Текст книги "Сюрприз из прошлого (СИ)"

Автор книги: Алиса Кравцова

Соавторы: Лия Романовская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

– Помощник руководителя. То есть меня. Моя правая рука и гм... соратник. Да, именно так.

– А если я откажусь?

Фирсов засмеялся.

– А кто сказал, что вы можете отказаться?

– Мне все понятно, – я развернулась на каблуках и пошла в сторону двери.

– Так вы согласны?

– Я подумаю. О, кстати! Чуть не забыла.

Я развернулась и зашагала обратно.

– Вот ваша рубашка! – протянула ему сверток.

– Спасибо, кажется, мы уже начали плодотворное сотрудничество! – заулыбался шеф.

– И вот еще что... – я достала из пакета платье и положила на стол, – Надеюсь вы знаете, что нужно делать.

Богдан Владимирович прикусил губу и, пожалуй, впервые с момента нашего знакомства, не нашёлся что ответить.

Уже у самой двери я обернулась и с ядовитой улыбкой произнесла:

– Похоже вы правы! Мы уже начали весьма плодотворнее сотрудничество.

***

Светка потирала ушибленное ухо и бросала на меня злобные взгляды подобно молниям. Пиу-пиу... если бы она могла убивать глазами, я бы точно уже лежала замертво. И чего она ко мне прицепилась? Раньше у нас вроде не было конфликтов и точек пересечения.

– Ну что, что он сказал? – наперебой зашептали девчонки, а я отмахнулась.

– Ничего важного. Просто пошутил. Он походу шутник у нас.

Светка тут же оскалилась и хотела уже что-то сказать, наверняка какую-нибудь гадость, но тут из кабинета вышел сам Фирсов, держа в руках мой пакет и, не прощаясь, отчалил в неизвестном направлении.

К вечеру он так и не появился, заканчивали без него, чему я несказанно порадовалась и домой поехала в хорошем настроении.

Про шефа я забыла быстро, только лишь переступив порог родной работы. А вот про Влада, казалось, не забывала ни на минуту. Его образ маячил где-то на горизонте сознания, и никак не желал оттуда уходить.

Чертов синеглазый...

Я все еще надеялась, что он позвонит, как-то объяснится, скажет, что срочные дела сорвали его с отдыха, а позвонить он не смог и бла-бла-бла. Я бы простила его немного поломавшись, только для порядка. Он приехал бы с букетом роз, прижал меня к себе и горячо выдохнул в ухо «Мальвина...». Сказал бы, как скучал все это время, я бы немножко поплакала, и Влад долго утешал бы меня, целуя разгоряченное лицо, вытирая слезы и шепча всякие глупости на ухо. Отнес бы меня в постель, на ходу раздевая и прижимая все ближе. Аккуратно уложил в кровать, чтобы лечь сверху и целовать до изнеможения.

Звонок раздался неожиданно. Встряхнулась от напрасных мечтаний, схватила телефон, не глядя, и резко выдохнула в трубку:

– Да!

– Филина? – голос шефа окончательно привел в себя.

– Слушаю!

– Филина... я тут в химчистке. Так вот тут спрашивают, нет ли у тебя аллергии на средствА?

– Нет.

– А у меня вот еще какой вопрос...как насчет сходить в ресторан?

– Что?

– Сходить в ресторан!

– А? Я вас не слышу, Богдан Владимирович. Тут связь плохая.

– Филина! В ресторан говорю пойдем! – проорал в трубку Фирсов.

– Не слышу. Завтра расскажете про ресторан... – крикнула я ему в ответ и отключилась.

Ну что я ему такого сделала, а? Что ему от меня надо? У нас девчонок в отделе красивых пруд пруди, а он ко мне привязался, будто медом намазали.

Ужинать совершенно не хотелось, но все равно пришлось вставать к плите. Не для себя, так для Сашки. Сестра слопала все блины, что я напекла и теперь, развалившись на диване, смотрела мультики, положив голову мне на колени. Я чувствовала, что засыпаю, проваливаясь в темноту, но тут где-то рядом раздался звонок. Не сразу сообразив, что звонит мой сотовый, схватила его и посмотрела на экран. Цифры были незнакомыми и сердце тут же замерло. Поднесла телефон к уху и тихо ответила:

– Да...

– Ну привет, Мальвина...

16

Полина

К моему огромному сожалению звонил совсем не Влад.

– Где ты раздобыл мой номер?

Стас пробормотал что-то не вразумительное, пошутил, сам же посмеялся над своей шуткой и быстро перевёл тему.

– Как дела? Как сама?

Поморщилась от глупых вопросов.

– Дела идут. Сама тоже не хвораю. Чего ты звонишь-то?

– Я, между прочим, соскучился... – обиженно протянул он.

– Извини... работы навалилось, еще и шеф издевается.

И тут Стас предложил с придыханием:

– А может встретимся, а?

Естественно, в мои планы никак не входили встречи ни с блондином, ни с кем-либо еще, кроме одного единственного человека. Но вот он почему-то совсем не спешил звать меня на свидания.

Первым моим порывом было отказать Стасу, но немного подумав, решила, что он может быть полезен. Они ведь друзья, вдруг он что-нибудь да знает про Влада?

– Хорошо... – начала было я, но Стас перебил.

– Хвала небесам! Я был почти уверен, что ты откажешь...

Ну-ну...

– Только давай сразу договоримся – это не свидание! – попыталась я опустить его с небес на землю, но он казалось даже не слишком вдавался в смысл моих слов.

– Конечно-конечно! – слишком уж он легко согласился.

– В субботу пойдет?

– Отлично! Суббота мой любимый день недели!

Я закатила глаза, успев уже отвыкнуть от его кривляний и позерства.

– В семь на площади, возле памятника Ленину.

– Как в старые добрые времена... Я буду жда-а-ать... – пропел блондин и повесил трубку прежде, чем я успела сказать что-нибудь в ответ.

***

Утром с радостью обнаружила, что Богдан Владимирович так и не изволил прибыть на работу и с облегчением выдохнула. Не привыкла я пока к новому начальству и уж тем более к нашему формату отношений.

Но, как это всегда бывает, оказалось, что радовалась я рано. Начальство может и не приехало, зато работы мне подкинули знатно. Точнее я сама ее себе подкинула.

Не успела я разгрести свои накопившиеся дела, как позвонила Леночка и свистяще-хрипяще прошептала, что заболела. Все упорно делали вид, что их это никак не касается, и я, немного посомневавшись, решила, что сегодня я буду работать за двоих. А потом, ничуть не стесняясь, скрупулезно запишу себе переработку. В конце концов, шеф вроде что-то там про новую должность говорил? Ну вот значит я, как его заместитель и какая-то там рука, самолично принимаю решение. В конце концов должна же я когда-нибудь накопить на первый взнос. Наша с Сашкой однушка стала ну очень маловата для двоих. Скоро сестра вырастет и как тогда мы будем ютиться в нашем клоповнике?

Он же что-то там про повышение зарплаты говорил?

– Зря стараешься... – ехидно протянула Света. Она как раз докрашивала второй глаз и сейчас сидела с приоткрытым ртом, выглядя при это глупее некуда.

– Труд облагораживает человека! – наставительно ответила я, сгребая со стола Елены папки.

– Так то человека...

– Ой, да не связывайся ты с ней! – прошептала мне Лиза, моя соседка по столу.

– Все равно шеф тебя не заметит, хоть ты одна здесь останься. Чтоб ты знала, Филькина...

– Филина! – машинально поправила я и прикусила губу. Знаю же, что она нарочно коверкает фамилию.

– Да хоть Дятлова, – засмеялась эта змеюка, – Короче ловить тебе нечего. И кстати... мою работу тоже можешь взять, разрешаю!

Я покачала головой, отмахнулась от Светки и занялась своими, и не только своими, делами.

Работа с документами заняла значительно больше времени, чем я представляла. У Лены в документах царил такой бардак, что там наврняка черт ногу ломал. И не один раз. Пока разобралась что да где, пришло время обеда. Отмахнулась от зазывающих перекусить коллег, и с головой ушла в работу.

Где-то на заднем фоне медленно текла жизнь офиса. Шорох, скрип техники, разговоры и смех. Все это подобно шуму за кулисами – не трогает, но раздражает. Постепенно шум становился все тише и тише и в конце концов совсем смолк.

Я откинулась на спинку стула, потянулась, разминая затекшие суставы.

– Вот теперь можно и кофейку!

Огляделась и тут только заметила, что офис опустел.

Эм...а где все?

С изумлением взглянула на часы на стене. Половина девятого, надо же...вот что значит ударно работать. Нетушки, пусть и правда повышает меня Фирсов. Собственно, почему бы и нет?! Работаю я за двоих, почти не опаздываю, ну разве что сегодня, и... и... что еще я такого умею делать я так и не смогла придумать, но раз шеф сказал, что видит меня своей рукой, то значит есть за что. Ага.

На рейсовый автобус я безбожно опоздала, и теперь придётся тратиться еще и на такси. Позвонила Сашке, предупредила, что задержусь, но скоро буду. Сестра слабым голосом попросила купить ей шоколадку.

– Чудо ты моё, да я тебе десять шоколадок купить готова, – улыбаясь в телефон, выключила компьютер.

– Не надо десять, а то буду толстая и некрасивая!

– Тогда съедим их вместе.

Сашка засмеялась, а я, набросив пиджак и выключив свет, открыла дверь и...что-то большое затолкнуло меня обратно, внутрь.

– Витя! Кажется, удача наконец улыбнулась нам!

Что происходит?

Подняла голову и встретилась взглядом с затуманенным взором своего начальника. Попыталась обойти его, но он крепко схватил меня за талию и склонился так близко к моему лицу, что я даже на миг задержала дыхание.

– Богдан Владимирович, что вы делаете? – голос внезапно охрип и по телу пробежали мурашки.

– Ничего такого, чего бы вы сами не хотели, Полина Дмитриевна...

Тут из-за его плеча выглянул странный тип бандитской наружности, видимо тот самый Витя, и прогундосил:

– Ниче такая...

– Полина – это Витя, Витя – это Полина...ну, помнишь я тебе рассказывал.

– Очень рада знакомству, но мне пора! – я, наконец, взяла себя в руки и попытался вырваться из крепких объятий Богдана Владимировича. Но тот и не думал меня отпускать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты – как мой зам, – пьяно начал он, – Должна порезать нам лимончик!

Придурок!

Я вслух это сказала?

Жестом фокусника он извлек из-за пазухи два лимона и карманный нож, который в его руках казался грозным холодным оружием.

– Ну в смысле не придурок вы, конечно, а хороший человек, и вообще...

Что я несу?

Фирсов с улыбкой протянул нож, и я в панике отшатнулась. Витя загоготал, икнул и завалился на диван для отдыха.

– Я хороший, это правда, – шеф встал позади меня и вложил нож в мою руку. Прижался так сильно, что я почувствовала его напряжение. Своей рукой взял мою и прошептал на ухо:

– Хотите я вас научу, как правильно резать для меня лимон?

В ужасе кивнула, не зная, чего стоит ожидать от жизни.

Он придвинулся еще ближе, буквально вжав меня в офисный стол Светки, и теперь я уже чествовала не только его напряжение, но и еще кое-что, отчего краска стыда тут же залила лицо.

– Я многому могу вас научить. Хотите?

Дернулась, качнув головой из стороны в сторону, но Богдан казалось этого даже не заметил.

– Богдан Владимирович, мне нужно идти. – как можно спокойней сказала я, чувствуя, как осип голос.

– Вас никто не держит, но... вы ведь сами этого хотите? Посидите с нами, выпьем, расслабимся...и опять же...лимончик сам себя не нарежет.

– Мне правда надо, меня сестра ждет...

– Всего лишь пара часов, – бормотал шеф куда-то мне в шею и я поняла, что если не сейчас, то никогда.

– Нет! – не знаю откуда взялись силы, но я резко оттолкнула и, не встретив никакого сопротивления, полетела прочь из кабинета. За спиной послышался пьяный смех.

– Вернись к нам, детка!

Больше всего я боялась, что они бросятся меня догонять.

Как чумная пробежала сквозь вертушку у стойки охраны, по пути набирая номер такси и уже через пять минут машина несла меня домой, в спасительную однушку на краю города.

17

Полина

– Ерунда какая-то! – Фирсов раздраженно отбросил мое заявление об уходе в сторону.

– Что не так? Какой именно пункт вас так смутил?! – буркнула, стараясь не смотреть в наглые глаза.

Вчера мне еле-еле удалось заснуть. Все мерещился этот навязчивый шепот, убеждающий нарезать ему лимончик. До сих пор не поняла, чего именно я так испугалась – присутствия мерзкого Вити или этого самого шепота в ухо. А еще его зажиманий, слишком опасных и красноречивых. И эта опасность будоражила, выводила из равновесия моего и без того хрупкого мира. Опасность манила и страшила одновременно. Глупо, конечно, но...

– Да все не так... – устало ответил шеф, – Полин, вы меня простите, пожалуйста. Сам не знаю, что на меня нашло. Честное слово, хотите верьте, хотите нет, но я и правда чувствую себя последним ублюдком...

Я подняла голову. Фирсов смотрел прямо, не отводя взгляда, и во всем его виде сквозило такое раскаяние, от которого любое девичье сердце зашлось бы в желании простить, понять и пригреть. Да и ладно, черт с ним! Ну напился мужик, бывает. Нехорошо, конечно, но...прощу его в первый и последний раз, но только из-за нежелания терять работу.

– Вы же понимаете, что одних извинений будет мало, Богдан Владимирович.

Он встрепенулся и вопросительно приподнял бровь.

– Говорите, что я должен сделать, чтобы искупить свою вину?

– Ммм... – сделала вид, что усердно думаю, но сама уже наверняка знала, чего именно я хочу. – Меня вполне устроит должность вашего зама. Но! Без всяких вытекающих последствий для меня. Надеюсь, вы понимаете, что я имею ввиду?!

Богдан Владимирович улыбнулся и резко поднялся со своего места, отчего кресло жалобно скрипнуло и отъехало назад.

– Как скажете, Полина Дмитриевна, – он протянул руку для рукопожатия, но когда я ответила ему, почувствовала, как его пальцы слишком нежно коснулись моих и слегка погладили.

– Я же просила! – резко выдохнула и отдернула руку, чувствуя, как лицо заливает краской смущения.

Фирсов поднял руки.

– А я что? Что-то не так? – спросил так, что я вновь почувствовала себя глупо.

– Ничего... – буркнула и пошла на выход, но у двери он окликнул меня.

– Полина Дмитриевна, кстати, вот ваше платье, – он протянул мне сверток, все еще улыбаясь краешком губ. Затем позвал вредину Светку и приказал:

– Светлана, принесите нам пожалуйста кофе и закажите на вечер ужин в ресторане на десять персон.

– У вас какой-то особый повод? – уточнила Светка, немигающим взглядом смотря на меня.

– Да. Мы будем праздновать назначение нового зама, – Фирсов кивнул в мою сторону, и я с удовольствием заметила, как Светка чуть не захлебнулась собственной слюной.

– Как скажете, – прошептала она и едва держась на ногах вышла из кабинета.

– Видали? – хохотнул Богдан Владимирович, а я подумал, что не такой уж он противный мужик...

***

– Ну и дура ты, Полинка! – менеджер по продажам Лариска натягивала на свои красивые ножки чулочки и делала это так призывно сексуально, что мы все невольно залюбовались ею в этот момент.

– Была бы она дурой – не стала бы замом на второй день его работы! – наставительно изрекла Лиза.

Шеф всех отпустил пораньше, чтобы девчонки могли как следует собраться на вечеринку в честь моего повышения.

– Ой... много ли ума надо, – ехидно пробормотала Светка и тут осеклась, украдкой бросив взгляд в мою сторону. Ну верно, я же теперь какой-никакой начальник, а значит легко могу под благовидным предлогом распрощаться с ней.

– Ты бы лучше больше молчала, – шикнули ей, и Светка и впрямь умолкала, собрала вещи и пошла к выходу.

– Ты в ресторан-то идешь? – весело крикнула ей вдогонку Лиза.

– Что я, дур а что ли в ресторан на халяву не сходить? – в тон ей ответила Светка и все дружно засмеялись.

К заведению подъехала ровно в восемь. Наряжалась как в последний раз, пришлось для этого заехать в магазин и выбрать платье, на которое я давно заглядывалась, но не решалась купить, так как ни повода не было, ни лишних денег. Теперь же я могла себе позволить это маленькое удовольствие, но все же пришлось залезть в заначку. Утешала себя тем, что шеф обещал повысить зарплату.

Туфли позаимствовала у соседки, так как сама отродясь их не носила и носить не собиралась. Сашку отвезла к бабушке, а сама направилась в салон красоты близ ресторана.

Вышла я оттуда, чувствуя себя настоящей принцессой, и не сразу заметила, что улыбаюсь собственному отражению в фойе шикарного комплекса.

У входа меня встречал сам Фирсов.

– Полина Дмитриевна... у меня нет слов.

– Выглядишь на миллион долларов, – тут же шепнула Лиза.

Улыбнулась и подала руку шефу. Всем нашим отделом переместились в полумрак большого зала, где уже были накрыты столы, за которыми сидели в ожидании нас друзья Богдана Владимировича. Так сказать, компания для дам. Чтобы значит не скучали.

Слава богу Вити здесь не было, шеф догадался, что таких друзей нужно прятать подальше от приличных людей.

Напитки лились рекой, смех становился все громче, музыка все веселее, а танцы развязнее.

– Позвольте? – Богдан протянул руку, и я с легкостью согласилась с ним потанцевать. Смотрела на него и недоумевала. Ну куда делся тот быдловатый парень, так настойчиво просивший нарезать ему лимончик? Видимо окружение действует на нас больше, чем мы сами думаем.

Фирсов приобнял меня за талию, вначале слегка, но потом все больше прижимаясь к моему телу и я не могла сказать, что мне совсем это не нравится. Он повел, а я отдалась его объятьям и прикрыла глаза. Всего на секунду, а когда их открыла, то поняла, что мы немного переместились от нашего столика и сейчас танцевали прямо возле парочки в углу. Мельком глянула, мазнув взглядом мужчину и застыла, в буквальном смысле слова остановившись. Прямо на меня, не мигая, смотрел...Влад.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На секунду я замялась, застыла в ступоре, с негодованием наблюдая за кривой усмешкой синеглазого, который вальяжно развалился на диване рядом с девахой – миловидной брюнеткой лет двадцати с небольшим. Ну хоть не с рыжей...

Взгляд у нее был хозяйский, и смотрела она на Влада как на свою собственность, что меня тут же отчего-то вывело из себя.

Хотя с с каких это пор меня стали раздражать посторонние люди? Да плевать я на них хотела.

Повинуясь глупому порыву, я теснее прижалась к шефу и совсем уж наглость – положила голову ему на грудь. Фирсов ошалел от такого напора, и, казалось, даже дыхание задержал. Склонился ко мне и прошептал:

– Вы в порядке?

Ха... да знал бы ты в каком я порядке, не задавал бы таких глупых вопросов. Обвила его шею руками, и шеф, пользуясь моментом прижался посильнее, так, что мне тут же стало тесно и душно в его объятиях.

Украдкой бросила взгляд на Влада, но тот уже отвернулся и сейчас вовсю целовался со своей кралей. Козел!

Поняв, что спектакль окончен, я с трудом отлепилась от Богдана, который уже украдкой пытался меня облапать.

– Вы знаете, мне и правда не по себе... пойду, пожалуй, на улицу, воздухом подышу.

– Хорошо... точнее плохо, конечно. В общем погодите, я с вами...

– Думаю, что не стоит.

– Да ну ладно... вдруг что-то слу...

– Не надо! Мне нужно сделать важный звонок! – довольно грубо перебила я и видя его растерянность, тут же устыдилась, – Извините, мне и правда необходимо побыть одной. К тому же звонок действительно важный. Не переживайте, я сейчас вернусь.

На улице сразу стало легче. Облокотилась в бетонную стену и набрала номер Сашки.

– Привет, малыш. Не спишь еще?

– Не, Поль, мы с бабушкой Шрека смотрим. Ты бы видела, как она угорает... – засмеялась Сашка. – А ты скоро придешь?

– Да, сейчас уже почти выезжаю. Так что чур без меня не ложиться. Окей?

– Есть не ложиться! – отрапортовала она и отсоединилась.

Вернулась в зал и обнаружила, что там во всю шло веселье и дым стоял коромыслом. Мда уж... поторопилась я назвать это место рестораном.

Я быстро со всеми распрощалась, правда никому и дела не было, почему и зачем я так рано уезжаю.

Фирсов все порывался меня проводить, и я вновь удивлялась, откуда в нем уживаются такие разные люди.

– Богдан Владимирович, вы простите, но я что-то неважно себя чувствую. Я, пожалуй, поеду... к тому же там Сашка ждет.

– Какой Сашка? – прищурившись спросил он.

– Не какой, а какая. Сашка – девочка и ей восемь лет, – улыбнулась я.

Фирсов как-то странно на меня посмотрел, но тут как раз подъехало такси, и я поспешила к машине.

***

Синеглазый с немым укором взирает на меня так, будто это я бросила его, а не он уехал домой, к своей брюнетке, даже не попрощавшись. И это он, а не я плачет в подушку ночами, маясь от тоски и неразделенной любви. Впрочем, взирать-то он взирает, а все же руки его бездумно скользят по моему телу, дразня, распаляя и доводя до исступления.

Дергаюсь в бесполезной попытке освободиться, и он фиксирует мои руки над головой, до боли сжимая запястья.

– Отпусти...– шепчу, и сама понимаю, насколько неубедительно это звучит. Я не хочу, чтобы отпускал. Хочу, чтобы не давал сопротивляться.

Говорить тяжело, тело предательски выгибается в любимых руках, в горле пересыхает... я и шепчу-то с трудом, еле-еле ворочая языком, будто хмельная. Но я не пила.

Сознание разрывается на части, ведь так сложно сделать выбор – быть его, или не быть. Тянусь к нему и понимаю, что больше не могу сопротивляться. Эмоции зашкаливают, и я отпускаю тормоза, позволяя себе эту маленькую слабость...

Когда он снимает с меня майку, я не противлюсь, послушно выгибаюсь в его руках. Не сопротивляюсь, когда одним движением пальцев расстегивает крючки на бюстгалтере, отбрасывая его в сторону. И когда он припадает к обнаженной груди губами... запускаю пальцы в его распущенные волосы, словно издалека слыша собственный стон. Сгораю в диком, необузданном пламени любви, и поцелуи становятся все жестче и требовательнее, а прикосновения сводят с ума, вновь и вновь срывая с мои губ слова любви... Закрываю глаза, растворяясь в его объятиях, в его крепких руках и сладких поцелуях.

– Какая горячая девочка, – хриплый шепот ударяет под дых, возвращая меня с небес на землю.

Широко распахивая глаза, с ужасом смотрю на блондина.

– Стас...

Голос надрывается, и сердце бешено бьется в груди. Сжимаюсь, пытаясь спрятаться от пожирающих чужих глаз, а руки Стаса уже ласкают мое тело и в этот момент меня буквально вышибает из собственного сознания. Я больше не властна над ним, становлюсь сторонним наблюдателям. И это не я, а какая-то посторонняя девушка жадно тянется к губам блондина. Это она, когда видит перед собой еще одного – Богдана, довольно улыбается и призывно манит пальцем. Это все происходит с ней, не со мной, и тем не мене именно я ощущаю все краски удовольствия, которое мне дарят три пары крепких мужских рук...

Закрываю глаза, но желая видеть происходящее, но чувства и ощущения никуда не исчезают, становясь лишь острее...

– Полина... ты такая сладкая...

– Мальвина...как ты могла?!

– Лимончик нарежьте...

Закрываю уши руками, чтобы не слышать эти голоса и чувствую, что меня зачем-то трясут. Открываю глаза и окончательно просыпаюсь только когда вижу перед собой взволнованную сестру.

– Поля! Ты так дышишь, тебе сон плохой приснился?

– Сашка...да, плохой. Спи-спи...

Укрываю Сашку одеялом, и когда она только успела перебраться ко мне, и держу ее за руку до тех пор, пока она не засыпает. Сама тоже не замечаю, как проваливаюсь в сон, и наконец-то сплю до самого утра, без глупых сновидений.

18

Полина

Утро принесло спокойствие и лень. Хотелось подольше понежиться в теплой постели в обнимку с Сашкой и ни о чем не думать. А кстати, где она? Я точно помню, что Саша засыпала рядом.

Мелкая внеслась в комнату ураганом, сметая все на своем пути, в том числе и слабо вякнувшего кота.

– Собирайся, день уже! Пойдем гулять!

– О пощаде могу не просить? – улыбнулась я, потягиваясь и хитро глядя на сестру.

– Ты же знаешь... ну пойдем, пойдем, пойдем! У меня выходной, у тебя выходной – ну чего тебе стоит, а?

– Да ничего-ничего, встаю я. Видишь, одна нога уже тапок ищет, – пошутила я и осеклась. Сашка виновато смотрела на меня и шмыгала носом.

– Эй, ты чего? – я попыталась обнять сестру, и она вцепилась в меня так... будто пряталась от целого мира.

– Я не... я не знаю, просто если бы мама была... – заплакала Сашка, и я погладила ее по голове. Себе плакать я давно запретила. По крайней мере при мелкой. Я же взрослая, умная и сильная. Ну для нее в смысле. Если я буду плакать, то как тогда крепиться ей, такой маленькой и беззащитной?

Мы полежали так какое-то время, бездумно глядя в потолок. И я вспомнила, как точно так же мы когда-то лежали с мамой, держась за руки, молча, думая каждая о своем. Мама называла такие моменты минутками единения. Потом она крепко-крепко обнимала меня и тогда я понимала, что все в порядке, все хорошо. И теперь я точно так же делала с сестрой, чтобы и она, как когда-то я знала, что родной человек рядом и все обязательно будет хорошо.

Дети быстро справляются с переживаниями, вот и сеструха уже через пятнадцать минут крутилась перед зеркалом в новой пышной юбке, которую я купила ей буквально пару недель назад.

– Ты же знаешь куда мы пойдем? – лукаво спросила Сашка.

– Никаких предположений... – я развела руками и принялась перебирать вещи в шкафу, думая, чтобы надеть и гадая, что задумала Саша.

– В кино, Поля! В кино!

Ну в кино так в кино, какая собственно разница, где проводить время с любимой сестрой. Тем более я там сто лет не была.

Сашка с визгом подлетела ко мне и повисла на шее. Столько восторга от обычной киношки. Хотя кого я обманываю? Просто мы так редко куда-то выбираемся, что она радуется даже малому.

А еще подумала, что именно ради таких моментов и стоит жить. Ради этого, а не глупых, навязчивых синих глазах, не дающих мне спокойно спать по ночам.

***

В торговом центре яблоку негде было упасть, и в кассу кинотеатра выстроилась длинная очередь из страждущих прикоснуться к миру искусства. Первые выходные в новом учебном году, пока еще теплые сентябрьские дни и счастливые, еще не уставшие от учебы дети и их родители.

Обернулась в поисках Сашки, которая куда-то запропастилась и с удивлением обнаружила знакомую парочку. А им-то что здесь нужно? Неужели тоже пришли смотреть «Король лев»?

Синеглазый тоже меня заметил и закатил глаза. Да пошел ты... больно нужен. Уверена, теперь он думает, что я его преследую.

Тут же так некстати на ум пришли непрошенные воспоминания, и я почувствовала как краснею.

Вот он стоит и смотрит только на меня, когда вокруг толпа отдыхающих. Вот я лежу на стульях, а Влад одними губами собирает с меня малину. От одного этого наваждения судорожно свело низ живота, и я сглотнула ком в горле. Вновь поднимаю взгляд на синеглазого – он смотрит на меня в упор.

Он не издает ни звука, но я словно наяву слышу касающийся уха горячий шепот на грани исступления.

– Мальвина...

В фойе кинотеатра ветру взяться неоткуда, так почему я вся задрожала вдруг, почему по телу прокатилась сладкая и горячая волна, а кожа покрылась мурашками? Почему груди внезапно стало в кружевном бюстгальтере?..

Неосознанно прикусила нижнюю губу, и тут же одернула себя. Вот ты дура, Полина, ты вообще-то пришла в кино с сестрой, а этот гад держит за руку красивую брюнетку, у которой такой вид, будто она только что вылезла из постели, где он всю ночь ублажал ее до исступления.

Как когда-то меня.

– Перестань так делать.

– Как?

– Ты знаешь...

До боли закусила губу, усиленно пытаясь понять, что ему могло не понравиться.

– Черт... – яростный, сминающий губы поцелуй, и я окончательно потеряла ход мысли.

– Никогда больше не кусай свои прелестные, пухлые, губки! – прошептал он, чередуя каждое слово пьянящим поцелуем. – Отныне, только я один имею право делать так.

Вынырнув из воспоминаний, тряхнула головой, словно впервые увидев это место и этих людей.

Он хотел быть единственным, хотел безгранично владеть только мной одной. А сейчас наверняка говорит те же слова той другой, занявшей мое место.

Синеглазый уже не смотрел на меня, как раз подоспела его очередь покупать билеты.

– Ну Поляяя, ты вообще меня не слышишь, что ли?! – Сашка дернула меня за рукав и потащила к кассе.

– Наша очередь же, ты чего?!

Я улыбнулась, стараясь смотреть прямо, и силой воли пытаясь задушить внезапно нахлынувшие чувства.

Ну почему среди нескольких десятков кинотеатров в городе мы выбрали именно этот?

Новая встреча с синеглазым потопила последние остатки светлого островка в моей душе. Того самого гребанного острова из лагеря, на который я так бездумно поехала в поисках приключений.

Только сейчас, страдая от невыносимой боли, будто под кожу разом загнали все существующие в мире иголки, я наконец смогла окончательно признаться себе в том, что невыносимо скучала по синеглазому. Упорно гоня от себя любые воспоминания о Владе я, сама того не замечая, выделила ему целый остров в своем сердце. По соседству с островом Сашки.

А ведь Стас предупреждал меня, с самого начала предупреждал, а я не верила...

***

По иронии судьбы парочка голубков оказалась как раз над нами, и я весь фильм, между прочим, безумно классный, вместо того чтобы наслаждаться просмотром, сидела ни жива ни мертва. Затылком ощущала его взгляд, прожигающий в голове дыру. В душе он уже давно её прожег...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Будь моя воля, я, конечно, сразу бы покинула кинотеатр, как только увидела его в толпе, но с Сашкой я точно никак не могла так поступить. А потому все это время мучилась от осознания его такой чужой близости. Не мою руку держал Влад, когда Муфаса летел со скалы. И когда Симба встретил Налу, не я сжимала его пальцы в своих. Всё, что осталось мне – это прожжённое сердце и один лёгкий, случайный удар ногой в спинку кресла.

Еле-еле досидела до конца, делая вид, что испытываю грандиозные эмоции. И все это только для одного человека – для Сашки.

Уже на выходе под ее неумолкаемое трещание едва услышала возле уха:

– Не знал, что у тебя есть дочь...

Обернулась, так резко, что Влад по инерции налетел на меня и тут же отпрянул назад. Проследила за его взглядом – брюнетка стояла поодаль, чуть впереди, с таким недовольным лицом, что я чуть не расхохоталась в голос.

– А ты и не должен был... кто ты такой, чтобы я посвящала тебя в свою жизнь? – поджав губы, ответила синеглазому.

Влад вновь отпрянул, скривился, будто ему дали хорошую пощёчину и зло произнес:

– В этом вся ты...

Больше всего на свете мне хотелось вцепиться ему в лицо. В такое красивое, холеное лицо и выцарапать эти синие глаза. На долгую память. А еще взять и впиться в эти чувственные губы сладким мучительным поцелуем.

Люблю, или ненавижу?

Хотелось спросить: «За что ты так со мной»? Но я знала, что он ответил бы мне «Ну что ты, Мальвина, это же был всего лишь курортный роман. Дерзкий, волнующий короткий роман. Разве тебе кто-то что-то обещал?»

Конечно нет, никто, ничего и никогда. И все же от этого совсем не легче.

– Вла-а-ад, ну ты иде-е-ешь? – прогнусавила его пассия. Вот уж не думала, что у нее такой противный голос.

– В этом весь ты, – в тон ответила я, кивая на его подружку.

Он усмехнулся, а я вновь бросила взгляд в ее сторону.

Иди-иди, хозяйка ждет.

– И еще... – зачем-то добавила я, – Постарайся больше не попадаться мне на глаза.