Текст книги "Полосатая жизнь (СИ)"

Автор книги: Зинаида Порохова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

  Отличный лектор, ничего не скажешь! Волшебник под стать своему чудесному ретранслятору! Уйти отсюда, что ли? куда уж дальше-то? Но Диме, всё же, захотелось узнать, что же скажет этот странный лектор Бертик? И имя у него – ему под стать.

  Дима решил, что попал он куда надо – шоу началось неожиданно. И, согласно праву, приобретённому за реализованные на мусорке одиннадцать тысяч, он ожидал не менее оригинального продолжения.

  Он неожиданно прыснул от смеха, не сдержавшись. Мужичок – предполагаемый лектор – вытянув шею, нашёл его взглядом и, помахав рукой, сказал:

  – Я рад, что ты весел и не упустил свой шанс!

  Глава 11

  – Надеюсь, что этот шанс, всё же, будет! – тихо хмыкнул Дима, но Бертик его услышал.

  – Надо верить, а не надеться, молодой человек! Хотя бы в то, что каждый из вас с помощью смеха может творить чудеса, – сказал он. – Если человек способен рассмеяться над собой и своими неудачами – то полдела уже сделано, – заверил он на полном серьёзе. И вдруг спохватился, расшаркавшись перед аудиторией:

  – Кстати, уважаемые слушатели курса волшебства, я вам не представился – Бертик, отставной профессор математики, по совместительству волшебник. И вы, наверное, полагаете, что именно волшебству я собираюсь вас сегодня учить? Можно назвать это и так. Но прошу не путать с колдовством! – поучающе поднял он палец. – Поскольку колдовство всегда направляется на других. А моё волшебство действует только лично на того, кто использует мои приёмы. Так сказать – оно имеет узколокальные масштабы.

  «Бла-бла-бла! – подумал Дима. – Сейчас, наверное, перейдёт к тому, как материализовать купюры через мусорку-ретранслятор. А, впрочем, людям это, наверное, понравится».

  – Итак, приступим к самому курсу волшебства, – бодро проговорил тем временем Бертик, отставив ногу в калоше и с пузырём на колене. Аудитория внимательно его слушала. Очевидно, тоже уже знала о визуализированных из ничего купюрах.

  – Для начала послушайте одну притчу. Хотя, возможно, некоторые из вас её уже слышали, – осмотрелся Бертик, очевидно, заметив в рядах знакомые лица. – Но, как говорится – повторенье мать ученья.

  Так вот, – продолжил он. – В некотором царстве-государстве правитель, видя, что его подданные живут не бедно, решил повысить налоги и пополнить свою казну. Издал указ, повысил. И отправил за данью своих сборщиков. А когда они вернулись, то он спросил у них – как его народ воспринял новые поборы? Те ответили – ругаются, мол, но мзду выплатили сполна. Спустя какое-то время правитель, видя, что его подданные всё ещё процветают, снова повысил налоги и вновь отправил сборщиков собирать их. «Как вёл себя народ на этот раз?» – спросил он, когда те вернулись. «Плачут и ругаются, но снова всё заплатили», – ответили сборщики. И в третий раз, надеясь опять пополнить свою казну, поднял правитель налоги. И отправил сборщиков за мздой. «Как вёл себя народ?» – спросил он их по возвращении. «Пляшут и смеются. Но сказали нам, что платить им больше нечем, и прогнали нас», – зло ответили сборщики. «О, значит, требовать бесполезно, – опечалился правитель. – Отменить указ и не повышать больше налог!» – приказал правитель.

  Почему, как вы думаете? И какой напрашивается вывод из этой притчи? – спросил Бертик свою аудиторию. – А как вы бы поступили? Стали бы плакать, но заплатили правителю? Или же – смеясь, прогнали мздоимцев?

  – А кто наш правитель? И кто наши сборщики? – спросил Дима.

  – Правитель – эта ваша реальность. А сборщик это ты сам, – развёл руками Бертик.

  – Как? Я и плательщик и сборщик? И народ тоже? То есть, плачу и смеюсь – также я? – удивился Дима. – Но так не бывает!

  – Ещё как бывает! – возразил Бертик. – Вся твоя жизнь – это театр одного актёра. И сменить эту пьесу можешь только ты сам. Единственная проблема в том, что ты – не правитель. И поборы назначаешь не ты. Однако, рассмеявшись, ты их можешь отменить. А если ты ещё и волшебник, как я, то сможешь даже заменить своего правителя на более лояльного. Но это уже следующий этап волшебства, который, если вы будете хорошими учениками, вполне вам по силам.

  – Но ведь ты говорил, что твоё волшебство – локальное, – возразил кто-то. – И действует только в твоих личных интересах.

  – Правильно. Но, как я также говорил – жизнь каждого, это театр одного актёра. И правитель тоже лично его собственный. Поэтому тебе и решать – терпеть его или выбрать другого. Платить или смеяться.

  – Ещё одна красивая сказка? – иронично спросил из зала мужчина средних лет.

  – Это не сказка, уважаемый! Это стопроцентная быль. И именно наши реалии! Скоро вы сами в этом убедитесь, – сказал Бертик.

  – Обещаете? – ехидно спросил мужчина. И задумчиво пробормотал: Ну, про поборы понятно. Это аллегория. Типа, это все наши беды и несчастья, которые сыплются на наши головы – чтобы жизнь мёдом не казалась. А как же получается, что мы сами же их и собираем?

  – А кто же? – прищурился Бертик и, наклонившись, бережно снял невидимую нитку со своих пузырчатых треников. – Часто бывает так: жили себе, не тужили, пили чай с плюшками. И вдруг, бац, облом – затягивай поясок, суши сухари, иди по миру, или склеивай ласты. И некоторым приходится. Если только вовремя не рассмеёмся, конечно! Тут уж, как говорится, правитель останется с носом.

  – Сухари, по миру, ласты! И всего лишь смех против этого? – не поверил скептик. – Это же абсурдно! Не находите?

  – Дело в том, что мы к этому и стремимся – к театру абсурда! – кивнул Бертик. – Именно к абсурду, а не к той расписанной указами и правилами пьесе, которую тебе навязывает твой правитель-реальность! И не мы с вами первые такие умные! В старину – когда люди ещё не умели подводить научную базу под умение изменить жизнь – они действовали по старинке. То есть, использовали интуицию. И в безвыходной, казалось бы, ситуации от души смеялись. Чем грознее царь, тем громче смеялись скоморохи и пелись частушки. Смотришь, беда и миновала. И эта мудрая притча – один из примеров такого абсурда.

  – И какая же научная база под смехом имеется сегодня? – скептически спросил кто-то из зала.

  – Называется просто – квантовая физика, – улыбнувшись, заявил Бертик.

  – Во, как! – удивился его оппонент из зала. – Но причём тут физика? Тем более – квантовая? Она же о каких-то мелких электронах и квантах толкует, если не ошибаюсь. А мы с какого бока? Поясните!

  – Легко! – заявил Бертик, притопнув калошей. – Ведь у меня отличные помощники – Нобелевские лауреаты в области квантовой физики, гениально доказавшие множественность миров. Такие как Гейзенберг, Планк, Бор, Арош, Уайнленд. И многие другие не менее известные учёные.

  – Тоже любили смеяться? – спросил кто-то.

  – Думаю – да! – кивнул Бертик. – Ведь сначала им надо было посмеяться над ошибочными заключениями, которые изобрели до них. В частности – Альберта Эйнштейна. Вся квантовая физика возникла вопреки физическим канонам, внедрившись также в область философии и мистики. Она и дала ключ к новой реальности. Вернее – к их множеству.

  – И ты слушаешь всё это аж в третий раз? – шёпотом спросил Дима у Татьяны.

  – Ага, – кивнула та.

  Дима покачал головой. Она, честно говоря, не производила впечатление человека, продвинутого в физике и знакомого с трудами всех этих лауреатов. Сам Дима, кстати, не знал никого из перечисленных, кроме Эйнштейна, само собой. Да и Эйнштейна – лишь понаслышке, так и не одолев его теорию то ли невероятности, то ли, наоборот – вероятности. А теперь вот его ещё и опровергли. Так что полная непролазность всех этих выводов и доказательств от Нобелевских лауреатов у него даже не вызывала сомнений. Нобелевку для того, наверное, и дают, чтобы простые граждане понимали, что им невозможно влезть в эти дебри. За буёк не плыть, так сказать.

  – И тебе вся эта фигня понятна? – удивлённо протянул он.

  – Местами даже интересна, – смущённо призналась Таня. – Это же выжимки, для непосвящённых в науки. Но тебе все это можно вообще пропустить, – успокоила она его. – Главное – примеры волшебства и сама методика. Всё это будет потом. Вот там запоминай. Правда, мне пока не очень-то удаётся. Что-то упускаю.

  Дима, хмыкнув, уныло приготовился ждать этих волшебных примеров.

  В зале, чувствовалось, тоже возникло напряжение, а интерес к разъяснениям упал.

  Бертик, видно, почувствовав настроение людей, успокаивающе поднял ладони.

  – Без паники, уважаемые! – сказал он. – Я не собираюсь мучать вас выкладками из трудов лауреатов – хотя они того и заслуживают. Кто ими заинтересовался, может сам на досуге их... полистать.

  – Нет уж, Бертик! Избавь нас, ради всего святого, от математических вывертов! – хихикнул женский голос. – И так мозг вскипает.

  – И это пока только сказки и притчи, дорогая! – поддел её мужской голос. – То ли ещё будет! Ой-ёй-ёй!

  Чувствовалось что, несмотря на эти выверты, зал настроен к лектору довольно лояльно. И, тут, видно, не последнюю роль сыграли его растянутые треники. Но и калоши – или их имитация – тоже имели значение.

  – Что ж, я позволю себе лишь небольшой символический экскурс в квантовую физику. В прикладном виде. Так сказать – пунктирно. Не возражаете? – прищурившись, осмотрел он аудиторию.

  – Ну, если без этого никак... – разочарованно протянул юный девичий голос.

   – Для туповатых учеников – даёшь сокращённый курс! – дурашливо выкрикнул юношеский баритон.

  – Давай, Бертик! Если что – мы посмеёмся и как-нибудь выживем! – снова отозвалась пожилая дама.

  – Вот это правильный подход, – одобрительно кивнул Бертик. – Можно было бы обойтись и без физики, но вам тогда труднее будет понять дальнейшее волшебство.

  «Куда я попал? – вздохнул Дима. – Что же такое может быть труднее квантовой физики? Про коллайдер расскажет? Может, потом к нему и пойдём? Вместо мусорки. Он, конечно, тот ещё ретранслятор реальностей. Уже не рубли, а евро и доллары визуализирует. В квазары и бозоны. От которых нам пользы – ноль. Хотя, если учесть, что квантовая физика помогает в волшебстве, то квазары и коллайдер...»

  Глава 12

  – Итак, продолжим, – продолжил Бертик.

  – Нобелевские лауреаты утверждают, что элементарная частица или квант имеет волновую природу и размазан в пространстве в виде волны. А сторонний Наблюдатель, пытающийся вдруг зафиксировать местонахождение этой самой частицы, способен обнаружить лишь одно из её положений. Или находит эту частицу то тут, то там. Причём она одновременно бывает в разных местах. Всё зависит от того, куда направит своё внимание Наблюдатель. Это называется веером событий.

  Это понятно?

  – Более-менее, – вздохнул кто-то. – Раз лауреаты так считают, то куда уж нам возражать. Размазан, значит размазан. Решено!

  – Формулы, так и быть, мы опустим. Коли уж вы мне доверяете, – усмехнулся Бертик. – И те же лауреаты утверждают, что вся вселенная состоит из таких частиц, являясь единой волновой функцией. То есть – скоплением волн. Что из этого следует? – спросил он. – Есть тут хорошие ученики волшебника, решившие сегодня повторить пройденное?

  Неожиданно таковой оказалась Татьяна, Димина соседка по лавке.

  – Можно я? – поднялась она. И отрапортовала: Из этого следует что частицы, входящие в эту вселенную, и размазанные в виде волн и веера событий, создают невероятно огромное число квантовых миров.

  «Её успехи не удивительны. Всё же, в третий раз посещает это квантовое шоу, – подумал Дима. – А, как говорит Бертик – повторенье мать ученья».

  – Следовательно, можно утверждать, что каждый из нас живёт не в единственном из миров? Не так ли?

  – Нет, не так! Учитывая наш опыт, мы, похоже, обитаем только в единственном и неповторимом мире, – иронично отозвался мужчина в бейсболке.

  – В данном случае он неповторимый, но не единственный, – заметил Бертик.

  – Где доказательства? Если и мы размазаны по множеству квантовых миров, то где же остальные? То есть – где остальной я? – вопросил тот. – Почему я об этом ничего не знаю?

  – Потому что вы ощущаете себя лишь там, где фиксируется ваше внимание, – прищурился Бертик. – Как и Наблюдатель, пытающийся экспериментально обнаружить положение частицы. Наше сознание, то есть Наблюдатель, зацепившийся за события этого мира, просто не способно замечать остальных миров, – сказал Бертик. – Хотя и там с частями нашей волны происходят разнообразные события, ускользающие от внимания сознания. И, скажу по секрету – возможно, они нас устроили бы больше, переключи мы вдруг своё внимание туда.

  – Так, значит, надо отцепиться отсюда! Где нас не устраивает. И поискать себе мир получше, – отозвался юношеский басок.

  – Согласен! – кивнул Бертик. – Но как же это сделать? Как вы считаете?

  – Надо научиться переключаться! – предположил кто-то. – Но как?

  – Вот именно! Наверняка этот веер миров имеет приличные гигабайты, – заметил мужчина в бейсболке. – Как нам прицепиться именно к нужной складке? Если сознание это наш курсор, то где его остановить? Требуется ввод в курс дела. Да и навык нужен.

  – Очень точно замечено! – снова кивнул Бертик. – Я и пытаюсь стать вашим инструктором.

  Аудитория только дружно поворачивала головы, слушая эту беседу. И, так же как Дима, безмолвно соглашаясь с доводами бесболиста.

  – А вы кто по профессии?– спросил Бертик этого мужчину.

  – Я программист.

  – Заметно! – сказал Бертик. – Привыкли работать с веером событий в сетях интернета? Где одно остановленное событие на экране монитора, никак не влияет на остальное, происходящее в сетях? То, что на экране и выхвачено нами, кажется единственным реально существующим объектом. Хотя одновременно этот ролик крутит множество людей. А герой, действия которого наблюдает каждый пользователь, в этот момент живёт где-то своей вполне реальной жизнью? И всё это одновременно.

  – Выходит – так.

  – Хотя эти миры лишь виртуальные. В отличие от квантовых, реальных. Забавно было бы повлиять на них через монитор. Надо попробовать... Впрочем, извините! – спохватился Бертик, взглянув на аудиторию. – Это отдельная тема – мировая паутина и всё такое. Вернёмся к нашей, частной.

  Итак, мы вцепились в нашу реальность, капитально окопались в ней и неустанно стремимся к счастью. Но вот незадача! Счастья нет, а жить в ней иногда становится просто невыносимо. Например: твоя жена пилит тебя за безденежье и, даже не шифруясь, ходит налево; тёща считает тебя ничтожеством и оскорбляет на каждом шагу; начальство не ценит и собирается уволить с работы. Ото всех этих неурядиц у тебя начинает сбоить сердце, язвит желудок, нервы сдают, а печень отваливается. Жизнь не удалась – так иногда думают некоторые! И – от болезней, а иной раз и добровольно, человек с ней расстаётся, перебираясь на кладбище. Где, как ему кажется, он, наконец, упокоится. Даже не предполагая, что в других мирах квантового веера вся эта пьеса – или немного другая – продолжает идти с его участием в разных вариациях. И иногда очень даже неплохих. Так не лучше ли просто перейти в ту реальность, где у тебя более удачный сценарий? Не закрывая занавес? Возможно ли такое чудо? И я ответственно говорю – это возможно! Осознайте это: рядом с тобой целый ворох квантовых миров. Выбирай любой! Надо только подобрать нужный ключик. Ведь в одном из них ты можешь быть вполне счастлив – с идеальной женой, милой тёщей и ценящим тебя начальством. Там и твои внутренние органы, при такой-то жизни, будут в идеальном состоянии. А о безвременном финале тебе даже не захочется думать. Причём – уверяю вас – попасть в эту новую пьесу довольно просто. Я вас научу. Как некоторые тут уже предположили: достаточно лишь отцепиться от этой реальности, оторвать своё внимание от неудачной драмы.

  Некоторые из вас даже знают, как это делается. И пытались пробиться в иные миры. Есть такие? – осмотрел аудиторию Бертик.

  Люди запереглядывались. Некоторые – явно делавшие попытки, но, видать, не любители публичных выступлений – опускали глаза. Для иных, принявших недовольный вид, похоже, повторенье не стало матерью в ученьи. Кто-то с интересом оборачивался на соседей – явные новички. Смелых пока не находилось.

  И тут снова подала голос Татьяна, Димина лавочная соседка.

  Эта пухленькая девица в очках явно таила в себе некие скрытые таланты. Жаль, что потенциальные женихи об этом не догадывались. Или, может, догадывались, но их не интересовали таланты будущих подружек. Ведь многих молодых людей влечёт, скорее, полная противоположность талантам.

  И Татьяна, смущаясь, сказала:

  – Чтобы человек, цепляющийся за эту вселенную, отцепился от неё, он должен переключить своё внимание на то, что не связанно с привычным ему миром условностей. Или даже сделать то, что противоречит принятым в нём правилам и стандартам, что ли. То есть – сместить свою точку сборки. Тогда и реальность сместится вслед за ней.

  – Именно так! – кивнул Бертик. – Для новичков я поясняю – фиксация Наблюдателя на данной реальности, то есть – жизнь по её привычным правилам и стандартам – называется точкой сборки. Сместив её, то есть – перенаправив своё сознание за принятые границы, человек может оказаться в другой реальности. И очень важно, чтобы при этом человек ощутил драйв, веселье, смех. Иначе его сознание может сместиться недостаточно или вернуться в привычные рамки. Или попасть в тот мир, который мало чем отличается от исходного, – развёл он руками. – Ведь, чтобы что-то получить, надо и что-то отдать. В данном случае – это выплеск энергии при драйве, смехе. А иногда некоторые, сместив точку сборки, даже умудряются рухнуть ещё ниже. Например, не будем далеко ходить – бытовое пьянство. Оно сильно смещает точку сборки. Выпил человек хорошенько – развеселился, изменил свои рамки и сместил сознание. И, вроде, даже забыл про свои неприятности. А наутро – бац – вдруг просыпается в отделении полиции или даже в канаве. Приходится ему оттуда выбираться. И хорошо если, хотя бы, в прежнюю реальность. А то и куда подальше можно залететь, где небо в клетку.

  – Прямо по поговорке: факир был пьян и фокус не удался!

  – Вот именно! И вот вам мой категорический наказ – не смещайте свою точку сборки под градусом! Градус всё портит!

  – Знакомое дело! – вздохнул кто-то на задних рядах.

  – Откажитесь от подобных увлечений! Смещать точку сборки надо не так! – посоветовал Бертик. – А то перемахнёте в такие миры, где нормальному человеку не место.

   – Да я про моего брата говорю, Бертик! Он, наверное, уже перемахнул туда, где только бесы да кикиморы с белками неадекватными водятся, – снова вздохнул мужичок. – Уже и сам на них похож. Чёрт чёртом. Может, я как-то смогу ему помочь, Бертик? Или хотя бы сюда его вытащить? Оттуда, где белки? Научи! – умоляюще проговорил он. – Я слышал про твоё волшебство, Бертик, всякие чудеса! Вдруг получится! А мне оно вот так нужно! – рубанул он рукой себе по горлу.

  – Увы! – покачал головой Бертик. – Научить то я вас научу, да только вы потом сможете изменить только свою личную реальность. Ведь вопрос идёт о вашем личном сознании. Но! – поднял он палец. – Вы имеете возможность попасть в такой мир, где ваш брат вообще не употребляет алкоголя. Хотя, к сожалению, где-то в квантовом веере он останется таким же пропойцей. Но вас это уже не будет так расстраивать. Хотя – если вы его научите нашему волшебству.

  – У него своё, – буркнул мужичок.

   Бертик только развёл руками.

  – Каждый – хозяин своей судьбы. Или, как иногда говорят – кузнец своему счастью.

  – Так научи нас, Бертик – как же стать кузнецами! Давай уже по практикам!

  – И как же сдвинуть эту самую точку сборки в нужную сторону? – нетерпеливо спросили из рядов. – И правда – пора уже переходить от слов к делу!

  – Надеюсь, кто-то уже знает – как? – обратился к залу Бертик. – И подскажет нам? – и снова осмотрел зал.

  Наверное, он, таким образом, не давал заскучать повторникам, которым уже изрядно надоел этот вводный квантовый курс в волшебство.

  – А что? И подскажу! Ведь это очень просто, – ответил кто-то из с задних рядов. – Запомните, ребята! Самое эффективное для того, чтобы сдвинуть точку сборки, это сделать что-то нелогичное. Или выйти за рамки привычных социальных норм поведения.

  – Желательно – не нарушая законов! – хихикнул другой голос. – То-есть – не сильно хулиганить в общественных метах.

  – А где они – эти другие реальности? – вдруг перебила их на самом интересном моменте некая недоверчивая дама. – Что это ещё за веер? Покажите его нам, наконец! – Может она задремала?

  – Где? Да везде! Может – в нашей голове, – улыбнулся в её сторону Бертик. – Что ж, возвращаемся к эффекту Наблюдателя. Итак – стоит ему остановить свой взгляд на одной точке веера, как другие его части для него исчезают. Так что продемонстрировать его я вам не могу. Сами увидите, если захотите.

  – А я вот недавно уже пытался сместить эту точку, в которой у меня была полная дыра! И нашёл себе другую работу, – заявил худощавый мужичок в центре зала. – Думаете, я попал в другую реальность? Ни фига подобного! Эта дыра оказалось ещё хуже!

  – Я тоже сместился, женившись второй раз, – поддержал его угрюмоватый парень в углу зала. – И, вроде, на нормальной такой подружке женился. А получил тот же самый флакон! Это что, проклятие?

  – Хоть вы и сменили своё место в этой реальности, но сама-то она осталась прежней, – ответил Бертик. – Изменить её изнутри очень трудно, а зачастую даже невозможно. Ведь эту реальность создают множество Наблюдателей, создавая запутанную реальность. И преобразить её иной раз не под силу даже пламенным революционерам и фанатичным террористам, подрывающим всё, что им кажется помехой для нужных перемен. Примеров, как вы знаете, в истории очень много. Так что, советую не заморачиваться и менять не место работы и не одну жену на другую, а смещать собственный взгляд на мир, меняться самому. И тогда – отряхнув прах со своих ног – вы перейдёте в другой квантовый мир.

  Помните, как это было в романе Мастер и Маргарита? Одна Маргарита, отравленная Азазелло, лежала мёртвая в подвальчике, а другая Маргарита, обнаруженная этим же Азазелло в другом месте, в это же самое время рассматривала в своей квартире засушенную розу и обгоревшую рукопись? Типичный веер событий из квантового множества миров. Разные реальности с разным сюжетом развития событий.

  – Я вот тоже окунулся в другую реальность – сделал одну смешную сценку – и мои дела пошли в гору. Даже с женой помирился. А потом меня опять засосало в ту же дыру! – пожаловался полноватый флегматичный мужчина. – А я ведь я хотел ещё машину поменять! Теперь вот езжу на старой! А моя жена снова к маме ушла! Уж не знаю, какие у неё там сушёные розы.

  – И у меня тот же коленкор! – заметил мужчина из первого ряда. – Вроде всё пошло на лад, но ненадолго.

  – Ага! Послушаешь лекцию Бертика – всё понятно. А вышел отсюда – снова дурак! И никаких тебе сушёных роз!

  Аудитория отозвалась смешками.

  – Но почему же эту реальность нельзя изменить изнутри? – снова подала голос запутавшаяся дама. – И причём тут смех? Почему вы начали лекцию с какой-то нелепой притчи о смеющихся людях?

  – Может быть, реальность и можно изменить изнутри, – вздохнул Бертик, – но дело это непростое и не быстрое. Под силу, может, одному Иисусу. Да и ему, как известно, это не удалось. Поэтому, уважаемая, всё же, проще переступить в другой мир, чем переделывать этот. И это легче удаётся сделать, смеясь. Надеюсь, скоро вы сами в этом убедитесь.

  – Ленин тоже пытался изменить мир, да так и не дождался! – выкрикнул какой-то хохмач. – Лежит, ждёт!

  – Давайте уже – к делу! – сварливо заметила дама. – А то одни обещания!

  – Давайте! – согласился Бертик. – Итак, заскучавших граждан прошу не расходиться! Скучное вступление в приобретение навыков преображения реальности закончилось.

  Переходим к практической части нашего сокращённого курса волшебства! К самой весёлой.

  Глава 13

  После Бертиковой лекции Дима вернулся домой вдохновлённый. И слегка недоверчивый. И первое, что он сделал – сразу приступил к волшебству.

  А чего время терять? Ему хотелось проверить все эти квантовые намёки. Одно дело – бумажки реализовать, а другое – попасть в другую реальность. Вдруг она будет лучше? Где, например, у него прекрасная работа по душе, где он, наконец, получит возможность переехать в собственный пентхауз на крыше шестнадцатиэтажки, где родители будут жить собственной прекрасной жизнью, не внедряясь в его жизнь. Хотя он и не был уверен в том, что у него сразу получится – ведь и у других, судя по отзывам, случались обломы.

  Ну, была, не была!

  И он поднялся на шестой этаж своего дома не на лифте, как всегда это делал, а по лестнице. Причём, переступал со ступеньки на ступеньку задом наперёд. Зачем? Бертик же говорил, что все нелогичные поступки, да ещё сделанные шиворот-навыворот, ставят наше подсознание в тупик. А иногда, когда эти действия делаешь, ощущая некий драйв, то и сдвигают точку сборки. Драйва Дима не ощутил, но дураком себя почувствовал, точно. Может, и такое сойдёт?

  Весь взбудораженный и малость подуставший – и от лестницы, и от Бертиковой слегка абсурдной лекции, Дима вошёл в квартиру. Заранее ожидая нотаций от мамы. Мол, опять ты со своими проектами допоздна задерживаешься! Нельзя так себя изводить – врачи советуют вечером отдыхать! Иначе силы, так необходимые организму, не восстановятся. И нагрузит этот организм таким количеством еды, что ему до самого утра будет не до отдыха. А отец, конечно же, добавит свои пять копеек в эти поучения. Суть которых такова: переходи в мэрию, там чёткий режим работы и неустанная забота о своих работниках. Особенно если учесть его отцовское участие.

  Но – чем чёрт... то есть Бертик не шутит – возможно, Дима уже сместил свою реальность? Поскольку мама – выглянув из зала, откуда доносились поучительные сентенции – наверное, из очередной серии «Гадалки» – рассеяно сказала:

  – А, Димочка? Пришёл? Я сегодня ничего не готовила, загляни в холодильник, перехвати чего-нибудь.

  Дима слегка опешил. А как же биточки, пюрэшки, салатики, бутербродики, десерты и прочее изобилие, что и на столе не помещается? Это на маму не похоже. Уже здорово!

  Отца он нашёл на кухне.

  Тот пил... пиво, заедая его солёными фисташками!

  – Привет, сынок! – помахал он ему орешком.

  – Пап, ты чего? – потрясённо спросил Дима.

  А про себя подумал: «Неужели получилось?»

  Это было удивительно! Ведь он знал, что отец не любит пиво, называя его народным пойлом. А его бар был уставлен только эксклюзивным алкоголем: заграничными винами, дорогими виски и многозвёздочными коньяками. Пива в этом доме не было никогда!

  – Да вот решил стресс снять, – хлебнув ещё глоток из бутылки, сказал Дмитрий Михайлович. – Достали меня уже все эти... мэрцы: тому помоги, этого протолкни, здесь подпиши. Правильно, сынок, что не хочешь туда идти. Гнилое место! Бумаготворчество! Я вот сегодня отказался в одном неблаговидном дельце участвовать, так мне пригрозили увольнением. Уволюсь!

  – Ну, ты даёшь! Не ожидал! – восхитился Дима, присаживаясь за стол. – А мама как к этому относится? – И показал глазами на бутылку.

  – А что – мама? Говорит – бросай свою мэрию, уходи на пенсию, – махнул рукой отец, отпивая ещё. – А што? Проживём как-нибудь. Ты уже вырос, сам зарабатываешь. А мы будем на даче копаться, овощи на зиму запасать. Может, и жить туда переберёмся – домина-то здоровый, места хватит. А ты, сынок, тут оставайся. И никакой пентхаус тебе не нужен. Пусть забирают!

  Дима от удивления сам не заметил, как взял со стола одну из бутылок «пойла» и, открыв, тоже с удовольствием хлебнул.

  Во, дела! Кажется, действует Бертиково волшебство?

  – Не может быть! – всё ещё сомневаясь, воскликнул он. – Ты это серьёзно, пап? – восхищённо спросил Дима, отпив ещё и лихорадочно поглощая фисташки. – Но это же здорово! Не дача, а что ты на пенсию собрался. Давно пора! Тебе ведь уже нема...

  – Я ещё молод и полон сил, сынок! – прервал его Дмитрий Михайлович, слегка раскрасневшись от алкоголя. – У меня молодой и глупый сын! И ещё неженатый! И внуков пока что нет!

  Дима вздохнул и поднялся – опять за своё! Кажется – ему показалось.

  Тут в кухню вошла мама, Софья Евгеньевна – видно, захватывающий сериал о порчах и сглазах закончился. Осмотревшись, она возмутилась:

  – Что тут такое происходит? Пиво на ночь вредно! И вообще – это ужасный напиток! И что это вы тут едите? Желудки портите! Хоть бы в холодильник заглянули! Панаев! – Так она звала мужа, чтобы не путать его с одноимённым сыном. – Прекрати садить себе почки! – И быстро собрала все бутылки со стола. – Сейчас я вам бутербродиков настрогаю, салатик приготовлю. И макарончиков сварю...

  Кажется, шести этажей, пройденных задом наперёд, было маловато. Похоже, прежняя реальность, настигнув, быстро втянула Дмитрия Михайловича и Софью Евгеньевну обратно. Нет, не так – вернула Диму в ту же пьесу. Ведь это он – ходя, как дурак, снизу вверх и задом наперёд – пытался сменить её. В этой новой реальности отец и мать были поначалу немного другие. Но, как говорил один из Бертиковых слушателей: «Потом меня опять засосало в эту дыру». Кажется и с Димой случилось то же самое...

  Утром отец бодро собирался на работу. Мать суетилась возле него на кухне, подливая ему кофе и подвигая тарелочки.

  – Димочка, доброе утро! Каша уже готова! – обернулась к нему Софья Евгеньевна, сообщая эту потрясающую новость. – Давай садись, пока кофе не остыл.

  – Привет, сынок! – помахал ему бутербродом отец.

  – Привет, пап! Ты сегодня идёшь увольняться? – с надеждой спросил он.

  – Чего? – чуть не поперхнулся Дмитрий Михайлович. – А, ты про вчерашнее? Выкинь это из головы, сынок! Не дождутся! У меня такие стычки по пять раз на неделе бывают! Рабочие моменты!

  – И что, ты остаёшься? – всё ещё не верил в своё поражение Дима. – А как же дача? Заготовки овощей?

  – Ну, всё, я побежал! – не слушая больше его, чмокнул Дмитрий Михайлович в щеку жену. – А ты, сынок, подумай! Место я тебе найду! А то вчера из своей шарашки чуть не под утро вернулся! – и торопливо вышел.

  «Вот и кончилось всё волшебство», – уныло посмотрел ему вслед Дима.

  Надо и ему... бежать, что ли.

  ***

  Вечером после работы – очередных рабских галер – Дима, не доезжая до дома, остановил машину возле юношеской библиотеки. И, припарковавшись напротив неё, вошёл в здание.

  В холле за стеклянным барьерчиком сидела крупная женщина гренадёрского вида, тут же направившая на него свирепый и подозрительный взгляд.

  – Вам чего?

  А как же усы, являющиеся непременным атрибутом местного библиотечного секьюрити? Усов у неё не было. Может, сбрила и переоделась – то есть переоделся – в женское платье?