Текст книги "Системный Кузнец XI (СИ)"

Автор книги: Ярослав Мечников

Соавторы: Павел Шимуро
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Желание вместить в себя эту силу было огромным. Камень лежал в ладонях, бился ровным, почти ласковым ритмом, и каждая его пульсация звала: ещё, ещё, бери больше. Приходилось бороться даже не с ленью или усталостью, а с жадностью и собственным голодом. Несколько раз ловил себя на том, что распахиваю потоки шире, чем стоит, и тут же сдерживал, возвращал к ровному темпу.

Остановился, когда почувствовал, что концентрация начинает расползаться. Лёд стал проскакивать всё чаще. Один раз ударил прямо под грудину, и я скрючился, упёршись ладонями в колени, шипя сквозь стиснутые зубы. Другой раз достал до поясницы – спину свело судорогой, и я невольно выгнулся дугой.

Мысленно ругал себя. Вот же, прошляпил, упустил. Не собран. Но чем дольше шла сессия, тем тяжелее давалась собранность, словно я вычерпывал её изнутри ковшом, и в какой-то момент дно обнажилось.

Всё. Больше не могу.

Лимит концентрации иссяк. Нужна передышка.

Осторожно опустил Камень на пол перед собой. Откинулся назад, упёрся ладонями в базальт.

Перед глазами развернулось системное окно.

[СЕССИЯ 2 ЗАВЕРШЕНА]

[ПРОГРЕСС 6-Й СТУПЕНИ: 68 %]

[ПОГЛОЩЕНИЕ КАМНЯ: 18 %]

[СТАБИЛЬНОСТЬ МЕРИДИАНОВ: 91 %]

Просто смотрел на эти цифры. Никаких мыслей – факт. Вот я на такой стадии, вот столько ещё осталось. Ровный ход. Хороший ход.

Осторожно разлепил веки.

В каверне стоял густой полумрак. Снаружи, в щели у входа, было темно. Похоже, уже поздний вечер, а может и ночь.

И вдруг мысль – острая, как укол шила.

Ни Брока, ни Чезары.

До сих пор никого.

В груди разлилась неприятная тревога. Беспокойство, которое хуже паники, потому что долгое.

Вот же сволочи.

Гало. Сальери. Их цепкие, жадные лапы.

Если они Чезару перехватили тогда… если тронули девчонку… Если Брока завернули где-то на полпути…

Внутри поднялась злость и понимание: при встрече придётся объяснять этим людям кое-какие простые вещи. Объяснять долго и доходчиво. Что нельзя чужих проводниц перехватывать. Нельзя угрожать им или, не дай Духи, причинять вред. Нельзя мешать другим людям делать свою работу. Нельзя заставлять возвращать долги, которых, по совести, нет.

Нельзя.

И тот, кто думает иначе, должен это узнать на своей шкуре.

Выдохнул медленно, долго, через зубы. Разжал кулаки – не заметил, когда сжал.

Поднялся плавно – тело ещё не готово к резким движениям. Ноги немного ватные, колени отозвались лёгкой дрожью, но устоял. Постоял так в темноте, позволяя крови разойтись.

Вокруг тихо. Угли в очаге прогорели до чёрно-серого пепла с редкими рубиновыми искорками. Отвар весь выпит. Зверёк куда-то пропал – видимо, ушёл по своим огненным делам в Глотку, и правильно сделал.

Тело гудело вибрацией – мелкой, зудящей, повсюду разом, будто под кожей каждой жилки проложили тонкую струну, и кто-то невидимый провёл по ним смычком. Ци распирала меридианы, её было слишком много – впитал за один присест столько, сколько обычно копят неделями в самом лучшем случае, а обычно месяцами или даже годами – и тело ещё не знало, куда всё это пристроить. Навязчивое и настырное ощущение, что внутри копится что-то, требующее выхода. Как гроза, которая вот-вот разразится и пока не разразится, воздух давит на виски свинцом.

[ВНИМАНИЕ! Избыточная концентрация Ци в меридианах: 147 % от комфортного порога]

[Статус: нестабильный]

[Риск спонтанного сброса: средний]

[Рекомендация: немедленно провести разрядку через боевой комплекс]

[Предложено: «Путь Тлеющего Угля» (полный цикл) + три силовых выброса Ци Огня]

[Цель: уравновесить потоки, собрать излишек в резерв, стабилизировать Горн]

Это именно то, что нужно – хорошенько разрядиться.

Наспех сгрёб остатки углей, раздул их выдохом – короткой, точечной вспышкой Ци бросил в сердцевину, и пламя нехотя ожило, лизнув последнюю горсть щепы. В отблесках пляшущего огня каверна снова обрела очертания: наковальня, плита с потемневшей Амальгамой, груда обносков в углу.

Заметил вскользь – углей почти не осталось. На завтрашнюю сессию не хватит. Я ведь рассчитывал, что Брок подгонит сырьё. Ладно, об этом потом – сейчас тело гудит так, что зубы ломит – нужно срочно сбросить излишек, пока меридианы сами не решили, куда пристроить лишнюю Ци.

Вышел на середину каверны.

Сначала – в Стойку Тысячелетнего Вулкана. Колени мягко согнул, ступни вросли в базальт, ладони опустил вдоль бёдер. Постоял немного, чувствуя опору. Пусть та Ци, что ещё гуляет хаотично, стечёт вниз к ногам, к Нижнему Котлу. Пусть осядет, как муть в кружке после взбалтывания.

Минута. Другая.

И тело начало двигаться само. Я лишь последовал.

Знакомый комплекс, сотни раз повторённый. Плавный поворот корпуса, переход в низкую стойку, резкий выброс кулака – ха! – пламя выплеснулось из костяшек коротким языком и тут же угасло. Скрутка через бедро, удар локтем, разворот. Нога выстрелила в воображаемую цель, и с пятки сорвалась оранжевая искра. Снова поворот, выпад, выдох сквозь зубы.

Каждое движение – порция Ци наружу. Тело пело, зудящее напряжение под кожей начало уходить, растекаться по комплексу, выплёскиваться в воздух яркими сполохами.

Удар правой. Ха.

Удар левой. Ха.

И тут заметил.

Контроль температуры совсем другой. Раньше выброс был просто выбросом – пламя и пламя, либо горячее, либо очень горячее. Теперь же я чувствовал каждую градацию: вот этот удар сорвал жар на семьсот, этот – на тысячу, а если нажать по-другому, можно и до четырёхсот опустить. Тонко, как настройка инструмента.

И ещё. Едва уловимое ощущение, что кисть может выплеснуть не только огонь.

Любопытство пересилило осторожность. Поворот, выпад правой и вместе с привычным жаром я мысленно качнул в руку каплю того ледяного, что весь день копилось внутри.

Из ладони вырвался поток, но не чистого огня, а что-то смешанное, с белёсым окрасом. Воздух перед пальцами пошёл паром, сразу же осевшим мелкой моросью на базальт.

Замер.

Опустил руку, посмотрел на ладонь.

На пальцах осел иней – тонкий, серебристый, как утренняя роса в первые заморозки. Кожа под ним отдавала синевой, а сами подушечки заломило таким холодом, какого я не чувствовал с северных зим.

– Хм… – выдохнул.

Направил в руку Ци – ту самую, привычную, огненную. Иней растаял мгновенно, кожа порозовела, потом покраснела, а потом ладонь начала наливаться знакомым багрово-оранжевым жаром, как раскалённое железо у горна.

Выдохнул. Притушил.

Прикрыл глаза, заглянул внутрь.

В Горне сейчас творилось интересное. Две стихии ещё притирались друг к другу, ещё толкались боками, как два бычка на узкой тропе. Большая часть энергии была чистой, нейтральной, той, что я мог по своей воле обратить хоть в огонь, хоть теперь, видимо, в лёд. А по краям мерцали отдельные вспышки – необработанная Ци Камня, ещё не до конца переплавленная, ещё несущая на себе печать Инь.

Попробую.

Зачерпнул чистой Ци. Повёл по меридианам медленно, по плечу, по предплечью, в кисть. И в самой ладони добавил каплю Инь – ту, что только что освоилась во мне.

Рука снова посинела. Иней проступил на коже ровным слоем, на этот раз гуще. Покалывало, будто голой ладонью прижался к зимнему металлу, но я держал, контролировал и не давал холоду заползти выше запястья.

Отвёл Ци. Иней растаял.

Стоял, глядя на свою руку, и пытался осмыслить, что только что произошло.

Я могу управлять ледяной Ци – криво, неуклюже, на самом начальном уровне – но могу. Вот, оказывается, как оно работает, когда стихии начинают сходиться по-настоящему.

[НАВЫК ОБНОВЛЁН: Термальная Адаптация (Высшая) → Термальный Контроль (Начальный)]

[Доступ к стихии Инь: 4 %]

[Возможность направленного выброса холодной Ци: подтверждено]

[Рекомендация: дальнейшая практика для стабилизации двойного потока]

– Вот так подарочек, – пробормотал я.

Постоял ещё немного, привыкая к новому ощущению. Двойной поток внутри Горна гудел ровнее – после комплекса Ци улеглась, излишек ушёл, тело перестало вибрировать.

И тут далёкий звук, где-то снаружи, за выходом из штольни. Треск. Шуршание. Что-то мелкое осыпалось вниз по склону – камешек, может, или гравий из-под подошвы.

Замер. Прислушался.

Эти звуки мог издать кто угодно – зверёк потревожил осыпь, камень сорвался от усадки породы – вулкан дышит, такое тут постоянно, ветер с моря качнул куст железного вяза у входа.

Но у меня было то, чего нет ни у зверька, ни у ветра – духовное Эхо.

Присел, сам не знаю зачем, просто инстинктивно, чтобы стать ниже, незаметнее. Закрыл глаза. Раскинул нити восприятия.

Фон Ци пришёл сразу.

Твёрдый. Крепкий. Сгусток плотный, как кулак.

И ещё один, рядом.

И ещё.

Трое идут сюда. Двигаются осторожно, но уверенно – практики, без вариантов. Не угольщики, не охотники на вепрей и не те портовые наемники, во всяком случае, не в том же составе. Сила в этих сгустках слишком ровная и собранная.

Бросил взгляд на очаг. Пламя весело лизало горсть угля – выдавало меня с потрохами, светило в самый зев входа, как маяк.

Резко взмахнул рукой в сторону огня. Ладонь сама вытолкнула волну – холодную, морозную, с тем самым белёсым паром. Дуновение ударило по пламени.

Шипение. Огонь резко осел, скорчился и погас, оставив только струйку пара над почерневшими углями. Каверна мгновенно провалилась во мрак.

Замер.

Чёрт, это сделал я – только что потушил огонь на расстоянии холодом.

Не время удивляться.

Практики приближались – фон Ци становился всё отчётливее. Шли в мою сторону, и теперь уже сомнений не оставалось: они знают, куда идут. Знают про штольню.

Кто это? Гало вернулся со свежей подмогой? Или Совет Искр всё-таки прислал своих, разнюхав про Камень? А может, наёмники – те самые «Дымящийся» и его напарник, что шептались о ночном грабеже в городе?

Вариантов много. Хороших – ни одного.

Быстро закинул камень к себе во внутренний карман-кошель. Пригнулся ниже, скользнул вдоль стены. Камень за пазухой ровно толкался в рёбра, как второе сердце, давая дополнительные силы.

Я готов встретить вас, господа.

Кто бы вы ни были.

Продолжение: /reader/581300/5529800