Дорога охотника (СИ)

Текст добавлен: 15 февраля 2026, 15:00

Текст книги "Дорога охотника (СИ)"

Автор книги: Ян Ли

Жанры:

РеалРПГ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Назад к карточке книги

Нет. Не так. Не здесь. Не от этих тварей.

Что-то внутри – то самое, первобытное упрямое и злое – взорвалось яростью.

Рывок. Вырвал правую руку из захвата – так резко, что услышал хруст чужих пальцев. Схватил гоблина с ножом за горло, сжал. Он захрипел, выронил нож. Я продолжал сжимать – всё сильнее, сильнее, пока не почувствовал, как что-то хрустнуло под пальцами. Тело обмякло.

Остальные отпрянули – на секунду, на долю секунды. Этого хватило.

Я схватил выпавший нож – весь из того же говняного металла – и полоснул ближайшего по ногам. Он взвизгнул, упал. Следующий получил клинком в живот.

Трое осталось. Нет, четверо – один из тех, кого я ударил раньше, уже поднялся. Они отступили, перегруппировываясь. Я попытался встать – нога не держала. Кровь хлестала из раны на бедре, заливая землю.

Плохо. Очень плохо.

Гоблины переглянулись. Видимо, решали – атаковать или ждать, пока я истеку кровью сам.

Я не собирался давать им этот шанс. Метнул нож – не целясь особо, просто в направлении ближайшего. Попал в плечо. Не смертельно, но достаточно, чтобы он завыл и схватился за рану. Пока они отвлеклись – рванул в сторону. Не побежал – побежать я не мог. Похромал, поковылял, опираясь на деревья, постепенно разгоняясь – уже за пределами собственных сил.

За спиной приближались крики, пидары не собирались отпускать жертву.

Я ломился через заросли, не разбирая дороги. Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги. Раненое бедро горело огнём, каждый шаг был пыткой. Не уйду. С такой раной не уйду. Нужно укрытие. Место, где можно спрятаться, переждать.

Впереди – овраг. Тот самый, вдоль которого я шёл раньше. Крутой склон, заросший кустарником, на дне – камни и упавшие деревья. Не раздумывая, я прыгнул вниз.

Акробатика мне бы не помешала сейчас, ох как бы не помешала. Но у меня её не было, этого таланта, так что приземление получилось… так себе. Откровенно хреновым оно получилось. Покатился по склону, врезаясь в камни и корни. Что-то хрустнуло – не знаю, кость или ветка. Боль накрыла волной, в глазах потемнело. Остановился на дне оврага, лицом в грязь. Попытался встать – не получилось. Руки тряслись, ноги не слушались.

Сверху донеслись голоса. Гоблины стояли на краю оврага, что-то обсуждали. Видимо, решали, стоит ли лезть вниз за добычей. Я пополз. Не знаю, куда – просто прочь, подальше от них. Локтями, коленями, царапая землю ногтями.

Впереди – нагромождение камней. Щель между ними – узкая, тёмная. Достаточно большая, чтобы втиснуться.

Я втиснулся.

Боль, темнота, запах сырой земли. Я лежал, скрючившись, пытаясь не стонать, не дышать слишком громко.

Снаружи – звуки. Шаги, голоса. Гоблины спустились в овраг, искали меня. Охотничий инстинкт отслеживал их – четыре точки, движущиеся хаотично. Ближе. Дальше. Снова ближе. Одна прошла совсем рядом – я слышал дыхание, чувствовал вонь. Инстинктивно перестал дышать, замер, превратился в камень.

Шаги удалились. Потом – крики. Кто-то звал остальных. Они собрались, о чём-то поспорили, и… ушли?

Да. Уходят, удаляются. Инстинкт фиксировал, как четыре точки поднимаются по склону, отдаляются, исчезают из зоны восприятия. Ушли. Не нашли.

Я позволил себе выдохнуть. Потом – застонать. Потом – осмотреться, насколько позволяла теснота укрытия. Темно. Сыро. Воняет плесенью и чем-то ещё – может, дохлой крысой, может, моей собственной кровью.

Раны. Надо проверить, что там раны.

Бедро – хуже всего. Глубокий прокол, копьё прошло насквозь. Кровь всё ещё текла, хотя и медленнее. Регенерация работала, но не успевала справиться с повреждением.

Рёбра – болят при дыхании. Сломаны? Ушиблены? Не знаю. Дышать больно, но можно.

Левая рука – царапины, ссадины. Ерунда.

Спина – ушиб от первого удара. Терпимо.

Голова – гудит, в глазах мелькают звёздочки. Сотрясение? Возможно.

В целом – я был жив. Это уже немало. Но надолго ли?

Если не остановить кровотечение – истеку за пару часов. Регенерация хороша, но не всесильна. Ей нужно время и ресурсы – а у меня не было ни того, ни другого. Я нащупал сумку – каким-то чудом она осталась на плече. Внутри – остатки припасов, фляга с водой, полоски грязной ткани для перевязки. В темноте, в тесноте, с дрожащими руками – это было то ещё развлечение. Но я справился, хоть и кое-как. Тряпки пропитались кровью почти мгновенно, но давление помогло – поток замедлился, и судя по ощущениям края стали стягиваться корочкой.

Теперь – вода, нужно пить. Много пить, чтобы восполнить потерю жидкости.

Выдул полфляги, жадно, захлёбываясь. Потом откинулся назад, прижавшись к холодному камню. Всё тело трясло – то ли от холода, то ли от шока. Зубы стучали, руки не слушались.

Плохо. Очень плохо. Мне нужна помощь. Нужно тепло, еда, отдых. Но помощи не будет. Никто не придёт. Я один – в чужом мире, в яме под камнями, истекающий кровью.

– Не сдохнешь, – прошептал я сам себе. – Слышишь? Не сдохнешь. Ты уже столько пережил, не для того, чтобы подохнуть в какой-то норе.

Регенерация работала – я чувствовал знакомое тепло в ранах. Медленнее, чем хотелось бы, но работала. Если продержусь до утра – шансы резко вырастут.

Если продержусь.

Достал из сумки кусок вяленого мяса, начал жевать. Безвкусно, жёстко – но калории нужны для регенерации. Ел механически, не ощущая вкуса, просто заталкивая в себя топливо. Потом – ещё воды. Потом – попытка устроиться поудобнее в этой каменной щели.

Темнота сгущалась. То ли наступала ночь, то ли я периодически терял сознание – понять не получалось.

Перед глазами поплыли системные сообщения:

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ ЗДОРОВЬЯ

РЕКОМЕНДУЕТСЯ: НЕМЕДЛЕННЫЙ ОТДЫХ И ВОССТАНОВЛЕНИЕ

РЕГЕНЕРАЦИЯ АКТИВНА: СКОРОСТЬ ВОССТАНОВЛЕНИЯ СНИЖЕНА ИЗ-ЗА ИСТОЩЕНИЯ

Первая мысль спросонья была – «На кой хер я вообще сюда полез?»

Ни лута, ни опыта, ни ачивок – только пиздюлины.

Но я был жив. Это главное.

Сколько прошло времени? Судя по свету, пробивающемуся в щель между камнями – утро. Или день. Не знаю. Осторожно, очень осторожно выполз из укрытия. Каждое движение отзывалось болью, но вполне терпимой. Регенерация славно поработала за ночь.

Осмотрелся. Овраг был пуст. Никаких гоблинов, никаких звуков погони. Охотничий инстинкт подтвердил – в радиусе пятидесяти метров только мелкая живность.

Ушли. Действительно, ушли суки.

Я сел, привалившись к камню, и начал инвентаризацию повреждений. Бедро – рана затянулась корочкой. Ещё болит, но кровь больше не течёт. Двигаться можно, хоть и осторожно. Рёбра – ушиб, не перелом. Дышать больно, но уже легче. Остальное – мелочи. Царапины, ссадины, синяки. Ерунда по сравнению с тем, что могло быть.

Проверил снаряжение. Копьё – потерял. Булава – потерял. Лук со стрелами – каким-то чудом не выпал и не сломался. Сумка – на месте, но припасов осталось на один перекус.

В общем – в полной жопе, но все еще жив. Что уже неплохо.

Теперь – что делать дальше?

Вернуться в лагерь? Вроде бы логично. Там припасы, оружие, укрытие. Но гоблины могли выследить расположение лагеря, могли устроить засаду. С другой стороны – без нормального снаряжения я не выживу. Лук и полфляги воды – это не совсем подходящий арсенал для выживания в диком лесу.

Решено. Возвращаюсь в лагерь. Осторожно, аккуратно, готовый к любым неожиданностям.

Глава 10

Путь обратно занял почти весь день.

Не потому что далеко – потому что я двигался как черепаха. Как беременная черепаха в гипсе. Каждые пятьдесят метров останавливался, прислушивался, чуть ли не принюхивался. Паранойя? Возможно. Но учитывая, что совсем недавно кто-то получил знатных пиздюлей, паранойя была вполне оправданной.

Раненое бедро пульсировало болью при каждом шаге. Регенерация работала, но медленно – слишком много повреждений за слишком короткое время. Организм просто не успевал восстанавливаться. Соблазн вложить имеющиеся очки в выносливость был, и ещё какой… но перк за силу… но больше шансов не сдохнуть прямо сейчас…

Жрать хотелось неимоверно. Последний кусок вяленого мяса я сожрал ещё утром, и с тех пор желудок устраивал концерты, достойные симфонического оркестра. Урчание, бульканье, периодические спазмы – полный набор.

– Потерпи, родной, – бормотал я, поглаживая живот. – Фигня осталась. Будет тебе еда. Много еды. Ну, относительно много.

Живот не впечатлился обещаниями и продолжил свой концерт.

К полудню повезло – наткнулся на заячью тропу. Свежий помёт, примятая трава. Значит, где-то рядом норы. Я присел в разлапистых кустах, насколько смог, затаился, вынул лук и начал ждать.

Двадцать минут неподвижности. Сорок. Час.

Уже появилась мысль, что даже если ничего не добуду, то хоть отдохнул… но наконец-то увидел серое пятно между ветками. Заяц. Крупный, жирный, явно готовый к зиме. Он вышел на полянку осторожно, нюхая воздух, но ветер дул в мою сторону.

Я натянул тетиву медленно, плавно. Целился в грудь – не в голову, слишком мелкая цель при моём состоянии, да ещё и с моим навыком… вернее, его отсутствием. Выдох. Пальцы разжались.

Тетива больно щёлкнула, стрела свистнула. Зверёк дёрнулся и рухнул на бок. Чистое попадание.

– Спасибо за понимание, товарищ заяц, – пробормотал я, прихрамывая к добыче.

Разделка заняла пару минут. Трофейным ножом вспорол брюхо, вытащил внутренности – печень, почки, лёгкие и сердце отложил отдельно, они пойдут первыми. Шкуру снимать не стал – тушку потащу целиком, не бросать же.

Теперь костёр. Но не абы какой.

Собрал сухой хворост – тонкую кору, мелкие ветки чего-то околохвойного, сухую траву. Выкопал ножом небольшую ямку, выложил дно плоскими камнями. Трут уложил горкой, поверх – щепки пирамидкой, затем ветки потолще. Поджёг с помощью лука и трута – всего минут за десять.

Пока костёр набирал силу, я заострил пару толстых веток – импровизированные вертелы. На них нанизал печень и сердце, на второй – куски мяса с задней лапы. Воткнул их по краям костра под углом, чтобы мясо висело над углями, но не касалось пламени.

Минут через десять потрошки были готовы. Я стащил их с вертела, остудил пару секунд и впился зубами. Горячее, сочное, с лёгким привкусом дымка. Восхитительно. Вопрос паразитов оставался открытым… да и хрен с ними, лучше получить глистов, чем дырку от копья.

Костёр аккуратно засыпал землёй, ветки и требуху прикопал поглубже, насколько смог.

Можно идти дальше, даже приободрился слегка. Насколько, что решил отложить вопрос распределения статов.

К вечеру я наконец увидел знакомые очертания – тот самый ручей, та самая поляна, те самые заросли. Дом, милый дом.

Остановился, прислушался. Внимательно просканировал окрестности: мелочь в кустах, птицы в кронах, что-то копошится у воды. Никаких гоблинов. Никаких крупных хищников. Ну, теоретически.

Но расслабляться было рано.

Я обошёл лагерь по широкой дуге, проверяя подходы. Следы – только мои, старые, полустёртые дождём. Ловушки – три из пяти сработали, но добычу растащили падальщики. Периметр – не нарушен, сигнальные верёвки на месте.

Гоблины сюда не добрались. Пока.

Рухнул на лежанку, чувствуя, как всё тело гудит от усталости. Хотелось просто лежать и не шевелиться следующие лет пятьсот.

Но желудок был категорически против такого плана.

Кое-как поднялся, дополз до погреба. Внутри – остатки экспериментов по сушке ягод, немного вяленой рыбы, горсть орехов. Не пир, но на первое время хватит. Заяц, опять же.

Развёл костёр, поставил в него горшок с водой, докинул несколько раскалённых головешек. Пока вода закипала, допотрошил зайца и вкинул вместе с остатками ягод.

Регенерация требовала топлива, и я не собирался её разочаровывать.

Ночь прошла беспокойно.

Я просыпался каждые полчаса, прислушиваясь к звукам леса. Охотничий инстинкт должен был предупредить об опасности, но всё равно каждый шорох заставлял вздрагивать. Снились гоблины – зелёные морды с клыками, жёлтые глаза, блеск металлических ножей.

Под утро забылся тяжёлым сном без сновидений. Проснулся от того, что солнце било прямо в глаза.

Первая мысль: «Жив».

Вторая: «Жрать».

Третья: «Надо что-то делать с этой зелёной заразой».

Осмотрел себя. Бедро – зажило, только розовый шрам и лёгкая боль при движении. Рёбра – уже не болят. Мелкие царапины – исчезли полностью.

Регенерация, я тебя обожаю. Серьёзно. Выходи за меня.

Следующие три дня я провёл в восстановлении и подготовке.

Первый день – еда. Охота, рыбалка, сбор всего съедобного в радиусе километра. Ловушки принесли ещё двух зайцев и какую-то птицу размером с курицу. Острогой добыл пяток рыбин. Нашёл заросли тех самых орехов и набил полную сумку.

К вечеру погребок был… ну, не забит под завязку, но смотрелся гораздо лучше. Хватит на неделю, если умеренно экономить. На три дня – если жрать как не в себя, что при активной регенерации весьма вероятно.

Второй день – оружие. Новое копьё из той же породы дерева, с наконечником из клыка болотного охотника. И ещё одно копьё – запасное. Потому что терять единственное оружие в бою – это очень, очень хреновая идея, я проверял.

Потом – стрелы. Много стрел. Двенадцать штук у меня было, сделал ещё полтора десятка. Наконечники – из кости, кремня, даже из зубов тех тварей, что попадались в ловушки. Не все одинаково хороши, но летают и втыкаются – а что ещё надо?

На третий день вернулся к тому месту, где произошла первая стычка с гоблинами. Осторожно, с максимальной скрытностью, готовый драпать при первых признаках опасности.

Трупы были на месте. Вернее, то, что от них осталось – падальщики неплохо поработали. Кости, обрывки одежды, пустые глазницы.

Чуть замутило, но я заставил себя обыскать останки. Один из ножей, который я выронил в бою, валялся в траве. Ещё нашёл мешочек с какими-то камешками – то ли валюта, то ли амулеты, хрен разберёшь.

Но, вообще-то, я сюда не за этим пришёл.

Поиск следа показал картину: карательный отряд прошёл здесь дня два назад. Потоптались вокруг трупов, пошарились в окрестностях, потом двинулись… на запад? Да, на запад, в сторону от моего лагеря.

Искали меня, не нашли, ушли в другом направлении.

Тупые зелёные ублюдки.

Но расслабляться было рано. Они вернутся. Рано или поздно – вернутся. Или пошлют новый отряд. Или…

Или я сам к ним приду. Ведь пока эти твари существуют – я не смогу спокойно жить в этом лесу. Буду постоянно оглядываться, ждать нападения, бояться каждой тени.

Нахуй такую жизнь.

Решение пришло внезапно, как щелчок выключателя. Я не буду сидеть и ждать. Я буду действовать. Не штурмовать их лагерь в лоб – это даже для меня слишком тупо. Но есть же и другие методы.

Вьетконг не даст соврать.

Я охотник, в конце концов. Значит, буду охотиться.

Следующая неделя прошла в подготовке.

Изучал окрестности гоблинского поселения – издалека, с максимальной осторожностью. Запоминал тропы, по которым ходили их патрули. Отмечал места, где они собирали еду, охотились, рыбачили.

У них была система – не такие уж и дикари, как оказалось. Патрули выходили дважды в день – на рассвете и перед закатом. Охотничьи группы уходили на целый день, возвращались с добычей. Рыбаки работали у реки, обычно по двое-трое.

И везде – возможности для засады.

Первую ловушку я поставил на тропе, которую использовали патрули. Не силок, понятное дело, кое-что посерьёзнее. Яма глубиной почти до колена, дно утыкано заострёнными кольями, сверху – тонкие ветки и листья. Классика жанра, проверенная тысячелетиями человеческих войн. Копать пришлось чуть ли не час. Без лопаты, с помощью гоблинского же ножа и корявой ветки. В итоге ладони были стёрты до крови, спина не разгибалась, а колени отказывались сгибаться. Вот тут бы лишние очки силы были бы не лишними… с другой стороны, справился же.

– Добро пожаловать, гости дорогие, – маскируя яму, я вполне искренне радовался. – Приятного падения.

Вторую ловушку сделал у места, где гоблины рыбачили. Там берег был крутой, нависал над водой. Подкопал его так, чтобы обвалился от малейшего веса. Кто встанет на край – полетит вниз, на камни. Не смертельно, скорее всего. Но сломанные ноги – это тоже неплохо.

Третью… третью не успел. Потому что засёк троих гоблинов, двигающихся в мою сторону.

Я замер, вжавшись в кусты. Скрытность на максимум, дыхание замедлено, тело неподвижно.

Они прошли в двадцати метрах. Охотничья группа – с копьями, сетями, какими-то мешками. Переговаривались на своём мерзком языке, не подозревая, что за ними наблюдают. Надеюсь, что не подозревают.

Проводил их взглядом, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёмное и холодное. Трое. Всего трое. Без подкрепления, без связи с деревней.

Идеальная цель. Я последовал за ними. Не близко – метров пятьдесят, на пределе уверенного срабатывания охотничьего инстинкта. Достаточно, чтобы не потерять, недостаточно, чтобы заметили.

Они шли к реке. К тому самому месту, где я подкопал берег.

– Ну давайте, ребятки, – шептал я, пробираясь через заросли. – Папочка приготовил вам сюрприз.

Но они не пошли к подкопанному месту. Свернули раньше, к другому участку берега, более пологому и удобному.

Облом. Ладно. Значит, будем импровизировать.

Гоблины расположились на берегу, начали готовить снасти. Сети, какие-то крючки, копья с зазубренными наконечниками. Работали споро, привычно – явно не в первый раз. Обошёл их по дуге, занял позицию выше по течению. Деревья здесь росли близко к воде, давая отличное укрытие. До ближайшего гоблина – метров тридцать. Достал лук, наложил стрелу.

Руки не дрожали. Странно – я думал, будет сложнее. Всё-таки это не монстры, это… ну, почти люди. Разумные существа. Которые хотели меня, в лучшем случае, ограбить. Которые убивают людей и насаживают их головы на колья.

Первая стрела ушла с тихим свистом.

Попал. Не идеально – целился в шею, попал в плечо. Но гоблин взвыл, схватился за рану, выронил сеть.

Двое других среагировали мгновенно – развернулись, заозирались, выхватили оружие. Но меня не видели – слишком далеко, слишком хорошее укрытие.

Вторая стрела. На этот раз – в цель. Ближайший гоблин получил её в грудь, захрипел и рухнул в воду.

Двое осталось. Один ранен, один целый.

Целый заорал что-то на своём языке и ринулся в мою сторону. Быстро, очень быстро уродец – но бежать тридцать метров по неровному берегу, это время.

Время на ещё две стрелы.

Первая – мимо. Он увернулся, тварь шустрая. Вторая – в живот. Не смертельно сразу, но достаточно, чтобы он споткнулся, упал, покатился по земле, зажимая рану. Раненый в плечо даже не попытался атаковать. Развернулся и побежал – прочь, в сторону деревни.

Нельзя дать уйти. Я уже убедился, что это вредно для моего самочувствия. Стрела отправилась вдогонку. Попала в спину, между лопаток. Гоблин дёрнулся, сделал ещё пару шагов по инерции и рухнул лицом в грязь.

Я выждал минуту, прислушиваясь. Охотничий инстинкт показал: два угасающих сигнала, один – совсем слабый. Больше никого в радиусе восприятия. Вышел из укрытия, подошёл к ближайшему – тому, что со стрелой в животе. Он ещё был жив, смотрел на меня снизу вверх жёлтыми глазами, полными боли и ненависти.

Что-то прохрипел. Проклятие? Мольба о пощаде? Не знаю. Не завезли в мою Систему переводчика… наверное, только за донат.

Достал нож – тот самый, гоблинский, металлический – и перерезал ему горло. Быстро, чисто. Не из жалости – из практичности. Чем быстрее он сдохнет, тем меньше шума.

Кровь брызнула на руки, горячая и липкая.

Проверил остальных – мертвы. Обыскал тела, забрал всё полезное: оружие, мешочки с камешками, какие-то амулеты. Потом оттащил трупы подальше от воды, забросал ветками. Чем дольше они не найдут тела, тем лучше.

НАВЫК ПОЛУЧЕН: СТРЕЛЬБА (УР. 1)

– Ну наконец-то, – вытер я руки о траву. – Могли бы и раньше, кстати.

Вслушался в новый навык, попробовал прицелиться – появилось интуитивное понимание траекторий, ветра, упреждения при стрельбе по движущейся цели. Ничего конкретного, просто ощущение. Но полезное.

Возвращался в лагерь кружным путём, запутывая следы. Параноя? Да, снова. И снова – оправданная.

Вечером сидел у костра, перебирая трофеи. Три копья – неплохие, с железными наконечниками. Два ножа – тоже железные, один почти новый. Мешочки с камешками… присмотрелся внимательнее.

Не камешки. Монеты. Грубо отлитые, грязные, неровные, но явно монеты – с какими-то символами на обеих сторонах.

– Интересно, – пробормотал я, вертя монету в пальцах. – У них есть экономика?

Если есть монеты, значит, есть торговля. Если есть торговля, значит, они контактируют с кем-то ещё, торгуют с ними. С другими гоблинскими племенами? С людьми?

С теми людьми, чьи головы на кольях? Может, это у них такая программа защиты прав потребителей?

Мысль была интересной. Если гоблины торгуют с людьми – значит, где-то есть человеческое поселение. И либо оно далеко, либо люди там знают про гоблинов и как-то с ними уживаются.

Амулеты оказались интереснее. Костяные побрякушки с вырезанными символами. Один из них – череп какой-то мелкой твари, разрисованный красной краской.

Религия? Магия? Просто украшения?

Система никак не реагировала на амулеты. Ни описания, ни подсказок. Либо это просто хлам, либо у меня нет нужного навыка для идентификации. Ещё вариант – здесь пригодились бы загнанные под шконку мудрость с интеллектом, да.

Сложил всё в сумку, решив разобраться позже. Сейчас было важнее другое.

Три гоблина мертвы. Три рыбака, которые не вернутся в деревню.

Что сделают остальные?

Пойдут искать? Выставят усиленные патрули? Или решат, что рыбаки стали жертвой хищника, плюнут и забудут?

Скоро узнаем.

Следующие два дня я наблюдал за деревней.

Они нервничали. Патрули выходили чаще, группами по четыре-пять особей вместо обычных двух-трёх. Рыбаков не отправляли вообще – видимо, поняли, что что-то не так. Но тела не нашли. Хорошо спрятал, получается.

На третий день один из патрулей попал в мою яму.

Я не видел этого – услышал. Далёкий вопль, потом ещё один, потом – крики, топот, суета. Охотничий инстинкт показал множество сигналов, сбегающихся в одну точку.

– Ага, попались, пидорюги, – пробормотал я с мрачным удовлетворением.

Потом, когда всё успокоилось, осторожно подобрался поближе, чтобы оценить результат.

Яму успели отметить вешками, гоблин всё ещё лежал рядом – живой, к сожалению, но явно этой жизнью недовольный, судя по неестественно вывернутой ноге.

Итого: три гоблина убито за неделю, минимум один ранен. При моих нулевых потерях.

Неплохое начало.

НАВЫК ПОВЫШЕН: УСТАНОВКА ЛОВУШЕК УР. 3 → УР. 4

Вернулся в лагерь, чувствуя странную смесь эмоций. Удовлетворение от успеха. Тревога – потому что теперь они точно знают, что кто-то на них охотится. И что-то ещё, что я не мог определить. Может, это и есть та самая «охотничья лихорадка», о которой писали в книжках? Азарт погони, радость от удачной охоты? Только добыча – разумная. И это немного… напрягало. И совсем чуть-чуть пугало.

На следующий день гоблины нанесли ответный удар.

Я наблюдал издалека, как три группы по шесть-семь особей прочёсывали окрестности. Шли цепью, переговариваясь криками, проверяя каждый куст.

Тактика простая, но эффективная.

Скрытность на максимум, охотничий инстинкт показывает позиции всех групп. Я двигался между ними, как призрак – там, где они уже прошли, там, где не ждут. Один раз чуть не попался – гоблин развернулся раньше, чем я ожидал, едва не наткнулся на меня носом. Я замер, прижавшись к дереву, и он прошёл мимо, буквально в метре. Сердце колотилось так громко, что, казалось, весь лес слышит.

Но он не услышал. Не заметил. Ушёл.

НАВЫК ПОВЫШЕН: СКРЫТНОСТЬ УР. 2 → УР. 3

ПОЛУЧЕНА СЛУЧАЙНАЯ СПОСОБНОСТЬ: КАМУФЛЯЖ

Находясь в естественной среде (лес, горы, болото), ваше тело автоматически принимает окраску окружения. Эффект усиливается при неподвижности, но работает даже в движении. Не делает вас невидимым, но значительно затрудняет обнаружение.

Звучит круто, выглядит эффектно, но насколько это практично? В лесу – отлично. В городе или помещении – бесполезно. Хотя я пока в городе и не был, так что…

К вечеру гоблины вернулись в деревню. Злые, уставшие, ни с чем. А я сидел в своём лагере, в десяти километрах от них, и планировал следующий ход.

Игра продолжалась.

Прошло ещё две недели.

Две недели партизанской войны. Две недели засад, ловушек, редких столкновений.

Счёт: семь гоблинов убито, неизвестно сколько ранено. Мои потери: пара царапин, один раз чуть не поймали.

Они боялись выходить из деревни. Патрули сократились до минимума, охотничьи группы не отправлялись вообще. Сидели за своим хлипким частоколом и ждали.

Ждали меня? Или помощи откуда-то?

На пятнадцатый день я решил, что пора заканчивать. Не потому что устал – хотя устал, конечно. Постоянное напряжение, постоянная охота, постоянный страх. Это выматывало. Но ещё и ситуация изменилась.

Охотничий инстинкт засёк их ещё на подходе – большая группа, человек… то есть гоблинов тридцать, может, больше. Двигались с юга, к деревне. Подкрепление. Из другого племени, из другой деревни – не знаю. Но их было много. Слишком много для меня одного.

– Ну вот и всё, – пробормотал я, наблюдая из укрытия, как новые гоблины входят в деревню. – Время сваливать.

Это было разумное решение. Правильное решение. Я сделал всё, что мог – ослабил врага, проредил их ряды, сам прокачался. Но против полусотни вооружённых тварей у меня не было шансов. Пора искать новое место. Подальше от гоблинов, поближе к людям – если они этом мире не окажутся хуже гоблинов.

Вернулся в лагерь, начал собирать вещи. Всё самое ценное – оружие, припасы, инструменты. Остальное – костровище, постройки, ловушки – придётся бросить.

Жалко. Столько труда вложено…но жизнь дороже.

К утру я был готов. Полная сумка припасов, лук со стрелами, два копья (основное и запасное), булава, три ножа. Броня из чешуи болотного охотника. Накидка из шкур. Выглядел я как герой постапокалиптического фильма. Безумный Лесник: Дорога Гоблинов. Но это был мой стиль, и я им гордился.

ДОСТИЖЕНИЕ РАЗБЛОКИРОВАНО: «ПАРТИЗАН»

Вы в одиночку терроризировали целое поселение на протяжении двух недель. Ваши методы неоднозначны, ваша мораль сомнительна, но результаты говорят сами за себя.

НАГРАДА: +1 ко всем боевым навыкам

ИМЯ:???

УРОВЕНЬ: 8

КЛАСС: ОХОТНИК

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 10

Ловкость: 14

Выносливость: 21

Интеллект: 6

Мудрость: 6

Восприятие: 15

Доступно очков характеристик: 5