Текст книги "Вопреки (СИ)"
Автор книги: _Lukiny_
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц)
– Хмм… Выглядит очень древней. Да и пахнет так же, – сморщил нос демон и, отвернувшись, пошел к выходу. – Идем.
Дей направился следом, прихватив с собой взрывчатку.
Они вышли из здания и направились по тропинке в самую сердцевину сада.
– Когда-то это был большой красивый сад. Здесь было красиво, да. Но, как видишь, он давно зарос и одичал. Как и сам храм, – задумчиво протянул Гоби, пробираясь под густой травой и разросшимися ветками деревьев. Блондин едва поспевал за ним, продираясь через густую растительность.
Они еще долго шли какими-то немыслимыми зигзагами, демон, не умолкая, продолжал рассказывать историю храма и отрывки из их жизни здесь. Наконец, ветки раздвинулись, открывая небольшую поляну с покосившемся домиком в центре. Вокруг земля была вымощена камнем. Демон подождал немного отставшего Дея и, предупредив, чтобы его не ввел в заблуждение внешний вид “сарая”, направился к маленькой железной двери. Это была единственная дверь в каменной коробке. Остановившись напротив нее, он поскреб ее лапой и посмотрел на блондина. Подрывнику не сразу удалось открыть проржавевшую и просевшую за годы дверь. Она была, к тому же, чертовски тяжелой. Ему удалось приоткрыть ее совсем немного, но этого хватило, чтобы через образовавшуюся щель протиснуться внутрь. Было темно. Гоби взмахнул одним из хвостов, и на стенах зажглись факела, осветив маленькое помещение. Напротив них, в самом центре, стоял большой алтарь, занимавший почти все пространство. Здесь едва смогли бы поместиться три человека. Высохшие цветы, нож, кусок старой тряпки, пятна крови, зеркало. Дей оглядел все это без особого интереса. Гоби запрыгнул на алтарь и сдвинул зеркало в дубовой оправе. За ним показалась сорванная давным-давно печать. Вокруг демона яркой аурой сверкнула чакра, точным потоком направленная в центр печати. Раздался жуткий треск и грохот, казалось, что даже стены задрожали. Пол под ногами блондина начал оседать, подрывник едва успел отскочить к двери. Каменная плита отъехала в сторону, открывая люк с резным узором. Его крышка провалилась вниз, открыв виду лестницу, круто уходящую вниз. Гоби спрыгнул на ступеньку, и черная бездна провала осветилась огнем таких же факелом. Оглянувшись на Дея, демон начал спускаться, блондину ничего не оставалось, как пойти за ним. Внизу была еще одна дверь, словно вырезанная из огромного железного пласта, с похожей печатью. Впрочем, Гоби без труда открыл и ее. За ней был длинный узкий коридор, закончившийся очередным дверным проемом. Однако, эта дверь валялась на полу, покрытая помимо песка и пыли сетью длинных глубоких царапин. Они оба едва взглянули на нее – пятихвостому было незачем, а блондина не впечатлило. Их увеселительное прохождение этого лабиринта закончилось маленькой камерой, обнесенной прочной на вид решеткой. Снаружи горел один единственный факел, внутри клетки уместились дряхлого ненадежного вида кровать, такой же стул, ведро и корыто. Вся решетка была увешана многочисленными печатями и амулетами. Настоящая демоническая ловушка. Гоби сел у закрытой решетчатой двери.
– Вот тут мы и жили с Нацу. Миленькая комнатка, да?
– А я думал, что это у меня комната маленькая, – задумчиво протянул Дей, оглядываясь и рассматривая печати. Он поскреб решетку, присел, чтобы посмотреть под кровать, но ничего интересного не обнаружил – она стояла далеко от решетки, и там было темно. Взъерошив волосы, блондин уселся на задницу прямо на полу рядом с щенком.
– Как вы смылись отсюда? Так-то неплохо вас оккупировали, – спросил он, взглянув на демона. Тот, подцепил когтями край решетки и толкнул ее в сторону. Решетка, на удивление легко, поддалась, с противным скрипом сдвинувшись в сторону, бросая на пол и стены жуткие тени.
– С помощью Хитоми, – ответил Гоби. Он зашел в клетку. Кончик одного из его хвостов запылал синим пламенем, осветив пятна крови на каменных стенах, борозды от когтей, звенья порванной цепи. Запрыгнув на надрывно скрипнувшую кровать, демон сел там, обернувшись к подрывнику.
– Сюда было запрещено заходить. Только те, у кого был свой особый доступ, появлялись здесь. Великие умы, мудрые сенсеи, – Гоби поморщился. – Но девчонка никогда не сдавалась. Да и не слушала никого, когда дело касалось Нацу. Она бы никогда его не бросила, и это давало надежду. По крайней мере, мне, – демон усмехнулся. – На это понадобилось много времени, но она нашла способ сюда проникнуть. Сорвала печать. И все. Храм благополучно лишился своего восточного крыла, а деревня – половины населения.
Гоби засмеялся, Дей усмехнулся, внимательно слушая его.
– Вообще-то, у меня был ни один медиум. Но все они были слишком слабы или слишком тупы. Но так случилось, что именно Нацу подошел идеально. Он был еще совсем маленьким, когда я увидел его впервые. Правда, он этого не помнит. Наше знакомство было просто смехотворным, надо же, еще один очередной смертный. Кто знал-то… – Гоби вздохнул, оглядевшись. Кажется, его накрыло волной ностальгии. Но Дей его не перебивал.
– Он долго не мог смириться. Со своей судьбой, с предательством любимого сенсея. Говорил, что на этом заканчивается его жизнь. Спрашивал меня, чем я занимался, когда был свободен. Что видел, кого знал, сколько крови пролил. Люди, что с вас взять…
Он все говорил и говорил. Это место навевало слишком много воспоминаний. И печальных, и вызывающих дикую ярость, скуку и грусть. Он не зря привел блондина именно сюда. Давно пора было сравнять с землей эту клетку.
Дей слушал его до тех пор, пока не почувствовал, что его начинает затягивать чужая хандра. Он видел многих демонов, но раньше не задумывался о том, как и чем они жили. Пока один щенок его не покорил. Ему нравились Нацу и Хитоми, и вообще он считал, что далеко не всякий медиум способен настолько быть дружен со своим демоном. И не каждая девушка продаст душу дьяволу, чтобы такого демона защитить. Но сейчас все это могло подождать, а то и вообще, не должно было его касаться. Тряхнув головой, подрывник решительно поднялся. Зайдя внутрь, он невольно передернул плечами.
“Не самое приятное место, где мне приходилось быть”, – поморщившись, подумал он и подошел к Гоби.
– Так, знаешь что? Предлагаю проверить, как может сработать моя милая находка вместе с моей гениальной техникой, – сказал он, прервав поток нескончаемого излияния демона. Тот, словно очнувшись, взглянул на него и, кивнув, запрыгнул на плечо блондина.
Они вернулись назад, к алтарю, где Дей бросил динамит, и вернулись обратно. Тсукури еще минут 20, если не больше, возился с ним, подстраивая под свою чакру и, на всякий случай, добавляя глины. Он знал, что добавляет слишком много, но плюнул на это в своих лучших традициях. В данной ситуации ему точность была не нужна.
“Это будет шедевральный заряд. Рванет зачетно, вся деревня услышит”, – с усмешкой подумал он, когда все было готово. Проверив все еще раз, подрывник посадил Гоби, который все это время с любопытством вертелся рядом, обратно на насиженное место, и вышел из этого убогого здания. Немного отойдя от него, они еще какое-то время просто смотрели на то, что осталось от когда-то благородного камня, на сам домик, который и язык домиком назвать не поворачивался. Дей вздохнул и улыбнулся.
– Готов к взрывотерапии? – спросил он, хотя и так видел, каким безумным нетерпением горят глаза демона. Сейчас был решающий час для одного из призраков прошлого. Блондин очень хорошо знал, что это такое, поэтому медлить больше не стал.
Постарался юный террорист на славу, вернее, перестарался. Таких оглушительных и мощных взрывов деревня Дождя еще не слышала. Вся жизнь замерла на несколько минут, когда дрогнула земля под ногами, и заложило уши. Тысячи глаз сейчас там внизу смотрели, как над старым храмом разверзается ад.
А Дей только в последнюю секунду понял, что, мало того, что он перестарался с мощностью взрыва, это-то он знал, он не учел еще силы оставшихся там печатей, которые были слишком сильны, ведь они сдерживали демона. И сейчас вся эта красота, вкупе с его собственной восстановленной и нерастраченной чакрой взлетала на воздух, а подрывник находился почти в эпицентре. Мощной волной его отбросило назад чуть ли не за километр, он даже успел подумать, что так еще никогда не летал. Да что говорить, так даже Зецу не летал, направленный беспощадной рукой Конан в голубые дали. Все происходило слишком быстро, блондин даже не успел ничего толком заметить и понять. Он уже почти попрощался с жизнью, но по какой-то странной иронии его подстраховал демон. Вполне довольный таким раскладом дел демон. Но даже так, Тсукури оглушило так же зачетно, каким зачетным получился сам взрыв.
Их обоих отшвырнуло через весь сад, завалив сверху песком, мусором и осколками камня.
Акасуна, все еще копающийся в старых книгах, знал, что его напарник, в конце концов, что-нибудь подорвет. Он был готов к этому и ждал характерного взрыва. Но то, что его самого оглушит, было совершенно неожиданно. Стены, и без того не самого прочного здания, дрогнули. Взрывная волна снесла половину заросшего сада и потрепала задний фасад храма. Чертыхнувшись, кукольник бросился на улицу.
Над вывороченными с корнем деревьями повисла стена из песка и пыли, которая долго еще будет оседать. В воздухе подрывника не было, а это значило только одно – он снова самонадеянно не подстраховался, в который раз чуть не снеся себе голову своим же творением. Скрипнув зубами, Сасори вошел в плотную завесу пыли. Нашел обоих он только спустя минут 15 и выволок подальше от сотворенного ими беспредела.
Вдохнув чистого воздуха, Акасуна окинул напарника взглядом, отмечая, насколько сильно его оглушило. Дикая ярость поднималась в нем волна за волной.
– Два конченых придурка! Вам совсем жить надоело? – едва сдерживаясь, прошипел он. Хотя вряд ли Дей его слышал, а Гоби слушал.
Более менее, в себя подрывник пришел спустя еще минут 10. Переведя расфокусированный взгляд на кукольника, он коснулся рукой лба, видимо убеждаясь, что голова осталась на месте. Хотя по всем признакам ее должно было оторвать вместе с другими частями тела. А в случайности он не верил. Дей дураком не был и уж в своем-то деле разбирался. По сути, его не то чтобы в живых не должно было остаться, его вообще не должно было остаться ни в каком виде. Так, рагу из подрывника. А он отделался глубокой царапиной на щеке, будущим огромным синяком на руке, на которую упал и легкой дезориентированностью, которая пройдет, он это знал, через пару минут. В ушах резко зазвенело, и блондин, зажмурившись, потряс головой. Собрав разбегающиеся глаза в кучу, он поднял голову и посмотрел на Сасори, который, видимо, из последних сил сдерживался, чтобы ему не двинуть. Дей перевел взгляд на демона.
“Гоби. Ты мне жизнь спас”, – подумал он, и уже вслух сказал, не заморачиваясь со всей этой чепухой, вроде “зачем” и “почему”:
– Спасибо.
– Да не за что, – отозвался тот, поочередно дернув всеми хвостами. Поднявшись, он отряхнулся и забрался на плечо кукольника. Щит, которым он окружил себя и блондина в последний момент, его немного вымотал. Акасуна вздохнул и, взял Тсукури под локоть, резко поставил его на ноги. У того закружилась голова, и он чуть не упал, но кукольник поддержал его и, не отпуская, потащил вниз по тропинке.
====== Глава 5. ======
Все время, пока они спускались, Акасуна продолжал держать блондина за локоть. Тот не говорил ни слова, все еще находясь в легком ступоре.
У подножия холма Гоби спрыгнул с плеча кукольника, заявив, что ему срочно нужно вернуться домой. Мысленно он признался Дею, что не может не рассказать об этом Нацу. Пообещав зайти утром, демон скрылся за ближайшим поворотом.
Сасори проводил его взглядом и, так и не проронив ни слова, потащил блондина дальше. Подозревать неладное Дей начал только тогда, когда за ними закрылась дверь квартиры, а Акасуна так и не отпустил его руку. Он чуть не упал, когда тот дернул его в направлении комнаты. Когда они вошли Сасори толкнул его на диван. Упав на спину, подрывник поднял удивленный, наконец-то ставший осмысленным, взгляд на кукольника.
– Ты чего? – недоуменно спросил он. Не ответив, Акасуна ударил Дея наотмашь по лицу, все-таки сорвавшись, и, наклонившись, схватил парня за волосы, приблизив его лицо к своему
– Долго ты еще будешь испытывать мое терпение? – прошипел кукольник, прожигая блондина ледяным взглядом, в глубине которого горела едва сдерживаемая ярость.
– Эй! Меня попросили, я сделал. Ну, переборщил немного, – шокировано произнес Дей, рефлекторно схватившись рукой за руку Сасори. Он искренне не понимал, почему Акасуна так завелся. – Чего ты злишься-то?
– Ты даже не представляешь, как ты достал меня своими выходками! – выплюнул кукольник в лицо блондина, схватив его за подбородок свободной рукой и отпустив волосы. Оттолкнув парня от себя, Акасуна выпрямился, глядя на подрывника сверху вниз. Глаза Дея сверкнули.
– Это, конечно, здорово, что я в тебе хоть какие-то эмоции вызываю, – в ответ ядовито произнес он, – Но, может, хорош уже руки распускать?
Его бравада была напускной. Замешательство быстро сменялось злостью, хоть он и старался не показывать этого. А еще он старательно сдерживал страх, который теплился пригревшейся гадюкой в груди.
– Ты мне еще поуказывай, мальчишка, – надменно хмыкнул Акасуна. Снова склонившись над Деем, он схватил его за горло. Карие глаза опасно блестели. Руки подрывника взметнулись, вцепляясь в руки Сасори.
– Я буду делать то, что считаю нужным. И с тобой я могу делать с тобой все, что захочу. Ты мой, – прошипел рыжий дьявол, несильно сжимая пальцы.
– Какая привлекательная перспектива, – просипел блондин. Почти на автомате он ударил по локтевому сгибу державшей его руки. Когда эта рука резко взметнулась вверх, Дей успел получить по челюсти, прикусив свой не в меру острый язычок, но, крайней мере, воспользовавшись неожиданностью, он смог скинуть с себя кукольника.
– Но я, пожалуй, пас, – закончил он, и, перекатившись через спинку дивана, отлетел к стене, восстанавливая сбитое дыхание. Он все еще не понимал.
– В тебя что, бес вселяется время от времени? – выдохнул блондин, с опаской глядя на Акасуну.
– Тебя, я смотрю, жизнь совсем ничему не учит, – вздохнул тот, медленно подходя к подрывнику. Дей хотел отступить, еще одна подобная стычка с демонами кукольника не входила в его планы, но его взгляд, неотрывно следящий за Сасори, зацепил сверкнувшие нити, окружившие его. Бежать было некуда. Блондин глубоко вдохнул, задержав дыхание. Акасуна подошел к нему почти вплотную. Подняв руку, он с силой ударил ею об стену в каком-то сантиметре от лица Тсукури. Подрывник вздрогнул.
– Ты, видимо, не понимаешь. У тебя нет выбора. Я могу сделать с тобой все, что захочу, – тихо сказал кукольник. Блондин медленно выдохнул, опустив глаза. Не смотреть в глаза – главное правило при столкновении с дикими хищниками, так ведь.
– И чего ты хочешь от меня? – таким же тихим голосом спросил он. Сасори хмыкнул, приподняв его лицо за подбородок.
– Ты будешь меня слушаться, – твердо ответил он. Не спрашивая – ставя перед фактом, предупреждая. В его голосе сквозила угроза. Дей потерялся в этих потемневших глазах, на дне которых все полыхал огонь.
– Да, Данна, – приглушенно выдохнул он.
“И разверзлась бездна над миром, и вздрогнуло в ужасе все живое, ибо пламя, вышедшее из бездны, было всепоглощающим”, – вспомнилось почему-то Тсукури. Его стратегия была неизменной уже много лет – дать кукольнику поверить, что он выиграл. И пусть раньше таких ситуаций не было, привычки остались старыми. Но они работали.
– Молодец, – сказал Акасуна, убрав светлую прядь с лица Дея. – Лучше не зли меня.
Ладонь со щеки подрывника скользнула на его шею. Сасори притянул его к себе, поцеловав. Этот поцелуй был требовательным и властным. По спине блондина вдоль позвоночника скользнул холодок, по рукам побежали мурашки, и он закрыл глаза. Отстранившись, кукольник отступил на шаг, окинув парня взглядом. Хоть серьезных увечий он и не получил, но потрепало подрывника неплохо. Взгляд Акасуны вернулся на лицо напарника.
– Приведи себя в порядок, – все тем же голосом, с проскальзывающей в нем властностью, сказал он.
– Да, Данна.
Нити исчезли также незаметно, как и появились. Дважды повторять Дею не пришлось, и он быстро скрылся за дверью ванной. Закрыв защелку и включив воду, он распахнул окно. В очередной раз размышлять о том, что происходит с Сасори, не хотелось, а вот свалить подальше – очень. Не прошло и минуты, как над крышей здания раскинула крылья глиняная птица, унося подрывника с собой. Вздохнув, блондин сел, скрестив ноги, и посмотрел на темное небо.
“Что-то устал я сегодня…”
Где-то через час внизу отчетливо послышался звук захлопнувшейся двери. Дей, валяющийся на спине, закинув руки за голову, перекатился на живот и посмотрел на быстро удаляющуюся фигуру кукольника.
“Отлично. Что теперь?” – мрачно подумал он, провожая Сасори взглядом.
Нахмурившись, он поднялся на ноги, задаваясь вопросом, куда его напарник мог помчаться посреди ночи. Чертыхнувшись, он бесшумно полетел следом, не совсем уверенный в правильности этого решения. У кромки леса он нагнал его, перестав скрываться, и опустился вниз, зависнув в нескольких метрах над землей. Акасуна остановился, не оборачиваясь, его спина словно окаменела. Дей прислонился плечом к широкому стволу и, скрестив руки на груди, посмотрел на кукольника сверху вниз.
– Тебе адреналина в жизни не хватает, что ли? Или приключений решил поискать на ночь глядя? Куда ты идешь? – спокойно спросил он, хотя его глаза сверкали непонятно откуда взявшейся злобой.
Сасори медленно обернулся, с раздражением смерив подрывника взглядом.
– А ты, я смотрю, совсем смерти не боишься, – тихо ответил он. Блондин усмехнулся.
– Может, боюсь, может, нет, – протянул он и, вздохнув, решительно спрыгнул на землю, оказавшись лицом к лицу с кукольником. – Но в этот лес я тебя одного не отпущу.
С минуту они молча смотрели друг на друга, не скрывая раздражения. Пока Сасори резко не выдохнул.
– Тебе какое дело?
Сделав шаг навстречу, он сократил оставшееся между ними расстояние, приблизившись почти вплотную, и схватил подрывника за руку, на которой еще чувствительно ощущался слабый ожег после их маленького развлечения. Дей слегка поморщился, а Акасуна фыркнул.
– Ты сам о себе позаботиться не можешь. Так что не надо ходить за мной, – выплюнул он в лицо блондина. Тот еще больше нахмурился, хотя руку не вырвал.
– Данна, – предупреждающе сказал блондин. Его глаза потемнели от злобы. – Я как-то прекрасно жил и до тебя. И за время работы в организации научился многому. Ты прекрасно знаешь, что я справлюсь. Не кидайся такими словами.
Видимо, в глухом тихом голосе Дея было что-то такое, отчего кукольник отпустил его руку. Кажется, подрывник конкретно разозлился, причем не как обычно, когда он взрывался нелепыми амбициями и быстро остывал, тут было другое. Глубокое сильное чувство. Такое было редкостью, и мало кто это видел.
– Спрашиваешь, какое мне дело? А тебе какое было дело? Там, в казематах? Или пару дней назад? Или сегодня?
Сасори не ответил, только слегка прищурил глаза. Дей хмыкнул:
– Вот и мне такое же дело.
– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – прошипел Акасуна. Он давно не видел этот злой и упрямый взгляд голубых глаз.
– А ты? – в тон ему спросил подрывник. – Ты понимаешь? Или ты слишком гордый, чтобы до такого опуститься?
Разумной частью сознания он понимал, что нить разговора безнадежна потеряна, но остановиться уже не мог. Руки блондина сжались в кулаки, и он отступил на шаг. Его глаза обычно цвета ясного неба, сейчас казались почти черными из-за плескавшейся в них ярости.
– Думаешь, ты лучше всех всё знаешь? Считаешь, что я твоя проблема? А ты не забыл случайно, что это ты пошел со мной, а не наоборот? Что это я тебя вытащил из места, где ты с ума сходил от скуки и нелепых правил? – сорвался Дей. – Может, ты и прав, и можешь делать со мной все, что хочешь, потому что ты сильнее. Но не смей меня так посылать.
Его голос был тихим и спокойным, что уже говорило о степени его гнева. Повисла пауза, казалось, напряжение между ними можно резать ножом. Наконец кукольник, не размениваясь боле на сантименты, сорвался с места. Схватив блондина за грудки, он прижал его спиной к дереву.
– Замолкни!
Дей в ответ сжал руки на его рубашке. Все закончилось тем, к чему и шло – завязалась драка. Они, словно одурев, как безумные катались по земле, стараясь задеть друг друга посильнее. Подобные стычки случались и раньше, но с последней такой прошло уже много времени. Впрочем, закончилось все так же быстро, как и началось, и вскоре они оба лежали на траве. Бок о бок. Стараясь перевести дыхание.
– Я не знаю, что делать. Не могу найти выход, – вдруг тихо сказал Сасори после долгого молчания.
– А, по-моему, нашел, – устало усмехнулся блондин. – Будем иногда драться, пока не убьем друг друга.
– Идиот, – фыркнул Акасуна. Дей, приподнявшись на локте, посмотрел на него. Их взгляды встретились. Они долго смотрели друг на друга, пока подрывник не поддался внезапному порыву. Которому, впрочем, поддавался всегда. Наклонившись, он поцеловал кукольника. Поцелуй получился мягкий и легкий, так Дей его целовал еще на базе, когда Сасори делал вид что либо не замечает, либо просто позволяя ему это делать. Отстранившись, блондин улыбнулся.
– Пошли отсюда, становится холодно, – тихо сказал Тсукури, поднимаясь, потянул за собой Сасори. Не отпуская его руки, Дей затянул его на свою птицу. Через минуту они уже взмыли в небо, оставив за собой полянку принятой травы и одно почти вывороченное дерево.
До квартиры добрались они быстро, и Сасори первым делом потащил блондина в ванную. Надо было хоть как-то устранить последствия взрыва и драки. Все-таки отметелили они друг друга неплохо. Обработав все ожоги и ссадины Дея, Акасуна отвернулся.
– Все. Иди отдыхай, – через плечо бросил он, принявшись за свои собственные мелкие повреждения. Тсукури улыбнулся.
– Вообще-то я могу помочь, – сказал он, решительно отталкивая руку кукольника. – И даже не думай меня прогонять – укушу, – предупредил Дей, не поднимая глаз, но прекрасно зная, что Сасори уже открыл рот. Акасуна вздохнул.
– Черт с тобой, – только и ответил он. Его голос был усталым.
Много времени на это не понадобилось, в конце концов, повреждений у них бывало и больше. Закончив, блондин поднялся на ноги.
– Готово, – сказал он, и, скинув все ватки и бинтики в аптечку, снова повернулся к кукольнику, вдруг лукаво улыбнувшись. – Как насчет сказки на ночь?
– Что? – переспросил Акасуна, явно не понимая, о чем он. В его взгляде читалось недоумение. Дей закатил глаза.
– И этот человек называет балбесом меня, – засмеялся он и, приблизившись вплотную к Сасори, обнял его.
– Не тупи, Данна, это испортит твою репутацию, – с этими словами блондин мягко коснулся губ напарника своими, мягко целуя. В том, что заставило его это сделать, он разбираться не хотел. И не стал.
“Что ж ты теперь ломаешься, кукольник? Еще пару часов назад ты был готов оттрахать меня прямо на полу”
Ему просто этого хотелось.
Прошло несколько секунд, прежде чем он почувствовал сильные руки, обхватившие его. Если это был безумный день, то почему бы ему и не закончится также безумно.
Утро выдалось теплым и солнечным. Лучики весело плясали на стенах и полу, в открытое окно сочилась свежесть не сошедшей еще росы. Солнечный зайчик, скользнув по подоконнику, перебрался на кровать, играя со светлыми ресницами блондина. Веки Дея дрогнули, и он приоткрыл глаза. Улыбнувшись, парень сладко потянулся и развалился на кровати, глядя, как блики, отражаясь от какой-то хрустальной безделушки на столе, танцуют по потолку. Тело ломило от вчерашней драки и безумной ночи. Сасори рядом не было, но из кухни доносился сказочный аромат кофе и жареного бекона. Акасуна редко варил кофе сам, разве что на миссиях, и только Дей знал, какой он вкусный. Еще раз потянувшись, блондин поднялся и пошел на запах. Было еще рано, около шести утра. Сказывалась долгая работа в Акацки, они всегда вставали ни свет, ни заря, но Сасори вставал еще раньше. Оказавшись на кухне, первым делом подрывник выдул стакан воды – своеобразный утренний ритуал, так уж повелось. А потом плюхнулся на диванчик. Вид у него был сонный и растрепанный, но, вместе с тем, довольный и умиротворенный.
– Все-таки просыпаться в кровати от солнца намного приятнее, чем где-то в лесу от росы и влаги, – протянул Дей, прикрыв глаза. Посмотрев на это сонное чучело, кукольник не сдержал тихого смеха.
– Полностью с тобой согласен, – отозвался он, не отрываясь от своего занятия.
На удивление настроение было отличным. Никакого Пейна, никакой головной боли от совершенно ненужной работы, никакой прочей нервотрепки. Через пару минут Сасори поставил перед Деем кружку кофе и завтрак и сел напротив. Блондин тут же принялся за еду, уминая бекон за обе щеки.
– Не торопись, Кисаме еду у тебя теперь не отнимет, – усмехнулся Акасуна, наблюдая за напарником.
– Йа прифык быфро ефть, так фо отфань, – отозвался Дей с набитым ртом. Это было сущей правдой. Быстро проглотив завтрак, он снова откинулся на спинку дивана, взяв в руки чашку.
– Чего делать будем? – спросил он, медленно, даже раздражающе медленно, глотая кофе. В общем-то, кажется именно этим он и собирался заниматься весь день. Акасуна мельком взглянул на него и вернулся к своей тарелке, не опустевшей еще даже наполовину.
– Может, просто отдохнем? – предложил он. – По крайней мере, хотя бы попробуем. Я уже забыл, что это такое. Останешься со мной?
– Да куда я денусь-то, – пожал плечами подрывник, прикрыв глаза и вдыхая аромат кофе. – Тем более без тебя идти куда-то будет скучно. Бесить некого, – улыбнулся он и, приоткрыв глаз, покосился на кукольника. Тот не ответил, только усмехнулся.
– Но я не обещаю, что выдержу весь день. Ты же знаешь, я не могу просто так сидеть на месте, – продолжил он.
“Хотя у меня есть подозрение, что именно на этом диване я и встречу старость”, – не сдержал смешок блондин.
– А еще к нам хотел с приветом наведаться друг демон. Правда я не уверен, что он сможет опять по-тихому слинять из той компании.
Сасори взял чашку и, подняв взгляд, наконец соизволил ответить Дею. Хотя было не похоже, что того слишком волновало отсутствие в разговоре высказываний оппонента.
– Как хочешь. Лично я намерен весь день проваляться на диване. Такого я не позволял себе уже много лет.
– Ну ладно, – сразу капитулировал блондин, снова потягиваясь, уже в который раз за утро. – Когда мне надоест просто валяться, я свалю в магазин. И вообще, тут есть телек, почему бы не посмотреть чего-нибудь? Я последний раз смотрел телевизор несколько месяцев назад, до того как Тоби решил на нем посидеть.
Поднявшись на ноги, блондин убрал со стола по старой, вдолбленной Какузу привычке, и пошел в комнату, бросив на ходу:
– Я, пожалуй, прямо сейчас пойду и воплощу в жизнь твою гениальную идею.
Недолго думая, он вернулся к кровати и грохнулся лицом в подушку, обняв её. Акасуна, придя следом, уселся прямо на него и включил телевизор.
– А я твою. Вот это мне нравится, – усмехнулся рыжий бес.
– Сука, – глухо произнес Дей, но даже не оторвал голову от подушки. – Разбуди, как скучно станет.
– Хорошо, – отозвался кукольник, щелкая каналы.
Подрывник вздохнул и, плюнув на уютную тяжесть на пояснице, провалился в дрему.
Проснулся Дей часа через два. Состояние было какое-то оглушенное, и он улыбнулся не открывая глаз. Чувство было не новым, но давно забытым.
“Кажется, переспал. Обалдеть”, – подумал он и приоткрыл глаза. Первым, кого он увидел, был, естественно, Сасори. Кукольник спал рядом, лицом к нему. Его непривычно умиротворенное лицо вызывало улыбку.
“Может он выспится нормально впервые за много лет и станет добрее?”
От этой мысли блондин едва не засмеялся и мягко скатился с кровати. Тихо собравшись, он вышел на улицу. Хоть деревню посмотреть и в магазин зайти.
Вернулся он уже ближе к вечеру. Акасуна еще спал, и блондин, лишь покачав головой, закрылся на кухне. Почему бы не порадовать этого зануду и не порадоваться самому. Тем более, после отмены миссий он почти не готовил. Этим занималась Конан, а они все дружно избегали этой обязанности.
Дей усмехнулся воспоминаниям и принялся за ужин. К тому же он взял пива, ему так давно хотелось гребаного пива, которым они иногда баловались после миссий. Только с Пейном какое пиво могло быть.
Через час все уже было готово, подрывник лениво перебирал диски, думая, какой фильм посмотреть. Скосив глаза на часы, он вздохнул и, поднявшись, пошел будить разоспавшегося кукольника. Была, конечно, мысль с разгону на него прыгнуть, но Дей пожалел. Сел рядом и провел рукой по волосам. Как бы крепко не спал его напарник, легкого прикосновения всегда хватало, чтобы разбудить его.
– Вставай, Данна, начинается наше любимое время суток. Да и с голоду помрешь во сне, это будет самая нелепая смерть на свете, – тихо сказал блондин, прекрасно зная, что кукольник уже не спит.
– Самая нелепая смерть на свете – это разбудить меня, – пробубнил Акасуна, не открывая глаз. Вместо этого он нашарил покрывало и завернулся в него. Дей засмеялся.
– Сколько можно спать, ночь скоро, – оповестил он. Сасори что-то проворчал, натягивая покрывало на голову.
– Да вставай ты. Там же всё остынет. Я же сам готовил. В кои-то веки. Сам!
Подрывник даже палец вверх поднял, показывая, какое это великое событие. Кукольник вздохнул, сдавшись и, наконец, открыл глаза. Видимо, есть все-таки хотелось. Он сел, потерев глаза и разминая шею.
– Давай-давай, вставай, зомби, – снова засмеялся блондин и, встав, за руку потянул напарника в сторону кухни, – Поешь и человеком себя почувствуешь.
Когда Дей поставил перед ним тарелку и бутылку пива, взгляд Сасори стал более осмысленным. Попробовав кулинарный шедевр гордого собой блондина, Акасуна снисходительно улыбнулся.
– Вкусно, – сказал он. Но было что-то такое в его голосе…
– Ты так говоришь, как будто бы я не в состоянии даже плиту зажечь, – фыркнул Дей. – Если я не готовил последнее время, это не значит, что я резко забыл, как это делается.
Усевшись напротив кукольника, блондин провернул в руках вилку и погрозил ей напарнику. Тот закатил глаза.
– Я, может, хотел тебе комплимент сделать. До чего вредный мальчишка. Если тебе не нравится, то я забираю свои слова назад.
– А вот хрен тебе, уже сказал, – парировал подрывник и, усмехнувшись, склонил голову в полупоклоне. – Спасибо за твое доброе слово.
Посмотрев друг на друга, она рассмеялись и принялись за запоздавший ужин.
