Текст книги "Моё море (СИ)"
Автор книги: . Анна Дарк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Глава 9
АЙРОН
На словах достигнуть договорённости оказалось легче, чем на деле. Мария оказалась той ещё садисткой. Начать хотя бы с того, что она заявила, что если я хочу жить в этом мире, то обязан научиться как можно дольше обходиться без воды. Девушка несомненно права, но… В воде посидеть дала всего минут десять, после чего, выставив из комнатушки вон, минут десять чем-то там шуршала, после чего послышался звук текущей воды, и вот сухопутная уже с час сидит там. Напевает что-то под нос, пока я тут засыхаю. Несправедливо!
– Какой же это кайф – ванная с пеной, – блаженно протянула Мария, появляясь в комнате, которую называла гостиная.
Отвечать не хотелось, поэтому одарил её говорящим взглядом и снова уставился в окно.
– И что с мордахой? – поинтересовалась девица, пахло от неё, кстати, весьма приятно.
– Мне скучно и физически не очень, – пробубнил я.
– Айрон, – Мария быстро стала серьёзной, – не будь ребёнком. Мы уже всё обсудили. Пока не научишься хотя бы часов двенадцать обходиться без воды, нет смысла и пытаться устроить твою жизнь. У нас даже болезней таких, вроде, нет, чтобы обосновать такую вот зависимость перед людьми. Так что тебе придётся перебороть себя.
Хотелось огрызнуться, сказать что-нибудь едкое, но… Права сухопутная. Пока я потакаю своим слабостям, я ничего не добьюсь.
– Пока ты привязан к ванной, я бы советовала тебе в интернете узнать о возможных способах заработка, разобраться, чем бы ты мог заниматься, – дала довольно дельный совет девушка. – Я же завтра попробую узнать, сколько можно выручить с твоего имущества.
При упоминании вещей, которыми пришлось пожертвовать во имя выживания, тоска снова сжала сердце крабьими клешнями. Нельзя на этом зацикливаться. Лучше, и правда, поискать, чем бы мог в этом мире заниматься я. Поэтому, собрав волю в кулак, встал с дивана и медленно побрёл к лестнице. Одно радовало, пусть всё моё существо и требовало воды, но пока я мог ещё терпеть, а главное, ноги стали болеть гораздо меньше, а слушаться больше.
* * *
Говоря откровенно, как подойти к проблеме поиска дела для себя в этом мире, я и не знал. Первым делом пришло осознание – для получения хорошей работы нужно высшее образование и, желательно, опыт этой самой работы. Ну и что делать мне? Сомневаюсь,
что что-то, чему учили меня, имеет тут какой-то смысл, да и бумажек, это подтверждающее, нет.
Решил пойти другим путём. Какие есть у меня навыки? Тут я тоже впал в ступор. Меня учили править, а не строить или торговать. В итоге решил зайти на сайт с объявлениями о работе и в «Гугле» выяснял, что подразумевает та или иная специальность. Чем дольше я этим занимался, тем сильнее накатывала безнадёжность. Мало того, что я не имею права быть собой в этом мире, так я ещё и совершенно бесполезен. Всё, что не требовало образования и особых навыков, оплачивалось так, что даже я понимал: на эти деньги не прожить.
Всё это заставило погрузиться в уныние. Н-да, Избраннице, которой должен был помогать Эслан, явно куда больше повезло. Ей при переносе в наш мир Боги насыпали целый пакет бонусов, меня же сюда закинули без малейшей поддержки.
– Видок у тебя совсем унылый, – послышался голос Марии, вошедшей в комнату, которая была её спальней, где расположился я для поисков себя.
– Да потому что в вашем, Бездна его поглоти, мире, для меня вообще ничего нет! – выдохнул и на эмоциях отпихнул нетбук в сторону.
– Так не бывает, – не согласилась со мной девушка. – У каждого человека есть какие-то таланты.
– Только вот я не человек, – огрызнулся мрачно.
– Не цепляйся к словам, ты понял, о чём я, – осадила меня сухопутная. – Чему тебя дома учили?
– Подводным владениями править, – выдал с издёвкой я. – Правда, сомневаюсь, что меня возьмут на должность местного президента, да и законы в вашей стране наверняка иные.
В ответ на моё возмущение Маша расхохоталась, чем ещё больше повысила градус недовольства. Смешно ей, а мне-то как быть?
– Ну, должно же быть что-то не столь масштабное? Таланты какие-нибудь. Ну, может, ты хорошо рисуешь или поёшь?
От её слов у меня брови уползли куда-то наверх, а глаза сами увеличились в размере. Она в своём уме?
– Хотя, стоп, – замахала сухопутная руками. – Чушь я несу. Даже если ты окажешься редким талантом, не факт, что тебя сразу заметят и ты сможешь на этом заработать. Ну, должно же быть хоть что-то твоё?
Кривая, невесёлая усмешка сама исказила губы. Знать бы ещё, что из огромного количества замудрёных названий вакансий может быть моим.
– Понимаешь, увидев очередное объявление с непонятной мне вакансией, я из «Гугла» узнаю, что это такое, но каждый раз ощущаю – не то. Иногда что-то внутри больше тянется к потенциальной работе, иногда неприятие возникает сразу. Не знаю, как объяснить, но мне кажется, я на уровне интуиции понимаю, что моё, а что нет.
Чуть сжав губы, Мария, отвернувшись, почесала макушку, весь её вид выражал непонимание.
– К тому же, в вашем мире для хорошего устройства требуется образование, – продолжил я. – У меня же вообще никаких документов нет. Да и если появятся, что мешает работодателю проверить их подлинность?
Когда я замолк, казалось, девушка меня и не слушает, так сильно задумалась. Стало досадно. Зачем начинать разговор, а потом так вот игнорировать?
– Значит, нужны подделки очень высокого качества, – протянула сухопутная тихо. – В идеале с занесением в госбазы данных. Другой вопрос: где найти таких людей и сколько это будет стоить?
С тем, о чём говорила девушка, я был знаком только по фильмам и не знал, насколько правдиво показанное на экране. То есть, считай, не разбирался совсем. Тут, пожалуй, стоит положиться на Марию и её знание родного мира и его реалий, о чём и сообщил ей.
– Но пока что продолжай искать интересное для себя направление, – сказала сухопутная. – В конце концов, мне нужно знать, по какой специальности делать тебе поддельный диплом.
Кивнув, потянулся снова за ноутбуком, когда в глазах резко потемнело, а в районе спины вспыхнула боль, заставившая меня зашипеть. Я знал, приучать свой организм существовать без воды тяжело, брат рассказывал, но не представлял, насколько. Уже давно постыдная слабость терзает нутро, а жажда плюнуть на всё и отправиться в ванну, полную воды, грозит сломить силу воли.
– Айрон! – воскликнула Мария, лицо бледное, глаза испуганные. – Что с тобой? Твоя спина, там кровь!
Похоже, перестарался. Эслан рассказывал, что долгое отсутствие воды может убить сиэрнара. Слабость – первый симптом «водоголодания», а дальше они у каждого свои. У кого-то повышается температура, у кого-то начинаются судороги, а у кого-то, как у меня, кожа становится похожа на сухой пергамент и покрывается сетью кровавых трещин. Опасные симптомы бывают самыми разными. Дальше одно – потеря сознания и смерть.
– Видимо, я достиг своего предела на суше на данный момент, – мрачно усмехнулся.
– Так чего расселся? – взвилась Маша. – Вали быстро в ванную. На сегодня ты и так неплохо постарался. О том, кем хочешь быть, подумаешь завтра.
– Слушаюсь, Отани, – улыбнулся, вставая на ноги.
А осознав, что ляпнул, чуть обратно не сел на задницу. Бездна! Надо же такое сказать сухопутной! Тьфу! Бред. От отсутствия воды уже и рассудок начал страдать.
– Отани? – тут же прицепилась девушка. – Что это?
– С нашего языка это переводится примерно как «мэм»
Лицо у сухопутной вытянулось, а я же похвалил себя за находчивость. Соврал. Ну и что? Всё лучше, чем правдивый перевод. Тем более, это был выверт воспалённого сознания, этот термин с Марией у меня никак не ассоциируется.
***
МАРИЯ
– Милочка, где вы взяли эти вещи? – спросил меня Георгий Станиславович после долгого осмотра имущества сиэрнара.
Вопрос был ожидаем, а вот чёткого ответа на него как не было, так и нет. Не могу же я сказать – иномирец презентовал на реализацию?
– Простите, – решила быть максимально честной, – но я не могу сказать. Но, уверяю вас, тут нет ни капли криминала. Они не краденные и за них никто не умирал.
Ответом мне стал острый взгляд, который совсем не вязался с внешним обликом благообразного старика. Да и не был Проценко Георгий Станиславович таким уж невинным дедулей.
Два с лишним года в сфере работы с недвижимостью позволили мне перезнакомиться с массой интересных личностей. Были среди них и те, кто вёл не совсем законопослушный образ жизни. Тот же Проценко, к которому я пожаловала, был известен в узких кругах как торговец редкостями, антиквариатом и драгоценностями. Стоит ли говорить, что далеко не все его сделки были «чистыми»? По сути, чтобы продать такую массу золота, рассчитывать я могла лишь на него. В любой конторе первым делом спросят, где взяла, а ответа у меня нет. Этот же пожилой мужчина по непонятным мне причинам сразу проникся ко мне тёплыми чувствами, не имеющими ничего общего с мужским интересом. По его словам, я напоминала ему его внучку, живущую в Германии. И более года назад, когда я завершила оформление сделки на приобретение дома, он сам предложил мне обращаться к нему «если что». И вот, такой момент настал.
– Знаешь, Маша, – произнес Георгий Станиславович, – я предпочитаю знать, откуда ко мне поступают те или иные вещи, мало ли, какая история может за ними стоять. К чему мне проблемы? Но тебе я почему-то верю.
– Я правду говорю, – тихо, но чётко ответила я. – Владелец, пожелавший быть не названным, сам отдал их мне на продажу. И я готова жизнью поручиться, они чистые и проблем не будет.
– Воу, – махнул рукой мужчина. – Ты с выражениями осторожнее будь. На самом деле я несколько озадачен. Никогда прежде я не встречал таких символов, как на этих предметах. Откуда бы они ни взялись, они уникальны и стоят столько, что даже мне не по себе. Это если подойти к реализации с умом. Я знаю несколько человек, которые будут счастливы заполучить в коллекцию такие уникальные драгоценности. Но понимаешь ли, душенька, на это нужно время.
На меня напал некий ступор. Честно говоря, я рассчитывала уже сегодня сбыть их и получить перевод круглой суммы на карту. Да и вообще, зачем он мне всё это объясняет?
– Я не понимаю… – замялась я, подбирая слова.
– Почему я объясняю всё это? – вздохнул дедуля. – Да всё просто, Мария. Я – богат. Денег у меня столько, что ни мне, ни моим наследникам не потратить быстро, поэтому я не вижу смысла наживаться на тебе, которой лишними они не будут. Я бы мог у тебя хоть сейчас купить каждый из этих предметов по рыночной стоимости на вес золота и камней, а после неплохо навариться, но не хочу. Сентиментальным стал на старости лет, хочется хоть что-то хорошее сделать, ведь плохого сделано уже на вип-котёл в аду.
– Но я думала… – красноречие в панике ретировалось. – Понимаете, Георгий Станиславович, я рассчитывала продать их в сжатые сроки. Деньги нужны очень.
– Дело твоё, деточка, – вздохнул мужчина. – Но, поторопившись, ты потеряешь очень много.
– А сколько примерно нужно ждать? – поинтересовалась я.
– От трёх недель до двух месяцев, – был ответ. – Чтобы продать что-то редкое и дорогое, стоит всё хорошо организовать. А на это требуется время. Нужно известить всех заинтересованных, безопасность обеспечить на высшем уровне. Я могу это сделать. Допустим, за двадцать процентов от вырученной суммы. Прости, Мария, но такому старому спекулянту, как я, сама натура совсем бесплатно работать не даёт, да и организация – не бесплатное мероприятие. Но, всё равно, прибыль должна быть колоссальной.
Разум заметался в сомнениях. Стоит ли тянуть время и насколько можно верить человеку с не самым законопослушным прошлым? Не окажусь ли я в итоге у разбитого корыта?
– А давай знаешь как поступим, – выдал неожиданно прямо-таки помолодевший дед. Похоже, любимое дело заряжает его силами. – Я сейчас тебе переведу сумму, которую бы дал за эти предметы, покупай я их на вес. А потом, после аукциона, получишь остальное с вычетом уже полученного и моего процента. А чтобы сомнений совсем не осталось, заключим договор.
На столь щедрое, буквально спасительное предложение я могла лишь ошалело кивнуть. Да какой дурак откажется от такого? Даже если в итоге Георгий Станиславович передумает мне помогать, я не останусь с пустыми руками.
Далее всё полетело сумасшедшим калейдоскопом. Мужчина сделал всего один звонок, и вскоре приехал юрист, готовый оформить столь нестандартный договор. Всё пункты прописали быстро, после чего поставили подписи. Ещё пара звонков, и мне на счёт упала очень солидная сумма, буквально окрыляющая после кризиса последнего времени. Состояние стало таким, что, того и гляди, шарахнет натуральная эйфория.
– Георгий Станиславович, вы ведь многих знаете в самых разных сферах? – решилась я пойти ва-банк, пока собеседник настроен так благодушно.
– Допустим, – чуть прищурился мужчина.
– Среди ваших знакомых нет тех, кто делает документы на высшем уровне? Так, чтобы не распознали фальшивку, даже пробив по базам? – выдохнула скороговоркой.
– У тебя неприятности? – тут же подобрался он.
– Что? – не сразу поняла я. – Нет. Это не для меня. Для очень дорогого мне человека.
Мужчина молчал, обдумывая что-то своё, и не спешил отвечать.
– Что-то мне подсказывает, что эти предметы и человек, которому вдруг понадобились новые документы, связаны, – наконец, изрёк мой визави. – Мария, а ты точно уверена в этом человеке?
– Больше, чем в самой себе, – отозвалась твёрдо, смотря прямо в глаза мужчины.
– Что же, я подумаю, что можно сделать, и позвоню тебе на днях, – вздохнул дедок.
– Спасибо! – воскликнула, еле сдерживая восторг.
Хотелось броситься Георгию Станиславовичу на шею и задушить в объятиях, еле сдержала порыв, посчитав, что это всё же будет лишним. Всё же, несмотря на его вид и расположение лично ко мне, это совсем не милый старичок.
Но домой я летела с огромной улыбкой, которая сама расползалась на лице. Внутри цвело счастье. Словно неожиданно в мою жизнь вошло чудо, и бывший клиент стал для меня крёстной феей. А ведь во многом так и есть.
Но главное, настоящее чудо, волшебный иномирец, ждал меня дома. Мне не терпелось поделиться хорошими новостями с Айроном. Надеюсь, он оценит, как многого я добилась за всего один заход.
Всё моё веселье и радость испарились, стоило мне зайти в дом и увидеть кровь на полу. Следом со второго этажа донёсся полный муки стон. Не помня себя от страха, рванула наверх, умоляя все высшие силы и мироздание в целом, чтобы с одним вредным сиэрнаром всё было в порядке…
Глава 10
МАРИЯ
Не помня себя от какого-то животного ужаса, со всех ног рванула наверх. Птицей пролетела по лестнице, невольно замечая пусть и малые, но следы крови, и замерла, тяжело дыша, перед дверью ванной комнаты. Только бы ничего особо страшного…
Выдохнув, распахнула дверь и шагнула внутрь, после чего еле сдержала крик. Сиэрнар сидел, сжавшись в комок, вода в ванной была окрашена в красный цвет. Но хуже было то, как выглядел сам парень. Было такое чувство, что его ножом резали и сдирали кожу. На страшные раны было жутко смотреть. Волосы Айрона, всегда выглядящие, как у моделей из рекламы шампуня, свалялись в некрасивый колтун. В голове который раз мелькнули мысли о ножницах. Такая грива у мужика… Странно это как-то для меня. Но сейчас важна не шевелюра иномирца, а понять, какого чёрта с ним произошло.
– Господи, Айрон, что с тобой? – прошептала в ужасе, пытаясь понять, чем можно так изуродовать кожу.
– Не знаю, – проскрежетал парень. – Со вчерашнего вечера становится всё хуже и хуже. Ваша вода мёртвая и грязная, магии нет. Похоже, мне не стоило и пытаться научиться обитать на суше.
Растерянность и страх заполняли всё моё существо. Смотрела на этого представителя другого мира и даже среды обитания и не знала, что делать. Как обычное, по словам того же Айрона, привыкание к отсутствию воды привело к такому?
– Что мне сделать? – уставилась на русала. – Как помочь?
– Не знаю, – тихо-тихо. – Уйди. Я хочу побыть один.
– Айрон…
– Вон! – неожиданно громко рявкнул сиэрнар, заставляя меня вздрогнуть.
На негнущихся ногах вышла в коридор. Зато теперь понятно, почему утром парень не позволил мне даже заглянуть в ванную, и на встречу я собиралась, набирая воду на кухне. Глянула на собственные руки, они дрожали. Да и внутри всё скручивало в тугой комок отчаяния. Как же быть…
* * *
Третья по счёту кружка чая с мятой, и мысли всё об одном. Я всю голову сломала, пытаясь понять, чем помочь Айрону, но озарение не спешило снизойти на меня. В самом деле, не могу же я пичкать иномирца нашими таблетками? Даже самые безобидные из них на первый взгляд имеют противопоказания. И порой такие, что доставляют человеку серьёзные проблемы, а то и вовсе могут угрожать жизни и здоровью. Нет, никаких колёс. Но тогда что?
Взгляд упал на кружку, которую сжимала в ладонях, напиток источал умопомрачительный аромат мяты. Природная магия… Стоп. А это идея! Айрон – житель мира с чистой экологией, близок с природой, что если попробовать отыскать что-то безвредное и гипоаллергенное, мазь какую увлажняющую… Энтузиазм стух, как только стала перебирать в голове варианты. Да нет таких в нашем мире! Везде химия. А если кто и умеет готовить нечто подобное, то точно не я, а где взять, понятия не имею.
В итоге, путём долгих и мучительных размышлений, решилась на маленький эксперимент. Изучив интернет на предмет средств для самых маленьких, отправилась в аптеку за детским увлажняющим кремом от воспалений.
– Я войду? – спросила, тихо постучавшись в дверь.
Ответом была тишина, и я, испугавшись, буквально ввалилась в помещение.
– Вообще-то я тебя не приглашал, – тусклым голосом отозвался сидящий на полу у стены парень.
– Вообще-то, это мой дом, – привычно огрызнулась я. – Да и кто знает, вдруг ты тут ласты склеил?
– Сколько бы сразу проблем решилось, не так ли? – усмехнулся Айрон.
А мне стало до чёртиков обидно. Я, значит, тут переживаю, места себе не нахожу, думая, как же помочь ему, а он считает меня монстром, который только и жаждет от него избавиться. Приятно. Слов нет.
– Зачем ты тогда вообще приплыл обратно, если убеждён, что я такое чудовище? – поинтересовалась звенящим от обиды голосом.
– Там мне было не выжить, – последовал ответ. – Здесь был хоть какой-то шанс. Не вышло.
– Так, – произнесла я, отодвигая неприятные эмоции на задний план, – давай лапу.
– Что это? – подозрительно прищурился Айрон.
– Это увлажняющий крем для самых маленьких, – пояснила я. – Им детей мажут при различного рода проблемах с кожей.
– Нет, – замотал сиэрнар головой. – Я не ребёнок и вообще не местный. Вдруг хуже станет. Не нужно меня добивать.
– Айрон, – вздохнула я, – посмотри на себя. Ты уже похож на кусок освежёванного мяса. Куда хуже-то? А это маленький, но шанс. К тому же, сначала попробуем на маленьком кусочке кожи.
На измождённом лице парня проступили следы внутренней борьбы, я же молча ждала его решения. В итоге, спустя минуту раздумий, русал всё же протянул левую руку, где красовалась отвратительная трещина на коже и казалось, будто самой кожи, её верхнего слоя, вокруг нет.
Действовать старалась максимально осторожно, чтобы не причинить лишней боли. Взяв немного мази на кончики пальцев, нанесла её на повреждённый участок. Всё это время Айрон не дышал, и лишь когда всё закончилось, шумно выдохнул.
– Это больно, – признался он.
– Не удивительно, – грустно отозвалась я. – Выглядит кошмарно и болеть должно адски.
Уселась на краешек ванной, из которой парень спустил кровавую воду, и принялась ждать. Чего? Сама не знаю. Эта мазь, если верить написанному должна приносить облегчение, унимать зуд и боль. Что же, посмотрим.
– Поразительно, – выдал после долгого молчания Айрон. – Но стало не так болеть. Давай сюда эту банку. Даже если мне суждено помереть, то хоть мучиться меньше буду.
– Придурок, – вот само сорвалось с языка, правда.
Вручив сиэрнару банку с мазью, удалилась. Правда, вскоре пришлось вернуться и помочь парню со спиной. Не уверена, что эта мазь поможет, но в сложившихся условиях это хоть какая-то надежда.
***
АЙРОН
Это правда удивительно, но мазь, принесённая сухопутной, и правда помогала. Облегчала жгучую боль. Но, в целом, радоваться было нечему. Всё новые трещинки и трещины появлялись на коже, после чего сама кожа отслаивалась и сползала кровавыми лохмотьями. Омерзительно зрелище, чего и говорить. Да и жутковатое. То-то Мария становится белее листа бумаги каждый раз, как взглянет на меня.
Как и прежде, периодически забирался в воду, но находиться там долго не мог. Противно. Вода мгновенно становилась красной. Поэтому большую часть времени проводил на суше, лазая по сети. Сил думать, кем бы я хотел быть в этом мире, не было. Да и есть ли смысл? Вдруг я последние дни доживаю?
Самочувствие тоже было отвратительным. Бросало то в жар, то в холод. Есть не хотелось, тошнило, часто кружилась голова, а перед глазами вспыхивали цветные пятна.
Сухопутная была подавлена. Часто заходила, интересовалась моим состоянием. Пыталась как-то отвлекать и развлекать. Только мне ничего не хотелось. У жителей этого мира подобное состояние называется депрессией. Что же, похоже, это она.
А ещё на фоне постоянного беспокойства Марии обо мне понял неожиданно, что даже не извинился за свой безобразный срыв, когда девушка только узнала о моём состоянии. Поразительно, но я правда не думаю, будто она желает мне зла. Она мой единственный союзник и… друг?
С раннего детства у меня проблемы с обретением друзей. Социальный статус притягивал много личностей с не самыми благородными помыслами. Все чего-то хотели. Больше влияния, власти, денег. Не сразу, но я научился видеть фальшь в поведении «друзей», и как бы грустно ни звучало, но моими друзьями были в итоге учителя и семья. Они единственные не желали получить что-то от моего положения в подводном обществе. И вот в моей жизни появилась девушка, сухопутная, которая искренне ко мне расположена. Она не попыталась сдать меня своим властям и получить награду, не попыталась силой отобрать драгоценности, и вообще была готова отпустить на все четыре стороны. Наверное, именно после этого я всё же смог начать ей доверять. И понимание, что довольно грубо оскорбил Машу, вызывало в душе чувство вины. Надо будет извиниться.
– Да забей, – отмахнулась сухопутная, когда я произнёс заветное «прости». – На твоём месте я бы, наверное, вообще свихнулась.
Дни слились в однообразную массу. Ел, спал, залезал в воду, вылезал обратно. Удивительно, но, несмотря на беду с кожей, превратить хвост в ноги получалось без всякого труда. Да и смотреть на них было не столь жутко, как на привычную часть тела, с которой блестящими осколками осыпались чешуйки.
Хуже всего стало, когда дошло до головы. Моим лицом можно было напугать кого угодно. Мария аж икать начала, увидев впервые. Меня же больше пугало, что будет с волосами. Неужели я стану лысым? Боги! Уберегите от такого позора! На Земле многие мужчины сами сбривают себе волосы, но в подводных владениях так обозначают отщепенцев, преступников и предателей.
Не сразу, но я заметил, что на месте слезшей кожи начала образовываться новая. Сухопутную радовать не спешил, вдруг это временное улучшение. И всё же впервые за сколько дней появилась надежда. Улучшился аппетит, стал снова просыпаться интерес к жизни. Увы, наблюдательность Марии я недооценил.
– Парень, а ведь ты поправляться начал, походу, – выдала девушка, собирая тарелки со стола. – На кухню спустился, есть начал нормально, да и шкурка вроде восстанавливается.
– Не уверен, что пока стоит делать однозначные выводы, – ответил осторожно.
Кивнув, Мария замолчала, изучая глазами то, что раньше было лицом. Уже привыкла и не дёргается.
– И всё же, ты выглядишь, как оживший ночной кошмар, – произнесла она. – И почему у меня нет врагов, которых хотелось бы напугать до невменяемости, или запойных знакомых? Прикинь, как было бы круто, увидели тебя и всё. Враги в глубоком шоке, алкоголики бросили пить.
– Ну спасибо, – обиделся я. – Ты сама деликатность.
Знаю я, что выгляжу ужасно, но зачем носом-то в это тыкать? Меня всегда считали довольно привлекательным, и осознавать собственное – надеюсь, временное, – уродство неприятно.
Ещё спустя пару дней смог облегчённо выдохнуть. Что бы ни происходило со мной, но лысеть я так и не начал. Хоть кровь и проступала у корней волос. Самые первые «раны» и правда затягивались, являя миру новую тонкую кожицу без уродливых следов. Это тоже внушало надежду. А главное, зависимость от воды ощущалась совсем слабо. Порой я и сам забывал, что не мешало бы смочить тело. Мария и та помнила об этом, у меня же вылетало из головы.
Не один час я посвятил размышлениям о том, что происходит со мной. Однозначного ответа у меня не было. Неужели я становлюсь человеком? Бр-р-р. Не хотелось бы. Всё понимаю, это мир сухопутных, и ноги тут нужнее хвоста, но отказываться от своей природы и наследия не желал категорически. Да, проблем с появлением хвоста не возникало, жабры исправно работали. Тогда что это? Акклиматизация такая жёсткая, перестройка организма под новый мир? Не знаю. Ведь подобных случаев не было в истории нашего народа. В любом случае, мне становится всё лучше.
Увы, у выздоровления оказались и свои минусы. К примеру, Мария снова стала язвительной мадам с ядовитым языком. Ушли мягкость и беспокойство обо мне. Но главной неприятностью было то, что раз умереть мне не грозит, значит, опять нужно думать о будущем рабочем поприще. Тем более, сухопутная уже рассказала о своих успехах.
– Давай-давай, – подгоняла Мария, – нетбук в зубы и вперёд. Иначе будешь у меня каким-нибудь слесарем третьего разряда.
Одарив сухопутную недовольным взглядом, поплёлся на второй этаж, чтобы опять мучить свою голову, ища себе призвание в мире, для сиэрнаров не предназначенном.
