Текст книги "Планета стеклянных дождей (СИ)"

Автор книги: Юлия Царева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

– С каких пор в тебе проснулся гуманизм, док? – жестко спрашивал Веру наш инженер-механик. – Он перебил бы нас как тараканов, не моргнув глазом.

– Мы должны дать ему шанс, – слабо сопротивлялась она.

– Нет, док. Мы не можем рисковать. Если он стал, а он стал, таким же сильным как Роди, никаких шансов.

Я понимал, что Вере до болезненности интересен опыт внедрения Искры без сохраненной личности. Она понимала нашу правоту, но…

– Я бы могла фиксировать поведенческие изменения, чтобы ты, – она взглянула на Сеза, – знал, чего ожидать.

– Ничего, я подожду Сону, – парировал он. – У меня куча времени.

– Я готова открыть ревитал, – бесстрастно сказала Хоуп и Вера наконец оторвалась от экранов.

Крышка разошлась почти бесшумно и блестящие змейки трубок уползли в недра ревитала. Грудь Текса поднималась размеренно, но медленно, каменное длинное лицо древнего индейского вождя или тотема было неподвижно.

– Эмм, мы его оденем? – вопрос Сеза диссонирующе ворвался в тишину момента. – Меня несколько смущает это богоподобное тело.

Как ни странно его неловкая шутка разрядила обстановку и мы с Верой хихикнули.

– Главное, чтобы оно не смущало Сону, – усмехнулась Вера.

– Крышка саркофага состоит из многих граней, она не так прозрачна как у ревитала, – пробормотал я, почувствовав, что меня это тоже смутило.

"Вы так много внимания уделяете внешним атрибутам пола, – прокомментировал Скользящий. – Хотя по уровню развития вашей цивилизации можно было бы ожидать, что эти предрассудки канули в глубокое прошлое."

– Что я могу сделать? Отсутствие у вас полового морфизма и достаточно условное деление на гендеры возможно удобнее, но тебе придется терпеть нас.

Вера и Сез с любопытством смотрели на меня и я понял, что отвечал чужаку вслух.

– Вот значит как? Камушки без выдающихся, гхм, частей тела? Надеюсь, что я до этого не дойду, – проворчал Сез. – Они дороги мне как память.

Вера закрыла лицо руками в беззвучном смехе.

Сона лишишь мельком взглянула на Текса, глаза ее расширились и она быстро вышла из диспетчерской, когда медицинская каталка вплыла туда.

Основание для саркофагов было единым, и на самом деле, я тоже не без содрогания смотрел на наш будущий "пульт управления". К нему были проложены толстые гибкие шланги, через них к "стройке" поступал подготовленный заранее очищенный расплав опалита. Это ускоряло процесс наращивания кристаллической структуры. "Кабели" иного рода подходили к будущим саркофагам с другой стороны. Кристаллические образования с довольно толстыми синими прожилками начинались о где-то в недрах серверной и, оплетая постепенно всю станцию проросли сюда, чтобы обеспечить подключение энергонов и навигатора к системам крисалиса.

Сам саркофаг, сконструированный с учетом человеческой анатомии был даже красив, если вы представите высокую и узкую друзу из мелких гексагональных трубок. Открывался он тем же непостижимым пока для меня образом как и стена Хранилища то есть часть кристаллов с музыкальным шумом раздвигалась в стороны, обнажая пустую пока капсулу для тела.

– Она еще приспосабливается под энергона, ничего нигде колоть не будет, – пробормотал я, осознавая, что сейчас мы будем перегружать тяжелое тело Текса в хрустальный белоснежкин гроб.

– Угу, еще скажи, что не холодное… – Сезу тоже было не по себе. – Ну… наверное не хуже чем ВР-капсула… Железка, подогрев, массаж обеспечишь?

– Условия пребывания тела в капсуле оптимальны для поддержания жизнедеятельности, – откликнулась Хоуп. – Вы не будете испытывать кислородного голодания или обезвоживания в пределах допустимого. Возможны неприятные ощущения при перегрузках в момент старта и последующего пробуждения.

– Жизнедеятельность батарейки… – проворчал он. – Давай, Род, взяли-понесли.

…

– Хорошо, что это всего несколько дней, – прижимаясь ко мне, шептала Сона. – Потом мне будет все равно?

Я гладил ее по голове, перебирая блестящие волосы и не знал, что ответить.

– Да, несколько дней… Не волнуйся, мы постараемся ничего не сломать, пока ты спишь, – я чувствовал, что говорю какую-то ерунду, но не мог подобрать других слов.

– Не суди меня строго, Род, – сказала она, не услышав меня. – Это… жутко. Я знаю, что он просто пребывает в анабиозе, но порой я чувствую взгляд, вот тут.

Она поймала мои пальцы и приложила их к основанию черепа, туда, где уже практически сформировалось гнездо для Искры.

– Будто он смотрит мне в затылок и страх спускается ниже, обнимает меня и закручивается воронкой в животе, – она что-то поискала на моем лице.

Пальцы скользнули ниже вслед за ее словами и я проклял высокий ворот форменного комбинезона, а заодно себя в подростковой нерешительности.

– Я поворачиваюсь и думаю, ну как Текс может смотреть сквозь высокую спинку кресла… Невротичка, да? – она беззащитно улыбнулась.

"Она не Текса боится."

"Я знаю, не вмешивайся. Пожалуйста."

– Сон… – я взял ее за плечи, – Сон… Я не знаю, как все пройдет. Ты переживаешь, что больше не будешь собой и я не могу обещать… Но я все равно…

– О, Роди… – она вздохнула и закрыла глаза. – Лучше ничего не говори, пока не пожалел о тех банальностях, которые готовы сорваться с языка.

Глаза открылись и с укором посмотрели на меня.

– Ну? Ты поцелуешь меня или заставишь испытывать такой же ложный стыд?

…

– Полковник Мехов, вызывает "Странник". Полковник Мехов…

Сона обернулась ко мне. Хоуп как могла создавала помехи на линии связи. Сигнал шел с задержкой в пару минут, что давало нам шанс принять решение.

Это была не первая попытка "Странника" выйти на связь во внеурочное время. Создавая помехи, мы отмалчивались. Что мы могли ответить, если вообще не должны были знать об этой линии связи.

Позже искин генерировал сообщение от полковника с ответами на вопросы, если таковые звучали в оставленных посланиях.

– Полковник Мехов, говорит командор Сенс Гонор, доложите обстановку на станции.

Аристократичное лицо командора расплывалось и шло рябью, но даже сквозь нее мы различали холодный взгляд и недовольство.

– Кажется, они что-то заподозрили, – лицо Сонары после трансформации стало бледным и заострилось, и все ее движения были теперь выверенными и острыми, даже голос стал выше и "стекляннее".

– Неудивительно. Мы несколько месяцев кормим их подделками, – я напряженно размышлял. – Очевидно такие проверки были и раньше.

– Иногда полковник выходил на связь сам, – сказала Хоуп. Она стояла за спинкой кресла Сон.

Честно сказать, ни один из нас пока так и не привык к ее виду, хотя так скорее всего должны выглядеть наши антропоморфные талланы в будущем, опять таки по версии самой Хоуп и Скользящего. Жутковатое и одновременно прекрасное создание, сверкающее, угловато-гладкое воплощение души и мозга моего корабля. Стоит ли говорить, что Сез стал чаще осекаться, желая назвать ее железкой как прежде?

– Мы знаем, Хоуп.

Не сговариваясь, мы взглянули на саркофаги, один со смутно угадываемым силуэтом, а голограмма командора продолжала вызывать Текса. Нам было чертовски необходимо еще немного времени, Вера, ушедшая в ревитал последней, еще не завершила трансформацию.

– Сколько у нас есть времени до того как "Странник" теоретически приблизится к орбите Стекляшки?

– Слишком много факторов… – начала Сонара, но я остановил ее и посмотрел на Хоуп.

– Вариант первый: они находятся в расчетном квадрате базирования. Активировать двигатели искажения пространства в этом случае нерационально и даже опасно. Мы слишком близко. Полтора месяца.

Я кивнул и встал, подойдя к Тексу.

– Дальше.

– Вариант второй. "Странник" уже находится на пути следования к планете. Задержка сигнала в условиях Стекляшки не может служить достаточным основанием для определения расстояния. Высокий коэффициент погрешности.

Вариант третий. "Странник" находится в другом квадрате и активация ДИПа возможна. Тогда сроки прибытия невозможно предсказать.

– Вариант четвёртый, они уже крутятся где-то тут и сегодня-завтра долбанут по нам из какой-нибудь симпатичной пушки, или из двух, – Сез некоторое время стоял на пороге, скрестив руки. Его скверный характер трансформация не изменила, разве что он стал более сдержан.

Хоуп совершенно по-человечески развела руками.

– Это не исключено. Мои метеозонды не предназначены для нахождения космических объектов вне планетарной орбиты.

Я повернулся к команде.

– Что ж, исходя из предпосылок. Отправляем еще одну рыбу командору или… Хоуп, ты же, черт тебя подери, опалитовый мозг. Неужели ты не можешь наложить на меня маску Текса, чтобы я смог пообщаться с ним?

Все с удивлением взглянули на меня, не понимая, почему это простое решение не пришло раньше. Настала моя очередь разводить руками.

Сонара встала из кресла руководителя миссии, уступив мне место.

Через несколько минут у Хоуп все было готово, а я, призвав все спокойствие Скользящего, взглянул на изображение командора.

– Командор Гонор, полковник Мехов, станция "Кротовая нора" на связи, – как можно жестче произнес я, надеясь, что кроме лица Текса на "Страннике" слышат и его голос.

***

Я смотрел на их спокойные лица, искаженные гранями опалита и думал, когда же я отвыкну называть его так. Ведь в "языке" талланов нет слов, только сочетание звуковысот.

Мои коллеги, вернее теперь члены экипажа, казались такими умиротворенными. Заключенные в свои стеклянные гробницы… "Саркофаги", вежливо поправил Скользящий. Какая разница, ведь в нашем языке это одно и то же.

Я коснулся пальцами лица Сонары за толстым слоем кристаллической оболочки. Глаза ее были открыты, но видела ли она что-нибудь?

Вера. Я еще помню ее мягкую грустную улыбку. Не волнуйся, твои растения будут в порядке, я, вернее Скользящий пообещал, что мы постараемся их сохранить. В принципе твои эксперименты удались, ты можешь быть довольна…

Полковник…

Сез…

Мои энергоны.

Трансформация почти закончена. Мы подождем еще, когда звезда закроет нас от "Странника", я пока не готов подставляться под их огонь.

А там… а там я уже не узнаю. Надеюсь, что Скользящему повезет ускользнуть. Я улыбнулся неказистому каламбуру. Они всегда выходили у меня такими.

***

"Странник" всегда был где-то рядом. Следовало бы предположить, что не все так просто.

– Да, – ответила Хоуп на прямой вопрос, после того как погас экран связи с командором. – Нам пришлось немного заинтересовать земных ученых, а более военных, открыв им возможности опалитов определенной структуры накапливать не только информацию, но и служить преобразователями для звездной энергии в толчковую. Как вы знаете, без гиперпространственных перемещений посещения далеких планет и иных систем невозможны. Технологии талланов позволили бы выводить в космос летательные аппараты гораздо меньшего размера нежели крейсеры типа "Странника" и грузовиков. И эти аппараты могли бы столь же эффективно перемещаться на огромные расстояния, не требуя двигателей, составляющих половину общей массы корабля.

– Взлет, перелет и приземление? – уточнил Сез.

– Да.

Мы некоторое время молчали. Но теперь я нес ответственность и должен был принимать решение. Командор Гонор сообщил, что группа ученых на борту крейсера близка к прорыву в области синтеза земных и талланских технологий. Но им необходимо больше опалитов. В связи с этим "Странник" не будет ждать следующих транспортников, а придет к Стекляшке самостоятельно. В связи с этим командор просил увеличить норму выработки и контролировать состав и качество опалитов согласно данным отправляемых исследований.

– Ты посмотрела информацию? – взглянул я на Хоуп.

– Они очень близки, навигатор. Нет, синтезировать опалит нужного качества пока не смогут, – она ответила на безмолвный запрос Скользящего.

– Да какая нам разница? Мы успеваем смыться до того как по нам шарахнут плазменными пушками? Давай, железка, скрипи мозгами, – пробурчал Сез.

– Я всегда была железкой лишь в меньшей части, – парировала Хоуп. – Теперь же менее двадцати трех процентов во мне представлены железосодержащими материалами.

Тихо и мелодично звякнув, она скрестила руки на груди.

Мы все молчали, ожидая ее ответа. Сон подошла ко мне и положила руку на плечо, отчего на лице Сеза появилась кривая ухмылка.

– Пятьдесят два стандартных дня, – сказала наконец Хоуп и это было почти впритык к расчетному прибытию "Странника".

– Что ж, они прибудут к самому началу нашего огненного шоу. Зажжем, – прокомментировал Сез и, презрев формальности, без разрешения покинул диспетчерскую.

Рука Сонары немного успокаивала, но посмотрев на ее лицо, я увидел, что она бледно улыбается.

– Так скоро… Но да, это к лучшему. И как ни странно работает нам на руку, вписавшись в сценарий зловредного вмешательства инородных сил. О, прости, Хоуп…

– Ничего, мисс Туинга. Я понимаю, – прозвенел искин.

Я встал и чуть приобнял Сонару.

– Да, наверное к лучшему. Только нужно подгадать момент.

Она принужденно рассмеялась. Мы до сих пор так и не записали инсценировку грядущей катастрофы, я не хотел на нее давить, но теперь у нас было четкое представление о времени.

– Не волнуйся, Род. С Анной все будет хорошо. Насколько это возможно… Я отправила сообщение родителям с просьбой, чтобы они навестили ее. Они все получат это потом, после того как… Думаю, они все поймут правильно. Общее… горе… и все такое.

– Тшш, Сон. Не стоит об этом.

Она знала, мы все знали, что дороги назад нет, но когда Сонара говорила об этом с таким выражением лица, неотвратимость выглядела угрожающей.

Пятьдесят два дня.

Потом

Сзади раздался тихий звон. Хоуп стояла в проёме двери отсека жизнеобеспечения.

– Доктор Мус, Вам пора.

– Знаю, Хоуп.

Мы молча двигались по затемненным коридорам, два крошечных огонька в глубинах мятежной планеты.

Хоуп помогла мне устроиться в саркофаге управления.

– Ты будешь помнить меня, Хоуп? Всех нас?

– Фактически, доктор, Вы не исчезнете, как и остальные члены экспедиции. Слепок эмоциональной памяти останется в Вашей Искре.

– Но после пробуждения доктора Муса уже не будет?

Сегменты на "лице" Хоуп можно было бы интерпретировать как улыбку. Мы не сказали им, оставляя искру надежды.

– Я буду помнить Вас, Род.

– Хоуп… – я поймал ее "руку".

– Да, Роди?

– Помни нас.

Ее мерцание стало на секунду ярче и прикосновение отдалось во мне сильной вибрацией.

– Спокойной ночи…

…

Я прорастаю в структуры крисалиса, забытое ощущение. Сознание органической формы не отпускает, и я все еще вижу склонившуюся надо мной фигуру. Слабый внешний отблеск играет на гранях ее необычного тела. Странно, но я ощущаю ее как мой крисалис в автономной форме… Род не хочет уходить, а для полного слияния с системами мне нужен полный контроль.

– Спокойной ночи… – звенит она. И он успокаивается, успокаивается. Я показываю ему приятное. Зеленые холмы, солнце, радостные лица его сестры и той, другой, что сейчас подпитывает своим мерцанием стартовый узел маленького крисалиса.

Я проверяю целостность оболочки, состояние хранилища, готовность энергоуловителей.

Только бы хватило…

Мы выберемся отсюда. Теперь у нас есть надежда.