Текст книги "Будущее вместо настоящего (СИ)"
Автор книги: Angel Katherine
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)
Глава 24.1
Клуб встречает нас ядовитыми красками, ослепляющими уже со входа. Щурусь непроизвольно, практически не замечая этой реакции тела.
Я дважды была в клубе, не в этом конечно, но других, не менее классных, хотя определённо более дешевых. И все эти два раза кончились весьма противоречиво. В первый – Света напилась настолько, что едва не переспала с каким-то иностранцем в затхлом туалете; во второй же напилась уже я, только вместо секса требовала у охранника набрать президенту и сказать, что скоро я буду у него дома. О да, мои пьяные похождения очень весёлые, в особенности когда в моих планах нечто политическое.
Втроем мы проходим мимо танцующих тел, которых действительно сложно назвать людьми. Нет. В клубе практически нет людей; каждый из них превращается в полное сладостных желаний тело, жаждущее отдаться своим порокам. Сама проходила, знаю не хуже других. Музыка подстегивает страсть, алкоголь придаёт свободы, танцы дарят наслаждение. Этот гребанный микс, правящий в подобных местах делает из даже самого послушного гражданина, дикое животное, подчиняющееся лишь своим инстинктам. Стоит ли мне продолжать разглагольствовать, чтобы дать определение такому месту, как клуб? У него много плюсов и столько же минусов, как, к примеру, ужасное похмелье на следующий день и последствия от своих действий. Но лучше уже перейти на описание куда более значимых и нужных вещей.
А именно, двух молодых людей, развалившихся на длинном кожаном диване VIP зоны. Мужчина и женщина, не оторвавшихся друг от друга даже после нашего появления. Подозреваю, они настолько увлечены своим жарким поцелуем, что не видят ничего и никого вокруг. Потому что в противном случае я не знаю ни одной причины, как можно не заметить двух высоких мужчин, сопровождающих меня. Алекс стоял по левую сторону, обхватывая мой локоть, как присуще истинным джентльменам; Грейсон же, прихватив из бара какой-то коктейль, стоял справа и присвистывал. Мгновенно получает за такую непристойную реакцию локтем по твёрдому животу. Боли ему мало, зато внимание привлечь мне удалось. Выразительно округляю глаза, бросив намёк, который успешно был проигнорирован.
– We are not against some porno scenes in front of us, but my sister-in-law wouldn't appreciate that! ( Мы не против пары порно сцен перед нашими глазами, но моя невестка этого явно не оценит! )
Женщина, а точнее девушка дёргается назад, поправляя во время движения свои яркие рыжие волосы, всклокоченные после фрикций мужчины. Её яркие голубые глаза, опасно сверкающие в устрашающем освещении клуба обращаются ко мне, поражая всплеском разочарования. Даже не знаю на кого именно направлено это чувство, но мне некогда разбираться. Вместо этого прохожусь взглядом по мужчине, лениво курящем сигарету. Его тело откинуто назад, колени широко раздвинуты, а на лице застыло блаженное выражение. Подавляю дрожь отвращения к этому мужчине, явно не испытывая желания продолжать находиться в его компании.
– Come on, Anderson junior, I can teach you something, or many things ( Да ладно, Андерсон младший, я могу научить тебя чему-нибудь, или даже многим вещам ).
Продолжаю стоять пораженная на месте, не смея шелохнуться. Здесь пахнет взрывом тестостерона; чувство, словно оказалась в самом эпицентре поединка двух хищников, готовых сожрать друг друга в секунду. Взгляд Алекса пересекается с темными, абсолютно чёрными (а может в плохом освещении мне показалось) глазами, выражая ту степень надменности, которую презирают все. Мой муж смотрит так, словно оказывает всему миру огромную услугу тем, что почтил своим присутствием эту встречу. В моей голове звучит все смешнее, на деле же – ни дать ни взять два избалованных с детства мужчины, для которых убийство это ежедневная забава. Клянусь, не будь у меня новой фамилии, духу моего здесь не было бы. Эта подавляющая энергетика забралась прямо под кожу, пугая и без того находящихся на грани потери сознания мурашек.
Мужчина встаёт только после того, как вальяжно сбросил пепел со своей сигареты, ничем не уступая в фамильярности моему мужу. Вскидываю голову выше, пряча страх за несколькими надёжными замками, готовая ко встрече с самим новым королём Великобритании. Грейсон похлопал по плечу мужчину, имени которого я до сих пор не разобрала, хотя, скорее всего, это Антонио Трапани, ибо только Дон мог выглядеть настолько величественно-самоубийственным в компании Алекса. Ни тени страха в глазах, ни грамма скованности в теле; хотя львиная доля уважения все-таки сквозит в его движениях. То, как он перехватывает руку Алекса и сжимает её, а потом делает то же с моей, просто вместо последнего пункта, он склоняется и оставляет поцелуй на тыльной стороне, не спуская с меня взгляда – все указывает на отсутствие какого-либо страха. Отвечаю преувеличенно спокойным взглядом, однако внутри все сжимается. Неприятно ощущать прикосновения убийцы к своей коже. Такое лицемерие, учитывая, что мой муж едва ли чем лучше этого человека.
Мы распределяемся по всей ложе и выхватываем напитки, принесенные молодой официанткой. Её сальный взгляд не спешит покинуть Алекса, не смотря на его ладонь, лежащую на моем голом бедре, поглаживающую прохладную кожу горячими пальцами. Моя ревность внезапно вспыхнула, как факел внутри груди, от чего глаза прищуриваются, не спуская с неё взгляда и с груди, грозящуюся вывалиться из слишком глубокого выреза её рубашки. Если эта стерва не уберется в ближайшие тридцать секунд, то мне придется что-то предпринять.
– I have never thought, that you will have a wife, Alexander ( Никогда бы и не подумал, что у тебя будет жена, Александр ). – начинает светский диалог мужчина, играя с рыжими волосами своей избранницы. На секунду становится тошно от того, как оба мужчины заявляют права на своих женщин; мы будто вернулись в средневековье, где девушка принадлежит какому-то мужчине и он не упускает возможности похвастаться ею на публике. В таком контексте, рука Алекса на моей ноге выглядит не столь привлекательно.
Глава 24.2
Моя сестра стоит на барной стойке и танцует, вырисовывая плавные узоры своими бедрами. Мне хочется к ней. Она выглядит такой спокойной, точно в своей среде. Почему бы и мне не спуститься? Не убьет же меня Алекс за элементарное желание просто потанцевать! Потому, бросив быстрый взгляд на своего мужа, который, видимо почувствовав смену моего настроения, резко вперился своими потрясающими глазами в меня. Дарю ему кривую ухмылку, видя явное предупреждение в его глазах; однако алкоголь прибавляет уверенности, и я просто игнорирую его. Вместо этого, хватаю свою новоиспеченную подружку и под пристальным контролем ее мужа вывожу из этого закутка, прямо в люди. Такие красотки, как мы, не должны скрываться под покровом тьмы. Ну и что, что мы замужние? Никто и никогда не отменял простого, человеческого желания поразвлекаться. Наши мужья должны наоборот радоваться, если остальные будут давиться в слюнках, видя таких шикарных женщин.
Руслан, хоть и практически незаметно, но последовал за нами. Его напряженное преследование я буду чувствовать даже на километрах; уже приловчилась к нему. Хотя, мы знакомы всего два дня. Не могу поверить, что вчера меня выкрал Колесников, потом мы ужинали у моей семьи, а сейчас я взбираюсь на барную стойку с женой мафиози. Быть женой Алекса более чем интересное занятие! Сам черт не угадает, что меня ждет завтра!
Женя одаривает меня раздраженным взглядом, однако, когда узнавание появляется в ее глазах, эта эмоция сменяется восхищением.
Мы начали двигаться в такт, отдаваясь музыке полностью. Перестали существовать отдельные личности, они сплелись с аккордами, стали их неотъемлемой частью, вплелись в каждую строчку слов. Наши танцы были похожи на жажду; улыбки на мольбу; а взгляды на откровения. Это было настолько феерично, что границы полностью размылись, стертые количеством алкоголя в крови. Наши руки блуждали по телам друг друга, не особо отдавая отчёт, что платья задирались неприлично высоко. Мы хохотали втроем, как умалишенные, не останавливаясь ни на мгновение.
Распахиваю глаза и устремляю взгляд туда, на самый верх, к мужчине, который всегда был высоко-высоко. Такой далёкий, но все же официально мой. Наши взгляды скрещиваются, пространство вокруг вспыхивает звёздами, когда низ живота сводит судорогой. Не прерываю танец, изгибаюсь ещё соблазнительнее, игнорируя одобрительные возгласы нашей аудитории. Нет. Мой танец только для одного. Лишь он является спонсором этого откровения; ему посвящено каждое движение, каждая улыбка, от осознания безграничности своих возможностей.
Скольжу руками по своему телу, представляя его прикосновения. И я буквально чувствую, как его глаза следят за этим движением; впитывают его и вспоминают. Это может быть не на грани боли или истерики; взаимно и ослепляюще удовлетворительно. Потрясающие серые, грозовые, или как отблеск луны глаза пожирают каждый голый сантиметр моей кожи; раздевают на расстоянии и подводят к оргазму, даже не прикасаясь. Он убивает меня на расстоянии. Стоит так далеко, однако умудряется быть внутри меня. Как это было утром, пока он вбивался вглубь; вырывал подавленные всхлипы из горла и стирал дорожки слез с щек. Пусть это повторится. Пусть он опять прикоснется ко мне. Я такая жалкая.
"ЖалкаяЖалкаяЖалкая." – эхом, практически ядовито-насмешливо повторяет внутренний голос.
Танцую на глазах у десятков людей, вспоминая прикосновения своего насильника. Я хочу его опять. Хочу ощутить себя на той самой грани, когда ты не различаешь, где боль, а где удовольствие. Пусть он вновь сделает это. Сделает меня своей. Плевать, что здесь люди. На глазах у всех, чтобы знали.
– Госпожа Андерсон, спускайтесь. – назойливый Руслан отталкивает пьяного подростка, который вознамерился прикоснуться ко мне. – Алиса, вам пора прекратить это, ваш муж будет недоволен. Сейчас же.
– От-ва-ли! – кричу по слогам, чувствуя женские губы, скользящие по голому плечу и дергаюсь. Поворачиваю голову, встречая дьявольский взгляд Элизабет, которая, прежде бросив взгляд на мужа, подалась вперёд и столкнулась с моими губами.
Странное чувство овладевает телом. Будто есть отторжение, а будто мне и нравится. Её губы мягче, чем у Алекса; они не причиняют боль, не вспарывают душу, просто скользят по рту, не пытаясь даже нырнуть глубже. Черт, это возбуждающе, но точно недостаточно, для более сильных эмоций. Чего не скажешь об остальных. Толпа заулюлюкала, пока мы, танцуя, не отрывались друг от друга. А потом нас разнимают.
Точнее.
Руслан резко дёргает меня за руку, от чего я, потеряв равновесие, падаю прямо в его руки, цепляясь за все, что попало. Назойливая нянька немедленно ставит жену своего хозяина на пол, практически не прикасаясь к моему телу. Его внезапная нервозность вызывает волну истерики. Такой взрослый мужчина, в два раза больше меня, сейчас старался отгородиться от моего тела, будто оно заразно и каждое прикосновение равносильно уколу ядовитого шипа.
– Я думаю, мне нужна уборная. – Элизабет помогают спуститься вниз и она срочно бежит в туалет.
– Проследи за Женей, пожалуйста, я буду в порядке. – прошу Руслана, но по его непоколебимому выражению лица понимаю, что он скорее снесёт голову моей сестре, чем оставит меня. Упрямый индюк!
Бросаюсь вслед за Элизабет, проталкиваясь сквозь стольких людей, едва не сбивая их с ног. Мне приходится извиняться перед каждым, слыша проклятия в свой адрес, но плевать. Бегу за новой подружкой, которая уже успела спрятаться в одной из кабинок туалета, где стояла длинная очередь. Спрашиваю у девушек куда подевалась Элизабет, и, получив вразумительный ответ только от одной, стучусь в дверь кабинки. Она открывается практически сразу.
Глава 25.1
– У меня получилось! – выкрикнула я, как только Алекс подхватил моё летящее на землю тело, – По-лу-чи-лось! – продолжила с истерическим смехом, обвивая могучую шею своего мужа руками, прижимаясь ближе к нему, пока он нес меня. – Да я сегодня в ударе! Удача впервые отвернулась от вас, господин Андерсон! – мы входим в лифт; следом плетется Грейсон, который бережно держал Женю под локоть, помогая ей проделывать этот длинный путь, – Просто нонсенс какой-то! Я гнала под максимальную скорость! – воспоминания заставляют вновь засиять моё лицо от радости, – Боже, кажется, я даже обгоняла сам ветер! – начинаю вслух хвастаться своими победами, игнорируя, что все мои слушатели были одновременно и свидетелями моего триумфа, – Сколько же штрафов написалось бы, ух ты! – продолжаю самозабвенно, мотая ногами в воздухе, – Да я просто шумахер! Найдите кого-то круче меня, я подожду. – Грейсон хмыкнул, даже не смотря в мою сторону, что было весьма оскорбительным, – Грейсон! Ты не смеешь смеяться надо мной! Тебе же самому понравилось! И Жене тоже понравилось бы, не будь она в таком состоянии!
– О да, дорогая невестка, нам всем понравилось дважды чуть не попасть в аварию и нестись по дороге с твоими отстойными песнями!
– Что ты сказал?! – вспыхиваю моментально, подскакивая на руках у своего мужа, – Да что ты понимаешь в истинной музыке! Это называется к-поп, в переводе для старых или тех кто не в курсе, корейский поп! Да только под эти песни можно и гнать по городу, не смотря на время и... Вообще ни на что!
– Правильно, под них можно только гонять, ничего большего в них нет.
– Да в них смысла больше, чем в твоей жизни! – перехожу на визг, дергаясь в крепких объятиях, готовая драться с самим великим Андерсоном за честь своего музыкального вкуса, – Опусти меня, Алекс, я его слащавое личико сейчас по этой белоснежной стене лифта размажу! Ну-ка, отпусти, я ему сейчас покажу "под них можно только гонять, ничего большего в них нет"! – перекривляю его фразу, бесполезно пытаясь выбраться из рук Алекса, – Сам то что слушаешь? Шансон?!
– Фанк. – невозмутимо отвечает Грейсон и выходит из лифта, когда двери открываются, – Невестка, тебе очень повезло быть женой моего брата, ибо такие угрозы я, обычно, не спускаю. Тебе, так уж и быть, позволительно слегка дурачиться, особенно когда ты в таком состоянии. Не то, чтобы меня это раздражает, напротив, повышает настроение, но не злоупотребляй этим. Все, пока баиньки. – он открывает дверь моей комнаты и втаскивает туда, молчавшую Женю, которая только потирала виски и периодически хмурилась, – Разрешаю кричать в постели моего брата.
– Какой ты ублюдок, Грейсон! – кричу ему в след, позволяя Алексу отнести меня в его комнату, – Убирайся из постели моей сестры, Андерсон младший, иначе я тебя на харакири пущу! Футболистская сволочь! – мне бы Оскар, за умение придумывать новые слова. Хорошо, что русский такой лавирующий язык, как бы не спрягались слова, все равно все понятно.
Алекс ставит меня на ноги, лишь когда дверь за нами прикрылась, а мои возмущения касательно распущенности Грейсона закончились. Слегка шатаюсь на каблуках и резко даю ход назад, вовремя схватившись за шкаф, стоящий у стены. Мой муж прищурился, но я ему ободряюще улыбнулась, так и говоря, что все под моим контролем, не стоит волноваться. Однако, я осознала, что волноваться как раз таки стоит, когда он скрылся за дверью в ванную, а у меня перед глазами поплыла картинка. С трудом, обещая дать моей выдержке утром медаль, наклоняюсь и освобождаю ноги от плена дурацких каблуков. Стон освобождения срывается с губ как раз в момент очередного появления моего мужа из ванной. Он не был голым, лишь рукава его рубашки были закатаны и это, почему-то, разочаровало меня. Я была бы счастливее, если бы у меня была возможность лицезреть его идеальное тело без верхней одежды.
Замираю на месте; Алекс большими шагами сокращает расстояние между нами, вновь подхватывает меня и заносит в ванную. Неужели у нас будет совместный душ? Нет, я на это не подписывалась. Трахаться, спать в одной постели, ублажать друг друга это одно; но вот вместе купаться это совершенно другое дело!
– Я не уверена, что готова к ещё одному новому опыту с тобой. – произношу шепотом, никак не препятствуя снятию пиджака с моих плеч, под звуки воды; мой муж молчит, продолжает медленную распаковку моего тела, – Не смотря на то, что я довезла нас в целости и сохранности, душ с тобой слегка посложнее. Совсем слегка. – большие ладони скользят по бедрам, задирают платье и швыряют его на пол, оставляя меня только в трусиках. Вскоре и они отправляются к платью, – Ну вот опять. Ты меня совсем не слушаешь! Знаешь, чтобы сохранить отношения, многие пары прислушиваются друг к другу и только потом что-либо предпринимают. У нас, кажется, слегка все сложно с переговорами. И вообще, почему... Ауч, холодная! – выкрикиваю, всячески стараясь избежать соприкосновения холодных капель воды с горячей кожей. Алекс силой удерживает меня на месте, даже не потрудившись переключить градус воды, – Знаешь, я п-передумала. Давай вместе. П-пожалуйста. Она слишком холодная, Алекс. – продолжаю с мольбой, вцепившись пальцами в его идеальную рубашку, превращая её в мокрое месиво. – Иди ко мне. – смотрю прямо в глаза, произнося эти слова, – Ну же, пожалуйста, Алекс. Н-нельзя заставлять страдать жену в одиночестве. Д-давай разделим эту участь.
Мягко высвобождаюсь и начинаю расстегивать его рубашку скрюченными от холода пальцами, слегка сбиваясь из-за дрожи в конечностях. Мой муж стягивает с себя штаны, следом и боксеры, после чего встаёт под душ вместе со мной. Весь холодный напор воды начинает бить по его спине, не задевая меня, чему я несказанно рада. Прячусь за его могучим телом, скромно улыбаясь прищуренному взгляду. Если он думал, что я не воспользуюсь это ситуацией, то ошибся на все сто процентов, даже на двести.
Глава 25.2
Утро на похмелье самая ужасная часть из книги под названием жизнь. То самое состояние, когда тебе не хочется ничего, и в то же время, ты не откажешься от рассольчика вместе с солёными огурчиками. Мне же, как только я вышла на кухню с опухшими глазами и потекшей тушью, вручили банку с маслинами. Я не особо противилась такому развитию событий, перехватив свое лакомство у Алекса, который пил кофе и стоял у островка, выглядя до тошноты идеально. Плюхаюсь на высокий стул, лишь на секунду пересекаясь взглядом с Женей; она выглядела не лучше меня, может, даже хуже, у меня не было настроения анализировать. Зато Грейсон выглядел бодрым, заряженным энергией на весь оставшийся день от своей излюбленной пробежки.
– Невестка, по тебе ночью трактором проехались? – скромно интересуется он, выхватывая у меня из пальцев маслину, отправив её себе в рот, – Из нас четверых ты выглядишь хуже всех.
– У тебя всегда был такой высокий голос или ты издеваешься? – хмурюсь, не желая вступать с ним в очередную полемику, заранее зная, что проиграю. – У меня самая адская головная боль, которая только могла существовать, так что, имей уважение и помолчи. Пожалуйста. – добавляю на всякий случай.
– Как сказала бы Соня, кара небесная. – заключила философским тоном Женя, обхватив горячую чашку, видимо, с кофе, обеими руками. Возмущенно фыркаю, – Могу с точностью сказать, что ты выпила меньше меня, но выглядишь так, будто тебя впервые допустили к алкоголю. Это просто к сведению. – пожимает она плечами, будто это само собой разумеется.
И, наверное, это одна из немногих вещей, которая мне нравится в моей младшей двоюродной сестре: она никогда не осуждает, ибо ей абсолютно плевать на твой образ жизни. В отличие от Сони, чьей жизненной позицией является помочь всем и вся своими советами и наставлениями как жить.
Зато сейчас её слова подействовали на меня, как красная тряпка на быка. Округляю глаза от подобной наглости, уверенная, что выгляжу очень даже не плохо.
– Секундочку! – отодвигаю банку с недоеденным лакомством, готовая отстаивать свой внешний вид ценой жизни, – Из всех четверых я выгляжу если не на первом месте, то хотя бы в тройке лидеров. И вообще! Я выпила совсем немного, не стоит вот так гиперболизировать мои вчерашние достижения, ясно?
– Ты танцевала на барной стойке, целовалась с женщиной, гнала по полной трассе, словно участвовала в Формуле-1, а потом обещала размазать мое слащавое личико по белоснежной стене лифта. – перечислял Грейсон, загибая пальцы, – Напомните, я что-нибудь упускаю?
– Мы чуть не попали в аварию под её корейские песенки, – добавила Женя, ехидно улыбнувшись моему деверю, – А еще, помимо лифта, угрожала пустить на харакири. Теперь, вроде бы, все.
– Знаете что, корейцы не такие уж и плохие, просто вы расисты. Если у меня когда-то будут дети, то я, скорее всего, была бы рада иметь в зятьях или невестках корейца или кореянку, чем ваших итальянцев. Ясно? – Женя и Грейсон переглядываются и обмениваются ухмылками, – Алекс! – возмущенно пищу, оглядываясь на мужа в поисках поддержки. Он следил за нами прищуренными глазами и застывшей улыбкой на лице, – Меня обижают, помоги жене!
– Обидь в ответ. – он подходит ближе и подталкивает мне баночку с маслинами, становясь рядом.
– Разрешаешь? – спрашиваю невинно, для убедительности хлопая ресницами. Возвращаюсь к поеданию своего завтрака.
– Даже больше, призываю к этому. – шепчет он коварно, оставив поцелуй на моем лбу. Настроение начало улучшаться.
– Ладно, хватит. – отворачиваюсь прежде, чем воспоминания из ванной комнаты не затмили взор, – Оставим тему моего вчерашнего поведения. Вернёмся к насущным делам, – прохожусь взглядом по шее своей сестры, приподнимая брови, – Мне очень интересно, вы провели ночь в разных комнатах? – перевожу глаза на своего зятя, проделав аналогичный ритуал, – У меня появились подозрения...
– Мне пора на работу. – Женя подскакивает, подтверждая мои сомнения, – Конечно вчера вашего спасения я не ждала, но все же благодарю, что не оставили в клубе. Вынуждена вас оставить. Хорошего дня.
Грейсон удалился вслед за ней, пока я переваривала их подозрительное поведение. Да, красные пятна на шеях у обоих более чем доказательство, но я не хотела верить в их возможную связь. Мой деверь последний, кто нужен Жене на этом этапе жизни.
– Мне кажется или...
– Пей свой кофе, малышка. – обрывает Алекс, поставив передо мной чашку с ароматным напитком. Перевожу на него растерянный взгляд, – Есть вещи, о которых ты не обязана знать до поры до времени.
– Но ты знаешь.
– В этом мире слишком мало вещей, о которых я не знаю. – пожимает плечами, посмотрев на свои часы, – Все можно предугадать, если пожелать этого. Как твои дела с местью своему бывшему отчиму? По моим данным, он продал свою новую машину и купил квартиру, чтобы не жить на улице и иметь возможность кормить себя и ребёнка.
– В последнюю нашу встречу он тыкал мне в лицо своими связями. – закатываю глаза и отпиваю немного кофе, – Мол, его лучший друг это генерал, и никто не в состоянии ему навредить, пока тот прикрывает ему спину. Чертов лицемер.
– Ты можешь лишить его любых таких связей, если хочешь оставить его ни с чем. – бросаю быстрый взгляд на Алекса, – Когда он останется один, наедине со своей совестью, это можно будет считать твоей победой. Оборви его связи, доход, преврати в беспомощного и брось на произвол судьбы. Это лучший план в твоём случае.
