Текст книги "Ненавижу, слышишь? И люблю... (СИ)"
Автор книги: Юлия Панченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Домой шла не торопясь и периодически хмыкая, а после ужина отправилась в интернет кафе.
Такой журнал, логотип которого был на визитке, существовал на самом деле. И Влад на самом деле был одним из членов правления. Эту информацию и фотографии я нашла на их официальном сайте.
И вдруг подумала – а почему бы и нет? В конце концов деньги не лишние.
Фотосессия получилась суматошной. Мне то и дело пудрили лицо, поправляли волосы, носились со светом и непрерывно щелкали затвором фотоаппарата.
Когда я позвонила Владу и дала согласие, он быстро проинструктировал что и как делать: от меня требовалось только приехать в редакцию, а оттуда вместе с командой отправиться на площадку.
Ребята оказались компанейскими, в общении простыми, не высокомерными и съемка прошла в непринужденной обстановке.
Много позже, после того, как отобрали удачные кадры и сделали несколько макетов для обложки, я получила гонорар и свежий выпуск журнала. С обложки на меня смотрела красивая девушка с огромными глазами и невинной улыбкой. Даже сложно было поверить в то, что это на самом деле я. Фотомонтаж, правильно льющийся свет и удачный макияж сотворили чудо – в моих глазах не было грусти и тоски, а только задор и уверенность в себе. Но, кому как не мне, было известно, что картинка была космически далека от реальности.
В целом новым опытом я осталась довольна. Заплатили прилично – на месяц денег вполне хватит, а общение с людьми творческими пошло на пользу: отвлеклась и даже повеселилась.
Влад свежим выпуском также остался доволен – позвонил спустя две недели и поблагодарил за сотрудничество. При этом намекнул – не желаю ли я продолжить сотрудничество. Я ответила неопределенно – мол, когда нибудь, и все такое.
Дни летели. Проводила я их все так же праздно и решила, что еще чуть-чуть и отправлюсь на Альтар.
В тот день я возвращалась домой с покупками – парой легких шарфов, косметикой и всякими мелочами. Вечерело и с неба стал сыпать крупный снег – он не таял как обычно, а ложился на асфальт ровным слоем. На душе у меня было спокойно. В кои-то веки я не забивала голову романтическими бреднями и садистскими воспоминаниями.
У квартиры меня поджидал сюрприз: черный толстый кот. Он сидел копилкой прямо под дверью и нетерпеливо стучал по бетону хвостом. Присев перед ним на корточки, погладила его по спине, наслаждаясь мягкостью шерсти и поощряемым мурчанием.
– Ты чей? – Спросила я у кота, совершенно не надеясь на ответ.
Зверь явно был домашним – здоровая блестящая шерсть, синий ошейник с маленькими шипами и крайняя упитанность говорили сами за себя.
Продолжая урчать, кот стал тереться о ноги пока я отпирала дверь, а потом следом за мной прошмыгнул в квартиру.
Выгонять его не хотелось. Живая душа – непрерывно урчащая и мяукающая, приятно разгоняла уже привычное одиночество.
Разложив покупки и вымыв руки, я устроилась на кухне пить чай. Естественно, кот пришел следом. Уселся у ног, осмотрелся, а потом с томлением стал на меня поглядывать.
– Кушать хочешь, да? – Заглянула в холодильник, достала сосиску, порезала и дала коту, предварительно положив ее на одноразовый пакет.
Да, кормить чужого зверя все равно что чужого ребенка – неправильно, но я посчитала, что от одной сосиски вреда не будет.
Кот покормился быстро. После снова уставился на меня своими зелеными глазищами.
– Вот придет сейчас хозяин и как наорет, что я тебя украла.
Даже монолог с котом казался мне предпочтительнее просмотра телевизора: последний надоел до жути.
Когда окончательно стемнело, я разобрала постель и решила выпроваживать гостя. Делать этого мне не хотелось, но ведь он явно домашний – наверняка его уже обыскались. Кот уходить не желал. Орал дурниной и пытался царапаться. Плюнув, я оставила его ночевать. Утром выгоню. Совесть молчала – ну и что, что чужой? Сегодня моим будет.
– Если в туалет надо, то только в унитаз. Понял? – Кот фыркнул, но до ванной со мной прогулялся – посмотрел, понюхал и как мне показалось, кивнул.
Выключив свет и устроившись под одеялом, почувствовала прыжок и тут же на ноги тяжелым камнем умостился наглый обормот. Я только улыбнулась, шепнула ему «доброй ночи» и уснула.
А проснулась от шипения.
Кот выгнулся дугой и яростно шипел на темный угол спальни. Там стояло кресло, свет от лунного сияния, что лился в окно, до него не доходил, поэтому спросонья я даже не поняла, что нас с котом в спальне уже не двое.
Тень отделилась от кресла, человек шагнул к кровати, а я только глаза прикрыла. Так как уже поняла кто посетитель.
Мастер взял на руки яростно кусающееся животное, выставил за порог и закрыл дверь.
– Признаться, даже не знаю как разговор начать, – он все так же стоял в ногах, свет не зажигал и лица его я видеть не могла.
Я тоже не знала что говорить.
– Как нашел?
– Это дело нетрудное.
– Что ты хочешь, Алекс?
– Хочу знать какого хрена ты здесь делаешь.
От такого поворота я даже привстала. Села на подушках, скрестила руки на груди.
– Какое твое дело?
– Я твой опекун. Или забыла? – Он говорил сухо: начинал раздражаться.
– И что теперь, мне нужно спрашивать у тебя разрешения? Даже если захочу пить, мне нужно спросить – а можно ли?
Я тоже потихоньку закипала. В конце концов – кто на кого должен злиться?
– Именно так. Помнится, я запретил тебе гулять по мирам.
– С каких это пор ты мне что-то запрещаешь? Я не твоя собственность, – зашипела я в ответ.
– Неправильный ответ.
– Пошел к черту.
– Собирайся. Через полчаса вернемся в замок.
– Нет.
– Что-то я не расслышал. Тут кто-то что-то сказал? – Он говорил равнодушно, но я не обманывалась. Алекс был зол. Я слышала по интонации, понимала по напряженной стойке.
– Я сказала – нет. Не вернусь в замок. Не буду твоей рабыней. Проваливай из моей спальни и из моей жизни.
Он вдруг сделал шаг и схватил меня за руку. Дернул и я слетела с кровати прямо на него.
– А я говорю – собирайся. Если взять нечего, отправимся сейчас.
– Я с тобой никуда не пойду! – Дернулась, вырываясь из хватки, а потом толкнула его в грудь. Он даже не шелохнулся.
И не глядя на меня стал строить портал.
Я даже топнула от отчаянья.
– Давай тут поговорим. Спокойно, без эмоций.
Алекс отвлекся и марево перехода потускнело, а через миг и вовсе исчезло.
Мастер молчал, поэтому я продолжила:
– Не заставляй меня делать то, чего я не хочу. Положение этим ты не исправишь.
– Кто сказал, что я хочу что-то там исправлять? Я пришел чтоб взять свое.
– Я – не «твое», – я забралась обратно на постель, так как ноги тряслись от волнения.
– Надоело спорить. Собирайся.
Вот же упертый. Разговор пошел по второму кругу. Вздохнула, понимая, что только от меня зависит дальнейшее. Мое будущее. Судьба.
– Скажи чего ты хочешь? Просто покажи на пальцах. Я нужна тебе как затворница, ночное развлечение, может, как дочка? Зачем ты пришел?
– Пришел забрать тебя из этого дурацкого мира. Хочу, чтоб ты вернулась домой, что непонятного?
– А если я не хочу уходить? И не хочу возвращаться в замок?
– Сказка про белого бычка.
Во мне проснулось терпение. Вот честно. Захотелось простого, откровенного и кристально честного разговора.
– Алекс, ты взрослый человек, я тоже не маленькая. Давай просто поговорим начистоту. Если я вернусь в замок, как мы станем жить? – Подтянулась и села удобнее.
– Как раньше, – пожал плечами Алекс. – Я буду много работать, ты – заниматься своими делами.
– Запрешь меня, будешь командовать? Приходить по ночам, а спустя час уходить к другим женщинам?
На эти вопросы он отчетливо скрипнул зубами.
– Как бы там ни было, ты отправишься со мной.
– Кто тебе такое сказал?
– Смотрю, ты неплохо проводила время, – не обращая внимания на мою последнюю реплику, Алекс из ниоткуда достал журнал с моим лицом на обложке. – Ты тут такая счастливая, до невозможного красивая. И невероятно чужая.
– И что? – В вопросе невольно прозвучал вызов.
– А эльф, с ним как было – приятно? После того дерьма, в которое он тебя макал, ты с ним спала. Не противно? – Не замечая моих ответов, продолжал говорить Мастер.
Отвечать не стала. Резко сдернула покрывало, поднялась, зажгла настольную лампу. Только бы на миг увернуться от его горящих ненавистью глаз.
– Я свободный человек. И моя личная жизнь тебя больше не касается.
– Отомстить решила? За тот чертов минет? – Он больно схватил меня за руку, развернул к себе, наклонился. Теперь мы оказались нос к носу.
Зря он вспомнил о Рыжей и о том вечере. Зря он решил меня в чем-то обвинять. Он вообще зря сюда пришел.
– Плевала я на тебя и твоих баб. Мстить такому подонку как ты – себя не уважать.– Слова прозвучали оглушающе громко. Сказала презрительно, надменно и сама удивилась собственной выдержке. Хотелось завыть, сползти по стеночке от одного только упоминания того вечера. Но я стояла и смотрела ему в глаза.
Мастер стиснул губы, его рука, сжимающая предплечье налилась тяжестью и я отстраненно подумала, что он вот-вот ее сломает. Боли не чувствовала. По венам носился адреналин.
– Шлюха, – зло выплюнул он, а я, закинув голову, заливисто засмеялась.
– Раз так, пусть, – с этим непонятным высказыванием, Алекс легко толкнул меня в грудь и я упала на кровать.
Он навалился сверху и разорвал ночную рубашку.
– Прекрати! – Попыталась оттолкнуть, но он сжал мне руки, закинув их за голову.
Второй рукой сдвинул трусики и грубо прикоснулся.
Я выгнулась дугой, пытаясь его сбросить, замотала головой и зло зашипела:
– Не смей!
Он поднял на меня полубезумный взгляд и укусил за губу. Кровь потекла по подбородку.
– Перебираешь? Ты ведь шлюха, но как по мне, слишком для этого гордая. Шлюхи не должны походить на королев.
Он спятил. По-настоящему. Так мне показалось в тот момент.
Дорвав окончательно рубашку, больно сжал грудь, а я вдруг поняла, что получаю самое настоящее удовольствие. Разумеется не от насилия над собой. Это было удовлетворение от его фанатизма. Я приказала себе смотреть в его лицо и запоминать.
«Смотри» – думала я. – «Запоминай этот сумасшедший блеск в глазах. Он делает больно тебе назло: его гордость уязвлена, ему неприятно осознавать, что ты была с другим. Он щипает и кусает до крови потому что ему самому больно»
И эта мысль меня необычайно воодушевила. Вот она – месть. Его боль в глазах, одержимость моим телом, голодные поцелуи.
Вероятно, мы сошли с ума еще очень давно. Я – после того, как увидела его с прийей, а он после моей смерти. Отношениями никак нельзя назвать то, что происходило с нами. С самого начала это были мазохистские пытки. Нездоровые, больные и лишенные всякой логики отношения. Сумасшедшее влечение – запретное, непреодолимое. Он – проживший тысячелетие маг, а я – его приемная дочка. Не было никакой влюбленности. Он просто хотел, а я давала. И все что из этого получилось – сумасшедшая одержимость, что теперь читалась в его глазах. Что читалось в моих – не знаю. Я смотрела на него и улыбалась. Он уже был близок к тому, чтоб изнасиловать меня в прямом смысле слова, как вся эта абсурдная, невероятная ситуация меня до страшного возбудила.
Подалась к нему, в ответ укусила за губу до крови. Протолкнула язык к нему в рот и стала целовать. Яростно, бешено. Наша кровь перемешалась, вкус у поцелуя был железным, ржавым, но это только подхлестывало меня прижиматься к нему теснее, толкаться глубже. Он отпустил мои руки и я вцепилась ему в волосы. Стала на колени, провела ногтями по его груди, оставляя кровавые борозды. Когда он перевернул и вошел в меня, хрипло застонала. Он двигался резко, больно. Вбивался в меня, намотав на руку волосы, жестко их натягивая. От этого бешеного напора у меня закатились глаза. Я орала, кусалась и царапалась.
Когда мы оказались лицом к лицу, а мои ноги он закинул себе на плечи – не переставая двигаться, то наклонился, его волосы упали мне на лицо, и глядя прямо в глаза, он сказал:
– Ты шлюха, боги, какая же ты шлюха.
В ответ я запрокинула голову, закусила губу и выгнувшись дугой, кончила. По другому и не скажешь – я вся тряслась, кричала не переставая, и мысли в голове были такими бесстыжими, что никаким цензурным словам там не было места.
Не помню как, но я забралась на него верхом. Его лицо было в крови, мое, должно быть выглядело не лучше. Пот градом лил по спине, но я не останавливалась.
Когда я подошла к следующему оргазму, то не помня себя, зашептала ему в губы:
– Ненавижу тебя, ты монстр, самый настоящий изверг. Ненавижу! – А после отхлестала его по щекам.
Это был марафон. Кровавый и жестокий. Продолжая говорить друг другу гадости, мы кусались, щипались и всячески делали друг другу больно. Наверняка со стороны это выглядело дико, первобытно и жутко. Но мне было плевать. Даже если бы на нас смотрел весь мир, я не остановилась бы. Как приятно было видеть в его глазах страсть и голод. Как непередаваемо сладко было ощущать его муки.
На рассвете, когда я уже едва держалась, смогла сказать самое главное:
– Никогда тебя не прощу. Никогда не буду твоей.
И услышала в ответ:
– Грязная тварь, что ты делаешь со мной? Я отдал за тебя душу.
Он до боли прикусил мне шею, в очередной раз бурно содрогнулся, а я отключилась.
Проснулась одна. За окном ярко светило зимнее солнце. В комнате было светло, все так же горел ночник. Потянулась всем телом, наслаждаясь тем, как приятно заныли мышцы. Простынь и наволочки оказались испачканы бурыми следами. Скинула их на пол и пошла в душ. Смыв с себя засохшую кровь и порядком взбодрившись, порадовалась, что теперь на мне раны заживают как на собаке. Будь иначе, страдала бы от укусов, засосов и фиолетовых синяков. Ночь вспоминалась ярко, но при свете дня воспринималась как нечто фантастическое.
Зайдя на кухню, увидела свернувшегося бубликом кота. Погладила его, а он зевнул, широко раскрыв пасть – высунув шершавый язык и показывая ребристое нёбо.
– Жаль, что ты не можешь разговаривать. Я бы тебе много чего рассказала. И кто знает, возможно ты дал бы мне пару дельных советов. Потому что я сама ни в жизнь не разберусь во всем этом дерьме.
Кот только прищурился. А жаль.
Поставила чайник, переоделась, привела волосы в порядок и только потом увидела лист бумаги, прижатый к холодильнику магнитом. На нем крупным твердым почерком значилось: «Путешествуй. Только не радуйся – я тебя не отпускаю. Где бы ни была – найду. Денег не предлагаю – с такими выдающимися способностями не пропадешь. Но если все же станешь нуждаться, знаешь где меня найти. С нетерпением буду ждать когда приползешь – вряд ли смогу отказать себе в удовольствии понаблюдать за твоим возвращением в стиле «блудной дочери». До встречи». Подписано было размашистой заглавной «М» с витиеватыми закарлючками.
– Вот гад! Ты видишь, что творится? – Сунула под нос коту записку, а потом швырнула ее на пол.
Кота я оставила себе – попросту украла. По правде говоря, его даже не искали. А может, я просто не слышала. Купила ему перевозку, новый ошейник и сухого корма про запас. Назвала Велесом. На кличку зверь отзывался, при этом смешно топорщил усы и я могла поклясться, что в его желтых глазах мелькала насмешка.
После шальной ночи прошла неделя. Я провела ее лежа на диване и обдумывая план.
Дальнейшая жизнь виделась размытым, невнятным пятном. Не было цели. В ней не было никакого смысла. Все, на что меня хватало – пялиться в потолок. Боль отупляла. Она не была такой острой как раньше, она словно приспособилась, обрела новые грани. И это пугало. Похоже, мне никогда не избавиться от этой суки.
В один из дней я просто встала, собрала вещи, оставила ключи от квартиры в почтовом ящике, заперла дверь на все замки и вместе с Велесом переместилась в мир демонов – Альтар.
Глава двадцать четвертая.
Планета, которую населяли демоны, по размеру в разы уступала Земле. Большая ее часть была занята пустынями – жаркими, практически мертвыми. В этих пустынях водились огромные песчаные жуки – размером с земного носорога. Чем питались эти твари – не знаю. Все, что я прочитала в энциклопедии, что жуки эти ядовиты и пасть у них открывается до невероятных размеров: сожрут людишку и не подавятся. Остальная – жилая площадь была заселена демонами. Об их культуре я тоже слышала не много. В основном то, что зарабатывать демоны отправляются в другие миры так как любят путешествовать, да и потому что силой и умом боги их не обидели. Раса эта славилась равноправием полов, причем в буквальном смысле: если ты женщина, это не дает тебе права плакать: дала мужу пощечину в сердцах, получи в ответ кулачищем в нос. Тут следует пояснить, что демоницы в силе мужчинам практически не уступали – наравне таскали тяжести, строили дома, сажали деревья и все такое. Детей рожали неохотно, потому население не множилось в геометрической прогрессии: демоны жили очень долго и смертность на Алтаре в несколько раз уступала рождаемости. В этом мире не было государств, только объединенная нация Альтара, во главе которой стоял совет правления – как и на Серенити. Раса демонов также была известна своей справедливостью – преступления разбирались дотошно, но если уж вина была доказана, мера наказания назначалась жестокая – обычно пожизненное заключение в непригодных для жизни условиях или труд на благо нации. И работа не была простой – заключенные воевали с вражескими расами, истребляли опасных животных и отдыха им никто не давал.
Внешне демоны от людей отличались разве что ростом. Под два метра, худощавые, гибкие. Явно перекачанной мышечной массы как к примеру, у орков, не имели.
Загорелые, преимущественно темноволосые и черноглазые, они любили покрывать кожу татуировками. Большинство увлекалось так, что кожа оставалась чистой только на лице и ладошках. Касаемо норова, тут они на уже упомянутых орков походили будь здоров. Демоны были темпераментными и горячими – как и сам мир, в котором они жили.
Все это я вспоминала пока шла по главной улице Альтара – искала гостиницу. Я уже побывала в нескольких, но там мест не оказалось – сейчас, в сезон дождей, сюда съезжались туристы – в другую пору выдержать климат было непросто.
Жара стояла невероятная. Асфальт под ногами плавился, даже сквозь подошву сандалий чувствовался жар. Велес сидел в корзине, нервно дергал хвостом и всем видом выказывал неудовольствие. Я одета была в короткие высокие шорты, рубашку – с коротким рукавом, красную, в белую мелкую крапинку, пришлось расстегнуть на пару нижних пуговиц и завязать узлом на животе. Волосы собрала в пучок – с распущенными было непереносимо жарко.
На нас откровенно засматривались. Мы с котом на главной улице Альтара смотрелись белыми воронами. Интерес коренных я списала на свой блондинистый цвет волос и недовольную морду животины. Демоны из одежды предпочитали носить светлые бриджи, шорты: мужчины ходили без рубашек, с голым торсом, а женщины в коротких топиках, едва прикрывающих грудь.
Когда и в третьей гостинице нам отказали, я плюнула и обратилась к проходившему мимо демону. Он нес в руках какие-то инструменты – по моим предположениям невероятно тяжелые, но когда остановился, то продолжил держать их на весу, не смущаясь и не замечая неудобств.
– Я извиняюсь, – заговорила на чистом альтарском. Язык был горловым, грубоватым.
– Подскажите, сдают ли тут дома? Приехала погостить, а мест в гостиницах совсем нет.
Демон улыбнулся, и ответил:
– Конечно, многие жители туристов на постой зовут – легкий заработок, к тому же всегда интересно с новым человеком познакомиться. Надолго к нам? – И демон снова лучисто улыбнулся. – Возле моего жилища дом сдается. Пойдемте, провожу.
И не дожидаясь моего ответа, демон двинулся в сторону небольшой речушки. Там у берега росли высокие деревья, а под их сенью стояли маленькие ухоженные дома. Что-то вроде хутора посреди столицы.
Архитектура на Альтаре была примечательной: на одной улице можно было встретить и высотный дом типа небоскреба и небольшую хату с черепичной крышей. Улицы были асфальтированные, ровные, без малейших выбоин. Передвигались демоны тоже своеобразно – тут не было ни машин, ни лошадей с повозками. Жители ездили на велосипедах: классических, с тормозами на педалях или раскатывали на роликах. Практически на всех велосипедах у руля были закреплены большие плетеные корзинки – для удобства транспортировки продуктов и нужных в быту мелочей. В глазах рябило от пестрых вывесок магазинов и ярких зонтиков на верандах у кафе. Я пришла к выводу, что люди тут живут так, как хотят. У них нет классового неравенства, нет религиозных распрей и политических партий. Они все – единый, сплоченный народ. Практически семья.
Никто никого не осуждает, все просто принимают тебя таким, каков ты есть: хочешь жить в палатке перед магазином сладостей? Да пожалуйста. Хочешь вместо хлеба есть абрикосовые косточки? Сколько угодно – хоть тресни. Словом – какие бы тараканы не жили у тебя в башке – тебя просто примут. И это мне нравилось.
В общении с демонами тоже было легко. Туристов они любили, с любопытством спрашивали о родных мирах и так внимательно слушали, что верилось: им действительно интересно. Никакой агрессии в них не ощущалось, только мощь: в повадках, взглядах.
Касаемо магии – коренные жители ее не имели – демонам не давались даже простейшие заклинания. Порталы для переноса строили наемные маги, они же делали и амулеты от вредителей (пищевая промышленность тут высоко ценилась. Демоны покушать любили, и предпочитали то, что выросло на собственном огороде), остальное по мелочи – поставить защиту от песчаного ветра, сдобрить огород до пригодного чернозема и много чего еще. В целом же, демоны все делали своими руками, или заимствовали у других рас.
Непринужденно болтая в пути, я рассказала Лою – так звали моего провожатого, о Земле и Серенити. Он слушал внимательно, не перебивал, а потом долго задавал вопросы. Мы уже давно пришли к дому его соседей, но стояли у низкой ограды и все не могли расстаться. Лой нахваливал мои волосы и внешность в целом, а я смеялась. Мужчины есть мужчины. Спасибо, что тут они воспитанные и цивилизованные.
На мой смех из дома выглянул сосед Лоя – такой же стройный и темноглазый. Подошел к нам, демону пожал руку, мне легко поклонился.
Когда услышал, что я ищу кров, согласился приютить. Я предложила в оплату золото и магические способности, если потребуется. Демон кивнул, сказал, что скоро придет с магазина его сестра – чтоб я не переживала, что буду ночевать в доме наедине с мужчиной. Я снова рассмеялась, заверила, что не переживаю, попрощалась с Лоем и мы с Велесом отправились отдыхать.
В доме было прохладно. Под потолком крутился вентилятор – лопасти мелькали так быстро, что сливались в один воздушный вихрь.
Дом был просторным, с большими комнатами. Тут было чисто и уютно, а еще воздух в комнатах пах лимоном. Наше с котом пристанище было обставлено любовно, со вкусом: высокая кровать с мягкой периной, застеленная песочным покрывалом, шкаф сливочного цвета и такой же зеркальный комод. Пол был деревянный – настоящий паркет, стены светлые, с большими окнами. Ванная комната – смежная, с доступными человечеству благами – горячей и холодной водой, современной душевой кабиной и прочими удовольствиями.
Велес все облазил, обнюхал, после устроился на постели и развалился как барин.
Искупавшись, я его подвинула и тоже раскинула в стороны руки-ноги.
На Альтаре мне очень нравилось.
Демона звали Ром, его сестру – Рая. Демоница внешне очень походила на брата – высокая, поджарая, она не уступала Рому ни в росте, ни в силе, хоть и была младше его на несколько десятков лет. По рассказам хозяев, дом достался им в подарок от бабушки, которая на старости лет вдруг вспомнила, что ничего в своей долгой жизни не видела, взяла, и переселилась на Ялос – южный курортный город, что находился на одной из дружественных Альтару планет. Бабуля сняла домик на берегу моря и все время проводила на пляже – грелась на солнце и попивала коктейли. Внуков в гости звала, но не особо настаивая – чтоб не мешали праздно проводить время.
Родители Рома и Раи на планете появлялись редко – работали на Земле археологами.
Перезнакомившись, мы довольно быстро подружились. Велес быстро освоился на новом месте и важничал, когда Рая ловила его, чтоб потискать: бил хвостом и медленно щурился, но на поглаживания реагировал урчаньем.
Я гостила на земле демонов уже пять недель. Изучала столицу: заглядывала в сувенирные лавки, книжные магазины, кафе и музеи. К вечеру обычно шла на реку – позагорать под теплыми лучами уходящего за горизонт солнца и поплавать. Из-за подводных течений вода в реке была холодной, и после изнуряющей жары купаться в ней было приятно.
В один из дней, перекусив в очередном кафе, я побрела вдоль улицы, несколько раз свернула и очутилась в ювелирной лавке. Там полюбовалась на украшения, но себе ничего не выбрала – денег на цацки было жаль. Побрела по узкой улочке, а потом задумавшись, ненароком зашла в тупик. Обернулась, чтоб вернуться, и увидела спешащего навстречу человека.
– Тупик, – крикнула ему на всеобщем, из-за расстояния не определив с какой он планеты. Может землянин, а может кто другой.
Мужчина, проигнорировав предупреждение, упрямо шел вперед. Когда мы поравнялись, все еще находясь в узком переулке – с двух сторон были высокие каменные дома, мужчина выбросил правую руку вперед и я пошатнулась от боли.
Кольнуло так ощутимо, что я вскрикнула. Опустила голову и увидела между ребер костяную рукоять узкого стилета. Я не успела удивиться, не успела испугаться. Просто смотрела на рукоять, а потом перевела взгляд на спешащего уйти человека. И вслед бросила ловчую сеть. Он запнулся, а сделав еще шаг, остановился.
Я прислонилась к холодной стене, взялась за рукоять и вынула нож. Тот час хлынула кровь, почему-то черная, густая. Боль затопила остро, даже ноги подкосились. В горле забулькало, пришлось сплюнуть, чтоб не подавиться. Я осела на землю и зажала рану рукой. Кровь уже не хлестала, но еще текла. Прошло пару минут прежде чем порез затянулся. Спустя еще минут десять прошла жуткая боль. Осталась только слабость. Ноги ватные – как чужие, руки висят плетьми. Глаза застилал холодный пот, а во рту пересохло. Утерев рукой кровь с лица и пошатываясь как пьяная, я побрела к мужчине. Он все так же стоял на месте – да и куда ему деться, если обездвижила.
В свое время Вельмир научил меня своему коронному трюку, за что теперь я была ему особо благодарна. Пережив на себе это заклинание, я прекрасно понимала эмоции наемника. Пусть помучается, гад.
Мысленно приказав ему шагать за собой, я пошла домой.
Законов здешних я не знала, но это вопрос второстепенный.
Что интересовало больше – нападение заказное, или мне посчастливилось встретить здешнего серийного убийцу.
Демоны были дома. Рая пекла мясной пирог, а Ром сидел за кухонным столом и сосредоточенно точил ножи. Жалко было портить такую идиллию, но пришлось.
Когда я ввалилась к ним, напилась воды прямо из-под крана – глотая из ладошек, то не сразу поняла, что стало очень тихо. Ром перестал двигать черенком, и даже Велес замолк – перестал клянчить мясо у Раи. Повернулась. Смотрят во все глаза.
– Кровь? – Приподнимаясь, спросил Ром.
Кивнула.
– Кто? – Уперев в бока руки, поинтересовалась Рая.
– У порога стоит, – поморщилась я.
Ром втащил человека в прихожую, а мы с демоницей вышли их встречать.
Мужчина молчал, только глазами вращал дико.
– Магия? – Спросил демон и ткнул пальцем наемнику в грудь.
Я кивнула.
– Рассказывай, – велела Рая.
Рассказала. Демоны переглянулись, причем вид у них был недоуменный.
– Как у вас тут за такое наказывают? – Присела в кресло, сил все еще не было.
– Судить будут, а потом на каторгу. Если государство не выкупит своего подданного.
– Слыхал? – Спросила я у мужчины. – А теперь выкладывай как на духу.
Пока он говорил, я его внимательно слушала, а заодно и рассмотрела получше.
Наемник был невысоким и полноватым. Волосы темные, немытые – висели жидкими прядками. Лицо простое – крестьянское. На такого взглядом наткнешься и через миг забудешь.
Из его рассказа выходило так, что наняла его Рыжая. Я когда о ней услышала, не смогла скрыть удивления. Вот уж кто от моей смерти ничего не поимеет, так это она.
Дикость. Невообразимая глупость. Горничная нанимает маргинала чтоб убить девицу, которую видела несколько раз. Что удивляло сильнее – так ведь и нашли же – в мире-то демонов!
Когда его рассказ иссяк, я приказала ему дойти до первого попавшегося сектора (представителя власти типа полицейского) и признаться во всех совершенных преступлениях. Наемник ушел, а я буквально отключилась – столько силы съела магия и ранение.
Разбудила меня Рая.
– Наами, идем чай с пирогом пить, тебе силы нужны.
Я кивнула, поднялась, голова закружилась, но звон в ушах быстро унялся.
Пить надо больше – кровь восстанавливать. И кушать – пополнять энергию.
Когда мы поужинали, и просто сидели за столом, Ром не утерпел:
– Он тебе нож под ребро сунул, а ты живая. Как так?
– Фокус, – развела руками.
Я и правда не была в курсе того, почему на мне все заживает как на собаке.
– А что за баба его наняла? – Это уже сестрица. Любопытные, жуть.
– В том-то и дело, что глупость выходит. Она горничная в замке отчима.
Демоны округлили глаза – похожие как близнецы, даже повадками.
– Вот и я удивилась. Вот что, ребята, надо мне домой. Разбираться. Или эта чокнутая еще кого пошлет.
Вещи я собрала быстро.
– Рая, хочешь, Велеса тебе оставлю?
Демоница так к нему прикипела, что пока я собиралась, не спускала кота из рук.
Услышав такое, она часто-часто закивала.
– А ты обещай, что хотя бы раз в год приезжать будешь. Хоть на недельку. Обещаешь?
Я пообещала. Погладила котяру по спине, поцеловала в нос и сказала:
– Тебе со мной все равно опасно. Там чокнутые рыжие ведьмы, неуравновешенные эльфы и злобные маги. А тут – пироги мясные и раздолье. Не в обиде?
Кот лениво прищурил глаза, а потом ткнулся холодным носом в руку. Простил.
С демонами на прощание тепло обнялись. Заверив, что обязательно приеду погостить и да, буду осторожна, я выстроила портал. Уходить страшно не хотелось. На Альтаре мне очень понравилось. А Ром с Раей стали настоящими друзьями.
Друзей стоило поберечь, особенно когда их всего две штуки. Я поспешила войти в телепорт: вдруг Рыжая решит поджечь дом, в котором я ночую. Растворяясь в переносе, пообещала себе, что вернусь сюда. Теперь здесь есть демоны и одна пушистая наглая морда, к которым хочется возвращаться.
Глава двадцать пятая.
Переход отнял все силы. Их и так было не особо много, и едва я вышла из портала, как свалилась прямо на землю.
Но, как известно, дома и стены помогают. Правда, стен поблизости не было, был родной воздух, привычная атмосфера. Магия. Ветерок подул и я взяла от него стихии воздуха. Полегчало. Поднялась и огляделась.
