Текст книги "Измена. Гадкий лжец (СИ)"

Автор книги: Зоя Астэр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Измена. Гадкий лжец

1

Кажется, последний раз я высыпалась восемь месяцев назад, до рождения своих неугомонных двойняшек.

Нет, наверно, год назад, потому что в последние месяцы беременности нормально спать тоже не получалось.

Почему никто не говорит, что первый год материнства представляет собой бесконечный забег на выживание? Без отдыха и хотя бы одной свободной минутки. Или это только если родил сразу двоих?

Ловлю Лёню, улизнувшего из комнаты и ползущего на четвереньках прямо к лестнице.

– Попался, шустрик! – быстро поднимаю ребёнка с пола и бегу с ним обратно.

Там осталась без присмотра его сестра, а ей достаточно трёх секунд, чтобы успеть натворить дел.

– Лена, нет… – устало стону я.

Малышка доползла до фикуса, стоящего на полу в кадке, и уже успела раскидать по светлому ковру землю из горшка.

Ловлю дочку за руку, когда она пытается засунуть в рот пригоршню земли.

– А кто это тут хулиганит? – возмущается зашедшая в комнату вслед за мной Татьяна Николаевна, наша домработница.

Её голос звучит обманчиво сердито, но глаза улыбаются. Моя помощница по дому души не чает в наших детях и прощает им любые безобразия.

– Простите за этот беспорядок, Татьяна Николаевна, – я виновато улыбаюсь, кивая на рассыпанную по ковру землю. – Не уследила за Леночкой.

Мне неловко, что я добавила человеку работы.

– Ну что вы, Ольга Ивановна, – домработница улыбается очень по-доброму. – Это пустяки.

Обожаю эту женщину. Без неё мне точно было бы не справиться с большим домом. Дети занимают буквально всё моё время.

Несколько раз в неделю приходит няня, чтобы я могла хоть на пару часов оторваться от присмотра за своими двойняшками. В это время я обычно успеваю приготовить ужин, сделать что-нибудь по дому или съездить к врачу, если есть необходимость.

А на выходных иногда приезжает Майя Владимировна, моя свекровь. Ей я тоже могу ненадолго доверить Лену и Лёню.

– Ой, Ольга Ивановна, ваше платье! – Татьяна Николаевна в ужасе округляет глаза. – Как же жаль, оно такое красивое…

Опускаю глаза и вижу, что Лена успела схватить меня испачканной в земле ладошкой.

На моём любимом светло-розовом шёлковом платье появилось яркое чёрное пятно. Эх, а ведь я впервые надела его после родов. Только-только успела похудеть до прежнего размера. Да и повода, честно говоря, не было.

Сегодня мы с мужем должны поехать на день рождения его друга, и я уже собралась. Красиво уложила волосы, нанесла макияж и даже влезла в туфли на каблуке.

Как же я от этого отвыкла…

На самом деле после рождения двойняшек я почти не выхожу из дома. Нет времени куда-то ходить, так что и наряжаться незачем. Муж слишком много работает и поздно приезжает домой, чтобы имело смысл наводить марафет для него.

Так что я чувствую себя немного затворницей, и сегодняшний выход в свет кажется мне чуть ли не балом для Золушки.

На самом деле я очень соскучилась по мужу и нашему общению только вдвоём. Артём – занятой человек. У владельца фабрики, занимающего пост директора, много забот, огромный штат сотрудников в подчинении и мало времени на семью. Я всё это понимаю и хочу, чтобы он чувствовал мою поддержку.

Я стараюсь не быть одной из тех жён, что вечно жалуются на то, что быт и дети – это слишком сложно, или на то, что им не хватает внимания мужа.

Потом, когда наши двойняшки немного подрастут, ведь всё обязательно наладится. Я верю в это. Мы с Артёмом любим друг друга.

Забираю детей с собой наверх, сажаю их в манеж и пытаюсь отыскать в шкафу другое подходящее платье.

– Оль, ты где? – слышится снизу окрик мужа.

Похоже, он уже пришёл домой.

– Мы наверху! – кричу я в ответ.

Лена и Лёня оживляются, узнав папин голос. На их лицах появляются очень похожие счастливые улыбки.

До нас доносятся торопливые шаги, поднимающегося по лестнице Артёма, а потом он появляется в дверях комнаты.

Улыбаюсь, скользя взглядом по крепкой фигуре мужа, спрятанной в дорогой деловой костюм.

Я немного смущаюсь. Ведь испачканное розовое платье я уже успела снять, так что стою сейчас перед мужем в белье и на каблуках. По коже бегут мурашки, а щёки обжигает жаром.

С замиранием сердца жду реакции Артёма – как хорошо было бы снова увидеть восхищение в его глазах.

2

Я соскучилась по тому, как он смотрел на меня до того, как я стала поправляться во время беременности. И очень много сил потратила на то, чтобы вернуться в форму.

Если задуматься, у нас давно не было близости. Я засыпаю, как убитая, стоит только голове коснуться подушки, а большую часть ночи так и вообще провожу в детской комнате на диванчике, потому что Лена и Лёня просыпаются на ночной перекус несколько раз и обязательно по очереди. Да и Артём слишком устаёт на работе, чтобы проявлять какую-то особую инициативу.

Муж хмурится.

– Ты что, ещё не готова? – недовольно спрашивает он. – Оля, я же просил тебя собраться до того, как приеду, чтобы не опоздать!

– Извини, я сейчас…

Отворачиваюсь, стараясь скрыть разочарование. Убеждаю себя, что меня вовсе не уязвила его реакция. Мы же правда можем опоздать.

Достаю из шкафа первое более-менее подходящее платье и быстро одеваюсь. Вроде тоже неплохо. Талия на месте, и юбка не слишком перетягивает бёдра. Сойдёт.

– Привет, мои сладкие! – Артём берёт на руки сразу двоих малышей и целует их в румяные, пухлые щёчки. – Поехали к бабушке!

Муж с детьми на руках спускается вниз, и я неловко семеню следом, стараясь не отстать. Совсем отвыкла от каблуков. Как бы не навернуться…

Артём усаживает детей в их автокресла на заднее сидение своего автомобиля и открывает для меня переднюю пассажирскую дверь. Похоже, он решил сегодня обойтись без водителя.

– Разве это не то платье, в котором ты была на юбилее мэра пару лет назад? – спрашивает муж, рассматривая затейливую вышивку на воротнике моего наряда.

– Да, это оно, – я несмело улыбаюсь.

– Оль, ну ты же знаешь, какие там снобы, – недовольно ворчит Артём, садясь за руль. – Будут говорить, что дела на фабрике идут плохо, раз моя жена ходит в позапрошлогодних обносках.

– Это не обноски, – возражаю я, опустив голову, – это очень дорогое дизайнерское платье, и у меня не было времени на шопинг.

На самом деле, даже если бы у меня была возможность пройтись по магазинам, мне хотелось надеть именно старое платье, которое я носила до беременности. Доказать самой себе, что я вернула почти прежнюю фигуру.

Из лежащего на торпеде телефона мужа раздаётся трель входящего звонка. Артём уже выехал на дорогу, так что его руки заняты рулём. Тянусь к смартфону, чтобы перевернуть его экраном вверх, и сообщить мужу, кто звонит.

Стоит только коснуться пальцами гаджета, как муж быстро хватает свой телефон и прячет его в карман пиджака.

– Ты чего? – удивляюсь я.

Какой-то он нервный сегодня. Странно себя ведёт.

– Ничего, – бурчит Артём, хмуро глядя на дорогу.

Телефон в его кармане продолжает истошно пиликать.

– Давай я выключу или хотя бы посмотрю, кто там такой настойчивый. Вдруг что-то важное с работы.

Не знаю, что мной движет, – какая-то звериная интуиция. Я хочу взглянуть на экран его телефона и узнать от кого звонок.

Не дожидаясь разрешения, быстро засовываю руку в карман пиджака Артёма.

3

Артём резко дёргает руль в сторону, и мы чуть не оказываемся на встречке. Слышу, как нам сигналят другие водители.

– Оля, какого чёрта ты творишь⁈ – повышая голос, рычит муж.

Он выравнивает руль, возвращая машину в полосу.

Адреналин прокатывается волной по всему телу, заканчиваясь дрожью в кончиках пальцев. Мы же находимся в машине с детьми!

Откидываюсь на спинку своего сидения, но просто так оставить эту тему не могу. Что-то внутри мешает.

– Кто тебе звонит? – спрашиваю я.

– Уже никто! – рявкает Артём.

В самом деле. Телефон в его кармане больше не надрывается.

– Ты ведёшь себя со мной сегодня, как… – не знаю, как закончить свою мысль.

Муж ведёт себя откровенно грубо, что, вообще-то, ему не свойственно. Мне не хочется кидаться обидными словами, но и делать вид, что меня не задевает его отношение, я больше не могу.

– Ну, извини! – Артём смотрит на дорогу. А мне сбоку видны только напряжённые желваки на его скулах и руки, сжатые на руле сильнее, чем нужно. – Считаешь, что я не имею права на раздражение? Я ведь тоже не железный, знаешь ли… Не собралась вовремя, хоть я просил тебя… я часто тебя о чём-то прошу?.. Лезешь в карманы, когда мы едем по оживлённой дороге. Убить нас решила?

Настроение падает ниже плинтуса. Я-то надеялась, что проведу приятный вечер с мужем и без детей. Почувствую себя хоть ненадолго отдельной личностью, а не приложением к таким любимым, но всё-таки ужасно утомительным карапузам.

Но, кажется, всё, что можно ждать от предстоящих нескольких часов, – это ссоры и разборки. Может, попросить Артёма отвезти меня с детьми обратно домой?

Я так ничего и не говорю. Не отвечаю на его обвинения и не требую развернуть машину. Наверно, всё-таки в глубине души надеюсь, что мы найдём сегодня общий язык. Я так ждала этого выхода. Первого после рождения детей.

Возможно, я немного мама-наседка. Мне сложно оставлять детей с кем-то. Они ведь ещё такие маленькие. Вот когда научатся говорить, тогда, наверно, можно будет доверять их няне на полдня. Иногда. Время от времени. Я подумаю об этом.

Артём паркуется возле дома матери, выходит из машины и вытаскивает из кресла Леночку. Я беру на руки Лёню, и в это время на крыльцо как раз выходит Майя Владимировна, мама Артёма.

– А вот и мои сладенькие внуки приехали! – радостно восклицает она, сбегая по ступенькам вниз. Расцеловывает сначала Лену на руках у Артёма, а потом переключается на Лёню, которого держу я. – Ну что, пирожочки мои, повеселимся без ваших родителей пару часиков?

Лена с энтузиазмом тянет к бабушке ручки, а Лёня прячет личико у меня на груди.

– Ох уж эти мальчишки, не оторвать их от маминой юбки! – Майя Владимировна слегка щекочет внука за пухлый бочок. – Тимофей с Артёмом тоже от меня не отлипали, когда были маленькие. Я думала чокнусь с ними, двадцать четыре часа в сутки обе руки были заняты…

Да, у моего мужа тоже есть брат, родившийся с ним в один день, так что свекровь меня действительно понимает.

Она забирает у меня Лёню, после чего тот принимается беспокойно хныкать и тянуть руки обратно.

– Не волнуйся, Олечка, я справлюсь, у меня тут и помощники есть, – успокаивает меня свекровь. – Всё будет хорошо, а тебе нужно развеяться, поверь мне.

Смотрю с тревогой на капризничающего сына. Как они тут будут без меня? Первый раз собираюсь оставить своих малышей на целых четыре часа.

– Тёмочка, тебе очень повезло с женой, – свекровь треплет моего мужа по волосам. – Лично я готова была сбежать от вас в магазин или институт при первой же возможности.

– Да, мам, я знаю, – отвечает муж.

Он помогает отнести нашу дочку в дом своей матери, и мы снова садимся в машину.

Друг Артёма, он же владелец местной транспортной компании, празднует день рождения в самом дорогом ресторане нашего небольшого городка. Мы успеваем приехать вовремя, и я надеюсь, что этот факт улучшит настроение мужа.

– Олечка, наконец-то вы снова стали выбираться из дома! – когда мы заходим в банкетный зал, отец именинника приобнимает меня за плечи и целует в щеку. – Артём, тебе повезло с женой, она остаётся красавицей, годы и материнство её не портят.

– Да, я знаю, – отстраненно отвечает муж.

Телефон в кармане Артёма снова трезвонит, он достаёт его так, чтобы никто, кроме него, не увидел экран, и хмуро всматривается.

– Извините, мне нужно отойти, – бросает он и выходит из зала, оставляя меня одну.

Ко мне тут же подходит виновник торжества и, как его отец минуту назад, заключает в дружеские объятия.

– С днём рождения! – я улыбаюсь Петру несколько растерянно.

– Спасибо, Оль, а что это с Тёмычем? – именинник провожает взглядом моего мужа. – Пронёсся мимо меня, как дождевая туча. Ни здрасьте, ни с днем рождения…

Пожимаю плечами.

– Не знаю, может, на работе что-то… он мне не сказал…

– Ну и чёрт с ним, с твоим трудоголиком, – Петя машет рукой в сторону Артёма, – рад, что ты пришла, сто лет не виделись.

Артём не возвращается в зал целых двадцать минут, и я начинаю подозревать, что на фабрике действительно что-то случилось.

Это заставляет меня волноваться. Нашей семье принадлежит завод, где производят детское питание. Смеси, баночки с пюре для прикорма и специальные каши. Наше предприятие можно даже назвать градообразующим. Фабрика «Мишутка» обеспечивает рабочими местами добрую треть населения города.

Я знаю, что Артём – ответственный руководитель. Он дотошно следит за качеством каждой баночки и крышечки. Если на фабрике проблемы, он будет решать их в любое время суток.

Пётр успевает получить свои поздравления от присутствующих, а муж всё не возвращается.

– Олечка, позвольте пригласить вас на танец, – отец именинника протягивает мне руку.

– Конечно, Денис Дмитриевич, – я вкладываю свою ладонь в руку мужчины и поднимаюсь из-за стола.

А что ещё остаётся делать? Не сидеть же весь вечер в ожидании, пока Артём вернётся.

Звучит медленная музыка, и Денис Дмитриевич уверенно ведёт меня к свободному пространству в стороне от столов.

Рука мужчины ложится мне на талию, и мы начинаем неспешно кружиться среди других танцующих пар.

Это, конечно, не то, на что я рассчитывала. В моих мечтах о сегодняшнем вечере на месте Дениса Дмитриевича был Артём. С мужем я хотела потанцевать в красивом платье под приятную музыку.

Но что есть, то есть. Денис Дмитриевич, в общем-то, хорошо двигается, и танец с ним не кажется испытанием.

Ровно до того момента, пока меня не начинают прижимать слишком тесно.

В первые секунды я думаю о том, что мне это кажется. Но когда мужская ладонь соскальзывает с талии ниже, я отскакиваю от мужчины и награждаю его возмущённым взглядом.

– Простите, Оленька, я думал, что вы будете не против, – оправдывается Денис Дмитриевич с виноватой улыбкой.

– И почему это вы так подумали? – я поднимаю вверх одну бровь и складываю руки на груди в замок.

– Ну… – мнётся мужчина, – мне показалось, что у вас с Артёмом открытый брак, раз он… общается с другими женщинами…

– О чём вы? – тупо переспрашиваю я.

Вообще-то, я прекрасно поняла, что Денис Дмитриевич пытается сказать, но ума не приложу, как это относится ко мне и Артёму.

– Не можете же вы не знать… – бормочет отец именинника, – м-да… все же в курсе… город-то у нас небольшой, все всех знают…

– Я ничего не знаю, – сдержанно отвечаю я.

– Лучше я пойду, простите, – мужчина выглядит разочарованным.

Я хочу остановить его и заставить выложить то, о чём он умалчивает, но как раз в это время в банкетный зал всё-таки возвращается мой муж.

Он выглядит всё таким же хмурым и раздражённым. Идёт прямо ко мне стремительной походкой.

Смотрю прямо в глаза человека, который обещал быть мне хорошим мужем. Сейчас спрошу у него, о чём это таком знают все, кроме меня.

4

Муж подходит ко мне и как ни в чём не бывало берет за руку. Тянет за собой к столам.

А я упираюсь, пытаясь остаться на месте.

– Ты чего? – Артём останавливается и оборачивается на меня. – Я голоден, давай сядем за стол и поедим.

– Тебе для этого нужна моя компания? – в мой голос просачивается обида.

– Да, некоторые вещи приятнее делать вместе, – Артём снова тянет меня за руку.

Иду за мужем, а в душе бушует вихрь сомнений.

Зачем Денис Дмитриевич наговорил мне всю ту ерунду? Ведь бред же. Не может этого быть!

Сажусь за стол рядом с Артёмом и придирчиво смотрю на такого, казалось бы, вдоль и поперёк знакомого человека.

– Оля, что случилось? – недовольно спрашивает муж. – Мне кусок в горло не лезет от твоего взгляда.

– Ты мне скажи, что случилось.

Я до сих пор не могу решиться и спросить прямо.

– У тебя плохое настроение? А может, ПМС? – Артём закатывает глаза.

Не свожу пристального взгляда с жующего мужа.

– Может… – ровно произношу я. – А может, услышала кое-что…

Артём с откровенным раздражением откладывает вилку и поднимает на меня тяжёлый взгляд.

– Ну и что такого ты услышала? – спрашивает он.

Наверно, думает, что я сейчас начну пересказывать ему какую-нибудь ерунду, которую обычно неинтересно слушать мужчинам.

Набираю в грудь побольше воздуха и всё-таки решаюсь:

– Говорят, что ты встречаешься с другими женщинами.

Ну вот, я произнесла это и не умерла на месте.

Артём давится, хотя вроде успел проглотить всё, что жевал до этого. Откашливается и отпивает немного из стоящего рядом бокала.

– Оль, ну не будь дурой, прошу тебя, – взгляд Артёма становится снисходительным. – Такие слухи распускают про каждого хоть сколько-нибудь зарабатывающего мужчину. Это от зависти. Просто чешут языками, чтобы почувствовать себя лучше нас.

– Значит, ты не изменяешь мне? – не успокаиваюсь я.

У мужа нервно дёргается глаз.

– Нет, конечно, – говорит он. – И меня обижает твоё недоверие.

Задумчиво беру бокал и тоже делаю глоток. От терпкого напитка першит в горле.

Я чувствую себя глупо. Действительно, поверила постороннему человеку без всяких доказательств. Он мог выдумать всё до последнего слова ради того, чтобы залезть ко мне под юбку.

У некоторых мужчин совершенно нет совести.

Не думаю, что Артём такой. Он не стал бы обманывать меня. Ради чего? Если разлюбил, то можно ведь развестись, а не крутить романы за спиной у супруги.

При мысли о том, что мы с Артёмом можем расстаться, болезненно сжимается сердце.

– Ты всё ещё любишь меня? – спрашиваю я.

Артём, успевший снова взять вилку и отправить в рот кусок мяса с тарелки, давится едой.

– Боже, Оля, что за вопросы? – говорит он откашлявшись. – Нашла место для разборок…

Артём ослабляет галстук на шее, будто тот душит его, а потом снимает пиджак и вешает его на спинку стула.

– Жарко тут что-то… – бормочет он.

Подмечаю с удивлением, что муж так и не ответил на мой вопрос.

Впрочем, Пётр, подошедший к столику, отвлекает его от нашего разговора.

– Тёмыч, ну ты где пропадаешь полвечера? – друг хлопает Артёма по плечу.

– Извини, срочный телефонный разговор, – муж разводит руками. – С днём рождения, дружище!

– Оля, можно я утащу твоего благоверного ещё на парочку скучных слов о работе? – Петя улыбается мне.

– Конечно, – я тоже натягиваю на лицо улыбку.

Артём с другом отходят в сторону, а я натыкаюсь взглядом на пиджак мужа, висящий на спинке стула.

Оставил ли он телефон в кармане? Будет очень неправильно, если я проверю сейчас последние входящие вызовы?

Нет, конечно, я не стану так делать. К чему эта паранойя? Артём сказал, что не изменяет мне, значит, так оно и есть.

Старательно отвожу глаза в другую сторону. Я не паду так низко. Нет.

Сквозь музыку, звучащую в банкетном зале, слышу трель звонка Тёминого телефона.

Ладно, сдаюсь.

Лезу в карман пиджака мужа и достаю оттуда его сотовый. На экране высвечивается ряд цифр. Тот, кто сейчас звонит, не записан в контакты.

Оглядываюсь на мужа, стоящего ко мне спиной, и жму на кнопку «принять вызов».

– Алло, – начинаю я разговор.

– Алло, кто это? – слышится на том конце незнакомый женский голос.

Сердце сжимается от нехорошей догадки.

– Это жена Артёма Павловича, – холодно говорю я, – а вы кто?

5

– Жена! – кричит в трубку незнакомая женщина.

Она делает это таким тоном, будто я заявила ей, что являюсь Наполеоном.

– Передай Долину, что ему не удастся от нас отделаться! – угрожает мне собеседница. – Придётся платить алименты!

– От кого это, от нас? – уточняю я.

Предчувствую всем сердцем, что ответ мне не понравится.

– От баб, с которыми он от тебя гулял, и которым заделал детей! – гордо сообщает мне женщина.

Вот ведь именно к этому весь разговор и шёл, а всё равно чувство такое, будто мешком по голове ударили. Руки трясутся, и зубы, кажется, тоже.

– И сколько вас таких… баб? – натянуто спрашиваю я.

– Две, – отвечает, видимо, одна и любовниц моего мужа. – То есть три…

– Так две или три?

– Три, просто одна ещё не осознала, что нам пора объединиться и отстоять права наших детей…

– Детей? – в ужасе переспрашиваю я.

– Ну да, детей, ты что глухая? – раздражённо рявкает на меня трубка телефона.

– И сколько же детей у вас от моего мужа? – с истеричными нотками в голосе спрашиваю я.

Не верю, что этот разговор происходит на самом деле.

– У меня двое, у Сашки двое, и Ксюха Сидорова ещё двойню ждёт…

Телефон выхватывают у меня прямо из рук.

Медленно поворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на взбешённого Артёма. У него лицо покраснело почти до бордового оттенка. На виске венка вздулась.

Смотрит на меня волком.

– Не звони сюда больше, идиотка, оставь меня в покое! – рычит муж в трубку и сбрасывает звонок.

– Восемь человек… – шокировано произношу я, прибавив в уме к перечисленным отпрыскам Долина ещё Лену и Лёню.

– Чего? – растерянно спрашивает муж.

– И представить не могла, что ты такой многодетный, – поясняю я.

В голове звенящий туман. Разворачиваюсь на ватных ногах, иду к нашему столику и опрокидываю в себя бокал.

Рука дрожит, так что темно-красная жидкость проливается на светлую ткань моего наряда.

Ну вот, второе платье за сегодня испортила…

Артём подхватывает меня под локоть.

– Так, наверно, нам лучше сейчас уйти отсюда, – говорит он. – Поехали домой, поговорим.

Я никак не могу собраться с мыслями. В голове крутится хоровод из шокирующих открытий. Восемь детей…

Позволяю Артёму вывести меня из банкетного зала и усадит в машину. Мы даже не утруждаем себя тем, чтобы попрощаться с именинником.

Восемь…

Тупо смотрю перед собой.

Я с двумя – то не знаю, как справиться, а он стругает их направо и налево…

И сколько же счастливиц он успел оприходовать? Если три залетели, то мимо пролетели, вероятно, тридцать три…

– Оль, ты только в обморок не падай! – муж обеспокоенно поглядывает на меня, отвлекаясь от дороги.

Мы уже едем в сторону дома.

Тупо таращусь перед собой, но даже дороги не вижу. Всё расплывается перед глазами.

– Не буду падать, – обещаю я отстранённо, – рядом с тобой, похоже, и моргать нельзя, а то ты за это время ещё кому-нибудь ребёнка успеешь сделать…

Артём достаёт свой телефон.

– Привет, мам, вы как там? – говорит он в трубку. – Нормально? Тогда мы с Олей ещё на пару часов задержимся, хорошо?

Муж везёт меня к нам домой. Проезжает мимо охраны у ворот и останавливает машину прямо у крыльца, не заезжая в гараж. Водитель тут же подбегает к нам и забирает у мужа ключи.

Поднимаюсь по ступенькам крыльца и захожу внутрь. Дом встречает тишиной. Татьяна Николаевна живёт не очень далеко и после работы уезжает к себе.

– Оль, ну куда ты бежишь? – слышу я за спиной окрик мужа. – Постой, давай поговорим!

А я взбегаю по лестнице наверх с такой скоростью, будто на мне и нет неудобных каблуков.

Мне срочно нужно кое-что сделать.

Забегаю в ванну, примыкающую к нашей спальне. Там в шкафчике спрятан пятновыводитель.

Очень хочу вывести с платья пятно. Спасти хоть что-то, когда вокруг рушится весь привычный мир.

Открываю воду и старательно мочу пятно на груди водой прямо на себе, не снимая платья. Затем лью сверху пятновыводитель из розовой бутылочки.

Воняет страшно.

Пальцы дрожат, и ничего путного всё равно не выходит. Наверно поэтому на глаза наворачиваются слёзы.

Шесть детей на стороне…

Это пока я тут спала по четыре часа в сутки, чтобы не напрягать мужа заботами о детях, он бегал по всему городу, оплодотворяя всё, что движется?

Съездила, развеялась. Провела, называется, время с любимым… Что теперь делать-то? Всхлипы превращаются почему-то в нервную икоту.

Смываю пятновыводитель на платье водой из-под крана, а потом умываю лицо. Наверно, косметика размазалась, но думать о таких мелочах мне сейчас кажется странным.

Закрываю кран, трясу руками над раковиной и на негнущихся ногах выхожу из ванны в спальню.

И открываю рот от удивления.

За то время, что я боролась с пятном, Артём успел притащить с кухни бутылку игристого с двумя бокалами. Снять с полки давно забытые свечи, зажечь их и расставить по поверхностям нашей спальни.

Последний раз мы зажигали эти свечи на вторую годовщину нашей свадьбы. Это было давно, до рождения двойняшек…

Артём, стоящий рядом с кроватью, улыбается мне так, будто ничего не произошло.

– Да не верь ты этой ерунде, – заявляет он. – Я люблю только тебя, родная моя, снимай одежду, и я продемонстрирую тебе это.

Что-то щёлкает в моей голове.

– Сейчас, – тихо говорю я, поджимая ногу, чтобы снять туфлю, – сейчас я тебе продемонстрирую свою любовь!

Сжимаю в руке лодочку на восьмисантиметровом каблуке, распрямляю спину и как следует замахиваюсь.

Сейчас я убью этого гада, воскрешу, заставлю сожрать эти свечки, а потом снова убью!