Текст книги "Сюрприз из прошлого (СИ)"

Автор книги: Алиса Кравцова

Соавторы: Лия Романовская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Поднимаю голову и резко открываю глаза. Звезды усыпали темную гладь бескрайнего неба от края до края, никогда такого не видела. Завороженно опускаю взгляд и вижу его бездонные озера глаз.

Он смотрит прямо на меня и наши взгляды встречаются. Сама не понимая, что делаю, прикрываю глаза и тянусь к нему, всеми фибрами души мечтая, чтобы он меня, наконец, поцеловал. Чувствую его дыхание на своём лице, ближе и ближе... вот-вот оно случится и...

Резкий порыв ветра заставляет открыть глаза. Он уже поднялся, насмешливо глядя на меня сверху вниз и я понимаю, как глупо выгляжу. Замечаю, что все взгляды обращены на нас и тут меня прорывает.

– Гад! – шепчу сквозь подступившие слёзы и бросаюсь прочь с пляжа, в свой кемпинг. Сейчас же соберу вещи и уеду первым рейсом.

Впрочем, я так и собиралась сделать. А Влад... он просто... поиграл. Оба они играли, соревновались...

И то, что он спас меня – ничего не значит. Как всегда выделывался перед окружающими. Если бы я для него хоть что-то значила, он бы в жизни не посмотрел так насмешливо своими синими глазами.

То, что я завтра уезжаю – самое правильное решение.

И все же я так надеялась, ждала, что он скажет – не уезжай, останься...

Ненавижу его!

А ведь все сразу, с самого первого дня пошло кувырком...

***

В слезах собирала вещи, кляня все на свете и тут...

Он ворвался в комнату, словно ураган, сметая все на своем пути.

– Ты никуда не поедешь, – сказал так, будто был и впрямь в этом уверен.

– С какой стати? Предлагаешь мне и дальше быть вашим пари?

Влад покачал головой. Перешагнул через разбросанные вещи, и протянул руку.

– Останься...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

12

Влад

Я так и не понял, что это было там, на пляже. Если она всего лишь играет, то какого хотела к себе отношения? Неужели всерьез думает, что я такой идиот и буду играть по ее правилам? Нет... даже несмотря на то, что она безумно мне нравится и все мысли лишь о ней – нет, я не мальчик, об которого может вытирать ноги капризная принцесса. Пусть играет с другими, переживу. Наверное.

И все же я пошел за ней, когда она назвала меня гадом. Не знаю зачем и для чего. Хотя нет, конечно, знаю. Пусть она и заноза в моем сердце, пусть играет в свои женские игры, от этого она не перестаёт мне нравиться и меньше всего не свете я хочу, чтобы она уезжала.

Пусть остаётся и отдыхает. Девчонка и так натерпелась, за что я, кстати, конкретно высказал матери. А также попросил, чтобы ей вернули деньги за испорченный отдых, на что, скрепя сердце, маман все-таки согласилась.

Такое ощущение, что я раздваиваюсь, когда речь идет о Полине. С одной стороны я безумно хочу эту маленькую интриганку, с другой не желаю, чтобы мной и моими чувствами играли...

Но я абсолютно точно знаю, что, если она не останется в лагере, то я тоже свалю. Передам свой отряд Стасу и поеду в Москву.

Мальвина стояла в общей гостиной, растерянно озираясь по сторонам, не зная, видимо, с чего начать. Маленькая, хрупкая, такая беззащитная, как тогда, в овраге. Помню, как нес ее домой, она прижималась ко мне так нежно, крепко обхватив за шею и, кажется, улыбалась.

Черт! Влад! Разберись уже чего ты хочешь? Чтобы она уехала или чтобы осталась?

И того и другого.

Полина подняла на меня взгляд, полный обиды и... надежды?

– Ты никуда не поедешь, – сказал так, чтобы у нее не возникло и тени сомнений в этом.

Взъерошилась, сжав кулачки, и грубо спросила:

– С какой стати? Предлагаешь мне и дальше быть вашим пари?

Что? Каким еще пари?

Я покачал головой. Перешагнул через разбросанные вещи, и протянул руку.

– Останься...

И зачем-то добавил, услышав будто чужой и хриплый голос:

– Бежать больше некуда... ты же это понимаешь, Полина...

Сделал шаг и рывком притянул ее к себе. Вдохнул аромат шелковых волос, Мальвина подалась вперед, прижавшись ко мне всем своим маленьким телом и подняла зелёные колдовские глаза, которые передавали больше, чем могли сказать слова.

Склонился и нежно тронул губами ее нежный рот, но нежность была секундой. Спустя мгновение целовал уже по-настоящему, страстно и до выключения мозга. Мысли вмиг улетучились и тело взяло контроль над разумом. Сжал Мальвину в объятиях и, продолжая целовать, касался волос, нежной тонкой шеи... руки скользили все ниже, и Мальвина поддавалась моим ласкам. Оторвалась от меня, тяжело дыша, взглянула удивлённо и повела за руку в комнату.

Вошел за ней, и, едва переступил порог комнаты, как она заперла дверь на ключ, и нерешительно застыла у двери, ко мне спиной. Наверняка думает, правильно ли поступает?

Подошел, боясь спугнуть, нежно провел по волосам. Мальвина повернулась, и сама потянулась губами. Схватил ее на руки и отнес на постель, чувствуя, как трясутся руки. Склонился над ней, давая еще время подумать. Меньше всего на свете я хотел стать её ошибкой. Мальвина улыбнулась краешком губ и потянула мою футблоку вверх.

– Ты уверена, что хочешь этого?

Она кивнула, прикрыв глаза, и полностью отдалась в мою власть.

Сегодня ты, наконец-то станешь моя... Моя Мальвина.

Полина

– Останься...

Я замерла в нерешительности. Я ведь сама ждала этих слов, надеялась, что он попросит не уезжать, но почему мне так страшно? Почему так трясутся руки и хочется плакать? Представляю на кого я сейчас похожа – на психованную истеричку, плаксу, дуру, которая не знает, чего хочет.

Если я останусь это будет означать только одно. А что, если он обманет? Смогу я с этим жить как раньше? Нет... точно нет, но... может это будет самая сладкая ошибка в моей жизни?

– Бежать больше некуда, ты же понимаешь это...

Он так быстро оказался рядом, притянул меня, и я поняла, что теперь больше не принадлежу самой себе. Потянулась к Владу, прижавшись всем телом, и почувствовала, как он напрягся. Откинула голову, и тут же ощутила его губы. Сладкий, нежный поцелуй сменился требовательным страстным. Задрожала, понимая, что просто не в силах противостоять этому. Голова закружилась и мне показалось, что, если бы не его поддержка, то я непременно бы упала. Это, наверное, от удара головой, не иначе.

Руки Влада нежно заскользили по моему телу, и я поняла, что либо сейчас все и произойдет, либо я оттолкну его и буду жалеть об этом всю жизнь.

Потянула его за собой, закрыла дверь и замерла в нерешительности. Еще есть шанс, последний, потом будет поздно.

Он подошел сзади и нежно провел по волосам.

Обернулась и поняла, что все, я окончательно пропала. Влад взял меня на руки и отнес на кровать, и я всем телом ощутила его дрожь.

Сколько раз я представляла этот момент, но что эти мечты по сравнению с реальностью?

Я потеряла с ней связь еще в тот момент, когда ощутила его пальцы в своих волосах, и даже от этих прикосновений мое тело буквально расплавлялось.

Не выдержав, я наконец позволила себе сделать то, о чем так давно мечтала. Запустила руку в его волосы и притянула к себе, хотя казалось еще ближе просто невозможно.

Он смотрел на меня выжидающе, не отпуская, но позволяя мне самой решать. И я решила. Сама потянулась к нему, срывая с губ поцелуй, в ожидании большего, безграничного и такого настоящего. Хотелось запомнить каждый момент, каждую секунду в мельчайших деталях, почему-то казалось это очень важным.

Одним рывком схватившись его за края футболки, решительно потянула её вверх.

– Ты уверена, что хочешь этого? – хрипло спросил он, но я лишь прикрыла глаза.

Уверена.

Сегодня я буду твоей, мой синеглазый король...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

13

Полина

Утро омрачилось бесцеремонным стуком в дверь.

– Влад! – удивленно услышала голос Стаса, – Я знаю, что ты там.

Я смущенно прикрылась одеялом от улыбающегося синеглазого красавца и крикнула в ответ:

– Здесь никого нет. Но если он зайдет, я обязательно передам, что ты приходил.

– Да уж будь добра. А еще скажи моему другу, – ехидно продолжил Стас, – Что я пошлю его к черту, если он в ближайшее время не появится у начальства, которое его давным-давно ищет.

Я вопросительно покосилась на Влада, но он закатил глаза и пожал плечами. Тут только обратил внимание на телефон, стоявший на беззвучном режиме, и чертыхнулся.

– Скажу. Обязательно все скажу. А теперь дай мне поспать, пожалуйста! – кирнула через дверь.

Спустя минуту выглянули в окно и увидели Стаса, удаляющегося по тропинке в сторону веранды. В какой-то момент он обернулся, мы резко пригнулись и прыснули со смеху.

– Дайте поспать! – прорычала за стеной Маринка, и пришлось нам держать себя в руках. Ну как в руках...

Влад как раз усиленно пытался стащить с меня одеяло, я активно сопротивлялась, скорее из баловства, чем из-за стеснения. Игриво выгнулась и потянулась, словно довольная кошечка, и оно само слетело вниз, обнажив грудь.

Резко выдохнув, он наклонился и поцеловал.

Он мял мои губы, покусывал, игрался с языком... Он будто пил меня и не мог насытится, с каждым разом беря все больше и больше, лишая дыхания.

Приподняв руки, я хотела прикоснуться к его телу, но он мгновенно перехватил их, и припечатал к постели. Рыкнув от нетерпения, дернула головой, освобождаясь, провела пальцем по мышцам рельефного живота, и встретилась с его жадным взглядом. По телу прошла волна удовольствия и до дрожи захотелось повторить прошлую ночь. А он будто специально стал дразнить, так нежно, едва-едва прикасаясь пальцами к коже, тут же покрывшейся тысячами мурашек. Все ниже и ниже... изощренная пытка.

– Влад, пожалуйста...

– Какая ты голодная, – засмеялся он и продолжил исследовать каждый сантиметр моего тела.

– Или ты сделаешь это, или я за себя не ручаюсь!

– Что сделаю? – склонившись, он провел языком от шеи до пупка, чуть задержался там и я, не выдержав, простонала:

– Да я же так умру...

Не сдерживаясь, перевернула его и оказалась сверху. Теперь я мучила его поцелуями, скользящими по телу губами, пока он не сделал то, чего я так просила. И еще ближе, еще... и вот уже перед глазами взорвалась ослепительная вспышка сверхновой. Выгнулась и прикусила руку, сдерживая рвущийся наружу стон.

– Чему ты улыбаешься? – легкий поцелуй в уголок рта вернул меня с небес на землю.

– Я тебя наконец сделала, – довольно припечатала я, и рассмеялась, увидев его удивлённое лицо.

– Ты меня сделала? Хм... а не показалось, это я тебя...

– Не-а!

– Вот же...

Резким движением Влад перевернул меня так, чтобы я оказалась лежащей под ним.

– А ведь я двенадцать лет ждал этого... – выдохнул он, легкими движениями пальцев гладя моё лицо.

– В смысле двенадцать лет?

– Ну, – он смутился и отвел взгляд, – В смысле еще с нашего первого поцелуя тогда, в две тысячи восьмом.

– Чего? Ты? Ты! – в ужасе отстранилась от него, уже понимая, что этот парень имеет в виду.

– Ну Мальвина, ты чего...– усмехнулся Влад, – реально не узнала, что ли?

А ведь я сразу поняла, что уже видела эти глаза когда-то...

– Погоди, ты серьезно сейчас?

Влад приподнялся на локтях и внимательно посмотрел мне в глаза.

– Я ведь и правда начал думать, что ты меня вспомнила. Надеялся на это. Но ты давно забыла своего Славку...

Почувствовала, как закружилась голова, застучало в висках, а на лбу выступил холодный пот.

Это что же получается... он с самого начала знал, кто я такая и не сказал? Но так же нельзя, это нечестно! Я имела право знать, имела! Неужели я и впрямь была всего лишь игрушкой для него?

Выходит он ничуть не изменился. Зря я тешила себя напрасными иллюзиями, травя душу надеждами и мечтами. Ведь это из-за него я так и не смогла построить нормальных отношений, не верила мужчинам и старательно избегала их общества. Это его образ так прочно засел в моей голове – предателя и одновременно с этим идеального парня.

Да у меня тараканы в голове на нем выросли, мысли о нем им едой много лет служили. А тут... зачем? Может не стоило мне знать? Ну правда, может и правда порой сладкая ложь лучше, чем горькая правда?

Ком застрял в горле, поняла, что еще немного и разревусь прямо на его бесстыжих глазах.

Как? Как я могла его не узнать? Ведь глаза... таких глаз нет больше ни у кого на свете.

В четырнадцать Славка был еще худым, скорее тощим подростком, угловатым и ершистым, но безумно обаятельным. Сейчас это был крепкий, накачанный мужчина с вечно серьезным и немного презрительным выражением лица и шикарной легкой щетиной. Волосы с возрастом потемнели, темный загар пристал к некогда бледному лицу, мужественность придала брутальность. Ну не похож он был на того Славку, объективно не похож. Любая не узнала бы в том милом подростке этого буку.

– Уходи... – тихо попросила я и Влад резко отстранился. Не привык к тому, чтобы его гнали.

– Почему? Я не злюсь, что ты меня не узнала и...

– Я злюсь! – перебила его и вновь указала на дверь, – Уходи, прошу.

– Да что на тебя нашло? – притянул к себе и хотел поцеловать, но я резко оттолкнула его.

– Я не переношу ложь, на ней ничто не строится. Прости...

Встала, накинув плед, отвернулась и подошла к окну.

– Зря ты так. Я знаю, ты остынешь и...

Покачала головой, и через минуту услышала, как Влад открыл замок. Слегка хлопнула дверь, и я вновь осталась одна.

Легла в еще теплую постель и заревела. Ну почему, почему я такая дура?!

***

Завтрак я пропустила, к обеду немного пришла в себя, и то только потому, что поняла, что сейчас скончаюсь от голода, если немедленно что-нибудь не закину в пустой желудок. Под пристальными взглядами соседок, вышла из комнаты и пошла в столовую. Влада нигде видно не было и это конечно порадовало.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Плотно пообедав, переоделась в купальник и отправилась на пляж, где и провалялась до самого вечера. Про Влада старалась не думать, все еще обижаясь на него, но вселенская обида потихоньку начала сходить на нет. По крайней мере я уже вполне подумывала о том, как и когда стоит простить синеглазого, если он придет просить прощения. Не может же в самом деле все вот так взять и закончиться. Не в это раз. Не так легко и просто.

Надеялась, что он переборет свою гордость и придет ко мне, чтобы больше никогда не уходить, потому что я точно не приду к нему. Не смогу. Потому что если я приду, то это будет означать, что и дальше он сможет лгать, а я буду молча сглатывать и делать вид, что все хорошо.

Он придет, я знала это, чувствовала. Готовилась ко встрече. Прихорашивалась в нетерпении и даже пригубила вина в баре. Я ждала весь вечер и всю ночь. Ждала одна и в компании.

– На дискотеку пойдешь? – Алла протянула руку, приглашая присоединиться и я подумала, почему бы и нет?

Танцевала как в тот самый вечер, в надежде, что Влад увидит и...

Несколько раз подваливали какие-то парни, пару раз рядом оказывался Стас, но я вежливо его отшивала. В какой-то момент он попросил позвонить, и я достала из джинсов телефон, лишь бы он отстал. Стас сделал какие-то звонки и впрямь больше не появлялся в поле моего зрения.

Я танцевала почти до утра в ожидании Влада, пока не поняла, что если сейчас же не лягу в постель, то просто усну на танцполе.

В конце концов решилась спросить появившегося из ниоткуда Стаса, не видел ли он друга. Тот как-то странно посмотрел на меня и огорошил:

– Так он еще вчера днем уехал домой.

– Домой? – переспросила я, не веря своим ушам.

– Ну да... а ты что, разве не знала?

14

Полина

Утром, толком не отдохнув после бессонной ночи, я уже мчалась в город, в отель. Отвез меня друг Стаса, которого я попросила о помощи. Он долго не хотел меня отпускать, но я пригрозила, что просто пойду пешком, если нет альтернативы и Стас, скрепя сердце, согласился.

Дима, лихо домчавший меня до отеля, всю дорогу молчал, и это несказанно радовало. Честно говоря, я совсем не хотела разговаривать, потому что в голове билась всего одна мысль «Ненавижу Влада». Хотя нет, была еще одна – «Хочу домой».

Вот так, ненавижу и домой. Дома Сашка и Маус, представляю, как они соскучились по блудной мне. Чтоб я еще хоть раз куда-то, да без них. Черта с два! И больше никаких мужчин. Ни синеглазых, ни любых других. Еще одного такого предательства я просто не переживу – это факт.

В отеле забрала свои оставшиеся вещи из камеры хранения, мельком проверив все ли на месте, скупо попрощалась с городом, сдала билет на самолёт и отправилась домой на поезде.

Прямо с вокзала поехала к бабушке, у которой сейчас жили Сашка и Маус. Баба Тоня удивленно всплеснула руками.

– Откуда ты взялась? Ты же только через пять дней должна была...

– Так получилось, – я улыбнулась и поцеловала ее в морщинистую щеку.

Встречать меня вышел Маус, сразу же принялся ластиться, показывая, как рад встрече.

– А Сашка где? – я ожидала, что сестра первой прибежит меня встречать, но ее нигде не было видно.

– Да приболела она, так что ты потише давай. И ты проходи-проходи, не стой на пороге-то.

Я быстро влетела на кухню, вымыла руки и ринулась в комнату.

– Чего ты не позвонила, а? Что с ней? – засыпала я бабушку вопросами, но она отмахнулась.

– Ты отдыхать поехала, вот и не беспокоила. Знала, что сорвёшься и весь отдых насмарку. А я и сама могу за внучкой приглядеть.

– Что с ней? – присела возле кровати Сашки. Она спала, отвернувшись к стене, волосы спутались и висок намок от пота.

– Пневмония. Ну ничего, уже лучше. Она сразу, как ты уехала и заболела.

Я виновато смотрела на сестру и гладила ее руку. Сашка проснулась, повернула голову и улыбнулась.

– Поля приехала, – прошептала она.

– Да, – ответила я, – Теперь я рядом, малыш, теперь я никуда от тебя не уеду.

***

Саша болела долго и мучительно, но все проходит и болезнь тоже отступила. Я вышла на работу и в первый день все утро отбивалась от желающих узнать подробности отдыха. И все удивлялась, неужели это и правда кому-то интересно?

– А у нас таки-и-ие новости, закачаешься! – загадочно проворковала Леночка, секретарь и бухгалтер в одном лице.

– Чего ей качаться-то? Будто она мужиками интересуется, – закатила глаза Света, загорелая брюнетка с белоснежными зубами. Зубы у Светы точно были свои и это, пожалуй, было единственным ее неоспоримым достоинством. Во всем остальном она была совершенно обычной, кроме разве что отвратительного характера. Светлана обожает стравливать между собой коллег и старательно делает вид, что она здесь ни при чем. Все знают, что это именно ее рук дело, однако связываться с ней боятся, так она на хорошем счету у начальства. Подозревают, что Света не просто так на хорошем счету, ведь работник она совершено рядовой.

– Что за мужик? – я решила не обращать внимания на Светку. Впрочем, я и раньше не особенно это делала.

– Начальник у нас новый.

– Ну новый и новый. Какая разница? Начальник он и в Африке начальник, – я пожала плечами и продолжила и дальше разгребать накопившиеся документы на столе.

– Ну-ну...– Лена покачала головой и добавила, – Делаем ставки, девушки, устоит ли в это раз наша Эльза.

Ха. Это они про меня так, по аналогии с моим любимым мультфильмом. Холодная я видите ли... знали бы они только. Хотя если бы знали, ни за что не поверили, что я умею быть другой. Но лучше бы не умела, конечно. Так было бы гораздо проще.

– Ладно уж, он как придет, она сама все увидит. – вставила свои пять копеек Ольга и на том и порешили.

Я занималась своими делами, обзванивала клиентов, сообщая, что вышла из отпуска и готова всех принять, и думать забыла о каком-то там новом начальнике.

В обед спустилась в кафе самообслуживания, на первый этаж нашего бизнес-центра. Взяла себе стандартный кофе, салат «Цезарь» и пару капкейков. Поискала глазами свободный стоик, он как раз только что освободился и прямо в моем любимом месте – у окна, и довольная поспешила поскорее его занять.

И надо же такому случиться, что я не заметила чей-то рюкзак, стоящий прямо на полу, возле стула. Споткнулась и еле удержала равновесие. Выругалась, потому что кофе все равно расплескался прямо на белоснежную рубашку и подбородок весьма симпатичного мужчины. Он облизнул губы, видимо им тоже досталась пара капель, и ехидно спросил:

– Слабое зрение?

– Рюкзак ваш? – не осталась в долгу я.

– Какой рюкзак? – сделал вид, будто не понял о чём идет речь.

– Вот этот, – еле удержалась, чтобы не пнуть.

– А... этот... нет, не мой.

– Охотно верю, – пожала я плечами и с обидой добавила. – Вы должны мне обед, между прочим.

Он так удивленно на меня посмотрел, что я тут же поняла – перегнула палку.

– То есть вы считаете, что ваш обед дороже моей рубашки? – весело спросил этот тип.

– Я считаю, что кому-то плевать на окружающих. Если бы не ваш рюкзак, то я бы...

– Я же вам уже сказал – это не мой рюкзак, – спокойно ответил парень и действительно... он взял с соседнего стула черную сумку, издевательски посмотрел на меня и направился к выходу, а злосчастный рюкзак так и остался стоять в проходе.

В полной досаде я присела за соседний столик и попыталась съесть хотя бы капкейки, так как салат был безнадежно залит кофе, но аппетит пропал окончательно, и я вернулась в офис.

Девчонки были чересчур возбуждены и о чем-то оживленно шептались, когда я вернулась с так называемого обеда.

Молча прошла к столу, работы навалилось гора и маленькая тележка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Он уже здесь, – прошептала Леночка, косясь на дверь шефа.

– Ну приехал и приехал, – отмахнулась я.

– Ага. Пришел злой такой. Говорит в кафе какая-то пигалица ему кофе на рубашку проли...

Дверь отворилась.

– Елена Дмитриевна, закажите мне рубашку. И срочно.

Показалась голова, а за ней и все остальное. Особенно моё внимание привлекла белая рубашка с коричневыми пятнами на груди.

Я испуганно охнула и попытался спрятаться за монитором, но вышло так себе, потому что парень из кафе увидел меня, удивлённо приподнял брови и подошел поближе.

– Вы?! – спросил так, будто это было неочевидно.

Нет, блин. Папа Римский!

15

Полина

Запас везения катастрофически клонился к нулю. Но, что пугало еще больше, я совершенно не могла сказать, когда эта чертова полоса невезения закончится и закончится ли она вообще.

В последнее время я так и жила, вечно ожидая от жизни подлянки, когда за чередой неудач незамедлительно следует еще одна и еще... я даже как-то попривыкла что ли к э тому ожиданию. Так ведь оно намного легче переносить трудности, когда ты как-никак готов.

И я больше не думала, что хуже быть просто не может. Может! Еще как. Уж я-то это знаю наверняка. Вот стоит только подумать, что всё, кранты, и... ты понимаешь, что это еще были цветочки. Знакомое чувство?

Наверное, именно поэтому в кабинет Фирсова Богдана Владимировича я шла с покорностью и ожиданием самого худшего, без надежды на лучшее. Наверняка он меня уволит. Это плохо. Но, надеюсь, хотя бы рассчитает как положено, деньги мне еще пригодятся, пока я буду искать новую работу. Это хорошо.

Если он меня уволит, я могу долго не найти новую работу и остаться на мели. Это плохо. Но, с другой стороны, я наконец-то стану свободной и смогу выбирать то, что будет доставлять мне большее удовольствие, чем опостылевшая должность черте пойми кого. Это хорошо.

Но лучше бы все-таки он меня не уволил, потому что я пока не готова к таким глобальным переменам. И только эта мысль будет останавливать меня от того, чтобы не разгромить тут все к чёртовой матери. Потому что нервы в последнее время совсем плохие. И это очень и очень плохо!

Но зато в крайнем случае я все-таки смогу высказать все, что думаю этому смазливому мажору, который решил добить нашу, и так на ладан дышащую компанию, до конца. И это очень и очень хорошо!

Решительным шагом, под подбадривающий шепот коллег, направилась к глухой двери, отгораживающей нас от «опоры и надежды» фирмы «Гранд».

Громко постучала костяшками пальцев по массиву дерева и, услышав грубое «да», вторглась в святые святых – кабинет шефа.

Богдан Владимирович сидел в любимом кресле бывшего начальника Шурочки, так скоропостижно скончавшегося, пока я наслаждалась морем и солнцем. Шурочка – в миру Александр Николаевич спускал все нажитое непосильным воровством отца и в конце концов допился до чёртиков. «Гранд» достался его племяннику Фирсову, который сейчас и взирал на меня с большим неудовольствием, вертя в руках дорогущую ручку.

То, что ручка дорогущая я знаю доподлинно, потому что лично ездила покупать её на день рождения Шурочки. На последний его день рождения. Как он тогда был рад, даже расцеловал нас всех, ужасно растрогавшись.

– Я похож на клоуна?.. – от голоса Богдана Владимировича, в котором отчётливо проскользнули металлические нотки, задрожали даже стены, не то, что я. Попятилась назад и уперлась спиной в дверь.

– В смысле?

– В смысле мне интересно чему вы так глупо улыбаетесь?! Вначале, – мужчина принялся загибать пальцы левой руки, – Вы облили меня с ног до головы кофе, по...

– Нет! – зачем-то перебила я шефа, и сама испугалась своего голоса.

Ну молчи ты, Филина, за умную может уже и не сойдешь, но хоть кары избежишь!

– Что, нет?

– На голову вам точно не попало, иначе ваша укладка не была столь безупречна.

– Серьёзно? – оторопело спросил начальник, украдкой бросив взгляд в зеркало на стене напротив.

Потом будто одумавшись, уже гораздо мягче произнес:

– Да какая разница, попало – не попало. Главное, что целый ушат горячей бурды...

– Нет.

– Что опять я сказал не так?

– В смысле кофе был не горячим.

– Ну здесь я прям поспорю! – и он, не предупредив, оголил торс, отодвинув край рубашки, – Придется вас за это наказать.

– Как? – я вновь хотела было попятиться, но отступать было некуда.

– Будете мне дуть до конца рабочего дня...

Что?!

Не знаю, что именно отразилось на моем лице, но Фирсов вдруг примирительно вскинул руки, еле сдерживая улыбку, и я расслабилась. Улыбается и шутит, значит об увольнении можно забыть. По крайней мере пока.

– В другой раз обязательно, а сейчас простите, но мне надо работать. Если у вас больше никаких претен...

Фирсов поднялся со своего места, так сладко улыбаясь, что у меня заныло где-то под ложечкой. Нет, зря я так рано расслабилась.

Он, глядя мне прямо в глаза, медленно принялся расстегивать рубашку, оголяя загорелую кожу и крепкие мышцы и подходя все ближе. И ближе...

Подошел почти впритык, я замерла на месте не в силах вымолвить ни слова и...этот нахал протянул мне свою рубашку.

– Я думаю, вы знаете, что нужно делать! – с улыбкой произнес Богдан Владимирович и подмигнул.

Развернулся, потеряв ко мне всякий интерес и громко добавил:

– Свободны...

Из кабинета я вылетела красная как рак, со стыдом пряча глаза от девчонок. Они все норовили лезть ко мне с вопросами, многозначительно кивали на рубашку в моих руках, но я вяло отмахивалась от них, как от надоедливых мух.

Светка скривила губы и найдя какой-то предлог, направилась к кабинету шефа. Постучалась, в надежде увидеть полуобнаженного Фирсова, но тот ее даже на порог не пустил. Она закатила глаза и с презрением посмотрела на меня, только мне ее взгляды как мёртвому припарка.

Я аккуратно сложила грязную рубашку в пакет, кое-как все-таки доработала этот ужасный день и, как всегда, задержавшись допоздна, не заметила, что осталась в кабинете одна. Из-под двери шефа горел свет и я, будто опомнившись, поспешила убраться подобру-поздорову.

Вышел он сразу за мной, уже спускаясь по лестнице я слышала его шаги. Как назло, на улице зарядил приличный дождь, и я пожалела, что не удосужилась утром узнать прогноз погоды. Хоть бы зонт прихватила.

Укрывшись джинсовкой, добежала до остановки троллейбуса и, не успела я толком нырнуть под козырек, как столб грязи окатил меня с ног до головы.

– Простите...

Обернулась, пылая праведным гневом и обомлела. Из черной ауди вышел Фирсов и подал мне руку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Сам не знаю, как так вышло!

– Да знаете вы все… – устало проронила я. Грязь стекала по спине, по волосам, светлому платью и колготкам прямиком в туфли, – И как вам только не стыдно?!

– Я правда не хо... – начал Богдан Владимирович, но я уже его не слушала. Как раз подъехала моя маршрутка, отчаянно сигналя, чтобы он убрал свою тачку, и я тут же нырнула внутрь.

***

Утром я немного опоздала на работу и под укоризненные взгляды товарок по несчастью прошмыгнула на свое рабочее место. Слава Богу дождь наконец закончил поливать как из ведра, и я, без происшествий и никем не забрызганная, доехала до офиса. Правда проспала благодаря сломавшемуся будильнику и поэтому собиралась впопыхах, оттого выглядела не совсем привычно, без укладки и макияжа и в слегка мятой блузке. Девчонки конечно же сразу заметили мой расхристанный вид и начали гадать с чего бы это я вдруг пришла на работу в таком антураже.

В общем, не обращая внимания на их шутки и недвусмысленные намеки, я принялась за работу.

Шеф приехал лишь к полудню. Вид казался грозным, Богдан Владимирович был явно чем-то недоволен. Видимо узнал, что за бремя в виде "Гранда" взвалил на свои плечи и теперь наверняка гадал как от всего этого избавиться с пользой для себя.

Через пять минут выглянул из-за двери, внимательно оглядел всех и остановил свой взгляд на мне.

– Филина, ко мне!

Еще бы «к ноге» сказал. Вздохнула и под любопытные взгляды коллег потопала к шефу на ковер. Интересно, что ему нужно на этот раз?

Уже перед самой дверью остановилась, кое-что вспомнив. Вернулась к своему месту и взяла с пола пакет.

– Вызывали? – невинно хлопая глазками спросила шефа.

– Вызывал... – хищно улыбнулся Фирсов, – Я тут подумал...

Надо же...подумал он.

А Фирсов между тем многозначительно молчал, не собираясь дальше продолжать начатую фразу. От меня что ли ждет вопроса?

– Что вы подумали, Богдан Владимирович? – покорно спросила я.

– Что подумал... Вчера вечером, знаете ли, изучал ваше личное дело. Оказывается, вы работаете здесь с момента открытия. Это так?

Изучал он... заняться что ли больше нечем?

– Да, так и есть. Семь лет тружусь на благо святого "Гранда". Еще с тех пор, как закончила институт.

Фирсов делано всплеснул руками, немного по-бабьи, и елейным голосом продолжил.

– И это замечательно!

Да вы что?!

– Ваш бывший начальник сделал большое упущение, что не принял во внимание тот факт, что...

– Давайте ближе к делу, – перебила я шефа, – У меня еще три отчета горят, а вы все вокруг да около.

Фирсов закатил глаза, но все-таки довысказал свою мысль.

– Так вот, Филина. Предлагаю вам повышение за... так сказать ваши заслуги перед фирмой.

– И как, позвольте узнать, будет называться моя должность?

Шеф покрутил ручку в пальцах и громко произнес: