Текст книги "Охотник (СИ)"

Автор книги: AlexOTimm

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Охотник

Глава 1

С чего все началось? Да, кто его знает. Конечно я, не живу в вакууме, и кое-что слышал, но по большому счету, всё это дела политиков, никак меня не касающиеся. Хотя все это очень напоминало дворовую ссору. Кто-то из больших мальчиков, позавидовал, живущему в соседнем дворе, и натравил на него своего старшего брата, пожаловавшись тому на несправедливость и насочиняв гадостей про своего оппонента. В итоге старший брат решил вступиться за младшего, и понеслось.

Вначале, как бы решили вернуть Крым, отданный Украине, по пьяному делу, а что еще можно было ожидать от президента ссущего на колесо самолета, в присутствии иностранной правительственной делегации, только потому что приперло. Хорошо хоть так, а не по большому. Хотя, как я слышал, тот придурок, отдал не только Крым, но и еще многое из того, что так аккуратно собиралось, фактически поменяв огромные территории на стакан водки. Ну да сейчас, уже с него не спросишь, ушел мухожук.

После, посмотрев, как укры, планомерно в течении восьми лет уничтожают свой собственный народ, не желая терять отделившиеся территории, решили вмешаться, и это затянулось на долгие годы. Старики сокрушались, говоря о том, что за это время Сталин бы пару раз до Берлина бы дошел, а мы сиськи мнем, и задницу Европе заглядываем, мол, как отреагируют. В интернетах появился отрывок якобы из книги Саймака «Заповедник гоблинов», о хитрожопом гоблине, сидящем на горе, и терроризирующем город, время от времени постреливая из гранатомета, и требующего пожрать и выпить[1]1
  https://ignat-dvornik.livejournal.com/1874983.html ( сказка про Гоблина)


[Закрыть]. Который очень напоминал нынешних политиков. В какой-то момент чаша терпения переполнилась, и локальные стычки переросли в нечто большее, и в итоге все это переросло в третью мировую. Хотя, некоторое считают, что та самая которая третья, началась еще в 2014 году, как раз в тот момент, как вернули Крым. Впрочем, не мне о том судить.

Я в тот момент, еще учился в школе, и постигал первые шаги охмурения местных девочек. Хотя честно говоря, довольно быстро оставил это неблагодарное занятие, хотя бы из-за того, что особенного выбора не было. Так на погулять, полизаться на последнем ряду местного кинотеатра меня еще хватало, а на большее, этого было уже маловато. На плосколицых аборигенок, меня не слишком-то и тянуло, а тех, на кого все же обращал внимание, интересовало нечто большее, чем простой рубаха-парень, из заштатного северного городишки, расположенного за Полярным кругом. Хоть и говорят, что Тикси морской порт международного значения, и ворота к сердцу Якутии, но работает этот порт от силы три месяца в году, и по большому счету, за это время, едва справляется с подвозом необходимых стройматериалов, техники и продуктов питания, исключительно для жителей городка.

Это при СССР, население нашего города росло не по дням, а по часам, а сейчас, наблюдается, как раз обратная тенденция. Если к девяностому году прошлого века, здесь проживало больше двенадцати тысяч человек, и поговаривали о том, что вскоре Тикси, из скромного обозначения ПГТ, то есть поселка городского типа, превратится в полноценный город, то последнее время, все идет к тому, что вскоре нас начнут обзывать, поселком при пристани, или деревенькой при аэропорту.

Вообще-то, Тикси разделен, как минимум натрое. Тикси-1 – обслуживает порт, и раскинулся как раз возле одноименной гавани, точнее бухты Тикси. В переводе с якутского, Тикси – это отстойник. Разумеется, официально говорят про «Место встречи» «Пристань» и называют некоторые похожие синонимы, но в школе, а здесь принято изучать местный язык, это слово всегда переводили как – Отстойник. Третий Тикси, это поселок, раскинувшийся в районе местного аэропорта. Там обитают в основном военные. По сути его и строили, именно как военный городок, да и аэропорт до последнего времени, принимал чаще всего именно военный транспорт. Это уже после 2013 года, аэропорт передали на баланс гражданским. По сути отвязавшись от лишней обузы. Ведь здесь у нас вечная мерзлота, из-за которой тот же аэропорт приходится ремонтировать чуть ли не каждые полгода, вбухивая в него огромные деньги.

К тому же, это во времена СССР, можно было на выходные слетать прямым рейсом в Москву, походить по музеям и магазинам, и к понедельнику вернуться обратно. Северных зарплат со всеми коэффициентами на это как раз хватало. Сейчас прямой рейс доставит тебя только в Якутск, или в Мирный и то не чаще раза в неделю. Где по большому счету, делать особо и нечего. Это только на бумаге, Якутск столица огромной автономии, на деле, обычный захолустный городишко расположенный в глухой тайге, отличающийся от моего родного города, только большим количеством людей. Даже цены и то, примерно такие же, как и были здесь, до недавнего времени. А о Мирном и говорить не стоит. Единственная достопримечательность – дыра посреди города в которой добывают алмазы.

Нет, я конечно не спорю. Якутск это все же достаточно большой город, где есть, что посмотреть. Там есть и пара театров, университет, и многое другое. Да что говорить, если с начала девяностых население Тикси постоянно идет на убыль, упав к настоящему времени, более чем вдвое, а население Якутска только растет, поднявшись со ста семидесяти тысяч, до почти полумиллиона. Там хорошо, но меня не тянуло туда тогда, и тем более не тянет сейчас. Но вернусь в свой городок. Я рассказал о двух микрорайонах, если можно так выразиться в отношении моего городка. То есть Тикси-1 и Тикси-3. А вот Тикси-2, вы не найдете ни на одной карте. Кто-то говорит, что Тикси-2, это база вч 2–006, военный городок которой раскинулся в пяти километрах на запад, и от которого на сегодняшний деь осталось два десятка полуразрушенных домов. Кто-то вспоминает вч 37048 останки которой можно обнаружить в пяти километрах южнее. Хотя честно говоря, подобных войсковых частей, или точнее того, что от них осталось, вокруг Тикси, наверное, с десяток. Исходя из того, что действующих на данный момент, осталось всего две или три, и все они дислоцируются в Тикси-3, вторым районом города принято считать местное кладбище. Которое, как раз расположено между первым и третьим поселками. Неофициально конечно, но даже в шутку говорят о том, что рано или поздно ты окажешься во втором микрорайоне. И все местные это понимают.

Родился я именно здесь, в этом городке. Хотя официально Тикси не является городом, но между собой его принято называть именно так. Мой отец, Николай Иванович Сашин, служил в одной из войсковых частей, как раз дислоцирующихся в третьем поселке возле аэропорта. И к своей отставке, дослужился до майора, и заместителя командира батальона. Мать – Ольга Валерьевна, в девичестве носила немецкую фамилию Краузе, ведя свое происхождение от немцев Поволжья, и честно говоря, эта фамилия подходила ей гораздо больше, чем фамилия отца. Краузе, в переводе означает – Кудрявый. Вьющиеся локоны мамы, невозможно было исправить никакими способами. С другой стороны, природная укладка, всегда выглядела очень хорошо, и многие завидовали ей, видя прическу, за которую не нужно было бояться.

Мама, была учительницей, и преподавала в местной школе немецкий язык. Разумеется, благодаря этому я всегда ходил в отличниках, но не из-за того, что мне завышали оценки, как раз наоборот, но немецкий, всегда был в нашей семье вторым языком. Отец, хоть и был русским по происхождению, но всю юность провел в Саратове, фактически там же, где жила и мама, и потому немецкий знал достаточно хорошо. По его словам, среди его друзей, большей частью были именно немцы, коих находится там достаточно много. С другой стороны, город Энгельс, считается вроде, как столицей немцев Поволжья, а он расположен, как раз напротив Саратова, на другом берегу Волги.

Отец был страстным охотником и рыболовом, и всячески приучал к этому и меня. Считай с самого детства, едва я смог удержать в руках подаренное мне ружье, я начал сопровождать отца на охоте, а после занимался этим и самостоятельно. Здесь, охота, всегда считалась прибыльным занятием, и привносила в нашу семью дополнительный достаток. А, что вы хотите. Продукты в наш городок, завозят в конце лета, и до следующей навигации Тикси, фактически отрезан от всего мира. Разумеется, что-то можно привезти слетав, например, в Якутск, или как при советах в Москву, но по сути, это скорее какая-то мелочь, о которой не стоит и вспоминать.

Последнее время, стало немного легче, со снабжением, но даже я еще помню те времена, когда для покупки вожделенного куска, насквозь промороженного мяса, приходилось по паре часов стоять в очередях, в местном гастрономе. А уж о фруктах, овощах, или каких-то деликатесах, можно было и не вспоминать. В общем-то они в магазинах были, те же яблоки не переводились круглый год, но такие, на которые без слез не взглянешь. Сейчас, правда эти вопросы были в общем-то решены, но цены, оставляли желать лучшего. Поэтому завалив на охоте оленя, или тюленя, ты не только обеспечивал на долгое время всю семью, но и приносил в нее же достаток. Денег здесь хватало у всех, а вот тратить их было практически некуда, и потому стоило только предложить, разбирали влет, еще и радовались, что предложили.

Закончив обучение в школе, я поступил в местное Профессионально Техническое Училище, на специальность механика-дизелиста, и параллельно получил свидетельство судоводителя третьего класса. Правда за все время своей жизни, вставал за штурвал только несколько раз, во время учебы в ПТУ. Разумеется, родители предлагали отправиться, например, в тот же Якутск, чтобы получить хорошее образование, но честно говоря, я не видел в том перспективы. Здесь у меня был родной дом, семья, да и по сути я сроднился с моим поселком, и меня все устраивало. А ехать куда-то на голое место, и начинать все сначала, как-то не было желания. Скажу больше, я и в училище поступил только ради того, чтобы лучше разбираться в технике имеющейся у нашей семьи. Охота и рыбалка, меня интересовали гораздо больше, чем работа на производстве, и приносили гораздо больший доход, чем официальная работа в поселке. Разумеется, какое-то время, пришлось поработать и на местном предприятии, получая практические навыки, но сейчас это было не столь обязательным, как скажем в Советские времена, по словам родителей. А учитывая то, что мои увлечения, приносили гораздо больше достатка, я просто не видел смысла гробить себя на производстве.

В 2020 году, меня призвали в армию. Как и многие другие пацаны нашего городка, я отправился служить в Пограничные войска. Почему-то призывников из таких поселков как Тикси, Оймякон или Петропавловск-Камчатский, чаще всего призывали именно туда. Хотя конечно бывали и исключения. Причем, чаще всего, границу призывники охраняли в этих же местах, наверное, считалось, что люди, призванные с Крайнего Севера и Дальнего Востока, больше привычные к северным морозам. Поэтому если кто-то и рассчитывал, попасть в южные республики, то чаще всего их ожидал полный облом. Как, впрочем, и меня. И вместо югов, я отправился на Чукотку, и следующие два года провел в в/ч 2254, неся службу на Пограничной заставе «Ратманов», на одноименном острове, в четырех километрах и ста двадцати шести метрах, от Соединенных Штатов Америки. Служба прошла, более чем достойно и спокойно. Нарушителей не с нашей, ни с Американской стороны не наблюдалось.

По словам командования, последним человеком, который незаконно перешел Государственную Границу со стороны США, оказался Карл Бушби. Полусумашедший аргентинец, который вознамерился обойти пешком всю планету. В итоге, за два года до начала моей службы, он на пятнадцатом году своего пешего путешествия из Ушуайи, что находится в самой южной точке Аргентины, добрался до Берингового пролива, и форсировал его перейдя по льду на берег Чукотки, где благополучно оказался в руках Российских пограничников. И за незаконный переход, получил три года колонии общего режима. Правда несколько позже его все-таки освободили из тюрьмы, по хадатайству англичан, но продолжать пешее путешествие по стране запретили. В итоге, его вернули обратно в США, и по слухам дальше он пробирался через Китай.

Отец умер в 2022 году, через три месяца, после того, как я вернулся со службы. Здоровый мужик, решил к концу сезона, выйти в бухту на рыбалку, и поскользнувшись, на палубе катера, упал в воду. Разумеется, его постарались тут же вытащить обратно, провели все необходимые мероприятия и процедуры, для того, чтобы согреть и сохранить ему жизнь, и плюнув на рыбалку сразу же помчались в городок, в местную больницу, но похоже, легкая простуда, наложилась на купание в ледяной воде, плюс возраст, да и мастерство местных врачей, тоже оставляет желать лучшего, ведь сюда как правило приезжают те, кто не нашел себя в более удобных местах. И после двух недель горячки, он отошел в мир иной. Мама, оставила меня одного тремя годами позже. Никак не могла смириться с потерей отца, и угасла прямо на глазах. Не помогало ничего. Я уж пытался вывезти ее из Тикси, к родной сестре, которая к этому времени, тоже жила одна в родительском доме в Саратове, и приглашала ее переехать на Родину. Вначале, вроде бы она согласилась, и уже я подумывал о том, что здесь ей будет лучше, как в один из дней, она твердо приказала мне собираться домой. Мол нужно могилу отца прибрать, да и вообще, привыкла она уже нашему городку, и ей все, чего-то не хватает. А еще очень жалела о том, что я так и не создал свою семью, и ей не доведется понянчить внуков. В тоже время, она и сама понимала, что никаких перспектив в этом вопросе, здесь в городке не имеется. Наиболее достойные кандидатуры, всеми правдами и неправдами, старались покинуть городок, как можно скорее, а те что оставались, вызывали, скорее неприязнь, чем какое-то иное чувство.

Во время поездки в Саратов, мне приглянулась одна девушка, и пока мы находились там, вроде бы все шло к взаимному согласию, но в итоге подруга, едва узнав о том, куда именно я собираюсь ее увезти, тут же исчезла с горизонта. Вдобавок, ко всему и мама, тоже засобиралась домой, и я решил, что должен отправиться с нею. С другой стороны, мне тоже нравилось там гораздо больше. Как бы то ни было, а там был мой дом. Там я родился, вырос, все там было знакомо и понятно, а здесь, все что-то не то, и не так. И мы отправились обратно. А через два года не стало и мамы. Как она и приказывала, похоронил я ее рядом с отцом. Я же, тихо помянув ее окунулся в повседневные заботы. В Тикси, у нас была хорошая трехкомнатная квартира с балконом, на втором этаже пятиэтажного дома.

Здесь даже во времена СССР, не особенно обращали внимание на положенный метраж, и поэтому, когда только что построенный дом, сдавали в эксплуатацию, отец взял квартиру, как он сказал на вырост, потому как в тот момент, мама носила меня, а вообще, планировалась и сестра. Но родовые осложнения поставили крест, на планах, и в семье воспитывался только я один. Зато у каждого была своя комната. То есть у меня своя, родительская спальня и общий зал на всех. Дома здесь, из-за вечной мерзлоты строят на сваях. Кроме того, учитывая то, что каждой семье приходится создавать зимние запасы, и довольно большие, на первых этажах большинства домов, обустроены кладовые, где люди хранят заготовленные на зиму овощи, маринады, и прочие продукты. Холодильники у нас не особенно востребованы, потому как в теплое время температура редко, когда пересекает отметку в плюс семь градусов, и потому хранить продукты можно просто за окном, ну или на балкончике, как это было у нас. Да и организовать ледник, натаскав в кладовую льда, тоже не большая проблема. Некоторые так и делают, и этого хватает на все лето. Хотя сколько тут того лета. Но, холодильник и довольно вместительный, в доме все-таки появился. Наше с отцом увлечение охотой, подразумевало появление больших объемов мяса, а держать его в погребе, было не слишком удобно. Вот и приобрели. Благодаря тому, что квартира располагалась на втором этаже, отец, поменялся кладовками с каким-то сослуживцем, а после пробил ход в кладовую, прямо из коридора нашей квартиры. Получилось что-то вроде погреба, и стало гораздо удобнее, и хранить овощи, и самое главное добираться туда. Не нужно было выходить из квартиры, спускаться на первый этаж и брести по нему, почти в темноте. Лампочки воровали, довольно часто.

После ухода мамы, квартира показалась мне пустой, и первое время, я просто не находил себе места, из-за этого. Поэтому, чтобы как-то отвлечься от тяжелых дум, полностью погрузился в охоту и рыбалку, появляясь в городе, только для того чтобы немного отдохнуть, сбыть трофеи, и привести в порядок свой уже довольно потрепанный уазик, доставшийся нашей семье от отца, а ему в качестве списанного автомобиля с баланса того батальона, в котором он когда-то служил. Один из моих одноклассников, содержал в городке авторемонтную мастерскую, и небольшой магазинчик при ней, где продавал, как подержанные, так и новые автомобили, имея на этом, как он любил шутить: «Свой маленький гешефт». Хотя евреем он конечно не был, будучи самым настоящим Якутом. Он то и предложил мне в какой-то момент приобрести у него практически новый снегоход: «Буран» 4ТД. Эта модификация, еще совсем недавно выдавалась коренным народам севера, в качестве личного транспорта. Когда-то, при советах, на три года, последнее время, от случая к случаю. То есть, как появляется угроза смены руководства области, на очередных выборах, так стазу же, начинают раздавать плюшки местному населению.

Вот и достаются местным якутам, такие вот снегоходы. Причем раздают всем, кто только скажет, что ему надо. При этом многие кто его получил, сразу же стараются продать снегоход. Если ты не занимаешься охотой или рыбалкой, или не имеешь достаточно высокого дохода, содержать подобную технику, несколько разорительно. Тот же автомобиль требует гораздо меньших затрат, и более вместителен. Подумайте сами, тот же «Буран», способен перевезти пару человек, и небольшой прицеп, причем в основном по снегу, а жрет при этом от двадцати литров на сотню километров. Да, в лесу, в тайге, он практически незаменим, но в тундре, пользы от него не слишком и много. Вот один из таких снегоходов, причем, судя по всему, практически без пробега, и вместе с тем по очень даже привлекательной цене, мне и предложил приятель.

И честно говоря, предложение, пришло, как нельзя кстати. Семейный «газон» находился уже в той стадии, когда на нем без особенного риска, можно было передвигаться по городку, или же скажем добраться до аэропорта из Тикси-1 в Тикси-2. А вот уже отправиться в тот же поселок Быковский, расположенный в пятидесяти километрах на север, было несколько боязливо. Хотя я старался поддерживать работу всех агрегатов на должном уровне, но машине было уже около полувека, и кто знает, сколько она еще сможет пройти. В тоже время, купить что-то более приличное, не было возможности. В городок не привозили новых автомобилей, хочешь купить, что-то приличное, отправляйся в Якутск, и гони машину по зимнику. Да и по большому счету, здесь на севере требовались скорее вездеходы, например, тот же «Пластун» о котором не так давно я читал в интернете, или какой-то мощный квадроцикл. Но тот же «Пластун» стоил от семи до десяти миллионов, как, впрочем, и вездеходный квадроцикл, за который просило не меньше трех. Другими словами, это была техника не для простого охотника, а скорее для развлечения, и воскресных покатушек, богатеньких Буратино. Таких как сынишка командира полка, разхъезжающего на «Мицубиси-Паджеро», или дочь мэра города, катающаяся на вездеходном квадроцикле с огромными колесами.

Именно поэтому, предложенный мне снегоход, был воспринят на ура, и хотя за него просил почти миллион, я недолго думая, сразу же приобрел эту технику, и ни разу не пожалел об этом. Вместе с прицепом, снегоход был способен утащить больше семисот килограммов груза. Расход топлива конечно оставлял желать лучшего, но мне досталась модель с четырехтактным немецким двигателем «Kohler» мощностью в тридцать лошадиных сил, способным работать на низкооктановых бензинах, являясь при этом более надежным, чем обычные двухтактники.

С помощью приятеля в его автомастерской, я установил дополнительный каркас, добавив площадь лобового остекления, и небольшой багажник, над двигателем. Грузоподъемность снегохода вполне позволяла нести на себе еще как минимум полсотни килограммов, а вот места, для них, уже не оставалось. Передний багажник, решил эту проблему, да и ехать на снегоходе, стало гораздо комфортнее.

Не так давно, в тайге, неподалеку от реки Оленек, я обнаружил кем-то покинутое зимовье. Кому оно служило пристанищем, сейчас уже никто, наверное, не скажет, тем более, что судя по находящимся там вещам, все указывало на то, что здесь мог жить и охотник, и старатель. Но самое главное было понятно, что как минимум лет десять, здесь никто вообще не появлялся. До ближайшего поселка отсюда было километров восемьдесят, что по местным меркам, не являлось чрезмерным расстоянием. Зато благодаря этому, окружающая избушку тайга, была полна живности. Да и до речки тоже было подать рукой. Одним словом, я решил устроить здесь для себя зимовье.

Дом был сложен из крепких бревен лиственницы, и все указывало на то, что это место было сооружено довольно давно, и в строительстве принимало участие, довольно много людей. Хотя я не однажды слышал, что в советские времена, подобные зимовья устраивали довольно часто, причем не только простые охотники, но и егеря. И это не считалось чем-то сверхъестественным. Сейчас, обнаружение этого дома, шло только в плюс. Дом, представлял собой, довольно большую комнату, внутри которой из камня и глины, была сложена печь с выделенной плитой, для обогрева и приготовления пищи. Причем на ней имелась стандартная чугунная плита со съемными кругами, для установки чугунов, пара которых нашлась на столе стоящим возле одной из стен. С другой стороны печи, находился довольно широкий деревянный топчан, застеленный оленьими шкурами, сильно поеденными от времени, что явно говорило о том, что зимовье не посещали очень давно.

Погреба, здесь, в условиях вечной мерзлоты не копают, но на довольно просторном чердаке, обнаружилась бочка, в которой некогда похоже хранили солонину, и еще одна, наполовину заполненная мукой. Правда довольно сильно поврежденная червяками. Что, впрочем, никакого удивления не вызвало. У входа в дом, имелась небольшая пристройка, которую, наверное, можно было назвать прихожей, но места в ней, вполне хватало для того, чтобы свободно загнать туда снегоход. Одним словом, я решил, благоустроить найденный дом, организовать в нем для себя, полноценную дачу. Учитывая то, что большую часть времени, я провожу в тайге, наличие такого дома, решало многие жизненные запросы.

И, следующее лето, я посвятил благоустройству своего нового жилья. Пока семейный газон, числился ходовым, в два рейса завез в зимовье все особенно крупные вещи, сделал большой запас бензина, на будущее, притащил несколько бочек, и металлических ящиков для продуктов, и заполнил их самым необходимым. Кроме того, решил, что нормальная железная кровать с панцирной сеткой, будет смотреться здесь гораздо лучше обычного топчана, да и отдыхать на ней, будет гораздо приятнее. Притащил небольшую газовую плиту, и пару баллонов. Последнее время с их заправкой проблем не было, и я решил, что в доме им будет самое место. В общем обустроился капитально, и уже с открытием сезона, отправился туда, практически на всю зиму, появляясь в городе только для того, чтобы продать трофеи, и пополнить текущие запасы топлива и провизии. Семейный автомобиль, считай отдал Эркену на запчасти, в его мастерскую, а сам, пользовался исключительно купленным снегоходом.

Жизнь продолжалась, ровно до того момента, когда кто-то, где-то не начал воевать всерьез. По большому счету, нас это не сильно задело, в том смысле, что никому не был интересен, наш городок, который большую часть времени, проводил в снегу, обеспечивая навигацию лишь на три-четыре месяца в году. Проблема нарисовалась в другом. В первую очередь из-за того, что стоило до нашего городка донестись вести, о том, что началась третья мировая война, то есть не локальные столкновения на окраинах, с применение всего ядерного арсенала, как военные тут же попытались взять власть в свои руки.

Может это в какой-то м6ере и правильно, но с другой стороны, взялись они за это уж больно круто. Полковник Сиволапов, объявил себя военным комендантом города, и сразу же объявил о запрете использования любой техники, без его на то распоряжения, мотивируя это тем, что запасы топлива ограничены, новых пополнений не ожидается, потому все имеющееся топливо, объявляется стратегическим запасом. Теперь любой проехавший по улицам городка автомобиль, без специального пропуска на лобовом стекле, мог остановить военный патруль, машину отправить в военный городок, а водителя отправить в местную полицию. Причем на входе в отделение, к ранее вывешенной вывески говорящей о том, что здесь, находится местное отделение полиции, добавили еще одно слово, называющую полицию – «Военной». Троих участковых тут же переодели в военную форму, и выдали повязки, с надписью: «Военная полиция», чтобы отличить их от остальных служащих.

Уже на следующий день, после объявления о начале войны, все склады, автозаправки и магазины, были взяты под вооруженную охрану, а по местному радио, объявили о том, что уже с понедельника будут введены в обращение продовольственные талоны согласно которым и будет осуществляться снабжение жителей городка. Что интересно, этот приказ, никак не повлиял на действия сына, полковника Сиволапова, и его прихлебателей, в лице родственников бывшего мэра города, и некоторых других высокопоставленных граждан нашего городка. Их дети, как раскатывали несколько раньше на вездеходах и внедорожниках, по поселку и близлежащей тундре, так и продолжали свои покатушки, празднуя свои победы, каждый вечер, в местном ресторане, после объявления приказа.

Понимая, что в свете увиденного ничего хорошего здесь меня не ждет, в один из вечеров, загрузил свой снегоход по самое не могу, сложив в него все самые необходимые вещи, оружие и еще сохранившиеся здесь запасы продовольствия. После чего вручил ключ от своей квартиры, соседке, старой учительнице, у которой я учился еще в школе. И объявив ей о том, что она может пользоваться всеми вещами и продуктами, которые остаются в квартире моих родителей, а сам я решил оставить это место и уехать подальше отсюда. Надежда Петровна с благодарностью согласилась с моим решением, прекрасно понимая, что при всем желании, не сможет перенести дорогу, сколь бы короткой она не была, и потому не сможет поступить так же.

После чего, я дождался полуночи, завел свой снегоход, и постарался задами выбраться за пределы поселка, чтобы затем отправиться в сторону приготовленного мною зимовья, понимая, что выжить здесь будет просто нереально. Если с самого начала, для всех жителей начали закручивать гайки не обращая внимание на выходки собственных отпрысков, то дальше будет только хуже.