Текст книги "Архитектор: книга вторая (СИ)"

Автор книги: aleksdesent

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

Болезнь понемногу отступала, и теперь, даже не получая усиление живучести я мог сохранять ясность мышления. После ухода Кирилла, я немного задумался над тем, что он сказал. Простая мысль – а ведь от меня зависят жизни дорогих мне существ…

Я привык к собственной незначительности. Если я не буду чистить коровник, это сделает кто-то другой. И мне казалось, что Алиса легко найдёт себе другого защитника, а Наташа – другого командира. Полина тем более не пропадёт, за неё отвечают обе мои подруги, а я так, рядом тусуюсь. Кон… Больнее всего было думать, что она найдёт себе нового хозяина, или это за неё сделает Система. Больно, но неизбежно – так мне казалось. Да и человечество, сколько бы я ни рассказывал про единственного борца за его возрождение, без меня скорее всего не пропадёт. Люди переживали такие катаклизмы, что в голове не укладывается, а тут даже запасы оружия никуда не делись. Отобьются.

И всё это было ошибочно.

Ничего без меня не исправится. Кон погибнет, а остальные не смогут выбраться из убежища, или тех мест куда я их отправлю. И теперь я лежу в постели, не способный справиться даже с такой мелочью, как болезнь. Фенри вот вообще не болеет, а я чуть не умер из-за такой чепухи! Нужно исправить последствия, нужно вернуться в бой.

Самым простым путём к исцелению виделось получение того же иммунитета, что у Фенри. Правда, нигде не уточнялось, откуда вообще появляется этот иммунитет. Был, конечно, вариант – отправить ей всплеск маны, чтобы она использовала тот же навык, прицепив к нему трансформацию, а завладев навыком «трансформация» получить на него усиление от Алисы, одновременно с этим пополнив запас маны от всплесков Кон, и попытаться активировать трансформацию, вложив в неё чудовищные по моему текущему состоянию тридцать-сорок единиц маны…

План показался мне идеальным.

– Ага. Не сработает. – обломала меня Алиса.

– Почему?

– Потому что ты не девочка-волшебница! А если серьёзно, то Фенри предложила это ещё прошлой ночью. Если её раны исчезают после превращения, значит и ты выздоровеешь. Мы проверили это на Кон, и ничего не сработало!

– Вы что, били лисичку?

– Нет, зачем?

– Ну, проверить заживление ран…

– Нет. Навык просто не сработал, понимаешь? А Кон даже придумала, в кого хочет превращаться… Такая миленькая девочка с лисьими ушками!

– Обидно…

– Ты лучше попроси Кон тебя в транс погрузить. Должен же хоть кто-то из нас нормально выспаться?

– Транс… Слушай, а это идея. – сказал я и надолго замолчал, погрузившись в раздумья.

Суть целительного эффекта от навыка «всплеск маны» сводилась к тому, что травмы и болезни как правило повреждали только отдельные части тела, либо распределённые по телу системы, вроде кровеносной. Так, воздействуя на определённые точки направленным потоком маны, можно вернуть состояние организма к норме.

Если просто вливать ману в пациента, то он получает эффект низкоуровневой «живучести», или локальное усиление собственной «живучести», если уже обладает ею. Но можно воздействовать более тонко, и вносить изменения по своему усмотрению, например – погрузить человека в сон, одновременно с этим усилив его регенерацию маны. Это довольно простое воздействие, придуманное мёртвым культистом, и оно досталось Кон вместе с навыком. Затем она адаптировала его под собственную физиологию, отделавшись лишь лёгкой головной болью от неудачных экспериментов. Ей хватало живучести, чтобы справиться с последствиями.

Я же хотел провернуть нечто более масштабное.

Я уже давно заметил, что навыки «усиления» имеют разную эффективность при одинаковом уровне. Например, у вампиров, которые превосходили меня во всех боевых параметрах, были те же самые уровни навыков что у меня – ускорение первого уровня, и усиление второго. А у медведя, которого создали примерно тем же способом что вампиров, навыки оказались повыше: пятый уровень усиления, четвёртый – живучести и третий – ускорения. При этом пробить эту скотину было вообще невозможно, а он рвал голыми руками всё до чего дотягивался.

Кирилл, в свою очередь, скопировал мои навыки на тех же уровнях, но в показателях мне уступал. Пролежав полтора года в коме трудно демонстрировать результаты, выше олимпийских рекордов, но мы оба это делали. Просто я – чуть эффективнее.

На этом и строилось моё предположение: чем лучше тело приспособлено к навыкам, тем лучше они раскрываются. Поэтому, я решил сыграть по-крупному. А именно – принудительно встроить «усиление», «ускорение», «связь аур» и «чувство пустоты» в своё тело. Так как эти навыки были заёмными, они не изменяли мою физиологию с повышением уровня, а значит, разница с естественными их обладателями будет всё заметнее.

Сделать это я решил следующим способом: естественный поток маны проходит сквозь часть ауры, отвечающую за навык «живучесть», и дальше циркулирует равномерно, в обход остальных навыков. Я же с помощью всплеска приказал изменить эту последовательность, и после живучести пройти также сквозь остальные заёмные навыки, кроме всплеска. Таким образом, поток маны, восстанавливающий моё тело, будет ещё и изменять его в соответствии с нуждами остальных навыков.

Вот такой транс я и запустил, напоследок усмехнувшись, что подвергаю свою жизнь ещё большему риску после того, как осознал ответственность за близких.

* * *

Лукин уже смирился со своим подчинённым положением окончательно, и теперь на каждую мою просьбу, всё более и более странную для непосвящённого в правила Системы человека, отвечал лихим и придурковатым согласием. Нужно собрать детей со всего лагеря? Сделаем! Для экспериментов с участием иномирских зверей? Да без проблем, мы ещё помощь всестороннюю окажем!

Единственное, что спасало меня от его гнева – я пока ни разу не ошибся. Все мои инициативы имели положительный результат. Иначе, чего бы Лукину это ни стоило, он бы избавился от меня раз и навсегда. Вот почему я говорил, что человечество и без меня разберётся. Есть множество других достойных лидеров… Но вот единства у них нет. А объединить и скоординировать усилия разбросанных по огромной территории выживших без моих тоннелей будет проблематично. Так что и здесь я необходим.

Фенри вывезла меня на инвалидном кресле к толпе детей. Рядом с нами шли Кон и Кирилл. Исцеление через масштабные изменения тела, фактически – его пересоздание – сработало. Зато мышцы, заменяющиеся на новые, рассчитанные на большую нагрузку и растяжение, с каждым движением причиняли мне нестерпимую боль. Когда этот процесс закончится, всё снова станет нормально, а пока остаётся только терпеть, не шевелиться и использовать игнорирование боли.

Но в остальном я был полностью здоров и работоспособен, так что я решил объяснить ученику, что такое боевой дух, и зачем он вообще нужен. Ну, не с похитителем же идти разговаривать, пока я пошевелиться толком не могу?

– Привет, детишки! Вы хорошо кушали сегодня утром? – обратился я к толпе.

Ответом мне стало нестройное мычание. Впрочем, голодным никто не выглядел. Суть прикола до них едва ли дошла: единственная причина, по которой их хорошо кормят – это я. А вот организаторы поняли всё как надо.

– Тогда, кто хочет погладить лисичку? – продолжил я.

Эти слова вызвали среди детей более бурную реакцию.

– Ну, давайте. Кто будет самым храбрым? – это уже была откровенная провокация, но тратить весь день на поиск нескольких воинов я не собирался.

Вперёд выбежала одна девочка младшего школьного возраста. Кон подалась ей навстречу, и вскоре оказалась в её объятьях. Лиса поделилась с девочкой небольшим количеством маны, и в ответ получила очень яркое детское воспоминание.

О том, как ужас отступает вместе с выходящей из железной стены лисицей, которая провожает в последний путь защитника, победившего всех врагов. А на место ужаса приходит спокойствие и желание жить, несмотря ни на что, как и хотел погибший защитник.

– Эта девочка приехала в лагерь на грузовике вместе со мной. – тихо произнёс я – Они уже виделись с Кон однажды, при довольно жутких обстоятельствах…

– У вас только что появился новый некромеханик. – сообщил наблюдателям Кирилл.

– Хватит, малышка. Пойдём, нарисуешь что-нибудь на листочке. Вот у меня и мелки цветные есть… – поманил её один из организаторов.

– Это не обязательно, она уже получила уровень. Отправьте её к тому парню, как там его? – сказал я.

– Игорю?

– Ага, вроде так. Пусть готовятся работать вместе.

– О, Игорь просто зашивается. Помощь ему очень пригодится. – обрадовался один из замов Лукина.

– Так, об этом мы отдельно поговорим. Кон!

Девочка напрочь проигнорировала слова организатора и продолжала обнимашки. Кон была не против, всё же, девочка была скорее рада её видеть, чем наоборот, да и сама лиса вспоминала о первой серьёзной охоте с теплотой. Только повинуясь моей команде она высвободилась из объятий и отошла в сторону. К ней уже выстроили длинную очередь.

Следующие несколько детишек классов сразу же не получили. Им действительно предлагалось сесть за стол в сторонке и порисовать. Многие соглашались, а другие уходили по своим делам, испытывая непреодолимое желание заняться любимым делом. Один, например, пошёл кузнечиков ловить. Теперь организаторам предстоит выяснить, нахрена он это сделал и предположить, как можно пробудить его талант. Если у них ничего не получится – используем способ с убийством тролля и проверим, насколько ошибочными были предположения.

Гипотетически, этот метод должен работать и на взрослых, но, чтобы заставить их отрешиться от прочих забот и сконцентрироваться на стремлениях, вызванных полученной маной, нужна определённая подготовка, почти что работа с психологом. Это слишком затратно, подождут, пока у меня время для забега на тролля появится.

Шестым или седьмым ребёнком был парень десяти лет, который сел перед Кон и уставился ей в глаза. Она лизнула его в нос, а он встал, развернулся и бросился на какого-то парня в толпе старших ребят. Несколько быстрых ударов заставили жертву скорчиться и упасть, а потом организаторы оттащили мелкого драчуна.

– Ещё раз! – приказал я.

На сей раз Кон работала с парнем чуть дольше. Она поставила лапы ему на плечи и уткнулась носом в лицо, передавая не только ману, но и эмоции. Сначала она спросила, за что он ударил старшего, и получила ответ, что он бил мальчика раньше. Тогда она объяснила, что это всё из-за Кирилла, и дала пацану сразу два всплеска маны. Я же отправил ученика к лисичке, чтобы он забрал её у пацана.

Как только их руки встретились на теле Кон, пацан будто взорвался. Он прыгнул, ударив Кирилла головой в подбородок, а потом начал пинать его и бить кулаками. Сам Кирилл был проинструктирован, что ему нужно уважать любого противника, с которым он сегодня встретится, и не важно, как он выглядит и кем является. Он должен использовать всё, кроме системных навыков, чтобы победить в схватке. Нахватав несколько болезненных ударов, Кирилл перекатился, поднялся на ноги и пошёл в атаку на пацана.

В результате, он справился с мелким, но они дрались чуть ли не пять минут. Парень получил класс «Воин», а Кирилл – пример несгибаемого боевого духа, который и делает воина воином. Посидев десять минут в палатке, ученик вышел и сказал, что моя идея снова сработала. Ему всё ещё страшно, но теперь он понимает, ради чего можно сражаться, когда шансов на победу не существует.

Теперь он мог использовать полноценную имитацию класса, и я отправил его заниматься физическими упражнениями, чтобы привести тело в соответствие с имеющимися у него навыками. Конечно, рано или поздно оно бы само стало таким, но скорее поздно. Ну а использовать тот способ, что я использовал на себе… Честно говоря, я даже не стал уточнять ему подробности. Просто сказал, что страдаю от последствий болезни.

Врать Кириллу довольно-таки бесполезно, он умеет читать чужую системную информацию и извлекать из описаний больше понимания, чем есть в тексте, но, когда я сказал, что правда может создать для него слишком большой соблазн и незаметно привести к потере человеческого облика и человеческой ментальности, он не стал продолжать расспросы.

Кон осталась в лагере Лукина, а я продолжил строительство хлебопекарного цеха. Алиса с Наташей занимались лагерем культистов, и только Фенри с Полиной бездельничали, делая вид что помогают мне. Хотя, они действительно принесли обед…

Работа потихоньку продвигалась. Закончив с материализацией фундамента, я начал создание самих печей, и внезапно осознал, что они должны подключаться к электричеству. Это меня немного озадачило, но, когда Полина вызвала миниатюрное солнышко над своей рукой и вставила в него провод я понял, что реликты предусматривают очень и очень многое.

– Только четыре печки – это совсем тяжело будет. – заявила Пуговка.

– Так тебе поможет кто-нибудь. – успокоил я девочку.

– Да, я сама тётю Фенри попрошу, чтобы она тесто на верхние полки поставила. – ответила она. На морде Фенри проступил искренний ужас, какого я не видел даже когда перед нами стояла орда зомби.

– Но солнышку всё равно тяжело будет. – добавила Пуговка.

– А, то есть его мощности не хватит?

– Наверное нет. А ещё мне будет тяжело создавать дрожжи и сахар для теста, если солнышко будет греть печки.

– Чёрт, оно и так может?

– Смотри, как можно!

Полина выставила вперёд обе ладони, реликт на одной запульсировал, и через несколько секунд на второй ладони появился небольшой кекс с изюмом. Девочка куснула его, и протянула мне. Я тоже попробовал и передал Фенри.

– Вкусно! – похвалила волчица.

Я осмотрел оставшийся кекс со всех сторон, посжимал его, разломил на части, и не нашёл вообще никаких отличий от обычного кекса. Разве что он был сделан гораздо качественнее того, что продавалось в магазинах. И вкуснее.

– Хорошо, а как сделать, чтобы никому не было слишком тяжело? – спросил я у юной ремесленницы.

Она надолго задумалась, а потом начала объяснять, какие машины могли бы помочь с какими операциями. Чертежи с подробными описаниями каждого агрегата появлялись у меня в интерфейсе, и у Фенри тоже. Волчица из-за этого даже попыталась сбежать, чтобы не захламлять свою базу знаний.

В итоге сошлись на одной, более слабой, но более универсальной печи, нескольких промышленных тестомесах и специальном расстоечном шкафу, в котором можно готовить опару с минимальными затратами ресурсов. В муке у нас недостатка не было – на складе её запасы исчислялись сотнями тысяч тонн – а вот с остальным я решил пока не спешить, и использовать созданное магией ремесленника и реликта. Конечно, всё необходимое для выпечки на складе имелось, но Хранитель не был столь вежлив, чтобы оставить нам подробную опись запасов: часть документов была им целенаправленно уничтожена. Поэтому я пока не рассчитывал на ресурсы, которых там меньше, чем полный огромный зал.

Спортивной площадки в мире с перекрёстком не было, поэтому Кирилл занимался где придётся. Однообразие пейзажей подтолкнуло его к использованию тоннелей на такую дальность, на какую сил хватит, и вскоре он скрылся из виду. А потом, со стороны куда он ушёл, Полина заметила пыльное облако.

– Дядя Арх, там по дороге туча едет! – позвала она меня.

Я оторвался от материализации последних деталей печи, и вышел на дорогу. Там, в пяти километрах от нас двигалась группа странных четвероногих существ. Я мог дотянуться до них только чувством пространства, и поэтому понимал, что они похожи на всадников на лошадях, но какие-то детали сильно отличаются. Когда я нащупал на одном из них две головы, незначительная деталь стала очевидна. Это были кентавры!

– Позови Фенри, малышка… – попросил я Пуговку.

Когда волчица пришла, я сказал ей, что к нам приближается, и что хочу встретить их заранее. Создал тоннель, Фенри закатила в него мою коляску, и перед нами, метрах в двухстах, оказалось небольшое стадо кентавров. Они остановились, и один из них снял со спины побитого Кирилла.

– Ваш? – спросил он на незнакомом мне языке. Автоматический переводчик донёс до меня смысл, и я ответил:

– Наш. Что он натворил?

– А ты не видишь? – кентавр указал на выжженную пожаром степь.

– Эм… Ну, это был не совсем он…

– Да. Вы тоже за это ответите. – сказал вожак стада, и поскакал на меня. В его руках откуда-то появилось длинное копьё.

Глава 10

Я поднял руку в останавливающем жесте, одновременно с этим включая игнорирование боли. Ну не может же этот кентавр всерьёз попытаться меня убить? А главное – ради чего? Месть за пожар? Неужели нравы у аборигенов настолько жёсткие? Если так… Что же, мне не составит большого труда вырезать всё это стадо.

В последний момент кентавр крутанул копьё перед собой и ударил меня древком в плечо. Разумеется, безрезультатно. Его это несколько озадачило, и он несколько раз ткнул меня древком, каждый раз не встречая сопротивления.

После того, как чувство пустоты стало частью меня, я начал ощущать не только урон, который мне пытаются нанести, но и прикосновения к призрачной форме. И ощущения от того, что в меня тыкают палкой были не очень приятными. Мой пассивный интерес сменился раздражением.

– Избить безоружного калеку, который тебе даже ответить не может? У тебя странное представление об ответственности. – сказал я.

– Они вообще странные. – вздохнул Кирилл, сидя на спине у другого кентавра.

– Благородные дикари. – улыбнулась Фенри – Господа, вы не понимаете с кем столкнулись. Любой из нас может уничтожить этот табун, а потом заняться вашими самками.

– В дикости нет ничего благородного! – резко ответил я Фенри – И даже если о нормальной жизни можно только мечтать… Не мечтать о ней это преступление.

Кентавры переглянулись. Наверное, они почувствовали себя очень странно – только что они были хозяевами всей степи, а теперь их судят какие-то чужаки, и при этом вообще не учитывают их мнения. Они обязаны были что-то ответить, и наконец, это случилось. Тот, что бил меня копьём, начал говорить:

– Это… Госпожа-шаюфо права, мы действительно из тех, кого дикарями называют.

– Я Фенри. Это имя. – с улыбкой произнесла волчица. Не смотря на уточнение, кентавры перепугались ещё сильнее.

– Гроза ведь была, недели две назад, так? – подсказал один из стада.

– О, я и забыл совсем! – радостно воскликнул вожак – Эти молнии, они как в корягу попадут, так огонь потом во все стороны расходится! Повезло, что только одна сторона пастбища выгорела.

– Да нифига. Это я костёр без присмотра оставил. – оборвал я попытку кентавра свести всё в недопонимание.

– Ну… Не надо так больше делать, договорились? Это ведь не трудно для такого цивилизованного чёрта как вы?

Слово «чёрт» переводчик явно вставил ошибочно, потому что тон кентавра был весьма уважительным. Я запомнил это, и продолжил переговоры:

– Это создаёт для меня небольшие проблемы. – уклончиво начал я – Но мне интересно, какие проблемы создают вам последствия пожара?

– О… Как это правильно объяснить… Вот вы говорили, что плохо не мечтать стать чёртом. И мы… Мы согласны, но преобразование для взрослой особи стоит слишком дорого. Так что мы собираем биомассу ради наших детей, и всё равно хватает немногим.

Я несколько раз моргнул, потом протёр уши, а потом обратился к Фенри:

– Ты вылизываешь моё лицо каждый день, но твой переводчик почему-то всё равно сломался.

– Значит, нужно ещё раз вылизать! – рассудила она.

– С переводчиком всё в порядке. – сообщил ученик – Просто он говорит о каких-то очень местных вещах, для которых в русском языке слов не существует.

– Не знаю, я все отдельные слова понял. Только связать их не могу.

– Тогда они говорят о том, что тебе более знакомо, чем мне. – пожал плечами Кирилл.

– Они хотят стать чертями. Вернее, сделать ими своих детей. – озвучил я свою версию перевода.

– Хах, нет. Они хотят дать своим детям модификацию, чтобы те стали похожими на нашего общего знакомого – Мефисто. – пояснила Фенри.

– А, так вот что такое «чёрт»! Хе-хе, мне ведь никто не говорил, как называется эта раса.

– Потому что это не раса. Жители этого мира рождаются вот такими. – Фенри указала на кентавров – А потом используют свои технологии, чтобы изменить себя в соответствии с модой. Так что, их называют «человек моды», но вместо «человек» используется их самоназвание. Правда, переводчик всё равно работает неправильно, приравнивая их самоназвание к вашему «кентавр». Короче, чтобы вас правильно поняли, говорите «кемод», как сокращение от «кентавр моды».

После настройки переводчиков переговоры пошли бодрее. Оказывается, что преобразователь, размещённый в моём городе эльфами, был сделан где-то в этом мире. Так как преобразователям нужна живая биомасса, чтобы получать энергию, большая часть населения здесь является сборщиками травы. Для этого у них есть специальные «газонокосилки», которые летают по лугам и превращают траву в энергию. Но делать это можно только в определённый момент – когда семена уже созрели и упали, но трава ещё живая, хотя и начала подсыхать. Наш пожар уничтожил урожай как раз в этом состоянии, лишив тем самым деревню кентавров трети запасаемой энергии.

Теперь, когда я узнал, чем их нужно подкупать, можно было перейти к более серьёзному разговору.

– Слушайте, а вы не встречали здесь эльфа? – спросил я.

– Да. К нам заходил один уэзо. Мы сначала подумали, что пожар произошёл из-за их происков, но потом решили помочь ему.

– Вот как. Что именно вы сделали?

– Помогли ему добраться до вашего портала.

– Офигенно… А он похитил одного из моих близких. И что делать будем?

– Мы просто провели его до сюда… Честно говоря, мы и этого не делали. Просто взяли с него несколько монет за то, что он может свободно ходить по нашим пастбищам. – главный кентавр явно что-то недоговаривал.

– А вас никогда не интересовало, что находится за порталом? – начал я заход на подкуп.

– Интересовало. – сухо ответил кентавр.

– Всё довольно банально. Трава, кустики, лес… Тысячи километров, и все – бесхозные.

– Уэзо просил никому не рассказывать о том, что мы его видели. – выдохнул кентавр – Но мне кажется, он имел в виду себе подобных. Они тоже приходили, но потом ушли. И тоже заплатили нам за молчание. Мы не фенри, но уэзо тоже не любим, вот я и говорю тебе о них.

– Ага. Расскажи немного подробнее, и вы сможете забрать столько травы из моего мира, сколько сумеете переработать.

Это предложение встретило самый живой энтузиазм за всё время нашего общения. Кентавры согласились, и поведали мне всё, что знают о своей столице и делах уэзо в ней.

* * *

– И вот вижу я эту орду, и думаю: щас затопчут! – рассказывал Кирилл, шагая по мостовой.

– А чего не сбежал-то? – удивился я.

– Так боевой дух ведь… Ну, тоннель-то я подготовил, но прыгать в него не стал.

– Научил блин на свою голову. – я прижал руку к лицу.

– Да ладно тебе! Короче, останавливаются они в пяти метрах, и тот, что с тобой дрался говорит: «Кто такой, почему за проход не платил?». А другой такой: «Да это точно один из тех поджигателей!» Ну главный и говорит, что отпинает меня до полусмерти. А я что, у меня тренировка. Спарринг вот…

– С конём. – усмехнулся я.

– Сон Чу Чхэ посерьёзнее любой лошади будет. – нахмурился Кирилл – Короче, он мне копытом – прямо в рожу, да так сильно, что я аж отлетел. А потом щупаю я своё лицо, и у меня даже нос не разбит! Ну я вскочил, набросился на коня и кинул его обратно в дружков… А он встаёт, и я чувствую, что вот теперь он будет драться серьёзно. И боевой дух такой же… Да не, мощнее, чем у того пацана.

– И что же ты сделал? – Фенри ожидала эпичного финала этой истории.

– Сдался.

– В смысле, сдался? – рявкнула волчица.

– А как? Типа, мне пришлось бы его убить, чтобы успокоить. Или как минимум покалечить. Не, Фенри, уважение к противнику – это не только бой в полную силу и до конца. Это ещё и осознание последствий такого боя. Ну, или мне просто казалось невежливым начинать знакомство с новым миром с убийства.

– Хм. Никогда о таком не задумывалась. – ответила волчица и надолго замолчала.

– Да. Не всегда твоему противнику выгодно тебя убивать. Шанс не велик, но, если ты показываешь, что будешь драться до смерти, враг может отступить.

– А ещё мне было интересно, как ты решишь эту проблему, Арх. Поэтому я и повёл их к тебе.

– И что ты можешь об этом сказать?

– Ну… Я бы до половины того, что ты сделал, не додумался бы.

– Ничего особенного. Просто широкий подход к делу. Так, здесь вроде бы направо…

Мы шли в парк развлечений. В столице их было около десятка, если считать легальные и полулегальные, и почти сотня, если добавить к ним абсолютно незаконные. Наш путь лежал в самый дорогой и элитный из всех. В «Семь Преисподних».

Этот парк принадлежал, конечно же, Мефисто. Культура кентавров полностью строилась на заимствованиях и мимолётных течениях моды. В этом поколении в моде была Земля, и тренд этот уже уходил. Правда, что придёт на смену ему, узнает только следующее поколение, которому станут придавать черты жителей ещё какого-то мира, называть их именами популярных там существ, и переименовывать под них все заведения. Хотя некоторые тренды задерживались надолго: столица до сих пор носила имя Одинбург.

А привела нас в этот парк единственная зацепка, связанная с похитителем. Она заключалась в том, что портал Мидгард-Одинбург не работал уже три дня. Как и остальные порталы, ведущие из этого мира. Несколько тысяч туристов застряла на местных курортах, и каждый из них теперь требовал компенсацию, которую будут платить страховые компании, в конечном итоге принадлежащие шайке Вольдмара. Отсюда возникал вопрос: ради чего уэзо готовы терпеть убытки? Ради предотвращения ещё больших убытков.

А теперь вспоминаем, что эльфа-похитителя разыскивают другие эльфы. Найти что первого, что вторых у меня шансов нет, но вот проведать их начальство будет не трудно. Оно отирается в месте дорогом, статусном, и связанном с турниром. В Семи Преисподних.

На самом деле список сужался до пяти-шести заведений, но я оказался максимально прав с первой попытки. На первом же этаже нас встретило два уэзо-охранника в тонких кольчугах, с плоскими пушками и парными мечами за спиной.

– Вам сюда нельзя. – заявил один из них.

– Да я в тебе даже не сомневался! – воскликнул я из своей каталки.

– Мы – претенденты золотой лиги. – начал Кирилл.

– Гонки на колясках? – пошутил второй. Первый заржал.

– Не надо делать вид, что вы меня не узнали. Я – архитектор.

Последнее слово возымело эффект. Уэзо моментально заткнулись, обменялись какими-то жестами и зашли в здание. К нам выскочил молодой кемод, похожий на сатира, и рассыпался в извинениях, а для убедительности своих слов предложил нам бесплатно посетить один из этажей.

Семь Преисподних представляли собой семиэтажное здание, где «спуск» на следующий уровень преисподней по факту являлся подъёмом на лифте. То ли проектировщики не очень поняли идею рая и ада – тем более что кругов ада вроде как должно быть девять – то ли просто переименовали готовое здание с натяжкой совы на глобус и надеждой, что всё равно никто не осознает их ошибку.

На нижнем этаже располагался спа-отель, где клиентов обслуживали тематические кемоды – по большей части ангелы и демоны, но иногда попадались и валькирии с цвергами. У всех этих вариантов были копыта вместо ног, а вот остальные параметры могли сильно отличаться.

Выше расположился морской курорт, куда посетители попадали через локальные порталы. Но я сразу выбрал предпоследний этаж – охотничьи угодья. Логика «спуска» в ад всё же прослеживалась: чем старше круг, тем экстремальнее развлечения.

Поднявшись на этаж, мы столкнулись лицом к лицу с Гарри Кобургом, о чём-то беседовавшим с незнакомым уэзо.

– Вот так неожиданность. Не думал, что встречу здесь два куска говна! – поприветствовал я врагов.

– О. Не знаю, кто посадил тебя в инвалидное кресло, но я бы налил ему кружку пива. Он оказал нашему миру огромную услугу. – парировал Гарри.

– Тонкий английский юмор, да? А я думаю – чем слабее охотник, тем более крупную добычу он хочет… купить. Поднимаюсь, а тут и правда ты стоишь.

– Не тебе осуждать мои методы, Арх. Насколько я знаю, ты уже половину планеты разным засранцам пообещал.

– Ну а ты – всю целиком, и одному конкретному говнюку. Кстати, я на самом деле его ищу, а не тебя. Вдруг ему помощь в починке порталов требуется?

– Господин Вольдмар готов обсудить условия сотрудничества. – встрял уэзо.

– Отлично. Всё, Гарри, ты больше не нужен своему папику, он нашёл себе игрушку покруче! Передай Вольдмару – я буду ждать его в отеле на первом этаже.

– Непременно. – эльф поклонился, обошёл нас с Фенри и зашёл в лифт.

– Что ты задумал, Арх? Только избавь меня от клоунады, умоляю тебя.

– Гарри… Ничего личного, но ты работаешь на эльфа, который желает моей смерти. Думаешь, я стану уважать тебя после такого, или обсуждать с тобой свои планы?

– Можешь не уважать. Я просто не хочу, чтобы ты вот так глупо погиб. Кроме тебя… На этом турнире нет для меня соперников. – вздохнул он.

– Ну да ну да, пошёл я нахрен. – фыркнул Кирилл.

– Тебе не нужен титул, Кирилл. Ты не станешь бороться изо всех сил.

– Ну, это мы ещё увидим. А пока, если не хочешь похвастаться купленной добычей, я предпочту прекратить этот разговор. – я жестом попросил Фенри увезти меня в сторону.

Гарри Кобург спустился на лифте, а затем то же самое сделали и мы. Я собирался реально заселиться в спа-отель, и попросил Кирилла снять два смежных «люкса», с большой наценкой за полное владение ими в течении всего срока проживания. Полное владение может потребоваться тем, кто намерен безобразничать с использованием мощных системных навыков, а также тем, кто настолько преисполнился в паранойе и мании преследования, что хочет лично управлять защитой пространства, в котором живёт.

Я собирался безобразничать.

Личного появления Вольдмара я не ожидал, не его уровень операции. Но даже Кобург понимал, что вместо делового разговора меня придут убивать, а предложение эльфа – это ловушка. Но когда ты знаешь о готовящейся ловушке, это уже правильнее называть «разборка».

Мне не нужно искать команду, заблокировавшую нужного мне человечка в отдалённом мире, если я подёргаю за усы их начальство. Начальство само пришлёт ко мне эту команду. А дальше всё решится в бою.

Я поставил портал из номера в лагерь Лукина, и отправил Кирилла вместе с Кон организовывать нашу банду. Я оценивал наши перспективы довольно оптимистично, и собирался не просто победить, но и взять часть нападающих живьём. А для этого мне требовался как минимум сам Лукин с его навыком «запрет», чтобы выключать самые опасные штуки у оппонентов, Медведь, ставший питомцем снайпера-друида, и Стрелок, которому надо будет подобрать оружие получше. Все эльфы вооружены чем-то стреляющим, и хоть я ни разу не видел это оружие в деле, недооценивать его не стоит.