Текст книги "Психо Перевертыши (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)
Больше всего на свете я хочу, чтобы оцепенение вернулось. Все становилось намного проще, когда я ничего не чувствовала.
А сейчас мир вокруг меня пылал.
Глава 13. Ашер
Синдикат
Той ночью…
День с прессой обернулся полной катастрофой, и теперь мы все снова оказались в нашей комнате. Было уже далеко за полночь, и остальные альфы спали крепким и безмятежным сном.
А я не мог заснуть.
Вместо этого, я сидел и смотрел на телефон, перечитывая сообщение:
Отец: Еще раз опозоришь нашу семью, будут последствия. Выполни свою миссию.
Прочитав сообщение, наверное, в сотый раз, я начал набирать ответ, но снова остановился. Что я вообще мог сказать?
Прости, что меня избил какой-то фейри, и хрупкая принцесса спасла мою задницу?
Ну что, добро пожаловать в мой личный кошмар… который, увы, не являлся сном.
Какой позор…
Для отца в жизни существовало всего три важных вещи:
Первое, синдикат.
Второе, гордость.
Третье, преданность.
Костяшки моих пальцев, украшенные татуировкой SPL, словно насмехались надо мной, пока я держал телефон. Отец заставил меня сделать эту татуировку, когда мне было восемь лет и я тогда разревелся, как маленькая сучка. За это он ударил меня по лицу и сказал, что я вовсе ее недостоин.
В девять лет он вытатуировал на моей спине сложный фамильный герб, огонь и розы. В десять добавил языки пламени, но уже на бедро. Теперь я уже потерял счет на своем теле количеству татуировок с розами и пламенем. В какой-то момент я сам начал их набивать. Часть меня стала зависима от боли, от самого процесса. По одной за каждого убитого мной человека.
В камине пылал огонь, и я смотрел на извивающиеся языки пламени, будто кто-то говорил со мной. Рога на голове зудели, когда тихий голос шептал сквозь пламя. Шепот звучал мягко, но сложно. Он говорил на языке, которого я не понимал.
Сколько себя помню, огонь всегда разговаривал со мной. Я никогда не встречал никого другого, кто мог бы слышать его шепот.
Телефон завибрировал, и я посмотрел на экран. Пришло сообщение от моего лучшего друга:
Картер: Мы все видели тебя по новостям. Он недоволен.
Когда твой отец возглавляет крупнейший оружейный синдикат в мире перевертышей, а ты его единственный наследник, трудно найти тех, кому можно доверять. Картер один из немногих. Я бы умер за него. Ему девятнадцать лет, и он еще не проходил проверку у священного озера.
Я ненавидел то, что являюсь альфой.
Это отдалило меня от него.
После моей проверки у священного озера, траектория моей жизни резко изменилась. Меня с рождения готовили к тому, что я возглавлю синдикат отца. Вместо этого я стал идеальным оружием для его интриг. Альфа, которого отец может контролировать и которому может доверять.
Я смотрю на огонь, и оранжевые языки пламени манят меня, и я задумался:
Действительно ли план отца такой безупречный, как он считает?
В последнее время меня терзают сомнения в его приказах и в своей преданности. Я хотел прославиться как военачальник. Хотел построить собственную жизнь.
Затем покачал головой и написал отцу:
Ашер: Понял, сэр. Это больше не повторится.
И нажал отправить.
Мне всего двадцать один год, и впереди целая вечность, чтобы прославиться. Альфы бессмертны. Мы можем умереть только если из нашего тела выкачают всю кровь.
Мой отец всего лишь нулевой перевертыш.
Я переживу его, а потом захвачу его империю. Когда этот день настанет, мне не придется сподчиняться его приказам. Я буду полностью контролировать все.
Огонь потрескивал и шипел в тишине комнаты. Часы над камином показывали три часа ночи, остальные альфы крепко спали. Снаружи завывал ветер, а тяжелые снежинки густо падали.
Я посмотрел в сторону окна и на маленькую альфу, свернувшуюся под одеялом в кровати. Внутри все неприятно сжалось. Несколько дней назад я насмехался над принцессой за то, что ей досталась самая маленькая кровать, которая стояла у окна, дальше всего от огня. Теперь, глядя на ее хрупкую фигурку, полностью скрытую под одеялами, я чувствовал себя конченным придурком.
Какой мужчина позволит такой маленькой, хрупкой девушке спать в худших условиях?
Джакс такой мамонт с мускулами, что, наверное, вообще не знает, что такое холод. Кобра никогда бы ничем не поделился с женщиной, он их всех ненавидит. А я, видимо, точно такой же, как мой отец, недоверчивый мерзавец.
Шлюхи ползали в логове моего отца в южной провинции. Полуодетые женщины круглосуточно отдавали свои тела членам синдиката. Они крутились вокруг них и моего отца, отчаянно стремясь стать одной из избранных шлюх, которые получали доступ к огромным кредитным линиям.
Я всегда думал, что отличаюсь от своего отца, что я лучше него. Но как же я ошибался.
В подростковом возрасте я искренне верил, что у меня были настоящие отношения с несколькими девушками. Но каждый раз мое сердце разбивалось, когда я в очередной раз ловил свою подружку на краже моего телефона, пытающуюся получить доступ к моей кредитной линии.
Теперь я понимал истинную природу женщин.
Шлюхи хороши для секса и приятного времяпрепровождения, но никогда не смогут быть чем-то большим.
Глубоко вздохнув, я провел рукой по щетине на подбородке и уставился на комок тела, полностью скрытый под одеялом. Принцесса настолько маленькая, что едва занимает место на узкой кровати. Сначала я думал, что Сэди такая же, как и все остальные. Еще одна женщина, жаждущая внимания и денег. Притворяющаяся первой женщиной альфой, которая пытается использовать свои женские уловки, чтобы получить желаемое.
Но потом она чертовски преобразилась. Солнце пробилось сквозь облака и отразилось от белого меха ее альфа-формы. Мне хотелось зарыться руками в ее мех. Хотелось дразнить ее, пока она не набросится на меня с этими чертовски длинными клыками.
Она физически совершенна в обеих формах. Ее нежные, кошачьи черты и золотистая кожа выглядят словно воплощение из моих фантазий. Мне хотелось погрузить руки в водопад ее шелковистых белых волос и поводить этими невероятно сочными губами по моему члену вверх и вниз.
Я нервно поправил боксеры. Как будто ее внешности было недостаточно, так ко всему прочему этот глубокий, хриплый голос делал ее чертовой сиреной. Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не прижать ее к стене и не изнасиловать.
Я пытался напомнить себе, что шлюхи просто игрушки, с которыми можно переспать и выбросить. Как та ведущая, которая пускала слюни на всех нас. Сначала она висела на Джаксе, а потом на мне, и было ясно, что ей абсолютно все равно с кем трахаться. Она поебалась бы с любым из нас, если бы могла. И это лишь только для того, чтобы потом хвастаться, что она была с альфой. Слава и почести принадлежали бы ей. Классическая шлюха.
Проблема лишь в том, что Сэди не шлюха.
Она краснела, когда видела наши члены, и даже не могла поддерживать зрительный контакт. Она всегда носила мешковатую одежду и скрывала свое хрупкое телосложение. А ее глаза неестественно холодные, иногда они горели от стеснительности и страха. В отличие от всех других девушек, она не вилась вокруг нас в отчаянной попытке привлечь внимание.
Я вспомнил, как Кобра и Джакс зажали Сэди между собой, ее зрачки расширились, а дыхание стало прерывистым.
Когда ведущая гладила меня, я с трудом сдержал желание не отбросить ее с ревом через всю комнату. Я хотел прижать принцессу к себе, полностью окружить ее и зажать между нами тремя.
Черт, мы сами как шлюхи, бросающиеся на нее.
Кивнул самому себе.
Сэди определенно принцесса, а не шлюха.
Она напоминала мне девушку из запрещенной контрабандной книги о фейри, которую я нашел в кабинете отца. В этой книге красивая принцесса бросила вызов своей злой королеве-матери и сбежала из королевства фейри. Красные глаза Сэди напоминали мне пламя, которое манило меня. Она яркая и непокорная принцесса.
Завороженный шепотом пламени в камине, я едва не упустил тихие всхлипы. Я повернулся к принцессе и увидел, как ее одеяло начало дрожать, а тихие всхлипы изменились. Они стали резкими, но едва слышными. Как будто кто-то пытался кричать, но его рот закрыли и не давали это сделать.
Не успев осознать, что делаю, подошел к кровати принцессы, наклонился над ней и осторожно откинул одеяло. Мое сердце забилось быстрее, когда я увидел, что под ним скрывалось.
Ее красные глаза и рот были широко раскрыты, а нос сморщен. Сжавшись в позе эмбриона, принцесса кричала или по крайней мере пыталась это делать. Из ее рта вырывался тихий шипящий звук, как будто ее горло не могло издать ни звука. Это тот же хриплый шум, который я слышал в тот день, когда на нее напал тот гребаный ублюдок бета.
Я хотел быть тем, кто убьет его, но Кобра отобрал у меня эту возможность.
– Принцесса, – прошептал я и потряс ее за плечо.
Моя ладонь полностью накрыла ее крошечное плечо, и меня поразило то, какая она хрупкая. Ее тело оставалось напряженным, пока она беззвучно кричала. Это выглядело чертовски жутко.
Я встряхнул ее сильнее, и перед глазами вспыхнула сцена интервью. До того, как я опозорился перед всем государством и своим отцом, ведущая спросила принцессу, как она повредила голос, и Сэди солгала.
Тошнота поднялась из желудка к груди, когда я задумался о значении ее лжи. В личном деле принцессы указано, что у нее нет боевого опыта, и это очевидно не соответствовало действительности.
Теперь шепот огня стал громче.
Грудь жгло от беспокойства, а рога зудели.
А что, если у нее действительно нет боевого опыта?
Что, если с ней случилось нечто иное?
– Принцесса, проснись! – сказал я громче, и потряс ее сильнее, отчаянно пытаясь заглушить эти душераздирающие крики.
– Не делай больно Люсинде, – прошептала она тихо и ударила меня в живот. Ее кулак такой маленький, что я едва почувствовал боль.
– Принцесса, это Ашер. Никто тебя не тронет. Проснись, черт возьми, – я с силой прижал ее к кровати.
Ее невидящие глаза метались из стороны в сторону, будто она следила за чем-то невидимым.
– Иди на хрен! – ее голос сломался на полуслове, когда она начала бить меня кулаками и ногами.
– Что происходит? – зарычал Джакс со своей кровати. – Почему ты ее прижимаешь?
Прежде чем я успел объяснить, принцесса закричала:
– Отпусти ее!
Джакс отшвырнул меня и прижал к кирпичной стене. В отличии от Кобры, я терпеть не мог, когда меня прижимают. Рога на моей голове удлинились, а огонь зашептал еще громче.
– У нее, чертов кошмар! Я пытался ее разбудить!
Джакс зарычал на меня, как дикое животное. Затем он отпустил меня, и мы оба повернулись в сторону принцессы. Кобра стоял над ней и просто наблюдал, как она кричала и лягалась.
– Сделай что-нибудь! – крикнул я Кобре.
Кобра шагнул вперед и встал между нами, чтобы мы не могли к ней подойти. Его большое бледное тело заслонило путь, и он наклонился к ней.
– Насилие не поможет избавить ее от кошмаров, – в голосе Кобры звучала легкая шепелявость, которая появлялась, когда он оказывался на грани превращения.
Мне даже показалось, что он говорит, опираясь на собственный опыт.
Джакс замер в нерешительности. Кобра так и преграждал ему путь, пока Сэди кричала на кровати. Мое собственное отчаяние достигло пика, и я приготовился к бою с Коброй.
Ее нужно разбудить.
Она страдает.
То, что произошло дальше, я не смог бы предсказать и за миллион лет.
Кобра забрался на узкую кровать и обнял принцессу своими большими руками. Она билась и кричала, но постепенно успокаивалась в его объятьях. Кобра обвил ее живот своими длинными бледными руками и прижал к себе.
Он не произнес ни слова.
Постепенно ее глаза закрылись, а дыхание вернулось в норму.
Мое сердце сжалось от ревности. Это я должен держать принцессу, а не Кобра, который ненавидит женщин.
Джакс провел рукой по волосам и с невыразимой тоской посмотрел на кровать. Как и я, он боролся с желанием забраться в кровать и полностью окружить ее собой. Но кровать была слишком тесной. Места почти не осталось.
Принцесса легла спать одетой в спортивные штаны и огромную толстовку, поэтому в том, как Кобра держит ее нет ничего сексуального. Тем не менее, когда Кобра закрыл глаза и заснул, у меня в животе появилось неприятное ощущение.
Джакс осторожно взял одеяла и заботливо укрыл ими обоих альф. Он проверил окно и прижал его, чтобы убедиться, что оно полностью закрыто. Затем подбросил в камин дров, чтобы пламя горело ярче.
Пламя будто нашептывало мне что-то, все настойчивее и громче. Я пошел обратно к своей одинокой кровати, забрался в нее и засунул голову под подушку.
– Прости, что прижал тебя, – тихо произнес Джакс.
Я махнул рукой в ответ, давая понять, что все в порядке.
Я долго ворочался и наконец заснул, глядя на идеальное лицо Кобры, прижатое к нежным чертам принцессы. Его бледная кожа и темные волосы контрастировали с ее золотистой кожей и белыми волосами.
Они выглядели идеальной парой: маленькая принцесса и ее темный принц. Я приложил руку к груди, чтобы избавиться от сдавленного чувства.
Перед тем как заснуть, я ответил Картеру:
Ашер: Сообщи ему, что миссия идет по плану. Она будет выполнена.
Картер мгновенно ответил, отправив большой палец.
Еще я ответил согласием на несколько сообщений от близнецов бет, Саре и Соре, которые спросили меня, не хочу ли я потрахаться. Они постоянно делали мне сексуальные намеки во время тренировок.
Для членов синдиката существовали шлюхи и синдикат.
Ничего другого не допускалось.
Мне нужно перестать мечтать о принцессе. Ведь татуировки, покрывающие каждый сантиметр моей кожи, доказывали, что я полная противоположность принца.
В любом случае, это не имеет значения. Она не смогла бы выдержать то, что я хотел с ней сделать.
Пусть Кобра и Джакс заберут ее себе.
Глава 14. Сэди
Постоянная путаница
Меня обволакивало тепло, и я еще плотнее укуталась в одеяло. За свои двадцать лет я никогда не ощущала такого восхитительного тепла. Казалось, что за окном не было никакого воющего ветра.
Я еще сильнее погрузилась в это божественное тепло и громко зевнула. Но когда открыла глаза, все умиротворение мгновенно испарилось. Холодные изумрудные глаза смотрели на меня сверху вниз. Его идеальную голову поддерживал рельефный бицепс, а сам он свободно растянулся рядом со мной на кровати.
Часть меня хотела пнуть его в пах, просто чтобы проверить, смогу ли я стереть это ледянное выражение с его лица. Другая часть меня хотела закрыть глаза и притвориться, что я его не вижу, чтобы продолжать нежиться в его объятиях.
Кобра оказался на удивление теплым для человека несмотря на то, что от него веяло морозным снегом. Его массивное тело заняло почти всю кровать, и мое лицо начало краснеть от смущения.
Отведя взгляд, я размышляла, не выскочить ли из постели в ужасе. И мысленно отругала себя. Вчера я вела себя как дурочка, когда он поймал меня, падающую с лошади. Сегодня же я собиралась вести себя хладнокровно.
Как поступила бы оцепеневшая Сэди?
– Почему ты в моей постели? – я закрыла глаза, как будто его присутствие меня совершенно не беспокоило.
Вместо того, чтобы скатиться с кровати и отползти в угол, я сильнее прижалась к его теплому телу. Кобра хмыкнул, но ничего не сказал. Я остро ощущала его руку, обхватившую мою талию, и твердость, прижатую к моей ноге.
Меня снова затошнило.
Не будет ли слишком драматично позвать лекаря?
Наступила неловкая тишина.
Почему он мне не отвечает?
Как обычно, Кобра ничего не скажет в ответ. И, вероятно, вообще ничего не чувствует, пока я страдаю от приступа паники. Если бы он двинул пальцами, и они случайно оказались под моей толстовкой, он нащупал бы мои шрамы. Он бы узнал, насколько я слаба, а он больше всего на свете ненавидел слабость.
К тому же Кобра физически совершенен, а все мое тело ужасно изуродовано. Где-то в глубине души я хотела, чтобы он заинтересовался мной как женщиной. Но я вряд ли заинтересую его, когда он увидит мои шрамы.
Моя паника усиливалась, пока я не задержала дыхание и не задрожала.
Может, он тайно влюблен в меня? Или боится признаться?
Я совершила ошибку, посмотрев на него.
Лицо Кобры было искажено раздражением, как будто я вызывала у него отвращение. Я ничего не знала о любви, но это определенно не было тем, что происходило сейчас между нами.
Во мне вскипела злость.
Я не приглашала его в свою постель, а у него хватило наглости злиться на меня?
– Извини, но я не та женщина, которой нравятся приставания по утрам, – я фыркнула и толкнула его.
В моем воображении он свалился с кровати, сгорая от стыда за свое поведение.
В реальности же его пресс оказался настолько твердым, что я потянула сухожилия в пальцах, пытаясь сдвинуть его. Он не шевельнулся ни на дюйм. Вместо этого Кобра поднял меня и сбросил с кровати, как будто я ничего не весила.
Растянувшись на полу, я возмущенно фыркнула. Меня уже чертовски раздражало, что он вечно швыряет меня. Холодный ублюдок грациозно слез с моей кровати и навис надо мной, а его прекрасное лицо стало суровым.
Затем я взмолилась к богине луны о силе, ведь одеяла скрывали тот факт, что он был без рубашки. Мышцы его живота перекатывались от напряжения. Узор из изумрудов и бриллиантов спускался ниже, исчезая под спортивными штанами и очерчивая глубокие V-образные линии на бедрах.
На секунду я забыла, как дышать. Он настоящее произведение искусства.
– Тебе приснился кошмар. Не за что.
Кобра смотрел на меня со своим фирменным ледяным выражением лица.
Мое сердце замерло.
Почему Кобра решил обнимать меня, чтобы помочь с кошмаром?
Он же меня ненавидит.
Я попыталась сохранить достоинство, поднимаясь на ноги. Он не единственный альфа в этой комнате. Выпятив грудь, я выпрямилась во весь рост и угрожающе уставилась на него.
Я заслуживаю уважения.
Прежде чем я успела ударить его приемом из карате и продемонстрировать свое мастерство, он наклонился вперед, так что его греховные губы оказались близко к моему уху. Морозный запах проник мне в нос, подавляя меня своим присутствием.
– Ты бы знала, если бы я приставал к тебе, – его голос словно шелк, ласкал мое ухо, и внизу живота снова все сжалось.
Вся моя бравада испарилась, а тошнота вернулась с удвоенной силой. В комнате стало слишком жарко, и кожа покрылась мурашками. Усмехнувшись, Кобра медленно отошел от меня, не оглянувшись.
– Ну, и ты бы знал, если бы я приставала к тебе! – выкрикнула я его же слова, словно зрелая, разумная женщина.
– Кто к кому пристает? – Ашер моргнул, просыпаясь. Его утренний голос был низким и хриплым, и мне стало еще хуже.
– Ашер, перестань приставать к Сэди, – Джакс швырнул подушку через комнату и попал Ашеру прямо в лицо. – Тебе нужно поработать над самоконтролем.
Безумный смешок вырвался из моего горла, когда лицо Ашера покраснело, а Кобра ухмыльнулся со своей кровати.
– Ты сейчас издеваешься? Кобра только что оседлал принцессу на полу и что-то шептал ей о приставаниях.
– Кобра? – Джакс повернулся.
Я изо всех сил боролась с желанием не удариться лбом о кирпичную стену и не покончить с этим раз и навсегда. Несправедливо, что один человек должен так сильно страдать.
– На самом деле, вы неправильно поняли. Я… демонстрировала свое превосходство над Коброй и угрожала ему. Так что да… – и замолчала, потому что все альфы уставились на меня.
Все трое разразились смехом.
– Хорошая шутка, принцесса, – Ашер смеялся так, словно это самая смешная шутка в его жизни.
– На секунду ты почти меня убедила, маленькая альфа, – усмехнулся Джакс, вставая с кровати и начиная собираться.
Кобра даже не стал оправдываться, просто посмотрел на меня с усмешкой, будто я жалкая.
Низкое рычание вырвалось из моей груди и прокатилось по комнате.
– О-о-о, у принцессы появился голос, – пошутил Ашер, готовясь к новому дню, стягивая штаны и обнажая свой татуированный член.
Я закрыла глаза руками. Видеть огромный красочный член до восхода солнца было жестоким и необычным наказанием.
Реально, члены совершенно не милые.
У этого мужчины вообще отсутствует чувство стыда?
– У маленького котенка есть когти, – сказал Джакс, погладив меня по голове, проходя мимо и натягивая футболку на свою гору мышц.
По крайней мере у него хватило ума оставить нижнее белье на себе. Хотя заклепки от его украшений выпирали под белой тканью трусов. Внезапно я поймала себя на том, что представляю себе гигантский член Джакса и его замысловатые пирсинги.
Я тяжело вздохнула от усталости, которую могла испытывать только маленькая женщина, превращающаяся в саблезубую тигрицу и вынужденная жить с огромными альфами.
С этого момента день только ухудшился, а через несколько часов спустя мне отчаянно хотелось умереть. Утренней тренировкой руководил сегодня Кобра, и я в миллионный раз пожалела, что ей руководил не Джакс.
Кобра объявил:
– Бегаем, пока я не скажу остановиться.
Ему следовало просто сказать: Идите на хуй.
В свои двадцать лет я открыла для себя очень важный факт. Я не создана для бега.
Какой альфа-перевертыш, с альфа-формой саблезубой тигрицы не умеет бегать?
Я.
Мы бегали группой по дорожке, огибающей периметр огромного тренировочного зала.
– Пожалуйста, бог солнца, останови это мучение, – прошептала я Арану, который усмехался рядом.
Я даже не верила в бога солнца, но молилась ему. Вот насколько все оказалось плохо. У меня свело ногу, руку, ступню, даже грудь. Все болело.
– Тебе действительно стоит снять эту толстовку, – в двадцатый раз сказал Аран.
Меня охватило раздражение. Я бы с радостью избавилась от толстовки. Но отвратительные шрамы, покрывающие мое тело, заставляли меня оставаться в ней.
– Не могу, так что перестань это повторять, – ответила я.
Все болело так сильно, что мне было совершенно наплевать на грубость.
– Ладно, ладно. На самом деле все не так плохо. Просто постарайся расслабиться, – Аран небрежно хмыкнул.
Я врезала Арану в горло.
Ради его же блага.
Он явно потерял рассудок и нес бред.
Аран закашлялся, но убегая продолжал смеяться. Я собиралась его прикончить. Мысленно начала тянуться к переключателю оцепенения, но в последний момент остановила себя.
Это мое самое сильное оружие, поэтому я не могла тратить его на тренировки, когда в любой момент оно могло понадобиться мне в битве с фейри. Я использовала его после того, как альфы перетрахались, и теперь пыталась быть более ответственной.
А это означало, что я буду умирать от жестокого и изощренного наказания. Мои ступни горели, пока я пыталась переставлять ноги, чтобы продолжать бежать вперед.
Это чертовый пиздец.
Маленькая теневая змейка скользнула вдоль позвоночника, подбадривая меня. Она проводила большую часть времени у меня на пояснице, извиваясь кругами и излучая положительную энергию. Я ценила ее поддержку, но сейчас я находилась в шаге от того, чтобы сказать к черту все и активировать оцепенение.
Смерть в бою оказалась бы менее мучительной, чем эта херня.
– Еще пятьдесят кругов, – прорычал Кобра, легко бегущий впереди группы.
Я фантазировала о том, как отломаю ножку от своей деревянной кровати и засуну ему в зад, пока он спит. Это было бы милосердней, чем вся эта херня.
Воздух с трудом проникал в мои легкие.
И тут мне пришла идея.
А не упасть ли на маты и не притвориться, что потеряла сознание?
По крайней мере, тогда я перестала бы двигаться.
Но в этом вообще не было смысла.
Какого черта мне нужно тренироваться бегать в человеческом облике, если сражаться с фейри я буду в альфа-форме?
Я спросила об этом Кобру в начале пробежки, и он спокойно ответил:
– Бег закаляет характер.
Мне хотелось сказать ему, что он может засунуть мой характер себе в жопу. И я бы это сделала, если бы не боялась этого чертовски красивого альфу. Я не на сто процентов уверена, что он не засунет что-нибудь в меня в ответ, поэтому страдала молча.
Я надеялась, что фейри нападут прямо сейчас. Хотя даже с оцепенением я буду совершенно бесполезна. Мое тело в данный момент выжато досуха.
– Я раньше каждый день бегал на длинные дистанции для удовольствия, – с широкой улыбкой на лице сказал Аран, легко двигаясь рядом со мной и пытаясь завязать разговор.
Где он вообще мог бегать ради удовольствия?
Во всем мире перевертышей лютый холод.
– Я раньше ходила… – вдох, – Пять минут до школы… – еще один вдох, – И обратно в таверну каждый день, – я с трудом наполняла свои сдавленные легкие воздухом. – Мне больше некуда было ходить.
Потому что я была всего лишь служанкой. Дик ясно давал понять, что если я попробую сбежать, то не выживу в этом беспощадно холодном мире перевертышей. Я всегда думала, что он несет чушь. Так оно и было. Но, поскольку теперь надо мной издевались в военном тренировочном комплексе, он казался не так уж и неправ.
Мы бежали в самом конце группы. Мне казалось, что, если бы не я, Аран бежал бы впереди. Но если бы не он, я бы уже сдалась и рухнула тридцать кругов назад.
Джон, рыжеволосый бета, начал этот смертельный марш рядом с нами. Он добрый, и я ценила его легкий нрав. Но Аран так его задразнил, что тот в конце концов понял намек и перебрался вперед, к остальным.
Мне бы стоило разозлиться на Арана, но я была слишком занята попытками выжить.
– Просто постарайся расслабить руки и работай ногами.
Аран продемонстрировал, как это делается, разминая руки. Я попыталась последовать его совету, но мои куриные ножки горели, а шею начало сводить судорогой от того, что я держала руки в неудобном положении.
Возможно, мне действительно стоило поднимать более тяжелые веса в тренажерном зале. Я выглядела жалкой.
Мы отставали всего на несколько шагов от конца группы, и я заставляла себя держать темп. Далеко впереди в самом начале группы бежали Ашер, Джакс и Кобра. Они даже не вспотели.
Это совершенно противоестественно. Такие крупные, мускулистые мужчины не должны бегать так быстро. И это чертовски раздражало.
Конечно же, Ашер бежал рядом с двумя блондинками-бетами, которые касались его рук и хихикали. Девушки намного выше меня и у них стройные тела с пышными формами. Они заигрывали с ним, а он улыбался в ответ, наслаждаясь вниманием.
Он ужасно раздражал.
Я не стала долго смотреть на Ашера, потому что каждая клетка моего тела кричала от боли и пыталась взбунтоваться против капитана. А капитаном была я.
Дела шли совсем плохо.
Рядом с Ашером спокойно бежали Кобра и Джакс. Несколько женщин бет и мужчин бет пытались завязать с ними разговор, но быстро сдались. Кобра их пугал.
Джакс говорил много, Кобра же молчал. Однако время от времени уголки его губ поднимались в легкой улыбке. Любой мог заметить, что они идеально подходят друг другу, как две стороны одной монеты. Оба верные и опасные. Но один спокойным и добрым, а другой психованный и злой.
Противоположности действительно притягиваются.
– Так, у тебя есть пара на праздник Иануарис? В мире перевертышей это очень важное событие. Все от него в восторге, – Аран улыбнулся, как будто с нетерпением ждал его.
– Нет. А у тебя? – выдохнула я, потому что разговор медленно уничтожал мою волю к жизни.
– Нет.
Повисла длинная пауза, пока я переживала мини-сердечный приступ от физического истощения, а Аран легко бежал рядом со мной.
– Так, эм…
Я задыхалась и сжала губы, размышляя.
Думаем ли мы об одном и том же, или я просто слишком много о себе возомнила?
Я споткнулась о собственные уставшие ноги, и только быстрые руки Арана не дали мне упасть.
– Хочешь быть моей парой? – спросил Аран, подхватив меня.
Я усмехнулась от его нетерпеливости и кивнула в знак согласия. А я-то думала, он стесняется и не решается спросить. Очевидно, этот бета совсем меня не боялся. Мне действительно нужно поработать над восстановлением своей репутации.
Сегодня даже никто не прошептал мне в след саблезубая стерва. Если так пойдет и дальше, меня вообще перестанут уважать.
После того, что показалось вечностью в аду, мы наконец остановились. Хотя остановились – это слишком громко сказано. На деле мои ноги просто подкосились, и я с облегчением рухнула прямо лицом на мат. Растянувшись, я увидела свет богини луны и на мгновение подумала, что она пришла забрать мою душу из этого ужасного места.
Аран рассмеялся и поднял меня, посадив. Свет исчез, и я поняла, что лежала прямо под окном в потолке. Я все еще находилась в мире перевертышей.
Богиня просто меня ненавидит.
Аран сказал что-то про то, что пойдет за водой, и убежал.
Прежде чем я успела крикнуть ему вслед и сказать, чтобы он оставил меня здесь умирать, две беты рядом ухмыльнулись. Мне потребовалось неприлично много времени, чтобы осознать происходящее. Они говорили именно со мной.
Во время бега в моих ушах шумела кровь, создавая ощущение, будто я внутри аэродинамической трубы. Теперь, когда сердце больше не пыталось выпрыгнуть из груди, слух постепенно возвращался.
Тем не менее, я все еще настолько не в себе, что с трудом понимала, о чем они говорят. Если честно, мне абсолютно плевать. Но они так энергично что-то обсуждали, что я попыталась сделать вид, будто слушаю, а не уплываю от усталости и боли куда-то в туманное блаженство.
– Ты вообще когда-нибудь бегала? Это было позорно, – насмешливо сказала девушка надо мной.
Я моргнула, открыв уставшие глаза. Это одна из тех блондинок, что вешались на Ашера. Рада, что после бега она почувствовала прилив энергии.
Не могу разделить ее энтузиазм.
– Не особо, – мой и без того сломанный голос стал еще более хриплым из-за жжения в легких.
Я пыталась сфокусироваться на ее красивом лице, которое то прояснялось, то расплывалось перед глазами.
– И как ты собираешься вести кого-то в бой? – спросила другая блондинка рядом.
Прекрасно, другая девушка оказалась ее копией.
В моих глазах двоится.
– Эм… Легко, потому что я огромная саблезубая тигрица.
Мой живот свело от невыносимой боли. Черт, я перенапрягла тело, и теперь органы бунтовали.
– Остальные альфы считают, что от тебя нет никакой пользы.
– Наверное, так и есть, – я легла на мат, раскинув руки, готовая умереть.
Мир подо мной вращался.
– Сара и Сора, вижу, вы все еще отчаянно ищете внимания альф, – сказал Аран откуда-то сверху.
Мои глаза были закрыты. Я просто пыталась не умереть от боли, поэтому не видела, где он стоит. От его слов меня накрыло облегчение.
Значит, их действительно двое.
Я еще не совсем потеряла рассудок.
– Почему ты надела толстовку? – спросил Джакс.
Я прищурилась и увидела его массивную фигуру, склонившуюся надо мной.
– Мне было холодно, – ответила я, а по моему лицу тек пот.
Джакс скривился, явно не веря ни единому слову. Я притворилась, что теряю сознание, чтобы сбить его с толку.
Шучу, я не притворялась. Я и правда находилась в пяти секундах от того, чтобы действительно отключиться. Невозможно, чтобы органы так болели и при этом продолжали функционировать.
– Она тупая, – Кобра сказал Джаксу, изогнув губы в своей привычной усмешке отвращения.
– Что вы ей говорили? – спросил Ашер у близняшек.
