![](/files/books/160/oblozhka-knigi-general-dlya-popadanki-si-378352.jpg)
Текст книги "Генерал для попаданки (СИ)"
Автор книги: Юлия Карагина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 7
Это был он, как будто сошел с репродукции в музее, которую Саша не раз видела. Высокий, с крупной головой и шеей, крепким телом. Красивые карие глаза были серьезны, коротко стриженные волосы подчеркивали правильные черты лица. Одет был в обычный мундир офицера кавалерийского полка.
Саша перевела дыхание. Надо было поздороваться.
– Господин полковник, здравствуйте.
Немировский сделал несколько шагов навстречу и остановился. Спросил властным голосом:
– Кто вы?
– Александр Низовцев к вашим услугам, полковник.
Немировский подошел ближе. В его глазах вдруг возникло выражение понимания.
– Вы брат Анны? Не знал, что у нее есть брат… Брат-близнец.
Саша смело встретила внимательный взгляд Немировского. И пришло тоже понимание, как она должна вести себя с ним.
– Нет, я и есть Анна.
Глаза полковника расширились. Было впечатление, что он лишился дара речи. Стараясь быть спокойной, Саша промолвила:
– Я рада, что вы узнали меня. Даже если приняли за мужчину. Если бы не узнали, то расстроилась бы.
Когда Немировский заговорил, в его голосе звучала насмешливая нота.
– Вот как! Позвольте спросить: почему расстроились бы?
– Если бы вы не запомнили меня. Думала, вы меня не замечали, потому что ваши глаза были прикованы только к одной женщине.
– Насчет одной женщины – правда ваша. Но почему вместо нее я вижу вас?
– Для этого я должна поведать вам многое, что случилось после вашего отъезда. Аврора сможет подробно рассказать о недавних случившихся событиях, когда вы встретитесь. А я вот здесь, и могу все объяснить.
Полковник, похоже, дал волю своему удивлению, молча разглядывая Сашу. И снова с легкой усмешкой сказал:
– Но почему вы считаете, что я вас не замечал? Конечно, замечал.
– Да, наверно… Базиль напомнил мне ваши слова о том, что рядом с прекрасной розой я выгляжу как простой полевой цветок.
Немировский наконец улыбнулся. Собравшиеся морщинки у глаз прибавили ему привлекательности. Как бы отвечая на слова Саши, спросил:
– Анна, к чему этот маскарад? Я помню вашу прическу.
Не дождавшись ответа, он взглянул на карманные часы и с беспокойством заявил:
– Вот что, Анна! Сейчас сюда придут господа офицеры, не стоит раскрывать вашу маску. У вас был попутчик, я приглашу его тоже.
Полковник приотворил дверь и негромко отдал распоряжение. Потом продолжил:
– Ведь вы проделали длинный путь. Не было каких-либо приключений?
– Доехали благополучно. Вы правы – мы с моим спутником очень устали. Вы его тоже должны узнать.
В открывшуюся дверь вошел Григорий и поклонился. Немировский снова повеселел, подойдя к нему. Положил ему руку на плечо и проговорил:
– Узнаю вас, Григорий, вы официант в доме княгини Натальи Петровны. Ну, проходи. Садитесь оба сюда, – обратился он и к Саше, – рядом со мной. Вы мои гости. Хотя и предполагал увидеть другого гостя.
Подошел к двери, из которой вышел, и распорядился, чтобы стали подавать блюда. Уселся во главе стола, взглянув на Сашу, заметил:
– А вы, Анна, изменились. Будто вас подменили. Даже мысль возникла: уж не шпионка ли пожаловала ко мне? – После этой шутки наступило небольшое молчание, и полковник обратился к Григорию. – А вы, молодой человек, как считаете, изменилась госпожа Анна?
Веснушки проступили ярче на лице Григория – он смущался от волнения.
– Точно так-с, господин полковник. Я тоже ее не узнаю в этой… э-э… одёже.
– Да дело вовсе не в маскарадном костюме…
Тут дверь широко распахнулась, и в залу вошла группа офицеров во главе с Гвоздицким. Немировский поднялся и представил им гостей. Саша мужественно жала руку каждому вошедшему, а Григорий низко кланялся.
– Ну, что ж, познакомились. Должен добавить, что Александр, мой гость, из княжеской семьи, в которой я провел свой недавний отпуск. И со своим слугой прибыл из Смоленской губернии. – Положил руку на плечо Григория. – У нас здесь так заведено: без чинов и сословий. Откушай и можешь быть свободен.
Слуги и служанки с подносами обслужили каждого. Офицеры дружно по приказу хозяина выпили по бокалу вина и с удовольствием приступили к трапезе.
– Вот, Александр, перед тобой мои помощники-офицеры, друзья-сослуживцы. Не каждый день вместе обедаем. В честь приезда гостя собрались.
После слов командира и выпитого вина офицеры оживились, стали задавать вопросы, надолго ли гость пожаловал, по каким делам, не тяжела ли была дорога и т. д.
Саша отвечала, глядя на Григория, который одобрительно поглядывал на нее и не забывал прикладываться к бокалу. Уверенности прибавлялось и от взглядов полковника. Он кивал, улыбаясь, когда говорила, что пробудет до отбытия полка по новому приказу, что дел особых нет, хотелось увидеть полковника, а дальше и к брату, возможно, доберется. В общем, пришлось выдержать очередной экзамен.
После обеда офицеры попрощались, каждый не преминул похлопать Сашу по плечу, и шумной группой покинули апартаменты командира. И крепкие рукопожатия, и мужские удары по плечу Саша постаралась перенести мужественно. Григорий, кивнув ей, вышел еще раньше, не привлекая внимания.
Немировский заметно расслабился, видно, волновался, как воспримут Сашу в мужском обличье.
– Ну, и заставили вы меня поволноваться из-за вашего маскарада! Зачем он вам был нужен?
И предложил рассказать все по порядку. Саша уже в дороге мысленно сочинила, какую историю поведать Немировскому. Да, нужна была история более или менее правдоподобная. А что ей было делать, если не опереться на свою смышленность? Видимо, на это и рассчитывали организаторы ее неожиданного приезда к полковнику. И она приступила к рассказу, внутренне страшась его подозрений.
– Княгиня отправила меня к отцу по его просьбе – он решил улучшить свои дела с помощью моего замужества. Как мне избежать такой судьбы бесприданницы, подсказал невольно Базиль, который мечтает стать юным уланом. А почему бы и нет? Скакать я умею, стрелять из мушкета тоже – меня Герасим этому научил. Вы скажете – авантюра? Да, рядом с Авророй я поневоле ей следовала. Дело в том, что меня похитили по ошибке вместо нее – это сделал Серж Осипов. Слава богу, меня вовремя нашли. Николай Семенович не дал погибнуть. А потом все-таки удалось второе похищение, на этот раз запланированное, потому что Аврора захотела его использовать, чтобы к вам отправиться. Но попытка сорвалась опять из-за Сержа. И в день, когда она нашлась с помощью Николя – вы наверняка помните поручика, – княгиня как раз получила письмо от моего родного отца. И у меня созрел этот авантюрный план – прибыть к вам, а не к отцу, прибыть вместо Авроры. Так что план этот сам напрашивался, шел в руки. А, стало быть, явиться к вам женщиной – было бы глупо.
Саша замолчала. Внимательный взгляд Немировского страшил, но больше всего волновал. В ожидании его реакции она решила закончить свой полуправдивый монолог еще одной ложью. А в ее положении ложь была неизбежна: одна порождала другую.
– Если вы, полковник, мне откажете, попытаюсь стать юным кавалеристом с помощью брата Владимира. Только надо до него добраться.
Немировский заходил по комнате и попросил подробнее рассказать о похищениях. Саша решила, что он еще думает об Авроре, потому что ждал ее. И никого другого.
Продолжая рассказывать, она инстинктивно не стала сообщать о своей частичной потере памяти. «А вдруг у Немировского возникнут новые подозрения? – подумала она. – Ведь уже заявлял, что принял меня за шпионку».
Наконец полковник вынул часы, взглянул на время и прошел к двери. Саша облегченно вздохнула, когда он жестом пригласил ее выйти вместе с ним.
По коридору он вошел в крайнюю комнату. Саша – за ним. Здесь она увидела совсем другую обстановку: цветы в вазе, нарядную кровать, зеркало. Все говорило, что комната была предназначена для женщины.
– Здесь вы пока остановитесь. – Голос Немеровского был сухим, а лицо суровым. – Я еще не решил, как с вами… обойтись. Отдыхайте.
И с этими словами вышел.
Саша нашла кувшин с водой и тазик, освежилась. Сидя перед зеркалом, задумалась. Ей, конечно же, не удалось полностью выдать себя за Анну, ведь не знала же она, какой она являлась, например, для мужчин. Могла только вспомнить реакцию Николя. Он был удивлен перемене в ней. Похоже, их отношения были близки, но Саша не обольщалась. Верила Базилю, который утверждал, что все офицеры в их доме, да и на московском балу, были увлечены Авророй, а на нее обращали мало внимания.
Саша сосредоточенно размышляла. Да, добиться любви Немировского – задача невозможная. После очаровательной, даже ослепительной Авроры ей сделать это было не под силу. Осмотрела свое лицо. Укороченные каштановые волосы потеряли свою прелесть, темно-карие, почти черные глаза были неулыбчивые, выдавали тревогу. Они боялись всего, что с ней происходило. От непосильной задачи, которую должна исполнить, они были даже мрачноватые. Что было привлекательным в ее лице, так это изогнутые к вискам брови и нежные очертания рта, которые и делали ее хорошенькой для окружающих. Хорошенькой, да, но вряд ли можно было назвать ее красавицей. Мужской костюм и вовсе сводил ее женские черты на нет. Что ее ждет?
Саша подошла к окну. Оно выходило на какие-то строения – полусараи, дальше угадывалось что-то вроде конюшни.
В это время в коридоре раздались шаги и в дверь постучали. Саша обернулась с возгласом: «Да, войдите!»
Вошел Немировский с военной шапкой в руках. Темно-русые волосы были немного взлохмачены – он их пригладил. И был в этом движении очень красив. У Саши что-то толкнулось в груди – так она реагировала на его мужскую привлекательность. Он медленно проговорил:
– Не желаете, Анна, совершить конную прогулку? Покажу вам местность. Недалеко есть лесок и река, можно размять ноги.
– О, да! Было бы хорошо, – оживилась Саша.
Глазами нашла полку, откуда попыталась снять шапку с козырьком и перчатки. Зато высокому полковнику легко удалось это сделать, и их лица неожиданно оказались очень близко, что заставило обоих замереть на мгновение. У Саши забилось сердце, а вот глаза невозмутимого Немировского ничуть не изменились.
Он шагал не так быстро, но Саше пришлось торопливо успевать за ним. Шли они действительно к конюшне, и этому можно было радоваться. Неподалеку расхаживали конюхи, а один из них уже держал за повод великолепного жеребца. Немировский не торопился сесть на него и дожидался, когда к ней подведут довольно смирную серую в яблоках лошадь. Саша с восторгом погладила ее по морде, крупу и оглянулась на полковника, уже сидящего верхом. Он внимательно глядел на нее, одновременно поглаживая и успокаивая своего резвого коня.
Постаралась как можно более ловко взобраться на лошадь и усесться в седло. Видимо, на ее лице был написан восторг, если полковник слегка улыбнулся и тронул с места.
Выехав со двора, после небыстрой скачки рядом они достигли небольшой возвышенности, и глазу Саши предстала заросшая травой и какими-то желтыми цветами опушка леса. Ее настроение передалось полковнику – он был веселым, когда изредка поглядывал на спутницу. Потом соскочил с коня и подошел к ней, чтобы помочь спуститься с лошади.
– Неплохо, Анна. Не видел я вас доселе в седле. Почему?
Саша пожала плечами:
– Мне многое было недоступно в семье. Княгиня считала, что мне достаточно заниматься чтением, рисованием, вышиванием… еще сопровождать Аврору куда-нибудь в роли компаньонки. – Говорить об этом было легко, потому что сейчас Саша чувствовала себя настоящей Анной, ведь много об этом размышляла. – Я не училась специально языкам, танцам, верховой езде. Если чему-то и научилась, то скрывая от всех.
Они шли медленно между редкими деревьями. Немировский предоставил Саше идти по узкой тропинке, а сам крупными шагами шел рядом, временами опережая ее. Вышли на косогор. Вид сверху на реку был великолепен. Величаво тёк Неман, а на другом берегу уже была другая страна.
Саша увидела прочную скамейку и уселась, засмотревшись вдаль. Вслед за Немировским сняла шапку, и ветерок с реки стал обдувать волосы. Она, не выдержав, воскликнула:
– Как здесь хорошо!
– Да, хорошо.
Присев рядом, полковник внимательно разглядывал Сашу. И она весело посмотрела в его красивые глаза. Подумалось: «Они такие глубокие!» Вслух же проговорила:
– Вы теперь будете говорить, что перед вами совсем другая Анна.
– Не спорю, я удивлен. Вы всегда, сколько помню, были скрытной, молчаливой. Казались смирной, робкой.
– Да, была не интересна всем. Так надо было, чтобы не раздражать княгиню. До смерти князя было по-другому, тогда я была девочкой, которой можно было и пошалить, и посмеяться.
– Хочу спросить, раз заговорили о князе – вашем дяде и приемном отце. Вы ведь княжна, если и покойная матушка ваша была княжеского рода?
– Видимо, нет, это мой отец женился на княжне. – Вопрос полковника навел Сашу на мысль, которая показалась ей вероятной. – Наверно, князь не зря захотел назвать меня приемной дочерью. А после смерти князя я, похоже, не считаюсь княжной.
– Еще вопрос: вы видели завещание князя?
– Почему вы спрашиваете?
– Вам нужно поговорить с Владимиром. Как наследник он должен вам сообщить нечто важное. Он говаривал, что сделает это позже.
Саша удивилась.
– Разве я упомянута в завещании? Мне сказали, что я не имею права рассчитывать на приданое.
– Вот увидите брата и сможете узнать поподробнее.
Саша расстроилась: значит, Немировский не хочет оставлять ее в полку. А то, что она может рассчитывать и на княжеский титул, и на приданое, ее не волновало. Это могло бы заинтересовать только настоящую Анну, но не ее, самозванку.
Глава 8
Возвращались к привязанным лошадям неспешно, говорили о разном. Полковник вспоминал время, проведенное в имении Тугиных, Саша поддакивала. Когда всплыло имя Сержа, она почувствовала, что разговор перестал ее спутнику быть интересным. Но посчитала нужным добавить:
– Аврора уже не испытывает к нему прежнего чувства. Наоборот.
Немировский искоса посмотрел на нее.
– Зачем об этом говорить? Она мне написала то же самое.
– Да, она повторила и мне эти слова дважды: до ее похищения и после, в день моего отъезда.
– Почему же она передумала приехать?
– Ну, не знаю. – Саша солгала, ведь невозможно было полковнику знать, что те, кто вначале рассчитывал на Аврору, теперь передумали и к сотрудничеству с ними привлекли ее. – Она сказала, что будет ждать вас в отпуск.
После этого Немировский замкнулся, был хмур и за ужином. Сказал, что видел Григория на постоялом дворе, где тот и заночует.
Отодвинув прибор, он с бокалом вина пересел в кресло. За круглым столиком и Саша выпила чаю со сладостями. Робко спросила, известно ли, когда он ожидает приказ о новом назначении.
– Да, вот-вот прибудет. А насчет вас, Анна, могу решить, только когда его получу.
– Понятно. Понимаю также, что вы считаете меня авантюристкой. Я не хочу настаивать на своей просьбе. Я просто рада, что вы приняли меня, мой маскарад вас наверняка развеселил. Хотя вы хотели бы видеть на моем месте другую женщину…
Тут Немировский прервал ее:
– Анна, зачем вы все время повторяете одно и то же?! Извините меня, но готов прямо сказать вам следующее.
Он резко встал и в раздражении прошелся вдоль обеденного стола, с которого слуги уже убрали приборы. Саша замерла.
– Из вашего рассказа следует, что вы обманули княгиню, обманули вашего отца. Как мне не думать, что вы обманываете и меня?!
«Боже, как он умен! Ведь почувствовал, что я лгу…» С этой мыслью Саша тоже встала, не зная, как дальше себя вести.
– Я обманываю вас, вы верно это заметили, – дрожащим голосом начала она говорить, – это трудно было не заметить. Если говорить правду, я ищу выхода из своей ужасной ситуации. Не могу я смиренно принять ту судьбу, которую уготовили мне… И если быть честной до конца, я хотела бы просить вас… на самом деле…
Тут Саша споткнулась на слове. В горле встал ком, и она закашлялась. К стыду своему расплакалась. Закрыла лицо рукой. Все переживания, страхи последних дней сказались на ее самочувствии, и слезы хлынули потоком
Немировский остановился возле нее и, казалось, не знал, что ему делать в этой ситуации. Саша не могла остановиться. А нужно было просто вытереть глаза, щеки, нос и успокоиться. Полковник протянул ей свой платок. Всхлипывая, Саша вернулась в кресло. Он присел рядом, подвинув стул, и Саша увидела в его глазах жалость и сочувствие.
Ей вспомнилась реакция Николя на пляже – он тоже жалел ее. Вот кого можно было просить о том, о чем она решила попросить Немировского сейчас. Ох, если бы не эта организация, не эти двое незнакомцев со своими инструкциями! И она со страхом произнесла эту просьбу, в которой не было ни капельки лжи – сейчас она была одновременно и настоящей Анной, и самой собой, Сашей из будущего:
– Полковник, на самом деле я прошу вас … чтобы вы женились на мне… Нет, нет, не взаправду! Чтобы женились фиктивным браком… Чтобы ни княгиня, ни отец не принудили меня сочетаться браком с человеком, который хочет купить меня!..
Тут она осмелилась взглянуть на Немировского. Он застыл, изумленно взирая на нее.
– Да… и этот маскарад был ложью… вынужденной. – Саша с раскаянием смотрела в глаза полковника. – Я понимаю, что никто не возьмет меня, женщину, на службу в действующую армию. Была бы я простой женщиной…. можно было бы попроситься поварихой… Да-да! Я умею хорошо готовить! Я часто на кухне бывала… у повара княгини училась…
И тут же осеклась и сказала мысленно себе: «Ох, Саша, когда ты остановишься и перестанешь лгать, вернее, воображать себя бедной Анной?! Какая же ты дура! Скажи, что ты, а не Анна, на самом деле чувствуешь к этому человеку!»
– Но нет! Мне нужна защита… Мне нужен такой человек, как вы! Другого такого человека нет!.. Это самый верный способ спасения! Поймите же вы!
Саша закрыла лицо платком, и удивилась тому, что снова из глаз полились слезы.
Полковник молчал. Потом, задумавшись, присел на столик, который под его весом затрещал. Он вскочил и ругнулся под нос. Вконец растерянный он снова заходил по комнате. Подошел и сокрушенно вздохнул.
– Вот что я подумал… Во взаимоотношениях с женским полом нашему брату служивому нужно быть осторожным. Немало было порушено судеб на этой почве… Пришлось в этом убедиться. Лучше будет, если я приму вас своим ординарцем… Как думаете, Анна? Справитесь?
Саша не ожидала такого благоприятного исхода. Вот как сильно действуют женские слезы на дворян-мужчин! Она отчаянно закивала головой:
– Да, согласна. Я справлюсь, если научите меня… Я смышленая. Буду очень стараться.
Их взгляды встретились, и его карие взволнованные глаза засмотрелись в ее черные, влажные от слез глаза. Саша смотрела на него преданно и благодарно, вера в него помогала ей так, что она даже забыла, для чего оказалась рядом с ним. В его взгляде она уже не нашла подозрительности, а наоборот, смотрел он с мягкостью и прощением.
Но эта минута длилась недолго. Полковник вздохнул и отошел от Саши. Уже сухо предложил ей пройти в свои покои и перед дверью пожелал доброй ночи.
Утром после завтрака он познакомил ее со своим адъютантом Дубровиным, молодым поручиком, чем-то напомнившим Саше Николя. Его, светловолосого и голубоглазого, даже звали так же – Николаем. Он-то и сообщил Саше, что была почта, а стало быть, сегодня уже станет известно, какая судьба ждет их полк. Также передал просьбу полковника, чтобы он познакомил ее с обязанностями ординарца: находиться рядом с командиром, быть всегда наготове, беспрекословно исполнять его задания. Ему же, адъютанту, немало надо отлучаться в гарнизон. Познакомилась Саша и с денщиком Немировского, его звали Никитой, который доставил ей воинское обмундирование.
Оба подчиненных Немировского уважительно, но почти по-домашнему называли его и по имени: наш Дмитрий Алексеевич: «Полковник Дмитрий Алексеевич доверил мне ваше обучение»; «Наш господин Дмитрий Алексеевич завсегда добр, не пожалеете, что станете его ординарцем».
И тут Саша забеспокоилась о Григории, ведь ему было приказано сразу отбыть в имение. Никита, отосланный ею на постоялый двор, придя, сообщил, что Григорий ранним утром ждал ее у ворот. Схватив головной убор, Саша решила встретиться с ним.
Григорий ожидал ее, был готов отправиться в дорогу. Лошади были готовы, дрожки начищены, а сам Григорий миловался с хозяйкой на высоком крыльце постоялого дома. Увидев Сашу, обеспокоенно встретился с ней и, выведя за ворота, задал вопрос:
– Госпожа Анна, все решилось? – Облегченно вздохнул, когда она кивнула головой. – У меня для вас есть письмецо.
Саша вскрыла конверт, в письме все тем же почерком, что и в прошлых двух, было написано: «Сегодня в полночь у конюшен». Так что ничего нового в тексте письма Саша не увидела. Григорий был рад отложить поездку до завтра, к тому же он знал о предстоящем ночном разговоре – она была уверена в этом.
– Григорий, как ты получаешь эти записки? Видел, кто это был?
– Госпожа Анна, не знамо как, но завсегда находил их в моем кармане.
В своей комнате она примерила военную форму. Мундир был великоват, зато увеличивал ее хрупкую фигуру, а сапожки привели в восторг – их размер был не намного больше ее собственного. Покрасовавшись с фуражкой в этом прикиде перед зеркалом, Саша стала думать о походке и других атрибутах военного поведения. Решила быть в меру спортивной, так как вспоминала о своих успехах не только в езде на лошади, но и в спортивных играх, а также ее хвалили за выносливость на физзанятиях в институте.
В дверь постучал денщик и сообщил, что полковник ждет ее на террасе, где командование всегда проводило проверку готовности полка. Выходя из здания, Саша отметила, что отсутствует привычная оживленность, не слышны возгласы команд и шум кавалерийской выездки, которые она слышала ранее. На террасе, опоясывающей здание, было пусто, и только виднелась фигура Немировского.
Когда Саша быстро зашагала в его сторону, он заметил ее и направился к небольшой лестнице, с которой внимательно наблюдал, как она поднимается к нему. Критически оглядев ее фигуру, кивнул одобрительно и улыбнулся.
– Хорошо, что никто не видит поведения моего нового ординарца. А если увидит, то подумает, почему он не здоровается со своим командиром. Вы хотя бы знаете, как прикладывать руку к козырьку?
Сашу ободрила улыбка Немировского, и потому она весело заверила, что всему научится, поскольку его адъютант взялся ее обучить.
Улыбка исчезла с лица полковника. Он заговорил очень серьезно, почти сурово:
– После того, как я принял полубезумное решение относительно вас, как будто само провидение отозвалось на это решение. Согласно приказу, я должен оставить свой полк. Его сопроводят уже без меня в другое местопребывание. Я же должен явиться в распоряжение военного министра и получить новое назначение.
Саша во все глаза смотрела в лицо Немировского и не знала, как реагировать на эту новость.
– Мне дан пятидневный отпуск, – продолжал полковник, – во время которого я должен решить свои личные дела перед отбытием в Петербург. Решайте, как я должен за этот срок поступить с вами: помочь явиться пред очи своего отца или вернуться в имение к своей приемной матери.
«Вот это да! – подумала Саша. – Только что я радовалась удачному повороту событий, как оказалась, что надо снова проявлять свою изворотливость». Но потом решила отдаться воле судьбы и понадеяться на ночную встречу с представителем организации: «Пусть они решают, что ей делать, ведь она сделала все, что от нее зависело».
И так как полковник ждал ее ответной реакции, она медленно заговорила:
– Что ж, Дмитрий Алексеевич, стало быть, не судьба быть мне подле вас. Сейчас отменю отправку Григория и двинусь далее – к брату Владимиру.
Немировский рассердился:
– Анна, что за страсть к авантюризму!?
Саша, в свою очередь, дерзко отвечала:
– Ни к отцу, ни к княгине мне дороги нет. Я вам об этом уже решительно заявляла. А вы тем не менее настаиваете на этом. Я разочарована.
Немировский вздохнул:
– Анна, я не снимаю с себя ответственности за ваше будущее, коли пришлось пойти вам навстречу. Какое бы мое предложение вы ни выбрали, вы предстанете или перед отцом вашим, или перед княгиней Натальей Петровной, как будто помолвлены со мной.
Саша изумилась, но ей удалось спокойно заметить:
– Вы сказали «как будто»… Но вы не тот человек, кто будет лгать в столь серьезном вопросе. Это мне в сложной ситуации приходится прибегать ко лжи. Но вам не стоит этого делать.
– Господи, Анна, ваша проблема меня доконает вконец! Я решил не спонтанно о помолвке, это вы мне подсказали… Мы будем помолвлены без всякого «как будто». Но помолвка будет фиктивной. Не можем же мы всерьез предпринимать ее!? В глазах других вы будете связаны со мной нашим обоюдным согласием. Ну, и как вы решите?
Саша задумалась. Ее ждала ночная встреча, поэтому она спросила полковника:
– У меня есть время, чтобы дать ответ завтра?
– Да, не позднее завтрашнего утра, – ответил Немировский.
На этом расстались. Его неожиданное решение поставило Сашу в тупик. О нем она размышляла весь вечер. Ужинала она с Дубровиным, у полковника, наверно, было много дел. Невзначай спросила адъютанта, какое назначение должен получить Немировский.
– Знаю одно, – отвечал тот, – ему всякий раз доверяют серьезные назначения как опытному боевому офицеру. С юных лет на службе, от рядового путь прошел знатный, награды имеет. Я был с ним в нескольких сражениях, очень смелый командир, и солдаты его любят. Так что на этот раз Барклай снова поручит ему ответственное дело.
Наконец время приблизилось к полуночи, и Саша переоделась в свой мужской камзол и набросила накидку. Когда приблизилась к конюшням, она старалась держаться в тени стен. Зато появившийся незнакомец не боялся отбрасывать свою тень под лунным светом. Саша недоумевала, когда он к ней приближался в плаще с капюшоном. «Как будто намеренно дает знать о своем приближении не только мне», – подумала она.
Так и получилось – его заметил один часовой, потом другой. Защелкали затворы ружей. Фигура метнулась к Саше, и в ее руке оказался конверт. Еще мгновение – и часовые окружили ее, тогда как незнакомца след простыл.
Окруженная вооруженными солдатами, Саша от страха не знала, что делать с конвертом – прятать его при них было бы глупо. А когда подняла голову, перед ней стоял Немировский.