Текст книги "Невеста с севера (СИ)"
Автор книги: Юлия Тень
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
– Поэтому растил иначе? – Спросила, вспоминая все те тренировки со Свэном, когда здоровенный вояка по просьбе ярла обучал меня воинскому искусству не жалея сил. Моих. Сам то он казалось, никогда не уставал. – Потому что боялся, что так же, как и она покину тебя?
– Эгоистичное желание глупого старика. В своём стремлении привязать тебя к этому дому, я собственноручно разрушил твою жизнь. Если бы тогда не настоял на посвящении у источника этой метки на твоей руке никогда бы не оказалось…
– И была бы я по-прежнему безродной, со средненькими способностями к магии. Не вини себя, ты дал мне больше того, о чем когда-либо мечтала.
– Но я виноват. Должен был увидеть раньше, – ты не такая как она. Не нежный цветок, а северный ветер. Ничего удивительного в том, что источник избрал тебя.
– Послушай, Ульрэя, – ярл подошел ко мне и положив руку на плечо, слегка ее сжал, – южане живут по иным законам. Если здесь мы предпочитаем честную добрую драку, то там, в почете закулисные игры. Где нож в спину самое безобидное из них. Не верь никому. Всегда проверяй еду на наличие яда. Так как я тебя учил. Ведь не все из них можно обнаружить с помощью магии. Ты же помнишь?
Я кивнула, впервые задумавшись, так ли уж он верит в официальную причину смерти дочери?
– Умница, – выдохнул дед. – Все, что мог для тебя сделать, это в должной мере подготовить. Бран разумеется рассчитывал, что все эти годы из его не признанной дочурки растят истинную леди. Но у нас с ним, оказалось, разняться понятия о том, какими должны быть леди… Что взять со старика? Память уже не та нынче. Подзабыл… Да и какая разница иглой леди машет или секирой? Вот и я подумал, что никакой…
Он грустно улыбнулся и позвал:
– Бейнир! – в тот же момент в правой руке Ледяного демона материализовалось оружие. Двухсторонняя секира, длинную ручку которой венчало острие. На двух лезвиях в виде полумесяцев были выгравированы драконы, их силуэты светились едва заметным бледно-голубым светом. – Его имя означает соратник. И он был им на протяжении всего времени. Ходят легенды, что это оружие было изготовлено драконами. Закалено их пламенем. И нет силы, способной его сломать. Бейнир часть нашего рода. От отца к сыну на протяжении многих поколений. Сегодня я передаю его тебе.
– Это честь для меня… но…
«Но на вид эта честь слишком не подъемная, я банально не удержу ее и уроню на пол» – и еще множество причин, почему мне не стоит брать родовое магическое оружие. Впрочем, ни одной из них озвучить не успела. Дедуля с молниеносной скоростью схватил мою правую руку и полоснул по ладони одним из лезвий, от боли слегка поморщилась, наблюдая, как из неглубокой раны закапала кровь, тоже самое он проделал и со своей ладонью. После чего соединил наши руки на древке секиры.
– От крови, к крови, – произнес он, – служи моему потомку так же верно, как мне служил…
Далее последовала фраза, на незнакомом мне языке, от которой оружие вспыхнуло бледно-голубым пламенем.
Кровь из пореза потекла сильнее, впитываясь в руны и очерчивая силуэты драконов. Пока не наполнила их полностью. Жжение в ране становилось не выносимым. Но я, сжав зубы, молча терпела. Пока браслет подаренный драконом не вошёл в диссонанс с подарком Ледяного демона. Принял ли браслет за угрозу жизни данный ритуал или ему не понравилась сила, что исходила от секиры, но тонкая цепочка вспыхнула белым пламенем, ее магический огонь устремился навстречу бледно-голубому огню. Вспышка от их соединения была настолько яркой, что погрузила мир вокруг в сплошную белизну.
Первым возвращался слух. Я уловила звуки воды, что через мгновения превращались в грохот водопада. В удивлении распахнув глаза, уставилась в голубое безоблачное небо. Это что же от магического диссонанса у замка крышу снесло? Хороши подарочки нечего сказать…
Тёплый ветер игриво подул на лицо, погладил щеку. Заставляя задуматься о том, откуда здесь взяться ему, ведь на севере ветер обычно ледяной да колючий такой же холодный и суровый как сам северный край…
Резко поднявшись, огляделась по сторонам. Я находилась на небольшом округлом выступе посреди водопада, что укрывал огромную темную пещеру передо мной. Подойдя чуть ближе к краю, мне открылась потрясающая картина. Долина полная красок зелени. Цветущие обширные поля, высокие леса. Определенно я находилась не на севере, если каким-то чудом он в одно мгновение не лишился снега. За спиной послышался едва уловимый шорох, от которого по коже побежали мурашки. Оборачиваться совершенно не хотелось. Хоть и не видела, но ощущала, то, что находится там, имеет колоссальную силу. Однако все же обернулась, чтобы узреть, как в темноте вспыхивают глаза с ромбовидными зрачками.
– Айрэ? – неуверенно позвала я, понимая, что это не он. Тот, кто находился в пещере и кто в этот момент медленно, но неотвратимо приближался ко мне далеко не мой знакомый дракон. Это существо было намного мощнее. Стоило ему показаться на свет, как казалось, затмил собой все пространство. Огромный чёрный дракон, окутанный клубами тьмы, выглядел истинным воплощением мрака и одним своим видом заставил вновь ощутить себя маленькой испуганной девочкой.
Невиданный ранее страх подстёгивал броситься прочь, бежать без оглядки, так быстро насколько возможно. Но я понимала, что это бессмысленно. Он настигнет раньше, чем мои ступни коснуться подножия горы.
Потому продолжала стоять, а дракон приближаться. И вот уже его огромная морда втягивает воздух у лица, заставляя обмирать сердце от страха. От такого близкого знакомства, кажется, перестаю дышать и вот-вот упаду в первый в своей жизни обморок. Но где то на периферии сознания слышу голос деда:
– Очнись Ульрэя, ну же милая открой глаза…
Разочарованный драконий рык оглушает, и я действительно прихожу в себя, лежа на полу в своей комнате, жадно глотая воздух. Дедушка облегченно вздыхает, одновременно стискивая в объятиях:
– Слава Богам… Как же ты меня напугала…
Он помог мне подняться, суетился вокруг меня, что-то говорил. Вроде бы удивлялся, якобы ритуал прошёл не совсем, так как предполагалось. Нас не должно было раскидать по разным углам покоев. А я думала о странном видении. Слишком реальном. И очень пугающем. Казалось, закрой глаза, вновь окажусь у той пещеры посреди водопада под пронизывающим взглядом драконьих глаз. Спросить бы Айрэ к чему такие видения? Не его ли браслет стал тому виной? А может дело в Бейнире? Жаль времени совсем не осталось…
– …рэя, с тобой точно все в порядке? – донёсся до моего сознания обеспокоенный голос деда.
– Что? Да… все хорошо, просто задумалась, прости…
Он посмотрел на меня долгим недоверчивым взглядом.
– Я говорил о том, что помимо Наны с тобой отправиться Свэн.
– Но Свэн ненавидит имперцев, – опешила я.
– Значит, никому не будет доверять.
– Серьезно? Он как артефакт замедленного действия – никогда не знаешь, когда рванет.
– Не преувеличивай, Ульрэя. Свэн взрослый мужчина и опытный воин, который умеет держать себя в руках.
Печально вздохнула, вспомнив как на днях, этот взрослый опытный воин умеющий держать себя в руках, в одном исподнем залез на крышу цитадели и кукарекал, потому что проиграл желание в карты…
– Как скажешь, – сдалась я. Все равно ведь не имеет смысла спорить, ярл умеет настоять на своём. Да и Свэн, не смотря на некоторые недостатки, действительно хороший наставник.
– Теперь ступай Рэя, поверенные Брана уже ждут тебя внизу.
Молча кивнула. Подняла небольшую дорожную сумку, забросив ту на плечо. После подошла к лежащей на полу секире. И замерла. Слишком уж громадное для меня оружие, не подъемное. Как же я его возьму?
– Оно твоё, – хмыкнул ледяной демон, безусловно догадавшись, отчего произошла заминка, – никто кроме тебя не сможет к нему прикоснуться… Первое время может проявлять норов, не слушаться команд, испытывать твой дух, но в случае реальной угрозы для жизни всегда придет на помощь.
И я решилась. Оружие оказалось лёгким, словно было создано для меня, а не принадлежало ранее многим поколениям рода. В удивлении посмотрела на дедушку, но тот уже отвернулся, вновь подарив все своё внимание портрету умершей дочки.
– Давай не будем прощаться, – не оборачиваясь, хрипло попросил он.
Вняв просьбе, бросила прощальный взгляд на спину, будто сгорбившегося под необъятной ношей ярла Ледяного чертога и более, не давая себе и минуты на раздумья, вышла в коридор. Следом тенью скользнул Аки.
Обрекать друга на существование в клетке в мои планы не входило. Достаточно одной меня… И хоть знала – это расставание будет болезненным для нас обоих, но также понимала, иначе нельзя. Опустившись на корточки перед волком, посмотрела в глаза, полные безграничной преданности и с тоской прошептала:
– Нет, приятель, ты остаёшься.
Аки жалобно заскулил. За долгие годы он привык считать меня своей стаей. Зарывшись руками в густую чёрную шерсть прижалась лицом к волчьей морде. Ощущение словно теряю часть души. Словно предаю…
Когда я впервые встретила Аки, тот был еще волчонком. Израненным, чёрным маленьким комочком, что лежал на холодном снегу. Пространство под ним было алым от крови. Голубые глаза полные боли, смотрели с толикой обиды и не понимания. Будто он не мог осознать, за что с ним так жестоко поступили. А я не смогла пройти мимо. Подобрала и принесла к дракону, умоляя вылечить щенка. Айрэ назвал это глупым поступком, забирать у смерти то, что должно ей принадлежать, но, в конце концов, сдался, стоило мне напомнить, что однажды он так же отобрал у смерти меня.
Спустя несколько недель, когда щенок окончательно поправился и окреп, я решила найти его стаю, чтобы вернуть малыша родне. Дракон лишь хмыкнул:
– Если желала его смерти, зачем тащила этот клубок шерсти ко мне?
До меня не сразу дошел смысл его слов:
– От чего же?
– Почему вы, люди, называете снежных волков снежными? – вздохнул от моей недогадливости Айрэ. – Потому что они белы как снег, Ветерок.
Я посмотрела на чёрного волчонка, который игриво гонялся за драконьим хвостом. Айрэ дразнил им щенка, словно котёнка, бантиком на нитке.
– Значит, стая бросила его умирать из-за того, что он родился не таким как все? Неужели мир настолько жесток? Ведь он всего лишь маленький непоседливый ребёнок…
Как не печально, но я знала ответ.
Айрэ промолчал, в задумчивости устремив взгляд к горизонту, и пропустил момент, когда "охотник" подобрался слишком близко. Волчонок не преминул воспользоваться подвернувшимся случаем, ухватившись зубами за долгожданно пойманную добычу. Дракон дернулся, недовольно сузив зрачки.
Приподняв хвост с повисшим на нем щенком, что-то прошипел на своем языке. Я засмеялась. Подошла и подхватила волчонка на вытянутые руки. Голубые глаза предано посмотрели в мои.
– Пожалуй назову тебя Аки, – это имя значит Бесстрашный, – произнесла, рассматривая как блестит на солнце иссиня-чёрная шерстка, – теперь твоим домом станет Ледяной чертог, ты же не против, верно?
В ответ он одобрительно тявкнул, радостно завиляв хвостом.
Позже наблюдая за тем как, волчонок растёт, превращаясь из неуклюжего щенка в матёрого снежного волка, я не раз ловила себя на мысли, что в чем-то мы с ним похожи…
– Верное решение, – отвлёк от воспоминаний знакомый хрипловатый голос. – Не сойдёт он за комнатную собачку, даже если нацепить розовый ошейник, да шлейку с кружевами.
И почему мне кажется, что речь сейчас совсем не о волке? Вздохнув, медленно поднялась.
Свэн стоял неподалеку от двери, в тени одной из ниш. Облокотившись на стену и сложив ручищи на мощной груди. Вокруг него мерцал еле заметный укрывающий купол – артефакт для отвода глаз. Неудивительно, что я его не сразу заметила. Впрочем, умение быть незаметным одно из главных для снежной стражи. Иначе рискуешь стать закуской для какой-нибудь хищной твари.
Первое впечатление этот мужчина производил пугающее. Здоровый, бородатый, хмурый тип, с пудовыми кулаками, одетый в неизменные митриловые доспехи, поверх которых накинут белый плащ из шкуры Дхара. За спиной возвышалась рукоять двуручного меча. Здоровяк Свэн, Свэн Громила, Дхар из Ледяного чертога – у него было множество прозвищ, но все они сводились к одному, что с этим человеком, шутки плохи.
Беспощадный для врагов. Верный для друзей…, наверное, так бы его охарактеризовало большинство.
Сегодня Здоровяк был более хмур, чем обычно. Осмотрев меня с ног до головы, задержал взгляд на Бейнире.
– До последнего надеялся, что ярл передумает и даст зазнавшемуся южному псу хорошего пинка под зад, – сказал он, почесав густую темно-рыжую бороду, – а вместо этого, что я вижу? «Держи внученька топор и валика на отбор»?
– Это бы меня не спасло…
– Знаю… – Свэн оттолкнулся от стены и подошел ко мне, ловко снимая походную сумку с моего плеча, – но, согласись, было бы приятно посмотреть, как гузно твоего папаши пересчитывает ступеньки.
Что-ж прямолинеен как обычно. Я поднялась с корточек и обращаясь к волку, произнесла:
– Аки, я забыла шапку. Нана опять будет ругаться. Ты же выручишь меня и принесешь?
Обманула. Стоило только зверею пересечь порог, как двери за ним захлопнулись. Прислонив руку к створке прочитала заклинание. В это же время по ним пришелся мощный удар. За ним последовал еще один, а потом и еще. Волк скулил и бесновался, пытаясь прорваться к хозяйке. Бесполезно, в отличие от своих снежных собратьев он магией совсем не обладал, а значит, не сумеет пробить магический контур.
– Уверена? – спросил Свэн.
– Клан… – голос дрогнул, – позаботится о нем.
Мужчина забросил на плечо мою и свою поклажу и вздохнув, согласился:
– Ну, пойдем тогда.
Глава 3. Между прошлым и настоящим
Коридоры замка были пусты. Лишь эхо наших шагов отражалось от стен. Ещё вчера здесь кипела жизнь, сновали слуги, Нана ругалась на стражу, что «вечно эти косолапые медведи снег с сапог не отряхивают». А сегодня царствовала тишина. Такое ощущение, что меня уже заранее похоронили. И оплакивают. Хотя обычно похороны на севере наоборот проходили более шумно, да весело.
Перед главной лестницей я остановилась и накинула капюшон. Сделан он был из верхней части морды Дхара. И почти наполовину укрывал мое лицо, то же самое проделал и Свэн. Только зверь, из которого был сшит его плащ, был намного больше моего. Секиру, которую ранее несла, как посох теперь взвалила на плечо.
Сделав глубокий вдох, словно перед прыжком с обрыва вышла на лестничный пролёт, ведущий в главный зал.
Они стояли внизу. Поверенные моего отца. С ужасом взирая наверх. Старик и мальчишка. Если первый благодаря опыту прожитых лет ещё мог как-то сдержать эмоции, то второй вовсе открыл рот от удивления. Чем ближе мы подходили, тем больше бледнел старец.
– Леди? – неуверенно вопросил он. Его взгляд судорожно заметался, то задерживаясь на мне, то ища что-то за моей спиной. Наверное, ту самую леди, но увы, сзади шёл только Свэн. А он при всём желании на неё не походил. Борода мешала, ну и внушительная мускулатура.
Когда мы поравнялись с ними, старик изобразил поклон, попутно дав легкую затрещину юнцу. Тот, осознав оплошность, перестал таращиться на моего спутника, как на одно из чудес света. И тоже поклонился.
– Леди Ульрэя для меня большая честь, – высокопарно начал поверенный, но осекся, едва понял, что останавливаться мы не собирались, а наоборот прошли мимо.
Распахнув ветром двери, я первой шагнула во двор. Рассветные лучи солнца ударили в лицо, не сразу дав рассмотреть открывшуюся взору картину. А когда увидела – обомлела, потрясено обернувшись на Свэна.
– А ты думала, никто из них, не пожелает проститься с тобой? – ухмыльнулся он, – брось Ульрэя, для многих ты давно перестала быть просто внучкой ярла. Ты часть клана, часть семьи.
В глазах защипало, и я поспешила отвернуться. В это же время нас догнал мальчишка поверенный и едва поспевающий за ним старичок.
– Война началась? – испуганно пискнул первый.
Что ж обстановка к тому располагала. Повсюду куда не кинь взгляд, стояли северяне. Мужчины и женщины, одетые в военные доспехи. На лицах боевая раскраска клановой расцветки. И у всех в руках зажато оружие и щиты. А в середине двора, как овечки к пастуху, жались имперские стражники к лорду Брану. Тот стоял с скучающим выражением на аристократическом лице, будто находился не в окружении превосходящей силы противника, а на надоевшем светском рауте.
Я много раз представляла нашу встречу, думала, что же почувствую, когда снова увижу его? Но сегодня идя на встречу прошлому, в полнейшей тишине, и на виду людей каждый из которых мне намного ближе чем родной отец поняла, я не чувствую ничего, кроме досады. Досады в первую очередь на себя, за то, что все это время маленькая девочка в глубине моей души, ждала его признания.
«Я скучал» или «Как же ты выросла» – обычно такими словами одаривают отцы своих дочерей после долгой разлуки. Возможно, сжимают в объятиях. Мой же даже не посмотрел в мою сторону. Молча достал из кармана портальный артефакт и активировал его. Загудела воронка перехода. Имперцы расступились, встав в две шеренги по его краям, тем самым показывая, что должна одной из первых пройти через портал.
Пошла. Под нарастающий стук топоров о щиты, чем громче он звучал, тем больше нервничали южане. Их руки непроизвольно тянулись к оружию. На лицах волнение сменялось страхом. А мое сердце билось в ритм с древним северным мотивом. Мотивом, с которым обычно провожали на войну. Когда достигла воронки, грохот стоял оглушающий. Но он резко оборвался, едва развернулась, вскидывая вверх руку с секирой. В лучах восхода лезвия полыхнули огнем.
– Ррраааааа! – закричала я, вгоняя имперцев в полнейший ступор. Даже у батюшки треснула маска спокойствия на холеном лице.
– Рррааааа! – грянул ответный клич отовсюду. Вновь забилось оружие о щиты.
Через портал мы со Свэном шагнули одновременно. За нами лорд Бран и Нана, а также старичок поверенный, который тащил за шкирку своего упирающегося юного помощника. У парня от восторга горели глаза, и, кажется, он был не прочь поглазеть подольше. Последними зашли стражники и судя по нашивкам на мундире их командир. Он встал спиной к медленно закрывающемуся порталу, из которого все еще доносился шум, и, сплюнув на землю зло процедил:
– Проклятые дикари!
Свэн напрягся, и я поспешила положить ладонь ему на плечо. Слегка сжимая, в безмолвной просьбе не поддаваться агрессии. Впрочем, отмщение пришло, откуда не ждали. Сначала с той стороны воронки раздались крики: «Держи его!», «Сам держи, он мне чуть руку не отхватил!», «Хватай! Уходит!», а потом через окончательно схлопывающийся переход, молнией метнулась черная тень, с огромной силой врезаясь в имперского капитана. Все произошло настолько неожиданно, что тот не успел даже руки выставить перед собой. Ничком распластавшись на дороге.
А тень, оттолкнувшись от его спины, приземлилась у моих ног. Припала к земле, глухо рыча. Вздыбила шерсть, показывая имперцем оскал полный не маленьких клыков. Голубые глаза светились от переполнявшей их магии. Она искрами вспыхивала в иссиня черной шерсти, опадая изморозью к волчьим лапам.
– Гляди-ка, – довольно пробасил Свэн, – вырвался все же…
Щелкнули взведенные арбалеты. И я поспешила выйти вперед, закрывая собой волка. Теперь пути назад нет. Никто не станет тратить ценные амулеты перехода ради какого-то зверя. Опасного зверя…
Сколько мы мерились взглядами? Я и мой отец? Казалось целую вечность. Словно на поле брани, где ни один из противников не хотел уступать. Молчаливый поединок в полной тишине. Он сдался первым. Отвел глаза. И дал отмашку своим солдатам.
– Отставить, – отдал приказ лорд Бран.
Подчиняясь господину, имперцы одновременно опустили оружие. Кроме одного. Их капитан еще какое-то время держал Аки на мушке. Кровь из разбитого носа капала на испачканный в дорожной пыли некогда чистенький мундир. Лицо искажала злоба.
– Я сказал отставить или тебе что-то не понятно Ларс?
Стражник нехотя убрал арбалет, покорно опуская голову. Но вот опасный блеск во взгляде мне не понравился. Я знала, подобные ему люди, если что-то замыслили, редко сдаются.
– А ты, – обратился лорд уже ко мне, – держи свою псину при себе, если не хочешь, чтобы кто-то из стражи, пустил болт ему в голову.
Я положила ладонь на волчий загривок и слегка сжала пальцы, этот жест означал, что все в порядке. Угрожающий рык оборвался. Напряженные мышцы расслабились. И голубые глаза предано посмотрели в мои. Вот только магические всполохи по-прежнему пробегали по шерсти, огибая место, которого касалась моя рука.
В противоположность от людей снежные волки наделены магией с рождения. Она помогает им выживать в суровых реалиях севера. Охотится, защищаться. Аки же изначально был ее лишён. Возможно от того что побывал на грани или может, как предполагал дракон, все это время она попросту дремала, и ей нужен был катализатор для проявления. В любом случае теперь для волка и для меня настали не самые радужные дни. Я хорошо помню, какого это учиться управлять стихией…
– Леди, – окликнул меня старик поверенный, – прошу за мной, я провожу вас в дом и покажу ваши покои.
………………….……..
Если на севере было раннее утро, то на юге уже наступил вечер, тёплый, наполненный ароматом осени и трелями пташек. Сад, что располагался под окнами выделенных мне покоев, благоухал и цвёл. Раздражая непривычным приторным ароматом. В замке у дедушки тоже были сады, их цветение поддерживали магией. В основном в них выращивали полезные растения и там не витало такого удушающего амбре.
Однако я больше любила сад Поющих деревьев. Когда-то давно его создал Ледяной демон для своей возлюбленной. Деревьев изо льда, чьи ветви хрустальным каскадом спускались до самой земли. Вечерами, лучи заката окрашивали их в разноцветные тона, и на них распускались иллюзорные бутоны. В дни, когда мне было особенно тяжело. Я спускалась в беседку, что располагалась в центре волшебного сада, садилась на скамью и слушала ветер, он качал тонкие хрустальные веточки. Из этого перезвона рождались своеобразные мелодии. У вечной стихии было много историй, которые она могла поведать. Печальные или задорные, наполненные счастьем или тоской. Они всегда приносили покой и умиротворение.
Аки чихнул, выпуская из пасти облачко снежинок. Заворчал и зарылся поглубже в ковёр, на котором лежал. Для верности ещё укрыв нос лапами. Волчий нюх намного лучше человеческого. Поэтому бедняге приходилось хуже, чем мне.
– Глупый, – беззлобно пожурила я, закрывая окно, у которого стояла до сего момента, бездумно смотря в даль, – остался бы дома. Зачем пошёл за мной?
– Для этого дурня, нет никого роднее тебя, – откликнулась Нана, расставляя тарелки с ужином. – Не ругай его. Может оно и к лучшему, что он рядом…
– А уж какой фурор он произведет на балу… Теперь то ему ни одна дверь не помеха. Сколько не думаю, но похоже придется надеть на него ограничитель.
Ранее я тоже носила такой. Во времена, когда северный ветер не желал слушаться южанку. Своевольничал, срывал плетения. Вырывался неконтролируемой силой, сносящий все на своём пути.
– Садись, покушай, Ульрэюшка, – ласково позвала няня, – а после сразу ложись спать.
Она была права, завтра предстоит трудный день. Стоит отдохнуть, прежде, чем разворошить это змеиное гнездо. Хотя самих "змей" я ещё не видела – меня сразу отконвоировали в покои, сказав не высовываться до утра. Хорошо хоть ночью так и не сомкнула глаз, иначе и не знаю, как смогла бы уснуть.
Прежде чем прикоснуться к еде, проверила тарелки на наличие яда. Не то чтобы думала, что меня возьмутся травить в первый же день, но лишняя осторожность ещё никому не повредила. Убедившись в безопасности блюд, села за стол.
– Я пойду трапезничать на кухню, – заметив мой вопросительный взгляд, сказала Нана. – Попробую выведать, какие дела творятся в этом доме. Никто не знает последние сплетни лучше слуг.
Она подошла ко мне, и ласково погладив по голове, добавила:
– Все будет хорошо, Рэюшка, вот увидишь.
Будет ли? Хотелось бы в это верить… но вместо сомнений я лишь тепло улыбнулась. Перехватила ее руку, на мгновение прижимаясь к ней щекой и тихо прошептала:
– Будь осторожна, не позволяй им обижать себя.
– Да разве ж сумеют эти южные лисицы прокусить старую, закаленную северными снегами шкуру твоей няни?
Позже, пришла служанка. Совсем молоденькая девчушка, лет четырнадцати. Заклинание на двери оповестило о ее приходе ещё до того, как послышался неуверенный стук. Сперва, она долго мялась у порога, боясь пересечь спасательную черту. И я не знала кто пугал ее больше, огромный чёрный волк или же не улыбчивая северянка. В любом случае смотрела она на нас одинаково испуганно.
– Входи не бойся, – тихо разрешила я, – он не тронет. И я тоже не имею привычки кусать маленьких детей.
Ее опасения были мне понятны. О северянах ходили разные слухи. Вплоть до тех, где мы на завтрак едим младенцев, а на ужин сердца жестоко убиенных врагов.
Храбрая девчушка, все же отважилась пересечь порог. Быстро начала собирать тарелки со стола, то и дело, бросая на Аки косые взгляды. Тот же делал вид, что его мало интересует происходящее вокруг, но я-то видела, как чутко подрагивают волчьи уши.
– А правда, – раздался неуверенный детский голосок, – что северных волков нельзя приручить?
Звякнула посуда. Испуганные глаза, широко распахнувшись, посмотрели в мои. Будто она сама не понимала, как у неё хватило смелости и дерзости заговорить с госпожой.
– Правда, – как можно мягче ответила я.
– Но… он же вам служит…
– Нет, не служит. Он здесь, потому что сам так решил.
Волк медленно поднялся. Грациозно потянувшись, зевнул, демонстрируя пасть полную острых клыков. Уж что-что, а красоваться Аки любил. Прошёл мимо застывшей девочки, мазнув по ней пушистым черным хвостом и сел у моих ног, выпрашивая ласку.
– Его зовут Аки. Хочешь погладить? – спросила, наблюдая за тем, как страх в детской душе борется с любопытством. Она неуверенно кивнула. Подошла ближе и протянула дрожащую руку к волчьей морде. В это же время он чихнул, обдавая вздрогнувшую служанку ворохом из мерцающих снежинок. Заворчал и потёр нос лапой.
– Кажется, от тебя пахнет цветами, – улыбнулась я. Девочка так и замерла с протянутой рукой. В немом удивлении наблюдая за тем, как снег рожденный магией кружась исчезает, так и не коснувшись пола.
Позже, Рамина, как она мне представилась, стала более общительна. Щебетала обо всем, перескакивая с темы на тему, рассказывала то о своей семье, то о здешних жителях. И хоть по-прежнему бросала на черного волка косые взгляды, но в них уже не было страха, только искреннее детское обожание, к которому тот отнёсся благосклонно. Позволяя собой восхищаться.
– Позёр, – тихо шепнула, когда он в очередной раз потянулся, поигрывая мышцами.
Перед сном я переоделась в пеньюар, не привычно короткий и прозрачный. Невесомая ткань льнула к телу, очерчивая все что можно и нельзя, совершенно не оставляя полета для фантазии. Но лучше так, чем спать голой или мучиться от жары в северной полностью закрытой ночнушке.
– Вы такая красивая, – восхищенно сказала Рамина, взбивая подушки на кровати. – У вас не типичная для южанок внешность… ой… простите, я не должна такое говорить…
– Все в порядке. Моя мама была северянкой. И я больше похожа на неё, чем на отца.
– Уверена, на этом отборе у вас не будет отбоя от женихов, – добавила девочка, дабы сгладить обстановку, но я ещё больше посмурнела. Не говорить же ей, что, то, о чем мечтает большинство из них – богатый муж, не совсем то, что нужно мне. Скорее наоборот все ещё надеюсь каким-то чудом этого «счастья» избежать.
– А знаете, – все не унималась она, – есть одно старое заклинание. Мне моя бабка его рассказала, а ей ее прабабка. В общем, жутко древнее. Когда девушка ложиться спать на новом месте, нужно произнести следующие слова…
Рамина склонилась ко мне поближе, предварительно оглядевшись по сторонам, будто то, что собиралась произнести поменьшей мере одно из заклинаний поднятия усопших из раздела запрещённой некромантии.
И я, поддавшись моменту, чуть ли не открыла рот, приготовившись вкусить запретный плод древнего волшебства.
– Сплю на новом месте, приснись жених невесте, – краснея протараторила девчонка.
Я криво улыбнулась. Вот уж действительно жуть.
– И что? Видел, кто ни будь жениха?
– Говорят, прабабка увидела во сне одноглазого кота, а через неделю вышла замуж.
В моей голове не особо укладывалось, как кот может быть связан с женихом. Пока Рамина не решила пояснить.
– Прадед был одноглазым, он на войне в бою второго решился, и блудливым как кошак. Так моя бабка говорила. Я, правда, не совсем понимаю, что значит блудливым? Может прадедушка любил гулять в лесу, но блуждал часто…
Ага, гулять, да не в лесу… Впрочем, меня уже мало интересовал сей задушевный разговор. Понятно же, что никто бы не доверил древнее заклинание ребенку. Тем более ребенку без магических сил.
Еще немного поболтав ни о чем, Рамина пожелав приятных снов вышла. А я махнула рукой, гася магические светильники и одновременно возобновляя защиту. Теперь до утра никто не сможет пересечь порог без моего дозволения.
Ещё час скептицизм во мне боролся с исследовательским интересом. Заставляя ворочаться с боку на бок. В конце концов, победил последний и я ужасно глупо себя ощущая, скороговоркой проговорила:
– Сплю на новом месте, приснись жених невесте!
Гром не грянул, вспышка не озарила небо, зато в темноте вспыхнуло два удивленных голубых глаза.
– Притворись, что этого не слышал! – буркнула, падая обратно на кровать и тут же укрылась с головой одеялом. Узнай об этом поступке Айрэ, точно бы долго смеялся. И от драконьего громового хохота наверняка бы содрогнулись небеса, посылая с гор мощную лавину.
