Текст книги "Охотник (СИ)"

Автор книги: AlexOTimm

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4

Пробитый зимник был достаточно хорош, разве что последние снегопады слегка присыпали дорогу свежим снежком, но для «Бурана» это было не критично, и потому я легко разогнался до полусотни, и за какие-то два с половиной часа, отмотал практически сотню километров. Дорога на всем протяжении до этой отметки была пустой, и меня ничего не задерживало. Первую автомашину, «КИА-Спортадж» со слегка пошарпанным кузовом, уткнувшимся носом в снежный борт зимника, я встретил, как раз возле столбика показывающего, что до Удачного осталось двадцать пять километров. Автомобиль был заполнен буквально битком окоченевшими трупами людей, от одного взгляда на которые мне стало нехорошо.

Я немного снизил скорость и поехал дальше. Примерно через пару километров, за поворотом дороги, увидел целую мешанину из нескольких автомобилей, перевернутого автобуса и вертолета, упавшего на дорогу. Вокруг лежали обгорелые трупы людей, какие-то вещи, подернутые сильной копотью, от некогда бушевавшего здесь огня. А сейчас, от всего этого несло такой жутью, что я невольно затормозил, и некоторое время стоял не зная что мне делать дальше.

Потом вдруг спохватился, достал из-под сидения дозиметр, и едва включил его, как тот буквально заорал благим матом, показывая, что находиться здесь, где все буквально пропитано радиацией, явно не стоит. Я тут же развернул снегоход, и помчался в обратном направлении. Отъехал от того места, километров пять, вновь проверил радиационный фон, и убедившись, что здесь он сильно ниже, заодно внимательно «осмотрел» самого себя, прощупывая датчиком дозиметра и одежду, и саму технику. После на всякий случай снял полушубок, тщательно протер его снегом, выбил из нег всю пыль и снег, и вновь проверил излучение дометром, и только после этого несколько успоковшись, отъехал еще на некоторое расстояние и, задумался о том, куда мне двигаться дальше.

Заодно на память пришла и та волчица, обнаруженная в двух сотнях километрах севернее этого города. Если вспомнить занятия по гражданской обороне, получалось, что на Удачный, упала какая-то ракета с ядерной боеголовкой. О том, что от города ничего не осталось, было понятно и так, разрушения в эпицентре тотальные, а вот ядерный след, как мне кажется был унесен скорее на север. Вряд ли волки смогли бы уйти на такое расстояние от зоны поражения. Тут скорее была задействована сама природа, с южными весенними ветрами, снесшими радиационный след, севернее этого места. То, что я встретил на дороге, тоже было вполне объяснимо. Просто люди спасались, кто как мог, двигаясь подальше от города, потому смогли оказаться достаточно далеко от него, но к тому времени они оказались уже под воздействием радиации и все их попытки были тщетными. Тем более, насколько я знаю у нас здесь не строят подвалов, погребов, из-за вечной мерзлоты, следовательно, в городе не было каких-либо бомбоубежищ. Единственная дыра, имеющаяся возле города – это месторождение алмазов, но она открыта сверху, и толку от нее, как от возможного убежища, никакого. Да и мне кажется, никто даже не задумывался о том, что сюда может что-то прилететь. Во-первых, алмазы хоть и дороги, но далеко не столь стратегический ресурс, чтобы на него тратить дорогостоящее оружие, а во-вторых, месторождения расположены считай в центре страны, тут насколько я знаю, даже частей ПВО, не имеется. Однако же вот, прилетело…

На север я точно не пойду, как, впрочем, и на восток. Если уж бомбили здесь, то и Якутск, наверняка лежит в руинах. А там жителей больше ста пятидесяти тысяч, и даже если город еще жив, вряд ли будут рады лишнему рту. Да и кроме него там и городов считай нет, так поселки с населением не больше тысячи человек, да и кому я там нужен, у них сейчас своих проблем выше головы. Да и не дойду я туда. Мне кажется лучшим вариантом будет отправиться куда-то на запад, о городах я даже не вспоминаю, уж если бомбили такое захолустье как Якутию, то туда уж точно дотянулись. Остается только одно, попытаться найти хоть какое-то зимовье, в достаточно чистой зоне, и обустраивать свою жизнь там. А если встретится какая-нибудь деревенька, глядишь и семью смогу создать. Сейчас уже воротить нос от рябых да кривых не станешь. Поди найди хоть каких-то, ну да, там видно будет.

Решив это для себя, я тут же выбрался с дороги, и поехал на юг. Если судить по карте, между Удачным и Айхалом около восьмидесяти километров. Не думаю, Айхалу досталось меньше чем Удачному, поэтому, добавим к этой цифре километров тридцать, и этого должно хватить, чтобы гарантированно обойти зараженную зону, и не подхватить там, какую-нибудь заразу. С этими мыслями я и двигался дальше на юг, пробираясь по таежному лесу.

Немного удивительным, был и том факт, что тайга практически не пострадала. То есть в воздухе витал, некоторый запах дыма, но достаточно далеко, и здесь в тридцати километрах от города, тайга жила своей жизнью, без какого-либо намека на пожары. Все-таки зима и присутствие снега, похоже не дали огню распространиться слишком далеко, и одно это уже внушало некоторые надежды на будущее. К вечеру следующего дня, я добрался, до какого-то безымянного озера, которое хоть и было отмечено на карте, но без какого-либо наименования. Главным было то, что примерно в десяти-двенадцати километрах на запад, пунктиром была обозначена зимняя дорога соединяющая северные поселки с Чернышевским и Мирным. Примерно, потому, что это была не постоянная траса, а всего лишь зимник, и потому он мог располагаться где-то в радиусе двухсот метров в обе стороны, хотя та же дорога всегда находилась в одном месте. Вот такие местные чудеса.

У озера, нашлась полуразрушенная избушка, от которой остались нетронутыми одни стены, и часть перекрытия. Но тем не менее, имелся некоторый запас дров, и частично уцелевшая печь. Здесь я и расположился, чуть-чуть наведя порядок, и разведя огонь в печи. Та хоть и дымила, как тот паровоз, но учитывая отсутствие крыши, большого вреда этим не приносила. Зато, было вполне удобно готовить еду, а заодно и прорубив прорубь на озере, устроил небольшую рыбалку. Поймав с десяток карасиков, величиной больше ладони решил, что на сегодня мне этого хватит, а там будет видно. Тем более, что я не собирался надолго здесь задерживаться. Место мне откровенно не нравилось. Тем более, что располагалось вблизи пораженных городов, и кто знает, куда подует завтра, и что принет с собою очередной снегопад или ветер. Но тем не менее приготовив себе плотный ужин и нажарив карасей, на найденной в доме сковороде, я плотно поел и улегся спать поближе к печи, которая к тому времени, достаточно разогрелась, и даже почти перестала дымить.

На следующее утро, плотно позавтракал, дозаправил снегоход, проверил двигатель, уровень масла и трансмиссию с ходовой, и наконец двинулся на запад в надежде за сегодняшний день пересечь зимник и уйти дальше в тайгу. А уже там, удалившись, по крайней мере, километров за пятьдесят-сто, устроить долговременную остановку, и поохотиться. От того оленя, что я подстрелил десять дней назад, остались рожки да ножки. То есть считай ничего. Может на одну две похлебки и хватит. Конечно у меня имеются и другие запасы, но жить в лесу, иметь при себе карабин с патронами, и при этом питаться консервами, это просто идиотизм. Ладно бы я свалился от какой-то там болезни, тьфу-тьфу, чтоб не сглазить, и был бы не в состоянии выйти на охоту, тогда дело другое, но когда ты здоров и крепок, все эти консервы и все остальное, просто неприкосновенный запас, или деликатес, который съедается, просто в охотку, или допустим, в честь какого-то праздника.

За последующую неделю, с несколькими дневками, преодолев больше двух сотен километров, я добрался до реки Магды, и в общем-то собирался идти и дальше, но в какой-то момент, наткнулся металлическую будку газораспределительного поста. В общем-то по Якутии разбросано достаточно много подобных мест, где пробурены скважины, добывающие газ или нефть. Тот же газ, чаще всего добывают сразу из десятка или больше скважин, разбросанных по довольно большой площади. Каждая из этих скважин соединена трубопроводом с соседней, а все они сливаются в какую-то одну трубу, и отправляются в сторону устроенной компрессорной станции, откуда поступают в трубопровод, ведущий к потребителю.

Увиденное здесь, было чем-то иным. Во-первых, нигде поблизости я так и не нашел дополнительных скважин, качающих из-под земли газ. Во-вторых, рядом с этим постом находилась жилая бочка, так называемый ЦУБ – Цельнометаллический Унифицированный Блок. Фактически тот же строительный вагончик, только разработанный специально для использования в районах крайнего севера, и представляющий собой бочку примерно трехметрового диаметра, с устроенным внутри нее жилым модулем. Скорее всего его притащили сюда, когда бурили эту скважину, и устанавливали газораспределительный пост. Удивительным было то, что его бросили здесь в тайге. Впрочем, этому довольно быстро нашлось объяснение. Дело в том, что под собой этот ЦУБ имел лыжное шасси, и обычное сцепное устройство для какого-нибудь тягача.

Так вот сейчас, при наличии лыж в задней части «бочонка» в передней части, цубик – так в простонародье называли эту бочку, был установлен на каменное основание, а само шасси в разобранном виде лежало чуть в стороне. Похоже здесь произошла какая-то авария, в результате чего, пока происходили работы по бурению и установке поста, этой бочкой пользовались по назначению, а после просто списали и бросили здесь, чтобы не тащить ее с собой. Зато сейчас, у меня неожиданно образовался самый настоящий дом, практически со всеми удобствами. Для таежных условий лучше было не придумать. Разумеется, деревянная изба, в каком-то смысле намного удобнее, но с другой стороны, даже подобный вагончик, пришелся, как нельзя кстати.

В торце бочки имелась металлическая дверь, с небольшим, сваренным из арматуры крылечком со ступеньками, на двери висел большой амбарный замок, который пришлось сворачивать с помощью монтировки. После чего, я наконец попал внутрь этого жилого модуля. Сразу за дверью, находилась небольшая прихожая, вроде сеней, с деревянной перегородкой, на которой были набиты гвозди и висела кое-какая рабочая одежда, оставленная за ненадобностью. Похоже этот модуль находился здесь довольно давно, из-за чего одежда буквально сгнила от времени. Из-за перепада температур, она то отсыревала, то вновь леденела, и сейчас представляла собой гнусное зрелище. Хорошо хоть была за стенами этой бочки была отрицательная температура, и все это представляло собой смерзшееся нечто. Хотя запах все-таки указывал на то, что все это давно сопрело и сгнило.

Брезгливо сняв все это с гвоздей, сразу же вынес за пределы жилого модуля, и отнес подальше. Вернувшись продолжил осматривать бочку. В следующем отсеке было что-то вроде обшей комнаты. Здесь находился металлический стол, прикрученный к одной из боковых стенок, и несколько табуретов, а в торце находилась печка из красного кирпича, облицованная снаружи металлом, в верхней части, где-то на уровне пояса, имелась плоская поверхность, на которой лежала чугунная плита с круглыми вставками. Такие обычно делались для деревенских чугунов, которые раньше использовали вместо кастрюль. А в самом углу, находилась выходящая из печи асбестовая труба, которая пройдя через отверстие в потолке выходила наружу. Ни одного чугуна, я правда не обнаружил, зато увидел некое приспособление, установленное на дверце топливного отсека, говорящее о том, что эта плита, работала от природного газа.

Нечто подобное я сидел в Саратове, и маминой сестры, где таким образом осуществлялось отопление дома. Правда там это оборудование было установлено на печке голландке. От дверцы печурки действительно отходила четвертная труба, уходящая куда-то за стену. Проследив за ней, я увидел, как она исчезает в газовом посту, и соединяется через вентиль с основной газовой трубой, на которой находится счетчик потребления. Не уверен, что все это было сделано на законных основаниях, но судя по всему этим дармовым газом пользовались без зазрения совести. Похоже работники, обустраивавшие этот газораспределительный пост, находились здесь достаточно долго, а иначе как объяснить все эти дополнительные удобства. Последний отсек был самым большим. Здесь в два ряда, оставляя лишь узкий проход посередине, стояли двухъярусные армейские койки, по четыре с каждой стороны. Разумеется, сейчас на них отсутствовала какая-либо постель, но это было даже к лучшему, представляю какая была бы здесь вонь, будь это иначе.

Не скажу, что в модуле была идеальная чистота, но и особой грязи я тоже не нашел. Первым делом, сразу же проверил работу печи. Открыв ставни на боковых окнах, и распахнув сохранившиеся рамы, чтобы проветрить помещение, и уберечься от возможной вспышки если газовое оборудование окажется негодным, я первым делом проверил, то что находится непосредственно в печи, вспомнив, как этим занималась тетушка в Саратове. После прошел на газораспределительный пост и открыл вентиль направляющий газ в вагончик, и только затем открыл заслонку, стоящую на трубе, поднес горящую спичку к S-образной трубочке с множеством отверстий, и когда на ней весело заплясали голубоватые огоньки, готов был станцевать что угодно, от радости.

Ведь фактически таким образом решались сразу два основных вопроса. Не нужно было заботиться об отоплении и заготавливать дрова для него и приготовления пищи. В любой момент включил плиту, и тут тебе и тепло в доме, и всегда горяча плита. А здесь в тайге, подобное актуально и зимой, и летом. Когда убедился, что с этим все хорошо, начал наводить порядок в модуле. Первым делом, вынес из домика все лишние койки оставив себе только одну, затем наломал лапника и промел все помещения, спустившись к реке, прорубил прорубь и набрал воды. В прихожей обнаружилась швабра. Добавив к ней свою старую портянку протер стены, рамы, двери, а затем промыл полы.

Уже через полчаса, после того, как я закрыл все окна, в доме стало достаточно тепло, а ведь, кроме печи, никакого другого отопления здесь не имелось. Но тем не менее ее вполне хватало, во всяком случае я чувствовал себя, вполне комфортно. Наведя порядок, перетащил в модуль все свои вещи, и начал обустраивать свой быт. В эту ночь я спал, как человек, в настоящей кровати, со свежим бельем, некоторый запас которого у меня имелся с собой, и мне снились самые приятные сны. Можно даже сказать эротические., хотя до ночных поллюций все-таки не дошло. Но зато я выспался как никогда, и на следующий день, решил, что пора отправляться на охоту. Нужно было пополнить запасы, да и осмотреть территорию. Мне здесь жить, и хотелось бы знать, что здесь к чему.

Перед уходом, хорошенько протопил бочку, и закрыв все окна и двери, отключил подачу газа. Уходить далеко я не собирался, и надеялся, что за время моего отсутствия бочка не успеет замерзнуть. Снегоход, брать пока не стал. Осмотреть округу на половину дневного перехода, можно и ножками, а уж если здесь не получится поохотиться, то на завтра, можно будет и прокатиться подальше. Топлива хоть и осталось, чуть больше ста двадцати литров, но место мне понравилось, и потому я не слишком сожалел о том, что выбраться отсюда не удастся.

Участок, оказался, очень даже неплохим. Я даже не успел отойти от нового дома на километр, как увидел поросячий выводок, и тут же подстрелил молодого подсвинка. Кабана в выводке не наблюдалось, а свинья немного покрутилась вокруг подстреленного красавчика. И довольно скоро, оставшееся семейство унеслось по своим делам дальше в лес. Подсвинком здесь зовут кабанчика, который по возрасту уже перевалил годовую отметку, и набрал вес, но пока еще держится возле матери. По сути это пока еще детеныш, у которого только-только начинают проявляться половые признаки. Самцы становятся крупнее самок, у них начинает расти холка, появляются первые признаки клыков. Но внешне, это довольно крупное животное. Если зима оказалась не слишком лютой и у семейства все было хорошо с едой, то к этому возрасту, некоторые молодые кабанчики могут достигать от восьмидесяти и более килограммов живого веса. Здесь похоже с кормлением все было достаточно хорошо. Чуть позже я и сам убедился в этом обнаружив дубовую рощицу, с множеством желудей. Кабаны частенько пасутся в подобных местах, поэтому я позже частенько наведывался сюда, подстерегая добычу, и в итоге завалил здесь здоровенного кабана и пару свинок поменьше.

Подстреленный сегодня кабанчик, весил примерно около семидесяти килограммов, поэтому чтобы не мучиться с его переноской, быстренько добежал до дома, завел снегоход, и вернулся обратно. Перекантовав тушу кабана в прицеп, доехал до своего стойбища, и принялся за разделку туши.

Все-таки хорошо иметь под рукой вольный газ. На скорую руку из кислородного шланга, и металлической трубы, соорудил небольшое приспособление, с помощью которого опалил наиболее густые наружные части животного. Конечно вся округа провоняла горелым волосом, но это место наверняка стало обходить все зверье, которое тут же устремилось на запах крови. Провозился я с поросенком почти полдня, но зато у меня оказалось больше сорока килограммов свежей свинины, в этом возрасте это скорее свинина, чем кабанятина, и хотя жировой прослойки практически не нашлось, но все-же кое-что удалось просолить. А к вечеру состоялся пир из прожаренной печенки и требухи. Одним словом, все складывалось, как нельзя лучше, если конечно не брать во внимание погоду.

А вот с погодой был полный швах. Весна так и не пришла в наши края, и хотя морозы несколько упали, то есть ниже минус десяти термометр не опускался, но все равно до весны было далековато. Речка, протекающая в двадцати шагах от моего нынешнего дома, все также была укрыта льдом, пробитая полынья для забора воды, к утру покрывалась плотной корочкой, и приходилось вновь брать в руки лом и пробивать новую. Зато может быть благодаря этому, опущенная у проруби сеть дала такой улов, что чуть было не пришлось задействовать снегоход, чтобы вытащить все это на берег. А после как минимум неделю, пришлось заниматься копчением, хорошо хоть неподалеку нашлась ольха, а иначе не знал бы что и делать со всем этим уловом.

Дни проходили за днями, я время от времени выходил на охоту, в свободное время, сооружал рядом со своим жилищем, что-то вроде лабаза для хранения запасов. Просто хранить их в доме, было нельзя из-за плюсовой температуры, а за пределами бочки не было никакого другого строения. Вначале хотел было хранить запасы возле трубопровода, в металлическом ящике, но после подумал о том, что любая утечка газа, тут же испортит продукты, а учитывая то, что газ не имеет ни вкуса не запаха, съешь такой кусок мяса, и будешь гадать сидя в аду, из-за чего именно ты сменил место жительства. Времени было достаточно, и потому решил соорудить что-то вроде хранилища для продуктов. От мышей это может и не спасет, но с последними можно и побороться, а от крупного зверя, наверняка, а большего и не нужно.

Рядом с бочкой росли три сосны, расположенные почти равнобедренным треугольником в трех шагах друг от друга, вот их и решил использовать для основы. На высоте примерно трех метров, срезал их верхушки, затащил туда несколько лесин, потоньше и соорудил, что-то вроде обзорной площадки. Возиться конечно пришлось долго, из инструментов у меня имелась пила со сменными полотнами, то есть в ее комплект входило несколько полотен для работы по дереву, и при необходимости, можно было поставить полотно по металлу, бензопила «Дружба», три топора, молоток, кое-какие инструменты для возможного ремонта снегохода, и шуруповерт с набором сверл и плашек под ключ и отвертки. То, что его заряд сдох уже достаточно давно, говорить думаю не стоит, а китайский генератор, который обеспечивал зарядку ноутбука сгорел вместе с домом. Из крепежа, в сумке с инструментом нашлись завалявшиеся там несколько саморезов, которые не на что не годились, и шесть гвоздей стопятидесяток, вбитых в перегородку прежними хозяевами бочки, в которой я сейчас жил, заменяя собой, крючки для одежды. Другими словами, крепежа можно сказать не было совсем.

Пришлось вспоминать навыки работы с деревом, и то, как с этим справлялись древние умельцы. Честно говоря, мне было даже несколько проще. Помыкавшись полдня, увидел возле полуразобранного переднего моста оставшегося от жилого модуля, кусок арматуры, выступающий из сугроба, и выдернув его оттуда, стал обладателем куска железного прутка диаметром около пятнадцати миллиметров. Дальше все было достаточно просто. Первым делом, с помощью газовой горелки, которой опаливал шкуру кабана, разогрел арматуру в последовательно в четырех местах, и выгнул из нее, что-то напоминающее коловорот. Затем отрезав лишнее, приспособил на верхнюю часть, дубовую плашку для упора, а нижнюю часть после разогрева и долгой обработки молотком, в качестве наковальни использовалась толстая металлическая балка, на которой крепились лыжи, превратил нижний конец коловорота, во что-то напоминающее конус.

Не лерок, ни метчиков у меня не имелось, но разобрав патрон шуруповерта, заметил, что его гнездо имеет небольшое сужение, и сняв с него все пластиковые части добрался до основания, разогрел с помощью все той же газовой насадки, и насадил на коловорот. Патрон как мне показалось сел намертво. Сколько бы я не пытался его снять вручную у меня ничего не получилось. И потому, как только он остыл, собрал патрон в первоначальное положение. Правда как оказалось, сделанный мною конус хоть и накрепко держал патрон, но оказался несколько скошенным, в итоге сверло немного гуляло. Впрочем, для сверловки древесины, это было не большой проблемой.

Все последующие работы, производились с помощью топора, молотка, коловорота, нагелей, шкантов и иногда чьей-то матери. Когда ударишь молотком по пальцам, невольно вспоминаешь о родителях. Причем, чаще всего о чужих. В итоге, после почти двух недель труда, у меня получился очень даже неплохой крохотный домик на трех курьих ножках. Если смотреть издалека, получалось примерное как в японском саду камней. Правда там из пяти камней, всегда не видно какого-то одного, а у меня, если смотреть с любой стороны, всегда видны две ноги из трех. Учитывая общий вид, ну прямо не лабаз, а избушка бабы Яги. Может хоть благодаря сходству, звери будут обходить это хранилище стороной, и не покушаться на находящееся там мясо. Которого с каждым разом становилось все больше и больше.

Внутри этого строения я установил две койки из тех, что оказались лишними в моей доме, и они прекрасно заменили собой полки, для хранения продуктов. Жизнь налаживалась.