Текст книги "Калгари 88. Том 13 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

Глава 15
Дядя Саша и собрание

Когда Арина гуляла с Серёгой и наслаждалась Москвой, совсем недалеко, на Хорошёвском шоссе, 76, в здании Главного разведывательного управления Генерального штаба Министерства обороны СССР происходили не менее увлекательные события, особенно в кабинете начальника отдела специальных операций, генерала Егора Дмитриевича Вахромеева.

Здесь, как всегда, горела тусклая лампочка под зелёным абажуром, в распахнутом сейфе, на дверце которого висел пиджак с генеральскими погонами, блестела бутылка с неизвестным содержимым и два гранёных стакана. На стене привычные портреты Ворошилова, Жукова, Рокоссовского и Будённого. На столе генеральская фуражка, пачка Беломорканала, пепельница, коробок спичек, папка с документами и газета «Красная звезда». Обстановка привычная, кроме удобного кожаного кресла, в котором сейчас сидел начальник отдела специальных операций. «Кресло поменяли на новое. Более подходящее по званию», – сразу заметил майор Александр Юрьевич Федотов, оперативный сотрудник Главного разведывательного управления, сидевший в штатском костюме, плаще и шляпе, надвинутой на глаза, прямо напротив начальника.

Федотову в последнее время задания попадались не слишком хлопотные, занимался текучкой, в основном, бумажной работой. Разве что, прошлым летом съездил один раз в командировку на Урал, целью которой было проверить после урагана состояние здоровья Людмилы Хмельницкой, за которой велось лёгкое наблюдение. Однако Хмельницкая повода придраться к себе не давала, здоровье у неё было хорошее, и сказать по этому поводу было нечего.

– Догадываешься, Сашок, для чего я тебя позвал? – спросил генерал, взял пачку «Беломора» и уже вытащил одну папиросу, но опять спрятал её обратно. «Бросать решил товарищ генерал-майор», – подумал Федотов.

– Нет, не догадываюсь, Егор Дмитриевич, – пожал плечами Федотов.

– Ты себя очень хорошо проявил в прошлой зарубежной командировке в Югославию, – заявил генерал. – Предотвратил, можно сказать, экологическую катастрофу в Чернобыле, сам знаешь, такими кадрами наша контора не разбрасывается. Сверху дали тебе новое задание. Хмельницкая в группе фигуристов отправляется на зарубежные соревнования. В самое сердце нашего, понимаешь, геополитического противника, ФРГ. Будешь сопровождать её, наблюдать за окружающей обстановкой, оценивать политические и террористические риски, а также охранять её и вверенный состав советской делегации. Ты уже человек приработанный в этой сфере, под видом медицинского сотрудника ездил за границу, люди тебя знают. Но самое главное, ты полностью погружён в тему. Постороннего включать мы не хотим. Да и не нужно вводить в дело другого человека. Так что готовься, Саня. Поедешь под той же легендой: врач сборной команды, массажист. Вот тебе вводные и документы.

Генерал пододвинул к краю стола папку с лежащими внутри несколькими бумагами.

– Изучишь дома как положено, потом уничтожишь. Вопросы есть?

– Есть! – заявил Федотов. – Что-нибудь более конкретное узнали про Хмельницкую? Кто она такая, откуда и зачем? Почему мы за ней наблюдаем? Что с ней не так?

– По нашим данным, семья у неё удивительная… – задумался генерал и снова достал пачку папирос. – Отец Хмельницкой из семьи староверов Кулаковых, причём соблюдающих веру и поныне. Из очень старинного рода, прослеживающегося до 15 века. Предок Кулаковых, Храбрыня Кулак сын Соколовский-Некрасов, был дворянином, служил старшим поверенным дьяком в Казённом приказе, при великом князе московском Иване 3 Васильевиче. Занимался разрешением конфликтов на княжеских землях, отданных в поместье служилым людям, и межеванием княжеской земли, отдаваемой в кормленье. Возможно, участвовал в Стоянии на Угре. Наши сотрудники плотно с Актами Юшкова 19 века о дворянских фамилиях поработали. При расколе церкви, в 17 веке, Кулаковы бежали в Сибирь, стали староверами, основали заимку, потом село. При Сталине, в 1931 году, переехали на Урал, в село Бутка. Вот этот момент нами окончательно не понят. Жили они в последнее время в самой глуши, в посёлке Кутурчин Красноярского края. Ничего им не угрожало, репрессиям не подвергались. Такое ощущение, что в моменте тронулись люди с места и обосновались на Урале. Однако хочу заметить – как раз в год переезда Кулаковых из Сибири на Урал, в село Бутку, родился Борис Николаевич Ельцин. Это, кстати, его родина. Мать Хмельницкой из семьи старых коммунистов-ленинцев. Прадед был уральский казак, активно участвовал в революции, гражданской войне, становлении советской власти на Урале, красный партизан, будучи при этом потомком древнего служилого рода, ведущего исчисление от того самого Богдана Хмельницкого, который был организатором Переяславской рады. Больше, увы…

Генерал развёл руками, показывая полную неосведомлённость.

– Больше сказать нечего. Не родовая аристократия, но по происхождению родители Хмельницкой познатнее иных графов Российской империи будут. Люди они все работящие, грамотные, советской власти лояльные, тут не подкопаться. Если рассуждать о чём-то сверхъестественном, о чём, ты понимаешь, в нашей работе рассуждать не стоит… Хмельницкая просто выдающаяся личность, одна из тех, которые появляются раз в тысячу лет. И которые могут оказать на историю очень значительное влияние. В хорошую или в плохую сторону, этого пока наши аналитики сказать не могут. Это мне, довожу до твоего сведения, Саня, неофициально ребята сказали, на ушко, можно сказать, шепнули.

– Хорошо! – кивнул головой Федотов. – Комитетчик в загранку поедет?

– Естественно, поедет, – усмехнулся генерал. – Того хмыря, который с вами в прошлый раз ездил и пьянкой дискредитировал советский строй, сослали лейтенантом, на Дальний Восток, на погранзаставу, на границе с Китаем. Комитету по физкультуре и спорту дали нового человека. Зовут Семён Семёнович Быстров. Далеко не дурак. Человек умный, думающий, анализирующий. Тебя он не знает, так как ты три раза комитетом проверен и просвечен, и действовать вы будете параллельно.

– Оружие? – спросил Федотов.

– Оружия, Сашка, в этот раз не будет, – покачал головой генерал. – Действуй по обстоятельствам. Тебе, я знаю, и столовая вилка может быть оружием.

– Можно приступать, Егор Дмитриевич?

– Приступай! – разрешил Вахромеев.

Федотов встал, слегка поклонился, сдвинул шляпу указательным пальцем с носа и направился к двери, сунув руки в карман плаща. Честь не стал отдавать, так как был в гражданской одежде, и уже приготовился выйти, как генерал тихонько свистнул. «А ведь у него тут может и прослушка быть, – неожиданно подумал Федотов.».

Генерал заговорщицки улыбнулся и кивнул на бутылку, блестевшую в дверце сейфа. Ну что ж, можно и с этого начать загранкомандировку…

… Нечего даже говорить, что 4 дня тренировок пролетели мгновенно, и оставили, как всегда это бывает от чего-то необычного, очень яркое послевкусие. В первую очередь, очень хорошее впечатление от ЦСКА и организации там тренировок. Конечно, тренировки даже на первый взгляд смотрелись очень эффективными.

Этому было несколько причин: во-первых, большой авторитет самого спортивного клуба… Шутка ли, в нём занимались фигурным катанием чуть ли не 40 лет, причём чемпионы начали появляться уже в 1950−60-е годы! Опыт колоссальный! Опыт, проверенный на множестве фигуристов и тренеров. Здесь знали, как максимально подготовить фигуриста и сделать так, чтобы он катал действительно интересную и содержательную программу. Чемпионскую программу! Прокаты Кондрашовой были тому примером. Яркие, интересные и современные, они не затерялись бы даже в 21 веке, на фоне худосочных анорексичных попрыгушек.

Во-вторых, это финансирование. Здесь было прекрасное государственное финансирование, которое выражалось в количестве специалистов и закупке качественного снаряжения. Жук на кадры денег не жалел, выбивал из федерации всеми возможными способами. Кроме основных, работали у него и вспомогательные тренеры, ниже разрядом, ещё в штате находились помощники тренеров, из уже закончивших спортивную карьеру фигуристов, которые сейчас учились в физкультурном институте и на полставки подрабатывали на катке, в зале общефизической подготовки и хореографическом зале. Ни один фигурист не оставался без присмотра, каждый был под контролем, и каждый занимался своим делом каждую минуту и секунду времени, проведённого в спортивном комплексе. Естественно, такой серьёзный подход к работе приносил отличный конечный результат: высокие места и медали самого разного достоинства не только в СССР, но в Европе и в мире.

В-третьих, твёрдая дисциплина. На тренировках никто не галдел, никто не баловался, друг друга не бил, не шпынял и не отрывал дверные ручки. Все занимались заданием, которое ему дали. Такой ответственный подход к тренировочному процессу даже саму Арину, привыкшую к максимальной отдаче, настраивал на рабочий лад. При виде фигуристов ЦСКА, раз за разом совершающих маленькие подвиги на тренировках, она тоже брала себя в руки и делала всё, что от неё требуется. Во всяком случае, Левковцев был доволен, Арина чувствовала это подспудно.

Тренировка 24 сентября закончилась для всех одинаково. Жук в конце хлопнул в ладоши и призвал Левковцева, Фадеева, Арину и Соколовскую к себе.

– Ребята, сейчас у спортивной школы стоит автобус, мы все вместе поедем на общее собрание в федерацию, – заявил Жук. – Сюда уже больше не вернёмся, поэтому берите свои вещи.

Вот и началось…

… Автобус, ждавший фигуристов на стоянке, был автобусом, который возил Левковцева из гостиницы, сюда, к ледовому центру ЦСКА. Фигуристы и тренеры сели в него и отправились в Федерацию фигурного катания, на Лужнецкую набережную, 8.

Учреждение работало как обычно, никакого скопления фигуристов у него не наблюдалось, похоже, на Небельхорн заявлено не слишком много представителей Советского Союза. Впрочем, пока показывали вахтёру на входе свои удостоверения, подошли две пары, одна танцевальная, другая спортивная, которых Арина уже видела на сборах и контрольных прокатах.

Танцевальная пара были тоже из ЦСКА, Наталья Анненко – Генрих Сретенский, тренировались у Жука. Спортивная пара Елена Валова – Олег Васильев, были из Ленинграда, представители спортивного общества «Труд». Тренером у них была Тамара Москвина, которую Арина знала в своём времени как главного тренера питерской школы парного фигурного катания и главного тренера «Мишек»: чемпионов мира 2022 года пары Анастасии Мининой – Александра Гарянова. Вот так вот! Несколько десятков лет суперуспешной карьеры с топовыми парниками! Сейчас Тамара Москвина выглядела очень молодо и элегантно: крохотного роста молодая женщина в длинном пальто бежевого цвета и красивой шляпке.

Когда все зашли в кабинет Шеховцова, тот сразу же усадил всю команду за свой длинный стол.

– Сидите пока, сейчас я Тарасовой позвоню! – велел председатель центрального комитета федерации и сразу же набрал телефонный номер внутренней связи.

– Татьяна Петровна, алло, Шеховцов на проводе! Здесь у меня уже ребята пришли, сборники, которые на Небельхорн поедут! Давайте, пожалуйста, бумаги к нам несите и ручки. Пусть ребята анкеты пишут.

Через пару минут пришла Тарасова, поздоровалась со всеми, перед каждым положила уже хорошо знакомую Арине анкету и перед каждым положила ручку.

– Заполняйте только понятным почерком и, пожалуйста, не марайте бумагу, исправления не допускаются! – строго сказала Тарасова. – Если что-то непонятно, спрашивайте или у меня, или у Валентина Игоревича.

Арина помнила, как заполняла эту же анкету в прошлый раз, поэтому справилась относительно быстро, точно написав лишь ФИО, дату рождения, национальность, место жительства, место учёбы, а в остальных графах везде наставив «нет», «нет», «не привлекалась», «родственников за границей нет», «судимых нет», «беспартийная», «осуждена не была». Потом, подписав, отдала бумагу Тарасовой.

Когда все фигуристы написали анкеты, что, судя по всему, было простой обычной формальностью, Шеховцов посмотрел на часы и пригласил всех в актовый зал.

– Долго не будем задерживаться, – предупредил руководитель федерации. – Все из вас за границей уже были, правила безопасности знают. Однако кое о чём мы ещё вам расскажем, вдруг кто-то потерялся в воспоминаниях.

Когда вошли в актовый зал, там, за председательским столом, уже сидели несколько человек. Арина сразу заметила двоих врачей: Фицкина и хорошо знакомого ей дядю Сашу Федотова, который, оказывается, был специалистом самого широкого профиля. Похоже, Федотова на постоянной основе прикрепили сопровождать команду по фигурному катанию. Что ж, как человек он ей нравился: был ответственный, немногословный, поэтому без преувеличения можно назвать его своим союзником.

Рядом с Федотовым сидел уже знакомый представитель комитета по физкультуре и спорту – Виталий Леонидович Шмутко, и рядом с ним ещё один мужик в чёрном костюме, белой рубашке с полосатым галстуком. Вид у него был обычный, как у рядового человека, и даже походил он скорее на школьного учителя. Однако по быстрым внимательным глазам Арина почему-то подумала, что это безопасник, скорее всего, представитель КГБ, который сопровождал спортивные команды за рубеж.

Когда все собрались, первым начал говорить Шеховцов.

– Здравствуйте, дорогие наши спортсмены, – сказал руководитель федерации. – Рад видеть вас в добром здравии и с хорошим настроением. Вот и собрались мы на предстартовое собрание перед поездкой в Германию. Расскажу вам обо всём в общих чертах. Завтра собираемся здесь, в Федерации фигурного катания, в 13:00 дня. Перед тем как приехать, на 10 раз проверьте вещи, снаряжение, лекарства, всё, что требуется для успешного выступления за границей. Можете взять с собой немного нескоропортящейся еды. Потом организованно, на автобусе, едем в аэропорт Шереметьево-2. Авиабилеты будут у меня, на регистрацию я их сам предъявлю. По приезде в аэропорт проходим регистрацию, пограничный, таможенный контроль, садимся в зоне ожидания, ждём свой рейс, который будет в 15:00. На этом мои слова заканчиваются, передаю слово товарищу Шмутко, специалисту по международной работе Комитета по физкультуре и спорту СССР, который более точно познакомит вас с заграничным вояжем.

– Здравствуйте, товарищи, – Шмутко поднялся над столом. – Вылетаем мы в 15:00 рейсом до города Мюнхена, это столица федеральной земли Бавария. Там нас будет ждать чартерный автобус, на котором мы поедем в город Оберстдорф. До него 195 км. Это примерно 2,5 часа езды. Нас сразу привезут в гостиницу Alpenhotel Oberstdorf, где мы поселимся согласно списку. Потом, через час, который нам дают на обустройство, мы направимся в ледовый дворец Eissportzentrum Oberstdorf, где состоится общее собрание спортсменов и тренеров, участвующих в турнире. На нём нам расскажут регламент, выдадут расписание турнира и список тренировочных групп, также будет проведена жеребьёвка стартовых номеров. Теперь о безопасности. Напоминаю лишь, что будьте бдительными: с вами будут проживать представители капиталистического мира, поэтому высоко несите звание советского спортсмена. На этом у меня всё. Передаю слово главному врачу команды товарищу Александру Васильевичу Фицкину, кандидату медицинских наук, врачу сборной по фигурному катанию. Он расскажет о медицинском обслуживании команды и санитарной культуре.

– Здравствуйте, ребята, – Фицкин встал из-за стола и кивком головы поздоровался со всеми. – Начну с того, что все вы по состоянию здоровья допущены к соревнованию. Документы у меня имеются. Теперь напомню вам о санитарных нормах поведения за рубежом. Вы все люди взрослые, унитазом и ванной пользоваться умеете, поэтому на санитарии зацикливаться не буду. Скажу лишь о питании и питьевой воде. Питание вам будет организовано в ресторане, который находится в гостинице. Меню ресторана спортивное и рассчитано на обычного человека, без всяких изысков. Ни в коем случае не советую покупать еду в местных кафе, ресторанах и на улице. Сами знаете, после этого можно получить пищевое отравление, и тогда соревнования окажутся смазанными. Пить рекомендую только аккредитованную воду, которая сертифицирована организаторами для этого соревнования. То есть, ни в коем случае не покупайте сами никакую воду у посторонних лиц в барах или отелях. Помните, что вы как спортсмены несёте ответственность за выполнение антидопингового законодательства. Случайно попадётся какой-нибудь недоброжелатель или провокатор, капнет запрещённое средство, чтоб вас подставить, и привет, дисквалификация. Если открываете аккредитованную воду, то или допивайте её всю, или уже эту бутылку не берите, открывайте новую. Воды там будет достаточно. Отдельно об алкоголе: это допинг в количестве 0,10 промилле на килограмм веса, а это очень мало, всего выпитый стакан пива. Поэтому никакого алкоголя, никаких баров. Ну и последнее: если почувствуете любое недомогание, даже самое незначительное, обращайтесь ко мне или к моему помощнику, товарищу Федотову, которого многие из вас видели и знают. Сами ни в коем случае не принимайте лекарства, которые, опять же, могут входить в список веществ, запрещённых антидопинговым агентством. Отдельно о допинге. Пожалуйста, если по назначению терапевта принимаете какое-то средство, о котором мы не в курсе, поставьте нас в известность, поговорите со мной. На этом у меня всё, передаю слово Семёну Семёновичу Быстрову, специалисту по безопасности и безопасному поведению за границей.

Как Арина и думала, незнакомый человек оказался специалистом по безопасности. Интересно, что он скажет…

Глава 16
Новая одежда

Собрание продолжалось. Фигуристы с интерсом смотрели на нового специалиста по безопасности.

– Здравствуйте, товарищи спортсмены, меня зовут Семён Семёнович Быстров, я специалист по безопасности, – с места встал тот самый незнакомый Арине мужик в чёрном костюме. – Сначала расскажу вам об общих правилах поведения за границей. Первым делом помните, что вы представители великого советского государства, и по вашему поведению будут судить целиком о нашей стране. Поэтому ведите себя достойно, спокойно, уверенно. На возможные провокации не поддавайтесь. Помните – вы на враждебной вам территории, с чуждой идеологией. С посторонними людьми не общайтесь, интервью давайте только в официально регламентированном месте. На вопросы журналистов отвечайте спокойно, уверенно, быта и жизни в СССР не касайтесь. Очень важно: вечером по улицам не ходите, сами знаете, Запад – это место оголтелой преступности и разнузданного разврата, там легко можно стать жертвой преступления. Всё свободное время рекомендуется проводить в отеле. И особо затрону второй момент. Оберстдорф это альпийский горнолыжный курорт для состоятельных западноевропейцев, с множеством гор и горнолыжных трасс. Местность горная, часто бывает туман, в котором можно заблудиться прямо у дома, в это время уже возможны заморозки, снегопады. Поэтому ни в коем случае не ходите на прогулки в близлежащие леса или горы, которые там совсем близко. В горах есть карстовые провалы и глубокие пещеры, похожие на вертикальные колодцы, куда легко можно попасть, половина из них не обследованы, не исследованы и даже не отмечены на карте. Поэтому крайне рекомендую не ходить ни в лес, ни в горы. Отсутствие в гостинице продолжительное время будет считаться побегом из СССР со всеми вытекающими последствиями. На этом у меня всё.

Федотов вполглаза посмотрел на нового безопасника. Несмотря на грозные речи, проговорил он их на автомате, как будто не придавая серьёзного значения и лишь исполняя требуемую от него работу. Скучную и бесполезную. Ведь очевидно, что если кто-то из спортсменов решит бежать из СССР, ему будет достаточно лишь перейти улицу и укрыться в любом из домов. Делегация уедет, а человек останется… У Федотова сложилось впечатление о новом безопаснике как о человеке себе на уме. Это плохо. Войти в контакт с такими намного труднее, чем с тупыми карьеристами.

– Ну а сейчас давайте перейдём к финансовым вещам, – сказала Тарасова. – Они более приятные. Если у кого-то есть проблемы с формой, одеждой, экипировкой, обратитесь ко мне, и я вам выдам всё, что надо: коньки, кроссовки, костюмы, бутылки для воды, наборы салфеток. Также сейчас в кассе по удостоверениям вы получите командировочные за 6 дней: тренеры 59 рублей 40 копеек, спортсмены 53 рубля 40 копеек. Также в этой же кассе, по удостоверению и паспорту вы получите заграничную валюту для своих личных трат за границей: немецкие марки. Поменять можно будет только 30 советских рублей. По курсу Государственного банка СССР это составляет 100 дойчмарок. На этом всё. Передаю слово товарищу Шеховцову.

– Ещё прошу минуточку внимания, – сказал Шеховцов. – В состав нашей делегации входит переводчик Тамара Васильевна Флоте. Если у вас есть какие-то проблемы с английским языком, просите её, она будет переводить все важные моменты. Остальные члены делегации перед вами уже выступили, и вы их знаете. Ещё раз хочу поблагодарить вас за ваш труд, за то, что вы тренировались и готовились к этому старту. Медали на этом соревновании я от вас не требую, лишь прошу, чтобы выступили достойно и не посрамили честь своей страны. На этом всё. Увидимся завтра.

После такого многообещающего пожелания общее собрание отъезжающих за границу оказалось закрытым. Фигуристы с тренерами встали и направились на материальный склад для получения одежды и спортивного снаряжения: лишним запас не будет, тем более отдают просто так, только бери… Хотя, конечно же, ничего удивительного тут не было: начался новый сезон, и все фигуристы, члены сборной команды страны, должны быть обеспечены новой одеждой, обувью и инвентарём.

На складе, так же как в прошлый раз, выдавали большие спортивные сумки, костюм сборника, состоящий из плотной синей олимпийки фирмы Adidas с гербом Советского Союза на левой стороне груди и крупной надписью USSR на спине, спортивных штанов этой же фирмы, синюю спортивную демисезонную куртку на синтепоне до середины бедра, тоже с надписью USSR на спине и гербом Советского Союза на груди, круглую спортивную шапку фирмы Adidas, зимние высокие кроссовки Adidas чёрного цвета, лёгкие кроссовки Adidas чёрного цвета, майку, лёгкие спортивные штаны, всё фирмы Adidas, белые коньки фирмы Graf, две бутылки для питья, набор одноразовых салфеток, рулон импортной туалетной бумаги, блокнот с ручкой для записей. Дорого-богато!

Одежда была разложена на деревянных стеллажах, целыми комплектами, с фамилией на каждом.

– Кажется, в этот раз дали больше, – заметила Арина, глядя на такое богатство. – И даже коньки новые дали.

С коньками действительно получилось забавно. Вот только что, кажется, летом на сборах выдавали новые коньки, и вот опять новьё: получите и распишитесь! Федерация решила шикануть! А может быть, Совет министров, или… Ельцин? Горбачёв?

– Здесь уже всё разложено по размерам и по фамилиям, – заявила Тарасова. – Одежду меряйте, не полагайтесь на случай и удачу. Могли и ошибиться. Однако вся одежда дана по вашим прошлым размерам, которые, по идее, не должны увеличиться. Если стала больше: худейте!

Не должны-то не должны, однако среди команды было двое подростков: Соколовская и Хмельницкая, которые теоретически должны были вырасти, так что всё-таки девчонкам пришлось всю одежду мерить, встав в уголке, за стеллажи с материальными ценностями и по очереди прикрывая друг друга раскрытой курткой. И ведь правильно сделали! Пришлось штаны, олимпийку, куртку, майку менять: получать на размер больше.

– Выросли, – заключила Тарасова. – Сейчас поменяем, нет проблем.

Когда мерили второй раз, одежда оказалась уже нормальной. Арина сложила своё богатство в спортивную сумку и потрогала её: вес получился нормальный!

Потом в сопровождении Тарасовой вся компания направилась в кассу, где каждый получил командировочные за 6 дней, и тут же, отсчитав 30 рублей, поменяли их на валюту, на 100 немецких марок. Каждый член команды брал две бумажки бежевого цвета с нарисованным мужиком в старинной одежде и с париком на голове, с цифрой 50, внимательно рассматривал и удивлялся. Невиданные доселе бумажки!

– Интересно, что на них купить можно? – с интересом спросила Арина, аккуратно складывая деньги в карман. – Я помню, на югославские динары мало чем можно было затариться.

– Мало-немало, однако косметикой и средствами ухода для волос мы затарились, – заметила Соколовская. – И они нам на пользу пошли, на показательный как люди накрасились.

Арина понятия не имела, сколько можно купить на эти марки. В её времени в Европе ходили евро, и, например, 100 евро была, конечно, незначительная сумма, но и не маленькая, на джинсы с майкой хватило бы…

Когда все получили положенное, Тарасова сказала, чтобы все садились в служебный автобус.

– Развезём вас куда надо! – заявила Татьяна Петровна. – Завтра не опаздывайте!

Ответом ей были одобрительные возгласы фигуристов: с такими тяжёлыми сумками по транспорту сильно не походишь…

… Автобус довёз Арину и Соколовскую прямо до подъезда, водитель помнил, куда отвозил Арину в день прибытия в Москву. С трудом выбравшись из узкой двери, подружки направились в подъезд.

Когда зашли в квартиру, Арина почувствовала, как сильно устала: утром упорно тренировались, потом, не передохнув, поехали в федерацию, не позавтракав, потом проходило долгое собрание, потом возня с одеждой и примеркой, потом стояние в очереди за деньгами. Арина посмотрела на часы: время 13:20.

– Может, сейчас на обед сходим? – спросила Арина у Соколовской.

– Пошли! – махнула рукой Марина. – Уже живот подворачивает.

В столовой Арина Серёгу не встретила, хотя очень желала. Не торопясь пообедав, отправились домой, где после короткого отдыха начали собирать сумки. Перед Ариной остро встал вопрос – брать с собой новые коньки или не брать. Очевидно, что стоило бы взять как запасной вариант, если сломаются рабочие, однако Арина никогда так не делала, поэтому отказалась. Да и в целом, из только что полученной одежды брать с собой в Германию практически нечего: старая одежда сборника, в которой ходила считанное количество раз, была ещё нормальная. Разве что кроссовочки… Зимние кроссовки Аdidas, которые выдали сегодня, естественно, смотрелись лучше, чем тёплые китайские сапоги, поэтому Арина решила ехать в них. Плюс поменяла тренировочные кроссовки на новые. Положила в сумку туалетную бумагу, новые салфетки в салфетницу и взяла новую бутылку для воды. Остальные вещи, которые не понадобятся, решила оставить в новой, только что полученной сумке в комнате. Потом, по приезде из Германии, увезти эту сумку домой.

– Надо бы ещё в магазин сходить, перекусить что-то взять в дорогу, – заявила Арина.

– Тут всё есть! – возразила Маринка. – Завтра утром хлебом с колбасой позавтракаем, яичницу поджарим, остальную колбасу и хлеб на бутерброды пустим, печенье, пряники, конфеты с собой возьмём. Ничего не стоит покупать, наоборот, надо всё, что здесь имеется, съедать, потому что нас четыре дня не будет.

– Тогда сейчас пойду спать, – заявила Арина. – Вечером, может быть, пойду погуляю.

– С Серёгой? – ехидно спросила Маринка и посмотрела на Арину, сразу покрасневшую.

– Может, и с Серёгой, – смущённо ответила Арина. – Мы с ним на сегодняшнюю встречу не договаривались, потому что я не знала, когда у нас собрание закончится. Договорились встретиться у общаги в 18 часов.

– Фигово… А я тебе хотела компанию в прогулке составить, – усмехнулась Соколовская.

Блин, ну как вот у ней получается постоянно поддевать любого человека, это же какой офигенный талант тролля пропадает! Практически каждым своим предложением Соколовская или вгоняла Арину в неловкое положение, в стеснение, когда приходилось краснеть или мямлить что-то невразумительное, или, наоборот, как сейчас, заставлять себя же корить за то, что якобы злая жестокая Арина отказалась гулять с подружкой. И что вот делать?

– Нууу… Давай с нами сходим… – неуверенно промямлила Арина, чувствуя, что делает она совсем не то. Не надо так делать! У ней же будет свидание с Серёгой!

Однако в том-то и дело, что Арина иначе не могла поступить! Она была очень вежливой и примерной девушкой, никогда никогда бы не сделала так, чтобы на неё обижались, пусть даже это и ехидная Соколовская!!

– Ладно! – живо согласилась Соколовская. – Если вы будете сосаться, я просто в сторону отойду.

– Да ну тебя на фиг, Маринка! Задрала уже! – рассмеялась Арина и неожиданно для себя бросилась на Соколовскую, схватила её за талию и бросила на диван. Соколовская так удивилась этой дерзости, что даже не знала, как среагировать и широко открытыми глазами смотрела на дерзкую подружку. Соколовская привыкла к личной дистанции, а сейчас она оказалась самым бесцеремонным образом нарушена! Арина тут же начала щекотать Маринку за бока и подмышками, от чего та пронзительно завизжала.

– Ааааа! Люська! Прекрати! А-ха-ха! Спасииитеее! – смеясь, кричала Соколовская и брыкала ногами, пытаясь отбиться от безжалостных рук.

Арина бросила щекотку, поднялась на ноги и помахала пальцем перед покрасневшим лицом Марины.

– Смотри! Я за тобой слежу!

Соколовская насмешливо фыркнула и завалилась на диван, показав язык. Арина, в свою очередь, показала язык Маринке и отправилась в спальню. Усталость действительно напала с бешеной силой…

… Вечером, когда пошли на променад в направлении общаги, решили заодно зайти в столовую поужинать, хотя время ещё было относительно раннее для ужина. Однако потом, вечером, куда-то идти было неразумно, нужно было отдохнуть перед перелётом в Германию. Перед входом в столовую встретили Серёгу. Он сидел на скамейке в вестибюле и кого-то ожидал, болтая ногами и глядя по сторонам. Он ждал Арину! Увидев подружек, обрадовался и замахал рукой.

– Привет! Вы куда?

– Мы ужинать, – насмешливо сказала Марина. – А потом с тобой пойдём гулять. Ты как, не против? Справишься с нами двумя?

– Я с вами тогда поужинаю! – решительно заявил Серёга.

Поставив на подносы молочный суп с лапшой, хлеб с маслом, булочку и чай, вся троица прошла на свободный столик у окна, где уютно расположилась прямо у батареи, от которой разливалось приятное тепло. Арина неожиданно почувствовала сильную эмоциональную близость со всем вокруг: и с окружающей обстановкой, и с Серёгой, и даже с Маринкой, которая, несмотря на всю свою несносность, всё-таки была девчонкой нормальной. Относительно нормальной, конечно…

После ужина, как всегда, прошли в знакомый скверик напротив столовки, сели в свободную беседку и принялись болтать о всяком. Потом, наскучив сидеть, перешли дорогу, и опять прогулялись по Ленинградскому проспекту, уже в другую сторону, разглядывая красивые дома, прохожих, возможно, рассчитывая встретить кого-нибудь из знаменитостей. Однако никого не встретили. Потом Серёга решил проводить подружек до дома, причём шли точно так же, как раньше: Маринка впереди, как ледокол, Серёга с Ариной позади, взявшись за руки. Такая вот идиллия…