Текст книги "Невеста с севера (СИ)"
Автор книги: Юлия Тень
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 10. О Эйнаре Невиле
Эйнар
Первым делом, что бросилось в глаза Эйнару, когда тот пересек порог собственного кабинета – это малиновый пиджак, надетый на Родерике. Цвет был настолько ярким, что заставил мужчину сбиться с шага. Любовь лорда Форо к ярким вещам уже давно стала притчей во языцех, но сегодня даже он переплюнул самого себя.
– Как тебе? – друг поднялся из кресла, расставил руки и покрутился, наглядно демонстрируя вычурную тряпку.
– У нас сегодня маскарад? – бесстрастно уточнил Эйнар.
– Нет, – удивился Родерик. – С чего ты взял?
– Иначе не пойму, почему ты вырядился как ростовщик из квартала для бедных?
– Между прочим, – наиграно оскорбился Форо. – Этот пиджак стоит целого состояния. Над ним трудился лично маэстро Винор. В целом мире не сыщется второй такой вещи!
– И слава богам.
– Лучше взгляни на себя, – мужчина окинул Эйнара насмешливым взглядом. – Будто только с похорон вернулся. Знаешь, как за спиной тебя называют? Герцог смерть. Из-за этих скучных черных одеяний и жуткого взгляда, словно вот-вот приберешь к рукам чью-то душу. Не замечал, как люди от тебя разбегаются? По дворцу давно ходят слухи, что ты не человек.
Герцог Невиль ухмыльнулся. Не так уж они не правы эти слухи. Эйнар – не человек. Он и сам не знал кто он. Застрял между небом и землей. Изгнанник для собственного рода и чуждый, для людского. Ведь его сила намного превышает человеческую.
– Ты зашел наряды перед балом обсудить? Или все же есть какие-то новости?
К чести Родерика, он умел сразу становиться серьезным, когда того требовало дело. Весельчак и балагур, любитель женщин и хорошего вина. И в тоже время мало кто знал, что именно этот «шут» в ярких нарядах на самом деле управляет из тени всей императорской гвардией.
– Новости… – задумчиво повторил Форо, – Как ты и предполагал, они сбросили концы в воду. Причем в прямом смысле. Мои ребята выловили тело этого Ларса ниже по течению. Все выглядело так, словно его понесла лошадь и в темноте он сорвался с обрыва. Одного не пойму, зачем отступникам понадобилась эта девчонка? В досье, собранном на нее говорится она всю жизнь прожила в каком-то дальнем имении, ее отец раньше был советником при дворце, но был лишен должности из-за мезальянса – посмел жениться на северянке. Смешанная кровь, нонсенс для аристократии. Кстати? – встрепенулся он. – Девчонка, хоть хорошенькая?
Смелая. Впервые на памяти Эйнара кто-то рискнул так дерзко смотреть ему в глаза. И в то же время хрупкая. Его пальцы до сих пор помнят нежность ее кожи.
– Девчонка, как девчонка, – буркнул Эйнар. – Нос, волосы, уши – все как у всех.
Говорить с Родериком о рыжеволосой девушке, отчего-то было неприятно.
– В твоих устах, – рассмеялся тот. – Уже звучит, как комплимент.
Форо с улыбкой смотрел на герцога. За все годы, что мужчина пытался вывести друга на "человеческие" эмоции ему ни разу это не удавалось. Невиль придерживался в жизни такой же политики, как и в казарме. Четкие, выверенные планы, продуманные наперед. И идеальный порядок во всем. Даже с любовницами он не церемонился. Заключал договор, а если кто-то из них осмеливался заикаться о большем, то тут же получал отставку. Порой лорду казалось, что несмотря на огненную магию, сердце Эйнара наоборот покрыто льдом. Поэтому сегодня, впервые Родерик увидел некое несоответствие – цветок, заключенный в стазис. Он лежал на полке книжного шкафа. Темно-фиолетовый бутон, на лепестках которого словно драгоценные камни застыли ледяные капли.
– С каких пор ты коллекционируешь цветочки? – мужчина подошел ближе и протянул руку, собираясь дотронуться до него.
– Не прикасайся, – спокойным голосом произнес Эйнар, но от льда проскользнувшего в нем Форо предпочел застыть, как тот бутон в стазисе, а потом и вовсе поднять руки вверх примирительно произнося:
– Как скажешь. Мне просто стало любопытно, что это за цветок. Впервые такой вижу.
А уж Родерик в цветах разбирался, он их кучами девкам дарил.
Однако герцог Невиль и сам не знал, каким ветром занесло к нему в спальню этот бутон. В последнее время ему часто стали сниться сны. В которых, он как прежде мог подняться в небо. И с каждым днем все тяжелее было просыпаться с наступлением рассвета, когда чувство эйфории от полета сменялось горечью разочарования. Слишком хорошо Эйнар помнил какого это бросать вызов облакам и от того в эти моменты сильнее ощущалось чувство потери. Пока однажды открыв глаза, он не обнаружил этот цветок. Мерцающий в полутьме комнаты, укрытой тяжелыми портьерами, "лунный свет" лежал на подушке рядом с его головой. Неожиданное и болезненное напоминание о прошлом, но вопреки всему, вместо привычной тоски мужчина впервые почувствовал азарт. Тот самый, когда попутный ветер играет в крыльях и разжигает в груди негасимое пламя. И вместо того чтобы смять в кулаке и сжечь, Эйнар зачем-то его сохранил.
Но делиться этим с Родериком, он естественно не собирался. Сделал пас рукой, открывая портал и сказал:
– Пойдем. Не будем заставлять императора ждать.
Проход вывел мужчин в гостевые покои императорского дворца. В нос сразу же ударил приторный запах меллории, вынуждая герцога Невиля поморщиться. Магическая и физическая сила была не единственным его отличием. Зрение, слух, обоняние так же намного превышали человеческие нормы.
– И чем тебя не устраивают выделенные апартаменты? – осмотрев обстановку спросил Форо. – По мне вполне не хуже твоих собственных. Надеюсь, на время отбора ты все же переедешь сюда. Слишком дорогое удовольствие посещать твой особняк, я уже спустил целое состояние на амулеты перехода.
Эйнар мог бы привести множество причин, отчего не жалует это место. Начиная от навязчивого аромата южных цветов и таких же навязчивых женщин. Единственную ночь, что лорд рискнул провести в стенах Левиля, он запомнил надолго и повторять ее вновь не было никакого желания.
– К слову сказать, удивлен, что ты вообще не сбежал, как в прошлый раз. – Родерику и не требовалось ответа, ему вполне хватало монолога с самим собой. А может он просто привык, что собеседник из друга весьма посредственный. И иногда за счастье услышать от него простое "да" или "нет". – Неужели решил последовать императорской воле и дать себя захомутать? Кажется, он давно намекал тебе на леди Селесту. Вполне не плохая партия. С выдающимися, – мужчина обрисовал два внушительных полушария в районе груди. – Достоинствами. Ваша магия будет неплохо сочетаться. Дружище, взгляни на брак с другой стороны. Заделаешь жене наследника, да разойдётесь как в море корабли. Селеста заведет себе любовника, да и ты к своим любовницам вернешься. В твоей жизни ничего не изменится. Разве что придется посещать некоторые скучные семейные торжества.
Герцог Невиль молча развернулся и проследовал к выходу из спальни. Да и что он мог поведать Форо? Что ему не подходят человеческие обычаи? Что его магия если не убьет девицу, то выжжет ее потоки дотла? Или то, что он как бы дракон, но не дракон? Ответ друга Эйнар знал наперед: "Забавный ты парень, – рассмеялся бы тот. – Хоть и немного сумасшедший! Интересные штуки сочиняешь – закачаться!"
Отчасти лорд догадывался почему Родерик завёл эту тему. Ведь именно ему на этом отборе предстояло распрощаться с холостяцкой стезёй, обременив себя узами законного брака. И как бы Форо не сопротивлялся, избежать этого не сможет, его отец сделает всё, чтобы привести нерадивое чадо к алтарю. Даже если для этого придется надеть сыну кандалы и засунуть кляп в рот. И сейчас, шагая длинными дворцовыми коридорами, он больше убеждал себя, нежели Эйнара в сомнительных прелестях семейной жизни.
У драконов всё было иначе. Без ложной фальши и предрассудков. В их укладе отсутствовало понятие династического брака, мужчины его расы выбирали спутницу жизни по "зову" второй ипостаси. "Величайший дар", кажется, так об этом говорил один из старых наставников. И глядя на отца и мать Эйнар, тогда еще совсем юнец, не сомневался, верил, что и у него когда-то появиться шанс встретить ту, ради которой "запоет" его сердце. Мечты мальчишки, более не доступные мужчине, утерянные, в череде сменяющих друг друга любовниц, в отношениях без намека на искренность.
Женщины всегда были к нему неравнодушны. Их не отпугивали ни его нелюдимый нрав, ни слухи, что витали вокруг него. Каждая из них надеялась стать «последней», но в результате становилась лишь «очередной». Несмотря на это он прослыл щедрым любовником, не скупящимся на дорогие подарки. Богатство манило многих «мотыльков». И в конце концов назойливое внимание со стороны дам стало его утомлять.
К сожалению сами «дамы» этого не понимали. С завидной постоянностью выслеживая лорда словно добычу. Караулили, то в дворцовых нишах, то как вон та, поджидали из-за угла.
Он уловил шлейф приторных духов еще на расстоянии. Услышал испуганное биение ее сердца. С каждым шагом, что Эйнар приближался к повороту, пульс девушки все больше учащался. Мужчина не сомневался по чью душу она пришла. Ведь Родерика девицы обычно не преследовали, это скорее он бегал за ними аки кот по весне за кошками.
Выждав удобный для нее момент, незнакомка выбежала из-за своего укрытия. Но за секунду до столкновения герцог сделал едва уловимый шаг в сторону. Дама пролетела мимо, на полном ходу врезаясь в Форо. На мгновение Эйнару показалось, что глава тайной канцелярии и личной гвардии императора не выдержит внезапного натиска и начистит пол своим новеньким малиновым пиджаком. Но к чести мужчины, тяжелые тренировки дали о себе знать, и он устоял на ногах, с удивлением глядя на застывшую девушку в своих объятиях. Пожалуй, еще никогда «улов», так активно, сам, не "прыгал" ему в руки.
Дама, понимая, что промахнулась, растерянно посмотрела на Родерика, а после закусив от досады губу, обернулась на Эйнара. Однако встретившись с его ледяным пренебрежением, сквозившим во взгляде, зарделась, подхватила юбки и не говоря не слова сбежала. Только шлейф ее отвратительных приторных духов, остался висеть в воздухе.
– Сдается мне, – произнес Форо, поправляя пиджак. – Этот снаряд метил в тебя.
– В меня тяжело попасть, – ответил герцог. – А вот тебе стоит поработать над сноровкой.
– Дружище, сноровку с женщинами нужно демонстрировать в спальне. А подержать прекрасных нимф в своих объятиях, я напротив только рад.
Эта фраза заставила лорда Невиля возвести очи к потолку.
Последний поворот вывел мужчин к лестнице, внизу которой находился просторный холл и врата в главный зал. Дверями такое сооружение было назвать сложно. Тяжелые, магически защищенные, они открывались лишь по воле привратника и шести императорских стражей. И все же Эйнар мог бы открыть их лично, просто толкнув одну из створок рукой.
Левиль, белокаменный дворец, чьи шпили пронзали облака, был символом императорской власти. Возведенный, еще за многие века до правления нынешнего императора. Он был призван подчинять и подавлять своим величием, внушая людям уважение и страх. Источник этого места считался самым могущественным на земле. Делая силу его обладателя поистине чудовищной. С ней разве что мог посоперничать конунг Севера. Возможно, от того между двумя странами держался хрупкий мир.
Однако и Северу и Югу было далеко до дворца правящего эра. У его подножия мог почувствовать себя ничтожным даже дракон.
Едва заметив мужчин, привратник бросился навстречу. Пока он отвешивал один подобострастный поклон за другим, Родерик спросил:
– А что будем делать с девчонкой? Как её там? Беатрис кажется… Мне приставить к ней своих ребят?
Удивительно, но для Эйнара это имя никак не хотело сочетаться с рыжеволосой южанкой. Он вспомнил, как отчаянно ее руки сжимали рукоять секиры и те уверено произнесенные слова, что шрамы – это не значительная цена. Бесстрашие в совокупности с глупостью – опасная смесь, ведь молодость не верит в собственную смерть, ему ли это не знать. Однако здесь во дворце, что может с ней случиться?
– Я сам за ней присмотрю.
– Сам? – вытаращился Форо. – Лично? Теперь я просто обязан на нее взглянуть…
Врата дрогнули, подчиняясь магии привратника. Стражи надавили на створки, открывая путь в тронный зал. Совокупность самых различных ароматов тяжелой волной ударила в нос. Герцог поморщился. А ведь впереди еще предстояли долгие часы мучений, из которых это амбре, пожалуй, самое безобидное из всех.
– Сделай лицо попроще, – посоветовал Родерик, по-дружески хлопнув ладонью его по плечу. – А то с таким зверским выражением не танцевать идут, а перевороты совершать. Эйнар выдохнул, друг прав, вряд ли император в должной мере оценит кислую мину своего главнокомандующего. К тому же это всего лишь бал. Он сможет пережить и этот проклятый вечер и все последующие за ним. В конце концов, присмотреть за какой-то девчонкой не сложнее чем брать штурмом вражескую цитадель…
Глава 11. О балах, императорах и герцогах
Зал поражал воображение, он был огромен, а его оформление напоминало собой поляну посреди леса. Где роль деревьев играли мраморные колонны, расположенные по периметру. Их иллюзорные кроны подпирали собой далекий «небосвод», по которому неспешно проплывали белые облака и на котором ярко светило полуденное солнце. Под ногами ковёр из зелёной травы и красочных цветов. Над яркими соцветиями порхали разноцветные бабочки. Во все эти иллюзии были вложены не малые магические силы.
Прежде чем врата за спиной сомкнулись и по их граням вновь побежали искры защитной магии, отрезая дорогу назад, над залом разнесся магически усиленный голос герольда:
– Беатрис урожденная герцогиня Уальд.
Помнится, Рандо говорил, что на открытие отбора, будут только приближенные к императору, «товар» и те, кто на него претендует. Но он забыл сказать, что этих «приближенных» к трону настолько много. В этом далеко не маленьком зале, я на долю секунды почувствовала себя вернувшейся в прошлое. В тот день, когда позорно выпала из-за шторы. И все внимание аристократии, подобно лавине, сошедшей с Эрхейских гор, обрушилось на меня. Любопытство, презрение, превосходство, ненависть – разные эмоции, словно ледяной беспощадный наст, способный похоронить под собой все живое.
Возможно, Беатрис Уальд стушевалась бы от подобного внимания. Вжала голову в плечи, захотела бы сбежать. Но не Ульрэя из Ледяного чертога. Внучка Ледяного демона не имела привычки отступать. Вот и сейчас я, гордо вскинув подбородок, ступила вперёд дабы, как и положено по этикету предстать перед императорской четой. Трава под ногами зашевелилась, открывая кроваво-красную дорожку, ведущую к трону. Жуткое ощущение и такой же жуткий звук. Будто не стебли расползались в сторону, а змеи.
Пока я шла, в зале не прозвучало ни единого шепотка. Странная тишина, разбавленная шелестом растений, да моими приглушенными шагами.
Императорский трон располагался на возвышении, в дальнем конце зала. На нем восседал седовласый мужчина. Этот гордый аристократический лик ранее мне доводилось лицезреть на чеканных монетах, принадлежащих югу. Хотя император был уже не молод, но от него исходила мощная аура власти и силы. По левую руку от супруга стояла императрица. Женщина, чью красоту воспевают в балладах. Ее каштановых волос еще не коснулась седина. Пожалуй, она и правда была идеальна. Безупречный наряд, превосходно прямая спина, милая улыбка, но в ее карих глазах затаилась грусть. Ведь даже будучи императрицей, ты не в силах изменить того, что являешься лишь вещью принадлежащей своему мужу. Ей предстояло простоять так на протяжении всего празднества, доколе повелитель не решит покинуть торжество, в обществе одной из своих фавориток, коих по слухам у него было не мало.
У властителя сиих земель был прекрасный обзор поверх голов своих подданных, мне же по этикету не позволялось так открыто смотреть на него. Поэтому, когда взгляд императора упал на меня, я поспешно отвела свой. Но всю дорогу до возвышения и после, когда застыла в положенном реверансе у его подножия, ощущала это пристальное внимание всем своим существом.
Что так заинтересовало имперца и чем он не доволен, раз заставляет дольше положенного находиться в этой унизительной позе? Не цветом же моего платья право слово? Сомневаюсь, что того, кто владеет половиной мира, волнуют столь не значительные вещи, как тряпка, надетая на провинциалке. Скорее всего, виной тому моя «грязная» кровь.
Пальцы седовласого мужчины отбивали монотонную дробь по подлокотнику трона. А я в это время старалась дышать ровно и не думать о том, что будет, если поддамся эмоциям и между мной и императором внезапно рухнет секира. Говорят, древнее оружие способно разрезать практически любое колдовство. И проверять сможет ли оно пробить защиту, наложенную на зал, очень не хотелось. Ибо последствия сего вряд ли мне придутся по душе.
– Беатрис Уальд, – нарушила затянувшееся молчание императрица. Ее нежный голос был тих, но звучал твёрдо. – Дочь лорда Брана и леди Далии? Я много наслышана о ваших родителях и восхищаюсь мужеством вашего отца. Не каждый мужчина готов отказаться от высших привилегий ради возлюбленной. История похожая на сказку…
– Довольно! – грубо осадил супругу император. Его пальцы перестали отбивать «похоронную» дробь. – Все мы знаем, чем закончилась эта «сказка». Не прошло и пары лет, как эта самая возлюбленная скончалась, а глупец, посмевший пойти против воли своего правителя до сих пор прозябает у демона на рогах, вместо того чтобы находится подле трона. Достойная жизнь для бывшего советника не так ли? В одном вы правы дражайшая супруга, подобным сказочным слабоумцам место только на страницах сентиментальных дамских романов.
Разумеется, никто не осмелился ему возразить и едва его слова отзвучали, повисла напряженная пауза. На протяжении которой, я старалась сохранить уже не только спокойствие, но и равновесие, ибо дозволения подняться так и не прозвучало.
– Эйнар герцог Невиль и Родерик барон Форо, – как гром среди ясного неба пронесся по залу возглас герольда.
Замечательно еще одни на подходе. Однако, занято господа, становитесь в очередь…
– Что ж герцогиня Уальд, – тут же соизволил вынести вердикт император, видимо не желая создавать затор из желающих побиться челом об пол. – Я слукавлю если скажу, что рад лицезреть потомка северной крови в стенах своего замка, но род Уальдов всегда славился своим магическим потенциалом и раз источник избрал тебя достойной, то мне ничего не остаётся, кроме как дозволить находится здесь. Кто знает, возможно, ваша РАЗБАВЛЕННАЯ кровь ещё сослужит добрую службу империи Асхар. Можете подняться леди Беатрис и занять место среди других участниц отбора.
От подобной высочайшей милости свело зубы или же просто я излишне сильно их сжала, чтобы негодование не прорвалось словесным потоком наружу. С повелителями не спорят, им вот так вот кланяются и тихонько отходят туда, куда они вас послали. Если конечно нет желания повторно склонить голову, но уже перед плахой.
У меня такового желания не возникло. Я покорно отошла в сторону, туда, где кучкой столпились девицы в красных нарядах. Брюнетки, блондинки, шатенки – красавицы на любой вкус и цвет. Удивительная вещь, не смотря на одинаковый оттенок платьев, каждая из них выглядела в этих нарядах индивидуально. Но вот отодвинулись они от меня синхронно, как от прокаженной. Так и хотелось сказать: "Успокойтесь, северная кровь это не заразно и не передается по воздуху, а исключительно другим путем".
Впрочем, южные «пташки» быстро потеряли интерес к новой «товарке» и развернули свои «клювики» в сторону главнокомандующего. Приосанились, что-то томно "чирикая" между собой. Особенно платиновая блондинка, внушительный бюст которой того и гляди выпрыгнет из корсета. Тут даже издалека видно кто на этом отборе главный "товар".
Герцога же мало волновали люди вокруг, он шел по красной дорожке с таким достоинством, будто сам являлся хозяином этих земель. Надменный и снова весь в черном. Откуда такая любовь к темным вещам? На них не так заметна чужая кровь? То, что на руках главнокомандующего немало крови его врагов, я не сомневалась. Империя Асхар считалась не самой дружелюбной страной. А ее император славился не только любовью к фавориткам, но и к расширениям имперских границ. И лишь в последние годы поговаривали, что властолюбец угомонился. Перестал подминать мелкие государства под свой «вассалитет». А еще ходили слухи, что виной тому серьезная болезнь. Не оттого ли он решил вывести наследника из тени?
Рядом с лордом шел странно одетый мужчина. Таких ярких красок в одежде, мне еще не доводилось встречать. Улыбчивый шатен был явной противоположностью герцога.
Приблизившись к трону Эйнар Невиль лишь слегка склонил голову, тогда как второй отвесил императору "шутовской" поклон.
– Напомни, – недовольно произнес владыка юга, обращая свой хмурый взгляд на шатена. – Почему я до сих пор не велел тебя казнить?
– Потому что прекрасная половина Асхара будет безутешно рыдать, если это произойдет? – мужчина сделал полуоборот в нашу сторону и фривольно подмигнул.
– А другая половина несомненно скажет мне спасибо… Пожалуй, все же стоит дать расчет придворному шуту и взять на эту должность тебя. Веселить народ, у этого кривляющегося калеки, выходит куда хуже, чем у потомка прославленного рода Форо. – После сей фразы, император утратил к нему интерес и обратился к главнокомандующему. – Эйнар, мальчик мой, весьма рад, что ты внял голосу разума и решил прислушаться к моей просьбе.
«Мальчик» под два метра роста, с косой саженью в плечах, неопределенно ими пожал. Оставив зал без долгожданного ответа. Судя по тишине, многим было интересно, с чего вдруг герцог (по словам Рандо, не стремившийся посещать подобные мероприятия), вдруг соизволил осчастливить всех своим присутствием.
В этот момент врата вновь отворились и голос герольда объявил:
– Элеонора, урожденная герцогиня Адалькар.
– Чуть не опоздала самонадеянная курица, – тихо хмыкнула блондинка с впечатляющими «данными».
По ковровой дорожке едва не бежала еще одна девушка в красном одеянии. Эффектная брюнетка, внешними данными ничуть не уступающая остальным кандидаткам. Запыхавшаяся и раскрасневшаяся красавица, слегка сбилась с шага, заметив у трона еще двоих мужчин, но в последний момент опомнилась и сделала положенный реверанс. Получив от императора дозволение подняться, она отошла в общую группу «красных платьев». Цветом не только своего наряда, но и лица, полностью сливаясь с ними.
– А я тебя предупреждала, Элеонор, – ехидно произнесла блондинка. – На такую, как ты он даже не взглянет. Нечего было и пытаться, только зря опозорилась!
– Вот увидишь, Селеста, – огрызнулась брюнетка. – Полуночный танец я станцую с ним.
– Да он скорее станцует с порченной кровью, чем с тобой. – рассмеялась та в ответ и посмотрела на меня. А я взяла и отвернулась. Не хватало еще «закудахтать» вместе с ними. Даже стало жаль того лорда, за которого собираются сражаться эти две хищницы. От охотников с таким «арсеналом» и амбициями трудно будет сбежать.
Но мне повезло, товарки угомонились, ибо началась официальная часть сего собрания, то бишь зазвучала речь повелителя. Полная надменности и пафоса, магически усиленная, она проникала в каждый уголок огромного зала. И пока все в немом благоговении внимали его «как здорово, что все мы здесь сегодня собрались», я думала о другом, а в частности о ранее сказанных словах императрицы.
Человек отказавшийся от высших привилегий ради возлюбленной и человек предавший память о ней, в моей голове, эти два совершенно противоположных образа, никак не хотели сочетаться. Во всей этой истории было что-то странное, отдающее противным, гнилым душком. Но есть ли возможность докопаться до правды, годами сокрытой в хитросплетениях южных интриг? И если да, то как отличить истину от фальши?
Когда торжественная речь отзвучала, император поднялся с трона и протянул руку супруге. Сей жест являлся неким знаком для остальных лордов. Некоторые из них стали подходить к «цветнику», ангажируя понравившуюся леди. Таким образом, в центре зала, куда торжественно вышла правящаяся чета, начали образовываться пары. Дольше всех задержались те самые брюнетка с блондинкой, да я. Девушки потому что сперва выжидали чего-то, а потом не могли решить, кому из бросившихся к ним кавалерам подарить свою благосклонность. А я? Что я? Как та иноземная зверушка, которую впервые завезли народу показать, вроде любопытно, да прикасаться боязно.
Дождавшись, когда всех девиц разберут, я тихонько отошла в сторонку. Предпочитая наблюдать за танцами издали, раз слава богу вблизи не довелось. В них кружились не только «цветочки», но и часть из приглашенных. Без особого интереса я бродила вдоль стенки, попутно рассматривая незнакомые надменные лица, иногда улавливая обрывки шепотков, людей, стоящих неподалеку. Их разговоры сводились к нарядам и обсуждению той или иной кандидатки. Скучные беседы, навивали тоску, а в купе с нудной музыкой хотелось от души зевнуть.
Периодически мой взгляд натыкался на мрачную фигуру главнокомандующего. Трудно не обращать внимания на единственное черное "пятно" в море ярких красок, а еще на того, кто даже на расстоянии способен подавлять своей аурой и мощью. На этом празднике герцог предпочитал роль зрителя, нежели участника. Но, не смотря на всю холодность и надменность, излучаемую мужчиной, вокруг него, постоянно крутились женщины. Нечего и думать, чтобы со своей благодарностью пробиваться через такой кордон, стражи в юбках моментально оттеснят в сторону. А то и прическу проредят, дабы неповадно было лезть, куда не следует.
В конце концов, вдоволь находившись по залу, я обнаружила нишу. Укрытая, свисающими ветвями иллюзорных деревьев, она была практически сокрыта от постороннего взгляда. Идеальное место для того, кто порядком устал от чужого внимания. Я с облегчением прокралась внутрь, встала, облокотившись спиной о стену и выдохнула. Осталось дождаться, когда закончиться бал. Вряд ли меня бросятся искать. На этом отборе, я, безусловно, не самый завидный лот. Если так пойдет и дальше, вернут ли "бракованный товар" обратно к батюшке? Или же из этих стен у невест только два выхода: либо под руку с женихом, либо вперед ногами? Оба варианта, не самые радужные перспективы. Тут еще подумать надо, что хуже, сразу отмучаться или всю жизнь прожить с одним из этих высокородных хлыщей?
Крепко призадумавшись о нелегкой доле, не сразу заметила, что больше не одна. На пороге ниши стоял герцог Эйнар Невиль собственной персоной и прожигал меня черным, как сама ночь, взглядом.
Как раз в этот момент, вокруг сгустились сумерки. Иллюзорное солнце на небосклоне окончательно склонилось к закату, уступая место звездам и луне, а вдоль стен стали зажигаться магические факелы, бабочки превратились в светлячков, мерцающих разноцветными огоньками. Зал преобразился, погружая всех участников торжества в таинственную атмосферу.
Она могла бы показаться романтичной, но в сокрытом от посторонних глаз алькове, с появлением главнокомандующего, стала жуткой и мрачной. Попробуй не испугаться, когда единственный путь к отступлению закрыт широкой фигурой сильнейшего темного мага империи, хмурый вид, которого не сулил ничего хорошего.
В след за ним в нишу влетел светлячок и закрутился подле мужчины. Не отводя от меня пристального взора, он сделал молниеносное движение рукой, перехватывая чужое магическое плетение, которое, в ту же секунду, ярко вспыхнуло и рассеялось золотистой дымкой.
После герцог бросил мимолетный взгляд через свое плечо и, не говоря ни слова, проследовал внутрь, сохраняя некоторое пространство, между нами.
В воздухе повисла напряженная тишина, нарушить которую первой, я никак не могла решиться. Хотя, казалось бы, что в этом такого, хотела же поблагодарить, вот он шанс, нужно только разжать губы и произнести одно простое слово. Но оно застряло комом в горле и не желало произноситься.
От близкого присутствия этого мрачного лорда было немного не по себе. А может виной тому воспоминания о его пальцах на моей оголенной коже? Бесстыдные прикосновения во имя благой цели, до сих пор будоражили мой разум, а еще ощущение тепла от черного огня, что казалось и ныне согревал меня. Иначе от чего моим щекам стало так жарко?
– Ты видела, куда он пошел? – вдруг раздался снаружи голосок, с легкими капризными нотками.
– Нет, – вторил другой. – Мой маячок пропал где-то в этом месте. Может быть стоит бросить эту затею? Говорят характер у герцога еще мрачнее, чем вид. Честно говоря, у меня мороз по коже, когда ловлю его взгляд на себе.
– Многое ты понимаешь в мужчинах… Эйнар воин, ему простительна некоторая холодность. Зато его бывшая любовница намекала, что в постели он далеко не такая ледышка, нечета моему старому сморчку…
Леди ещё пошушукались, обсуждая достоинства лорда, который, как они не знали, стоял неподалёку от них и слышал весь разговор. Я даже позавидовала его выдержке, внимать о таких вещах, с непроницаемо-каменным выражением на лице, не каждый сумеет. Конечно, многое из того, что прозвучало, мне было не совсем понятно, но общую суть, что отнюдь не в шахматы герцог играет в своей спальне с любовницами, я поняла. К счастью, заглянуть в нишу дамы так и не догадались, отправившись дальше прочёсывать зал.
На моих губах невольно расползлась улыбка. Теперь понятно, каким ветром сюда занесло лорда Невиля. Великий и непобедимый главнокомандующий Асхара, скрывался от женщин. Опытные охотницы загоняли его словно какую-то дичь. Эти мысли настолько были абсурдны, что у меня непроизвольно вырвался смешок. Затем второй, и я, не выдержав, рассмеялась.
Слава богам, дамы ушли достаточно далеко и не могли слышать моего заразительного хохота.
– И что же вас так развеселило, позвольте узнать? – недовольно спросил мужчина.
От таких интонаций впору в обморок упасть, но вот же не задача, никогда не умела это делать.
– Леди, – не стала я лукавить. – Они выслеживают вас, как добычу. Забавно, ха-ха-ха… простите…
Если до сего момента лорд уделял внимание стене, то после такого сравнения оно перешло на меня. И лучше бы он и дальше таращился на стенку, чем так пристально изучал мое лицо.
– По-вашему я похож на фазана или дикого вепря? – слова, произнесенные им, прозвучали бесстрастно, но они напрочь отбили желание смеяться.
– Нет, на дхара, – ответ вылетел раньше, чем я успела себя осадить. Брови главнокомандующего от удивления поползли вверх. Еще бы! Вряд ли находился хоть один сумасшедший, рискнувший делать ему подобные комплименты. Ведь сию аналогию люди чаще всего употребляли в ругательном контексте, забывая, что на самом деле дхар – очень опасное существо, которое дорого разменивает свою жизнь. И до того, как мужчина успел отреагировать на такое непочтение, добавила. – Вас весьма неразумно пытаться загнать в угол.
