Текст книги "Дорога охотника (СИ)"

Автор книги: Ян Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Вожак поднял голову, оскалился. Принюхался снова.

И посмотрел прямо на меня.

Время остановилось.Я не дышал. Не двигался. Даже сердце, казалось, перестало биться. Мы смотрели друг на друга – жёлтые глаза хищника и мои, человеческие. Секунда. Две. Три. Вожак фыркнул, отвернулся и потрусил дальше. Стая последовала за ним.

Я выдохнул только когда последний загонщик скрылся за поворотом реки.

– Ах ты ж ебаный ты нахуй, – прошептал я, чувствуя, как вылетает из груди сердце. – И другие удивительные истории…

Камуфляж сработал. Или вожак решил, что я не стою усилий. Или просто я невкусно пах. Не знаю. И не хочу знать. Но оставаться здесь больше нельзя. Они знают, что здесь есть что-то интересное. Могут вернуться. Могут привести других… хотя мне и этих с головой хватит. Собрал лагерь где-то за двадцать минут – рекорд, между прочим. Закинул сумку на плечо, проверил оружие. И двинулся дальше вдоль реки, стараясь держаться подальше от воды.

Следующая неделя превратилась в бесконечный марафон. Я шёл. Ел. Спал – урывками, в самых неожиданных местах, никогда дольше нескольких часов. Охотился, когда удавалось, голодал, когда нет. Прятался от хищников, обходил опасные участки, постоянно двигался.

Лес не становился приветливее. Скорее наоборот – чем глубже я забирался, тем более… чужим он казался. Деревья здесь росли какие-то неправильные. Стволы закручивались спиралями, ветви переплетались в немыслимые узоры, кора отливала странными оттенками – от тёмно-фиолетового до болезненно-жёлтого.

И грибы. Грибы были везде. Не те милые подберёзовики и лисички из земных лесов, нет. Огромные, светящиеся в темноте, шляпки размером с зонтик. Колонии мелких поганок, покрывающие целые поляны ядовито-розовым ковром. Что-то вроде плесени, растущей прямо на живых деревьях, пульсирующей слабым светом.

Идентификация флоры работала безотказно, но оптимизма не внушала:

ГРИБ-СВЕТЛЯЧОК

Несъедобен. Споры вызывают галлюцинации.

КОВРОВАЯ ПОГАНКА

Ядовит. Контакт с кожей вызывает сыпь и зуд.

ДРЕВЕСНЫЙ ПАРАЗИТ

Условно съедобен. Требует длительной термической обработки. Побочные эффекты: временное снижение восприятия.

– Да уж, – обходил я очередную россыпь светящихся шляпок, – грибочки тут знатные. Шаурмячники бы оценили.

Впрочем, не все грибы были бесполезны. На пятый день нашёл колонию чего-то, что система определила как «Рыжий губчатник». Съедобен, безопасен, вкус – «нейтральный». После недели на вяленом мясе и случайной рыбе даже «нейтральный» вкус казался деликатесом.

Набрал целую сумку, зажарил на костре. Текстура как у омлета, вкус как у… ну, примерно никакой. Но желудок был доволен, и не только.

НАВЫК ПОВЫШЕН: ВЫЖИВАНИЕ УР. 8 → УР. 9

Во век не сбиться нам с пути, нам пофигу куда идти… это плохая идея, неправильная.

Нет, серьёзно. Река, вдоль которой я шёл наугад, разделилась на три рукава, потом каждый из рукавов разделился ещё на несколько, и в итоге я оказался посреди болотистой дельты, где вода была везде, а суши – нигде.

– Приплыли, – резюмировал я, стоя по колено в мутной жиже.

Болото. Настоящее, классическое болото – с трясинами, камышами, гнилостным запахом и комарами размером с воробья. Комары, кстати, были особенно мерзкими. Не просто кусались – впивались, как пиявки, и отдирать их приходилось с кусками кожи.

Охотничий инстинкт показывал множество сигналов под водой. Что-то плавало там, в мутной глубине. Что-то большое, холодное, голодное.

– Так, ладно, – сказал я себе. – Без паники. Просто найди сухое место и подумай.

Сухое место нашлось через час поисков – небольшой островок, поросший какими-то кривыми деревцами. Не идеально, но лучше, чем стоять в воде и ждать, пока что-нибудь откусит ногу.

Забрался на островок, отдышался. Огляделся.

Болото тянулось во все стороны, насколько хватало взгляда. Туман висел над водой, скрывая горизонт. Где-то булькало, где-то что-то плескалось. Периодически над поверхностью появлялись пузыри – большие, маслянистые, лопающиеся с противным звуком.

– Отлично, – пробормотал я. – Просто отлично. Из леса в болото. Прогресс налицо.

Ночевать здесь было… неуютно. Мягко говоря. Островок был крошечным, деревья – хилыми, укрытия никакого. Костёр развести удалось, но топлива было мало, и огонь постоянно грозил погаснуть.

А ночью началось самое интересное.

Болото ожило. Отовсюду доносились звуки – плеск, бульканье, какое-то странное уханье. Светящиеся точки мелькали в тумане – не грибы, что-то другое. Глаза? Может быть. Охотничий инстинкт показывал движение со всех сторон. Что-то кружило вокруг островка. Много чего. Но не приближалось – держалось на расстоянии, наблюдало.

Я не спал всю ночь. Сидел у костра, держа копьё наготове, и смотрел в темноту. Иногда мне казалось, что я вижу силуэты – низкие, приземистые, скользящие по воде без единого всплеска. Иногда – что слышу шёпот. Но это, наверное, был просто ветер. Наверное. К утру я был измотан. Глаза слезились от недосыпа, голова гудела, в мышцах накопилась свинцовая усталость. Но останавливаться было нельзя – надо выбираться из этого проклятого болота. Направление… где север? Где восток? В тумане все стороны казались одинаковыми. Солнце пробивалось сквозь облака тусклым пятном, не давая чёткого ориентира.

Поиск следа… бесполезен. На воде следов не остаётся.

– Ладно, – сказал я. – Будем действовать по-старому. Выбираем направление и идём.

Двинулся туда, где туман казался чуть светлее. Может, там суша. Может – просто игра света. Узнаю, когда дойду.

Три дня по колено, по пояс, иногда по грудь в мутной воде. Три дня, перепрыгивая с кочки на кочку, проваливаясь в трясину, вытаскивая себя за волосы – в буквальном смысле, один раз пришлось ухватиться за собственные патлы, чтобы не уйти с головой.

Комары жрали заживо. Пиявки – те самые, похожие на мурен – водились здесь в изобилии и были совсем не прочь попробовать человечины. Один раз пришлось отдирать тварь размером с предплечье, которая присосалась к бедру. Заодно убедился, что все-таки это именно пиявки – крови высосано было доху… много, в смысле.

Еда закончилась на второй день. Голод терзал, но есть здесь было нечего. Вернее, было – всякая болотная живность, – но ловить её у меня не получалось. Рыба здесь была быстрой и пугливой, лягушки (или что-то на них похожее) прыгали прочь при малейшем движении.

На третий день я был на грани. Голодный, измотанный, покрытый укусами и царапинами. Регенерация работала, но ей нужны были ресурсы, которых у организма не осталось.

И тут увидел берег. Настоящий, твёрдый берег. Сухую землю, поросшую травой. Деревья – нормальные, не те болотные уродцы. Солнечный свет, пробивающийся сквозь кроны.

– Да! – заорал я, плюхаясь на траву. – Да, блядь! Выбрался!

Лежал на спине, раскинув руки, и просто дышал. Смотрел в небо, где плыли белые облака. Слушал пение птиц – нормальных птиц, не болотных тварей.

Живой. Я живой. Еще и с прибытком.

ДОСТИЖЕНИЕ РАЗБЛОКИРОВАНО: «СКВОЗЬ ТРЯСИНУ»

Вы пересекли Гнилую Трясину – место, которое большинство разумных существ обходит за много лиг. Без карты, без проводника, почти без припасов. Поздравляем, вы либо очень везучий, либо очень упрямый. Скорее всего – и то, и другое. А вот насчет разумности есть некоторые сомнения.

НАГРАДА: +1 к выносливости, способность «Болотная стойкость» – сопротивляемость болезням и ядам повышена.

– Спасибо, блядь, за признание, – оценил я подгон.

Но, по правде говоря, награда была неплохой. Сопротивляемость болезням – это то, что надо после трёх дней в гнилой воде. Кстати да, вопрос со всякими бактериями… хотя, нет – если бы этот вопрос действительно стоял, я бы еще в первые дни благополучно помер от дизентерии. Тогда в чем смысл стойкости к болезням? Есть более мощные, пробирающие? У меня высокие статы и можно не боятся? Вопросы, вопросы…

В любом случае, первым делом – вода. Чистая вода, не болотная жижа – даже если мне оно и не вредно, просто достало. Нашёл ручей неподалёку, напился до звона в ушах, умылся, попытался отмыть одежду. Получилось так себе – грязь въелась намертво, но хоть запах стал терпимее.

Потом – еда. Срочно, немедленно, сейчас.

Охотничий инстинкт засек несколько мелких сигналов поблизости. Какая-то живность, не опасная. Я двинулся на перехват, стараясь не шуметь.

Белка. Ну, не совсем белка – хвост короче, уши круглые, шерсть с зеленоватым отливом. Но размер примерно тот же, и главное – съедобная.

Жарил её прямо там, у ручья, не в силах ждать… и не в этом смысле. Мясо было жёстким, волокнистым, с каким-то странным привкусом. Плевать. Я сожрал всё, включая внутренности – печень, почки, сердце. Регенерации нужны калории, и много. После еды стало легче. Мир перестал кружиться, в голове прояснилось, даже смог нормально осмотреться.

Лес был красивым. По-настоящему красивым, без всяких «но». Высокие деревья с изумрудной листвой, мягкий мох под ногами, цветы – яркие, разноцветные – на полянах. Птицы пели, бабочки порхали. Идиллия, блин.

Подозрительно.

Слишком хорошо. Слишком мирно. После всего, что я видел в этом мире, такое место казалось ловушкой.

Но охотничий инстинкт молчал. Никаких угроз поблизости. Только мелкая живность и… пустота. Странная, неестественная пустота там, где должны быть крупные хищники.

– Ладно, – сказал я. – Посмотрим, что тут за подвох.

Подвоха не было.

Вернее, я его так и не нашёл. Провёл в этом «райском» лесу пять дней, ожидая подставы на каждом шагу. Но её не было. Дичи здесь было в избытке. Зайцы, «белки», какие-то птицы размером с фазана – всё это буквально выпрыгивало под ноги. Как будто местная живность никогда не видела охотника и не знала, что людей надо бояться. Может, и не видела. Может, я первый человек, который забрёл так далеко.

Мысль была… странной. И немного пугающей. Если люди сюда не заходят – значит, есть причина. Может, я просто ещё не нашёл эту причину. Но пока – пока я наслаждался передышкой. Разбил нормальный лагерь. С укрытием, с костровищем, с местом для хранения припасов. Поохотился, порыбачил, набрал грибов и ягод. Запасы росли, силы восстанавливались.

Кольчугу Торвина починил – как смог, без кузнечных инструментов. Заменил порванные кольца кусками проволоки, которую выплавил из гоблинских ножей. Получилось криво, но вроде держалось.

НАВЫК ПОВЫШЕН: РЕМЕСЛО УР. 6 → УР. 7

На третий день нашёл что-то интересное. В роли интересного сегодня были руины. Старые, заросшие, почти полностью скрытые лесом. Каменные стены, провалившаяся крыша, остатки какой-то кладки. Что-то вроде дома или небольшого храма – сложно сказать.

Охотничий инстинкт молчал. Никаких живых существ внутри.

Я осторожно, по миллиметру приблизился, осматривая каждый камень. Следов недавнего присутствия не было – всё заросло мхом и травой, пауки сплели паутину в каждом углу.

Внутри – пусто. Только обломки камня, куча листьев, какие-то полусгнившие остатки. Ничего ценного… на первый взгляд.

Поиск следа подсказал: под слоем мусора что-то есть. Что-то металлическое.

Начал раскапывать – осторожно, не зная, что найду. Может, ловушку. Может, чью-то могилу. Может…

Сундук. Маленький, ржавый, с сорванным замком. Кто-то открывал его до меня, причём давно – металл проржавел насквозь. Внутри – остатки ткани, какие-то истлевшие бумаги и… хуй.

Самый настоящий – очень узнаваемый силуэт, выложенный из соржавевших звеньев цепочки, видимо ранее опоясывавшей сундук.

Не… ну, в принципе, смешно. Чувствовалась за всем этим какая-то история.

Глава 13

Путь на юг занял ещё неделю.

Лес здесь был густым, труднопроходимым, но относительно безопасным. Крупных хищников я не встречал, только мелочь. Еды хватало, воды – тоже. Шёл не торопясь, восстанавливая силы после болота. Охотился, собирал, делал запасы. И на очередном зайце невидимая полоска опыта наконец заполнилась. Даже две.

НАВЫК ПОВЫШЕН: СТРЕЛЬБА УР. 2 → УР. 3

ПОЛУЧЕНА СПОСОБНОСТЬ: УПРЕЖДЕНИЕ – вы инстинктивно предугадываете движение цели, повышая точность стрельбы по движущимся объектам.

И пускай теперь хоть кто-то усомнится, что я настоящий охотник. Застрелю нахер.

С учётом награды за болото выносливость уже достигла двадцати четырёх, так что выбор был очевиден. Ну и ещё одно очко в восприятие – просто потому что.

ХАРАКТЕРИСТИКА ВЫНОСЛИВОСТЬ ДОСТИГЛА ПОРОГОВОГО ЗНАЧЕНИЯ 28

ДОСТУПЕН ВЫБОР ТАЛАНТА

СЛЕДУЮЩИЙ ВЫБОР ТАЛАНТА БУДЕТ ДОСТУПЕН ПРИ ДОСТИЖЕНИИ ЗНАЧЕНИЯ 56

Двадцать восемь. Серьёзная цифра, красивая. Вдвое больше, чем для первого таланта в этой характеристике. Логично предположить, что и варианты будут посерьёзнее.

Не ошибся, кстати.

1. НЕУЯЗВИМЫЙ

Ваше тело достигает предела человеческой прочности и выходит за него. Вы способны выдержать удары, которые убили бы обычного человека, продолжать сражаться с ранами, от которых другие потеряли бы сознание. Болевой порог повышен вдвое. Шанс получить критическое ранение снижен. Вы можете игнорировать эффекты, вызывающие оглушение или потерю сознания.

2. АДАПТИВНЫЙ МЕТАБОЛИЗМ

Ваш организм адаптируется к любым условиям. Экстремальный холод или жара наносят меньше урона. Вы способны переваривать практически любую органику без вреда для здоровья. Потребность в еде и воде снижена вдвое. Яды и болезни действуют на вас в три раза слабее и выводятся из организма в пять раз быстрее.

3. ВТОРОЕ СЕРДЦЕ

В вашем теле формируется дополнительный орган, дублирующий функции сердца. Вы способны пережить ранения, которые для других смертельны. Потеря крови при ранениях замедлена вдвое. При критическом падении здоровья активируется аварийный режим, позволяющий действовать ещё 10 минут даже с несовместимыми с жизнью травмами. После активации аварийного режима требуется длительное восстановление.

4. НЕУТОМИМЫЙ

Усталость становится для вас чужим понятием. Вы способны бежать, сражаться или работать сутками без отдыха. Запас выносливости увеличен втрое. Восстановление сил происходит в два раза быстрее. Сон требуется только раз в три дня, при этом четырёх часов достаточно для полного восстановления.

Четыре варианта. Четыре способа стать ещё менее убиваемым – или более живучим, тут уж как посмотреть.

Я сидел на поваленном стволе, разглядывая системное окно, и пытался думать. Возможно, конечно, имей в интеллекте не шесть единиц, думалось бы лучше. Но думать все равно надо – от этого выбора зависело, как именно я буду не умирать в ближайшем будущем. Каждый вариант звучал круто. Каждый решал какую-то проблему. Вопрос – какую проблему я хочу решить больше всего?

Адаптивный метаболизм – штука полезная. Жрать всё подряд без последствий, меньше страдать от холода и жары, сопротивляться ядам. После той истории с болотом, где я чуть не сдох от голода и холода одновременно, это звучало привлекательно. Но… но это про выживание в спокойных условиях, когда непосредственная опасность миновала. Да и на случай заразы буквально недавно от достижения перепало.

Второе сердце – вот это серьёзно. Буквально запасная жизнь. Десять минут после смертельного ранения – это охренеть сколько. Можно добить врага, можно отползти, можно… да мало ли что можно за десять минут. Но формулировка настораживала. «После активации аварийного режима требуется длительное восстановление». Насколько длительное? День? Неделю? Месяц? Система, как обычно, не уточняла. А лежать беспомощным в лесу, полном тварей, которые хотят тебя сожрать, – так себе перспектива.

Неутомимый – тоже неплохо. Бегать сутками, спать раз в три дня, восстанавливаться вдвое быстрее. Для того, кто постоянно куда-то идёт, убегает или догоняет, – идеальный выбор. Но… у меня уже есть регенерация. И «Несокрушимый дух». И выносливость под тридцать единиц. Сколько ещё мне нужно выносливости, чтобы чувствовать себя в безопасности?

Остаётся Неуязвимый.

Я перечитал описание ещё раз, вдумчиво, по словам.

«Ваше тело достигает предела человеческой прочности и выходит за него».

Выходит за него. То есть – больше не человеческая прочность. Что-то сверх.

Мама, ты не понимаешь, я супермен.

«Вы способны выдержать удары, которые убили бы обычного человека».

Вспомнил болотного охотника. Его хвост, который едва не переломал мне рёбра. Когти, оставившие шрамы от плеча до локтя. Если бы тогда у меня был этот талант…

«Продолжать сражаться с ранами, от которых другие потеряли бы сознание».

Вспомнил сраных гоблинов. Копьё в бедре, кровь, хлещущую ручьём. Как я полз по оврагу, теряя сознание, едва не сдох в той каменной щели.

«Болевой порог повышен вдвое».

Очень даже кстати. Боль – это то, что замедляет, сбивает с толку, заставляет делать ошибки. Если я смогу её игнорировать – или хотя бы частично игнорировать…

«Шанс получить критическое ранение снижен».

Тоже неплохо. Хотя непонятно, как это работает – кости становятся крепче? Органы прячутся куда-то? Или просто Система решает, что вот этот удар почему-то не пробьёт печень?

«Вы можете игнорировать эффекты, вызывающие оглушение или потерю сознания».

Сколько раз я мог потерять сознание за последние недели? От боли, от потери крови, от удара по голове? Каждый раз это могло стоить жизни.

В общем, все в масть.

– Неуязвимый.

ВЫБОР ПОДТВЕРЖДЁН

ТАЛАНТ ПОЛУЧЕН: НЕУЯЗВИМЫЙ

Меня накрыло. Не побоюсь этого слова, жмыхнуло. Не боль, не дискомфорт – скорее… уплотнение? Укрепление? Как будто каждая клетка тела стала чуть плотнее, чуть крепче, чуть устойчивее. Кожа казалась той же на ощупь, но под ней словно появился дополнительный слой – невидимый, неосязаемый, но реальный.

Я сжал кулак. Обычное ощущение. Ударил по стволу дерева – не сильно, просто проверить. Костяшки не заболели. Вообще. Удар, который раньше оставил бы синяк, прошёл как… как ничего.

– Интересно, – пробормотал я, разглядывая руку.

Попробовал ещё раз – сильнее. Кора треснула, костяшки покраснели, но боль была… фоновой? Как будто я смотрел на неё со стороны, а не чувствовал напрямую.

– Очень интересно.

Проверять талант дальше не стал – не хватало ещё покалечиться ради эксперимента. Вместо этого обновил статус, полюбовался на новую строчку в списке талантов и начал собираться.

День только начинался, погода хорошая, а мне ещё предстояло решить, что делать дальше. Оставаться в этом райском лесу было соблазнительно – еда, вода, относительная безопасность. Но что-то подсказывало, что вечно прятаться не получится. Рано или поздно придётся выходить к людям, искать цивилизацию, налаживать контакты с этим миром по-настоящему.

А для начала – вернуться к тем руинам. Посмотреть внимательнее, обустроить нормальный лагерь. Каменные стены – это вам не шалаш из веток, даже если крыша провалилась.

Я закинул сумку на плечо и двинулся в путь, по пути изучая, что ж я теперь из себя представляю.

Статус

ИМЯ:???

УРОВЕНЬ: 9

КЛАСС: ОХОТНИК

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 14

Ловкость: 15

Выносливость: 28

Интеллект: 6

Мудрость: 6

Восприятие: 17

Доступно очков характеристик: 0

НАВЫКИ

Выживание: ур. 9

(способности: идентификация флоры, идентификация фауны)

Поиск следа: ур. 4

(способности: чтение следа)

Скрытность: ур. 4

(способности: камуфляж)

Ближний бой: ур. 5

(способности: чувство расстояния)

Ремесло: ур. 6

(способности: оценка материалов, понимание)

Установка ловушек: ур. 5

(способности: маскировка)

Стрельба: ур. 3

(способности: упреждение)

ТАЛАНТЫ

Охотничий инстинкт

Регенерация

Молниеносные рефлексы

Несокрушимый дух

Неуязвимый

ОСОБЫЕ СПОСОБНОСТИ

Болотная стойкость

ДОСТИЖЕНИЯ

ЕЩЁ ЖИВ? НИЧЕГО СЕБЕ!

ПЕРВАЯ КРОВЬ

ГУРМАН ПОНЕВОЛЕ

СОБИРАТЕЛЬ

ДОМОСЕД

КУСТАРЬ-САМОУЧКА

ТРАППЕР

КРЫСОЛОВ

УБИЙЦА ЧУДОВИЩ

ПАРТИЗАН

УБИЙЦА РАЗУМНЫХ

ОХОТНИК НА ОХОТНИКОВ

СКВОЗЬ ТРЯСИНУ

Руины нашёл без проблем – «Поиск следа» уверенно вёл по собственным следам двухдневной давности. Старые камни выглядели так же – заросшие мхом, увитые плющом, тихие и заброшенные. Охотничий инстинкт по-прежнему молчал. Никакой живности внутри, никакой опасности снаружи. Идеальное место для лагеря.

Обошёл периметр, оценивая фронт работ. Стены были крепкими – толстая кладка из серого камня, местами выщербленная, но в целом держалась. Две стены стояли почти целыми, третья частично обрушилась, четвёртой не было вообще – только фундамент, заросший травой. Крыша… крыша была проблемой. Точнее, её отсутствие. Несколько балок ещё держались, но большая часть провалилась внутрь, образовав кучу гнилого дерева и обломков.

– Ладно, – сказал я, скидывая сумку. – Работы много, но справимся.

Первым делом – расчистка. Вытащил наружу всё, что можно было вытащить: гнилые доски, обломки камня, кучи листьев и мусора. Работа была муторной, но медитативной – руки делали своё дело, а голова думала о своём.

О том, как я здесь оказался. О квартире, которую, наверное, уже сдали кому-то другому. О работе, где меня, наверное, уже уволили за прогулы. О… Память услужливо выдавала пустоту. Всё, что было до пробуждения в лесу, – размытые обрывки, ощущения без деталей. Я помнил, что работал. Помнил усталость. Помнил кофе и экран компьютера.

А потом – ничего.

– Да и хер с ним, – решил я, выбрасывая очередную охапку гнилья. – Что было, то было. Сейчас важнее, что будет.

К полудню внутренность руин была более-менее расчищена. Открылся каменный пол – потрескавшийся, но ровный. В одном углу обнаружился очаг – настоящий, выложенный из камня, с дымоходом, уходящим в стену. Засорённый, конечно, но если прочистить…

– О, это мы удачно зашли,

Прочистка дымохода заняла ещё час. И это опять не то, что вы подумали. Пришлось лезть на стену, ковырять палкой, дышать вековой сажей и материться сквозь зубы. Но результат того стоил – когда я развёл пробный огонь, дым послушно ушёл вверх, а не заполнил всё помещение.

Дальше – крыша. Точнее, её временная замена.

Нарубил жердей из молодых деревьев, благо топор Торвина рубил отлично. Хорошо, что он помер и не видит столь варварского обращения с оружием. Уложил их на оставшиеся балки, сверху накидал веток, потом слой коры, потом ещё слой веток. Не герметично, конечно, но от дождя защитит. На первое время сойдёт.

НАВЫК ПОВЫШЕН: РЕМЕСЛО УР. 7 → УР. 8

Солнце уже клонилось к закату, когда я закончил с базовым обустройством. Лагерь – нет, уже не лагерь, а дом – выглядел почти уютно. Каменные стены, импровизированная крыша, очаг с живым огнём. В углу – лежанка из сухих листьев и веток, в качестве пледа – всё тот же плащ из шкур. Рядом – мои немногочисленные пожитки.

Сел у огня, достал остатки вяленого мяса. Жевал, смотрел на пляшущие языки пламени и думал о том, что завтра надо будет проверить окрестности. Расставить ловушки, найти источник воды поближе, изучить территорию. Охотничий инстинкт привычно сканировал окрестности. Мелочь шуршала в кустах, где-то далеко выла какая-то тварь, но ничего опасного. Обычная ночь в лесу.

Я уже почти задремал, когда вдруг дёрнулся, даже не сразу поняв, из-за чего. Что-то приближалось. Крупное. Опасное. И плохо ощутимое, почти незаметное. Как будто это существо обладало навыком, схожим с моей скрытностью. Почему бы и нет, глупо было бы полагать себя исключительным… но, конечно, приятно.

Планы поспать, соответственно, накрылись медной пиздой – поскольку желания проснуться в желудке неизвестного, но явно хищного зверя, не было. Соваться в ночной лес тоже было так себе затеей, так что всю ночь просидел, держа рядом лук и копьё, прислушиваясь к каждому шороху.

А утром таки решил идти выяснять, кого заинтересовала моя скромная персона.

Что-то было впереди. Что-то… непонятное. Замедлил шаг, двинулся осторожнее. Активировал скрытность, слился с тенями деревьев. Впереди, метрах в пятидесяти, что-то белело между стволами.

Кости.

Много костей. Разбросанные по поляне, наполовину скрытые травой. Черепа, рёбра, позвонки… Некоторые маленькие – от зайцев или чего-то подобного. Другие побольше – размером с оленя. А в центре… В центре лежал скелет чего-то огромного. Метра три в длину, с массивными лапами и вытянутым черепом. Хищник. Очень крупный хищник.

Но и он был мёртв. Давно мёртв – кости побелели от времени, частично заросли мхом.

Чьё-то логово.

Охотничий инстинкт молчал. Никаких живых существ поблизости. Но это не означало, что здесь безопасно. Я осторожно обошёл поляну по периметру, не выходя из тени деревьев. Искал следы – свежие следы. И нашёл.

Отпечатки лап в мягкой земле у ручья. Большие, с когтями. Кошачьи. Свежие. Может, день, может, два.

– Ну вот и хищник, – пробормотал я. – Здравствуй, котик, хер тебе в ротик.

Присмотрелся, анализируя отпечатки «поиском следа». Четыре лапы, вес примерно… хрен его знает сколько, но много. Двигался уверенно, не торопясь. Хозяин территории. Вершина пищевой цепочки.

Я проследил следы на несколько сотен метров. Они вели в глубь леса, туда, где деревья росли ещё гуще, а желание лезть туда отсутствовало полностью.

Умная и адекватная часть мозга говорила: «Вернись, долбоеб! Не лезь. Найди другое место для охоты». Но была и другая часть. Та, которая за последние недели научилась убивать и выживать. Та, которая понимала: рано или поздно этот «котик» придёт ко мне. На мою территорию. В мои руины. И лучше встретить его на моих условиях, чем на его.

Развернулся и двинулся обратно к лагерю. Нужно было подготовиться.

Следующие три дня я потратил на подготовку.

Первым делом – ловушки. Установил их по периметру руин, на тропах, которые вели к моему лагерю. Ямы с кольями. Растяжки с гарпунами. Петли из сухожилий, способные затянуться на лапе – не сломать, так отвлечь, задержать.

Навык установки ловушек был уже пятого уровня, а с пассивкой «Маскировка» мои творения были практически невидимы – даже я сам едва мог их различить, зная, где они находятся.

Потом – оружие. Наточил наконечники стрел до бритвенной остроты… ну ладно, хоть до какой-то остроты. Проверил тетиву на луке, и запасную тоже. И ещё одну. Сделал примитивное копьё из сломанной ветки – на случай, если первое и запасное сломаются.

И ждал.

Кошка появилась на четвёртую ночь.

Я не спал. Сидел у потухшего костра, притворяясь спящим – не уверен, что поможет, но попробовать стоило, главное действительно не задремать. Охотничий инстинкт предупредил за минуту до того, как я услышал первый звук. Что-то большое двигалось в темноте. Осторожно, почти бесшумно. Ночной гость явно умел подкрадываться к добыче.

Медленно, очень медленно потянулся к луку. Пальцы сомкнулись на рукояти. Стрела легла на тетиву.

Тень отделилась от деревьев у входа в руины. Большая. Очень большая. Даже в темноте я видел силуэт – приземистый, мускулистый, с длинным хвостом. Кошка. Огромная кошка, размером с пантеру, а может, и больше.

Она стояла на границе руин, принюхиваясь. Глаза блеснули в лунном свете – жёлтые, с вертикальными зрачками.

СУМЕРЕЧНЫЙ ОХОТНИК

Уровень:???

Крупный одиночный хищник. Охотится преимущественно ночью, используя исключительное ночное зрение и бесшумное передвижение. Чрезвычайно территориален.

ВНИМАНИЕ: уровень угрозы превышает ваши текущие возможности. Рекомендуется избегать контакта.

Ну охренеть теперь. Спасибо, система, очень полезная информация. Особенно та часть про «избегать контакта». Сейчас вот просто встану и пойду.

Сумеречный охотник сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Он двигался медленно, уверенно – знал, что жертва никуда не денется.

Я поднял лук.

– Эй, кисонька, – сказал негромко. – Иди ко мне, моя сладкая.

Тварь замерла. Уши прижались к голове, губы задрались, обнажая клыки размером с мой указательный палец. Рык был низким, утробным – от него вибрировала земля под ногами, не говоря уже о моих кишках. Не обосрался я только потому, что оказался очень предусмотрительным.

Выстрел.

Стрела ударила охотника в плечо. Целился в глаз, но он дёрнулся в последний момент, и я чуть промазал. Но попал хоть куда-то – уже неплохо. Кошка взревела – уже не внушающий рык, а скорее рёв боли и ярости. И бросилась на меня.

Я откатился в сторону за долю секунды до того, как когти разорвали воздух там, где была моя голова. Молниеносные рефлексы сработали безупречно – тело двигалось быстрее, чем я успевал думать. Копьё оказалось в руках. Ткнул им вслепую, целясь в приближающуюся массу. Наконечник скрежетнул по чему-то твёрдому – кость? – и сломался.

Удар.

Лапа врезалась мне в грудь, отбросив к стене. Кольчуга приняла на себя основной удар когтей, но всё равно я почувствовал, как рёбра хрустнули. Боль была… терпимой. «Несокрушимый» работал – то, что должно было сломать меня пополам, оставило только глубокие синяки и пару трещин.

Ещё удар лапой. Спина с каким-то щелчком ударилась о камень. В глазах потемнело на секунду, но я удержался в сознании. А охотник уже разворачивался для следующей атаки. Стрела всё ещё торчала из его плеча, но он, казалось, её не замечал.

Я подхватил второе копьё обеими руками и встретил его. Пантера налетела на остриё всей своей массой. Наконечник вошёл сантиметров на двадцать – я почувствовал, как он пробивает шкуру, мышцы, погружается во внутренности. Охотник взвыл, дёрнулся, и древко вырвало из моих рук. Но он был ранен. Серьёзно ранен. Кровь хлестала из раны в боку, заливая камни.

Осталась одна деревяшка. Сомнительное оружие против такой туши – но другого не было.

Охотник отступил на шаг, пошатнулся. Копьё торчало у него из бока, стрела – из плеча. Глаза горели яростью и болью. А потом он снова атаковал. Быстрый, почти незаметный бросок, снова удар лапой. Я попытался уклониться, но не успел. Когти распороли куртку, кольчугу под ней, добрались до кожи. Три параллельные линии огня прочертились по рёбрам слева.

– Ааа, сука! – заорал я, отшатываясь. – Ты чё творишь⁈

Боль. Невероятная боль, пробившаяся даже через «Несокрушимого». Кровь потекла по боку, горячая и липкая. Охотник тоже отступил. Он тяжело дышал, бок был залит кровью. Мы оба были ранены. Вопрос был в том, кто рухнет первым. Если кот – то регенерация меня вытащит. Если я… ну, то, что зверюга скорее всего сдохнет от ран, послужит мне большим утешением на том свете.

В голове было удивительно ясно. Никакой паники, никакого страха – только холодный расчёт. «Несокрушимый дух»? Может быть. Или просто адреналин.

Прикинул ситуацию. У меня – палка, раны и отмороженность…уже немало. У него – копьё в боку, стрела в плече и, возможно, повреждённые внутренние органы. Он всё ещё сильнее, быстрее, опаснее. Но он ранен. И истекает кровью, похоже, быстрее, чем я.

Нужно было просто продержаться.

Я начал отступать, медленно двигаясь вдоль стены. Охотник следовал за мной, но уже не атаковал. Он тоже понимал, что силы не безграничны. Шаг. Ещё шаг. Я вёл его к выходу из руин. Туда, где ждали мои ловушки.

Тварь вдруг остановилась. Принюхалась. Что-то почуяла?

– Давай, кисонька, – прошептал я. – Ещё немного…