меня считают колдуньей. Так вот я сама вам говорю. Я действительно была колдуньей. И помираю тяжело, потому что решила не передавать это своей преемнице. Много людей ушло на тот свет не по своей воле, а по моей. Многим я жизнь поломала. И я знаю, что ждёт меня после смерти, за грехи мои и что не оставляю наследницу. Но я готова к этому. Я беру всё на себя и кладу зарок на весь свой род, чтобы никто и никогда этим чёрным делом не занимался.»

Наступило молчание. Я старался не смотреть бабе Марье в глаза. Всё-таки знать, как будешь умирать, это должно быть очень тяжело. И чего это я вдруг кинул на неё эту ношу. Балбес малолетний и великовозрастный.

Вдруг послышалось невнятное бухтение, затем раздался смех. Смех? Подняв глаза, я увидел, как задрав голову, она смеялась. Смеялась так, что из глаз снова показались слёзы.

– Ну уморил! Это тебе Людка такое рассказала. Ну надо же придумать, колдунья, ты ещё ведьмой меня назови.

– А что плохого в слове ведьма?

– Нет, ничего. Просто действительно насмешили вы меня, поколение молодое. Хотя что-то в этом есть. Наверно я так и поступлю. Точно. Так и нужно будет сделать. Ну спасибо за хорошую идею.

– Э-э… – завис я.

Это что? Не понял. Как это? Так нет никакой колдуньи в роду. А как же все эти энергии, что я вижу. Колдовство, стенка, которую я не мог переступить? По всему телу прошёл озноб и меня бросило в жар. Голова перестала соображать, а картинка перед глазами поплыла. Нет. Стоп. Надо взять себя в руки и докопаться до причины всей этой фантасмагории.

– А почему эта идея хорошая?

– Как бы тебе сказать? Ты вроде как мужчина. И тебя это не должно касаться.

– Уже коснулось. Так или иначе.

– Ну-ну. Не торопись. Так вот. Женщины нашего рода всегда сами выбирали себе мужей.

– Отец постоянно повторял мне: «Нам кажется, что мы выбираем женщин, на самом деле это они выбирают нас».

– Так твой отец женат на женщине нашего рода. – Загадочная улыбка осветила её лицо. – Мы всегда выбирали не просто мужчин, а людей способных сильно повлиять на мир. Людей, способных не только построить, но и разломать всё вокруг. Мир, каким бы он не казался могучим, на самом деле хрупок. Под словом «Мир» я подразумеваю всё вокруг себя, а не состояние без войны. Мы хорошо чувствуем, когда наступает напряжение и возможен разрыв, который может повлечь за собой хаос. Наша участь, не допускать этих разрывов. А идея по поводу «Зарока», поможет вправить мозги некоторым.

– Подождите. Вы чувствуете напряжение и возможный разрыв. Так я тоже это чувствую. У меня аж все силы пропадают, когда я начинаю делать, что-то не то. Я думал, что мои действия, влияющие на мир, запечатаны вашим зароком и он не даёт мне это делать. Я и хотел встретится с Вами, что бы Вы не накладывали этот зарок.

Опять её смех разнёсся по двору.

– Ну вот. Только решили, что ты большой мальчик, а ты ещё совсем ребёнок.

Эти её слова неприятно отозвались в душе. Щёки полыхнули огнём. И я опустил голову, чтобы она не увидела моего красного лица. Ну да, мальчик. Так идите и найдите ещё такого мальчика. Посмотрю я на вас, как вам это удастся.

– Ну-ну. Не обижайся. Тебя останавливает не зарок, а кровь нашего рода. Как она проснулась в мужчине, не знаю. Но это хорошо. Наверно в тебе уже достаточно навыка, что ты можешь сильно влиять на окружение. Поэтому тебе и была дарована способность ощущать последствия этого. Ты можешь увидеть картину мира и какие твои действия могут её разрушить.

– Я называю это тканью мира. Я могу почувствовать, как она складывается, как натягивается, вплоть до разрыва. И когда я встаю на грань разрыва, то меня и покидают силы.

– Пусть будет ткань. Так вот наша кровь и не даёт тебе порвать эту ткань. И это хорошо. Ты похоже действительно силён. Будь осторожен.

– Так что? Мне теперь совсем нельзя применять свою силу?

– Вот ты говоришь, что чувствуешь натяжение, когда применяешь свои способности?

– Да. Но не всегда, а когда это может привести к негативным последствиям.

– Отлично. Значит ты можешь контролировать, куда направлены твои усилия.

– Наверное могу.

– Тогда попробуй не рвать мир, чтобы достичь желаемого, а вплетать свои силы в его ткань. Создавая таким образом новый узор, который и приведёт всех к твоему результату.

– Вплетать, узор. Как-то это больше по-женски. Мне это наверно сложно будет сделать.

– Тут тебе решать. Пробудил в себе женскую ипостась родовой крови, значит должен уметь и действовать как женщина нашего рода.

И она опять, расплылась в улыбке.

Да чёрт возьми, во вляпался. Прямо по самые уши. Что же теперь делать?

И так. Никакой зарок меня не останавливал. Просто я как слон в посудной лавке, пытался проламываться напрямик. Как настоящий мужчина. А нужно научиться вплетать свои действия в окружающий мир. Чувствовать его волны, направления и усилия ветров. Быть яхтсменом, на просторах мирового океана. Быть байдарочником, на порогах бурной и своенравной горной реки. Быть музыкантом, вплетающем ноты в завораживающую мелодию жизни. Быть шахматистом, просчитывающим ходы на десятки вперёд. Быть художником, который может показать в картине не фотографическую точность, а душу объекта. Да так чтобы каждый мог увидеть и почувствовать это. А не слышать: «Ах вы просто не разбираетесь в современных течениях искусства. Какой вы тёмный». Художник так видит. Да пусть он видит, как хочет. Только не надо навязывать своё мнение другим. Не надо рвать ткань мироздания. Она очень нежная.

Весь мир до основанья мы разрушим, а затем…

А затем будете бродить по пепелищу ища, что пожрать. Уже не до стройки будет. Если только не найдётся кто-то с железной хваткой и поставив вас раком заставит своими языками наводить порядок. Проходили уже это и не один раз.

Внутри стала разгораться злость. Да что такое? На кого я злюсь? Да на себя, бестолкового такого. Вот всё всегда лежало на поверхности. Вот оно, на глазах, а я тыкаюсь по углам и ломлюсь в закрытые двери.

Я подошёл ближе к Марье Сильвёрстовне и низко поклонился.

– Спасибо, мудрейшая.

Глава 6

Марья Сильвёрстовна подняла руку и положила мне на голову.

– Я, родительница Марья, именем покровительницы Тары, дочери Тора и сестры Тарха. Принимаю тебя, отрок Валентин, в свой род.

Что? Не успел я сообразить, как получил лёгкий толчок в лоб и повалился спиной на траву. Я чувствовал, что лежу на траве возле качелей, но не могу, да не хочу шевелиться. При этом я также чувствовал, что нахожусь на какой-то лесной поляне, залитой ярким, но не палящим солнцем. Оно нежно согревало мою кожу. Сев на землю, я огляделся. Вокруг никого.

Ощущения мне знакомы. Во время медитаций, в том моём взрослом воплощении, было также. Другие где-то летают, бродят, а я остаюсь лежать на полу. Потом я научился тоже где-то бродить, но ощущение себя лежащем на полу никуда не исчезло. Я слышал, что происходит вокруг, но при этом был и ещё где-то. Потом я понял, что меня не двое, а трое. Один бродит по неизвестным местам, второй находится в позе медитации, а третий составляет из себя связующее звено между первым и вторым. Я тогда пожаловался наставнику, что не могу полностью отдаться полёту. Он удивленно посмотрел на меня и похвалил. Говорит, что половина находящихся здесь людей, просто не могут выйти в медитацию. Он их использует как чемоданы или якоря, по-другому. Чтобы улетевшие могли вернуться в своё тело. Мне же этого не требуется. Я сам прекрасно контролирую всё. И он за меня спокоен. Так было и сейчас. Я лежал у качелей, сидел на лесной поляне и чувствовал, что всё это контролирую.

Но это понимание промелькнуло мгновенно. Меня выбили из колеи действия бабки Марьи, по-другому я уже не мог её называть. Вот же зараза, я уж совсем поверил, что она никакая не колдунья и на тебе. Какое-то посвящение, да ещё с моментальным выбросом в медитацию.

Что она там говорила? Покровительница Тара, ну это понятно. Богиня указывающая путь как земным людям, так и душам, идущим на следующие воплощения. Её ассоциируют с полярной звездой. Ну это мне в тему. И по поводу выбора правильного пути в жизни, и по поводу выбора следующего воплощения. Ладно, согласен. Ещё Тару считают покровительницей лесов, она ведала всё о тайнах зелёной природы. Конечно, ведь именно она привезла на Землю семена священных деревьев. Ну не было их на планете Земля. Что за священные деревья? Так дуб, берёза, осина, ель, сосна и далее по порядку. То есть всё из чего состоят наши леса. Опять согласен, годная девчуля.

Дальше: «Дочери Тора». А Тор тут с какого перепугу. Вот я болван: Тор – Пор или Пунар – Пунаер – Донар – Турараз – Перкун – Перун. Это всё разные наименования одной и той же личности. Короче Тара дочь Перуна.

А Тарх – это Даждьбог. Брат близнец Тары. На сколько помню славяне называли себя то ли сынами, то ли внуками даждьбожьими.

Ничего так пантеончик собрался. Годные личности. Ничего не имею против них. Пока меня всё устраивает.

Тут из леса вышла девушка. На вид сразу и не скажешь лет 20 или 25. Светлые волосы, отдающие в золотой оттенок, заплетены в толстую косу, достающую до поясницы. Лицо, вроде как славянское с чуть вздёрнутым носиком, но имеющее какие-то уж очень правильные черты. Одета она была в женскую рубаху с вышивкой и длинную юбку, до щиколоток.

Остановилась она в метре от меня.

– Ты чьих такой будешь?

Ха. Чьих, не кто такой, а именно чей. Интересно девки пляшут, по четыре сразу в ряд. Хотя нет. Одна она тут.

– Так это. Родительница Марья меня в род приняла, и я это. Тут оказался.

– С каких это пор Марья отроков стала метить?

– Так вот с этих вот самых.

– Да не робей. Вижу я и метку свою, и кровь родовую пробудившуюся. А вот и ещё одна метка. Ведаешь ли чья?

Ещё одна? Какой ещё бог меня пометил. Понятие то какое «пометил» прямо как собака столбик. Точно, вспомнил.

– Валькирия должно быть. Я через 16 лет мог оказаться в Карелии. Там мы искали место для проведения святок по традициям Финно-угорской культуры. Ну и забрели в одно поганенькое место нас и повалило. Кабы не Валькирия со своими воинами, так бы там и остались лежать.

– Да не остались бы. Ты то в сознании был.

– Ну да. Со мной она просто пообщалась. А остальных воины её чем-то отпаивали.

– А в другой рядь?

Да знает она всё. Вон улыбается. Эх, грехи мои тяжкие.

– В Тобольске дело было. Отец там у одного парня умер, а душа не ушла, здесь осталась.

– И ты конечно полез туда.

– Было дело. Отбила она, со своими воинами, нас от кучи какой-то нечисти.

Тара, а это была явно она. Рассмеялась.

– Ох и ругалась Валька тогда. Попался, говорит, червяк, в каждую вонючую дырку залезть пытается. Да не робей, это она любя. Понравился ты ей, часто приглядывала, но вроде сам выбирался. Ты лучше скажи, как здесь оказался?

– А что? Не должен был?

– Нет конечно.

– Ну тогда я пойду назад.

– А сможешь? Хотя да. Сможешь. Канат то у тебя крепкий, такой отовсюду вытянет.

Она наклонила голову и лучезарно улыбаясь, разглядывала меня. Явно, что-то замышляя. Потом решилась.

– Ладно. Сделаю тебе подарок на память, раз в это измерение пробился. Ты же любишь в разные непотребства влипать, а сила твоя раз от раза только больше становится. Будет тебе поддержка.

Она вытянула ладошку и на её руку упал дубовый листок. Он тут же закрутился и преобразовался в кольцо, а внутри кольца пророс какой-то узор. Я и разглядеть не успел, как она приложила ладонь к моей груди и тут же убрала. Колечка уже нигде не было.

– Когда вернёшься, может быть немного неудобно. То мой оберег прорастать будет. Ну да потом и замечать перестанешь.

– О! Подарок богов.

– Ха-ха-ха. Каких богов? Мы не боги, мы Ассы.

Я непроизвольно почесал затылок.

– Не бери в голову. Придёт время узнаешь. Да и про то, что здесь был тоже лучше забыть.

– И бабе Марье нельзя сказать?

– Ей можешь передать, что заждалась уже я. Да и матушка её будущая уже на сносях, того гляди переходит.

Она звонко рассмеялась и махнув рукой исчезла.

Хм. Не боги значит. Ладно, по ходу дела разбираться будем. И я открыл глаза.

В поле зрения попали качели. Ого, ещё немного и затылком мог угодить. Ну бабуля, ну затейница. А кстати, где она? Ага встала с кресла и ко мне торопиться. Увидав, что я открыл глаза, остановилась.

– Ты чего это валяться вздумал?

Так, значит это не она меня повалила. Да и Тара, вроде, не ожидала меня. Но ведь был толчок. Кто так подшутил? Не мог же я сам от неожиданности посвящения выскочить в другое измерение. Мало данных. Подумаю потом, может быть. Вроде ничего страшного не произошло.

– Это я от неожиданности. Вы чего это вдруг посвящение решили провести?

– Какое такое посвящение? Я просто подтвердила твою принадлежность к нашему роду. Что бы заступница наша, богиня звезды путеводной и всего леса земного и за тобой присмотрела. А то далече ты живёшь. Пригляд за тобой некому из нас вести.

– А мама моя? Она же тоже вашего роду племени.

– Тоже, тоже. Да принятия в род не проходила. Бабушка твоя, Анна Севостьяновна, воспротивилась. Говорит, устала Степана Феофилыча сдерживать. Уж больно силён попался. Не хочет такого дочери своей. Но кровь-то никуда не деть. Выбрала тоже сильного, хоть и рангом пониже. Тоже дел наворотить мог. Да теперь уж под присмотром. Так что, внучек, сам разбираться будешь, а Тара подсобит, коли что.

– Ага, подсобит, уже подсобила. Кстати, Вам привет от неё.

Глаза прабабушки резко округлились, и она чуть пошатнулась на месте. Ой-йой-ой. Это я зря так резко. Она же у нас старенькая. Подскочив я, как мог подхватил бабулю и помог добраться до кресла. Сев, она прикрыла глаза, приложила руку к груди и улыбнулась. Вот же, женщины. Пойди разберись тут. То ли пакость учудил, то ли радость принёс. Раз улыбается, значит ничего страшного пока не произошло. Пусть в себя приходит, а я пока попробую разобраться.

И так, есть род, женщины которого следят, чтобы мужики Мир не порушили, да в хаос его не загнали. Ну это мы можем. Без тормозов в своих хотелках. Подозреваю, что род такой не один. Да и вообще. Выбирать сильных мужчин, это в естестве женщин. Продолжать род надо от сильных, иначе смерть. Но вот сила силе рознь. Эти выбирают тех, кто способен своей энергетикой разорвать ткань мира, сами того не подозревая. Далеко ходить не надо. Дедушка лишь ладошкой махнул, а вся толпа, тут же, колыхнулась и ринулась к свершениям. Сплошная магия. А мы живём и не подозреваем, что во всю пользуемся тем, чего в этом мире якобы нет.

Далее. С какого-то перепугу, во мне проснулась женская ипостась крови. Тут не совсем понятно. Хромосомы там всякие, ДНК. Им всё равно какая там ипостась. Стоп. Тара говорила, что кровь пробудилась, она не упоминала никакую «женскую» её часть. Просто пробудилась. Покопаемся в закромах моей памяти и получаем… Ничего не получаем. Хотя… Есть контакт.

Ну конечно, опять всё на поверхности. Есть мнение, что человек использует свой мозг на 3-5 процентов, гении доходят аж до 10 процентов. ГЕНИИИ, которыми все восхищаются и всего 10 процентов.

Теперь ДНК. Утверждается, что учёные расшифровали код ДНК и пришли к выводу, что мы используем лишь те же 10 процентов. Остальные гены непонятно для чего и пока их принято называть мусорными. Это же надо. 90 процентов лишних запчастей в механизме. Такое просто ни в какие рамки не укладывается.

Нас всегда учили, что в природе всё взаимосвязано и одно без другого существовать не может. На ум пришёл случай в Китае. Решили они, что птицы угрожают урожаю зерновых. Склёвывают, гады, большую его часть. Ну и объявили отстрел пернатых. Даже вспомнились кадры кинохроники, как грузовиками вывозили трупики птичек. В итоге остались китайцы вообще без урожая. Ха-ха. Сожрали его всякие вредители. Насекомые всякие, червячки да грызуны. Всё находится на своём месте. Экосистемой прозывается.

Получаем 90 процентов мозга спит. 90 процентов ДНК не используется. Да мы калечные младенцы в колыбели. А что будет если мы откроем свои возможности хотя бы на половину. Ой, мамочки. Да мы разнесём этом мир на атомы. Вот и ходят по Земле, сами того не подозревая, стражи. Берегут этот мир от полного уничтожения. И одна такая страж, сидит передо мной в кресле.

Вот глаза уже открыла. Найдя меня взглядом, опять улыбнулась.

– Ты ведь не пошутил?

– По поводу?

– Что Тара мне привет передавала.

– Какие уж тут шутки. Ждёт она Вас. Уже всё приготовила.

– А как она относится ко мне? Всё ли ладно я делала?

– То между Вами. Я тут никаким боком. Про то знать не знаю и ведать не ведаю. И сказывать про то тоже не велено. Разве что Вам весточку передать и всё.

– Значит ждёт богинюшка. Значит всё не зря.

На её глазах проступили слёзы. Это сколько же времени она выполняла свой долг, просто веря и не зная наверняка, нужно ли это кому-нибудь, правильно ли она поступает. Да-а. А мне всё пощупать надо, убедиться самому, на зуб попробовать. Пока кувалдометром по башке всё не отмерили, так и сидел в сомнениях. Правильно говорится, человеку не ставятся по жизни невыполнимые задачи. Каждый следующий урок начинается с простого. Почувствовал человек на уровне интуиции, изменился, отдыхай и переходим к следующему. Нет. Ситуация вокруг усложняется. И с каждым таким шагом она становится всё жёстче и жёстче. А если уж совсем ничего не понимает, будь добр на воспитание и перерождение. Вот такие пирожки с котятами, они пищат, а ты жуй. Бр-р-р. Что-то меня не туда потянуло в вывертах сознания.

– Марья Сильвёрстовна, да вы не переживайте так. Всё же хорошо, а будет ещё лучше.

– Это почему же?

– Ну так это. Я же тут, значит будет лучше.

Она рассмеялась.

– Ну мальчишка, как есть мальчишка. А умные слова тут говорил.

– Так если постоянно умничать, можно и за идиота сойти.

– Твоя правда. Ха-ха. Ох и хитрый ты. Будет от тебя помощь роду нашему, чую будет.

– Так какая помощь? Я далеко живу.

– Это не важно. Повязаны вы все нитью невидимой, да поддерживаете друг дружку.

Сразу вспомнился вопрос Людмилы: «Ты наш?». Так вот что она имела ввиду и поэтому благодарила.