Текст книги "Сирена и Василиск (СИ)"

Автор книги: Заират Зан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Глава 17

Когда на меня навалилась беда И шла я по отчему краю, «Отдай свою боль мне», – сказала вода, По горному склону стекая. Сказала мне высь: «Обернись к небесам, И в сердце растает тревога». «Спокойно иди, я тебя не предам!» – Тихонько шуршала дорога. «Взгляни на мои голубые снега», – Чуть слышно гора мне шептала. «Приляг на траву», – поманили луга. Я прилегла, и легче мне стало.

Песня лилась из динамиков, и хотя запись была отвратительной, стоила она неимоверно дорого. Сирена, так называли певицу, не зная настоящего имени. И надо признать прозвище ей подходило. И хотя многие не понимали слов, просто слушать песнью в её исполнении, даже при такой отвратительной записи, было для многих наградой. Несколько песен, записанные тайком, от самой певицы послужили причиной ужесточения безопасности ресторана «Сокол». Несколько раз предпринимались попытки пройти туда тайком. Желающих посетить это заведение было столько, что запись производилась на месяцы вперед.

Девушка, чьего лица никто не видел, из-за маски, всегда скрывавшей её, стала невероятно знаменита. При этом ничего для такой популярности не предпринимая. В конце концов, поняв, что невозможно скрыться от людей вообще, Асия согласилась записать несколько песен профессионально. При этом уточнив, что все заработанные деньги пойдут в трастовый фонд, для её младшей сестры. Но выступать где-то еще, кроме своего ресторана отказалась. Даже этому Синклер уговоривший, наконец, её был рад. Первый диск разошелся таким тиражом, что впору говорить о чуде. Даже пиратские копии, были распроданы за считанные дни. В общей сложности, Асия записала четыре диска. Но сразу продавать все Синклер не захотел. Придержав на время два. Тем более, что после этого, девушка категорически отказалась еще что либо записать. Но и этого было вполне достаточно, чтобы сделать Синклера чрезвычайно богатым человеком. Как впрочем, и неизвестную пока еще младшую сестру самой певицы.

Михаил во все это не вмешивался, оставшись сторонним наблюдателем. Алина заметила, что после похорон, вернее кремации Айши, он стал более молчалив, погрузившись в работу. Впрочем, теперь она не могла быть рядом с ним так часто как раньше. Все же Асия жила отдельно. Мужчина несколько раз, куда-то уезжал. И хотя это вполне могло быть по работе, неясная тревога охватывала девочку. Но, не имея возможности вмешаться, ей пришлось держать эту тревогу при себе. По крайней мере, она узнала, кто именно скрывается под кличкой Палача. Тот не удержался и посетил-таки своего бывшего подельника. А после этого, понять кому тот служил было легко. Осталось только разыграть достойный сценарий, и наконец, стать собой.

Спустя два месяца, после гибели Айши, Михаил стоял перед дверью в картинную галерею. До сих пор, руки просто не доходили, до неё. Впрочем, он услышал и узнал достаточно, чтобы понять, что именно здесь, он найдет все ответы. Наконец решившись, он тихо вошел в зал, запирая дверь изнутри. Решив рассмотреть все разом, он сдернул, скрывавшее половину картин полотно, и застыл охваченный воспоминаниями. Здесь была история. Вся, полностью. Сжимая в руках звенья серебряного браслета, практически сроднившегося с его рукой, он шел от одной картины к другой он вглядывался в лица изображенных там людей. Знакомых, и тех которых он видел впервые. Семья Акея, где девочки совсем маленькие. Счастливая семья, где все улыбаются. Три почти взрослые девушки, пустыми мертвыми глазами, смотрящие в мир. С ранами, ожогами и сединой. Наверное, они и должны были стать такими, будь эти девочки живы.

Михаил побывал на острове, где долгие годы скрывался от людей Акей. Он там нашел, старое поваленное во время бури дерево. Его так никто не унёс, оставив охранять покой трех маленьких могил. Он уже готов был добиться эксгумации, чтобы убедиться в правоте своих догадок. Но этого не потребовалось. Старик, который привез его на катере, горько вздохнул рядом с ним, когда он подошёл поближе.

– Жаль отца, похоронившего трех дочерей. Впрочем, в этих могилах их нет. По обычаю тела предали огню и развеяли над океаном. Чтобы они смогли снова стать частью природы, ветра и воды.

– Тогда откуда могилы?

– Отцу нужен был якорь. Место, где можно оплакать потерю. Вот он и похоронил здесь их любимые вещи.

– Когда это произошло?

– Да тому, наверное, лет десять уже. Если не больше. Сначала в бурю погибла старшая. Хотя, был ли это несчастный случай, кто знает? Потом среднюю, отец сам вытащил из петли. Здесь и рассуждать нечего. Единственное, что удержало тогда хозяина, не уйти вслед за ней младшая. Солнечный ребенок, она даже умудрялась улыбаться. У неё были такие красивые серые глаза. Казалось, вот она – то и станет якорем для отца. Но…

– Что произошло?

– Однажды она просто не проснулась. И хозяин сломался. Все время что-то искал, нанимал кучу людей. Долгие годы бродил здесь как призрак. А потом видимо успокоился. Удочерил девочку, примерно за год до своей смерти. Красивая девочка, только странная немного. Нелюдимая. Все время рисовала что-то. Да, а как поёт. Один раз услышав, не забудешь. Жаль давно уже её не видел. Красивая, да. Вот только седая совсем. Наверное, именно этим хозяину и понравилась. Напомнила ему младшенькую. Та тоже седой была.

– А кто разворошил могилы?

– После смерти хозяина, прибыли сюда несколько человек. Вот они и перевернули здесь все. Я потом постарался сделать как было, но не все получилась.

– То что вы мне рассказали, вы и им поведали? – впервые в голосе Михаила прозвучала тревога.

– Нет. Они сначала все это натворили, и только потом стали спрашивать. Злые они, что рассказывать им о чужом горе. Не поймут. Сказал, что ничего не знаю. Что хозяин устроил здесь эти могилы чтобы похоронить прошлое, свое горе и все. И они уехали.

– У меня большая просьба, больше никому не рассказывайте, что девочки погибли. Говорите так, как ответили тем людям. Так хотел дядя. Пусть так и будет.

– Хорошо. Да и кому сейчас интересен бред старого дурака? – старик тяжело вздохнул и направился к берегу.

Сейчас рассматривая картины, Михаил вспоминал тот разговор. Многое прояснивший, и наверное еще больше запутавший. Да и вот они, эти три могилки под старым деревом. Пока еще целым, по крайней мере на картине. Решив, все же что пора разгадать эту загадку, мужчина прошел к следующей стене. Здесь была другая история. Не менее трагичная.

Две девочки, улыбающиеся с полотна, так похожи на тех, чьи фотографии он не раз видел в одной из ячеек браслета. Больничная палата, где те же девочки, со страхом смотрят на двух других пациентов, не подающих признаков жизни. Похороны, и крупным планом, искаженное болью и страданием лицо матери, слёзы в глазах отца, и две зареванные мордашки, выглядывающие из-за угла дома. Его первая встреча с Алиной. Сгоревшая лаборатория, и хрупкая фигура, закутанная в балахон, на плече которой сидел сокол.

Перед следующей картиной, он застыл. Видя все, что здесь изображено в своей памяти. Он не раз видел тот день в своих кошмарах. Особенно когтистую руку, сжимающую еще бьющее сердце в ладонях. Вот и он сам, пытающийся поймать, это сердце. Сжав сильнее, браслет он прошел дальше. Ведь как-то девочка попала из Балтийского моря у берегов России, в Тихий океан? Вот и разгадка. На следующей картине, огромная птица несла в своих когтях человека. Лица не было видно, но этого и не требовалось. Вот и встреча с Акеем. Что ж, теперь многое становиться понятным.

К третьей стене, мужчина подходит как бы нехотя. И не зря. Видя сцену, которую он лично наблюдал в реальности, Михаил усмехнулся. Даже Алина не могла жить жизнью троих. Значит, двое должны были исчезнуть. Но зачем так изощренно? Что ж, он это выяснит. А здесь что? На предпоследней картине, в огне погибала Асия. Горящий автомобиль, к которому рвутся люди, но никто не может подойти из-за слишком сильного жара. И рядом скрученный полицией человек. Лица не видно, но этого и не надо. Значит, еще кто-то должен быть арестован. Почему именно таким образом? Может потому, что они должны быть наказаны, именно за их смерть? Это многое бы объяснило.

Последний был портрет. С которого прямо на него смотрела девочка, с тонкими чертами лица и абсолютно седыми волосами. Смотрела серыми глубокими глазами. Эта видно в отличие от сестер умирать не собиралась. Тут Михаил заметил, что рама у портрета слишком толстая. И по какому-то наитию, перевернул полотно. И чуть не выронил его. Черты лица были те же. Разве что немного менее человечные, чем на другой стороне. С этого портрета на него смотрели совсем другие глаза. Те, которые последние два года не давали ему нормально спать. На Михаила смотрели радужные глаза Алины. Такие, какими он помнил их. Правда тогда они смотрели на него из месива, в которое превратилось лицо несчастной девочки. Ну что ж, ужасный образ треснул, и бабочка вылезла из своего отвратительного кокона. Мужчина, прикоснулся к мраморно белой щеке изображенной девочки. Чувствуя, как отпускает тоска, которая сжимала его сердце.

– Живая. Рад, что я оказался прав. Я подожду Алина. Ты сама мне расскажешь, что за игры устроила. А пока подожду. Тихо подстрахую, понаблюдаю, но не вмешаюсь. Но только до тех пор, пока не встречусь с тобой настоящей. Все же этот мир не такой большой, как кажется, правда Алина? Нет, ты ведь теперь не Алина. Алана. Не такая уж и большая разница, придется привыкать.

Глава 18

Алина, выйдя из своего ресторана, с черного хода, неспешно шла домой. В очередной раз она смогла ускользнуть от кучи репортеров, в последнее время практически ночующих около её дверей. Хорошо хоть, никто из них не знает, где она живет. Это назойливое внимание ей порядком надоело. Она и раньше не была публичным человеком, а сейчас тем более сторонилась людей. Но эта публичность была необходима для её дальнейшего шага. Палач, уже не просто обычный бизнесмен, который убирал с дороги конкурентов, каким была её предыдущая цель. Нет, на сей раз все было куда серьезней, и опасней. Узнав кто он, девочка несколько дней обдумывала свои последующие шаги, все больше и больше убеждаясь в том, что этого человека оставлять безнаказанным нельзя. Наемник, прошедший не менее четырнадцати военных конфликтов, по всему миру, он был опасен сам по себе. Причем он никогда не служил одному хозяину, предавая то одну сторону, то другую. Всегда оказываясь на стороне победителя. Позже приобрел новую не менее интересную профессию. Никто так и не доказал, его причастность в более чем пятидесяти заказных убийствах. Но как бы человек не скрывал своих скелетов в шкафу, имея деньги разузнать об объекте, не составляет особой проблемы. А сейчас Алина располагала подобными деньгами. И чем больше узнавала, тем мрачнее становилась перспектива предстоящей встречи. Последней каплей, решившей судьбу её теперешнего противника, было известие о его участии в раскопках, одного известного захоронения, уничтоженного ею полтора года назад. Того самого захоронения, в котором нашли вещество, искалечившее ей жизнь. В самих раскопках, он конечно не участвовал, его работой была охрана объекта. Позже именно он доставлял первых подопытных. Правда в Россию он тогда не сунулся. Как позже выяснилось, он уже был на заметке российских спецслужб. И те вряд ли упустили бы его, окажись он на территории их юрисдикции.

Погруженная в свои мысли, девочка в обличии Асии спокойно шла по улице, единственным освещением которой были несколько ночных фонарей. Было уже далеко за полночь, так что людей было совсем немного. И девочка особо не обращала внимания на редких прохожих.

Когда до квартиры оставалось всего несколько кварталов, девочка почувствовала опасность. Казалось бы, уж чего ей-то опасаться, но тревожное ощущение не покидало. А спустя мгновение, уже почти кричала об опасности. Алина остановилась, прислушиваясь к ночным шорохам. И было к чему прислушаться. За ней, на расстоянии ста шагов шли трое. И как только девочка остановилась, двое с разных сторон стали её обходить. Причем двигаясь очень быстро и бесшумно. Не будь Алина уверена, что ни один из экспериментов, не считая её и сокола, не увенчался успехом, можно было предположить, что перед нею выжившие, как и она сама.

Преследователи остановились, при этом не предпринимая попыток приблизиться к ней. Да и сама девочка поостереглась действовать. Нет, она понимала, что вполне способна одержать над ними верх. При всех странностях, они были слабее её. Но показать свои возможности, не имея стопроцентной гарантии, что она сможет подкорректировать их память, девочка не решилась. Интересно, что с этими-то сделали? Выглядят как люди, но ощущаются так, как при первых изменениях, во время эксперимента. Какие-то незавершенные что ли? Впрочем, сейчас это не главное из проблем. Судя по тому, что никто не собирался нападать, трое преследователей чего то ждали. Или кого-то? И судя по довольно тяжелым, как бы нарочитым шагам именно он приближался сейчас к ней. Джон Сун-э, полукровка воспитанный матерью одиночкой. Дочь бедняков из Южной Кореи, сумевшая получить стипендию и поступить в Гарвард, она могла сделать очень хорошую карьеру, как на родине, так и в Америке. Жаль только попалась на глаза, одному из представителей золотой молодежи Нового Света. И девушке пришлось бросить учебу, и вернуться на родину принеся в подоле незаконнорождённого сына. Получившего от отца разве что экзотическую внешность. Что впрочем его не очень красило. Все это, девочка успела вспомнить и разглядеть, пока мужчина медленно к ней приближался.

Как интересно! Палач прислал своего заместителя, сам видно еще питая надежду, что она не знает о его личности. И все, что говорила Айша перед смертью выдумки.

– Что же ваш хозяин не пожаловал? Неужели испугался, хрупкой девушки? – Алина молчать не собиралась. Спокойно рассчитав пути отступления и все последствия, наконец расслабилась.

– А с чего вы решили, что у нас есть хозяин? Наши действия вполне самостоятельны. Я сам решаю, стоит ли перерезать горло, хрупкой сладкоголосой девочке или нет.

– Я рада. Вот только я прекрасно осведомлена кто вы господин Сун-э. Вы даже вздохнуть не можете, что бы я этого не знала.

– Ты ведь понимаешь, что слишком много знать опасно?

– Разумеется. Вот только у меня нет слабости, которые вы можете использовать. Я не моя сестра.

– А младшую, ты за сестру не считаешь?

– Вы её сначала найдите. К тому же Алана, вполне может себя защитить. Уж поверьте, не хуже меня. – в ответ на довольно дерзкие слова, этой хрупкой девочки мужчина усмехнулся.

Он на мгновение прикрыл глаза, что послужило знаком, для тех троих, что её окружили. И вот теперь, Алине пришлось смотреть на своего противника, слабо трепыхаясь в руках преследователей. Если бы они знали, каких усилий стоили её попытки сдержаться. Против воли ногти на руках стали удлиняться, и чтобы скрыть это, девочке пришлось сжать кулаки, нанося себе раны. Несколько капель крови упало на асфальт, к счастью темнота скрыла, какие следы оставили эти капли.

– Послушай меня девчонка! Не знаю, что ты о себе возомнила, но советую прекратить эти игры. Или они могут превратится в гораздо более опасное времяпрепровождение.

– И что вы можете мне сделать? Убить как мою сестру? Должна вас разочаровать, я не боюсь расстаться с этой жизнью. Да и не так много мне осталось. Или может пригрозите испортить мне личико? Так вы и тут опоздали. Придумайте что-то другое. И ещё, если со мной сегодня что-то случиться, вся информация о вас, и вашем хозяине поступят в соответствующие органы. Но не только это. Совсем недавно было громкое дел, об убийстве одного политического деятеля. Да того самого, которого очень уважали и любили избиратели. У меня находиться видеозапись тех событий. Со всеми действующими лицами. Можете мне поверить, что если со мной что-то произойдёт, эти кадры увидят по всей стране. Впрочем, зачем мелочиться вся Евразия будет в курсе.

– Почему же не весь мир?

– Мне весь мир не интересен. Но вот в старом свете, многих заинтересует список людей отправленных вашим боссом на тот свет. И вряд ли всех это обрадует.

– Ты не понимаешь, с кем связалась!

– Это вы не понимаете этого. И еще, передайте своему хозяину, что я передам ему все материалы, если сразу после моего единственного концерта он подойдет ко мне. Сам. Не присылая своих шестерок. И отпустите, наконец меня на землю!

На несколько долгих мгновений, карие глаза Асии скрестились с голубыми глазами наемника. А потом, мужчина подав знак отпустить девушку, направился прочь. Пусть босс сам решает как поступить. Не хотелось бы ненароком оказаться втянутым в эту войну. Что-то в ней было не так. Интуиция, которому он привык всегда доверять, сейчас металась в конвульсиях. На мгновение мужчина обернулся сразу подмечая как именно держится противник. А увидев, ускорил шаг. Та вроде не сдвинулась с места. Но все, поза, в котором застыло тело, глаза прожигающие насквозь, и позиция все указывало не на трепетную лань, о которой ему говорили. Нет, он видел хищника, готового защищаться и нападать. И этот противник был не так прост, как ему сначала показалось.

Нет, при нападении, он не сомневался, что его люди одержат победу. Но эта девочка просто так сдаваться вряд ли будет. Да и брезгливо посмотрев на своих сопровождающих, Джон тяжело вздохнул. С тех пор, как его людей заставили принимать эти средства, он стал замечать изменение в них. Все возрастающая агрессия и деградация привела к тому, что перед ним сейчас были сильные и выносливые, но тупые и безвольные орудия. Которым был необходим тот наркотик, все чаще и чаще. И в отличие от них, он знал, что запасы в последнее время истощились. И судя потому что поставки прекратились, не только здесь. А что происходит, когда перестаешь принимать это средство, он сам был свидетелем. И сейчас благодарил бога, что благодаря собственной паранойе, сумел избежать подобной участи. А когда узнал, из чего делают эти так называемые витамины, понял что поступил не в пример мудрее тех, кто любыми путями искал силу. Что ж, сейчас он выполнил приказ. Вот пусть остальное босс и расхлёбывает, а с него достаточно.

Спустя час, Джон Сун-э поднимался на лифте, одного из самых высоких зданий города. Палач, предпочитал жить под самым небом. Наверное, понимая, что после смерти на небеса ему не попасть. Не успел он подойти к квартире, как двери распахнулись, пропуская его внутрь. Угрюмый охранник, ничего не говоря, проводил его в кабинет и исчез.

– Ну как? – довольно моложавый, на вид не старше тридцати пяти мужчина европейской внешности посмотрел на своего помощника. – Ей и правда все известно?

– Да. Судя по тому, что она знала обо мне все, как и о том, что не я являюсь Палачом, девушка все знает. К тому же у неё есть некоторые доказательства ваших последних дел.

– Ты их видел?

– Нет. Но рисковать не стоит. Она слишком уверено о них говорила.

– Так притащил бы сюда!

– Она предусмотрела этот шаг. В случае нападения, все материалы попадут в прессу и в полицию.

– Так найди их!

– Я бы предпочел не заниматься данным делом.

– Что так? Не замечал за тобой раньше попыток отступления.

– Вы правы. Раньше я себе такого не позволял. Но я привык прислушиваться к интуиции. А она мне говорит, что от этой девушки лучше держаться подальше.

– Не думал, что когда-нибудь увижу. что ты испугался. Ладно, сам займусь. Еще что-то?

– Да. Она сказала, что передаст вам все материалы, если вы сами подойдете к ней после её концерта.

– Когда и где?

– Через месяц, в концертном зале в Парке имени Сун Ятсена.

– Неплохо девчонка устроилась. Кто ж так расстарался? Или все благодаря корпорации папочки?

– Нет, она действительно невероятно талантлива. Будь воля организаторов, таких концертов было бы тысячи. И в самых лучших залах мира. Вот только она не хочет.

– Ну что ж, послушаем. Ей же будет лучше, если она не обманет и отдаст все. Иначе её ничто не спасет. Что на счет младшей?

– Её местонахождение неизвестно. Никто ни в охране корпорации, ни среди сотрудников не знает где она. Её видели только во время видео конференции, когда старик Акей представлял своих дочерей. После этого, о ней ничего не слышно.

– А что на счет нового президента?

– Подобраться к нему нереально. После взрыва в котором он пострадал, охрана усилена. Причем вокруг него только люди, которые приехали с ним из России. Ни запугать, ни подкупить никого не удалось. Несколько наших людей серьезно пострадали.

– Так послал бы тех, кто мог справиться!

– А я и послал. Вот они и отдыхают сейчас в реанимации.

– Как это возможно?

– Спросите это у разработчиков ваших чудо препаратов. Да они стали сильнее. Вот только мозги атрофировались. Вот и результат. Иногда думать тоже надо уметь. – мужчина на мгновение нахмурился.

– Откуда информация? Почему я узнаю об этом только сейчас?

– Мне никто не докладывал. Это мои личные наблюдения. Помните Суна? Ну того, кто вас несколько раз обыграл в шахматы? Вы тогда еще грозились его прибить?

– И?

– С тех пор, как он начал принимать препарат, вернее спустя пару месяцев после начала, он стал сдавать позиции. Вчера он проиграл Ли. А вы должны знать, как тот играет.

– Но это единичный случай!

– Нет, к сожалению. Этот просто самый бросающийся в глаза. Ваши супер солдаты, могут как роботы выполнить команду. Вот только думать и принимать решения уже не в состоянии. Они стали обращаться ко мне даже в самых пустяковых ситуациях. А это проигрыш при любом раскладе. К тому же в последнее время они стали раздражительны и агрессивны сверх меры. Мне с каждым днем становится труднее их контролировать. Такое ощущение, что они обратно превращаются в неандертальцев. Да и вы если присмотритесь, увидите что я прав.

– Насколько все плохо?

– Еще месяц другой, и они перестанут вообще быть людьми. Не уверен, что при этом они не станут опасны даже нам.

– Хорошо, иди. – мужчина вышел, и только оставшись один Палач схватился за голову. Начав сам принимать данный препарат месяц назад, он радовался переменам. Но если то, что сейчас сообщил Сун-э правда, то это конец. Теперь понятно, почему старик уговаривал его принимать эти витаминчики. Приводя в пример себя, он напирал на то, что сам выглядит на несколько десятков лет моложе своего реального возраста. Палач, чей возраст перевалил за сорок уже стал интересоваться его эликсиром молодости. Наверное поэтому и попал в эту ловушку. Как только запахло жареным, от него решили избавиться. Зачем марионеткам мозги? Но ничего. Он этого не забудет. Еще есть время. Старик еще пожалеет, что просто не убил его, когда была возможность. Сначала он разберется с девчонкой, а потом уничтожит того, кому служил многие годы. Прощать обиды Палач не привык.

Задумавшийся мужчина не заметил, что за окнами мелькнула тень. Да и кто мог быть за окном двухсотого этажа небоскрёба?

А в небольшой квартирке, которую занимала средняя из сестер Алия, сидела девочка лет четырнадцати, наблюдая, за своим противником глазами сокола. И судя по тени улыбки на её губах, наблюдение себя оправдало.