Текст книги "Измена. Гадкий лжец (СИ)"

Автор книги: Зоя Астэр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

11

– Не сейчас, – строго говорит Артём, продолжая прожигать меня взглядом.

– Почему? – спрашиваю я с наездом.

– Потому что я так сказал, Оля, – категорично заявляет муж. – Мы будем решать этот вопрос с моими юристами и тогда, когда я скажу.

– Я не собираюсь отбирать твоё имущество, – возражаю я. – Подпишем мировое соглашение, в твою пользу, разумеется. Так что нет смысла откладывать.

– Я сказал нет! – рявкает муж.

Из соседней комнаты до нас доносятся рыдания Майи Владимировны.

Тим, стоящий рядом с братом, решает вступиться за него.

– Оль, ну правда, это была плохая идея, приглашать юристов прямо сегодня. Поговорите сначала без них…

– Я уже наговорилась, – обрываю я Тима.

– Где мои дети, Оля? – холодно спрашивает муж. – Или они тебя больше не интересуют? Раньше ты их и на секунду из рук не выпускала.

Упираю руки в бока.

– Какие именно дети тебя интересуют? Говорят, у тебя их восемь!

– Где Лена и Лёня? – довольно грубо спрашивает Артём.

– В детской, – сухо отвечаю я.

За последние недели Арина, помощница Майи Владимировна, с удовольствием вжилась в роль няни для наших крошек. Они отлично поладили. И я получила возможность иногда освобождать руки.

Вот и сейчас именно Арина играет с детьми наверху.

Вслед за мужем поднимаюсь в детскую.

Малыши при виде отца не скрывают восторга. Они соскучились по нему. Виснут на папе и счастливо верещат, когда он подхватывает их на руки.

– Думаешь, я лишу себя того, чтобы видеть их каждый день? – раздражённо спрашивает меня Артём. – Или тебя устроит то, что после развода Лёня и Лёня будут жить со мной?

– Не устроит, конечно!

– Тогда ещё раз хорошенько подумай, что ты делаешь, – ледяным тоном советует муж.

С малышами на руках он спускается вниз.

– Зови сюда своих адвокатишек, – велит муж, усаживаясь с детьми на диван в гостиной. – Я скажу им, куда они могут пойти.

Поднимаю на руки отползшего от отца Лёню и вместе с ним иду за адвокатами. Нет смысла задерживать людей, если Артём не готов к диалогу.

Когда возвращаюсь с ними в гостиную, застаю хмурого мужа с Леной на руках и нашего начальника охраны.

– Там это… – мнётся суровый мужчина, видавший многое в этой жизни. – Артём Павлович, к нам там какие-то женщины на территорию с боем прорываются…

– И много их? – делано равнодушно спрашивает муж.

– Пятнадцать человек, – с беспокойством в голосе сообщает начальник охраны. – Целый отряд, и некоторые вооружены баллончиками со слезоточивым газом и спортивными битами…

– Кажется, все твои пассии собрались, дорогой, – фыркаю я. – Чего такой хмурый? Не рад им?

12

– Мы, конечно, можем их скрутить и в полицию сдать, – отчитывается начальник охраны. – Так-то это вооружённое проникновение… но, решили у вас разрешение получить. Там некоторые из этих психичек детей с собой притащили…

– Кошмар! – свекровь, стоящая в дверях, чуть в обморок ни падает. – Артём, это ужасно неправильно! Детки ведь ни в чём не виноваты! Это мои внуки… Боже, сколько же у меня теперь внуков… Как ты мог, Артём?

– Мам, да погоди ты! – просит муж.

А затем обращается к начальнику охраны:

– Не надо полиции, скажи, что двое из них могут пройти для разговора, остальные пусть ждут товарок за забором.

– Сейчас сделаем, – начальник охраны кивает и скрывается из дома.

– Обыскать их не забудьте, – кричит вдогонку муж. – Всё оружие изъять.

Начальник охраны оборачивается в дверях.

– Обижаете, Артём Павлович, что мы, работать не умеем? Обыщем обязательно.

Ждём в напряжении незваных гостей. Арина уводит Лену и Лёню из гостиной. Это хорошо. Ни к чему малышам участвовать в этом скандале.

И почему-то меня совсем не удивляет, когда на нашем пороге оказываются уже печально известные Лиза Супова и Саша Копейкина. Они действительно пришли прямо вместе с детьми.

Лиза привела за руку двух годовалых мальчишек. А у Саши в каждой руке по переноске с полугодовалыми девчонками.

М-да… Пришли взывать к совести папаши со всеми имеющимися аргументами. А откуда бы взяться этой совести у такого человека, они не подумали? На что рассчитывали, когда с женатым мужчиной спали?

Этого мне не понять, конечно.

– А у тех, кто за забором остался, тоже ко мне претензии? – спрашивает Артём, окидывая женщин с детьми строгим взглядом.

– Это группа поддержки, – самоуверенно заявляет Супова. – Неравнодушные к нашей проблеме женщины решили помочь нам добиться справедливости.

– Да ну? – с иронией в голосе спрашивает муж. – И в чём же, по-вашему, будет заключаться эта справедливость?

– Ты нас обманул! – более смелая Лиза выходит на шаг вперёд. – Заделал детей и притворяешься теперь, что не при делах! А их содержать надо, между прочим! Кормить, одевать.

– Женщины, я вас впервые вижу, – рычит Артём. – Абсурд какой-то. Не знаю, почему тест на отцовство считает, что я имею какое-то отношение к вашим детям, но обязательно разберусь в этом. Видимо, вы подкупили врачей в клинике. Переделаем тест там, где вы не сможете подделать результаты, и всё встанет на свои места.

Лиза просто вскипает от негодования. Она покрывается красными пятнами. Прижимает к себе своих сыновей и, гордо задрав подбородок, заявляет:

– Да, пожалуйста! Хоть десять раз переделывай! Правда, Саша? Мы-то уж знаем, от кого родили…

Лиза переводит взгляд в коридор. Там сползающей по стеночке Майе Владимировне, принёс стакан воды Тим.

– А кто это? – озадаченно спрашивает пришедшая качать права женщина.

13

– Надо же… – подаёт голос молчавшая до этого Копейкина, – Прям одно лицо…

– Действительно… – замечает Супова.

Тим натянуто улыбается нам и пытается слинять.

– Пойду я, наверно, – бормочет он. – Вы тут разбирайтесь, а я наверху подожду.

– Тим! – зовёт Артём. – Ты правда так поступишь со мной и моей семьёй?

Тимур снова нервно посмеивается и, опустив голову, трёт рукой шею.

– Конечно, нет, брат, – неохотно говорит он. – Чего я в самом деле…

Тимур откашливается в кулак и подходит ближе к нашей компании. Смотрит на пришедших женщин с виноватой улыбкой.

– Не может быть… – глаза Саши широко распахиваются от шокирующей догадки.

– Да бросьте! – вмешиваюсь я. – Тим, ты решил взять вину брата на себя? Ты же не живёшь в этом городе. Вообще, не приезжаешь! Никто не поверит, что ты отец этого выводка!

Я киваю в сторону женщин с детьми.

– Видишь ли, Оля… – без особого энтузиазма говорит Тим, – дело обстоит так, что в этом городе я всё-таки иногда бываю… Честное слово, не хотел ничего такого!

– В каком смысле? – не понимаю я.

– Ты нас не разведёшь! – воинственно восклицает Лиза. – Может, вы и выглядите одинаково, но мы-то уж сможем отличить, с кем кхм-м-м, – она косится на своих детей, – кто отец наших детей. Шрамы-то у вас точно не одинаковые! У того, кто ответственен за это, – Лиза гладит по головам своих мальчишек, – справа на груди есть шрам.

– Точно, – подхватывает Саша, – я тоже помню шрам в виде полумесяца.

Артёма начинает трясти от смеха. Он даже выкатившуюся слезу стирает из уголка глаза. А затем расстёгивает пуговицы на рубашке и демонстрирует присутствующим голую грудь.

А я и так знаю, что они там увидят. Точнее, чего не увидят. Нет у Артёма никакого шрама на груди. И никогда не было.

– Это что же получается? – растерянно спрашивает Саша.

– Грудь покажи! – требует Лиза, тыкая пальцем в Тимура.

Тот с виноватым видом задирает блейзер, демонстрируя изогнутую белую полоску старого шрама.

– Господи Боже… – стонет Майя Влдадимировна. – И ты всё это время молчал, сынок? Смотрел на наши мучения и молчал!

– Ну… – мнётся Тим, – ответственность штука такая, знаете ли… не всегда хочется её нести…

У меня во рту пересыхает от волнения.

Выходит, Артём ни в чём не виноват? Он не изменял мне? Не предавал?

– Понимаете, – говорит Тим, опустив блейзер, – жизнь не самого раскрученного музыканта полна неудач и разочарований… Иногда так хочется немного поднять себе самооценку…

Тимур посылает улыбки мальчишкам, жмущимся к ногам Лизы.

– Я нашёл отличный способ лёгкого и приятного отдыха от проблем, – говорит он. – В этом городе меня никто не знает. Зато все знают директора аж целой фабрики, Артёма Долина…

– Ты что, говорил этим женщинам, что ты Артём? – спрашивает Майя Владимировна и шокировано прикрывает рот ладонью.

– Ну да, – Тим пожимает плечами. – Это очень сильно упрощало дело. Я тайком пару раз в месяц приезжал в местные бары. Девчонки сами подсаживались ко мне. Сами принимали меня за Артёма. И сразу были на все согласны. Классная у тебя жизнь, брат.

– Моя жизнь – это работа и семья, – сухо поправляет Артём. – И неужели ты к своим годам не научился предохраняться, Тим?

– Так я вазэктомию сделал! – восклицает Тимур. – Уже два года считал, что стреляю холостыми. Простенькая операция, перевязанный канальчик, и все бойцы остаются во мне.

– Не сработала твоя вазэктомия, – мрачно замечает Артём.

14

– Не слишком популярный музыкант… – разочарованно стонет Лиза Супова.

– Ну, не то чтобы совсем безработный, – виноватая улыбка уже не сходит с лица Тимура. – Вот летом в концертный тур поеду.

– По миру? – с надеждой спрашивает Саша Копейкина.

– Нет, по ресторанам курортных городков России, – спускает её с небес на землю Тим. – В начале карьеры всегда сложно раскрутиться. Вот лет через пять…

– Охренеть просто, – Лиза выглядит просто раздавленной открывшейся правдой. – Отец наших детей – нищий музыкант.

– Чего это сразу нищий? – возмущается Тим. – У меня всего две кредитки. По нынешним временам, это вполне стабильное финансовое положение.

– Надо Ксюше позвонить, – Лиза хлопает себя по карманам.

Достаёт сотовый и набирает чей-то номер. На громкую связь сразу включает. Видимо, любит устраивать шоу.

– Ксюша! – орёт Лиза в трубку, когда слышит с того конца «алло». – Ты не поверишь! Твои близнецы не от Артёма Долина! У него брат есть. Он выдавал себя за Артёма и развлекался в нашем городе, прикинь⁈

– Когда вы от меня отвяжитесь, дуры? – кричит в трубку девушка. – Почему если я беременна близнецами, то обязательно от Долина⁈ Я вам сто раз говорила, что от жениха беременна. Не втягивайте меня в ваши скандалы! Не звони мне больше! Я твой телефон в чёрный список занесу, надоела!

Голос девушки сменяется гудками.

– Ну вот, – говорю я. – Получается, у тебя только четверо, Тим. Поздравляю.

– Да? – с нелепой ухмылкой на губах переспрашивает Тимур. – А я уже как-то свыкся с мыслью, что я отец шестерых.

Из моей груди вырывается истеричный смешок.

– Ну ты знаешь, как это исправить, – говорю я. – Сценарий, так сказать, отработанный…

15

Через какое-то время наш дом стремительно пустеет.

Уходят и обманутые Тимуром девушки, и адвокаты.

Даже Майя Владимировна вместе с виновником всех наших приключений собирается и покидает нас.

– Мне срочно надо выпить, – бормочет Тимур, накидывая на плечи куртку.

– Ты только не напивайся до такой степени, чтобы снова имя своё забыть, – с нажимом в голосе предупреждает Артём. – Хватит с меня внебрачных детей.

– Всё, Тимурчик, поехали, – торопит его мать, – Артёму и Оле надо поговорить. Арина, ты собрала детей?

– Что? – удивляюсь я. – Зачем это?

В коридор выходит Арина с одетыми Леной и Лёней.

– Оленька, мы их всего на одну ночь заберём, не спорь, – настаивает свекровь.

– Да, мам, езжайте, – Артём целует наших малышей по очереди в щёчки.

– Но… – возражаю я.

– Не спорь, – отрезает муж.

Нехотя прощаюсь с детьми. Ладно, одну ночь у бабушки они, конечно, переживут.

Но перспектива остаться с мужем наедине по некоторым причинам начинает меня пугать.

Артём закрывает дверь, когда все выходят, и медленно поворачивается ко мне.

Сверлит меня тяжёлым взглядом. Буквально к месту прибивает.

Я возвращаю ему такой же взгляд. Чего он ждёт? Извинений?

По ходу фееричного скандала с оравой любовниц и внебрачных детей выяснилось, что у нас с мужем и без этого полно претензий к друг другу.

Мы высказали их. Замалчивать дальше не выйдет.

Муж как-то уж совсем мрачно смотрит. Нервирует это. Да что уж, пугает даже.

Бочком перемещаюсь к лестнице. Хочется сбежать наверх. В спальне запереться или в ванной.

Артём замечает мои поползновения и с нехорошей улыбкой делает шаг в мою сторону. Не даёт улизнуть.

– Я тебя люблю, истеричка! – говорит он.

Его голос звучит грубо и резко, будто он обвиняет меня в чём-то.

– Да пошёл ты! – шиплю я в ответ.

Переступаю боком ближе к лестнице. Артём рывком кидается ко мне и совершенно возмутительным образом прижимает к стене. Упирает руки по обе стороны от моей головы.

Кошусь на такую близкую и недосягаемую теперь лестницу.

– Что, планируешь снова меня со ступенек спустить? – спрашивает муж.

– И спущу! – заявляю я. – Если узнаю, что изменяешь.

Артём вдруг запрокидывает голову и смеётся в голос. Я растерянно моргаю. Что тут забавного?

– Серьёзно думаешь, что между нами стало меньше страсти? – спрашивает он отсмеявшись. – Да между нами просто огонь полыхает!

Муж кивает на лестницу. Отсюда прекрасно видно, что она ещё не отреставрирована. Кое-где видны почерневшие и даже слегка обугленные ступеньки и перила.

Что-то внутри меня надрывается. Напряжение лопается внутри мыльным пузырём. Мой муж не изменял мне. Кажется, мы немного зашли в тупик, но никто из нас не предавал.

Сведённые стрессом плечи расслабляются. В груди разливается тепло. Я снова чувствую любовь к мужу. Когда я поверила в его измену, обожжённое болью сердце стало глухим к этому чувству, но теперь, кажется, начинает оттаивать.

Утыкаюсь лбом в грудь мужа.

– Я тебя ещё не простила! – ворчу я.

– За что? – спрашивает Артём.

Без наезда спрашивает. Его руки прекращают подпирать стену и ложатся мне на плечи. Муж притягивает меня к себе.

– За то, что поверила в то, что ты меня не любишь! – тоном обиженного ребёнка заявляю я.

– Так это же ты поверила, я тут ни при чём! – со смехом в голосе возражает Артём.

– При чём! Год назад я бы не поверила!

Муж вздыхает.

Обнимает меня крепко-крепко. Губы любимого касаются лба.

– Оля, я правда очень люблю тебя, – признаётся муж с нежностью в голосе.

Вздыхаю в его объятиях. Кажется, мир снова становится приятным местом.

Обвиваю руками шею Артёма. Целую кончик его подбородка.

– У меня выбора нет, – добавляет муж с очередным смешком. – Очевидно, что иначе ты меня мучительно убьёшь.

– Не смешно, – ворчу я.

В глазах Артёма пляшут коварные чёртики.

– Я не смеюсь.

Чёртики сменяются блеском. Этот блеск мне хорошо знаком. Взгляд Артёма темнеет, а мужские руки сползают с моих плеч на талию, а потом и ещё ниже.

– Я тоже люблю тебя, – признаюсь я.

Артём наклоняется ко мне. Почти касается губами моих губ.

– Это я уже понял, дорогая, – хрипло произносит он. – Когда ты кидала мне в голову туфлю с острой шпилькой, ну и потом, когда летел с лестницы, тоже ощутил всю глубину твоей страстной натуры.

А потом муж подхватывает меня на руки. По лестнице вверх нести почему-то не решается. Я оказываюсь брошена на диван в гостиной. Через минуту уже морщусь, ощутив обнажённой кожей прохладную обивку кожаного дивана. А ещё через мгновение холод сменяется жаром от соприкосновения тел.

– Это был забавный опыт, – шепчет муж спустя пару часов.

Мы лежим частично укутанные в плед всё на том же диване. Артём задумчиво водит кончиками пальцев по моему животу.

– Ты про весь этот скандал? – сонно спрашиваю я. – Мы же чуть не развелись из-за ничего! Считаешь, это забавным?

Муж целует меня в висок.

– Считаю, что было полезно вспомнить, кто мы друг для друга, – говорит он.

Ладонь мужа касается моего лица, и я ловлю момент, чтобы поцеловать его пальчики.

– Как думаешь, что теперь будет с теми женщинами, их детьми и Тимом? – спрашиваю я.

– Ну, брату давно пора взглянуть на свою жизнь трезво, – Артём усмехается, – предложу ему работу, а то он ведь теперь гордый отец сразу четверых малышей.