Текст книги "Красноголовый ведьмак (СИ)"

Автор книги: 0Morgan0

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Алан собрался, и пошел в сторону входа в восточную башню, как путь ему преградил мужчина, лет двадцати восьми. Мощный, с отличной комплекцией, и ясно видимой пластикой мечника. Даже дрянные доспехи не в силах скрыть этого. Парень остановился только тогда, когда между ними осталось меньше пяти сантиметров, и уставился ему прямо в точку над переносицей своими желтыми глазами.

– Ведм…

– Свали.

– Че, блядь? КХАааа!

Перешагнув через лежащего на земле и задыхающегося молодого мужчину, Алан пошел дальше. Проходить «мягкие» проверки вышестоящих постов местной стражи он не собирался, как и тратить на это свои силы и время. Так что, короткий, и незаметный удар в чревное сплетение недоделанным Аардом, и все готово – путь свободен.

Ведьмак направился в баньку, где быстро вымылся. Заскочил к себе в комнату, и переоделся после тренировки. Собрался, и заскочил на кухню, где повара нагрузилии его продуктами, после чего просто исчез. Его не видели стражники, не видели слуги и хозяева – ведьмака нигде не было. Обыскали весь замок, сверху донизу, а Алан все это время просидел в потайном кабинете, изучая магическую библиотеку, и вникая в мелочи. По три часа на книгу, затем сорокаминутная медитация для осмысления, и новая книга. В таком вот ритме прошло пять дней.

На шестой день, когда ведьмак отдыхал под самым потолком, над балками, в обычном таком плетеном гамаке, в кабинет кто-то вошел. Благо, что Алан услышал шаги заранее, и смог спрятать свою ауру, ограничил даже внимание, по сути, закуклившись в своем теле под щитами воли. В таком состоянии его бы даже альп не ощутил, не говоря уж про чародея или другого ведьмака. Альпы, это вампиры переходной стадии, почти высшие, и очень, чертовски сильны, так что охота на них – удел истинных Мастеров ведьмачьего цеха. Алан на альпов охотился неоднократно, так что знал по себе, как это больно, когтями, да по спине. Шрамы остались, и свести их без магии вряд ли получится.

Все, что он себе оставил из восприятия, это слух. Впрочем, этого ему более чем хватило, чтобы все понять. В секретную комнаты вошла девушка, шурша юбками, и села за стол. Взяла недочитанную, видимо, книгу, и водрузив тяжеленный талмуд перед собой заклинанием телекинеза, принялась читать, время от времени бормоча что-то себе под нос. Свечи, которые в кабинете вообще не гасли, потому что зачарованные, освещали помещение и днем, и ночью, но девушка явно не могла находиться здесь долго, и на рассвете, она ушла. Но перед этим она сделала из десятка капель своей крови, нескольких трав и обычного свиного жира, манок для бестии. Это заклинание Алан встречал, а потому быстро сообразил, что девушка хочет воспользоваться исчезновением ведьмака в своих целях, и завершить операцию. Собственно, она и не скрывала, переходя со смеха на шепот и обратно. Она говорила сама с собой, и Алан узнал всё, что хотел:

– Да… это случится завтра, нужно только обмазать «сестриц», и тварюшка дядюшки не промахнется. И так чуть не попалась, когда троюродную тетку убивала, на этот раз не должно быть никаких эксцессов! Ха-ха-ха-ха! Да, еще совсем немного, и сестры, а за ними и идиот папенька, отправятся на тот свет. Тогда все здесь станет моим, и никто не будет больше проигрывать поместье в карты, никто не сможет оспорить того, что я здесь хозяйка! ДА!

Время от времени Алану казалось, что девушка просто сумасшедшая, но это вовсе не так. Просто она очень страстная натура, и стала буквально одержима своей целью, стать хозяйкой замка и прилегающих территорий. А еще, она брала свою силу в огне, а эта стихия сильно влияет на сознание чародея. Впрочем. другие стихии обладают не менее сильным влиянием, но не столь опасны, как пламя, потому что только оно будит в будущем маге агрессию и ярость. Нужно обладать изрядной психостабильностью, чтобы стать огненной чародейкой, и при этом остаться в своем уме. Большая редкость.

Ведьмак затаился, и стал ждать. Хороший охотник тем и хорош, что имеет почти безграничный запас терпения, не говоря про остальные качества, такие, как отточенный разум, и тренированное тело. Ведьмак – это прежде всего охотник на чудовищ, просто иногда, люди становятся настоящими чудовищами по своей воле.

Обычный вроде бы ужин следующего дня, прошел спокойно, и как только он закончился, родная дочь нового графа проговорила:

– Папенька, я устала, пойду спать.

– Ну так иди, – отмахнулся тот, и вернулся к разговору со своим доверенным слугой.

– Ну, докладывай, что ты нашел? – Насел граф на только вернувшегося из короткого путешествия мужчину.

– Две карты, но они поистине редкие. Одну продает гильдия игроков в гвинт столицы, а вторую, частный владелец, довольно знаменитый в узких кругах фон Мец, из Аэдирна. Он сюда приехал не так давно, но изрядно проигрался, и испытывает сильную нужду в золоте.

– Отлично! Замечательно!..

Выходя из залы, девушка скривилась, словно съела сразу три лимона. Отец вообще не понимает, что нельзя тратиться на такие вещи, и только и знает, как играть в карты. И проигрывать огромные суммы! А ей потом разбираться приходится. Хорошо, что она успела перехватить барона, и отобрала все, что тот выиграл у ее отца, не то они бы по миру пошли! Идиот! Молодая графиня Нистен, Ирма, разве что зубами не заскрипела, но сдержалась.

Стоящий в темном углу, невидимый из-за заклинания сокрытия ведьмак, смог с легкостью прочесть по ее губам:

– Не успеешь ты ничего купить, пап-пень-ка. Нельзя терять времени. Прямо сейчас.

«Вот и все», подумал про себя ведьмак. «Интрига подходит к эндшпилю. Пора и мне за работу». Он медленно прокрался за Ирмой, до самого входа в тайный кабинет. Когда она вошла, активировал скрытую ловушку, в которую она попадется, когда выйдет, и вернулся обратно.

Выбор – кого охранять, графа Нистен, или дочерей прежних хозяев, для него оказался куда легче, чем хотелось бы, просто потому что подсознательно, граф ему не нравился вовсе, а вот девушки, даже очень. За те дни, что он за ними следил, сестры Сейден и Флора, показали себя замечательно. И к людям относятся правильно, и в делах графства понимают, и обсуждают толково. Чувствуется рука отменного воспитателя, как и отличное обучение. В общем, приятные во всех отношениях, леди. Обе. Пусть Сейден более живая и страстная, но Флора более вдумчивая. Две сестры – тактик и стратег, так сказать, во весь рост.

Таким образом, сделав свой выбор, ведьмак не вернулся в пиршественную залу к графу, а потопал к девушкам. Их комнаты располагались в центральной части замка, как и все жилые покои семьи. Алан смазанным от скорости движением просочился мимо охраны девушек, и устроился прямо на балке, под самым потолком. Деревянная палочка-артефакт уже совсем нагрелась, и он знал, что вот-вот она просто перестанет работать, и сгорит в пепел. Жаль, отличный был артефакт, пусть и без возможности подзарядки, да и невидимость так себе – пока неподвижен, или двигаешься медленно, тебя не видно, но как только начинаешь шевелиться более интенсивно, иллюзия сползает, как выползок со змеи. Зато, его можно было использовать много раз, включая и выключая сколько захочется, то есть, пока энергия не закончится. Впрочем, ладно. Это задание определенно того стоит.

О, медальон затрепетал. Мощная магия творится неподалеку. Ведьмак дернул ухом, услышав человеческий вой, но не сдвинулся с места. Затем раздались крики стражников, но не захлебывающиеся, как должны бы, а просто, полные страха. Но они быстро стихли, под командами сержанта стражи, Лео Лакоста. Этот вояка молодец, бесстрашен и умен. Только вот прямо сейчас, он совершенно не вовремя появился, потому что только людей положит в самоубийственной атаке, вместо того, чтобы пропустить бестию мимо.

Алан тяжело вздохнул, и открыл пузырек, который держал в руке. Пурга прокатилась по пищеводу, и взорвалась в желудке дивным коктейлем, стимулируя организм к работе на максимальных оборотах. Еще пузырек, и Черная Кровь добавилась к Пурге, создавая целый боевой коктейль, и отравляя кровь так, чтобы она почти не причиняла вреда носителю, но вот кровососу, попробовавшему ее, будет очень плохо. Для них такая кровь станет ослабляющим ядом с мощным действием. Конечно, Алан не собирался давать себя кусать, но всяко бывает.

Он слышал, как экиммара сбежала от стражи, и почувствовал ее уже совсем близко от комнат девушек. Впрочем, сейчас они удачно находились вместе, так что защищать их только легче. О! Охрана у дверей графинь увидела экиммару, и… сбежала. Оба стражника покидали алебарды, и даванули дальше по коридору изо всех сил. Ну, в общем-то, их можно понять, потому что тварюга и впрямь страшная чисто внешне, да и по сути, тоже. Словно только этого и дожидаясь, артефакт невидимости приказал долго жить, вспыхнув синеватым огнем, и осыпавшись пеплом.

Алан мягко и бесшумно спрыгнул с балки на пол, и проговорил:

– В шкаф, быстро, обе.

И не слушая растерянных повизгиваний девушек, перепуганных до мокрых панталончиков его внешним видом и черными венами, виднеющимися на бледной до невозможности коже, закинул их в шкаф. Встал напротив двери, и дождавшись идеального момента, вытянул руку:

– Аард! – На этот раз рявкнул в голос ведьмак, вынося дверь покоев изнутри, и этой самой дверью, снося бестию. Обеих, и дверь и экимму, приложило об стену, да так удачно, что это дало время Алану выйти из покоев графинь. На ходу он выпил «Кошку», и мир переменился. В темном ночном коридоре больше не было ни единого темного пятнышка – ведьмак видел все. Серебряный меч не бликовал из-за отсутствия света, и для чувствительных глаз ведьмака, это настоящее благословение.

Скрежет – когти твари зацепили стену коридора, и Алан воспользовался замедленным ударом экиммы. Прошел под удар, и оставил на ноге экиммары, выглядящей как чудовищно ушастый, трехметровый дед, длинную царапину. Нормально ударить не получилось, но это не главное. Хоть ногу и не отрубил, но замедлил. На рывок в ближайшие три десятка секунд она не пойдет, а там уж и бой закончится. Тридцать секунд, это очень много.

Разворот, и ведьмак рухнул на колено, чтобы в нужный момент резко встать, еще больше ускоряя меч.

Взух!

Взвизгнул воздух, и две фигуры покатились по коридору, а меч звонко упал на камень пола.

– Заррраза, – выдохнул ведьмак, и моментально достал склянку с серебряной пудрой. Раздавил ее в руке, не боясь пораниться, потому что кисти все равно в перчатках. Шаг, второй, и он выставил руку в сторону бегущей к нему бестии, и с открытой руки срывается слабый Аард, а месте с ним и серебренная пудра.

– УУИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!!!

Еще бы… серебром-то, да в зенки! Это и человеку больно, не говоря уж о твари, что серебра боится до дрожи.

Рывок к бестии, вслепую махающей лапами, и пройдя неуклюжую защиту, удар кулаком в грудь. Проникающий Удар. Даже очень крепкий позвоночник экиммары не выдержал, получив обширные повреждения, и сломался под резким давлением концентрированной силы удара. Тварь замерла, рухнула на колени, и замотала руками. Они двигались, как и раньше, а вот ноги уже нет.

Ведьмак тяжело дыша, отшатнулся, и рывком сиганул к мечу, прямо через голову экиммары. Схватил его, и снова рывок, пока она не уползла куда-нибудь в темное и тайное место. Меч взлетел, попутно срубая лапу, и рассек воздух горизонтально. Стоящая на коленях бестия стала как раз ростом с ведьмака, и срубить голову оказалось чрезвычайно удобно. Снова взвизгнул воздух, и голова скатилась с шеи бестии, тяжело бухнувшись на каменный пол.

Алан отошел к стене, и съехал по ней на пол. Аккуратно надавил на грудь, и зашипел не хуже любой гадюки. Ребра сломаны. Кто же знал, что эта тварь вообще не обратит внимание на то, что ее нога стала работать хуже, и просто сделает рывок в самый не подходящий момент?! Больно-то как. Он кашлянул, и ощутил на языке вкус крови, да и дышать стало намного тяжелее. Легкое пробито, и судя по всему, ребром. Да твою же! Ласточка, она отлично помогает от внутренних кровотечений!

Проглотив содержимое склянки, ведьмак потянулся за зельем Раффара Белого, и вытащил из перевязи только осколки. Посмотрел на них, и устало прикрыл глаза. Паршивый бой, давно такого не было. Голова опустилась, и он заметил, что на бедре у него рваная рана. Не сказать, чтобы глубокая, да и артерия не задета, но как он вообще умудрился ее не заметить в бою?

– Гадство… – Пробулькал с кровью Алан.

Ведьмак вошел в такие глубины транса, куда не каждый монах заглядывает, а из покоев выскочили юные графини, услышавшие голос ведьмака, и отсутствие звуков боя. Выскочили, и как раз увидели этот момент. Пейзаж девушек впечатлил.

Безголовая экиммара, стоящая на коленях, все вокруг в крови, да еще и ведьмак у стенки, без сознания.

Сейден и Флора переглянулись, и подошли к ведьмаку. В каждой в руке оказалось по подсвечнику с тремя свечами, и потому, они все прекрасно рассмотрели. Передернули плечами от холодка, прошедшего по спинам, и старшая упрямо сжала губы.

– Хватай его за ноги, и понесли к нам. Он ранен, и довольно серьезно.

– Наконец-то, твое обучение в храме Мелитэле принесет пользу, – кивнула Флора, и сделала то, что сказала ей сестра. Они с большим трудом занесли тяжеленного ведьмака. Усадили его, как смогли и раздели. Обе покраснели от этого, но Сейден еще хоть как-то попривыкла, а невинная Флора вспыхнула так, что от ее лица прикуривать можно.

– У него два ребра сломаны, и легкое повреждено. Ногу пока просто замотать… Тут много работы. Займись стражей и всем прочим. А там и наш "граф" поможет. Наверное. Или добьет, и его и нас… – Девушка с некоторым даже фатализмом грустно хмыкнула, и принялась за дело. Ребра нужно поставить на место, и сделать это так, чтобы легкое не порвать еще сильнее. Раньше она такой операции не делала, только наблюдала со стороны, так что завершила ее только к концу ночи. Как раз едва начался рассвет.

Собственно, как оказалось, никакой операции и не нужно было. Она выставила ребра на место, а когда разрезала кожу, чтобы добраться до поврежденного легкого, оказалось, что оно даже не кровоточит уже. Заросло, пусть и кое-как. От такого, девушка совершенно растерялась, но зашила обратно, и до рассвета глядела, как разрез зарастает прямо у нее на глазах. С видимой скоростью!

– Ведьмаки, – покачала головой юная целительница-недоучка. – …уже не люди.

Вечером следующего дня Алан вышел из глубочайшей медитации, и открыл глаза. Конечно, от зелий в крови ничего не осталось, а самочувствие было отличным, если не считать плохо сросшиеся ребра, но это мелочи. Неделя, это максимум, если лениться, и они станут еще крепче, чем были до перелома.

Повязка на ребрах тугая, наложена прекрасно, Сейден постаралась отлично. Конечно, Алан контролировал окружающую обстановку, и все прекрасно слышал, потому и не трепыхался.

Ведьмак сел на кровати, едва заметно поморщившись, и протянул руку к своему рюкзачку. Нашарил в нем зелье Раффара Белого, и хряпнул добрую треть склянки. Вот теперь ребра хорошо «сцепились», и больше нет риска заново сломать их неосторожным движением. Остальное зарастет обычным способом. Легкие работают нормально, пусть пока и не идеально. Ведьмачий слух улавливает легкие хрипы, но это пройдет через пару дней. Ждать более нельзя.

Алан поднялся на ноги, и оделся, время от времени шипя, когда при расширении легких, они давили на ребра. Малоприятное ощущение. Зато, когда плечи обнял доспех, стало, наоборот, хорошо, и как-то правильно.

– Вы зачем встали? – Раздался женский голос от открывшейся резко двери.

– Затем, что есть дела, которые я не могу отложить, миледи. – Голос ведьмака стал еще более хриплым, пусть и временно. Это, на удивление, придало ему мягкости, что моментально уловила целительница. – Не беспокойтесь, я отойду на полчаса, а потом снова в кроватку. Слово ведьмака.

– Ну, только если так. Даже при вашей невероятной скорости регенерации, разгуливать сразу, после того как очнулись от ранения, это верх инфантилизма, знаете ли. – Девушка нахмурилась, и метнула недовольный взгляд, который был легко отбит мощнейшей броней пофигизма.

– Не беспокойтесь, леди Нистен. Все будет хорошо. Пока я одеваюсь, расскажите, что случилось в то время, что я спал, прошу вас.

– Ну, после смерти троюродного дядюшки, оказалось, что и кузина тоже пропала куда-то. Мы обыскали весь замок, но не нашли ничего. Может, вы возьметесь?

– Может быть, но позже, миледи. Постойте, граф погиб? Бестия порвала?

– Да, – без доли сожаления, кивнула девушка. Видимо, привыкла уже к этой мысли. Да и жалеть о смерти человека, от которого ежедневно ждала гибели или чего похуже, просто глупо. – В общем, его похоронили в родовом склепе вчера на закате. Кузину ищут до сих пор. Поскольку, графство не может быть без управляющего, то мне, как старшей сестре, пришлось взять на себя заботу об этом. – Девушка без лишней скромности говорила о таких вещах, и ведьмак отметил весьма спокойное, и даже искреннее отношение к власти. – Так же, ваш контракт считаю выполненным полностью. Бестия мертва, ее труп лежит в холодной. До сих пор не понимаю, как это вы с ней сладили только?

– С трудом, – грустно хмыкнул ведьмак. Он до сих пор не мог понять, почему просто не шарахнул Игни изо всех сил по этой мутировавшей экимме, и решил потанцевать с ней. Где-то внутри он знал, что ему просто хотелось почувствовать этот бой, к тому же, только в бою можно осознать новую грань своих возможностей, не то ему хватило бы одного удара. Противник был довольно слабый, так что этого бы точно хватило, но молодой ведьмак не просто испытывал судьбу. Он желал стать сильнее, и за это нужно было платить. – Раз все разрешилось, пойду сварю себе зелье, чтобы выздороветь поскорее.

– Надеюсь, это не составит проблем. – Девушка покраснела. За то время, что ведьмак лежал раненый, она догадалась, что он никуда и не уходил, охраняя их от бестии. Сейден даже не представляла, какой нужно обладать выдержкой, чтобы сидеть и ждать смертного боя. Вполне возможно, что и последнего. Красноволосый ведьмак вызывал у нее чувство, похожее на… восхищение?

– Не составит, благодарю, – кивнул парень, и откланялся: – Мне пора. Думаю, очень скоро мы встретимся вновь, чтобы обсудить заказ на поиск вашей кузины.

– Конечно, непременно! – Воскликнула графиня, пусть еще и не утвержденная королем, но вполне законная.

– Всего наилучшего, миледи.

Алан направился прямо к тайному ходу, и шмыгнул туда, дождавшись, когда слуга пройдет мимо, и будет свободно. Дошел до кабинета, и покачал головой. Дочь графа, наверное, самая невезучая девица в мире. Ловушка, которую он тут поставил, была простой до невозможности, и девушка должна была только повредить ногу запнувшись, и потому, это должно было ее немного задержать, не более того. Но она ударилась о стену головой, в падении, и погибла, причем не сразу, а просто потому, что никакой помощи ей оказано не было.

– Премия Дарвина, однозначно, – покачал головой ведьмак. Перешагнул тело, и вошел в кабинет, где быстренько прибрал всю библиотеку по магии в свою "рунную сумку". Почти кубометр книг влез легко, как и немногие артефакты из местной коллекции. Прибрался тут хорошенько, затушил зачарованные свечи, забрав их с собой, и прихватил тело Ирмы. С ним на плече, он и вышел из тайного хода. Дошел до холла, и позвал дворецкого:

– БОГДАН!

Пока ведьмак ждал дворецкого, он вдруг задумался. "Премия Дарвина"? Кто такой этот Дарвин? Впрочем, это неважно. Главное, что это премия за самую нелепую смерть, вот только кому ее выдают, если получатель уже не нуждается… да вообще ни в чем!

– Что случилось, сэр? – Раздался немного ворчливый голос дворецкого из-за двери, откуда до этого Алан услышал его шаги.

– Да вот, нашел я вашу пропажу.

– Господи, да что же это такое-то!?! – Всплеснул руками мужчина, и подбежал к ведьмаку. – А… что это с ней?

– Да уж третий день, как мертва, так что не знаю. Графиня упомянула, что она потерялась, вот я и пошел ее искать. Правда, заказ на поиск мы так и не обговорили, а жаль. В общем, в тайном проходе нашел ее, по запаху.

– Погодите, сэр. Я сейчас позову слуг, и юных графинь.

– Хорошо, я подожду.

Люди набежали почти моментально. Новость распространилась быстро, так что уже вскоре в холле собралось все население замка. Через десять минут, наобсуждавшись, люди стали расходиться.

– Господин ведьмак. Пройдите в мой кабинет, нам есть что обсудить. – Сейден придержала его за руку, и кивнула в сторону лестницы. До кухни он так и не дошел, хотя очень страмился.

Устроившись в кабинете, куда служанка принесла офирский кофе с чем-то, весьма похожим на круассаны, Маркус уютно расположился на шикарном, глубоком кресле, приставив футляр с мечами к подлокотнику.

– Господин ведьмак, по первости, благодарю, что нашли нашу кузину.

В дверь кабинета тихонько поскреблись, и тут же, не дожидаясь ответа, вошла Флора.

– Не дождалась меня… – Укоризненно проговорила более благоразумная и спокойная, младшая сестра.

– Мы только начали, ты вовремя.

– Извините, у вас не найдется бумаги и пера?

– Возьмите на столе, – отмахнулась Флора.

– Благодарю. – Ведьмак не присаживаясь, начеркал несколько строк, и свернул бумажку, убрав ее в карман. – Так зачем вы меня звали, Ваша Светлость?

– Поблагодарить, и рассчитаться за то, что нашли тело кузины. Даже без заказа.

– Просто прошел по ее запаху, – Алан пожал плечом. – Это не сложно.

– В таком случае, двадцати флоренов вам хватит?

– Более чем, – ведьмак не стал отказываться от халявных деньжат, да и с чего бы?

– В таком случае, – Сейден передала ему кошель, и тяжело вздохнула: – …перейдем к следующему заказу.

– Ммм? – Алан удивленно приподнял бровь, и сильно надеялся, что получилось достоверно. Учитывая то, как некоторые стражники и слуги хищно смотрят на молодых графинь, ему уже стало понятно, что что-то не так. А как только он вошел в кабинет, ощущение подтвердилось. За ними наблюдали везде и постоянно, а в данный момент, ведьмак ощущал холодный взгляд из-за стены, а также ощущал ауру человека. Он и сам видел этот кабинет с той стороны, и тайный ход этот ему известен. Вывод? Кто-то из слуг задумал прибрать графство к ручкам своим липким, и две молоденькие графини показались этому человеку вполне себе подходящей целью.

– Мы бы хотели, чтобы вы нас охраняли. – Выдохнула Флора.

Алан прокачал ситуацию, и развернул бумажку, дописав несколько строк, а затем свернул ее обратно. Покачал головой, и ответил:

– Я не охранник, я ведьмак и занимаюсь охотой на чудовищ. – Твердо так сказал, чтобы без повторений. – На этом мы с вами расстанемся.

– Мы предлагаем вам баронство господин ведьмак. Если останемся живы в течение месяца.

– Вы и без меня останетесь в живых, – он покачал головой, и встал на ноги. Подхватил мечи, и подошел к столу, оставляя перо. Прошел мимо ошеломленных графинь, и вышел вон. Только Флора вдруг посмотрела на свои руки, и увидела в них свернутую бумажку с надписью: "читать в туалете".

Конечно, она удивилась, и все же, понимая неординарность ведьмака, она не могла просто откинуть предупреждение. Так что, повернувшись к сестре, она взяла ее под ручку, и потянула в сторону туалета. Совершенно молча, и якобы поплакать.

– Ну и зачем ты меня сюда утянула? – Спросила Сейден. – Нет, но каков ведьмак-то! «Я не охранник»… Тоже мне! Или к нему в очередь выстраиваются, чтобы предложить баронство?! Хам!

– Да тихо ты. Он передал мне записку, и на ней написано: "Читать в туалете". Так может, все же, прочтем?

– Да? Это когда это он успел? – Удивилась старшая.

– Когда мимо проходил к выходу. – Ответила младшая, и развернула листок.

«За вами постоянно следят, даже сейчас, из тайного хода.»

– То есть он все понял, и все равно отказал?! Если Олден, этот выродок, эта погань, сделает с нами то, что обещал, то я буду этому ведьмаку до конца жизни призраком являться! – Вскрикнула Сейден, сжав кулачки.

– Может, дочитаем, все же?

– Ладно, что он там еще накропал? – С некоторым интересом заглянула в развернутый листок девушка. Глубокие голубые глаза заскользили по строчкам, и даже перекрывшая зрение челка черных волос не помешала. Девушка только тряхнула головой, откидывая этот черный водопад вбок.

«…Обсуждать что-либо здесь и сейчас бессмысленно. Я помогу, если вы выявите всех, кто вошел в банду.»

– Да мы и так знаем всех… – Воскликнула Флора.

– А ты уверена? Вдруг кто-то еще из слуг или стражи пошел к ним? Генри Олден и сержант Лео Лакоста как-то договорились, а капитана замковой стражи не видно уже два дня. Вероятнее всего, больше и не увидим, ведь тот был дружен с батюшкой, и не дал бы нас в обиду. А ведьмак прав, хоть и хамоват, тут ты права. Мы не знаем всех, а вычистить их нужно сразу, одним махом, иначе жизни нам не будет. Сделают шлюхами для стражников, и заставят подписывать все, что им понадобится! – Сейден снова едва не заревела, но удержалась. Впрочем, пара слезинок все же капнуло.

– Не сделают. Себе оставят, урроды. Мы слишком красивые, чтобы отдать нас солдатне. А вот на фисштех посадят, это точно. – Флора была мрачна и подавлена.

– И что будем делать?

– Похоже, то, что скажет ведьмак. Это пугает, но и выбора у нас вообще нет.

– И… ты ему доверяешь? – Сейден спросила не просто так, а оттого, что у Флоры на людей нюх, чуйка, как ни назови.

– Да. Он защитил нас, хотя мог этого и не делать. Мог защищать того, кто ему платит, то есть дядю, но выбрал нас. Не знаю почему, но я почти уверена, что и кузину тоже он угомонил. Все это было выгодно только для нас с тобой, понимаешь? Он уже выбрал сторону, пусть про ведьмаков и говорят, что они нейтральны. Впрочем, про них много что говорят, а на самом деле, сама видишь, как оно все.

– Может ты и права. Значит, доверимся.

– Значит, доверимся.

Алан вскорости покинул замок, отчего многие вздохнули с откровенным облегчением. Ведьмак мешал их планам, но теперь, когда он покинул это место, ничто более не могло предотвратить их планов. Широкая спина черного всадника удалялась все дальше, пока не скрылась вовсе.

Сделать сестры ничего не успели. Этим же вечером, после того, как ведьмак демонстративно уехал из замка, стража совершила переворот. Он был тихим, без лишнего насилия и убийств. Просто некоторых людей прихватили за локотки, и отконвоировали в темницу замка. Среди них был и дворецкий Богдан, и многие другие слуги, что служат в семье графа уже не первое десятилетие. А Генри Олден занял спальню графа, тогда как Лео Лакост – покои капитана стражи. Поздно вечером, в пиршественном зале, новый «граф», принимал приближенных, и закатил целый пир. Они веселились, пили, ели, и в какой-то момент, изрядно набравшись, Генри приказал двум стражникам:

– Приведите девок.

И, конечно, «девок» привели. У старшей синяк на поллица, потому как сопротивлялась. У младшей порвано платье в районе лифа. Но лица злые, несломленные сексуальным насилием – Генри приказал, чтобы пока не трогали, потому как он пожелал быть первым. Девушек поставили на колени, прямо перед Генри, и тот встал из-за стола. Чуть шатающейся походкой он приблизился к ним, осмотрел лица, и с удовольствием выдал пощечину Сейден, от чего она аж зубами щелкнула.

– Теперь вы принадлежите мне, и станете делать все, что я вам скажу. А иначе, с вами повеселится вся стража. За проступок, вы будете наказаны неделей в казармах. Каждая. Вам все ясно? А теперь, раздевайтесь, и станцуйте для нас. Ну! Быстро! Эй там. Сыграй что-нибудь, чтобы шлюхам было сподручнее!

Дверь в залу тихо открылась, и вошел молодой человек в черном доспехе. На животе черненая кольчуга, на плечах тоже, но по большей части она прикрыта кожей. В правой руке меч, ловит отблески свечей на свое стальное лезвие. Шаги неслышны, дыхание тихое, как у спящего человека. «Пурга» в крови вывела его рефлексы на максимум возможного для его мутировавшего тела. Тихое:

– Аард.

И троих стражников впечатывает в стену, отчего они моментально потеряли сознание. Впрочем, двое уже не очнутся, потому что черепа проломлены. Третий… если сильно повезет, но тоже вряд ли. С таким обширным кровоизлиянием в мозг, не выживают. Обычно.

Меч описал дугу. Голова обернувшегося Лео Лакоста, подпрыгнула в воздух, упала на стол, и «удачно» остановилась прямо в блюде, конвульсивно моргнув левым глазом в полной тишине. Удивленное выражение так и не сошло с его лица.

А затем, все в зале узнали, за что так боятся ведьмаков. Меч превратился в мясорубку, в воздух полетели руки и головы людей, и все вокруг залили реки крови. Люди хотели сбежать в дверь, но та оказалась заперта знаком Ирден, и барьер не выпустил никого. Генри Олдер даже протрезвел от зрелища, громко пернул, и попытался спрятаться, но не смог. Ведьмак ударил по столу стопой, и тот отъехал, открыв стоящего на карачках «графа».

Вжух…

Голова слетела с плеч, заливая все вокруг кровью разбойника. Последняя четверка, оставшаяся в живых, попыталась напасть на ведьмака вместе, но кто бы им позволил? Аард разметал их построение, и четыре блика клинка, поставили в их жизнях красную точку. В зале осталось только трое живых. Две сестры, жавшиеся друг к другу у стены, и ведьмак. Весь в крови, с ног до головы, с мечом, с которого стекает эта руда жизни, желтыми глазами, что оглядывают каждый сантиметр зала, и могучим телом, от которого идет мощное ощущение внутренней силы.

Ведьмак осмотрелся, вытер меч о тело мертвеца, протерев начисто о сюртук другого мертвеца, что на удивление, остался довольно чистым. Пригладил растрепавшиеся во время боя красные волосы, и повернулся к графиням.

– Вам придется нанять новую стражу.

В этот момент, девушки не выдержали. Сначала вырвало старшую, а затем и младшую. Когда они закончили, то потеряли сознание.

– Мда… – Красноволосый покачал головой, и снял барьер, в который уже бились с другой стороны. Стражники низшего звена ворвались в зал, и увидели бойню. Увидели и ведьмака, который должен быть уже далеко отсюда. Их стало выворачивать наизнанку, от того, на что они смотрели.

– Сдавайтесь, бросайте оружие и доспехи, и бегите из замка, а там и с земель графства. Здесь предателям жизни не будет. Или же, нападайте, и присоединяйтесь к своим командирам в загробном мире. – Слова ведьмака словно нарушили хрупкое равновесие. Мужчины начали бросать мечи и алебарды, снимать форменные стеганные куртки, и отходить к выходу. Но, как всегда, даже в подавленной толпе найдется кто-то смелый, что бросит вызов, и будь тут другие обстоятельства, можно было бы и помягче, но миндальничать сейчас, находясь в одиночестве против полусотни мужчин, вооруженных мечами и алебардами, нельзя ни в коем случае.