Текст книги "Пересекая черту (ЛП)"

Автор книги: anxxette

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Она прикрыла глаза.

– Финн… – нерешительно начала она. – Э-э-эм… Джейкоб и я. Мы… Мы расстались, – произнесла она.

Он ничего не сказал, сбитый с толку. Кроме того, что он мог сказать? Что ему жаль?

Нет. Ему вообще не было жаль.

Он открыл рот, чтобы что-нибудь сказать.

Она ожидала «А я говорил тебе» в любой момент.

– Как ты справляешься? – вместо этого спросил он, а его губы задевали её волосы.

Она посмотрела на него, удивлённая его вопросом. Он всё ещё заботился о ней после всех этих недель, наполненных тишиной и дистанцией. Её чувства были гораздо более важны для него, чем тот факт, что всё это время он был прав. Маленькая улыбка появилась у неё на лице.

– Я в порядке, – сказала она, делая глубокий вздох. Он заслуживал знать правду. – И… Прости, что я была такой упрямой. Я просто думала, что… Он поможет мне… – продолжила она, а её голос был такой тихий, что его интересовало, а не придумал ли он всё это.

Она снова прижалась лицом к его груди.

– Помочь тебе? – спросил он, недоумённо нахмурив брови.

Она ничего не сказала. И когда он начал думать, что она не собирается ему отвечать, она наконец-то заговорила:

– Забыть о тебе, – произнесла она, всё ещё зарывшись лицом ему в грудь.

Она не была готова посмотреть на него.

Но она также не могла забыть, как он заставлял её себя чувствовать.

Как её сердце пропустило удар, когда он поцеловал её в уголок губ. Она вернулась к тому моменту, когда их губы почти соприкоснулись. Как сильно она хотела почувствовать его губы на своих в реальности.

Она использовала Джейкоба. Она была такой глупой, думая, что он поможет ей выбросить Финна из её сердца. Это было ещё хуже.

– Что? – спросил он, а его глаза распахнулись в недоверии.

Она покачала головой.

Она только что открыла ему свои чувства. Она действительно боялась его реакции.

Он немного сдвинулся, заставляя её отстраниться от его груди. Он приподнял её подбородок своими пальцами.

– Миллс, посмотри на меня, – мягко сказал он.

Она не обращала внимания на то, в какой они были позиции. До этих самых пор она не замечала, что их лица были так близко друг к другу, а их носы почти соприкасались. Она чувствовала его дыхание на своей щеке, пока смотрела вверх, встретившись с его взглядом.

– Ты хотела забыть обо мне? – тихо спросил он, кладя свою руку ей на щёку, мягко её поглаживая.

Она только кивнула в ответ, прикусывая свою губу.

– И? Ты забыла? – продолжил он.

Прошла пара секунд.

– Нет, – сказала она. – Нет. Вообще нет, – добавила она после паузы.

Он некоторое время смотрел на неё, его лицо было нечитаемо. Его взгляд скользнул от её глаз к её губам, затем обратно к её глазам, и прежде, чем она знала это, он склонился и мягко поймал её губы, пытаясь выразить свои чувства в этом поцелуе. Он целовал её самым любящим образом, и она просто растаяла в его объятиях, когда он пробежался пальцами сквозь её локоны.

Господи, как сильно она хотела, чтобы это произошло.

Чувствовать его губы на своих не как Элевен.

Пару секунд спустя они отстранились, а их глаза медленно приоткрылись.

– Я думаю, я изменил своё решение, – сказал он. – И… это не должно быть сегодня или завтра, или… – продолжил он несколько секунд спустя. – Я… я могу подождать столько, сколько ты захочешь. Но… Могу я вернуться в твою жизнь как… как кто-то больше, чем друг? – спросил он.

Её глаза на секунду расширились, а затем они наполнились теплотой, и следующее, что он осознал, что она улыбалась ему.

Правда в том, что она улыбалась ему так сильно, что её щёки начинали болеть.

– Да, ты мо… – она не закончила предложение, когда он заставил её умолкнуть при помощи поцелуя.

Он прижался своим лбом к её после того, как они отстранились. Она посмотрела на него, маленькая улыбка прокралась ей на лицо.

Он всегда замечает всё, когда это касается её. Он знает, когда она близка к тому, чтобы расплакаться, или когда она не может сдержать свой смех на съёмочной площадке, когда ей определённо не следует смеяться.

Он читал её, как открытую книгу. И теперь её глаза были полны таким количеством счастья, какого он не видел месяцами.

С тех пор, как она начала встречаться с Джейкобом, если быть точным.

Она выглядела такой красивой, когда счастье струилось из неё, что он начал задумываться, а видел ли он когда-либо что-либо более красивое.

Она идеальна.

Она самая красивая, когда она счастлива.

И он решил, что хочет делать её такой каждый день.

========== #1 nie zatrzymam ciе… ==========

Финн отдыхал после целого дня работы. Пока он ждал своих родителей, которые должны были забрать его со съёмочной площадки, он смотрел какую-то документалку на Netflix, чтобы убить время. Хотя он не обращал на неё никакого внимания. Правда в том, что он не мог дождаться, чтобы просто упасть на свою кровать и заснуть. Это был долгий день.

И его усталость не была связана с работой.

Это было связано со сценами, которые он снимал сегодня с Милли. Обычно у него больше сцен с парнями, но сегодняшнее расписание, казалось, было почти плохой шуткой. Как будто, чего бы там Бог ни хотел… Он просто посмеялся над ним. Определённо.

Весь день притворяться парнем девушки, которую он усердно старается забыть.

И с Финна было достаточно. Это было просто невозможно – не почувствовать ничего, неважно, каким профессионалом он хотел быть. Это было нелегко для него после всего, что случилось между ними.

Было очень больно, когда она была с Джейкобом. Он не показывал этого внешне, но ему было больно видеть её в его руках. И, может быть, она была свободна теперь, но это не означало, что внезапно всё было в порядке. Иногда ему было трудно просто находиться с ней в одной комнате.

Какая жалость, что он по-прежнему любил её, даже когда у неё был парень.

Как странно, что это ощущается так, будто, может быть, он начал любить её меньше, когда она была свободна.

Почему? Почему он чувствует себя так? Почему сейчас? Она больше не была в отношениях, и, может быть, у него мог быть шанс быть с ней. Почему он не хотел этого?

Что с ним не так, подумал он, пряча лицо в ладонях. Его быстро вырвал из мыслей звук открывающейся двери.

Это была она.

Он оторвал взгляд от экрана, когда Милли вошла в трейлер. Она медленно подошла к дивану и присела рядом с ним.

– Что ты смотришь? – тихо спросила она, пытаясь подавить зевок.

– Какую-то документалку. На самом деле, она уже подходит к концу, – сказал он, глядя обратно на экран.

– М-м-м… – устало вздохнула она.

Выглядело так, будто она была такой же уставшей, как и он, когда она склонила голову ему на плечо и прикрыла глаза.

И из неоткуда, внезапно он почувствовал дискомфорт. Она делала это годами, обнимая его или кладя свою голову ему на плечо всякий раз, когда у неё появлялся шанс сделать это, но это был первый раз, когда он не был с этим согласен. Она почувствовала, как он напрягся под её головой. Затем он немного сдвинулся, скрещивая руки на груди так, что её голова больше не лежала на нём.

– Финн? Что-то не так? – спросила она, нахмурившись в недоумении.

Это было странно, у него, казалось, никогда не было проблем с объятиями и прочими вещами, как это.

– Ничего, – сказал он, не глядя на неё.

– Да ладно тебе, расскажи мне.

– Я сказал тебе. Всё так, – раздражённо произнёс он.

Его взгляд был по-прежнему приклеен к экрану.

– Финн! – сказала она с негодованием.

– Что! – Он обернулся к ней и наконец-то посмотрел ей в глаза.

– Расскажи мне, что случилось, – произнесла она, пытаясь коснуться его руки, но он дёрнулся.

Её глаза расширились.

– Ты. Вот что случилось. Ты ведёшь себя странно, – сказал он.

– Странно? Я веду себя нормально; это ты тот, кто ведёт себя странно, – произнесла она, приподнимая бровь.

– Я просто устал, – легко сказал он.

– Да, я тоже, но… – начала она, но он перебил её:

– Нет, ты не понимаешь. Я устал от тебя, – строго произнёс он, закрывая свой ноутбук и кладя его на стол.

Она посмотрела на него, открыв рот.

– Что? – спросила она пару секунд спустя.

– Да, я устал от твоего поведения, от твоих прикосновений, от твоих… Я не знаю, ты обнимаешь меня всё время, как будто я мог бы быть чем-то большим, чем твой друг. Но это так, чтобы ты знала, может быть, мы и пара в сериале, но это не означает, что мы должны вести себя, как пара, в реальной жизни. Я не должен обнимать тебя или что-либо, – сказал он с раздражением.

– Это просто объятие! Мы можем обниматься, верно? Это то, что делают друзья.

– Я не хочу, чтобы ты обнимала меня. Я не хочу, чтобы ты вообще касалась меня, – сказал он, поднимаясь с дивана и приваливаясь к стене напротив неё.

Она старалась выглядеть беспечной, но глубоко внутри она была ранена и сконфужена. Она не понимала, что на него нашло сегодня.

– Почему ты не можешь относиться ко мне, как просто к другу? – продолжил он.

– О чём ты говоришь? – спросила она.

Она действительно понятия не имела, что происходит.

– Ты относишься ко мне иначе, чем к другим, с самого начала. Почему? – спросил он, скрещивая руки на груди.

– Я не… Я не знаю! Это просто ощущается… ощущается иначе с тобой, – осторожно сказала она.

– Я не хочу, чтобы ты относилась ко мне иначе, – сказал он, а его голос был безэмоциональный.

– Мы ведём себя так с начала, и у тебя никогда не было проблем с…

– Ну, может быть, теперь они есть, – он перебил её.

– Финн… – начала она, но он не закончил.

Он хотел сказать это очень давно.

– Просто… относись ко мне, как к остальным, ладно? – спросил он. Он не ждал, пока она ответит. – В последнее время… Я не могу больше продолжать то, что происходит между нами. Ты очень сильно изменилась, Миллс.

– Я не изменилась, – сказала она, защитно скрещивая руки на груди.

– Серьёзно? – глумился он.

– Да, – с упрямством произнесла она.

– Ну, давай посмотрим: ты признаёшь моё присутствие только тогда, когда мы одни, ты трогательная и дружелюбная… Ты ведёшь себя так, будто ничего не произошло, и всё, но когда вокруг нас люди… Внезапно я будто не существую. Это как кататься на американских горках; я больше не знаю, как вести себя с тобой, – сказал он. – И ты делаешь нечто-то подобное только со мной. У тебя никаких проблем с тем, чтобы сделать фотографии с Ноа, Гейтеном или Калебом, ты разговариваешь с ними и ведёшь себя с ними нормально, ты ходила на концерт Гейтена, и…

– Это не так просто! – она перебила его.

– Это так просто, Миллс. Ты даже не можешь сделать тупую фотографию со мной, – холодно сказал он.

– Потому что наши фанаты были бы…

– Прекрати перекладывать вину на это дерьмо, связанное с Филли, – зло сказал он. – Почему тебя заботят эти люди? Ты не можешь сделать со мной фотографию из-за них? О чём ты беспокоишься? Почему ты так боишься?

– Что ты хочешь, чтобы я сказала? – спросила она. – Кроме того, тебе тоже не нравится это всё, связанное с Филли. Тебе не нравится, когда фанаты…

– Прекрати использовать их, как оправдание! Они не знают нас вообще! И меня не волнует – они могут шипперить нас столько, сколько они захотят. Меня. Не. Волнует, – строго сказал он. – Только одна вещь важна, и это то, что мы чувствуем, а не то, что кто-то хочет, чтобы мы чувствовали.

В этот раз она ничего не сказала.

– Почему ты так боишься сказать мне правду? – продолжил он.

– Какую правду? – недоумённо спросила она.

– Что ты вела себя отстранённо из-за своего бывшего парня. Потому что он ревновал, – сказал он. – Прежде ты не была такой отстранённой, но, да, затем объявился твой парень, и…

– Не втягивай его в это, – произнесла она прежде, чем он смог бы сказать что-то ещё.

– Почему я не должен, а? Я был вовлечён во всю эту драму, я могу говорить о нём столько, сколько я захочу, – холодно сказал он. – Что, ты забыла, что ты использовала меня, чтобы заставить его ревновать?

Она отвела от него взгляд, нервно прикусывая губу.

Но он ещё не закончил. Была одна вещь, которая донимала его длительное время.

– Помнишь прошлый год? Было… что-то… между нами. И я знаю, что ты тоже это почувствовала, – сказал он.

Они стали очень близки, пока снимали второй сезон и продвигали его в течение всех этих интервью, панелей и фотосессий… Между ними всё шло очень хорошо, их чувства медленно становились более серьёзными и реальными. Они даже не пытались спрятать это.

– Я не могу вообразить этого, – продолжил он.

Но затем Финн должен был оставить всё это, направляясь в Ирландию на съёмки своего нового фильма, и, когда он вернулся обратно, она уже начала отношения с Джейкобом.

Это было чертовски больно, когда он узнал о них.

– Ты не можешь, – тихо сказала она, глядя вниз, в пол.

Он горько улыбнулся.

– Видишь? И, может быть, это могло бы стать началом чего-то… Но затем ты выбрала этого придурка-музыканта, и… Просто посмотри, где мы теперь, – вздохнул он.

Она ничего не сказала, глядя в сторону от него. Она не могла посмотреть ему в глаза, слишком стыдясь самой себя.

– Итак? – продолжил он. – Зачем ты разрушила это?

– Я боялась… что потеряю тебя, – застенчиво сказала она.

Он невесело рассмеялся на эти слова.

– Да. Отлично.

Она встала с дивана и сделала один осторожный шаг к нему, но он немедленно сделал шаг назад.

– Ты боялась, что ты потеряешь меня. Посмотри, где мы теперь, – повторил он.

– Прекрати это! Что, если бы у нас ничего не получилось как у пары? – спросила она.

Она была на грани истерики.

– Ну, теперь у нас ничего не получится даже как у друзей, – саркастично сказал он.

– Пожалуйста, не говори этого, – сказала она, умоляя.

Он просто покачал головой. Этот взгляд в его глазах казался таким отстранённым, холодным и незнакомым, что он напугал её. Она не знала, что делать.

– Я надеюсь, ты счастлива, Миллс, – просто произнёс он, позволяя своему утверждению повиснуть в воздухе между ними.

Он дал ей один последний горький взгляд прежде, чем он пошёл к выходу и захлопнул за собой дверь.

– Финн… – тихо сказала она, но здесь уже никого не было, кто бы мог услышать её голос.

Комментарий к #1 nie zatrzymam ciе…

Родной язык автора оригинала польский, так что названия двух её глав написаны по-польски («nie zatrzymam cię…»). Название этой переводится как «I cannot keep you…»

Глава была переведена 2 января. И на сегодняшний день оказалась невероятно актуальной в связи с тем, что официально Jillie is back. Примите все мои соболезнования, это будет тяжёлый год.

========== #2 …zadnym pocalunkiem ==========

Она просто стояла там, глядя на дверь, не зная, что делать. Он определённо не хотел видеть её прямо сейчас. Прошло несколько секунд, и она осознала, что должна сделать что-нибудь. Просто… хоть что-нибудь.

Она быстро последовала за ним, направляясь к выходу и захлопывая за собой дверь. Он шёл вдоль парковки. К счастью для неё, он не ушёл слишком далеко.

– Финн! – закричала она, бросаясь за ним.

Он не замедлил темп ходьбы.

– Финн… – Она наконец-то догнала его и схватила за руку.

– Не смей, – злобно сказал он, высвобождаясь из её захвата, поворачиваясь к ней лицом.

– Пожалуйста… Я не могу потерять тебя, – произнесла она, сжимая губы, чтобы остановить себя от плача.

– Слишком поздно, – сказал он с негодованием. – И… Я не знаю. Что бы ни было между нами… Это больше неважно.

– Ты не можешь этого делать, – нерешительно произнесла она, качая своей головой. – Мы всё ещё можем поговорить о… нас.

– Нет, Милли, мы не можем, – строго сказал он. – Это не сработает, как ты не можешь этого увидеть? Так что прекрати использовать меня как кого-то, кто всегда будет здесь ради тебя несмотря ни на что. Прекрати воспринимать меня как должное. Прекрати вести себя, как будто бы ты не поступила неверно. Я устал от этого.

– Ты не можешь решать за нас обоих, – произнесла она, моля.

Слёзы начали наворачиваться у неё на глазах, грозясь политься в любой момент. Она сделала глубокий, прерывистый вздох и медленно выдохнула, чтобы успокоиться.

– Ты решила за нас обоих когда ты выбрала Джейкоба, помнишь? – злобно спросил он.

Она посмотрела в сторону. Ей нечем было защищаться.

– Ты сбежала, – продолжил он.

Это был не вопрос.

– Что? – придушенно спросила она.

– Ты слышала меня. Ты сбежала от… от чего бы там ни было, что ты чувствовала ко мне. И ты убежала прямо в его руки, потому что ты боялась того, что ты чувствовала, – продолжил он, не заботясь о том, что причинял ей боль.

Он хотел заставить её понять то, что она сделала с ним. Он хотел показать ей, что она совершила ошибку.

Может быть, настало время платить по счетам.

– Я хотела быть с тобой… И… Я боялась, потому что… Никогда в своей жизни я не хотела ничего больше, понятно? И я была в ужасе, – сказала она, а её голос надломился на последних словах. – Я знаю, как это звучит, но это правда.

– Ага, так ты говоришь мне, что ты выбрала его, потому что он был более безопасным вариантом? – спросил он, изгибая брови. – Просто… Ты когда-либо думала обо мне, Миллс? Ты когда-либо думала о том, как я себя чувствовал? Или ты была так слепа, что всё, что ты могла, – это видеть только себя и своего нового парня? – холодно поинтересовался он.

– Я просто не хотела вступать с тобой в отношения, зная, что, если у нас ничего не получится, нам бы по-прежнему нужно было продолжать сниматься в сериале, – тихо сказала она, покусывая свою губу.

– Что, если бы у нас всё получилось, – просто сказал он.

– А что, если бы нет, – с упрямством произнесла она.

– Наверное, мы никогда не узнаем, – саркастично сказал он.

Она действительно хотела убедить его, помочь ему понять её, но казалось, будто она разговаривает со стеной. У них действительно было много чего терять, почему он не может увидеть этого?

Она открыла рот, чтобы сказать что-то, но он заговорил прежде, чем она что-либо выдала:

– Знаешь что? Я просто… Я понятия не имел, что ты будешь такой упрямой, чтобы броситься в руки первому парню, который посмотрит на тебя. Ты хотя бы любила его? – горько спросил он.

Иногда он был уверен, что она может любить только себя одну.

– Финн… Прости, – начала она, а её голос дрожал. – Прости, ладно? Я была глупой, и…

– Да, Миллс, – перебил он её. – И я рад, что ты осознала это, но это ничего не меняет между нами. На самом деле, я действительно не знаю, зачем я всё ещё разговариваю с тобой. Ты можешь делать всё, что ты только захочешь, меня не волнует.

– Финн, я обещаю, что…

– Даже не смей, – злобно прервал он её прежде, чем у неё был шанс закончить предложение.

– Что? – спросила она.

Её рот был немного приоткрыт от удивления.

– Не смей использовать это слово, когда ты уже знаешь, что не сможешь сдержать обещание. Ты не слишком хороша в этом, и мы оба это знаем, – холодно сказал он. – Ты обещала, что ничего не смогло бы встать между нами, что ничего не разрушит нашу дружбу… И посмотри на нас.

– Финн… Пожалуйста…

– Ты изменилась, – продолжил он. – Я знаю, мы выросли, я знаю, мы не дети… Но ты слишком сильно изменилась, Милли, иногда я даже больше не могу узнать тебя.

– Ты тоже изменился, Финн, – горько сказала она, а её глаза были полны слёз.

– О, да? – Он выпустил маленький смешок.

– Да. Старый Финн никогда бы не накричал на меня. Старый Финн никогда бы не сдался, – произнесла она, пытаясь окончательно не сломаться перед ним, но слёзы предали её, падая одна за одной. – Ты можешь ненавидеть меня настолько сильно, насколько хочешь, но…

Он посмотрел на неё с удивлённым выражением лица.

– Миллс, о чём ты говоришь? Я не ненавижу тебя. Я никогда не смогу ненавидеть тебя, – сказал он, хмурясь.

Она просто покачала головой. Она не поверила ему.

– Тогда что… что это? – сумела выдавить из себя она сквозь придушенный всхлип, махая рукой между ними.

Она зажмурила глаза, и ещё несколько слёз покатилось по её щекам.

Ему было больно видеть её такой.

Злость, которую он чувствовал ранее, исчезла. Он притянул её ближе к себе и обхватил своими руками, зарываясь лицом в её шею, вдыхая её аромат.

– Я никогда не смогу ненавидеть тебя, Миллс, – тихо повторил он, а его губы касались её волос.

Она всхлипнула, утыкаясь лицом ему в грудь. Он почувствовал, как она подрагивает с каждым прерывистым вздохом.

Он понятия не имел, как долго они простояли так, крепко удерживая друг друга.

– Прости, что накричал, – сказал он, прижимаясь губами к её голове.

– Ты тоже меня прости. За всё, – произнесла она, а её голос был приглушён его футболкой.

Он кивнул в ответ, пока она ещё крепче обняла его. Больше не было никаких вариантов, чтобы он мог быть ещё ближе. Она стала медленно успокаиваться, а её дыхание – выравниваться. Только хлюпанье было слышно время от времени.

Он покусывал свою губу, чтобы остановиться и не уступить. Он мог просто сдаться. Он мог сказать ей, что всё в порядке, что они могут попробовать, что ещё не слишком поздно.

И, может быть, он бы уступил. Может быть, он мог бы сцеловать каждую слезинку с её щёк, и всё действительно было бы в порядке. Но… Он должен отпустить её. Он просто должен.

Они потеряли друг друга. Они были слишком сломлены.

– We’re a mess¹, – просто сказал он, нарушая тишину.

И это была правда, это было идеальное слово, чтобы описать их. Они всегда были такими. Они ругались, затем они мирились, затем они снова ругались.

– Я знаю. Мы ненормальные, – согласилась она, чувствуя, как он мягко и коротко смеётся в её волосы.

Она достаточно отстранилась, чтобы она могла посмотреть на него. И казалось, что она решилась на что-то, когда она привстала на носочки и притянула его к себе ниже.

И он не сопротивлялся. Он не сделал шага назад. Он не высвободился из её захвата.

– Может быть, мы и ненормальные… – прошептала она, глядя на него, и до его губ было всего несколько дюймов, – но мы будем в порядке, – продолжила она, а её голос был ещё тише, чем прежде.

Она пыталась показать ему, что она всё ещё та же Милли, какой она всегда была, что для него она могла бы быть лучшей версий самой себя.

Если бы он только захотел этого. Если бы он только ей позволил.

Она потянулась немного вперёд, осторожно, неспешно целуя его самым любящим образом, почти так, будто она хотела извиниться, сказав «Прости» каждым движением своих губ.

Прости, что сбежала.

Прости, что нарушила своё обещание.

Прости, что сделала тебе больно.

Её руки приподнялись, когда она стиснула его футболку, удерживая его так отчаянно, будто он был всей её жизнью.

Может быть, в какой-то мере он и был.

Некоторое время спустя он поднял руки, обхватывая её щёки. Дыхание покинуло её, когда он наконец-то ответил на поцелуй, сильнее и глубже, и его губы прижимались к её. И неожиданно показалось, будто всё вокруг них исчезло. Не было ничего, кроме них двоих, целующихся в центре парковки.

Её губы на вкус были, как соль.

Единственная проблема была в том, что его поцелуй не был наполнен теми чувствами, что он испытывал к ней все эти годы. Он был наполнен разочарованием и болью, которые копились в нём эти месяцы. Правда в том, что Финн научился жить без неё.

Никакого раздражения. Никаких разочарований.

Люди не причинят тебе боль, если ты не допустишь их до своего сердца, верно? И она пыталась разрушить это, пробираясь сквозь эти маленькие щели в стене, которую он с такими усилиями возвёл.

Он позволил своим губам задержаться на её ещё мгновение, прежде чем отстраниться. Их глаза медленно приоткрылись. Она всё ещё стискивала его футболку в крепком хвате, не готовая отпустить его.

Они действительно были a mess, подумал он. Кто ещё бы ругался в одну минуту, а пять секунд спустя целовался?

– Ты по-прежнему… злишься на меня? – нерешительно спросила она, глядя на него.

– Нет. Нет, я не злюсь. – Он покачал головой. – Мне не следовало кричать на тебя. Я просто… устал, – добавил он, прислоняясь своим лбом к её.

– Можем мы… – начала она, затем остановилась на мгновение, сделав глубокий вздох. – Можем мы снова быть друзьями?

– Друзья так не целуются, – сказал он, приподняв брови.

– Я тебе говорила, что мы ненормальные, – произнесла она с печальной улыбкой.

– Я просто… – он вздохнул. – Миллс, ты же знаешь, что один поцелуй ничего не исправит, верно?

– Я знаю. – Она кивнула, высвобождаясь из его рук.

– Ты не можешь просто целовать меня и ожидать, что всё будет в порядке, – продолжил он.

– Я знаю, – повторила она. – Но я хочу, чтобы мы были в порядке. И мы будем в порядке. Я обещаю, – добавила она так искренне, как только смогла, и посмотрела прямо ему в глаза, желая, чтобы он поверил ей.

– Милли, я думал, мы оба согласились, что твои обещания… – начал он, но она перебила его:

– Ладно, я дважды обещаю, – сказала она, покусывая свою губу, пытаясь сдержать смех.

Он ошарашенно посмотрел на неё, нахмурившись.

– Двойных обещаний не существует.

– Ох, всё-то ты знаешь, – поддразнивая, ответила она.

Он посмотрел на неё, подмечая её опухшие глаза, розовые щёки и широкую, головокружительную улыбку. Он не мог поверить, что она не смогла сдержаться, чтобы не поддразнить его, даже в такой ситуации, как эта. Может быть, она не слишком сильно и изменилась.

Он пару раз моргнул, беря себя в руки.

– Я ненавижу тебя. – Он покачал головой, пытаясь сдержать улыбку.

– Финн, я думала, мы оба согласились, что ты никогда не сможешь ненавидеть… – игриво начала она, но он её перебил:

– Ладно, теперь я ненавижу тебя ещё больше.

– Что, если я снова тебя поцелую? – поинтересовалась она, наклонив голову.

– Что? – удивлённо спросил он.

– Ты сказал, что один поцелуй ничего не изменит. Что насчёт двух, – невинно сказала она.

– Ты ходишь по очень тонкому льду, Миллс. Богом клянусь, – произнёс он с широкой улыбкой, заставляя её рассмеяться.

Когда она смотрела на него таким тёплым взглядом, он начинал думать, что, может быть, та старая Милли всё ещё была там. Проблема в том, что он перестал верить в это очень давно, в тот день, когда узнал о её отношениях с Джейкобом.

Что, если она ведёт себя так, потому что прямо сейчас они были одни? Что, если она снова станет отстранённой, отдаляясь всё больше и больше с каждым прошедшим днём? Как он мог верить ей после всех этих смешанных знаков, что она постоянно оказывала ему?

Он понятия не имел, будут ли они когда-либо снова в порядке.

Но… Она всегда была его слабым местом. Он всё ещё помнил, как постоянно говорил глупые вещи, когда просто видел её и слышал её смех.

И когда он увидел её, счастливую и радостную, улыбающуюся ему… Неожиданно он почувствовал необъяснимую потребность снова её обнять. Несмотря на всё то, что он сказал ей сегодня… Он действительно скучал по ней. Он действительно скучал по этой смешливой Милли, которая имела тенденцию смеяться в ситуациях, когда ей определённо не следует смеяться, он скучал по этой беззаботной девочке, которая не могла быть тихой, даже если её жизнь зависит от этого.

Без слов он взял её за руки и притянул её ближе. Она подняла руки и обхватила его за шею, удобно устраиваясь в его объятиях. Она чувствовала кончики его пальцев, рисующие узоры на её спине, когда он зарылся лицом ей в шею.

Некоторое время спустя он решился нарушить тишину.

– Прости, Милли, – прошептал он. – Я просто… Я не знаю, что теперь чувствую.

– Всё в порядке, – просто сказала она.

– Просто… Мне… мне нужно время. Это всё.

Он почувствовал её кивок напротив своей груди.

– Мы… Мы будем в порядке, Финн. Может быть, не сегодня и не завтра… Но мы будем в порядке, – тихо произнесла она.

– Как ты можешь быть такой уверенной? – спросил он, качая головой.

Он желал, чтобы он мог бы быть таким же оптимистичным, как и она.

– Потому что это мы, – просто сказала она, глядя на него. – И в этот раз… Я не сдамся. Я обещаю, – произнесла она, обнимая его крепче, пытаясь показать ему, что именно она подразумевает под каждым сказанным словом.

И… Он не должен был сейчас ничего решать. Только время покажет, какое будущее уготовлено для них. Так что…

– Ты обещаешь дважды? – игриво спросил он.

Её губы изогнулись в улыбке.

– Двойных обещаний не существует, – повторила она его слова таким же игривым тоном.

Он прижался губами к её макушке.

– Ох, всё-то ты знаешь.

~~*

Примечание переводчика:

We’re a mess¹ – это непереводимое выражение (как минимум, я так считаю), которое нужно просто понять. «Mess» с английского переводится как «бардак», «хаос» и всё тому подобное.

Комментарий к #2 …zadnym pocalunkiem

«…żadnym pocałunkiem» («…with any kiss»)

Не знаю, какой бы я хотела здесь конец. Он открытый, хотя и с намёком на Happy End. Наверное, так действительно будет более правильно, нежели бы Финн просто продолжил её игнорировать. Он всё ещё что-то чувствует к ней, и я говорю сейчас не только конкретно об этой работе. Вся их ситуация одна сплошная драма. Они никогда не были друзьями-друзьями, как те же Милли с Ноа, Калебом или Гейтеном, это верно. С самого начала там было что-то между ними. Даже сама Милли, когда была младше, не уставала рассказывать, какими были её отношения с Финном во время прослушивания и съёмок первого сезона (да и второго тоже). Не знаю, что ждёт нас теперь, в очередной период засухи и джилли-контента, но я надеюсь, что промотур в поддержку третьего сезона, сам третий сезон и скорое начало съёмок четвертого не дадут нашей шлюпке под названием Fillie, бывшей когда-то огромным «Титаником», наткнувшимся на айсберг под именем Джейкоб и затонувшем в холодных просторах реальности, исчезнуть в этом океане окончательно. Я всё ещё верю, что когда-нибудь филли будет реальным (если оно уже, конечно, не было ещё до Джейкоба). Может быть, я уже буду давно не на фэндоме, да и сериал закончится, но когда-нибудь они будут вместе. По крайней мере, в моём сердце они навечно останутся влюблёнными подростками, которые так мило и наивно пытались скрыть свои чувства друг к другу.

========== #1 I wanna be alone… ==========

Звук сухих листьев, хрустнувших под его обувью, нарушил тишину.

– Элевен! – воскликнул Майк, подбежав к ней, огибая деревья.

– Майк? – спросила удивлённая Эл, оборачиваясь к нему лицом. – Что… Что ты здесь делаешь?

– Я искал тебя, – сказал он, тяжело дыша.

– Как ты узнал, что…

– Я был у тебя дома, чтобы увидеться с тобой. И… Хоппер думал, что ты со мной, – произнёс он. – Ты солгала ему.

Она отвела от него взгляд.

– И ты солгала мне, Эл, – продолжил он, а его голос был почти шёпотом. – Ты сказала мне, что ты не собираешься этого делать. Ты обещала, – добавил он, неспособный скрыть боль в голосе.

Они никогда не нарушали своих обещаний, потому что это было чем-то, чего ты не можешь нарушить.

Они никогда не лгали друг другу, потому что друзья не лгут.

И она нарушила это в одну секунду. Она нарушила это, решив сбежать.

– Ты не понимаешь, Майк, – сказала она, пытаясь не плакать, пытаясь убедить его. – Я должна сделать это.

– Нет! Я тебе не позволю!

– Он ранил маму. Он ранил меня, – произнесла она, сжимая губы вместе. – Он заслуживает умереть.