Текст книги "Неидеальная любовь. Книга 1"
Автор книги: Юлия Созонова (Васюкова)
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 31 страниц)
Правда, с другой стороны, может Волков и моет её раз в день? Просто вчера некогда было, в общем-то, про посуду думать. Да и сама не лучше. Заставить меня заниматься домашними делами могут только неоспоримые факты и железобетонные аргументы. Обычно такой смесью является визит моей матери в берлогу собственного дитя. Пережить скандал в исполнении Соколовой Ирины Анатольевны доведётся далеко не каждому, проверенно на собственном печальном опыте.
Вздохнув, потёрла виски пальцами, прикидывая с чего бы начать. И додумалась вспомнить, что забыла отключить телефон. Хотя он и не играет уже... Наверное, сел аккумулятор. Слава богу!
– Ну что? Не боги горшки обжигали, верно? – Спросила у холодильника, машинально проведя по белой дверце рукой, и едва не заорала от неожиданности, когда меня цапнули за пальцы. Подув на пострадавшие конечности и вытерев выступившую кровь (в следующий раз прихвачу с собой напильник, для затупления особо острых зубов), удивлённо посмотрела на бытовую технику, решившую вдруг показать зубы.
На самом холодильнике, недоверчиво и пугливо сверкая красными глазами, сидела домашняя...
Крыса. Беленькая такая, симпатичная, кстати.
– Нда, Волков... Многогранная ты личность! – Хихикнула, чуть нервно и, уперев руки в бока, поинтересовалась у нового знакомого. – Ну, вот как тебя звать, чудо голохвостое?
Конечно же ответа не последовало. Возмущённо пискнув, эта зараза из отряда грызунов сиганула мне на голову, откуда ловко скатилась на плечо, где и устроилась, со всем возможным комфортом, уцепившись коготками за ткань футболки. Видимо, для неё подобное было не в первой, так что я заранее сочувствую одежде Алексея. Наверняка вся в затяжках.
Хмыкнув, почесала живность за ухом, провела кончиком пальца по хребту, заметив, что крыса зажмурила глаза и чуть изогнулась, явно получая удовольствие, и приступила к уборке помещения. Хоть какое-то разнообразие в моей такой скучной жизни.
На то, что бы вымыть посуду, сполоснуть крысу, умудрившуюся свалиться с плеча в мыльный раствор, вытереть оную насухо краем футболки, посадить на холодильник и расставить тарелки в шкафу, ушло где-то полчаса. Из зала не подавали никаких признаков жизни, так что я спокойно уселась на табуретку, предварительно вытащив из холодильника кусок сыра и сервелат в нарезке. Включив чайник, сделала себе бутерброд, поделилась сыром и колбасой с новой знакомой и стала задумчиво рассматривать обстановку, дожидаясь пока вскипит чайник.
Помещение маленькое. Скромное и до жути тесное, если сюда вздумает набиться больше двух человек. Помнится, такая же была в квартире моей бабушки. Для одного вполне приятное и удобное место, всё под рукой и даже больше – не надо прыгать по всей площади, выискивая куда засунул, скажем, к примеру спички.
Мойка из нержавейки, с небольшим крылом, куда можно было ставить уже чистую посуду, что бы стекала. Тумбочка под ней, для всякой мелочи. Помниться у бабули я там как-то обнаружила заначку из трёх банок любимого варенья – черешня с грецким орехом. А у родителей там хранились папины инструменты. Рядом газовая плита, причём явно не из дешёвых, правда, кто б её помыл ещё. Не, не я точно. Мне посуды вот так хватило, по самое горло.
Следом разделочный стол, на котором стояли микроволновка, электрочайник и тостер. Сбоку от двери примостился высокий, белоснежный холодильник. Маленький угловой обеденный стол и две табуретки с мягкими сиденьями завершали перечень мебели.
А, ну ещё два навесных шкафа. В одном посуда, он прямо над мойкой. Во втором всякая мелочь, типа початой бутылки белого вина, которое давно и прочно стало уксусом. Судя по запаху, конечно же.
Щёлкнула кнопка, оповещая о том, что вода достигла своей точки кипения и можно заваривать чай. Как это ни странно, но у Волкова нашёлся такой запас разнообразного пакетированного чая, всех видов и мастей, что я от неожиданности даже слегка растерялась. Но быстро нашла самый нужный мне в данный момент: зелёный, с мелиссой, мятой и лимоном.
Мы с крысой, как две дуры гоняли уже третью чашку чая, с пятым бутербродом, но хозяин квартиры даже не думал просыпаться. А время уже приближалось к трём часам дня. В голову, лишь слегка отошедшую от ночных приключений, стали закрадываться странным мысли о том, что, возможно, Алексей вовсе не человек. Ну а что? Я тут уже фиг знает сколько не сплю, побывала и в ванной ив туалете, даже на кухне и в его спальне (проверяла не оставила ли я там что-то, кроме того бедлама, который устроила ночью, ища заменитель ночнушки), а он...
Одно слово – мужик, блин. И хрен оспоришь.
Допив остывший чай (та ещё гадость, причём горьковатая), подхватила товарку по несчастью (судя по тому, как она уплетала бутеры, кормят крысу через раз и то, по великим праздникам) и нарочито громко топая, направилась в зал. Не, ну я тут понимаешь ли готовлю площадку, репетирую роль... А единственный необходимый зритель спит так, как будто в спячку на всю зиму завалился! Тоже мне, Вини-Пух, вымахавший внезапно и снявшийся в сказке для очень взрослых Кристоферов Робинов!
Алексей обнаружился там же, только что позу сменил. Лежал он теперь на спине и так улыбался, что мне стало жалко его будить. Может у него единственный счастливый сон за долгую жизнь?
Посмотрев с минуту на это мирное дивное зрелище, глубоко вздохнула, подняла пустую бутылку мартини с пола и со всего размаху шмякнула ею об стену.
Да, дура, знаю. Но более дельной мысли не пришло в мою бедную голову! К тому же, всегда можно сказать, что произошло это случайно! И вообще. Бутылка сама оторвалась от пола, поднялась на нужную ей высоту, и самостоятельно вписалась в выбранную ею вертикальную поверхность.
Звон получился знатный. Волков подпрыгнул из положения лёжа в положение стоя. Точнее попытался, но ввиду сонного организма и из-за вчерашней попойки, всего лишь рухнул с мягкого дивана на твёрдый пол. Упал он, кстати, весьма удачно: носом в обрывки упаковки. Какая я молодец, так умело определить, куда их бросить!
– Еб***й в рот, – выдал Волков, медленно поднимая голову вверх. Чтобы не заставлять его так уж сильно напрягаться, уселась на ковёр перед ним, подобрав под себя ноги. Крыса тут же перебралась на колени. Хочет быть в первых рядах, в качестве зрителя.
Мутный взгляд серых глаз, чуть более тёмных, чем мой цвет, коий порой относили к голубому, медленно прошёлся по моим босым ступням до обнажённого наполовину бедра, затем поднялся выше, пропутешествовав по всему моему телу, пока не остановился на насмешливой улыбке, которая, по моей задумке, должна была ему на что-то намекнуть.
– Юлька? – Хрипло прошептал Алексей, поражённо рассматривая мою скромную персону. – А что ты... Что ты здесь делаешь?
– Где, здесь? – Задала уточняющий вопрос. – Здесь, на полу, здесь, в комнате или здесь, в квартире?
– Юля, – простонал парень, рухнув на ковёр и обхватив голову руками. – А можно без занудства, а?
– Я не зануда, – обиженно надулась. – Вопросы просто надо правильно задавать!
– Ну, хорошо, – Волков едва слышно ругнулся и, с трудом, но всё-таки сел, скрестив ноги и нисколько не смущаясь собственной наготы. Мне бы так. – Что ты делаешь здесь, в моей квартире, в моей футболке, взъерошенная, лохматая и полуобнажённая, да ещё и с моей Томуськой на коленях!
– Слушай, вопрос на миллион рублей просто, – живот сводило от приступа истерического хохота, но я пока держалась, поглаживая разомлевшую на моих коленях крыску. – Тебя как? Сразу огорчать или постепенно?
– В каком смысле? – Мыслительный процесс у Алексея с похмелья шёл довольно туго. Во всяком случае, до него пока что не совсем доходила та информация, которая просто таки визгливо и громко напрашивалась в мысли, стоит оглянуться вокруг и пристально присмотреться к нам обоим.
– О боже, – закусила нижнюю губу, стараясь не рассмеяться. Но смотря на его, мягко говоря, удивлённый лик, не смогла сдержаться и рухнула грудью на ковёр, молотя кулаками по нему и хихикая так, как будто у меня приступ острой щекотки. – Волков, ты это что-то! Особенно с утра и после такой жаркой ночи!
– После чего? – Переспросил он и собрался уже что-то ещё добавить, но тут мозги всё же решили поработать и до Волкова дошло куда я клоню и что пытаюсь сказать. – Юля! – А сколько паники в голосе... С чего бы?
– А? – Простонала, уткнувшись носом в ковёр. Если посмотрю на него сейчас, меня ждёт ещё один приступ хохота.
– Мы... Что... Я с тобой... Да? – Надежда пополам с паникой и недоверием. Хм, а казался вполне уверенным в себе парнем. Неужели ещё не проснулся? Или у него на мой счёт были какие-то принципы, м?
– Ты сам понял, что сказал? – Приглушённым голосом осведомилась, пока что не торопясь отрывать своё лицо от такого полюбившегося уже ворса.
– Да. То есть, нет. То есть... Блин, Соколова, почему с тобой всё так сложно, а? – Простонал Алексей.
Наверняка нервно взъерошил волосы, приведя их в ещё больший беспорядок. А на лице такое выражение искреннего возмущения и праведного гнева, что я такая-растакая...
Захотелось посмотреть на данное чудо, но стоило мне чуть двинуться с места, как его пальцы впились в моё плечо и Алексей резко дёрнул меня на себя.
От неожиданности я упала на бок, оказавшись головой прямо около его ног, и с удивлением посмотрела на насупленного парня.
– Чего тебе? – Постаравшись расслабиться, улеглась на спину, согнув одну ногу в колене и обольстительно улыбнувшись. – Ты остался недоволен, да?
– В смысле? – Он опёрся локтями о колени и устроил голову на сцепленных пальцах. – Мы что, действительно занимались сексом? А почему я не помню?
– А ты вообще в курсе сколько выпил? – Кокетливо хихикнула и нащупав рукой остатки упаковки, продемонстрировала ему эту улику. – Правда, на твои способности это никак не повлияло... Знаешь, скажу по секрету, ты у меня далеко не первый, но ТАКОЙ ночи у меня ещё никогда не было! Так что гордись Волков, ты супер!
– Почему мне кажется, что в твоих словах подвох? – Медленно проговорил он, склонившись к моему лицу так близко, что его дыхание защекотало мой лоб.
– Фу-у-у... Волков, сходи, умойся, оденься и зубы почисть. Амбре такое, фабрика по производству дихлофоса завидует и слёзно просит тебя, как источник вдохновения, – поморщилась и демонстративно помахала перед своим носом рукой. С зажатой в неё Томарой. Крыса обиженно запищала и стала симулировать обморок, обмякнув в моих пальцах. – Ой, прости солнце. Но твой хозяин такой свинтус! Девушка ему на кухне навела порядок, помыла посуду, самостоятельно привела себя в порядок, вместо того, что бы получать заботу из его рук! А этот... Скунс, блин, сейчас сидит, смотрит на меня и не верит, что у нас был феерический, фантастический секс под утро! Да меня ноги еле держали, когда с дивана сползала! Да я...
Договорить вдохновенную бредовую речь, полную откровенной лжи и полнейшего блефа, мне не позволили. Схватив моё лицо в свои ладони, Волков буркнул что-то на тему женской болтливости и сердито поцеловал. Сначала едва ощутимо, мимолётно. Но стоило мне чуть шевельнуть губами, как поцелуй перешёл во что-то более нежное, полное медленно закипающей страсти.
Не знаю, чем бы всё это закончилось, но желудок Волкова выдал утробное урчание, смутив своего владельца, а меня избавив от необходимости подтверждать собственные слова. Кто его знает, этого сумасшедшего!
– Мда, какой голодный у меня мужчина, – широко улыбнулась, отстранившись и перекатившись в сторону. Теперь я лежала на животе, а футболка скрутилась где-то в районе талии в комок, открывая наверняка "любопытный" вид на мою пятую точку и ноги. – Тебя покормить?
– Не помешало бы, – сокрушённо вздохнул Алексей, поднимаясь с пола.
Честно говоря, едва удержалась, чтобы не выдать восторженный свист и очень надеялась, что мои глаза не стали похожи на блюдца, полные непередаваемого женского восторга. Предположим, обнажённых мужиков я и раньше видела, но что бы так раскованно, грациозно и красиво двигались... Засмотревшись на это дело, не заметила каким самодовольным взглядом меня удостоили.
Переглянувшись с Томой, прочно решившей обустроиться на ПМЖ на моём плече, поднялась на ноги и в который уже раз пошла по знакомому пути. И, конечно же, я не могла пройти и не удариться снова мизинцем! Нет, определённо, это карма какая-то!
Прыгая на одной ноге и отчаянно скуля от боли, кое-как добралась до табуретки и плюхнулась на неё, со слезами рассматривая начавший слегка кровоточить палец. Из чего у него тут стены сделаны?!
– Что с тобой? – Из-за угла вынырнул Алексей, уже успевший принять душ и даже натянуть шорты. Прогресс на лицо, впрочем, не особо удачный. Шорты оказались единственной деталью одежды.
Стоило ему войти в кухню, как места стала очень мало. Весь запал, вместе с бравадой, куда-то подевались, уступив место смущению и неловкости, а ещё возбуждению. Вот только последнего мне тут и не хватало!
– Ау, Юля, – мягко позвал Алексей, щёлкнув у меня перед носом пальцами и выводя из самокопания. Это он вовремя сделал, иначе я могла докопаться до совести, а будить её не рекомендуется.
Подняла на него взгляд и смахнула слезинки, скопившееся в уголках глаз.
– Чего ревёшь? Обиделась, что я не помню ничего? – Озадаченно поинтересовался Волков, присев возле меня на корточки. Взяв мою руку в свои ладони, стал поглаживать большими пальцами внутреннюю сторону запястья. Кажется, это уже где-то было... – Солнце, прости меня. Но раз ты довольна, то я действительно могу гордиться собой и особо не напрягаться по поводу провалов в памяти, ведь так?
– Ты так тонко издеваешься или у тебя мысли только об этом? – Переварив его слова, выдала я, чуть отодвинувшись от него подальше. Вот что можно выяснить путём маленького спектакля! Оказывается, Волков – маньяк сексуальной направленности с огромным эгоцентризмом!
– Ты к чему клонишь? – Серые глаза настороженно прищурились, хватка пальцев стала сильнее.
– Вот же ж... – Глубоко вздохнула, почесала свободной рукой крысе пузо, так как, воспользовавшись моментом, та перебралась на мои колени и более или менее дружелюбно пояснила. – Алек... Ладно. Лёш, я только что со всего маху ударилась мизинцем об дверной проём зала и, кажется, содрала его до крови. Ты можешь мне не верить, но он у меня болит так, что я готова выпить залпом медицинского спирту, если это поможет! Смотри сам! – Взяла его за подбородок и повернула голову парня так, что бы он увидел мою травму.
– Это же царапина, – фыркнул тот, тем не менее, подобравшись к моей ступне и, аккуратно взяв её в руки, поднёс к своему носу, старательно рассматривая повреждённый палец. Затем подул на него, чмокнул кончик (я прямо-таки начинаю сожалеть, что у меня ноги чистые) и, улыбаясь, снова на меня посмотрел, словно ожидая чего-то.
– Благодарю за мнение настоящего эксперта, – возвела глаза к потолку и дёрнула ногой, пытаясь высвободить ступню. Но мне её никто не отдал, только Волков чуть брови сдвинул, нахмурившись. И что же он ждёт?
Спустя секунд тридцать до меня дошло и, скорбно вздохнув, я состроила снисходительную мину благодарности, поманила его к себе пальцем, после чего легонько чмокнула Алексея в губы. В знак признательности, так сказать.
– Я рассчитывал на что-то большее, – с намёком проворчал Алексей, выпрямившись и открыв дверцу холодильника. – Что ты будешь на завтрак, м? Всё же ты моя гостья... В некотором смысле.
– Твоё предложение слегка опоздало, я уже поела. Вместе с Томуськой. Кстати, она прелесть, что не говори, – хмыкнув, ссадила крысу на стол и встала, осторожно ступая на больную ногу. Нагло отпихнув парня от представителя бытовой техники, указала ему, не глядя, на стул, с головой окунувшись в священное хранилище еды. – Но зато теперь я с чистой совестью, как настоящий гурман-садист, с тридцатилетним опытом работы в школьной столовой, могу приготовить тебе настоящий, домашний завтрак.... Хотя, – мимолётный взгляд на электронные часы, светившиеся на боковой панели микроволновки, – вообще-то это уже практически ужин. Итак, что мы имеем?
– Мммм, я бы тебя сейчас отымел, – в полголоса вдохнул Лёша, чем вызвал у меня только мимолётную улыбку. – В качестве компенсации, за такую "романтическую" побудку и как подтверждение уже проведённой ночи...
– А я бы одела тебе на уши вон ту замечательную кастрюлю и раз цать ударила бы по ней молотком. После чего, обязательно взяла бы два яйца и пару сосисок. Одну отдала Томуське, а вторую вставила тебе в рот. Яйца послужили бы украшением и маской для твоих волос. Если хочешь, могу поэкспериментировать прямо сейчас, – со стороны Волкова послышался страдальческий стон, после чего меня "вежливо" шлёпнули по попе. – Это означает согласие, да?
– Это означает, приготовь поесть, а не распускай свой слишком длинный и острый язык! – Ответил Алексей и, встав, протиснулся мимо меня и стола к чайнику. Открыв шкаф, он вытащил оттуда жестяную коробку без опознавательных знаков. После чего вытащил из второго шкафа кружку и поставил это всё перед собой. – Не понимаю, как тебя Павлова терпит так долго?
– А ты с ней больше, чем полчаса находился в одном помещении? – Скептически поинтересовалась, вытащив наружу молоко, три яйца, сыр, помидоры и огурцы. Обнаружив в глубине белого брата болгарский перец, вытащила и его. Вообще-то холодильник у Волкова забит на славу... Но большинство продуктов вызывало некоторые сомнения по поводу своей пригодности. Хм, я есть это не буду. Разве, что салат, а вот ему скормлю всё остальное. Когда ещё у меня получится устроить пакость этому красавчику?
– Нет, – признался Алексей и открыл эту коробочку. Послышалась нежная, однотипная, но весьма навязчивая мелодия, исполняемая всего из трёх нот мажорной гаммы. – Не обращай внимания.
– На что? – Поинтересовалась, заглядывая ему через плечо. Смех снова забулькал в горле, так что пришлось уткнуться носом ему в плечо, чтобы не расхохотаться в ухо парню. Алексей насыпал в специальную заварочную кружку крупно листовой чай из жестяной коробочки, внутри которой какие-то умельцы установили механизм музыкальной шкатулки. То-то я думаю, что музыка очень уж знакомая и одинаковая.
– Я же попросил, – сердито передёрнул плечами Лёша, от чего я получила чувствительный удар в челюсть. Если будет синяк, несварением желудка он не отделается, это однозначно.
– Я сделала вид, что услышала. Не заметил? – Хмыкнув, сочувственно похлопала его по плечу. – Ничего, малыш. И ты вырастешь.
– Мне послышалось или это было ехидство пополам с оскорблением?
– Не-а. Это была ирония, с сарказмом, ехидством и оскорблением, – честно призналась, возвращаясь к продуктам и надеясь, что меня не прибьют.
Алексей.
Несмотря на душ, таблетку и весёлую побудку – голова болела нещадно, а память не собиралась возвращаться, поэтому о том, что между ним и Соколовой что-то было, приходилось верить на слово самой Юлии, сейчас что-то напевающей себе под нос и издевающейся над продуктами.
Заварив себе чаю, он повернулся и опёрся пятой точкой о стол, сложив руки на груди и рассматривая свою случайную любовницу со спины.
Оказывается, у Юльки очень симпатичная фигура, особенно в таком фривольном одеянии (как это ни странно, на ней его футболка смотрелась очень даже эротично). А ещё у неё интересная пластика: то резкие, то плавные движения. Причём она явно чередовала их неосознанно, подчиняясь ритму, который чувствовала только она.
Алексей усмехнулся. Это странно, но почему-то именно с этой девушкой, здесь было вполне уютно и совсем не тесно. А уж то, что любимая крыса, единственная женщина в его жизни, которая никогда не капризничала, не приставала, не действовала на нервы и была просто идеальной сожительницей, пытается всеми правдами и неправдами снова оказаться на руках у девушки, вообще практически признание проф пригодности данного объекта на роль жены.
Жены?!
Волков фыркнул и покачал головой. Вот уж точно алкоголь ещё не весь из организма выветрился, коль у него такие мысли в башку закрадываются. К тому же, что-то сомневается он по поводу страстной ночи. Тем более – вдвоём с Соколовой, не смотря на все её вдруг открывшиеся достоинства, она по-прежнему тихая, незаметная и всеми забитая, морально, конечно же, одноклассница.
– У меня на спине картинки? – Спокойный, даже в некоторой степени равнодушный голос Юли, вывел Алексея из странной задумчивости насчёт аргументов в споре с самим собой, по поводу того, была ли ночь или это всё какая-то странная шутка.
– А? – Переспросил он, соображая, о чём же можно было спросить в этот момент. Может, о том, как ему порезать помидоры в салат? Или чем омлет заправлять?
– Бэ. То же витамин, знаешь ли, – хмыкнула Юлия, но вопрос повторила. – Я говорю, у меня на спине картинки?
– Да вроде нет, – неуверенно отозвался Волков, явственно ощущая, что где-то в этом вопросе был подвох. Только вот где?
– Тогда прекрати рассматривать мою спину и нарежь салат, – хмыкнула девушка, чуть сдвинувшись в сторону и указав рукой, с зажатым в ней ножом, на овощи. – Я надеюсь, это не составит труда?
– Почему я думаю, что у тебя испортилось настроение? – Чуть помолчав, спросил он, тем не менее вытащив из шкафа глубокую миску и устраиваясь на табуретке. Честно говоря, он давно подобное не практиковал, всё как-то готовыми салатами перебивался. Верхом кулинарного искусства Алексей искренне считал то, что был способен сварить суп. Правда, Томуська при этом пряталась почему-то постоянно... Подумаешь, однажды он её корм туда кинул! Со всеми бывает!
Соколова деловито подсунула к нему огурцы, помидоры и перец, вместе с луковицей, пучком зелени и ножом. При этом она свободной рукой щёлкнула крысу по носу, когда та решила забраться на стол полностью, что бы провести инспекцию съестных припасов.
– Юль, иногда мне кажется, что в тебе два человека существуют. Один вон недавно бутылку разбил, что бы меня разбудить, – он фыркнул, представив как в отместку заставит убирать её все осколки. Мебель, так уж и быть, Алексей согласен отодвинуть лично. Ну и ещё ни в коем случае не даст ей нормально одеться, а дверь закроет на оба замка, отключи все телефоны и домофонную трубку. От подобных мыслей по его телу прошла волна возбуждения, мгновенно сосредоточив все мысли в определённом месте. Близкое соседство объекта фантазий определённо не способствовало нормальному мыслительному процессу и, самое страшное, правильному приготовлению пищи: нож соскользнул с круглого бока помидора, полоснув острым лезвием по пальцу. – Твою мать!
Из ранки потекла кровь, обозначив длинный, но не глубокий порез. Привлечённая эмоциональным воплем Юлия неодобрительно цокнула языком, но взяла его за руку и потащила к раковине. Сунув пострадавшую конечность под холодную воду, Соколова глубоко вздохнула и спросила:
– Ты другого способа сказать, что не умеешь с ножом обращаться не нашёл, да?
– Слушай, это ты виновата! – Обиженно буркнул Волков. – Я пытаюсь вспомнить, что было вчера, и отделаться от навязчивых мыслей по поводу твоей персоны!
– Если моя персона тебе мешает, я запросто могу удалиться. Тем более, что хочу нормально выспаться, принять ванную и поесть! – Сердито буркнула девушка, отпихнув его в сторону ударом локтя в живот. Охнув от неожиданности, Алексей отшатнулся, одновременно с этим схватившись другой рукой за плечо девушки.
Послышался треск рвущейся ткани, возмущённый вопль Юльки, переросший в оглушительный визг, и они оба рухнули на пол. Волков при этом так приложился головой о подоконник, что сознание на какое-то время изрядно помутилось.
Правда, нет худа без добра. Алексей вспомнил всё, что происходило вечером, а затем и ночью, вплоть до того, что он уснул на диване в одиночестве, после того, как эта поганка смылась куда-то, прервав дурманящий поцелуй.
Ложь девушки по данному поводу не вызвала привычного раздражения на такие поступки со сторону представительниц слабого пола. Зато появилось желание сделать такой удачно организованный вымысел реальностью, поэтому как только в глазах прояснилось и он смог различить рассерженное лицо Соколовой перед собой, Волков тут же воспользовался моментном, потянув её поближе и впившись в её губы жёстким поцелуем.
Как показала практика, память его не подвела: целовать Соколову оказалось так же терпко, горько и сладко одновременно, как и ночью в клубе. Только сейчас на неё было гораздо меньше одежды и его свободная рука легко проскользнула под тонкую ткань футболки, пройдясь кончиками пальцев по обнажённой спине, очертив линию позвоночника. Юля резко втянула воздух через рот. Упёршись ладонями ему в грудь, она попыталась отстраниться, но Алексей лишь сильнее сжал рукой её затылок, удерживая на месте.
– Ты хотел есть, – шёпотом проинформировала его Соколова, стараясь выровнять дыхание.
– Сейчас меня интересует кое-что более занятное. К тому же, у тебя на губах были крошки сыра, – и, словно в доказательство, он дотянулся до её рта и лизнул кончиком языка припухшие губы. – Ммм, довольно вкусно.
– Отпусти, – слабо пискнула Юлька, но её просьба была полностью проигнорирована.
Что бы встать, ему пришлось совершить довольно сложный манёвр, подмяв под себя, вяло сопротивляющееся женское тело, и едва не врезавшись повторно затылком в подоконник. Но преимущества такой позы неоспоримо перевешивали предыдущее положение: теперь можно либо продолжить начатое на кухне, в узком пространстве и на глазах у крысы, или же утащить свою добычу в спальню, где осуществить смелые фантазии, что снились ему всю ночь и преследовали большую часть времени, после пробуждения.
Пока Волков раздумывал над тем, какой из вариантов выбрать, Юля тихой сапой попыталась выбраться из-под него, медленно и осторожно отползая в сторону. Вполне возможно, будь это другая девушка, иная ситуация и противоположное настроение, то подобный фортель мог пройти совершенно нормально и он спокойно отпустил бы свою жертву.
Но...
Алексей хищно улыбнулся. Назвать эту заразу жертвой, язык не поворачивался, зато он (язык) был очень даже не против поиграть с данным представителем слабого пола в какие-нибудь интересные, преимущественно постельные, игры. Соколова была не так уж и не права, когда говорила о его сходстве с древними предками. Только вряд ли предполагала, что утащенной в пещеру предстоит стать именно ей!
Подождав, пока девушка выскользнет из-под его руки и отползёт к столу, он медленно поднялся, многообещающе улыбаясь. Соколова глупой никогда не была, поэтому оценила ситуацию достаточно правильно – рванула со всех ног из кухни в коридор. Только убежать далеко у неё не получилось, Алексей бросился следом и ловко перехватил пытавшуюся закрыться в ванной Соколову за талию, оттаскивая от спасительного места. Та извивалась в его хватке как змея и даже умудрилась укусить за подбородок, после чего он рефлекторно выпустил её из рук, схватившись за пострадавшее место. Юлька упала на пол, по всей видимости, ударившись плечом об открытую дверь, и зло выругалась.
– Не будешь кусаться, – резонно заметил Волков, неосмотрительно оказавшись в непосредственной близости от этой лживой особы. Хотя, скорее тут уместно определение особы со странным чувством юмора. Не каждая догадается устроить именно такой розыгрыш, проснувшись по утру в объятиях обнажённого парня.
Соколова какое-то время молча открывала и закрывала рот, словно пытаясь что-то сказать, а потом зло шикнула на него и со всей дури ударила ногой под колено. Не смотря на разницу в силе, весе и прочем, ей довольно успешно удалось свалить Алексея на пол и забраться ему на спину, локтём прижимая его шею к полу и не давая повернуть голову.
Они молча боролись, с переменным успехом, и никто не услышал, как повернулся ключ в замке и открылась дверь. Резкий хлопок так же нисколько не привлёк внимание даже осторожного парня, прислушивающегося к каждому звуку исходящему от девушки. Навредить ей всерьёз он не хотел, разве что отшлёпать только.
Юлия.
Не знаю, как это вышло, но я точно знала, что мою ложь благополучно раскрыли. Но не обиделись, что удивляло, а предпочли продолжить игру или же осуществить мои так сказать предложения, хотя не припомню, что бы озвучивала их вслух.
Плечо нещадно болело, после встречи с дверью. Но это нисколько не мешало мне продолжать восседать на пояснице парня, пресекая все его осторожные попытки поменять нас местами. Далеко не факт, что он точно так же устроился бы на мне сверху, я предполагаю, что у Волкова достаточно обширный опыт и фантазия далеко не мелкая, так что он обязательно что-нибудь придумал бы. Вот только выяснять пока что, какие именно задумки он осуществит, я не собиралась.
От раздумий на тему, как теперь выбрать из этого дома, меня отвлёк полурык-полувсхлип и звук бьющегося стекла. А затем меня чувствительно приложили по затылку дамской сумочкой.
– Вообще-то, так можно и убить. Случайно, – поморщившись, потёрла пострадавшую часть тела и соизволила посмотреть, от кого же мне так мило прилетело.
В следующее мгновение мне врезали той же сумочкой только уже по лицу.
– Ты тварь! Подстилка! Шлюха! – Вопила во всю глотку, голосом раненного бегемота, Анька Здобнякова, размахивая аксессуаром как орудием возмездия. – Да как ты посмела переспать с моим парнем?!
– На нём есть клеймо? – Медленно протянула, ощупывая начавшую распухать щёку. Вот чёрт, похоже завтра там будет милый синяк! Надеюсь, хоть не с оттиском эмблемы бренда на коже? А то слишком много вопросов возникнет, на которые я не смогу ответить.
– А ты?! Как ты с ней... Как ты мог?! – Теперь уже Волкову прилетело незабываемой сумочкой. Блин, я конечно, понимаю, что в этой штуке опытная женщина может спрятать ПЗРК (переносной зенитно-ракетный комплекс) и ни одна ищейка его там не обнаружит, но что-то сомневаюсь, что Анна увлекается оружием. Во всяком случае, таким. Тогда что ж она, вашу ж маму, туда засунула?!
– Прекрати! – Тихо, но весьма весомо, с нотками угрозы в голосе бросил Алексей, поднявшись с пола и перехватив занесённую для ещё одного удара руку гостьи. – Я оставил тебе ключи вовсе не для того, что бы ты приходила сюда, когда тебе вздумается!
– Но я... Мы... Я думала, мы вместе! – Взвизгнула Аня, попытавшись теперь уже носком сапога заехать по моей ноге, но я вовремя заметила это и убрала конечности с траектории удара. – Тварь!
