Текст книги "Будущее вместо настоящего (СИ)"
Автор книги: Angel Katherine
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)
Глава 20.
Это случилось чуть больше чем через неделю – когда я в очередной раз решила пройтись по магазинам и за один выход потратила месячный доход среднестатистического работника. Может, даже двух. Я не считала. В тот день – точнее, в ту ночь, – когда Алекс улетел в Гонконг, я решила, что пора действовать. Пора начать тратить все те прелести, которые так неожиданно свалились мне в руки. Не потому, что мне это нужно. А потому, что после всего, что он сделал, он ещё мало отделался.
Первым делом я купила огромный телевизор – во всю стену, напротив кровати, – и с тех пор смотрела по нему фильмы, чувствуя себя хозяйкой если не жизни, то хотя бы этой комнаты. Потом – шторы. Плотные, тяжёлые, тёмно-синие, которые не пропускали утренний свет и наконец позволили мне просыпаться в нормальном настроении, а не с желанием убить весь мир. Мои траты превышали всякие границы. Были настолько огромными, что временами становилось стыдно. Но каждый раз, когда стыд поднимал голову, я вспоминала поступки Алекса – и стыд отступал. Задвигался куда-то на дальнюю полку. Он ещё мало отделался. Так я себе говорила. И тратила дальше.
Сегодня я наконец уделила время себе любимой – решила обновить гардероб. Мои охранники следовали за мной тенью: двое, молчаливые, широкоплечие, в тёмных куртках, они держались на расстоянии двух шагов и не сводили с меня глаз. Я нашла и для них применение. Они носили мои пакеты – все, до единого, – чтобы я не напрягалась. А ещё отпугивали всех, кто только смотрел в мою сторону: продавцов, зевак, случайных прохожих, которые косились на девушку с двумя телохранителями и двадцатью пакетами из бутиков. Нужно искать плюсы во всём. Даже в затянувшейся поездке Алекса. Особенно в ней.
После отлёта он написал мне лишь раз. Сухо, коротко, без единого лишнего слова: дела в Гонконге требуют больше времени, чем планировалось, вынужден задержаться. Я прочитала это сообщение три раза – не потому, что ждала чего-то другого, а потому, что пыталась понять, что чувствую. Не поняла. Отложила телефон. И, честно говоря, выдохнула.
По идее, он должен прилететь сегодня. Но я надеялась, что поездка продлится ещё немного. Ещё пару дней. Ещё неделю. Потому что без него мне спокойнее.
Заворачиваю за очередной угол, мысленно представляя какую пару нижнего белья купить, как кто-то резко перехватывает меня за талию. Вырываюсь как могу, брыкаюсь и сражаюсь за свою жизнь всеми силами, пока некто уносит меня в неизвестном направлении, закрыв при этом рот и глаза. Делает это настолько легко и невозмутимо, будто проворачивает такое каждый день. Хотя с тем телосложением, которое я почувствовала спиной неудивительно: этот некто очень высок, мускулист и силен; может даже такой же как Алекс, хотя не могу утверждать точно.
И подобные мысли слегка отвлекают помутившийся от страха мозг, который уже начал вспоминать все молитвы, которые только помнил. Чёрт возьми, меня только что, самым нахальным образом, средь бело дня, похитили. Это вообще нормально?
– Сиди молча, иначе перережу глотку. – рычит мужской голос мне на левое ухо, приставив острый нож к моему горлу.
Глаза наконец оказываются свободными, ровно как и рот, но каждое моё действие остаётся под чётким контролем. Оглядываюсь по сторонам, как это только оказывается возможным и осознаю, что оказалась в ресторане на последнем этаже, где в данный момент нет никого помимо меня и моего похитителя. Лица последнего я не вижу, поэтому, пока напротив меня за столиком сервированным на две персоны, никого нет, начинаю логически мыслить, гадая кто посмел пойти против Алекса, и как мои охранники смогли упустить меня? Как на них можно полагаться, если они не смогли уберечь меня от этой постыдной картины?! Выберусь отсюда живой, придумаю самый кровавый способ расправится с похитителем и моими охранниками! Особенно с последними! Ни на кого нельзя положиться!
Однако думать долго мне не пришлось и в поле зрения появляется уже знакомая фигура Колесникова. Его движения, пока он подходит к столу, слегка нескоординированные, глаза – красные и потерявшие прежнюю дикость, а губы лишены какого-либо цвета. На секунду мне даже кажется, будто он готов упасть в обморок, но это видение испаряется, как только мужчина садится за стул напротив и даёт распоряжение бугаю за спиной отпустить меня. Ничего не говоря, он подзывает к себе напуганного до нервной тряски официанта, указывая на блюдо из меню пальцами, все так же сохраняя молчание. Настороженно слежу за каждым его движением, едва сдерживаясь, чтобы не броситься восвояси, не смотря на гребанного убийцу за своей спиной. Попытка не пытка, как говорится.
Наконец собравшись, Колесников поднимает на меня взгляд и смотрит пристально, вчитываясь в моё лицо, точно ищет ответы на свои вопросы. Не могу понять его состояния и его желаний, потому просто сижу, никак не меняя выражения своего лица. Совершенно без понятия что происходит, но лучше пока что плыть по течению, нежели пытаться утопиться, борясь с ним. Колесников опять не пытается даже предпринять попытки заговорить; смотрит и нервно кривит губы, размышляя о чем-то своём. Я-же, в свою очередь, делаю невольно сравнение с тем мужчиной, которым его видела в последний раз и тем, кого вижу прямо сейчас.
Всякий намёк на силу и власть будто разом испарились из него, а лицо выражало странное смирение и апатию. Если причиной этому состоянию является Алекс, то мне хочется поаплодировать ему. Колесников всегда вгонял в дрожь от одного своего имени, не то чтобы фамилии, а сейчас он выглядит ничем не лучше моего отчима, который не способен даже самостоятельно оплатить счёт за коммунальные (благодаря Алексу, мне приходят отчёты не только о финансовом состоянии Игоря, но и обо всех его похождениях и всему прочему). Мне хочется растрясти его, узнать правду о произошедшем, но я не смею даже шелохнуться. Какой-то страх, что этот поверженный мужчина сможет с легкостью отдать приказ разрезать меня на части, останавливает меня от всяких глупостей. Людям без веры и цели нечего терять.
Глава 21.
Пока мой новый водитель-охранник-нянька вёл машину, я сидела сзади и смотрела на сменяющиеся декорации за окном, уже предвкушая новый год и все то волшебство, что следует за ним. Нисколько не хотелось отрываться от созерцания картин, однако моё женское любопытство не могло никак остановиться. Пересаживаюсь в центр и выглядываю из-за кресел, смотря на точеный профиль мужчины.
– Скажи честно, ты сидел? – интересуюсь невозмутимо, продолжая гипнотизировать его скулу, – Не пойми меня неправильно, но в моих планах стать послом, а сидевшие никак не должны входить в моё окружение. – ответом, как и предполагалось, была тишина, – Я не дискриминирую тебя, ни в коем случае! Просто действительно интересно. У тебя большой шрам, я заметила ещё несколько татуировок под курткой, и, кажется, если я не ошибаюсь, у тебя ещё и золотой зуб есть. Ну же, признайся, за что сидел.
– Убийство в особо тяжкой форме.
– Ты шутишь! – отлетаю обратно на сидение, схватившись за сердце. – За такое дают не меньше десяти лет! – загадочная ухмылка единственное, чему меня удостоили, – Ну, знаешь, в этом есть и свои плюсы. Женщинам нравятся плохие мальчики, – шепчу коварно, уверенная, что Руслан мне ничего не сделает. Есть и свои плюсы быть женой дьявола, – Какие тебе нравятся? Есть какой-то определённый типаж?
– Точно не замужние.
– Ауч! – восклицаю оскорблённо, поймав в ответ усмешку, – Кто сказал, что я для себя? У меня вообще-то сестра незамужняя, куча подруг и однокурсниц. Уверена, с твоей внешностью они с легкостью купятся на какую-нибудь героическую историю о том, как ты был вынужден защитить беспомощную бабушку, когда на неё напали в тёмном переулке, после чего тебя посадили. Или что-то в этом роде. Брось, скажи мне какие тебе нравятся и я сразу же найду подходящую.
– Не те, кто годятся мне в дочери.
– Тебе должно быть не меньше сорока в таком случае, – восклицаю гордо, ерзая на сидениях, – Скажу честно, ты неплохо сохранился. Я бы не дала тебе больше тридцати пяти. Лет, не раз, – пошутила я и залилась смехом, играя на нервах мужчины за рулем, – Заценил шутку? Не больше тридцати пяти лет, а не раз! – вновь захожусь смехом, – Ты какой-то немногословный, мне такие не нравятся. Давай, расскажи что-нибудь. Жена? Дети? Муж? – добавляю скромно и быстро хлопаю ресницами, впервые встречая его взгляд в зеркале, – Ну а что? Мы все свободные люди и у каждого свои предпочтения. Вон даже я порой засматриваюсь на женщин и не вижу в этом ничего постыдного. Хотя, такому брутальному мужчине как тебе, это, вероятно, покажется недопустимым, не так ли? Ах, эти стереотипы про тестостероновых альфа-самцов. Не бойся, мужу не скажу. Уверена, такой расклад его устроит даже больше, чем твоя гетеросексуальность.
– Не женат, детей нет, замуж тоже не выходил, – все так же механически отвечает Руслан, останавливая машину на светофоре, – Возлюбленной нет, не интересуюсь замужними и детьми.
– Так почему ты молчал?! – выкрикиваю возмущенно, – У меня есть знакомая, которая полностью подходит под твое описание! – выдерживаю интригующую паузу, прежде чем победно воскликнуть: – Моя бабушка. – прыскаю со смеху, заметив уставший взгляд мужчины, у которого скоро задергается глаз, – Ну, посуди логически, не руби с плеча. Она не замужняя, старше меня, даже старше тебя, значит опытнее. У нее свой бизнес, зарабатывает много, плюс моя родственница, значит защищать меня станет легче. Что скажешь?
– Мне не интересно трахать женщин в возрасте.
– Фу, боже, это точно не то, что я должна была слышать... Или представлять! – морщусь от отвратительной картины в голове, – И опять все тебе не так! Ты лишаешь меня моей работы свахи! Стыдно должно быть.
И, как только я замолкаю, мы погружаемся в тишину. Блаженную для Руслана и раздражающую для меня. Мужчина не спешит раскалываться, выглядит неприступной горой, но штурмом я брала и не меньших орешков. Если ему предстоит работать непосредственно моим личным охранником, то нам следует наладить контакт, в противном случае просто не переживу наши встречи. Лишний раз поговорить с довольно привлекательным мужчиной только пойдет на пользу; а так же, пусть Алекс знает, что я все так же интересна другим мужчинам и не только ему можно смотреть налево. Пошел он к черту, Илону я ему точно не прощу. Из всех девушек он выбрал именно ее, это даже оскорбительно.
Дома я первым делом бросаюсь к холодильнику, выхватываю полуфабрикаты и делаю себе сэндвич. Надо бы еще придумать в чем пойти. Самое тревожное событие за всю неделю. Я точно знаю, что бабушка уже любит моего мужа, но что скажут остальные? Их мнение вряд ли поменяет мое решение, хотя бы из-за подписи, которую я уже поставила на документе. Но мне было бы спокойнее, если они одобрят этот брак. Плюс, сегодня приезжает Женя. За всю ее поездку в Германию мы говорили максимум три раза, и я не знаю точно, насколько пошли на пользу ее встречи с психологом. Тётя Анна говорила, что теперь Жене полегче и потерю ребенка она переживает неплохо. Мне хочется в это верить, но все же червячок сомнений играл на моих натянутых нервах, как на струнах гитары.
Все свободное время, после того как оповестила Соню о нашем визите, я потратила выбирая в какой одежде я пойду, остановившись на черном платье-пиджаке с большими золотыми пуговицами, длиной выше колен. А так как на улице едва не зима, хватаю черные высокие ботфорты, чувствуя себя более высокой версией Арианы Гранде. За всю неделю этого брака моя самооценка повысилась настолько, что сам Эверест мог ей позавидовать, однако стоило Алексу появиться на горизонте, как вся спесь улетучивалась. Может когда-нибудь это и пройдет, но точно не сейчас.
Глава 22.
Просыпаюсь среди ночи от грохота входной двери. Подскакиваю в кровати, будто ошпаренная, озираясь по сторонам. Раньше, когда мама только съехалась с Игорем, он злоупотреблял алкоголем и по ночам часто приходил пьяный в стельку. За этим, обычно, следовали бесконечные скандалы и крики, от которых, я не могла уснуть до раннего утра. И похожий страх вспыхивает внутри.
Но потом вспоминаю, что благодаря охранникам по всему периметру, легче в пентагон забраться, чем в эту квартиру не будучи членом семьи, или хотя бы знакомым. Алекс ведь всегда приходит настолько тихо, что я его никогда не слышу, может произошло что-то?
Накинув на свою пижаму халат и туго завязав его ремень, выхожу из комнаты, прежде испуганно оглядывая местность. Женский стон долетает до моего слуха, от которого весь страх улетучивается, сменяясь первородным гневом. Тем самым, который без тормозов. Неужели Алекс посмел привести в нашу квартиру какую-то девушку?
Бросаюсь вперед, желая застать их врасплох. Дергаю переключатель и тёмный коридор озаряется ярким светом. Наблюдаю весьма интересную картину: девушка, с полностью задранным платьем стоит около стены и громко стонет, закусывая губы, пока мужчина напротив неё вылизывает ей шею и играет рукой между её бёдер. Готова начать кричать и обвинять Алекса во всех грехах человечества, однако не успеваю. Девушка испуганно бросает взгляд на меня и пытается отойти от дурмана, заполонившего её тёмные глаза; а мужчина отстраняется слишком медленно, не в силах оторваться от шеи гостьи. Его глаза встречаются с моими и я удивлённо ахаю, с неким облегчением в груди понимая, что это не Алекс. Мужчина напротив меня, все ещё сжимающий напуганную девушку в своих больших руках, высок, накачен и до одури сексуален. Его яркие глаза сначала вспыхивают от непонимания, которое довольно быстро сменяется осознанием.
Пухлые губы складываются в широкую ухмылку, а руки наконец отпускают бедную девушку. Делаю шаг назад, одновременно боясь этого человека и интересуясь им.
– Ох, как я мог забыть. – его голос похож на Алекса, что несколько успокаивает меня, когда он продолжает приближаться, останавливаясь напротив меня с убийственным выражением лица. – Ты...
Продолжить свою реплику у него не удалось. Входная дверь вновь хлопает и на пороге появляется уже Алекс, замерев на месте. Его серые глаза сначала мигом находят меня, осматривают, после чего они перемещаются на девушку, которая начала ерзать от дискомфорта. И только мужчина возвышающийся надо мной словно скала не выглядит пристыженным. Наоборот, ситуация его, словно бы, позабавила, от чего он едва в ладоши не хлопнул. Отхожу подальше, желая скрыться где-нибудь в комнате, а лучше слиться со стеной. Весьма интересная ситуация, не придерешься.
Алекс подходит ко мне, становится рядом и взирает на мужчину с абсолютно нечитаемым выражением лица. Непроизвольно сравниваю их двоих, отмечая больше схожих черт, нежели различных. На фотографиях это кажется иначе, чего не скажешь о реальности. Кажется, я даже вижу одинаковый оскал с одним крохотным отличием: Алекс выглядит ледяным и отстраненным, в то время как второй мужчина, наоборот, похож на жерло вулкана с бурлящими в нем потоками лавы.
– Ты говорил, что твоя жена красивая, однако забыл упомянуть, что она чертовски сексуальна, – выдаёт мужчина без зазрения совести, бросая на меня взгляд, горящий от интереса и интриги, – Кажется, ты Элис, не так ли? – киваю и делаю крохотный, почти незаметный шаг вбок, прячась за плечом своего мужа; мои действия не остаются незамеченными, – Брось, ты же моя невестка, как я могу подумать о чем-то оскорбительном для тебя?
– Ты приехал раньше, Грейсон. – сухо бросает Алекс, перетягивая градус интереса к себе, – Я ждал тебя не раньше послезавтра.
– Ну ты же меня знаешь, Алекс. – похлопывает по плечу моего мужа мой... деверь? – Я не следую чужим планам и создаю свои собственные. – взгляд практически таких же глаз, как у Алекса, только чуть темнее возвращается ко мне и вновь проходится от головы до пят. – Смотря на неё я понимаю, чем она смогла тебя зацепить. – Грейсон подошёл ближе, – Никогда не думал, что кто-то сможет надеть на тебя кольцо, но, видимо, эта маленькая принцесса смогла крепко схватить тебя за яйца, брат. Приятно наконец познакомиться, Элис или Алиса?
– Алиса. – прохрипела я, только сейчас поняв, что до этого не произнесла ни одного слова, – И мне тоже приятно познакомиться с тобой, Грейсон.
– Для семьи я просто Грей. Только Алекс имеет привычку называть людей полными именами, – закатил глаза мужчина.
– Грей? – переспрашиваю и, не в силах остановить свой глупый юмор, выбрасываю первое, что пришло на ум, – Прямо как Кристиан Грей? – сжимаю губы, – Со всеми этими плетками, пробками и всем прочем? Прости.
Грейсон взрывается от хохота, едва не сгибаясь пополам, держась рукой за свой живот. Буквально ощущаю волну раздражения, исходящую от Алекса, но не предпринимаю никаких попыток сделать хоть что-нибудь. Продолжаю стоять на месте, ожидая дальнейшего развития событий.
– Ох, невестка, ты меня действительно рассмешила. Матушка всегда искала моему брату жену из высших кругов, – он наклоняется ближе, шепчет, делясь настоящим секретом, – Ну, знаешь, всю такую с этикетом, вечно прямой спиной и учтивой улыбкой. Проще говоря, безвольную куклу, которая во всем потакала бы требованиям Алекса. Ты же не кажешься мне такой. Без сомнения ты красива и заслуживаешь восхищения, но, в то же время, ты не та, кто спрыгнет с крыши по одному только приказу Алекса. Или я все же ошибаюсь? – слабый, практически незаметный намек на вызов сквозит в его игривом голосе. Выпрямляюсь непроизвольно и отодвигаюсь от Алекса, вздернув подбородок. Грейсон довольно улыбается, – Гордая маленькая невестка. Я никуда тебя не отпускал, – хмурюсь, переводя взгляд на девушку позади, которая попыталась выскользнуть из квартиры. Она резко остановилась, услышав холодный приказ Грея. Вздрагиваю, услышав опасно знакомые нотки. Такие же, как у Алекса. Только если голос Алекса более низкий и грудной, а Грея он немного выше и более хриплый. – Простите мои манеры, но дама заскучала. Уверен, нас ждет увлекательная беседа утром, а теперь, мы остановимся на том, на чем остановились. – Грей хохотнул, опустил голову, оставил быстрый поцелуй на моей щеке и повернулся к девушке.
Глава 23.
Утро началось куда лучше, чем все остальные в этой квартире. Наверное это из-за того, что солнечные лучи не падали мне прямо в глаза – даже не смотря на толстые шторы, которые висели в моей комнате – а может из-за потрясающего аромата мужского геля для душа, вперемешку с ощущением присутствия кого-то другого. Хорошее настроение испоганила лишь тянущая боль внизу живота, но ничего, и с этим справимся.
Признаюсь честно, перед тем как уснуть, я задумалась, проснёмся ли мы утром, как эти влюблённые парочки в тошнотворно-ванильных сериалах и фильмах. Меня даже напугала мысль о чем-то подобном, но сейчас, проснувшись одной, не чувствуя мужскую ладонь на своей талии или что-то в этом роде, разочарование ухнуло где-то в животе. Нет, Алекс все ещё находился в постели, тихо печатая что-то в своем ноутбуке, пока я пыталась проснуться на достаточном уровне, чтобы развернуться и начать диалог. А пока этого не случилось, мои мысли всё возвращались к нашему ночному диалогу, да и в принципе к тому, что происходит между нами в последнее время.
После его очередного возвращения со своей деловой поездки, Алекс будто совсем чуть-чуть, буквально слегка оттаял. Его глаза больше не светились подозрением и желанием протестировать мою выдержку; теперь в них было любопытство, он перестал испытывать только меня, сейчас это проверки для нас обоих. Будто он хочет знать насколько далеко и сам может зайти в этом браке. Я же стала больше приглядываться к нему, как к мужчине, а не только мешку с деньгами. Нет, я всегда видела его красоту, просто эти дни мои глаза отказывались видеть в нем что-то плохое, стараясь акцентировать на хорошем. Это так странно, но мне нравится его тёмная сторона, и моя обида за первый день нашего брака постепенно улетучивалась. Возможно, я пожалею об этом, в будущем, немного позже; мне просто хочется перестать страдать. И если для этого понадобится обманывать саму себя, что ж... Я готова. Наверное.
Я всегда осуждала тех жён, которые легко спускали с рук всю жестокость своим мужьям. Мне казалось, будто после любого такого поступка, если не разводиться, то ругаться точно стоит. Женщина достойна уважения; ровно как и мужчина. Никто не имеет права издеваться над тем, кого выбрал в спутники на протяжении своей жизни. И вот, оказавшись в подобной ситуации, когда похожие мне будут осуждать мои поступки, я выбрала спокойствие и счастье, вместо криков, скандалов и взаимной ненависти. Чёрт, этот брак делает меня мягкотелой.
Откидываю одеяло, медленно поднимаясь, находясь все ещё спиной к своему мужу. Мне не стоит смотреть на него в таком состоянии; мои эмоции нестабильны, а гормоны слишком чувствительны. У меня на днях должны начаться месячные, и сегодня, к моему ужасу, у меня начал болеть живот. Ненавижу своё тело. Мои месячные это просто настоящий кошмар, который мало кто выдерживает, включая меня. Например, у меня болит живот, я постоянно найду причину для слез, а в следующий момент буду хохотать, как умалишенная. Добро пожаловать в жизнь девушек.
Первым делом, бросаюсь в туалет, где смываю остатки сна и обогащаю тело энергией перед вечерним мероприятием. Это, признаться честно, волнительно. Встретиться с такими высокопоставленными лицами, да к тому лидерами преступного мира не то чтобы честь, отнюдь, это просто интересная возможность. Фамилия Андерсон гарантирует мне безопасность, но никогда не стоит забывать, что как я смогла получить ее, так же смогу и потерять. Мне стоит задуматься о своем будущем и попытаться влиться в коллектив. Проще говоря, попытаться понравиться им; может, в последствие, они даже помогут мне. Не знаю в чем и как мне могут помочь преступники, но друзья никогда не бывают лишними. Особенно в борьбе с Игорем. Наброски плана по его уничтожению уже сформированы, осталось лишь начать приводить их в действие.
Выхожу из ванной, укутанная в мягкий белый халат, не замечая Алекса в постели. Чёрт, все-таки придется выйти из комнаты. Грейсон не внушает мне страха, но и доверия к нему пока что нет. И встречать его в таком виде было бы безрассудно. Хотя, когда я отличалась благоразумием? Потому, с гордо поднятой головой выхожу, с первого же шага слыша их приглушенные голоса. И я не ошиблась.
Алекс стоял у "островка", облокачиваясь на него со скрещенными на груди руками, в то время как его брат пил какую-то зеленую жидкость из прозрачного стакана. Их разговор был настолько тихим, что я не могла расслышать ни слова; в отместку, выхожу из коридора, мгновенно привлекая к своей скромной персоне всё мужское внимание. Подавляю желание стушеваться и юркнуть в соседнюю комнату. Мне нечего стыдиться и тем более бояться. Что они могут мне сделать? Подумаешь, убьют и расчленят. С кем не бывает, переживу.
– Невестка, прекрасно выглядишь, не устану это повторять. – поприветствовал меня Грейсон, возвышаясь надо мной уже в уличной одежде: спортивном костюме, и только капельки пота, стекающие по его лицу, намекали на утреннюю пробежку.
– Только не говори, что ты бегаешь в такую рань.
– Эй, это вообще-то лучше, чем спать, очень бодряще, – закатываю глаза на его реплику, и, под его подозрительный, практический не верящий в происходящее взгляд достаю из холодильника банку с шоколадной пастой, – Только не говори, что собираешься питаться этим, невестка! Это ведь практически проклятие для твоей талии!
Бросаю взгляд на Алекса из-под полуприкрытых век; его глаза без остановки следят за нами, ни на секунду не выпуская из своего внимания. На последних словах серебро начало плавиться, переваривая услышанное и скользя взглядом по вышеупомянутой части моего тела. Чёрт, это ведь было так давно, когда он прикасался ко мне. Когда его руки слегка болезненно сжимали не только мою талию, но и все остальные части тела, не контролируя свою силу от нарастающего возбуждения.
