Текст книги "Кайрин 3. Тень алхимика (СИ)"

Автор книги: Анастасия Мирт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Печать 24
Призыва дэва

Через десять минут я дорисовал узор. Хоть он и напоминал печать, у него не было ограничивающих колец, в центре был небольшой круг, пересекающий молнию посередине. Рисунок совершенно не походил на ту печать, которую мы чертили с Корном, когда он вызывал дэва огня.

Я начал заполнять узор маной, постепенно он засветился жёлтым. Ветер вокруг усилился. Стало сложно стоять на месте, меня толкало то в одну сторону, то в другую. Внутри всё дрожало от предвкушения.

Скоро я заключу договор с дэвом! С Хару!

Когда почти вся моя мана перетекла в печать, я почувствовал присутствие дэва.

– Приветики, Ринни, – раздалось в моей голове. – Вот теперь я могу говорить.

Говорить? Разве мы не собирались заключить договор? Он просто поговорить пришёл?

Я попытался остаться собранным и спокойным, но моё настроение уже пробило отметку плинтуса и продолжало лететь вниз. Однако я всё же спросил:

– Куда ты пропал?

– Понимаешь, чтобы попадать сюда, к тебе, мне нужно было находить в нашем мире наиболее слабые места, бреши. Там, где реальность нашего мира наиболее зыбка. Но… недавно эти дыры обнаружили и заделали.

– Разве ты не говорил, что попадать ко мне это твоя особенность? – поразился я.

– Это так и есть. Другие, даже воспользовавшись дырой, не смогли бы попасть сюда так просто… Но даже я не могу пройти сквозь незыблемую стену! Так что мы не сможем продолжать общаться…

– Стой! Что значит не сможем? А нет… Сначала… Извини меня, я был не прав и не должен был так злиться и срываться на тебе. И тогда… я наговорил глупостей.

– Это прекрасно, что ты способен признать свою вину. Я тоже не был полностью прав. Мир? – появилось ощущение, будто меня завернули в самое уютное на свете одеяло.

– Мир, – улыбнулся я. – А теперь заключи со мной договор.

Я прикрыл глаза, но не видел Хару, только слышал его и чувствовал. Я ощутил его растерянность.

– Договор?

– Конечно. Разве ты не собирался стать моим первым дэвом?

Хару молчал несколько секунд.

Я уже успел за это время надумать демон побери что! Затем он звонко рассмеялся.

– Ладно. Давай заключим его.

Я проворчал:

– Думаешь, я позволю тебе не общаться со мной? Что за вздор ты несёшь?

– Тогда ты всё ещё помнишь мои условия?

– Про то, что ты подбираешь мне остальных дэвов?

– Верно.

– Я познакомился с одним дэвом воды, собирался заключить с ним договор, но меня опередили. Хочу его вернуть. Ты… против?

– Водный дракон тёмно-синего цвета?

– Я думал, что он чёрный, но, возможно, и синий… – засомневался я.

– Хорошо, он подойдёт, но остальных выберу я.

– Ты, правда, не против⁈ – обрадовался я. – Остальных? Ты так уверен, что будут остальные?

– Если их не будет, ты ничем не рискуешь, – сказал Хару. – У тебя хватит сил на договор?

– Не уверен.

Моей маны за время нашего небольшого разговора уже порядочно убыло, всё-таки я поддерживал покров.

Но после моего ответа меня начало наполнять энергией. Стало так легко и комфортно.

– Лучше? – хихикнул дэв.

– Ещё бы. Теперь получится.

– Тогда начнём!

Меня перенесло в пространство, где я привык видеть Хару. Серое ничто и клубящийся дым под ногами. Только вот сегодня тут всё было не таким, как обычно.

Сначала дым посветлел до белого, а затем стал поблёскивать салатовым и жёлтым. Подул ветер и клубы разноцветного чада стали отрываться и кружить вокруг. В центре этого безобразия стоял Хару, сияющий широкой улыбкой. Дэв выглядел, как обычно, как мальчик лет двенадцати лет со светлыми волосами до плеч, которые развевал ветер. Носил он привычную белую накидку в форме треугольника. Теперь я особенно внимательно разглядывал канву его одежды – действительно та самая загогулина, которая лежала в основе его печати, повторяющаяся множество раз, образовала простой узор.

Я подошёл к нему.

– Тебе не нравится? – удивлённо спросил дэв, не видя моей реакции на украшенное пространство.

– Э… Давай займёмся делом, – решил я его не расстраивать.

Для моего сознания гораздо более привычным было серое пространство. Оно мне нравилось больше.

Хару хмыкнул и топнул ногой. Дым, покрывающий здешний пол, рассеялся. Словно вися в воздухе под ногами дэва, сиял узор, который я маной нарисовал в реальности.

– Заходи в центр, – произнёс дэв.

Я встал совсем рядом с ним, теперь мы оба стояли внутри рисунка.

– Я, Хару, клянусь следовать за магом, стоящим предо мной, – он резко сжал руку в кулак, после чего вытянул её вперёд, почти коснувшись меня, и ладонью вниз раскрыл кулак. Алая кровь потекла из его порезов, оставленных ногтями. Капли упали на печать, и она полыхнула салатовым.

– Я, Кайрин, клянусь следовать за дэвом, стоящим предо мной, – заострив ногти вэ, я повторил жест Хару, резко сжав кулак. Когда раскрыл ладонь, капли крови заструились по ней. Одна из них сорвалась вниз, упала на печать, и та полыхнула бирюзой.

– Контракт заключён, – хором произнесли мы.

Печать исчезла, а пространство вокруг превратилось в бескрайнее зелёное поле.

– Ну… – я указал на окружающий нас пейзаж, – так получше.

– Теперь, когда контракт заключён, мне нужно тебе сообщить о некоторых правилах безопасности при призыве дэва.

– Что, и такие есть? – удивился я.

– На призыв дэва тратится существенная часть маны мага. Обычно около трети всего его запаса. Как думаешь, откуда берётся энергия для того, чтобы отправить его обратно?

– Наверное, тоже из маны мага?

– Верно, – улыбнулся шире Хару. – Что же будет, если дэв призван, а у мага не осталось сил, чтобы отправить его обратно?

Я растерялся. Никогда об этом не задумывался. В книгах же очень неохотно рассказывалось что-то о духах, так что найти там хоть крупицы информации о них было уже счастьем.

– Без понятия. Могу предположить, что дэв останется здесь?

– Нет. Это невозможно, потому что, находясь в этом мире в физическом воплощении, мы тратим очень много сил – и своих, и мага. Кроме того, мы бы не заключали договоры с людьми, если бы это нам как-то угрожало.

– Тогда вы должны использовать остатки силы мага для того, чтобы уйти обратно в свой мир.

– Верно. Поэтому магу необходимо сохранять часть маны, чтобы отправить дэва домой. Если он этого не сможет сделать, то дэв использует его жизненную силу для того, чтобы сделать это за него.

– Подожди… – по спине пронеслись мурашки. Хару говорил отстранённым тоном и книжными фразами, но суть, которую я уловил, была пугающей. – Ты сейчас говоришь о том, что ты меня убьёшь, если я не оставлю маны для обратной печати?

– Я бы никогда так не поступил… И я не один такой, кто бы не смог этого сделать. Именно поэтому эта часть вплетена в печать призыва каждого из дэвов. Не я тебя убью, если у тебя кончится мана, и ты не сможешь отправить меня обратно, это сделает печать, – Хару смущённо почесал щёку, избегая смотреть мне в глаза.

– Это только у тебя или…

– Я же говорю, так у всех дэвов. Раньше были… случаи, поэтому нам пришлось пойти на такое правило.

– Почему бы вам не рассказывать об этом раньше?

– Мы не можем. Это запрет, наложенный нашим королём. Мне неуютно, что я не сказал раньше, но… Разве ты тогда бы отказался от договора?

– Нет, конечно, – я тряхнул головой и ухмыльнулся. – Ладно. Так значит, я теперь могу призвать твоё физическое воплощение в реальности?

– Да… Почему у меня зачесалась голова? – заозирался Хару.

Припоминая своё давнее желание треснуть его по макушке, я расхохотался.

В этот раз я так и не смог призвать Хару воплоти: мне просто-напросто не хватало маны. Экзе же просто повезло, что дэв был водной стихии и она могла использовать покров для пополнения маны. Теоретически, и в моём случае это было возможно. Корн тоже так мог: трансформировать ману водной стихии в вэ, а затем в ману другой стихии. Но я пока не был настолько умел.

Когда я применял покров, я практически не мог использовать заклинания другой стихии, даже элементарные попрыгунчики давались мне с превеликим трудом.

В тот вечер я пошёл разучивать заклинание обратного призыва, которое должны были знать все маги, которым удалось заключить договор с дэвом. Оно возвращало призванного дэва в их мир. Меня не отпускала мысль, насколько же часто маги погибали не от убийственного заклинания, а от собственного дэва. Всё-таки довольно жестокое правило. Люди могли пользоваться великой силой дэвов, но и платили они за это равноценно, рискуя своей жизнью каждый раз, когда их призывали.

Я с предвкушением ожидал завтрашнего дня и возможности вживую увидеть давно знакомого мне дэва. Интересно, каково это? Хару старался максимально походить на человека, в чём делал большие успехи. Так он будет выглядеть, как простой человек или, например, его кожа будет светиться и блестеть, как тот белый дым, который он мне сегодня продемонстрировал?

Когда я заснул, мне снился странный сон. Но когда я утром раскрыл глаза от него осталось лишь ускользающее ощущение, что он был непривычным и его стоило вспомнить. Однако как я не пытался напрячь мозг, всё было бесполезно.

Мак беззаботно дрых, я же всё надеялся вспомнить сон, поэтому засыпать вновь не собирался. В итоге я встал и стал бродить по комнате, затем забрёл в ванную… А после того как принял душ, смирился с тем, что вспомнить сон уже невозможно.

Когда я вышел из ванной, в комнату постучали. Обычно уже по стуку я мог определить, кто пожаловал. В конце концов, не так уж много студентов могло осмелиться стучать поутру в комнату, где жили двое из дюжины.

Однако в этот раз определить у меня не вышло. Стук был слишком тихим для Корна, и слишком равномерным для Ая. Нилл же, девушка Мака, вообще не пришла бы утром в мужское общежитие. Мелькнула мысль про Агер, но она стучала бы тише.

Мак даже не отреагировал на шум. Я, затянув полотенце на пояснице потуже, пошёл открывать.

– Привет, – на пороге стоял Хэйрин. Да, про него я не подумал. Кажется, это впервые, когда он сам пришёл в мою комнату.

Наверное, он затем, чтобы обсудить ту историю, но прошёл всего день, неужели он не мог дать мне хотя бы ещё парочку, чтобы прийти в себя?

– Оденусь и выйду, – буркнул я, закрыв перед ним дверь.

Через минуту я накидывал пиджак, после чего вздохнул и вышел в коридор.

Брат нашёлся в паре жезлов, сидящим на подоконнике окна. Увидев меня, он соскочил с него и с мягкой улыбкой произнёс:

– Прогуляемся?

– Если только в людных местах, – я не скрывал недовольства в своём голосе.

– Серьёзно? – хмыкнул он.

– Ещё как, – я прошёл мимо него и услышал, как он двинулся следом.

Вскоре мы были в парке. Я выбрал оживлённую его часть, однако было раннее утро, и студентов всё равно попадалось немного.

– Чего ты хотел? – остановился я.

– Эм… – Хэй накрутил на палец прядь волос. Потом вздохнул. – Ладно, если не хочешь ходить вокруг да около, то могу говорить прямо, – он поднял на меня взгляд. – Я собираюсь уговорить тебя вернуть воспоминания. Только и всего.

– И как же ты собираешься это сделать? – усмехнулся я. – Кажется, я уже ясно сказал, что не хочу, чтобы ты рылся в моём разуме.

– Эй! Ты слишком грубый… Такой холодный, – он прищурился, скрестив на груди руки.

– Позавчера ты меня силком затащил в свою комнату и связал! После этого ты хочешь, чтобы я был с тобой мил и добр? Я уже молчу про то, что ты всё время притворялся, будто не в курсе произошедшего! Да ты даже убеждал меня в том, что это я сам зашёл в установку и активировал механизм, когда как прекрасно знал, что это был Мао! Более того, ты сам им и управлял! То, что я с тобой вообще разговариваю, а не делаю вид, что тебя не существует, уже большое одолжение с моей стороны!

– Так ты нам не поверил?

– Я промолчу.

– Значит, поверил? – улыбнулся Хэй. – Конечно, поверил. Если бы это было не так, ты бы не согласился со мной поговорить. Ладно, я дам тебе больше времени. Но знай, я не отстану от тебя…

Желудок брата громко заурчал, Хэй слегка покраснел.

– Может, перекусим? – предложил он.

– С тобой рядом у меня аппетит пропадёт…

– Да ладно тебе, не будь таким букой, – он схватил меня за плечо и потащил вперёд.

– Пусти!

– Только если ты пойдёшь со мной, – подмигнув, широко улыбнулся брат.

– Ты меня шантажируешь!

– Кто сильнее, тот и прав! – он показал язык и побежал вперёд. Но он не отдалялся слишком далеко и постоянно оглядывался, следую ли я за ним. Казалось, если я решу затеряться в парке, он вернётся и потащит меня за руку, уже не отпуская.

– Эй, Хэйрин! – брат остановился и посмотрел на меня. Я догнал его.

– Слушай, мы же семья и раз уж мы… почти помирились, мне хотелось бы кое-что узнать.

– Что же? – он поднял брови.

– Какая метка у Мао? – если у Хэя она появилась, когда ему было всего семь, разве не логично, что у нашего, весьма одарённого, старшего брата в почти двадцать, она тоже должна быть?

Я задал этот вопрос, чтобы проверить, насколько братья откровенны со мной. Сейчас Мао не было рядом, Хэй должен был сам принимать решение, отвечать ли. Если бы он хоть каплю сомневался в том, что можно мне это рассказать, то я бы это заметил и сделал выводы.

– О, в этом нет большого секрета. Хотя лучше не болтай о ней, с кем попало. У него метка молнии, – на лице Хэя не дрогнул ни один мускул, не было похоже, что он колебался.

– Что она делает?

– Просто усиляет стихию… – он вновь зашагал к дворцу.

– Усиляет… молнию? Значит, он сильнейший маг молнии? Даже сильнее отца?

– Может быть. Хотя он ещё не научился таким заклинаниям, на которые способен папа.

– Поразительно.

– Не думаю, что его метка столь прекрасна. Она довольно… хм… нет, я не говорю слабая, но очень… простая. Существуют куда более занимательные.

Угу, например, твоя.

Кажется, Хэй гордился своими способностями.

– Как можно определить, есть ли метка у меня?

– Ты хочешь узнать свою метку? Есть специальное заклинание, довольно сложное, тебе лучше попросить папу, он точно сможет его применить. Мне тоже любопытно, есть ли у тебя метка, и что она из себя представляет… Возможно, она как-то связана с тем, что ты так легко освоил вторую стихию? Да, определённо, она должна быть с этим как-то связана…

Мы дошли до столовой. На входе стоял мужчина в серой форме. Он был из наших прежних охранников. А новые, те, что из королевских магов, уже покинули Парящий остров, что несказанно меня радовало. Теперь их осталось всего несколько и больше на верхних этажах.

Кроме охранника в столовой никого не было. Увидев нас, он улыбнулся.

– Хэйрин, Кайрин, нечасто увидишь вас вместе. Проходите, повара уже кое-что приготовили.

Столовая пока ещё не открылась для обычных студентов, но мы не были ими, нас спокойно пропускали и вне официального времени завтрака.

– О, привет, – поздоровался с мужчиной Хэйрин. – А сможешь сказать, кто из нас кто? – улыбнулся он.

– Чтобы различить вас, мне нужно взглянуть на браслеты. Иначе вы слишком одинаковые, – рассмеялся охранник.

– Ха-хах… На самом деле совсем нет. Мы даже внешне отличаемся. Давай я тебя научу…

Я закатил глаза и прошёл мимо, ещё не дойдя до ряда столов, где выставлялись готовые блюда, я расслышал, как Хэй говорил:

– У меня глаза голубые с совсем небольшим зеленоватым оттенком, а у Кайрина – они почти зелёные, ну ладно, с еле заметным голубым… Но самое простое это волосы! Ты только посмотри на его шевелюру! Он словно вообще не знает, что такое расчёска. У меня же волосы шелковистые и смотрятся гораздо лучше…

– Ага, а ещё, если бы не форма, Хэй бы уже носил ярко-розовую пижаму с помпонами! – встрял я в их разговор, слегка обидевшись на моё описание. Вообще-то, это его вина, что сегодня я забыл расчесаться.

– Вот, видишь… Очевидно, что у моего брата нет чувства стиля, – Хэй ехидно мне улыбнулся. – Он даже не понимает, что я ни за что в жизни бы не надел какую-то пижаму с помпонами! А не надел бы я её потому, что…

Внезапно Хэйрин и охранник замолчали. Я обернулся, чтобы увидеть, в чём причина.

Они смотрели в коридор. Прислушавшись, я различил отдалённый шум, как будто его источник был довольно близко.

Это из-за него они так насторожились?

– Я проверю, – сказал охранник и ушёл. Хэйрин постоял пару секунд, а затем двинулся следом.

Эй? А как же я? Я поставил тарелку с кашей обратно и поспешил за ними.

Шум доносился из лазарета. Он находился напротив столовой. Когда охранник открыл разрисованную зелёными побегами дверь, стал отчётливо слышен грохот, звон стекла и ругань.

Кто удумал буянить в лазарете? Он самоубийца? Лекари такое ему не простят…

Хэйрин не спешил заходить внутрь, замерев чуть в стороне от двери. Я остался стоять рядом со входом в столовую.

Послышался голос охранника, кажется, он пытался выяснить, что происходило. После чего дверь распахнулась, и мужчина вылетел из лазарета с такой силой, что ударился о стену коридора.

Его кожа была покрыта копотью. Судя по всему, кто-то неожиданно ударил в него нехилым шаром огня. Мужчина потерял сознание. Я подбежал к нему и проверил пульс. В общем-то, он был в порядке, хотя помощь целителя ему бы пригодилась.

Я оттащил мужчину подальше от лекарского крыла. Как ни странно, но именно сейчас, когда он нуждался в медицинской помощи, ему было более безопасно находиться подальше от лазарета…

Когда я вновь посмотрел на дверь, Хэя уже не было рядом, а сама она была плотно закрыта.

Шавр! Он пошёл туда без меня? А если это ещё какое-нибудь нападение? Ведь что-то начало твориться ни где-то ещё, а именно в лазарете!

Надеюсь, хотя бы Агер ещё не успела выйти на работу.

Печать 25
Неистовой магии

Я рванул вперёд и, распахнув дверь, вбежал внутрь.

Наш лазарет был большим. Сразу после коридора шла приёмная, которая переходила в большой зал с многочисленными кроватями и кушетками, по правую сторону располагались отдельные палаты, а глубже находились помещения, в которые посетителей не пускали – там были операционные и подсобные помещения.

Сейчас кровати в большом зале превратились в обуглившиеся и догорающие деревяшки. Из-за дыма я не мог видеть дальше нескольких шагов, но, похоже, целой мебели здесь просто не осталось. Было трудно дышать. Под ногами хрустели осколки стекла. На полу лежала куча мусора и ступать приходилось по нему.

Впереди едва различалась фигура Хэя, вспыхивающая среди густого дыма голубыми искрами.

Призвав ветер, я распахнул все окна и проветрил помещение. Дым постепенно рассеялся. Около стены сидело двое незнакомых мне лекарей: парень и девушка. В самой глубокой части зала стоял Гарт.

Но он не походил на того парня, которого я знал. Сосуды на его глазах лопнули, и карие радужки практически сливались с красными белками, будто утопая в крови. На лице к вискам алыми паутинками проступали сосуды. Такие же, только шире, пульсировали на оголённых руках. Его бордовая форма была изодрана в клочья и свисала с него лохмотьями.

Что это за чудовище?

– Сдавайся, – произнёс Хэй, стоявший напротив него. – Не знаю, из-за чего ты такое сотворил с лазаретом, но если сдашься, наказание будет мягче.

Гарт будто не слышал брата. Его губы скривились, он схватился за голову и взвыл.

Я осторожно двинулся к лекарям и проверил их. Оба были без сознания и сильно ранены. Если их не реанимировать, они могут и умереть…

Сейчас я ничем не мог им помочь, их тела покрывали ожоги. Здесь не из лекарей мог бы пригодиться только Ай с его льдом. Но для того чтобы кого-то позвать, сначала нужно было разобраться с Гартом.

Похоже, сегодня утром здесь почти никого не было, только эти двое. Я порадовался, что Агер отсутствовала. Хоть и сильный, но она всего лишь лекарь, при атаке спятившего Гарта она могла сильно пострадать.

Но что случилось с огневиком? Неужели, он сошёл с ума от головной боли?

– Кай, позаботься о лекарях. С этим парнем я разберусь сам, – сказал Хэй, смотря на противника перед собой.

– Ладно.

Я хотел поднять девушку-лекаря, чтобы перенести в безопасное место, но в меня полетел огненный шар. Я подставил воздушный щит. Он рассыпался от удара Гарта, словно это было трёхуровневое заклинание, а не шар, созданный без печати. Меня обдало жаром, щёки опалило.

Кажется, я не смогу помочь этим бедолагам. Гарт смотрел на меня с сильной злобой во взгляде, из его груди вырвался низкий рык. Я нахмурился. Да что с ним происходит? Он ещё человек? Ведёт себя, словно стал диким зверем.

Окружив лекарей щитом, я двинулся в сторону от них. Взгляд Гарта неотрывно следовал за мной. Хэй озвучил мои мысли.

– Он нацелился на тебя. Хотя я не понимаю, как он может нас различить, но на меня у него не было такой реакции. Ты с ним что-то не поделил?

– Может быть. Но что более важно, он чокнулся… Ты же видишь?

– Да… Нам надо его вырубить. Он же всего лишь первокурсник. Он всегда был настолько сильным?

– Нет, не был.

– Понял… – больше брат не сказал ничего. Кажется, он осознал что-то, до чего я пока не додумался.

И я и Хэй двигались очень плавно, словно мы были перед больным, которого не хотели провоцировать. Отчасти это так и было. Как только я сделал шаг назад, Гарт напал.

Да он точно на меня зуб точит!

Он не использовал печать, но в меня хлынула волна пламени, что никак не могла быть создана без неё. Мне оставалось лишь удивляться тому, что у него это вышло.

Я отскочил, прикрывшись двухкольцовым щитом воздуха. У меня не получилось бы защититься чем-то меньшим. Я понимал, что должен был использовать стихию воды. Она единственная сможет одолеть огонь. Я глянул на Хэя, нужно ли мне защищать его? Молния годилась только для нападения.

Брат не нуждался в защите, поскольку Гарт не обращал на него внимания. Это показалось мне странным, но хотя бы мне не нужно было тратить ману и внимание, на то, чтобы создавать вокруг Хэя щиты. Сам же брат, похоже, подготавливал какое-то заклинание, поскольку замер в углу зала и, прикрыв глаза, покачивался. Что ж, буду надеяться, что он создаст что-нибудь стоящее, пока я отвлекаю Гарта.

В мою сторону летели одно за другим мощные огненные заклинания. Я переключился на водную стихию и приноровился использовать щит, которому научился у Зурта. Он назывался «упругим», его особенность была в том, что он не принимал урон на себя, как делали обычные щиты, а пружинил при попадании в него, как бы отбрасывая то, что в него прилетало. На деле же он ничего не откидывал, а просто тратил меньше маны. Что сейчас было очень кстати, поскольку у огневика был будто бесконечный её запас. Он совершенно не сдерживался, но его заклинания вообще не ослабели с начала боя.

– Хэй, ты скоро? – поторопил я брата. Я вертелся как уж на сковородке, но вокруг становилось попросту слишком жарко.

Гарт не целился в лекарей, поэтому их щит всё ещё держался, но мне было бы спокойнее, если я мог использовать для уклонения и ту часть зала, которую они занимали. Не говоря уж об их безопасности. Куда бы их деть?

Брат, наконец, закончил подготовку заклинания, и в огневика полетел голубой сгусток молнии. Увидев, как к нему что-то приближалось, Гарт развернулся к Хэю, стоявшему от него сбоку. Сверкающий шар замер перед огневиком и развернулся в трёхкольцовую печать. После чего она разразилась целым снопом непрекращающихся молний.

Я чуть не присвистнул. Круто.

Воспользовавшись моментом, я схватил лекарей и закинул их тела в ближайшую из боковых палат. Я думал, что после такого заклинания от Хэя, Гарт уже не встанет, но на всякий случай перестраховался.

Однако он не просто встал, как только молнии закончили в него бить, он ещё и кинулся в сторону Хэя, словно ничего не произошло.

После удара брата он переключился на него. В поведении Гарта было мало логики, скорее он двигался чисто на инстинктах.

Брат легко уклонялся, периодически запуская молнии. Пока Гарт отвлёкся от меня, мне, наконец, хватило времени, чтобы активировать покров воды, после чего я стал помогать Хэю щитами.

Гарт запустил в него волну пламени. Я прикрыл брата водным щитом. Хэй разрядил в огневика одну за другой три печати, которые били в тело Гарта широкими дугами молний. Он изогнулся, его тело затряслось, и он упал.

Фух… Мы сделали это.

– Это ненормально. Он не может быть настолько силён… – проговорил Хэй, с подозрением смотря на лежащего на полу Гарта, тело которого ещё конвульсивно дёргалось. – Он даже сознания с первого раза не потерял! Человеческое тело не может быть настолько устойчивым к молнии… Он же ей не владеет!

– Из дальней боковой палаты донёсся шум, как будто кто-то разбил графин, после чего дверь распахнулась. Из комнаты вышла Экза. Она слегка покачивалась, будто только пришла в себя после сильнодействующего снотворного.

– Гарт? – увидела она его тело на полу. – Что вы с ним сделали? – обернулась она к нам с Хэем, после чего её глаза сузились. – Опять ты? Теперь вас двое? – она сжала кулаки.

Что значит нас двое? Она думает, что я раздвоился?

Потом она повела себя совсем странно. Я думал, что она нападёт, но она прижала ладонь к носу и проговорила.

– Что за ужасная вонь? А-а-а… Моя голова… – она прислонилась к стене и сползла по ней, её глаза закатились.

Вонь? Здесь действительно пахло отвратительно. Больше всего гарью, но примешивались более тонкие лекарственные запахи, которые вместе создавали действительно мерзкую какофонию. Но после того как я проветрил помещение, стало терпимо. Так о какой же вони она говорила? Насколько она казалась ей сильной, что она даже перестала думать о брате? К тому же она опять сказала про головную боль, и Гарт тоже явно от неё мучался.

Хэй не думал так много, как я. Он просто атаковал Экзу молнией, совершенно не сдерживаясь. Её тело выгнуло дугой, рот распахнулся в немом крике. Похоже, ей было очень больно.

– Что ты делаешь? – в недоумении спросил я. Она же не нападала на нас.

– Использую метку, – спокойно ответил он.

Я перевёл заинтересованный взгляд на Экзу. Я не знал, как именно действует способность брата. Видя её в действии, мне ещё меньше захотелось, чтобы он использовал её на мне. Но что теперь будет делать водница?

Молния прекратила бить из руки Хэя, тело Экзы расслабилось, будто она потеряла сознание. Только вот глаза её всё ещё были открыты.

– Что с ней? – тихо спросил я.

Экза посмотрела на меня. Раньше у неё были красивые голубые глаза, теперь же они смотрелись жутко, контрастно выделяясь на фоне залитых красным белков. От них к вискам тянулись бордовые сосуды.

Она тоже?

– Берегись! – выкрикнул я.

Хэй, похоже, был слишком уверен в действии своей метки, поэтому не был готов к тому, что противник окажет сопротивление.

Экза атаковала брата. Из её тела вырвались десятки водяных плетей. Хэй находился к ней слишком близко, но всё же он успел увернуться от восьми из них. Две оставшихся схватили его за ноги и, опрокинув на спину, притянули к Экзе. По телу брата побежали голубые искры, которые перекинулись на плети.

Водная магия не имела силы против Экзы, она гораздо лучше меня контролировала её и могла бы просто перехватить мои заклинания. На мне был покров воды, сейчас мне было сложно использовать заклинания воздуха, но у меня не было выбора.

Я активировал двукольцовое заклинание ветряных лезвий прямо перед лицом Экзы. Мгновенно перед ней возник водяной щит, принимая удар. Брат воспользовался моментом и создал под её ногами двухкольцовую печать. Голубой столп молний ударил по ней. Плети, обвивавшие ноги Хэя, распались на капли.

Брат поспешил отойти от противника. Когда он сделал второй шаг, под его ногами взорвалась огненная печать. Меня откинуло назад.

– Хэй! – в испуге заорал я, вскакивая на ноги.

Гарт держал брата за горло. Его тело было покрыто ожогами и безвольно висело в руке огневика. В свободной руке Гарта сгущалось пламя.

Увидев эту ужасающую картину, в моей грудной клетке всё сжалось.

Он убьёт его! Убьёт Хэя!

Стало страшно. И я не понимал, за кого боюсь больше, за себя или за брата. Я знал, что единственный, кто мог сейчас спасти Хэя, был я. Но для этих двоих я словно красная тряпка для быка, если я их отвлеку, они накинутся на меня.

А я… Я был даже слабее Хэя, которого они победили слишком легко.

Нет, Хэй не мог здесь умереть! Я должен был переключить их внимание на себя. Оставалось надеяться, что подмога подоспеет раньше, чем меня убьют…

– А ну отпусти его, отрыжка демона! – закричал я на Гарта. – Это я – Кайрин, из-за меня вас вышвырнули из дюжины. Ты что уже меня от брата отличить не способен?

Это сработало. Гарт перевёл взгляд на меня, также как и Экза.

– Догоните меня, – ухмыльнулся я, двигаясь спиной к двери, – если сможете!

Увидев, как Гарт откинул тело Хэя, я распахнул дверь и помчался по коридору в сторону Зала пяти стихий.

Сначала я думал выбежать на улицу. Лазарет располагался у входа, поэтому у меня бы это легко вышло. Но это было слишком опасным местом для боя. Приближалось время завтрака, и некоторые студенты могли прийти пораньше. Тогда бы мы наткнулись на них. А в Зале пяти стихий проводились экзамены, там можно было активировать барьер. Кроме того, я помнил, что для этого нужно было получить специальное разрешение, иначе бы это сопровождалось передачей сигнала прямиком директору, что мне и было нужно!

Я не мог справиться сразу с Экзой и Гартом в их нынешнем состоянии. С ними явно происходило нечто неправильное, но при этом их магия становилась сильнее. Мне нужна была помощь.

По пути мне никого не попалось, только в отдалении, рядом с библиотекой, двигалась фигура в чёрном.

– Кай? – удивлённо спросил знакомый голос.

Корн!

Мне повезло. Если он поможет, мы справимся.

Сзади послышался грохот. Я не стал ничего объяснять. Вместо этого, распахнув дверь в Зал пяти стихий, вбежал внутрь. Насколько я знал Корна, он последует за мной.

Не став запирать дверь, я готовил печати и менял свой покров на воздушный. Вскоре в проёме появился Гарт, а за ним и Экза. Их состояние стало хуже. Сосуды покрывали все видимые части тела и пульсировали ярко-алым. Из глаз Гарта текла кровь. От такого зрелища меня передёрнуло.

Увидев, что я тут, огневик улыбнулся. И не было в его выражении лица ничего человеческого, улыбка напоминала оскал монстра. Я активировал печати-ловушку. Первую – под его ногами. Его подкинуло вверх. И вторую – она выбросила водяные плети, пытаясь захватить огневика. Но Экза лишь махнула рукой, и тугие водяные потоки рассыпались.

Шавр! Но как и ожидалось.

Я двинулся вглубь зала и остановился почти в его центре. Противники, не торопясь, словно хищники, загнавшие добычу в угол, последовали за мной.

Корн бесшумно зашёл в зал и закрыл дверь, после чего включил печать, активировавшую барьер. Зелёные стены поднялись из контура прямоугольника на полу. Гарт, Экза и я оказались внутри.

Шавр! Я то думал, что куратор тоже будет с нами… Только вот не учёл, что активировать барьер нужно снаружи.

Пока я ждал, когда противники последуют за мной в Зал пяти стихий, я успел подготовить печать призыва. Совсем не так я представлял первую встречу вживую с моим дэвом.