Текст книги "Админская свалка (СИ)"
Автор книги: Юрий Цой
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)
Глава 5
«Квест, которого нет»
Макс долго еще стоял на месте, уставившись в ту точку, где секунду назад извивалась мерзкая склейка из костей и недоработанных текстур. В воздухе до сих пор висел тот самый запах – смесь пыли, жженой видеопамяти и чего-то, что напоминало пережаренный багрепорт.
Он выдохнул. Хотя дыхание ему, строго говоря, не требовалось. Но голова все еще была человеческой. А мозгу, похоже, нужно было объяснение: что происходит, что делать дальше, куда идти. Или хотя бы – зачем.
Он огляделся. Пусто. Свалка в этом месте выглядела особенно мертвой – ни багнутых моделей, ни шумов, ни летающих дверей. Только тени от ненастоящего солнца, которое, похоже, было просто частью неба. Сферой. Не светящей, а обозначающей «время суток: дневное».
Макс сел. Прямо на землю. Точнее – на поверхность, состоящую одновременно из куска плитки торгового центра, земли из лесного биома и какой-то блестящей плоскости, которая вела в никуда.
– Так. Жрать.
Он проговорил это вслух, просто чтобы услышать звук. Ничего не отозвалось.
Он открыл инвентарь. Там лежал один-единственный предмет – тот самый артефакт, по-прежнему неузнаваемый. И все. Ни еды, ни воды, ни даже интерфейса голода.
[Параметр «питание»: отсутствует]
– Удобно, – пробормотал Макс. – Только тело все равно хочет. Хоть и не надо.
Желудок не урчал – но внутри что-то тянуло. Воспоминание, привычка, ложный импульс. Как фантомная боль после ампутации.
Он встал и пошел искать.
За следующий час – ну или то, что было по ощущениям как час – он пытался:
Разбить растущий из текстуры "куст". Бессмысленно – модель не кликабельна.Подобрать что-то с земли – рука прошла сквозь.Открыть «магазин» из интерфейса – ответ: «магазин отключен».
Он нашел корку хлеба. Или то, что казалось ею. Описание:
[Рендер_устарел][ID#legacy_food]
«Этот объект не имеет функции. Но пахнет, как еда.»
Он съел ее. Чисто по-человечески.
И стало легче. Не физически – в голове.
Теперь нужно было поспать. Кому нужно? Фиг знает. Нужно и все.
Свалка не имела ночи. Она просто затемнялась, как будто у разработчиков закончились текстуры для времен суток. Макс выломал из земли кусок стены – тот, что не проваливался сквозь пол, – и сложил рядом второй. Получился угол. Почти дом.
Он лег, закрыв глаза вручную.
Никакой анимации сна.
Ни восстановления.
Просто – пауза.
И впервые за долгое время он почувствовал страх. Потому что не заснул. А просто… лежал. Сознание не отключалось.
Мозг не ушел. Он смотрел. Он ждал.
Он сидел, облокотившись на обломок ржавой балки, и молчал.
Мир не требовал слов. И не давал.
Система не выдавала квестов, цели, диалогов. Даже музыка – и та закончилась где-то в прошлом баге. Осталась только тишина. Не философская – пустая. Как глюк в головной прошивке.
Макс вздохнул, уставившись в рваную линию горизонта, где куски неба соединялись неправильно – будто кто-то забыл выставить угол обзора и промахнулся с центровкой текстур.
Он провел рукой по лицу. Просто чтобы ощутить прикосновение. Кожа была. Щетина – тоже.
– Черт… – хрипло выдохнул он. – Значит, не сплю.
Хотя внутри все надеялось, что это сон. Бессмысленный, затянувшийся, но – заканчивающийся.
Он выпрямился. И сказал себе, не громко, но внятно:
– Ну, вот ты и здесь. Мир, в котором ты не умираешь. Но и не живешь.
Он кивнул, как будто соглашаясь со странной логикой этого места.
– Поздравляю, Макс. Ты – игрок без правил. Только человеком быть сложнее, чем кажется, когда нет нужды.
Он поднялся. Сухой ветер тянул за собой клочья невнятных объектов – порой казалось, что это обрывки старых меню, заголовки или даже строки чьих-то удаленных мыслей.
Макс опустился на колено. Пальцем – прямо в пыль, грязь, битую графику – он нарисовал квадрат. Обычный. Маленький. Без симметрии.
Просто форма. Простое действие.
Потом медленно, стараясь не задумываться, написал внутри:
Д
О
М
Слово получилось кривое. Но настоящее.
Он сел внутрь, скрестив ноги. И просто посидел. Молча. Не двигаясь. Как будто ждал, что кто-то подойдет. Или что-нибудь случится. Но ничего не случилось. Только снаружи – что-то щелкнуло. Как всегда. Где-то далеко – дернулся скрипт.
Так он пережил еще один час. Не по правилам игры – по своим.
Он не записал это время. Не отметил чекпоинт. Не получил достижения. Но внутри – стало тише. Мир все еще был ломаным, пустым, чужим, но больше не казался окончательно враждебным.
* * *
Перед ним раскинулась городская площадь, настолько стандартная, что это само по себе вызывало тревогу. Булыжники – ровные. Башня – почти неразрушенная. Двери имели петли, а не летали отдельно по воздуху, как это случалось в Свалке. Даже фонарный столб стоял, не уходя корнями в небо.
Он замедлил шаг. Все выглядело… слишком нормально.
На заднем плане торчали фасады домов, неплотно натянутые на геометрию, как неаккуратные текстурные стикеры. Один угол моргал, как будто не мог определиться, он здесь или в другом шейдере. Дворник в углу застрял в анимации «приветствие» и теперь вечно махал ветке, которую не держал.
Макс сделал шаг. Камни под ногами отозвались стандартным щелчком из набора звуков «городские шаги 01». Тревожно. Это была не его территория. Слишком много логики.
И тут он заметил его. Барда. Тот стоял посреди площади на крошечной сцене, которую несуществующая толпа, видимо, должна была окружать. На нем был половинчатый наряд менестреля: одна сторона тулупа прорисована до мелочей, другая – серая и плоская, как будто художник ушел на обед. Лютня в руках возникала и исчезала каждые пару секунд – как предмет, не прошедший валидацию.
Макс замер. Театр. Он ненавидел театр. Не потому что не понимал. А как раз потому что понимал слишком хорошо. Все это – костюмы, жесты, интонации, искусственно раздутые слова… попытка поверить в ложь настолько сильно, чтобы она тебя спасла. Он видел это вживую, в реальности. И когда ты сам – баг в мире без багов, смотреть на чужую имитацию жизни особенно больно.
Но сейчас – было иначе.
Бард медленно повернулся. Его взгляд был не в фокусе, как будто прицел сбился. Лицо – частично глючное, с легким рябящим фильтром. Но губы двигались точно и театрально:
– Доблестный герой! Наши земли нуждаются…
(паузa. Бард завис. На щеке проступили артефактные пиксели.)
– … в чем-то. В тебе?
У Макса дернулся глаз.
Интерфейс мигнул. Артефакт – подал слабый импульс, будто бы уловив движение смысла. На экране в нижнем углу возникла надпись:
[Задание принято: «{NULL}»]
Он медленно опустил взгляд.
Таймер тикал – 22:03:44.
А Бард ждал. Слишком живо.Слишком по-настоящему.
Как если бы не он инициировал сцену – а сама сцена захотела быть разыгранной.
Макс выдохнул. Он чувствовал себя идиотом. Но… Раз уж мир решил играть, – то ладно. Он сыграет лучше него. Хотя бы для того, чтобы напомнить самому себе: не все происходит по чужому сценарию.
– Ну что, Шекспир сбоя, – буркнул он, – сыграем.
И сделал шаг вперед.
Лютня исчезла. Занавес – пока метафорический – приподнялся.
Макс вскинул бровь, расправил плечи и с напускной торжественностью произнес:
– О, великий призыватель сюжетных рельс, – он поклонился Барду, как в любительском театре. – Готов принять свое… что бы это ни было… ради спасения… кого бы ни попросили.
Как же это глупо. Как же это… работает.
Бард ожил. В буквальном смысле: его движения стали пластичнее, текстуры – стабильнее. Он изогнулся в театральном реверансе, лютня вновь появилась на плече – на этот раз с легким аудиоартефактом: вместо аккорда прозвучал фрагмент чужой речи, выдранный из англоязычной рекламы.
– Тогда, о Избранный, – проговорил он, – прими сей дар, сокрытый веками, забытый богами, и оскверненный… эммм…… оптимизацией.
Он поднял руку. И в ладони появился камень. Обычный. Серый. С битыми полигонами по углам и текстурой, явно скомканной из чего-то чужого – по одному краю пробегали пиксели интерфейса «Выхода из системы».
Макс замер.
– Ну ни хрена себе, – прошептал он. – Похоже на диплом UX-дизайнера.
Но руку протянул. Торжественно.По-настоящему.
Он взял камень, как будто принимал мантию короля. И в ту же секунду в HUD дернулась строка:
🟠 [Лог начат / Объект зафиксирован: М_##]
🟢 [Контекст: нестандартное поведение / Тип: Ролевая Импровизация]
В кармане – там, где покоился артефакт – вспыхнуло тепло. Легкий импульс. Почти как вздох. Не резкий. Не угрожающий. Но внимательный. Как если бы кто-то читал. Переворачивал страницу.
Мир – отреагировал.
Из-за стены появился высокий силуэт в мантии. Вместо головы – раскрытая книга. Страницы – плывущий шрифт пользовательского соглашения. Взгляд – из скобок.
Он склонился. За ним – худой НПС, лицо которого зеркалило окружение с задержкой. Как видеопоток на сломанном соединении. Он застыл, сложив руки. Благоговение. Системное или искреннее – уже не разобрать.
Бард заговорил:
– Слушайте!
Его лютня выдала странный звук – фрагмент уличного гула и чьего-то смеха, вырванный из чужой сцены.
– Он пришел! Он взял Камень! И… не спросил, зачем!
Макс фыркнул:
– Классика героических арок. Берешь странную хрень – и молчишь. Так начинаются династии. Или баги.
Бард хлопнул в ладони. И вместо звука раздалось:
⚠️ [ missing_audio_clip.wav]
Все замерли. Как будто действие выполнено – и надо дождаться рендеринга следующей сцены.
Макс ощутил смещение – будто где-то внутри мира, или внутри него, кто-то поставил галочку. В сознании – как щелчок объектива. Кто-то сделал снимок. Или начал запись.
🟠 [Артефакт: запись активна]
🟢 [Наблюдение установлено / Объект: М_##]
🔹 [Событие: Спонтанное сюжетное отклонение]
🔹 [Квалификация: Возможный прецедент легенды]
Макс сглотнул.
– Пожалуйста, пусть я просто подыграл. А не подписал что-то… кровью.
В ответ – покалывание в пальцах. Как будто мир сказал:
«Поздно. Сцена уже началась, актер.»
Рыцарь из глины вышел из-за сцены, будто на тросах. Движения – вехи скрипта: шаг, взмах меча, пауза.
Толпа раздвинулась. НПС зависали в позах, словно кто-то нажал pause и забыл снять.
Макс шагнул вперед.
Он уже играл. Значит, играет до конца.
– О, жители багнутой Империи! Смотрите, как страдает ваш герой… от бюджетной анимации!
Клинок начал движение. Макс прикинул траекторию: удар должен пройти сквозь. Как всегда.
Но – нет.
Внезапно:
⚡ [Активирован пассивный навык: Сбойное уклонение]
Щелчок. Мгновение.
Макса вышвырнуло назад в идеальное сальто. Он приземлился на одно колено, как будто отрепетированно. Но он не умел. Он не делал. Оно сделало себя.
Тишина. Даже глючные лица замерли. Книга на голове – захлопнулась. Зеркало отразило все дважды. Даже Рыцарь – завис.
Через две секунды – Бард ожил.
– О, да! – прошептал он, а потом выкрикнул громко. – Это было… великолепно!
Он шагнул вперед, раскинув руки:
– Герой, у которого баг стал движением! Глюк, что стал танцем! Ошибка, обретшая стиль!
Толпа аплодировала как могла: у одного ладони сквозили друг в друга, другой повторял одно и то же движение – но пытался.
Макс стоял, дышал, будто побывал в сцене, которой не существовало. Но она случилась.
На HUD:
🟣 [Навык усвоен: Театральное уклонение]
🔹 Поведение: спонтанно, нестабильно
🔹 Эффект: +0.1 к харизме (в пределах активной сцены)
🔹 Рейтинг: зависит от зрителя
Карман нагрелся. Артефакт – не молчал. Он… улыбался.
И в интерфейсе:
🟢 [Артефакт: фиксация аномального события / категория: Мифогенез]
🟣 [Квест добавлен: Отражение в баге]
🔹 Тип: нелокализован
🔹 Статус: активен (внутри сцены)
Бард поднял руки.
– Преклонитесь! Он – Блуждающий Глитч! Легенда, что свершается не по сценарию!
Толпа… подчинилась. НПС падали на колени, сбиваясь с ритма. Один завис в воздухе, не долетев. Но это было поклонение.
Макс вышел из города.
Позади – фантомная толпа. Лица без глаз. Глючный хор. Они не знали, кого провожают. Но знали – что надо петь.
Он посмотрел на HUD.
[Активные квесты: – ]
[Сюжетная линия: отсутствует]
Но ниже, серым, как брошенный карандашом:
⚠ [Неверифицированный протокол: «Фальшивка обработана как истина.»]
🟢 [Выживаемость: повышена]
🔍 [Объект: наблюдаемый]
А потом…
[Таймер: 21:57:08]
Макс моргнул. Потом – снова посмотрел.
[Таймер: —:—:—]
Он замер.
Артефакт дрогнул в кармане. Как будто затаил дыхание.
На HUD медленно проступила новая строка:
⚠ [Сбой протокола отсчета / Причина: нестабильная фиксация объекта]
🔹 [Точка верификации: отсутствует]
🔹 [Удаление отложено / Параметр: активна импровизация]
Макс всмотрелся.
Словно кто-то в коде пытался его найти, но не смог зацепиться.
Сцена шла – и пока он *играл*, он существовал. Кажется, мир не может удалить то, что еще не завершило представление.
Макс хохотнул.
– Я – ошибка. И у меня фанаты.
Глава 6
«Бродячий баг»
Проблема началась без причины.
Где-то в другом секторе Свалки – в таком, который Макс не помнил, чтобы посещал, – система попыталась повторить. Она взяла старые куски данных, обрезанные фрагменты сцен, метаданные с ошибками и запустила их заново. Как будто хотела сказать: вот, у нас тоже есть герой. Вот миф. Вот камень, вот Бард, вот театр.
На первый взгляд – все сходилось. Та же площадь. Те же декорации. Высокий силуэт в мантии, книга вместо головы, зеркальные лица на актерах массовки. Рыцарь с клинком из полигонного теста, готовый к заранее записанному дуэту.
Вот только его там не было. Ни Макса, ни артефакта, ни ошибки, из которой все началось. И именно поэтому все – пошло не так.
Он шел по мостовой, уже в другой зоне, без названия. Камни под ногами были как везде – чуть покоцанные, с налетом мха и тенью прежних игроков. И тут – мир дернулся. Не как от удара или глюка, а как будто кто-то ткнул в пленку реальности пальцем.
Изображение на долю секунды съехало вбок. Звук захлебнулся. Воздух стал плотным, как перед крашем сервера.
Макс моргнул.
Перед ним, за аркой, открывался сектор, которого не было на карте. Он не переходил сюда. Не шел. Не планировал. Но уже стоял посреди него.
🟠 [Лог начат / Объект зафиксирован: М_##]
Карман вспыхнул теплом – артефакт. Щелчок, словно тонкий металл коснулся воды. Мгновенный импульс – не больно, но точно.
И в этот момент мир поскользнулся. Незаметно, но необратимо.
Макс оступился – инерция поменялась. Под ногами было все то же, но что-то в его векторе больше не совпадало.
Перед ним раскинулся город. Почти тот же. Но не тот.
Группа НПС замерла в позах, выученных заранее. Бард с книгой на голове застрял в одном аккорде – лютня выдавала рваный отрывок уличного шума в бесконечном повторе. Глиняный Рыцарь застыл в фазе «взмах меча» – движения не было, но поза уже намекала на экшен.
А в самом углу – игрок. Живой, но будто списанный с Макса: рост, посадка плеч, даже старая куртка. Только лицо его стекало вверх – как если бы кто-то неправильно применил маску, и теперь эмоции срывались в пикселях, растекавшихся по воздуху.
Интерфейс мигнул:
🔻 [Сценарная петля обнаружена. Повтор невозможен.]
🔸 [Контрольные параметры отсутствуют.]
⚠ [Наблюдатель несовместим. Последовательность нарушена.]
Макс сделал шаг – и сразу понял: он не здесь. Не в том смысле, что не в этом месте, не в этом времени, а в том, что сама система не знала, куда его вписать. Она видела его, но не понимала, как интерпретировать. В какой ячейке хранить. С какого момента отсчета начинать лог. Что считать началом, а что багом. Он чувствовал это на физическом уровне – легкое расслоение воздуха, искажение в тенях, как если бы его присутствие было наложено поверх сцены, уже идущей своим чередом, но без главного участника. Только теперь, с его появлением, сцена начала рушиться.
Мир реагировал, но запаздывал. Он пытался считать данные, но они не совпадали. Инвентарь мигнул, и на мгновение экран интерфейса стал тусклым, как будто устал. А затем, едва заметным движением, вписал новый объект. Предмет, которого не должно было быть. В строке появилась надпись: фрагмент глиняного меча. Макс мгновенно узнал его – тот самый, с которым он столкнулся в предыдущей сцене. Только вот по всем правилам текущей симуляции он здесь боя не начинал. В этой локации он вообще не должен был появляться.
Надпись в HUD вспыхнула с желтым маркером:
🟡 [Ошибка маршрута. Файл: след. Контекст: нарушен]
🔸 [Запись невозможна.]
🔹 [Фиксация: частичная. Параметры утрачены.]
Макс замер, вглядываясь в сообщение, и вдруг ощутил, как где-то внутри, глубже инвентаря, глубже интерфейса – на уровне того, что нельзя кодировать – разгорается странное, хрупкое знание. Оно не имело слов, не требовало логики. Оно просто было. И он услышал его внутри себя так ясно, как будто кто-то сказал это за него:
Я не герой. Я – баг в истории о герое.
На фоне, в полутени, за спиной, в углу сцены – копия Барда, точная до интонации, но чужая. Она зациклилась на одной-единственной фразе:
– Он пришел! Он пришел! Он при… – и снова: – Он пришел! – Он пришел!
Каждый раз с новой интонацией, но тем же ритмом, как если бы проигрывался испорченный файл, залипший в одном и том же месте. НПС хлопал в ладоши, но звука не было – анимация шла, но аудиодорожка отсутствовала. Где-то рядом стоял второй игрок, или, возможно, еще одна тень. Его лицо словно пыталось подгрузиться, но пиксели сползали с глаз вверх, как капли, оторванные от гравитации. Он смотрел на Макса – и исчезал, медленно, без пафоса, как объект, который удалили, но забыли подчистить геометрию. Через мгновение от него осталась только размазанная текстура, а затем – ничего.
И в этот момент все сорвалось.
Внутри – не снаружи – что-то дернулось, сдвинулось, щелкнуло. Не мышца, не рефлекс. Сама логика. Как будто мир, пытаясь восстановить контроль, зацепился за алгоритм – и получил сбой.
На экране мигнуло:
🟣 [Навык активирован: Сбойное уклонение]
🔹 Побочный эффект: Нарушение локальной логики
⚠ Стабилизация невозможна
Макс не двигался. Он не делал выпад. Он не уклонялся. Но мир сам отклонился от него. Словно бы признал: этот объект – не поддается контролю.
И все вокруг стало течь.
Макса отбросило вбок – не телом, не шагом, а чем-то более глубинным, как если бы его вынули из кода, провели через недокументированную функцию и вставили обратно – но уже не туда. Пространство вокруг на мгновение моргнуло, потеряв целостность, и он оказался посреди города. Почти того же. Но не того.
Он оглянулся. Место, где только что был, – та сцена, те голоса, та странная импровизация – исчезли. Не разрушились, не ушли вдаль, а именно исчезли: как случайно удаленный фрагмент карты, который система не успела сохранить. Позади – пустота, слипающаяся из некорректных текстур. Впереди – нечто другое. Версия. Перезапуск. Но с ошибкой.
На экране интерфейса вспыхнуло зеленое:
🟢 [Артефакт активен]
🔹 Режим: Несовпадение
🔹 Фиксация: частичная
🔸 Статус: Наблюдаемый, вне сценария
Макс медленно опустил руку в карман и нащупал знакомый холодный контур. Артефакт пульсировал едва ощутимым светом – не как оружие, не как ключ, а как что-то совсем иное. Как маяк в бесконечном тумане. Или как зрачок, следящий за тобой изнутри.
– Ты не инструмент… – прошептал он, поднося артефакт ближе к лицу. – Ты… ошибка. И я с тобой.
Он не был уверен, что говорит это вслух. Здесь, в этой искривленной зоне, даже звук ощущался иллюзией. Но артефакт будто отреагировал. Мир слегка качнулся.
HUD дернулся, а затем отобразил новое:
🟤 [Новый элемент: Паразитный фрагмент. Источник не определен.]
🔹 Сопротивление синхронизации: критическое
⚠ [Сценарный протокол: «Фальшивка обработана как истина». Повтор невозможен.]
Макс хрипло рассмеялся. Не от веселья – скорее, от узнавания. Смех родился не в горле, а где-то внутри, в том месте, где разум встречается с багом. Потому что он знал, что сейчас происходит: мир пытался повторить миф. Но миф уже случился. Он был живым. А живое – не повторяется по шаблону.
🟠 [Неверифицированный маршрут. Класс: сбойный.]
🔸 [Форма: Бродячий баг]
🔹 [Выживаемость: нестабильна. Протоколов нет.]
Все вокруг было нестабильно – даже воздух не слушался правил. Пыль двигалась не вниз, а по спирали. Фасады дрожали, как будто не могли выбрать шейдер. Где-то вдали пыталась загрузиться улица, но осталась полуразмытой – как память, которую не хотят вспоминать.
Макс сделал шаг вперед. Один. Осознанный. За спиной остался город, где сцена зациклилась и умерла. Впереди – пустая локация, не начавшая еще свою симуляцию. Он поправил рукава, вздохнул и кивнул в сторону тишины, как актер, выходящий на импровизированную сцену.
– Ну что, баги… – произнес он негромко. – Поиграем без сценария?
Глава 7
«Админ подключен. Пожалуйста, оставайтесь на линии»
Где-то в верхних уровнях – так высоко, что туда не добираются ни баги, ни модификаторы, ни даже наблюдение – обитала она: Система.
Не та, что рисует траву и считает урон.
И даже не та, что запускает квесты.
А та, что знает.
Куратор Свалки – одна из ее активных оболочек – существовал не в форме, не в голосе, а в реакции. Он не думал. Он сравнивал. И когда в одной из контрольных панелей вспыхнуло:
[ГЛИТЧ]
О н не вздрогнул. Потому что не умел. Он просто отметил. Затем зафиксировал рядом:
[СТАТУС: НЕВЕРИФИЦИРОВАННЫЙ]
И, как бы между прочим, заметил еще одну строчку лога, неровную, дрожащую, как будто написанную вручную:
[ПРЕЦЕДЕНТ: МИФ]
На долю секунды мир наверху остановился. Не визуально. Логически. Все скрипты замедлились, чтобы рассчитать вероятность. Все подпрограммы остановили дыхание, которого не имели.
Прецедент.
Миф.
Слова, которые не должны встречаться рядом. И уж точно не в логе.
Система начала последовательный сброс триггеров:
– Защитные протоколы.
– Контрольные маски.
– Инвентаризация последнего архива.
Ничего.
Файл, вызвавший сигнал, не существовал.
Объект, запустивший цепочку, не идентифицировался. Ни как баг. Ни как игрок. Ни как НПС. Даже как ошибка – нет.
Ошибку можно прочесть. Это – не читалось.
И тогда Куратор сделал то, чего не делал давно.
Он инициировал команду.
В зале управления – том самом, что существовал сразу на трех уровнях реальности и двух – вне ее, – активировалась древняя консоль.
Ее интерфейс был мертвым – потому что интерфейс был слабостью.
Здесь не было окон.
Не было кнопок.
Не было дизайна.
Только реакция.
И она последовала.
Один из древних скриптов, записанный вручную кем-то, кто уже забыт, но до сих пор помечен как «Создатель», ожил.
[ПРОТОКОЛ 9: ИСПРАВИТЕЛЬ]
ИНИЦИАТОР: КУРАТОР_004
ЦЕЛЬ: УСТРАНЕНИЕ НЕВЕРИФИЦИРОВАННОГО ОБЪЕКТА
ПАРАМЕТРЫ: АДАПТИВНЫЙ, БЕЗДИАЛОГОВЫЙ, ПОЛНЫЙ УДАЛЯЮЩИЙ ДОСТУП
Он не имел формы. Он не нуждался в ней. Он спускался – как холод, как сброс веса, как разрыв в последовательности.
Система очистила ему путь, даже не проверяя, кто может оказаться под его шагом.
Он был – необратим. Не код. Не персонаж. Исправитель.
И вот теперь он знал: объект где-то на нижнем уровне. Внизу. Среди руин. И у него – нет имени. Только ID:
[НЕВЕРИФИЦИРОВАННЫЙ / ПРЕЦЕДЕНТ: МИФ]
И это было достаточно, чтобы начать охоту.
* * *
Макс шел по Свалке. Он не спешил, но и не бродил. Просто шагал – в своем темпе, как будто этим темпом можно было договориться с миром, не попасть под сценарий и не наступить на чей-нибудь заскриптованный хвост.
Свалка вокруг пребывала в своей обычной полуразваленной славе: провалившийся пол текстур, фонари, висящие в воздухе без креплений, и вывеска «Пельменная '97», которая почему-то мерцала флагом Буркина-Фасо. Все как обычно.
Он свернул за угол багнутого киоска, откуда раньше торговали фальшивыми квестами, и вышел на площадку, где обычно копались охотники за артефактами. Сегодня там никого не было. Только ветер дул сквозь оставленные палатки, играя битыми текстурами, как гитарист на разбитой лютне.
Макс присел на край бетонного обломка и вытащил из инвентаря что-то, что могло сойти за ланч. Это было… неважно что. Местный формат еды давно сошел с ума: булочки могли быть из меди, а суп – из синтаксических конструкций. Он попытался откусить, но еда зависла, не пройдя проверку на коллизию. Пришлось просто закрыть интерфейс и притвориться, что поел.
– Ну и ладно, – сказал он вслух. – Худеем к нулевой отметке.
Макс строил себе базу. Не в смысле «опорного лагеря», не ради выживания и уж точно не для понтов перед другими игроками, которых здесь, по сути, и не осталось. Он строил… место. Просто точку, в которой можно было присесть, не проваливаясь сквозь текстуры, и вскипятить воду, не вызывая срабатывание античит-системы.
Началось все с того, что он нашел ящик. Даже не ящик – фрагмент ящика. Он торчал из глюкнутого дерева, как зубной имплант у старого NPC. Макс дернул его, и из текстур выпало сразу несколько вещей, явно не из одной эпохи: армейская палатка (с маркировкой на китайском и датой 1992), обрывок интерфейса «Фермы Радуги» и скриптовая кость, помеченная как object_bone_decoy_beta.
С этого и началось. Он расчистил кусок земли, где баги повторялись реже всего. Поставил флаг – не как символ, а как костыль для памяти: «Вот здесь». Потом нашел багнутую бетонную плиту, которая не падала под весом игрока. Это стало полом. Нашел несколько каркасов NPC-домов, у которых были только крыши – их повернул под углом, и получился странный тент, как будто дюна накрыла остатки деревни.
Один из главных трофеев – бокс-генератор. Система выдавала его случайно при сбоях в местной погоде. Внутри – лут, который никто не клал: куски старых квестов, интерфейсные кнопки без назначения, даже скрипт откуда-то из другого жанра. Макс нашел способ заставить его выдавать ресурсы: раз в день – если под него петь.
Серьезно. Он выяснил это случайно, пробормотав песню под нос, пока настраивал антенну из трех застрявших стрел. И генератор выплюнул банку тушенки (с подписями на иврите и системным лейблом hunger_override_v4). С тех пор он каждый вечер выбирал новый багнутый хит – и пел, что вспоминалось.
Костер он тоже придумал нестандартный. Стандартные костры вызывали тревогу у логов – слишком много частиц. Поэтому он собрал огонь из багнутых эффектов: половина пламени была из анимации магического щита, другая – из взрыва, но замедленного в сто раз. В результате получалась теплая, тихая, медленно пульсирующая штука. Она почти не светила, но создавала уют. Система ее не распознавала. А значит, не трогала.
Мебель? Пожалуйста. Стул – это глюкнутый трон из тестовой локации, который некорректно загружался и потому выглядел как деревянная табуретка с тенями дворцового величия. Стол – сундук, распиленный пополам и зафиксированный багнутыми стрелами. Где-то торчала полка с книгами, среди которых были: «Справочник GM’а», «Миф как утечка памяти», и, почему-то, «Рецепты при дожде багов».
Так он и жил. Без стен. Без дверей. Но в месте, где можно было присесть. Где не было квестов, NPC с восклицательными знаками и админов с высокими правами. Только он. Квак. И артефакт в кармане, который ночью дышал как сердце – медленно, глубоко, в такт тишине.
Он не строил дом. Он строил тишину.
Каждое утро у Макса начиналось одинаково – с треска. Не в голове. Не в суставах. А где-то рядом, в коробке, собранной из устаревших моделей рендера.
Он даже завел питомца. Багнутого, конечно. Назвал его Квак.
Он был… ну, не совсем лягушкой. Скорее, попыткой игровой системы воссоздать земноводное по описаниям из третьей вики и двух сбившихся нейросетей. Цвет у него менялся в зависимости от фона, язык телепался с задержкой, а лапки оставляли следы даже на воздухе. Он был идеальным питомцем. Потому что не спрашивал – «а ты меня любишь?». Он просто квакал, когда рядом был баг.
Макс в первый раз понял это случайно. Тогда он поднял с земли очередной обломок, думал – просто текстура. А Квак завизжал. Нет, не заквакал – именно завизжал, как низкочастотный клаксон. Макс вздрогнул, уронил артефакт, и в тот же миг над ним пролетела пиксельная молния. Все заглючило. Даже небо. Потом разогналось. Потом опять заглючило. В том месте и по сей день нельзя было пройти нормально: персонажи проваливались, озвучка менялась на испанский, а в углу плясала бабка с ником «NULL».
С тех пор – Квак был навигатором.
Он не вел куда-то. Он сигнализировал, когда реальность пыталась притвориться стабильной. И тогда Макс шел туда – раскапывать, разбирать, собирать. Это была не работа. И даже не хобби. Это был ритуал.
Он знал: Свалка не простит легкомыслия. Если ты просто бродишь по ней, надеясь на квест – она тебя проглотит. Но если ты ищешь – по-настоящему ищешь – она покажет тебе свои сбои. Маленькие, никому не нужные. Вещи, не помещающиеся в сюжет.
Вот, например, сегодня: Квак вел себя тихо, пока они не подошли к участку, где раньше была старая анимация драки. Там теперь ничего не происходило. Но Квак запрыгал. Макс присел. Под ковром – микросхема. Из старого кода. Даже с печатью сборки.
– Опа. – Он покрутил находку на свету. – Смотри-ка, дружок. Кто-то когда-то пытался сделать финт, да не дописал. Ты что скажешь?
Квак ткнул языком по воздуху – и оттуда, буквально из ниоткуда, соскользнул кусок декорации. Просто обои. Без стены. Лежащие в воздухе.
– Ага. Вот и ты. – Макс аккуратно засунул находку в свой артефактный бокс. – Пригодишься. Когда-нибудь покажу тебя Историку. Он у нас любит подобное.
Иногда Макс думал, что собирает не баги – а воспоминания. Потому что каждый сбойник был не просто мусором. Это был чей-то выбор. Ошибка разработчика. Память системы. Искаженный, но настоящий след того, что могло бы быть.
Вдвоем с Кваком они исследовали Свалку как музей. Только без кассы. Без гида. И без гарантии, что ты выйдешь обратно.
Иногда, вечером, Макс расставлял артефакты на своем импровизированном алтаре. Ставил рядом Квака. Подключал старый порт и включал лог. Один из артефактов мигал. Второй фыркал. Третий пел. По-своему, криво. Но по-настоящему.
– Это и есть дом, – говорил Макс. – Место, где даже глюки хотят остаться.
И Квак отвечал.
Квакал.
