Текст книги "Калгари 88. Том 13 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Когда расположились на диване, Габриэла Рубио спросила у Соколовской, жалеет ли она о переходе из Екатинской спортивной школы в московскую.

– Ничуть не жалею, – помолчав, ответила Соколовская. – Если бы я осталась там, я всегда была бы под тенью Люды Хмельницкой. Нам пришлось бы конкурировать друг с другом на одной площадке, и я думаю, перевес был бы не в мою пользу.

– Что ты испытывала, когда приехала сюда? – с любопытством спросила Габриэла Рубио.

– Если сказать честно, я очень боялась, – призналась Соколовская. – Мне было очень страшно уезжать из родного дома, где за мной всю жизнь ухаживали родители, было страшно даже подумать, что мне придётся жить одной, самостоятельно вести какой-то быт, готовить себе есть, это очень сильно расстраивало. Я буквально половину лета не могла настроиться и привыкнуть, что я теперь живу в Москве. Это был очень серьёзный стресс.

– Но ты его всё-таки преодолела? Каким образом?

– Да, я его преодолела, – согласно кивнула головой Соколовская, блеснув синими глазами. – В первую очередь мне в этом помогли мои тренеры, Станислав Алексеевич Жук и Елена Германовна Недорезова. Они понимали, что я испытываю стресс и от этого мои тренировки становятся неэффективными. Помогали всяким. В основном, организовывали с группой культурные вылазки по театрам, музеям, в кино. Много разговаривали. Давали задания, чтобы я дома что-то сделала: прочитала книгу или нарисовала рисунок. Так я стала более ответственной и укрепила психологию. Да мы даже на природу выезжали или на дачу к кому-нибудь, и шашлыки жарили! Это как-то всё сплачивало, и к июлю месяцу я уже ощутила, как будто всю жизнь занимаюсь в этой группе. Наладилась и бытовая жизнь. Сейчас меня абсолютно ничего не тревожит.

– Это поразительно! – удивилась Габриэла Рубио. – Сейчас я хочу задать тебе вопрос, на который ты можешь отвечать, а можешь нет. Однако помни, что материал, который я напишу, будет читать очень большая аудитория, в том числе и твои соперницы с их тренерами. Итак, вопрос такой: ты собираешься как-то усложняться к зарубежным соревнованиям? Собираешься учить какие-либо новые элементы, те же самые прыжки?

– Ну, если меня услышат мои соперники… – рассмеялась Соколовская. – Пусть тогда знают и боятся, да, я разучиваю много новых прыжков, и некоторые из них будут очень удивительными для моих соперниц. А больше пока ничего говорить не буду. Всё увидите на соревнованиях. А сейчас извините, я вроде бы сказала всё, больше мне добавить нечего.

Соколовская уверенно распрощалась с Габриэлой Рубио, показывая, что инициатива в интервью всё-таки у неё, а не у прославленной журналистки, и отправилась к выходу из ледового центра. Габриэла сидела с лёгкой улыбкой ещё некоторое время и в очередной раз удивлялась, какие в СССР сильные духом и такие разные по характеру спортсменки. Надвигающийся сезон в фигурном катании обещал быть очень и очень интересным…

… Во вторник Арина отпросилась с тренировки на среду и утром, вместе с отцом, отправилась в Свердловск, в магазин «Берёзка». В планах стояло купить наконец-то импортный телевизор и видеомагнитофон. Мама не поехала, сославшись на то, что много работы, да и вообще, пусть что хотят, то и берут, она полностью доверяет своим домочадцам.

– Интересно, если они сломаются, где же мы их ремонтировать будем? – как бы невзначай спросил папа, глядя на дорогу.

Ехали неспешно, постоянно переговаривались, и Арина сначала не нашлась, что ответить на этот вопрос.

– Надо верить, что не сломаются, – помолчав, ответила Арина. – Я думаю, вскоре ремонт импортной техники не будет большой проблемой.

– Вот как… – удивился Александр Тимофеевич. – С чего бы это такое умозаключение?

– Потому что, я думаю, каждая система стремится к своему органическому совершенству, – брякнула первое пришедшее на ум Арина. – В данном случае, если есть такая техника, значит, кто-то её ремонтирует.

Отец рассмеялся, не найдя что возразить в ответ. У Арина была непробивная логика…

Приехав в Свердловск, сразу же направились на улицу Малышева, 31В, где находилась Главная сберегательная касса. Процедура выдачи чеков протекала так же, как и в прошлый раз. Арину проводили к директору, мужчине в очках, средних лет, одетому в костюм с галстуком. Он осмотрел документы Арины: свидетельство о рождении, справку о зачислении денег, подписанную председателем Совета министров СССР Николаем Рыжковым, и свидетельство мастера спорта международного класса СССР на имя Хмельницкой Л. А.

– Никаких препятствий отоварить чеки нет, – пожал плечами мужчина и пододвинул ей ведомость и чековую книжку, в которой лежали 50 чеков номиналом по 100 рублей каждый. На главной странице чековой книжки было написано её имя, отчество и фамилия, а также надписи «Внешпосылторг» и «Бесполосный».

Арина положила книжку в сумочку, поблагодарила за оказанную услугу и вышла из здания сберкассы.

– Теперь поехали на Азина, 46, – заявила Арина, когда села в машину. – Лишь бы только там было то, что нам надо…

А вот так ли это… Никто не знал…

Глава 9
Начало мощной подготовки

В магазине с вывеской «Berezka» всё оставалось почти таким же, как в их прошлый визит в июле. Нагловатая охранница ВОХР у входа и почти полное безлюдье. Память у охранницы была хорошая, узнала она Арину сходу и вежливо махнула рукой, приглашая входить в магазин.

Зато в отделе, где стояла бытовая техника и электроника, ассортимент оказался значительно пополнен по сравнению с тем, что они видели раньше. Появились блочные музыкальные центры Technics и Kenwood, естественно, с компакт-дисками, а также блочная аудиоаппаратура советского производства высшего класса, которая, несмотря на баснословную цену в тысячи рублей, в магазинах была дефицитом. Арина, конечно же, не отказалась бы прикупить себе такой hi-end, однако сейчас было не до этого.

На полке стояли импортные телевизоры с экраном 51 и 54 сантиметра. По сравнению с громадными советскими цветными ящиками, которые весили 50–70 килограммов, выглядели они совсем пушинками, хотя экран имели точно такой же. Цены были высокие, телевизор Sharp с экраном 54 сантиметра стоил 3000 инвалютных рублей, телевизор Funai 51 сантиметр – 2500. Тут же стояли видеомагнитофоны. Sharp стоил 2000 рублей, Funai и Supra – 1800 инвалютных рублей, ещё продавались видеоплееры Funai и Supra, они стоили ещё дешевле – 1500 рублей.

Папа, глядя на такие громадные цены, сразу же предложил купить то, что подешевле.

– Куда нам такую дороговизну, – удручённо покачал он головой.

– Нет! – возразила Арина. – Что мы, будем деньги жалеть? Они, может, скоро в тыкву превратятся! Никогда не надо покупать дешёвые вещи, если имеешь возможность покупать более дорогие и качественные!

– И чего же это деньги превратятся в тыкву? – с интересом спросил отец. – Впрочем, сейчас речь не об этом, деньги твои, и, естественно, ты вольна делать что хочешь.

Арина отдала товароведу чековую книжку и сказала, что они купят телевизор Sharp за 3000 рублей и видеомагнитофон Sharp за 2000. Через несколько минут со склада принесли коробки с купленной техникой и открыли их. Папа смотрел на невиданную доселе технику, чёрную, красивую, с дистанционным пультом управления, и удивлялся: делают же люди!

Тут же в магазине настроили телевизор с помощью техника, подсоединили видеомагнитофон, проверили магазинной видеокассетой его работоспособность. Александр Тимофеевич смотрел на телевизор, на видеомагнитофон и не верил, что такие дорогие вещи будут стоять у них в квартире. Изображение было потрясающее. Цвета яркие, сочные, чистые. Никакого сравнения с советскими телевизорами!

Потом с помощью техника упаковали электронику обратно в коробки и вынесли из магазина, погрузив их на заднее сиденье машины. Теперь предстояло довезти технику домой в целости и сохранности.

В целом, съездили удачно, и всё получилось хорошо, за одним исключением: потратили все деньги на телевизор и видеомагнитофон, так что их совсем не осталось на видеокассеты. И теперь придётся как-то решать эту проблему на зарубежных соревнованиях…

…После того как Арина решила текущие проблемы, связанные с учёбой и видеоаппаратурой, она почувствовала себя словно освобождённой от всего земного, что притягивает её и не даёт взлететь выше. Сейчас можно было полностью, на 100 процентов, сосредоточиться на тренировках и улучшению своей стабильности.

Времени осталось немного, по сути дела, всего 2 недели, и на их протяжении необходимо подтянуть наметившиеся на контрольных прокатах косяки, в первую очередь, связанные с обязательными фигурами, поэтому на них сделали самый главный акцент. Арина понимала по контрольным прокатам, что отставание от конкуренток начало нарастать сразу же, после обязательных фигур. Поэтому тактика должна быть такая: лидировать в соревнованиях прямо со школы.

Левковцев на одной из ледовых тренировок в первой декаде сентября, сделал самодельный циркуль из трёх лыжных палок, плотно стянув его верёвками и изолентой. Потом разметил на льду требуемые траектории движения элементов тройка – скобка – круг. Радиус примерно полтора метра. Увидев, что отчертилось хорошо, на небольшом расстоянии друг от друга, вдоль всего ближнего длинного борта, расчертил точно такие же фигуры.

Фигуристы с удивлением смотрели за такими приготовлениями. А ведь заняли они довольно много времени!

– Что стоите, уши развесили? – усмехнулся тренер. – Разминайтесь в той стороне катка, потом через 5 минут, как разогреетесь, подъедете и будете исполнять школу, именно вот эти фигуры, именно вот по этой траектории. Начинает Хмельницкая.

Надо признаться, Арина подивилась догадливости Владислава Сергеевича. Что называется, голь на выдумки хитра! Осталось протестировать этот тренерский лайфхак в деле.

Арина вышла на лёд, тщательно ступая, объехала начертанные на льду фигуры и начала разминаться в дальней части катка. Народу сейчас на льду было много, прыжки не тренировались, оставалось лишь исполнять шаги, развороты на как можно более крутых дугах и рёбрах, при этом наблюдая, что делают остальные одногруппники. В очередной раз подтвердилось мастерское владение коньком у Горинского и Муравьёвой. Катили они легко, непринуждённо, почти без снега и скрипа лезвия по льду. Так же бесшумно и легко ехала Анжелика Барышникова, что можно было объяснить её лёгкостью тела. Однако и базовые элементы у неё получались неплохо для её возраста.

У остальных фигуристов и фигуристок были определённые проблемы. Савосин ехал всё так же тяжело, Авдеева чуть получше, а остальные девчонки катались, такое ощущение, чисто для себя. Для того чтобы заставить их работать, требовалось немалое усилие Виктории Анатольевны, которая постоянно была на льду и подстёгивала отстающих и ленящихся.

Через 10 минут Арина почувствовала, что размялась хорошо. Сделала несколько контрольных элементов, чтобы проверить легкость голеностопа: ина-бауэр, собачку, потом исполнила вращение в заклоне. Есть! Чисто!

За время последних ледовых тренировок она полностью привыкла к конькам. Чувствовала, как будто вросла в них, и это в конце концов должно было привести к хорошим результатам. По крайней мере, так гласила фигурнокатательная теория. А вот практика…

– Владислав Сергеевич, я готова! – крикнула Арина и подъехала к самой крайней секции начертанных на льду фигур.

– Если готова, исполняй! – согласился Левковцев и махнул рукой, словно призывая её приступить к активным действиям.

Арина остановилась в месте, где начинается тройка. Ещё раз немного словно поёрзала по льду, проверяя работоспособность голеностопа и конька, и плавно тронулась с места. Проехала на правой ноге все секции очень хорошо, естественно, не с каллиграфической точностью, однако траекторию выдержала очень точную и плавную, без ошибок. Потом развернулась моухоком и сделала секцию на левой ноге, в обратную сторону. Когда остановилась, оглянулась на след от коньков, и даже удивилась: всё чётко, как в аптеке!

– Прекрасно! Хвалю! – оценил исполнение элементов Левковцев. – Теперь продолжай, пока не устанешь.

– Что? – изумилась Арина. – Я же всё сделала с первого раза!

– Нет! Ты не сделала! – непреклонно покачал головой тренер. – Сейчас будем тренировать до посинения. Люда, пойми, мне нужно 100 процентное исполнение этих элементов на любом льду, при любом психологическом давлении. Ты понимаешь, что здесь, на родном льду, ты можешь исполнять их прекрасно, со стопроцентной гарантией, но на соревнованиях опять будет либо плохой лёд, либо исчерченный соперницами, и мы опять придём к тому, с чего начинали. Так что исполняй в течение получаса. Чтобы всё получалось на автомате.

С недовольным видом Арина пошла катать фигуры. Тактика Левковцева была ей понятна: сделать так, чтобы школа при любых обстоятельствах получалась прекрасно, вне зависимости от внешних условий. Однако Арина, как опытная спортсменка, знала, что можно выдрессировать фигуры на прекрасном уровне, однако на соревнованиях завалить их. И это никак нельзя было проконтролировать, к большому сожалению. Акклиматизация, незначительная травма или небольшое растяжение, порез руки лезвием, психологическая неготовность, страх соревнований, всё это могло сыграть в минус старт, и ничего тут не поделать. Ни один фигурист не хотел выступать плохо, все хотели выступать хорошо, и многие выступали хорошо именно на тренировках, А вот на соревнованиях получалось не у всех.

Однако поперёк воли тренера не попрёшь, поэтому Арина сжала волю в кулак и принялась катать фигуры. Воспринимала это как нудную, тяжёлую, но очень необходимую работу. Основная проблема была ещё в том, что при исполнении фигур нагружались только определённые группы мышц, в основном на ногах и поясе, которые уставали больше всего. Кажется, ещё можешь кататься, давление и сердце работают хорошо, а ноги уже отваливаются. Однако Арина прошла этот путь боли до конца…

В течение получаса она проезжала фигуры много раз, однако чёткой, выверенной, надёжной на 100 процентов системы так и не получалось. Одни секции получались прекрасно, как по учебнику, и даже два-три раза подряд. После этого выходила и сразу же поскальзывалась на льду, смазывала траекторию, потом исполнение восстанавливалось, но ошибка уже была сделана, и судьями, если бы они судили этот прокат, была бы учтена. Потом выходила снова и опять получалось несколько раз исполнить фигуры без ошибок. Это система ещё раз доказала Арине что в спорте очень многое зависит от случайности, везения и удачи. Не зря фигуристы, также как и все спортсмены, считались очень суеверными людьми, многие крестились перед прокатами, или носили крестики так, чтобы их было видно всем.

Как работают остальные фигуристы, она не знала, даже не обращала внимания, полностью сосредоточившись на себе, однако по истечении получаса Левковцев сказал, что всё хорошо, фигуры получаются нормально, теперь объявляется небольшой перерыв, после которого начнутся тренировки прыжков.

– В это время, пока вы отдыхаете, Биткеев и Крестьянова тренируют парные элементы из короткой программы! – заявил Левковцев. – Парники! Приступайте, только без фанатизма!

Арине очень любопытно было посмотреть, что именно будут тренировать начинающие парники из группы Владислава Сергеевича. Когда заиграла музыка Рахманинова, ребята исполнили начальную растанцовку на льду, потом взяли друг друга за руки, стали разгоняться к левому короткому борту, где развернулись задними перебежками и покатили к правому короткому борту, у которого исполнили двойную подкрутку. Подкрутка получилась откровенно неважно: Наталья не успела поднять руки и при приземлении задела ими за плечо партнёра, вследствии чего он покачнулся и чуть не свалился на лёд. Однако ребята не унывали, тут же стали разгоняться к левому короткому борту, у которого исполнили парный двойной аксель. В этот раз Наталью качнуло на выезде, она приземлилась в степ аут, едва не свалилась. Потом, друг за дружкой, ребята запороли почти все элементы: двойной лутцевый выброс, тодес назад-наружу, дорожку шагов.

Всё исполнили с небольшой грязью или ошибками. Хорошей вышла только поддержка, да и то она была достаточно простая: парень поднял партнёршу на обе руки, держа её за талию, и несколько раз прокрутился вдоль вертикальной оси, держа партнёршу на вытянутых руках над головой.

Однако, похоже, ребята были рады даже такому далёкому от идеала исполнению программы. Их очень радовало то, что они делают, а ошибки уберутся упорными тренировками. Арина посмотрела на остальных юниоров: они очень внимательно наблюдали за парниками. Не исключено, если у Данила и Наташки пойдут хотя бы какие-то результаты, то этим видом фигурного катания могли решить заниматься и другие воспитанники Левковцева.

В конце тренировки начали прыгать. Причём, чтобы не мельтешить и не мешаться на льду, сначала прыгали самые старшие одногруппники.

– Исполняете все прыжковые элементы из короткой программы! – велел тренер. – Начинает Хмельницкая, за ней едет Горинский, Савосин и Муравьёва. Делаете всё против часовой стрелки, друг за другом, чтоб не мешать никому. Люда, на старт!

Арина покатила к центру арены, и оттуда стала разгоняться к правому короткому борту, у которого встала на ход назад, проехала длинную дугу назад-наружу и прыгнула каскад тройной лутц – тройной тулуп. Удивительно, но получилось с первого раза! Раздались громкие аплодисменты и восхищённые крики одногруппников! Каскад получился очень зрелищный и эффектный. Начала прыгать она его в середине правой части арены, а закончила у дальнего борта, потому что пролетела после мощного лутца минимум, 3,5 метра, и столько же после тройного тулупа, а если считать длинный выезд в красивую арабеску, то каскад занял все 10 метров.

Выехав из лутца арабеской, развернулась на ход вперёд, покатила к левому короткому борту, сделала несколько троек и прыгнула тройной флип. Чисто! Выехав с флипа, дождалась, когда на старт ушёл Горинский, покатила за ним, и в центре арены прыгнула двойной аксель. Чисто!

Потом фигуристы покатили один за другим, исполняя прыжки из своей короткой программы. Арина ещё раз прыгнула каскад из тройного лутца с тройным тулупом, тройной флип и аксель. Потом начала чередовать прыжки не в таких комбинациях. Нужно было тренировать запасные каскады на случай форс-мажора. Если не получится один каскад, что иногда происходило, нужно было быстро переключиться на другой, резервный прыжковый набор.

Сначала она прыгнула каскад тройной флип – тройной тулуп, потом одиночный тройной лутц, потом прыгнула тройной риттбергер, с которого приземление получилось не очень удачным, в степ-аут. И под конец прыгнула каскад тройной лутц – тройной риттбергер, свой коронный на данный момент каскад из произвольной программы. И что очень порадовало, несмотря на то, что прыгнула она его последним, когда уже успела подустать, вышел он прекрасно, словно только что вышла на лёд, свежая и полная сил. Это очень воодушевило Арину, так как она посчитала, что этот каскад закрепляется в мышечной памяти.

Вообще, эта прыжковая тренировка получилась очень результативной у всех. Чисто отпрыгали Муравьёва с Авдеевой, исполняя каскады с тройным сальховом и тулупом. Прыгали также двойной аксель, и получился он прекрасно. Горинский и Савосин тоже не подвели, даже Егор прыгал чисто, несмотря на свою привычную нестабильность. Ребята прыгали тройной тулуп, тройной сальхов, тройной риттбергер. Потом Горинский попробовал прыгнуть тройной флип, и он, на удивление, получился у него. Савосин тоже попробовал прыгнуть тройной флип и тоже не упал, несмотря на слегка грязноватый выезд, кстати, первый за всю тренировку! Арина удивлялась: группа Левковцева незаметно, но упорно шла в прыжковой технике вверх. Ей это казалось удивительным, хотя она присутствовала на тренировках и видела, что ребята пробуют прыгать и не только хорошо знакомые им прыжки, но напрыгивают и другие, пока ещё недоступные им. Очевидно, что такая долбёжка рано или поздно приведёт к успеху.

– Всё, ребята! На сегодня закончили! – хлопнул в ладоши Левковцев. – Всем спасибо, поработали очень хорошо. До завтра! Кстати, не забываем отнести в ваши учебные заведения открепительные справки.

Про открепительные справки Левковцев говорил не просто так. Как тренер и предупреждал, расписание тренировок с 1 сентября оказалось сильно переработано и изменено. Сейчас старшей группе был отдан самый большой приоритет, и поставлена она на занятия в самое выгодное время. Естественно, всё из-за Арины! Расписание её тренировок было похоже на летнее: с 8:00 до 10:00 общефизическая подготовка, с 10:00 до 10:20 время отдыха, с 10:20 до 12:00 хореография. С 12:00 до 12:30 обед и отдых, с 12:30 до 15:00 ледовая тренировка. Когда старшие занимались на льду, в тренажёрном зале и хореографическом зале занималась младшая группа с Викторией Анатольевной.

Расписание тренировок ледовых видов спорта оказалось составлено с умом, и опять-таки, в сторону фигуристов, как наиболее перспективного вида в ДЮСШОР −1. Конькобежцы и хоккеисты занимались на льду с 15 до 20:00 часов, потом, после 20 часов, два раза в неделю, занималась группа взрослых любителей. С ними сейчас занимался Горинский, так и продолжавший работать на полставки тренером и бывший на подхвате во всех группах.

Вся эта хорошо отлаженная система работала как положено, когда все тренеры были на катке. Но вот как она будет работать, когда Левковцев будет ездить на соревнованиях с Хмельницкой и с остальными спортсменами, вопрос интересный…

Абсолютно всем фигуристам из группы Левковцева пришлось пройти очень нелёгкое собеседование с родителями и с учителями в школе, так как такой график тренировки не подразумевал её постоянного посещения. Девчонки постоянно отпрашивались, пропускали уроки, получали плохие оценки, потом кардинально решили этот вопрос через Екатинский комитет по физкультуре и спорту, который по их рекомендации абсолютно всем фигуристам-школьникам и студентам предоставил обучение экстерном, раздав открепительные справки.

– Люська! Мы теперь как ты будем, от школы отлынивать! – радостно сказала Анжелика после одной из тренировок.

– Вы думаете, это легко? – усмехнулась Арина. – Это ничуть не легко, скорее даже сложно. Я прошлый год училась на удалёнке, но могу сказать, что всё свободное время дома у меня проходило за книгами, учебниками, тетрадями. Вот посмотрите сами, ещё пожалеете, побежите вприпрыжку в школу…

Её слова были встречены звонким смехом. Фигуристки, не привыкшие к домашнему обучению, считали слова Люськи абсолютной ерундой. Настала Новая Эра свободы.