355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ян Ирвин » Геомант » Текст книги (страница 1)
Геомант
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 23:35

Текст книги "Геомант"


Автор книги: Ян Ирвин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

Ян Ирвин
Геомант

Посвящается Симону

Выражаю особую благодарность

Эрику, Симону и Ангусу за их комментарии к манускрипту;

моим агентам Селъве Энтони, Кати Ларсен, Джанет Рауньяк, Лауре Харрис и всем сотрудникам Пенджин Букс,

а также моему неутомимому редактору Кею Ронай.

Витис снова обратился к своим сородичам, умоляюще раскинув руки. Но несколько бледно-голубых машин пронеслось мимо него. Никто не слушал приказа. Витис уронил голову на руки и заплакал. Беспорядочный поток аркимов и машин устремился вверх по спиральной дороге, но Тиана уже не видела их, связь с Арканом в ее голове оборвалась.

На другом конце континента, тоже на вершине горы, тетрарх в это время наблюдал за движением планет. Вдруг на один миг изображение вздрогнуло, словно желе в тарелке. Силовые линии взвихрились. В межпространственном эфире прозвучала единственная печальная нота, потом все восстановилось. Тетрарх отложил инструменты и что-то записал на черной пластине сланца.

В сотнях лиг южнее, в крепости на холодном острове Нум, женщина отложила в сторону перо, склонила голову набок и улыбнулась. Длительное бдение принесло первый плод. Она взяла фонарь и начала отсчитывать Тысячу Шагов, отделявшую ее от мастера.

Часть первая
РЕМЕСЛЕННИК

ГЛАВА 1

Ярость надзирателя Тиана почувствовала задолго до того, как он прошел половину своего пути по заводу. Громко хлопали распахнутые двери, испуганные рабочие при его приближении разбегались в разные стороны, меч лязгал, ударяясь о мебель.

– Где эта чертова Тиана? – ревел он, не сбавляя хода. – Пусть лучше не прячется!

Желание спрятаться было очень сильным, но совершенно бесполезным, так что Тиана осталась сидеть на своей скамье. Чем она провинилась? Никогда раньше ее работа не вызывала нареканий.

Наконец дверь каморки с треском распахнулась, и на пороге возник тяжело дышавший надзиратель Грист. Огромный вспотевший мужчина, от которого постоянно воняло чесноком и луком. Завитки волос пробивались между пуговицами его натянувшейся на груди рубахи.

– Что с тобой случилось, Тиана? – заорал он. – Этот хедрон не работает! – Он швырнул кристалл на стол перед Тианой. – Из-за него контроллер не действует, кланкер потерял управление и погибли солдаты!

Кулак Гриста, размером с дыню, приблизился вплотную к лицу Тианы. Девушка испуганно взвизгнула и отшатнулась. Тиана и ее начальник никогда не были друзьями, но в такой ярости она его еще не видела. Наверное, дела на фронте опять плохи. Тиана взяла в руки хедрон – кристалл кварца, размером с ее кулак, ограненный с двадцати четырех сторон.

– Он прекрасно действовал, когда я закончила работу. У тебя есть контроллер?

Грист осторожно поставил механизм на стол. Этот сложный психомеханический прибор требовал особой деликатности в обращении и был собран настолько точно, что ни один надзиратель не мог ни к чему придраться. Контроллер напоминал металлического осьминога с двадцатью четырьмя манипуляторами, расходившимися от плетенного из медной проволоки корпуса, покрытого стеклом.

Тиана вставила хедрон в гнездо контроллера и развернула гибкие манипуляторы. Девушка взяла в руки висящую на шее подвеску и испытала некоторое потрясение. Сосредоточившись на необходимом движении, она поднесла индикатор к одной из металлических конечностей. Манипулятор изогнулся, подтянулся к корпусу и вдруг прыгнул как лягушка.

– Ну вот, – вздохнул Грист и наклонился над столом. – Это уже лучше.

Тиана отпрянула, пытаясь увернуться от волны смрада. Грист ничего не понял. Контроллер не выполнил и сотой доли того, что требовалось для управления боевой машиной, или кланкером, как их все называли. И аура вокруг кристалла едва просматривалась. Здесь было что-то не так. Тиана представила себе следующее движение. И снова манипулятор лишь слабо подпрыгнул. Она нахмурилась и испытала третью конечность контроллера. На этот раз не последовало абсолютно никакой реакции, та же участь постигла и все остальные манипуляторы. Свечение кристалла сошло на нет.

– Хедрон умер.

Тиана обеспокоенно сдернула свою подвеску, одна из граней кристалла блеснула в свете лампы.

– Я ничего не могу понять. Что они сделали с контроллером? Пытались взобраться на утес?

– Это случилось в пятнадцати лигах от Тикси! – огрызнулся Грист, похлопывая по бедру своим покрытым пятнами ржавчины мечом. Казалось, он получает удовольствие, запугивая Тиану. – И еще два твоих контроллера тоже сдохли. На линии фронта.

Кожа Тианы покрылась мурашками. За последние двадцать лет ни один из контроллеров этого завода не выходил из строя.

– Что же случилось? – прошептала она.

– Никто ничего не знает, но потеряно два бесценных кланкера и погибли двадцать солдат. И все из-за твоей небрежности, ремесленник!

Тиана поникла, сидя на своей скамье. Двадцать человек. Она оцепенела от ужаса. Никогда еще в ее работе не было сбоев. Что же произошло?

– Я… я должна поговорить с операторами кланкеров.

– Одного из них разорвал на куски лиринкс, второй утонул. Что случилось с третьим, я не знаю. Что скажет управляющий, когда узнает…

Тиана похолодела.

– Ты получил остальные контроллеры? – спросила она упавшим голосом.

– Как бы мне это удалось? – проворчал Грист.

Язык Триста был окрашен в желтый цвет – надзиратель постоянно жевал нигу. Снадобье применялось в армии, чтобы солдаты не испытывали усталости и всегда были готовы к сражению. Этим объяснялся и сильный специфический запах: Грист пытался при помощи чеснока скрыть свою привычку.

– Первый кланкер был захвачен врагами, второй унесло течением. Этот контроллер снят с третьего. Мы не потеряли машину лишь потому, что она не дошла до линии фронта. Ги-Хад отправился в Тикси, чтобы выяснить, что произошло. Теперь из-за тебя может пострадать все производство.

Ги-Хад, управляющий работой завода, обладал неограниченной властью над рабочими. Если Тиана разгневает его, он может послать ее работать под землю, в шахту, а там черная пыль съест ее легкие.

– Он… он сильно разозлился?

– Я никогда не видел его в такой ярости, – сердито произнес Грист. – Он заявил, что причины должны быть выявлены за неделю, иначе тебе придется худо. А это напоминает мне еще об одном деле…

Тиана поняла, что имел в виду начальник. Она с застывшим лицом терпеливо выслушала нотацию Триста о своем долге и всеобщей угрозе.

– Долг каждого из нас – обеспечить потомство, ремесленник. Здесь не может быть никаких исключений. Наша страна, весь наш мир нуждается в детях.

– Только для того, чтобы они погибли на войне, – не сдержалась Тиана.

– Не мы начали эту войну. Но мы непременно проиграем ее, если не будет солдат и рабочих, если не будет женщин, способных рожать детей. Ты не глупая девочка, Тиана, даже несмотря на эту неудачу. Ты должна передать свой талант детям.

– Я знаю свой долг! – заявила Тиана, не желая выслушивать дальнейшие нравоучения.

На производстве отчаянно не хватало мужчин. Кроме того, ни один из них не привлекал ее настолько, чтобы она решилась соединить с ним свою судьбу.

– Скоро я выберу себе супруга.

Как она это сделает? После ухода надзирателя Тиану одолели грустные мысли. Кого здесь можно выбрать?

Наконец она снова задумалась над тем, что произошло с контроллерами. Как они могли испортиться? Эти приборы извлекали энергию из поля, из. рассеянного облака, окружавшего природные силовые узлы. Поле определяло всю ее жизнь. Ремесленники изготавливали контроллеры и, что еще важнее, настраивали их таким образом, чтобы приборы не разрушали поля, а плавно вытягивали из них силу и направляли в кланкер. Если контроллер расстраивался или требовалось приспособить его к другому источнику, ремесленники справлялись и с этой задачей. Их работа была просто необходима для ведения войны.

Кланкеры представляли собой тяжелые бронированные машины, которые двигались на восьми стальных конечностях. Они были ужасно неудобны для экипажа и доставляли массу забот ремесленникам, которые заставляли их работать, но эти машины были единственной защитой людей от врагов. В корпусе кланкера помещалось до десяти солдат, а наверху имелись мощная катапульта и арбалет, мечущий тяжелые копья. Но без источника силы кланкеры превращались в бесполезные груды металла, так что контроллер должен был работать бесперебойно.

Неужели она допустила грубую ошибку? Тиана повертела в пальцах хедрон, тщательно осматривая его со всех сторон. Темные прожилки рутила сплетались в клубок в центре кристалла. На вид он был безупречен. Никаких видимых дефектов, никаких признаков повреждения, и тем не менее он не работал. И Тиана не могла понять причины.

Даже не с кем посоветоваться. Старый мастер по контроллерам, Крафтер Баркус, умер еще в прошлом году. Те записи, которые он вел всю жизнь, были совершенно неразборчивы, и большинство знаний умерло вместе с мастером. Тиана помнила все, что он счел нужным ей сообщить, и даже смогла несколько улучшить конструкцию контроллеров, ее предложения и сейчас использовались на многих других заводах. Однако в свои двадцать лет она была слишком молода, чтобы перешагнуть ступень, отделяющую ремесленника от старшего мастера. К сожалению, на производстве не было никого, кто был бы достаточно опытен в этом деле.

За открытой дверью ее товарищи по работе что-то оживленно обсуждали. Несомненно, неудачу Тианы. Она ощущала на себе их сочувственные взгляды, догадывалась о нескромных шутках и предположениях по поводу ее долга перед страной. Ей уже двадцать лет, и она ни разу не была с мужчиной, наверное, у этой особы что-то неладно со здоровьем. Об этом говорили только намеками, но Тиане было не легче.

«Я здорова! – сердито подумала Тиана. – Просто еще не встретила достойного мужчины. И скорее всего не найду никого среди здешних недотеп и придурков».

Двое подмастерьев захихикали совсем рядом с дверью ее каморки, потом виновато потупились и покатили дальше тяжелые шлифовальные камни. Тиана вспыхнула и выбежала из мастерской. Она торопливо прошла через комнату, занятую клерками, миновала коридор с крошечными кабинетами, библиотеку и промывочный участок, лазарет и столовую, и наконец достигла основного производства.

Здесь стоял непрерывный лязг металла, в воздухе пахло дымом, все покрывал толстый слой копоти. Тиана повернула налево, к главным воротам, и пересекла неприглядный двор, вымощенный известняковыми плитами, которые при необходимости использовались при строительстве домов. Во дворе летали хлопья пепла и под ногами лежала пыль. Все было покрыто тонкой пленкой маслянистой сажи. Уборщики не справлялись со своей работой.

– Я собираюсь спуститься в шахту, – сказала она Ноду, служившему привратником уже тридцать лет.

У старого знакомого Тианы была такая длинная седая борода, что он мог заправлять ее за пояс, зато на голове не осталось ни одного волоска. Нод поднял железную решетку, одна створка ворот была распахнута. Но привратник рукой преградил путь. Никто не мог покинуть завод без письменного разрешения надзирателя.

– Извини, Нод, – произнесла Тиана. – Я опять забыла пропуск.

Грист всегда раздражался по пустякам, так что Тиана предпочитала не обращаться к нему с просьбами, хотя посещение шахты входило в ее обязанности. Нод оглянулся по сторонам и махнул рукой:

– Я никого не видел. Удачи тебе, Тиа!

И он ободряюще похлопал ее по плечу. Тиане это показалось дурным предзнаменованием. Никогда раньше привратник не желал ей удачи.

Девушка поплотнее закуталась в пальто и вышла навстречу пронизывающему ветру. Тропинка, ведущая к шахте, раскисла от талого снега, ставшего здесь коричневатым из-за круглосуточно дымившихся заводских труб. Тиана дошла до первого поворота, как раз перед опушкой леса, и оглянулась. Завод по изготовлению кланкеров уродливым шрамом пересекал склон горы. Издалека он представлялся угрюмым нагромождением серых зубчатых стен в десять спанов высотой, прорезанных бойницами и увенчанных по углам сторожевыми башнями. Дозорные редко появлялись в башнях, поскольку до линии фронта было несколько сотен лиг. Целый лес громадных труб извергал разноцветный дым – белый, оранжевый, угольно-черный.

Тиана не замечала угрюмости этого места. Она знала только дом и работу, два этих понятия заменяли ей представление о мире. Завод стал ее домом, с тех пор как мать, одна из лучших производительниц в детском питомнике под Тикси, продала на завод контракт своей шестилетней дочери. С тех пор Тиана жила здесь. Иногда она отправлялась в Тикси, дорога туда занимала три-четыре часа ходьбы по каменистой тропинке, но остального мира для Тианы не существовало. На него просто не оставалось времени. Вся жизнь подчинялась войне и ее потребностям. Работа казалась утомительной и бесконечной, но зато преступность сошла на нет, и теперь никто не боялся ходить по улицам ночью.

Влево от дороги отходила еще одна тропинка, ведущая под акведук, потом через ров вверх по склону к месту, где добывали смолу. В редкие для этих мест жаркие дни смола сочилась из древних скал и ее можно было собирать в бадьи. В остальные дни рабочие срубали твердые куски в горизонтальных штреках или разыскивали наплывы смолы в скальных разломах. Это занятие считалось самым тяжелым, и лишь немногие доживали на ней до преклонных лет, но кто-то должен был заниматься и этим. Без смолы не могли гореть печи. Без плавильных печей не было бы кланкеров. Без кланкеров людям грозило поражение.

Контроллеры были так же важны. Тиана попыталась представить себе чувства солдат перед лицом атакующих злобных лиринксов, когда они обнаружили, что беззащитны из-за отказа контроллеров. Непереносимо сознавать, что все это могло произойти по ее вине.

Тиана ускорила шаги, направляясь к нижней шахте, где были обнаружены последние хедроны. Ей пришлось минут двадцать шагать по открытой местности, этого хватило, чтобы девушка осознала весь ужас своего положения, но так и не пришла ни к какому выводу, подойдя ко входу в шахту.

– Доброе утро, Тиана.

Седой Леке, дневной сторож шахты, приветствовал ее из своей пещеры, вырубленной в скале; он выглядел почти как древняя статуя в нише храма. Его неудобные вставные челюсти, как обычно, лежали в углу. Время от времени кто-нибудь из шахтеров прятал их, и тогда начинались лихорадочные поиски, сопровождавшиеся энергичными проклятиями.

– Доброе утро, Леке. Ты не подскажешь, где мне отыскать Джо?

– Спускайся на пятый уровень, – неразборчиво прошамкал Леке, не вставляя челюсти. – Он в конце шестого туннеля с правой стороны.

– Спасибо.

Тиана выбрала себе на полке фонарь, зажгла его от тайком установленной жаровни, полной горящих шишек, и отправилась в шахту. Вдоль стен туннеля громоздились сломанные колеса вагонеток, треснувшие бадьи, истрепанные веревки и весь тот хлам, который накапливается в старой шахте. Дойдя до подъемника, Тиана обнаружила, что в нем никого нет. Она позвонила в колокольчик, но тщетно. Тогда девушка забралась в клеть, высвободила тормоз и стала спускаться самостоятельно. Первый уровень, второй, третий… Темные пустые туннели шахты уходили в сторону. Эта выработка существовала за сотни лет до того, как была открыта ценность кристаллов. Опустившись на четвертый уровень, Тиана почувствовала струю воздуха, чуть не погасившую ее фонарь. Наконец-то починили систему вентиляции. В последний свой приход Тиана чуть не задохнулась под землей от спертого воздуха. Тогда чуть не умер один из горняков.

Остановившись на пятом уровне, Тиаиа вышла из подъемника и освободила тормоз, иначе никто не смог бы воспользоваться механизмом и кому-то из подростков пришлось бы спускаться по веревке. В отличие от стужи наверху, в туннеле было довольно тепло. На заводе тоже всегда было холодно, если не сидеть у самой печи, где, наоборот, слишком жарко. Мастерская ремесленников находилась на противоположном конце здания, в южном крыле далеко от печи, и большую часть времени Тиана невыносимо мерзла.

Тиана стала пробираться вперед. Каждый обломок ненужной породы приходилось вытаскивать наверх, так что туннели были пробиты ровно настолько, сколько требовалось для подхода к гнездам руды и жилам кристаллических отложений. Время от времени девушке приходилось ползти на четвереньках или протискиваться в такие щели, что невозможно было перевести дыхание, не оцарапавшись об острые углы. Туннель был пробит в розовом граните, испещренном темными прожилками, извивавшимися подобно кровеносным сосудам в глазном яблоке пьяницы. Шахтеры искали здесь золото, платину, серебро, медь или олово, а ее старинный друг Джоэн искал нечто более ценное – кристаллы, из которых изготавливались магические хедроны. Некоторые достигали размеров кулака – эти были самыми дорогими. Но для изготовления хедронов подходили далеко не все, и лишь немногие из горняков могли определить, что надо взять, а что выбросить.

Тиана обогнула глыбу гранита, в котором блестели слои слюды, и увидела впереди слабый отблеск света. В овальной пещере сидел пожилой горняк, перед ним на полу стоял фонарь, рядом лежали молоток и кирка.

– Джо! – воскликнула Тиана. – Наконец-то я тебя нашла!

– А я и не знал, что потерялся, – усмехнулся рудокоп.

Он с трудом поднялся на ноги, скрипя и щелкая натруженными суставами. Джоэн был небольшого роста, сухощавый и жилистый; ему уже перевалило за семьдесят, морщинистая кожа на вытянутом лице почернела от въевшейся пыли. Он был единственным верным другом Тианы. Джо так крепко обнял девушку, что у нее затрещали ребра. Поздоровавшись, они уселись рядом. Джо предложил Тиане отхлебнуть из его бутыли, но она благоразумно отказалась. Спирт, перегнанный из забродившего турнепса и пастернака, был настолько крепким, что мог свалить с ног и медведя.

– Ты что-нибудь ела сегодня?

– Только горбушку хлеба.

Джо протянул ей сверток, в котором оказались три печеные картофелины, сваренное вкрутую яйцо, пучок сельдерея и шарик клейкого риса, сдобренный диким шафраном и горными финиками. У Тианы потекли слюнки. До сих пор она даже не сознавала, насколько голодна. Она выбрала самую маленькую картофелину.

– Ты уверен, что обойдешься?

– Поднимись, Тиана, дай мне на тебя взглянуть. Тиана встала, не выпуская картошку из рук. Девушка была среднего роста и несколько худощава. Ее иссиня-черные волосы, небрежно отброшенные назад, доходили до середины шеи, миндалевидные глаза были темно-карего цвета, над ними разлетались широкие брови, а губы небольшого рта отличались приятной пухлостью. Кожа девушки имела оттенок хорошо отполированного янтаря.

– Ты похудела со времени нашей последней встречи месяц назад.

– Мне должны были заплатить за последние контроллеры, но…

– Тиана, но ведь на всем производстве никто из работниц не сравнится с тобой.

Девушка уставилась себе под ноги, не зная, что ответить на такую похвалу.

– Джо, три моих контроллера вышли из строя после отправки с завода. Потеряно два кланкера вместе с операторами, погибли двадцать солдат.

От волнения у нее перехватило дыхание. Джо пристально посмотрел в ее глаза:

– Это еще не значит, что ты допустила ошибку.

– Мои контроллеры вышли из строя. Конечно, это моя вина.

– Тогда постарайся понять, в чем дело.

– Я даже не знаю, с чего начать.

– Не голодать же из-за этого.

– Я только упорядочила свой рацион, – пробормотала Тиана. – Я хочу скопить достаточно денег, чтобы выкупить свой контракт. Через два года мне это будет под силу.

– Но ты же все равно останешься на заводе, в твоей жизни ничего не изменится. Зачем так торопиться?

– Я хочу стать свободной! Хочу сама выбирать, оставаться мне на заводе или нет. Не хочу работать по принуждению только потому, что моя мать вычеркнула меня из жизни, когда мне было всего шесть лет.

Тиана упрямо выставила вперед подбородок, в ее глазах зажглись сердитые огоньки.

Ее контракт действовал до двадцати пяти лет, и до тех пор она была собственностью завода. В, случае неудачи в работе или по какой-то другой серьезной причине управляющий мог перепродать ее контракт кому угодно, и Тиана ничего не могла сделать. Ги-Хад не был жестоким или мстительным, но он был строгим, иначе не был бы управляющим.

Существовал и другой путь – стать старшим мастером по изготовлению контроллеров. В этом случае ее контракт аннулировался и Тиана стала бы членом совета завода, получив при этом немало привилегий и власти. Но о таком можно было только мечтать. Мастеру недостаточно хорошо выполнять свою работу. Ремесленники, как правило, были весьма ненадежным народом, а Тиана плохо ладила с людьми.

– Что произошло с твоими контроллерами?

– Я и сама не знаю. Я поняла только, что они вышли из строя. Но пока я с ними работала, все было в полном порядке.

– Как давно тебе платили в последний раз? – строго спросил Джоэн.

– Шесть недель назад.

– Садись и завтракай!

– Это твой завтрак, – упрямилась голодная Тиана, не любившая благотворительности.

– Ты должна съесть все, что там лежит.

– Но…

Джо встряхнул бутылку:

– Мне достаточно и этого. Я все равно скоро пойду домой, я уже выполнил сегодняшнюю норму.

– Норму по запрещенной выпивке? – насмешливо спросила Тиана.

– Делай, что сказано!

Джо снова приложился к бутылке. Тиана проглотила печеные картофелины и принялась очищать яйцо от скорлупы. Теперь ей было намного лучше.

– Так зачем ты пришла, Тиана? Я, конечно, всегда рад тебя видеть, но…

– Неужели должна быть причина?

– Нет, но она имеется. И я буду сильно удивлен, если ты пришла не за моими камушками.

Даже редкие по совершенству кристаллы Джо всегда называл «мои камушки».

– Ты прав, – ответила Тиана. – Те три кристалла, что ты отыскал для меня в последний раз, казались совершенными, но умерли после нескольких недель работы в кланкерах.

– Они несколько отличались от остальных кристаллов, – заметил Джо, глотнув из бутылки. – Но в них не было ничего необычного.

– Могу я посмотреть то место, где ты их нашел? – спросила Тиана, еще не прожевав яйцо и уже ощущая приятную сытость в желудке.

– Тогда нам надо вернуться назад.

Джо посветил фонарем в ту сторону, откуда пришла Тиана. Они отправились в путь, причем Тиана на ходу смаковала сладкий рисовый шарик. Пучок сельдерея она оставила про запас, чтобы освежить рот после еды. В тесном туннеле Джо пришлось ползти на четвереньках, чтобы протиснуться под огромной глыбой гранита, испещренной светлыми прожилками. Наконец они попали в пещеру, где можно было встать во весь рост. При свете лампы Тиана увидела нити серебра, прошивающие одну из стен, а поперек другой шла жила крупных кристаллов.

– Мне нравится здесь, под землей, – произнес Джо, поглаживая стеку. – Камни удивительны. Все они разные, даже те, что похожи, словно близнецы.

– Ты говоришь так, как будто это твои друзья.

– Так оно и есть.

– Это новый участок?

– Шахтеры пробили этот штрек в прошлом году. Когда-нибудь они вернутся и продолжат начатое.

– Почему они не сделали этого сразу?

– Они нашли интересные камушки и были вынуждены пригласить меня, чтобы я их посмотрел. Горе тому шахтеру, который осмелится разбить кристалл в поисках залежей серебра или золота.

– Проклятая война! И когда она только кончится? Джо легонько ковырнул жилу концом кирки.

– Она длится уже сто пятьдесят лет, и лиринксы многого достигли, с тех пор как проклятая Феламора открыла врата Бездны. Не думаю, что все это скоро закончится.

Тиана с детства знала эту историю наизусть. Двадцать седьмое Великое Сказание, созданное летописцем Гартасом, было важной частью недавней истории, и каждый ребенок цивилизованного мира заучивал его наизусть. Оно продолжало двадцать третье Великое Сказание, известное как «Сказание о Зеркале», которое теперь было запрещено.

После падения Непреодолимой Преграды, двести шесть лет тому назад, Сантенар наводнили многочисленные создания, но выжил только один вид – крылатые лиринксы. Высокоразвитым существам понравился вкус человеческой плоти, кроме того, ими двигало страстное желание обрести собственный мир. С тех пор на Сантенаре продолжалась жестокая война.

– Нам никогда не победить лиринксов, Джо?

– Похоже, что так. Они слишком большие, слишком проворные и чертовски упрямые. Я слышал, Туркад уже пал.

Тиана слышала об этом, и даже видела тысячи беженцев на дороге. Туркад был славным и древним городом, главным на острове Мельдорин. Он всем был известен в этом мире. Тикси находился почти на другом конце света от Туркада и оккупированного Мельдорина, но их судьба говорила о многом. Если уж такой могущественный город пал, на что может надеяться Тикси?

Джо снял с пояса зубило, осторожно приставил к жиле и легонько стукнул молотком раз, потом еще. Тиана наблюдала за его работой, рассеянно пережевывая стебелек сельдерея. Здесь она чувствовала себя лучше, чем дома, но только из-за Джо.

– Как ты узнаешь нужный кристалл?

– Сам не знаю! Когда я к нему прикасаюсь, я ощущаю тепло, а перед глазами как будто распускается водяная лилия в пруду.

Тиану удивило столь красочное сравнение. В их краях слишком холодно для лилий, даже у подножия гор, в Тикси, климат был неподходящим.

– Ты всегда это чувствовал?

– Ничего подобного! Это началось лет десять назад, мне как раз стукнуло шестьдесят шесть. Однажды вечером после ужина я заболел, чуть не умер. Позже выяснилось, что попросту отравился свининой. До того случая я ел свиное мясо постоянно, но теперь, стоит мне понюхать ломтик бекона, как горло сжимается и я почти задыхаюсь. После болезни я вернулся в шахту, тогда я искал серебро, но случайно прикоснулся к кристаллу и увидел прекрасную лилию; видение повторялось каждый раз, когда я дотрагивался до кристалла. Тогда я забрал этот камень и положил рядом со своей постелью.

– Но зачем?

– Мне нравилось его действие. Благодаря кристаллу я ощущал тепло. Мне уютно. Оба моих сына погибли на войне, а жена умерла от горя…

– Мне очень жаль, я не знала…

– А тебе и не к чему это знать. Она умерла тридцать пять лет назад. Жизнь стала такой тоскливой.

– Почему ты не женился во второй раз? Я думала… Ну ладно, у меня неприятности еще и потому, что я еще не выбрала себе мужчину…

– Вот и я ни разу не встретил женщину, которую смог бы полюбить.

Тиана задумчиво посмотрела на пожилого рудокопа. Они стали друзьями с первой встречи.

– Ты ведь не считаешь…

– Тиана, не будь дурочкой, – грубовато прервал ее Джо. – Так или иначе, кристалл остался у меня, и я уже не чувствовал себя таким одиноким. Однажды я случайно обмолвился о своей находке старику Баркусу. Он тоже был вдовцом, и мы иногда коротали вечера за кувшином вина. Баркус зашел ко мне домой и взглянул на кристалл. Больше я не добывал серебро. Мне удвоили вознаграждение и приказали распознавать кристаллы. С тех пор я этим и занимаюсь.

– Хотелось бы и мне так уметь, – вздохнула Тиана.

– Если бы я мог, то непременно научил бы тебя.

Рассказывая свою историю, Джо ни на минуту не прерывал работы. Он уже обколол почти всю породу вокруг кристалла, и теперь зацепил его острым концом кирки. Камень качнулся.

– Ты не могла бы подхватить кристалл? Камень упал прямо в руки Тианы.

– Возьми его себе, если хочешь, – предложил рудокоп.

– Спасибо. А вдруг он выйдет из строя, как и другие? Ты обнаружил новую жилу?

– Нет еще, хотя видел несколько многообещающих мест на шестом уровне.

– Теперь ты отправишься туда? – с надеждой спросила Тиана.

– Нет, если смогу обойтись без этого.

– Почему?

– Порода там расшатана. Потолок грозил обвалиться в любую минуту, пока мы его не укрепили. Там проходит зона вертикального ствола.

– Ну хорошо. Надеюсь, ты отыщешь свои камушки где-нибудь в другом месте.

– Я тоже так думаю. – Джоэн потянулся и зевнул. – Пора уходить отсюда. В этом конце забоя воздуха все еще не хватает.

Только теперь Тиана тоже почувствовала сонливость и заметила, что их фонари горят не так ярко, как раньше. Она поспешила вслед за Джо, забралась в клеть подъемника и позволила старому шахтеру поднять ее на поверхность.

Они распрощались наверху, где холод и пронизывающий ветер быстро прогнали сонливость.

– Пока, – произнес Джо и свернул на тропу, спускающуюся к деревушке горняков, к своей одинокой хижине.

– Если кристалл не будет работать, позови меня, – бросил он через плечо. – Я найду для тебя другой, еще лучше.

– Спасибо тебе, я непременно так и сделаю.

Девушка запахнула тонкое пальтецо и отправилась назад по скользкой от слякоти тропе.

Тиана огранила кристалл и с величайшей осторожностью приступила к его пробуждению, к превращению в магический хедрон. Эта операция производилась при помощи подвески, всегда висевшей у нее на шее, ее персонального индикатора, позволявшего видеть поле. Без этого устройства девушка была психологически слепой. Индикатор был личным инструментом, почти душой каждого ремесленника; изготовление индикатора являлось подтверждением того, что подмастерье соответствует званию ремесленника. У Тианы на цепочке из белого золота висел небольшой хедрон из кристалла желтого тигрового глаза, помещенный в оправу из слоистого стекла и серебра. Она пользовалась своим индикатором каждый день последние три года, и в совершенстве изучила все его особенности.

Для того чтобы превратить кристалл кварца в хедрон, способный извлекать силу из поля, требовалось пробудить его, и никто, даже Тиана, не мог в точности описать, как это происходит. Это была психологическая настройка соответствия мысли и материи, этот талант либо проявлялся инстинктивно, либо не проявлялся вообще. Его можно было развить, но научиться ему было нельзя. Кроме того, это было опасно: работа с хедронами могла вызвать галлюцинации, привести к безумию или даже к кристаллической лихорадке. Начинающие ремесленники годами трудились под наблюдением опытного мастера, использовали простейшие осколки кристаллов, и только потом приступали к самостоятельным изысканиям. И все же несчастные случаи не были редкостью, самые безрассудные отваживались на запрещенные приемы, но результаты всегда были плачевными.

Каждый кристалл имел собственный характер, а пробуждение этого было необычайно тяжелым, казалось, он сопротивляется Тиане. Она едва различала его структуру сквозь клубящийся туман. Тиана напрягала свои способности до тех пор, пока ее сердце не стало давать перебои, только тогда туман понемногу стал рассеиваться. Тиана мысленным взглядом увидела крошечную пирамиду, дрожащую в неясном центре, вокруг нее выстроились другие, точно такие же пирамиды, все они были связаны между собой шестиугольниками, простирающимися в бесконечность. Тиана утратила чувство реальности и растворилась в море непрерывности связей.

Течение уносило ее все дальше, время текло незаметно. Тиана не знала, как долго находилась внутри кристалла, но она помнила, что некоторые ремесленники так и не смогли выбраться назад. Но зато теперь она знала, как пробудить этот кристалл.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю