![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zavist.-kniga-2-si-382522.jpg)
Текст книги "Зависть. Книга 2 (СИ)"
Автор книги: Юлия Бровинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
Глава 40
Девушка в кадре безвольно обмякла и парень на ней, видимо, посчитав, что это от оргазма она так растеклась, что даже ноги съехали с него на кровать, сразу кончил. Наблюдая за ним и собой со стороны, я невольно, вспомнила, как это было у нас прошлой ночью, и ощутила неуместный, абсолютно не здоровый с моей точки зрения, прилив желания к нему. Поймала на себе скрытый за черными ресницами изучающий взгляд карих глаз. И успокоилась. По телу прошла волна мелкой дрожи предвкушения. Радим тоже захотел меня, и немного погодя мы выплеснем наружу наше скрытое сейчас влечение друг к другу.
А тем временем он в телевизоре встал с меня, не глядя, поправил свою одежду и, направившись к двери, включил общий свет, обернулся на кровать и замер. Я взяла у Радима пульт и нажала паузу.
– Ты, действительно не понял, что был с девственницей? – спросила я.
– Нет, – раздосадовано вздохнул Радим, – такой я тупой, оказывается.
– Значит, я права была, когда думала, что разрывание плевы не доставляет мужчине какое-то особое удовольствие, – сделала для себя вывод.
– Удовольствие от секса с девственницей, а тем более любимой девственницей, в осознании того, что ты первый для нее и единственный, а не в том, что делаешь девушке больно. Иван рассказывал, что первый секс с Миланой был для него самым кошмарным в его жизни. Так боялся ей больно сделать, напугать или обидеть. Спокойно выдохнуть и расслабиться позволил себе уже в конце медового месяца.
– Но, я помню, что тебе все равно понравилось.
– Настолько сильно, что я решил, попробовать тебя перевоспитать, – с кривой усмешкой самоиронии ответил Радим, – раньше я просто застегивал ширинку и уходил, а с тобой решил пообщаться. Предложить впредь давать только мне и не распыляться на остальных. Хотел сказать, что если тебе мало одного раза, то я могу забить ради тебя на свое правило и брать тебя столько, сколько нужно. Только бы ты больше никому другому не давала…, ведь у меня нет, по сути, морального права требовать от тебя невинности и чистоты, когда сам такой грязный,… – я протянула руку и положила палец ему на губы, заставив, тем самым его замолчать. Его самобичевание мне приятно конечно, но пора с ним завязывать. Снова запустила видео.
– Тут я заметил, что с тобой что-то не то, – успел вставить Радим свой комментарий.
Парень в кадре вернулся к кровати, сел на край, протянул руку к лицу девушки. Потрогал лоб, провел по щеке, потом, положив руки на плечи, легонько встряхнул, но девушка не просыпалась. Он ее тогда потянул за плечи на себя, стараясь усадить на кровати, но ее тело, словно тряпичная кукла безвольно прильнуло к нему, и голова девушки склонилась на грудь парня.
– И в этот момент я заметил кровь на твоих бедрах и постели, – произнес Радим, объясняя свою реакцию в кадре. Он, как ошпаренный вскочил с кровати, при этом почему-то меня подхватил на руки, стоял и, прижимая меня к себе, смотрел на простынь.
– Должен был по идее обрадоваться, а сам в ужас пришел, понял, что наделал…что тебя потерял…
Наконец Радим вернул меня на кровать. Укрыл одеялом. Сел рядом с постелью на пол и уткнувшись в нее лицом замер.
– Хотел дождаться, когда ты в себя придешь и вымаливать у тебя прощенье…
А на первом этаже тем временем, Стас пересел на диван и, взявшись за голову, кажется, заплакал. Его гости ходили по квартире туда сюда, не обращая на страдания ее хозяина никакого внимания. Уже, видимо привыкли к такому. Потом появился Валентин. Сел тоже на диван. Несколько минут просто смотрел невидящим взглядом в пространство, потом словно, что-то вспомнив, вскочил и побежал к лестнице. Добежав до двери спальни Стаса, дернул ручку, чтобы ее открыть, но та была заперта. С размаху выбил дверь ногой и на это его действие Радим в спальне поднял голову и посмотрел на ворвавшегося друга.
– Поздновато как – то до него дошло, что, ты совсем не хотела, чтобы тебя трахали…
– Потому, что пьяный был, – соглашаясь, кивнула я, – обычно он быстрее соображает.
А Валентин то ли от облегчения, то ли от потрясения, что Радима увидел, устало прислонился к косяку двери. Парни стали о чем-то разговаривать.
– Я рассказал ему, что натворил, – передавал мне любимый смысл их разговора, – что думал, что ниже опускаться больше не куда, но я умудрился пробить дно, изнасиловать девушку, которую люблю. Что, когда ты проснешься и поймешь, что я с тобой сотворил, то возненавидишь меня…никогда не поверишь, что я обманулся словами Стаса, что, как идиот попался в очередную ловушку…
Радим в кадре замолчал и, нахмурившись, посмотрел куда-то перед собой.
– А тут до меня дошло, что ловушка была не для меня, а для тебя…
Резко вскочил и бросился вон из комнаты. Валентин вышел медленно следом, прикрыв за собой дверь. А мой парень сбежал по лестнице и нашел сначала Ярика. Приложил его лицом к барной стойке и… я включила перемотку. Смотреть, как Радим выясняет, кому из гостей Стаса пришло в голову покуситься на его девушку не очень интересно. Тем более, что когда Ярик зажимая истекающий кровью нос, что – то лепетал в свое оправдание, большинство гостей предпочли незаметно исчезнуть. Гостиная Стаса поразительно быстро опустела. Валентин позвонил кому-то. Захара вызывал, наверное. Потом он посмотрел наверх, прямо в объектив камеры наблюдения и окликнул Радима. Тот в убыстренном темпе, поднялся со Стаса, голову которого прижимал коленом к полу и подошел к Валентину. На том, видео закончилось.
– А потом приехал Захар, – продолжил рассказывать Радим, – сказал, что я напрасно паникую. Он вместе с нами посмотрел записи с видеокамер до момента, когда тебя Новикова со Стасом на диван усадили. Объяснил, что это была подстава Новиковой для тебя. Что только по воле случая ты только мне досталась. Что ты в меня точно влюблена и судя по твоей реакции, когда ты так радовалась моему поцелую, оставшись, сама на кухне, уже давно меня любишь. Что если я обниму тебя в постели, и ты проснешься рядом со мной, а я скажу тебе, что люблю, то будешь даже рада, что переспала со мной. Не вспомнишь, что произошло на самом деле, примешь новую реальность, а возможные воспоминания воспримешь, как дурной сон. И будешь всегда со мной…
Всегда буду с ним. В любой реальности. Моя любовь к нему похожа на сумасшествие, одержимая любовь, но по – другому я любить не умею. Да и он теперь тоже.
Я опять поздно вернулась. Вовсе не удивилась, не обнаружив Новикову в нашей комнате. Спокойно легла спать. На понедельник у нас с Радимом было много планов и дел. Можно было, конечно заночевать с ним в Убежище, но вряд ли бы мы смогли выспаться. А утром мне в университет, а ему на практику. Решили, что дальше заниматься любовью без защиты слишком рискованно. Ребенка заводить нам еще рано. А вставать, отлепляться друг от друга, одеваться, ехать и покупать специально презервативы, чтобы потом вернуться обратно в постель, как-то глупо. Поэтому провалялись до вечера в постели, поужинали в ресторане, и он отвез меня в общежитие.
Новикова не появилась даже утром. Я зашла к Маше, чтобы пойти с ней в университет и по дороге объясниться и еще раз извиниться за ночные звонки Захара. Пока Маша одевалась, Нина с подозрением смотрела на меня.
– А с чего вдруг Белов, так разнервничался? – спросила она, – он, случаем, не от ревности, что ты где-то с Валевским ночуешь, Машке названивал? Лысенко тебе при всех в любви признался, Литвин за тебя морды бьет, Валевский кольцо подарил, а этот ночами не спит! Только Макса Ильина не хватает для ровного счету. Катя! Что за фигня?! Ты, что ведьма?! Как ты это делаешь?
– Веришь? – хмыкнула я, – сама не понимаю, почему так получается.
– Завтра вечером за мной зайдет Белов и мы поедем в знаменитый «Бродвей», – подкрашивая ресницы у зеркала, торжественно сообщила Маша, – я покажу этой Яночке, кто настоящая женщина Антона.
– Мне за нее уже страшно, – улыбнулась я, – не подерись там с ней, ладно.
– Я буду, холодной и сдержанной, – пообещала подруга, – как Лиза в «Докторе Любви». В последней серии на нее Кирилл так влюблено смотрел, что я поняла, что веду себя с Антоном не правильно. Нужно больше собственного достоинства проявлять. Буду как она.
– В точку! – показала ей большой палец вверх.
Нина прыснула со смеху, но Маша, только подарила ей презрительный взгляд. Роль надменной красавицы она начала репетировать уже сегодня и прямо с утра. Хоть бы она до завтра в своем новом амплуа продержалась.
Мы вышли на улицу, болтая о том, что Маше лучше надеть на завтрашнюю вечеринку, я услышала, как в сумке зазвонил мой смартфон, и мелодия звучала та, которую я поставила на номер мамы. Я ответила на звонок.
– Девочка, моя, – странно нежно и плачуще звучал ее голос в динамике, – расскажи мне правду, милая моя, с кем ты связалась? В какую ужасную компанию попала? Что с тобой эти люди сделали?!
Сначала я даже не поняла, о чем она говорит, так неожиданно прозвучали для меня, ее слова.
– Мама, о чем ты?
– Мне вчера звонила твоя подруга, Маша, – всхлипывал мамин голос, – рассказала все…в какую беду ты попала…
Я быстро глянула на подругу. Стоит и высматривает, когда Антон появится из общежития. Ее глаза сияют от предвкушения, и она возбуждена предстоящим завтрашним походом в ночной клуб «Бродвей» Я прикрыла динамик ладонью.
– Маша, ты вчера кому-то давала свой телефон?
– Ага, Новиковой. Ее разрядился, а ей нужно было срочно своему папику позвонить.
– Понятно.
Мы с подругой давненько обменялись номерами родителей. Так на всякий случай. Ведь мало ли, что может с тобой случиться в чужом городе. Не знала, что Новикова была в курсе этого. Я отодвинула ладонь.
– Мама я тебе все объясню! Мне нужно было раньше тебе позвонить и рассказать, но я так обиделась на тебя за отца…Я скоро выхожу замуж. Его Радим зовут. Мы приедем на следующих выходных, и я вас познакомлю.
Всхлипывания мамы стали более частыми.
– Этот Радим, он кареглазый брюнет? – слишком как-то осторожно спросила меня мама, – очень красивый парень, да? На дорогих машинах катается, да?
Ее вопросы заставили меня напрячься.
– Да, красивый. Приедем, сама увидишь. Познакомишься с ним.
– Спасибо. Не надо. Я уже с ним познакомилась. Ближе не куда. Всю ночь Васю просила, чтобы поехал тебя забрать, – уже рыдала мама.
Внутри похолодело от дурного предчувствия.
– Мама! Не верь ей! Это не Маша тебе звонила, а Лариска, моя соседка! Все, что она наговорила – ложь! – разволновалась я, – она сумасшедшая! Помешана на нем, себе его хочет!
– Конечно, хочет! – вскричала мама, – девушка от него беременна!
– Не правда! Это не от него ребенок.
– Какой ужас! – плакала мама, – с кем ты только там общаешься! Чего набралась в столице! В какую грязь вступила! Продаешь себя за красивые вещи и веришь, что через неделю знакомства на тебе хотят жениться. Или делаешь вид, что веришь?! Тобой играют! Манипулируют! Пользуются как вещью, а ты мечтаешь, что испорченный развращенный красавчик тебя полюбит?! Раскрой глаза, доченька! Сейчас тобой играет один, а потом пойдут все по очереди. Эта девушка, плакала, когда их замысел мне рассказывала. С ней они такое же провернули. А теперь тобой занялись.
– Мама, это вранье! Все не так! Мой парень не такой! Радим меня любит, он…
– Да, не такой, – хрипло рассмеялась мама, – я таких мразей и подонков за всю свою жизнь не встречала. На старости лет прозрела. Мне взрослой женщине стыдно было на такое смотреть! Волосы на голове шевелились от того, что, представила, как он то же самое с моей дочерью делает!
Холод внутри опускался все ниже, вызывая слабость в ногах. Рука держащая смартфон мелко задрожала.
– Где ты его видела? – помертвевшим голосом спросила я.
– На видео, которое мне та девушка переслала. Этот выродок сам хвастался своими похождениями, перед какой-то Олей. Почему только эта девушка тебе его не показала?! – в отчаянии вскрикнула мама, – ты бы тогда не искалечила себе жизнь, связавшись с ним!
Мама еще что-то плакала в трубку, призывая меня одуматься, вернуться домой, пожалеть себя, но я уже как не слышала… Ничто и никто в этой жизни не убедит мою маму принять Радима как сына. Новикова настолько сильно унизила его перед будущей тещей, что как-то оправдаться, смотреть без стыда ей в глаза у него никогда не получиться. А мне доказать ей, что я с ним счастлива.
Такой злости и ненависти я не испытывала, даже к Валентину, когда считала его своим насильником. Такая низость требует немедленного наказания. Я не хотела поступать так раньше. Планировала, просто обрадовать ее папика счастливой новостью. Но теперь к хорошим известиям добавятся и плохие. Я отправила Радиму по почте фото медицинских записей Ларисы. О ее двух абортах. И запись о рождении ребенка в паспорте. Мой любимый придумает, как воспользоваться этой информацией в разговоре с Нестеровым, своим родным дядей по материнской линии. Вот, как глубоко Новикова проникла в их семью. Избавиться от нее теперь наша первостепенная задача. Радим рассказывал, что его дядя упрям до невозможности в своем чувстве к этой шлюхе. Что закрыл глаза, даже на то, что мой парень был с ней. Стоит ей поплакаться перед ним, как он ей все прощает. Не только Радима это бесит, но и его отца. О чем я лично убедилась, когда во вторник Радим заехал за мной, и мы поехали на встречу с ним. Новикова в общежитии так и не появилась, а я не рассказала Радиму, что мама теперь мне названивает каждый час. Если я не снимаю трубку – пишет длинные сообщения с такими мольбами, от которых сердце разрывается. Мои ответные слова, аргументы, что Радим изменился, что все совсем не так, как она думает, мама просто отметает. Не верит мне. От их встречи не будет ничего хорошего. Одно унижение и разочарование. Но, как рассказать об этом, Радиму я пока не придумала. Соврать, что мама заболела или, что уехала с отцом во второе свадебное путешествие? Но правда, в том, что мама уже сама выгнала отца, за то, что он отказался ехать за мной, сославшись на то, что я уже взрослая и могу трахаться с кем пожелаю. Радим в ее понимании разрушил нашу семью. Он теперь и в этом для нее виноват.
Глава 41
– Ты раньше Новиковой предлагал одуматься и принять предложение твоего дяди, – спросила я Радима, когда мы ехали на встречу с его отцом, в один их самых дорогих ресторанов города, – почему же сейчас изменил свое решение?
– Ради Олега Николаевича старался, а теперь, все хватит. Пора ему мозги вправить на место.
Я понимаю, что он к сорокалетию приближается, что он до Новиковой двух жен похоронил и уже начинать, что-то новое у него желания нет. Красивая, молодая, удовлетворяет его в постели. Ну, погуливала немного на стороне. Обещала впредь быть верной. Родить ему ребенка.
– И он ей поверил? Она же врет, как дышит.
– Может да, а может, и нет. Он мне не отчитывался. Олег Николаевич, очень уставший от жизни человек. Он слишком сильно любил свою первую жену. Боролся за ее жизнь до последнего. В какие клиники ее только не возил, но это был, как раз тот случай, что никакие деньги не помогут. Долго потом в себя прийти не мог, а когда горе немного отпустило и он вроде начал оживать, женился во второй раз. На своей помощнице. Любил ли он второю жену не знаю, но она ребенка от него ждала, а потом и эта женщина умерла. Сердце во сне остановилось. Оказывается, ей нельзя было детей иметь, но она ради него забеременела.
– Может он, поэтому Новикову около себя упорно держит, – выдвинула я свою версию, – если с ней что – нибудь случиться, страдать потом не будет. А вы все думаете, что он ее так сильно любит, раз не бросает за измену и прочие нехорошие вещи.
– Я как-то до такого не додумался, – удивился Радим моим словам, – если все так и есть, то, слава богу. Скоро избавимся от этой дряни. Без его поддержки она в наш круг никогда больше не сможет войти. Отправится на помойку, где ей самое место.
– А как, она с твоим дядей познакомилась? Мне всегда хотелось узнать, как такие девушки находят своих спонсоров.
– Через службу эскорта. Есть такие фирмы, что красивых и молодых девушек на официальном уровне поставляют. Те же проститутки, но только ну очень дорогие.
– Понятно.
Отец Радима ожидал нас в отдельном зале – кабинете ресторана, который он специально арендовал для сегодняшнего ужина. Интерьер места, в котором мне предстояло знакомство со своим будущим свекром, подавлял своей дороговизной. Точно подчеркивал лишний раз статус семьи, в которую я скоро войду. Немного напряглась от этого. Ведь в любой момент своей жизни с Радимом я могу услышать от будущих родственников, что я никто и должна быть благодарна за все, что мне дали. Но буду, надеяться, что я из-за стресса и волнения перед встречей все слишком драматизирую. Радим открыл передо мной дверь и пропустил вперед в кабинет.
Первое что мне бросилось в глаза, это, то, что Новикова не соврала, когда описывала отца Радима. Это здоровый и крупный мужчина. Когда он встал при виде меня, демонстрируя приверженность правилам этикета, я заметила его большой и круглый живот. А точнее пузо. С ужасом представила, что гены то одни и Радима так же может с возрастом разнести. Второе, что сильно поразило меня, это то, Радим внешне на него совсем не похож. Рост да, такой же высокий. Но не лицом. Ни одной общей черты. Словно они не ближайшие кровные родственники. Радим заметил мой удивленный взгляд.
– Я тебе потом все объясню, – сразу угадал он мой немой вопрос, – взял под руки и мы подошли к столу. Радим помог мне сесть. Мужчина совсем не похожий на Радима тоже сел.
– Ну, здравствуй Катерина Васильевна, – откинувшись на спинку кресла, произнес он, таким же тоном, с каким в прошлый раз разговаривал со мной по громкой связи, – наконец лично вижу девушку, что смогла так охмурить моего оболтуса, что он надумал жениться уже через два часа после знакомства. Послушаем, чем же ты этаким, его взяла.
Я решила придерживаться той же манеры речи в разговоре, что и он. Насмешливо ироничной с легким оттенком цинизма.
– Приятно с вами познакомиться, Константин Федорович. Я от Димы много хорошего о вас слышала. С удовольствием пообщаюсь с умным человеком, построившим свою бизнес империю практически с нуля. Жду выхода вашей книги об этом с большим нетерпением.
– Ловко, – усмехнулся папа Радима, – и про Диму упомянула и меня превознесла. Знаешь, что сказать нужно, чтобы человека к себе расположить и о чем смолчать. Не кинулась свой гонор показывать, как некоторые.
– У меня нет гонора, Константин Федорович, – улыбнулась я, – гонор признак глупости, а я быть такой в глазах достойных людей не хочу. Это неуважительно по отношению к ним.
– Вот как? – сдерживая смех, сказал будущий свекор, – Димка записывай, за ней, – обратился он к сыну. – Когда через пару лет осмелеет и начнет показывать свой характер, ткнешь носом в ее же слова.
– У Кати мягкий характер, – Радим отодвинул для себя стул и сел рядом со мной, – пусть показывает его сколько хочет, полюбуюсь и порадуюсь, что такая девушка моя.
Константин Федорович посмотрел на меня более внимательно.
– Похоже, это тот случай, когда не внешность красит человека… – иронизируя, протянул он, с явным намерением задеть мою женскую гордость и вызвать приступ гневной обиды.
Я согласно кивнула.
– Я тоже считаю, что для человека главное не внешняя красота. Моя мама часто любит повторять, одно выражение: «Что золотое кольцо в носу у свиньи, то женщина красивая и глупая»
Константин Федорович откинул голову и уже открыто засмеялся.
– Димка, слышал, ты у нас большой свинтус получается. Красивый и глупый.
– Спасибо, папа, – обижено буркнул Радим.
Вот же! Как он ловко перевел мои слова в оскорбление для своего сына.
– Что ты на это скажешь, а Катерина? – забавлялся ситуацией свекор.
– Я промолчу, – вздохнула я.
– От чего же? – поддел мужчина, – не знаешь, как за жениха заступиться? Говори прямо, что думаешь. В нашей семье не принято скрывать свое мнение.
– Не в этом дело, – ответила я, – просто я хотела сказать, что Дима умом в вас пошел, но теперь понимаю, что лучше не стоит…
Свекор на миг опешил, а потом еще сильнее зашелся смехом, аж по колену себя ладонью хлопал. Я быстро глянула на Радима. Он мне одобрительно подмигнул и пододвинул мне блюдо с каким-то мясным салатом. Стал накладывать мне его на тарелку.
– Давай есть, а то, папа со своими словесными баталиями, оставит нас голодными. Сам-то уже поел, нас не дожидаясь.
– Ну, Димка, ну молодец… – веселился тем временем Константин Федорович, – говорил я Марине, что Ольга ему не подходит. Что нашему пацану лошади не нравятся, что он маленьких и умненьких девочек любит, а она ему все свою гонористую породистую кобылу подсовывала. Сколько такую, не объезжай толку мало…
В этот момент дверь в кабинет распахнулась и в наш отдельный зал вошла Новикова, а следом за ней мужчина. Мои глаза встретились с ее торжествующим взглядом. Чему она так радуется?
Мужчина, что ее сопровождал, понятно Нестеров Олег Николаевич. Младший родной брат мамы Радима. Ему тридцать восемь лет, он на пять лет моложе сестры. И он больше похож на Радима, чем его родной отец. Хотя сходство, конечно, относительное, не зная, что они родственники, можно не догадаться. А при знании общие черты улавливаются. Рост у него чуть выше среднего, подтянутый, видно, что следит за собой. Брюнет, но уже волосы с проседью. Особенно много седины на висках. Глаза светло карие, зеленоватые. Взгляд усталый, потухший. Как и весь он сам. Словно желания жить в нем нет и он, с усилием, себя заставляет. Лариса на его фоне вся светилась от радости и счастья. Еще бы! Ведь рядом с ней красивый мужчина. Чего ей только не хватает? Осчастливь его и тебе будет в этой жизни счастье. Но, ее интересовал не он.
Константин Федорович, все еще посмеиваясь, взмахом руки позвал их столу. Нестеров помог Ларисе сесть с противоположной от нас стороны и сам сел на соседний с ней стул.
– Что за надобность такая видеть меня с Ларисой? – спросил он, у мужа сестры, – меня одного позвать на встречу с будущей женой племянника нельзя? И где, кстати, Марина. Я что-то ее не вижу.
– Дуется, – легко отмахнулся от вопроса о своей жене мой свекор, – рассматривает фото Катюши, листает свадебные каталоги и рыдает, что с ее внешностью и фигурой невозможно надеть те платья, что она выбрала для Ольги. Та ж дура, уже себе даже одно купила, чтобы расхаживать в нем перед моей Маринкой. Охала и ахала от восторга от белой тряпки. Лучше бы на лицо сына смотрела в этот момент, поняла бы, что парню, все ее сватовство с Морозовой не в радость.
– Но теперь то у Радима глаза от счастья светятся, – вставила слово Лариса, явно подлизываясь к его отцу, при этом глядя на моего жениха, точно старшая сестра, а не как одержимая к нему страстью женщина. Умеет играть на публике. Ничего не скажешь.
Отец Радима ответил тяжелым взглядом.
– Дешевым шлюхам разрешения открывать рот за этим столом никто не давал.
Лариса вспыхнула и досадливо прикусила губу. Бросила обиженный взгляд на Нестерова.
– Костя, – вздохнул Олег Николаевич, – давай сегодня без оскорблений. Ты сам сказал мне с ней приходить. Я только вчера ее с больницы забрал. А ты затребовал видеть нас вместе. Зачем только понять не могу.
– С больницы? – хмыкнул свекор, – больна, значит? И чем же?
– Не важно, – ответил Олег, – не настолько все серьезно, как Лариса вначале подумала.
– Мне папиллому удаляли, – опять раскрыла рот Новикова. Произнесла все с лицом оскорбленной невинности, – на шейке матки.
– Папиллому? – не веря, переспросил свекор, и его глаза при этом опасно вспыхнули. Он перевел взгляд на свояка. – Так ты сам ее в больницу возил? На операцию?
– Да, – небрежно ответил тот, и потянулся за бутылкой с водой, налил ее в стакан, – я ведь не полная скотина, чтобы девушку, с которой сплю, оставить без помощи в такой момент.
Лариса со слезами на глазах посмотрела на него.
– Дорогой, – произнесла она драматичным тоном, – я была так не права, когда отказывалась выйти за тебя. Ты меня не бросил в такую трудную для меня минуту. Я так испугалась, что у меня что-то злокачественное… – она всхлипнула. – Я согласна, теперь выйти за тебя и родить ребенка. Доктор сказал, что всего через пару лет я смогу забеременеть и родить без каких либо проблем.
Нестеров, отпивая из стакана, удовлетворительно кивнул. Особого восторга я в нем по этому поводу не заметила. Типа решил проблему и отлично, идем дальше.
Радим смотрел на нее, и я чувствовала, что он весь в предвкушении чего-то. Сама я задумалась, а можно ли делать операции на шейке матки при беременности? И что значит, она родит через пару лет? Но окончить свою мысль я не успела…
– Сука! – прорычал в бешенстве Константин Федорович, – папиллому она удаляла! Это так аборт теперь модно называть?! – он глянул на побледневшего свояка, – а ты идиот, сам ее на него и возил! Тварь, еще и посмеялась над тобой во время этого.
– Что вы такое говорите! – возмутилась Новикова, – я не делала такого…
Отец Радима поднялся и взял со стола папку, что до этого лежала около его тарелки. Протянул ее свояку со словами.
– Найди себе, уже новую шлюху, если не хочешь связываться с нормальной женщиной. Эта через чур проблемная.
Нестеров взял папку и раскрыл ее. Бегло просмотрел в ней какую-то информацию. Мне показалось, он побледнел еще сильнее.
– Три аборта… – прошептал он.
Лариса заметно забеспокоилась.
– Дорогой, – начала оправдываться она, сильно волнуясь, – это не правда. Все подстроено. Я тебе рассказывала, что твой племянник помешан на мне, что он теперь и отца своего подключил к тому, чтобы мне жизнь с тобой разрушить…все…все от ревности к тебе…Он в меня давно влюблен. Еще с первого курса мне проходу не давал…
– Заткнись! – рявкнул на нее Нестеров, и взмахнул папкой, – здесь медицинское заключение, подписанное твоим гинекологом! Срок беременности четыре недели. Сейчас же поедем в частную клинику, и если подтвердится, что ты вчера сделала аборт…то…лучше бы тебе не делать этого!
Он резко встал, отбросив папку на стол и схватив Новикову за руку, заставил и ее подняться. Испуганную и что-то лепечущую в свое оправдание он потащил ее к выходу. Как только он вышли, я повернулась к Радиму.
– Она, что, правда, и в этот раз сделала аборт?
– По ходу, да. Папа ты уже об этом знал, когда дядю с ней позвал?
– Да, – сел на свое место свекор, – но я не думал, что Олег ее лично на него возил. Сука! Зная, как он хочет детей, зная, что у него жена умерла с ребенком… вернется мерзавка за это на панель. На самый, мать его, низ…