Текст книги "Синие московские метели - 2 (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Юшкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Пришлось выходить на тайниковую связь с резидентом. Связь осуществлялась следующим образом: – шифровка оставлялась в тайнике и местонахождении которого было известно резиденту, затем оставлялась отметка в заранее условленном месте о том, что в тайнике шифровка. Резидент приезжал и забирал шифровку, затем передавал в Москву. В нашем случае резиденту на Мальте и уже тот связывался с Москвой. Ответ пришел неожиданно быстро. Американских агентов передать живыми это обязательное требование только живыми и передать оба футляра, разминировать и передать и мины, которыми были заминированы футляры.

Передача состоялась практически сразу как мы получили ответ от своего куратора. Более мы с этими людьми не встречались.

Ретроспектива 1 Через неделю после описываемых событий.

Район Средиземного моря у острова Мальта. Советский грузовой теплоход «Красный кондитер» 19 – 20 по среднеевропейскому времени. Ют теплохода. У лееров на коленях стоят два человека – мужчина и женщина. Там же лежат два футляра очень похожих на те, которые мы отправляли через связного.

Мужчина умоляюще просит у старшего среди конвойных. Товарищ генерал мы сделали всё возможное и они даже, ничего не поняли. Они не поняли, что мы свои из КГБ. Мы всё сделали возможное.

Старший конвоя– отвечает просто. Ничего личного у меня приказ. Вы провалили простейшую операцию. Выйти на этого колдуна и зачистить его и группу. У Вас всё было и что. Теперь в МО СССР могут узнать, что мы хотели списать группу «Тысячи и трех ночей». Вы просто облажались и вам не место в рядах чекистов.

Взмах рукой и тела мужчины и женщины улетают за борт и треугольные плавники сходятся в кровавом круге. Затем за борт улетают и футляры.

Сигнал СОС советский грузовой теплоход «Красный кондитер» подать не успел. Судьба теплохода была установлена только в 2009 году дайверами из Италии которые обнаружили затонувшее судно у острова Мальта. Но как говориться – это совсем друга история.

Снова Африка, Габон, гостиница.

После передачи связному всех материалов и захваченных американских агентов, мы решили свалить к себе домой в усадьбы. Мы выполнили срочное задание и теперь было только одно желание вернуться во Францию и снова увидеть жен и детей. Этого хотела вся группа. Я же решил проверить, что с моим счетом, который тогда в 1976 году открывала кубинская разведка там худо-бедно должно быть почти миллион долларов США. Деньги немаленькие и вряд ли мне помешают. Номерной счет не требует предоставления документов только номер и пароль.

Но опять это проклятое – но. В дверь номера постучались и вошли трое. Это были ребята из Французского Иностранного Легиона. Мы были с ними знакомы. Это второй парашютный полк. Занимательно то, что по номеру этот полк второй, но первого парашютного полка нет во Французском Иностранном Легионе. Там случилась интересная история как-нибудь расскажу. Но второй полк стал первым тоже не просто так. Ребята там особые. И вот мы имеем этих замечательных ребят в гостях. Только их никто в гости не звал и не ожидал. А незваные гости они ведь лучше татар.

Это когда татары потребовали изменить пословицу – незваный гость хуже татарина. Теперь надо говорить незванный гость – лучше татарина.

Глава 9

И опять Франции нужны мы. Мы, конечно, патриоты Франции, но совесть у неё есть. Опять идти в джунгли и опять искать этот самый павший спутник – шпион. Оказалось информации нет что необходимая всем начинка уже ушла и поиски продолжаются. Теперь нас хотят нанять и контракт такой хороший и оплата достойная. Хорошо раз Родина-мать в лице Французской Республики так хочет нашего участия то хорошо мы подпишемся на этот контракт, но только в одном случае с нами пойдет рота легионеров и будет разбираться с теми, кто будет мешать. Переговорщик в звании полковника немедленно согласился, и мы подписали бумаги. Рота уже была перекинута в окрестности столицы Габона и только ждала отмашки на выдвижение. Карты у нас были и даже более точные чем у иностранного парашютного полка немцы постарались времени у них было вагон, и маленькая тележка вот они проводили съемку местности. Расчет был следующий выдвигаемся к базе контрабандистов и вставляем там пост для охраны полосы. Люди были и надо было использовать по полной. С вертолетом это были понты, но надо было показать, насколько мы знаем джунгли. Базу я решил передать французам всё равно всё ценное и подходящее для в/ч 10003 мы оттуда выгребли. Вертолет я решил продать в США там полно богатых коллекционеров авиатехники времен второй мировой войны. Выдвигались к вертолету уже следующим утром. Слава богу всё оказалось в порядке, и никто не успел там побывать до нас. На базе остался пост из пяти легионеров. И мы полетели по маршруту, по которому мы и добирались сюда в Габон. С нами по тому же маршруту шли и транспортные вертолеты с нашей силовой поддержкой. Компания парашютистов этого должно было хватить что бы погонять немцев, которые искали нас. Я с нетерпением ожидал момента, когда немецкие группы нарвутся на парашютистов из иностранного Легиона.

Полет сейчас по знакомому маршруту и в компании с официальной силовой поддержкой прошел гораздо легче и спокойнее. Две дозаправки и мы снова на туманных склонах Вирунге. На посадку сразу пошли в лагерь этих сектантов и сразу же первые неожиданности нас встретили выстрелы из винтовок. Против пулеметов и автоматов это конечно не плясало, но знатно всех взбодрило. Рота легионеров не отличалась толерантностью, и черные сектанты недолго отстреливались. База очень понравилась нашему сопровождающему, наш полковник продолжил сопровождение контракта. Уверен этот полковник из разведки Легиона ну и пусть сё равно из этой базы мы уже выгребли, что представляло для нас хоть какой-то интерес. база была немедленно обжита и стала вспомогательным центром Иностранного Легиона для поддержки действий в прилегающем районе Африки.

Затем вертолеты пошли дальше над районами, где мы искали и теряли дорогу бились с крокодилами и прочими доисторическими животными. На вертолете гораздо удобнее осваивать джунгли. Промежуточная посадка у озера, где у нас остались хорошие знакомые здесь, я имитировал активные переговоры с вождем. В результате переговоров племя получило армейских пайков на несколько месяцев и пара десяток винтовок пополнили племенной арсенал. От озера построившись в колонну и вставив дозор пошли на лавовые поля искать то небольшое озеро, где мы последний раз видели спутник. Я немного опасался, что спутник уже нашли немецкие или американские группы, но те группы носились по другому склону вулканов и искали наши следы. Но и здесь нам дважды попались немецкие поисковые группы. Разговор с ними был краткий французы не вступали в переговоры и сходу гасили любые проявления активности. Так мне понравилось работать – четко и сразу. Нам даже не пришлось искать – водоём обнаружила немецкая группа и попыталась оказать сопротивление только никто не стал миндальничать приказ у парашютистов был жесткий любой ценой добыть спутник – шпион и мы этот спутник – шпион добыли. Я думал – как будут ввозить эту махину. Через двенадцать часов после выхода к озеру и обнаружения спутника пришли два огромных вертолета и зацепив спутник на внешнюю подвеску убыли в неизвестном направлении. Так быстро я ещё в Африке не работал. Были сомнения – нет аппаратуры слежения и контракт не будет считаться исполненным. Нет контракт нам засчитали и выкупили наш немецкий раритет оказалось коллекционеры есть и во Франции.

Обратный путь был ещё короче и через трое суток мы опять сидели в том же номере и цедили коньяк и снова собирали вещи для возвращения обратно домой к женам и детям. Оставалось купить подарки и гостинцы и в путь. Но не зря говорят если всё идет замечательно значит вы просто не видите опасности. Опять лица, опять те же знакомые лица и опять Франции что-то надо от нас. Оказалось, новая секта появилась в Конго. Секта и секта, но эта секта оказалась не простой дуриловкой легковерных негров. Этот новоявленный пророк собирает целые деревни и отправляет на встречу с Исусом прямо вот так и направляет. Население деревни роет огромную яму и укладывается в нее штабелями и затем другие специальные негры просто засыпают негров в яме исполняя волю пророка, отправляющего всех закопанных к Исусу. разницы между мужчинами и женщинами, стариками и младенцами не делают всех закапывают живыми. Вот такой новоявленный представитель Исуса Христа на Земле. Имущество затем реализуется в пользу этого представителя. Негры, конечно, бедные и нищие, но их много так что какой-то доход всё равно есть. Дело поставлено на поток каждый месяц очередная деревня отправляется на встречу к Исусу. Изуверство высочайшей пробы. Обычные меры не помогли. У представителя оказалось несколько отрядов вооруженных сторонников и просто так с ним не разобраться. Мандат ООН не предусматривал таких ситуаций и потому опять нужна была наша помощь.

Всю группу держать здесь в Габоне не было смысла, и командир с напарником отправились домой. Я же отправился в Конго искать этого представителя и со мной Сапер и уже в качестве силовой поддержки знакомая рота парашютистов. Мы должны были определить место и время применения силовой поддержки и тогда по сигналу к нам прибывали легионеры.

Район, где всё это происходило покрыт джунглями и только на редких полянах можно поставить местные жилища и устроить этакое поселение. Живут здесь в основном охотой и разведением небольших огородов. Животных совсем немного – в основном это козы. Коров здесь прокормить невозможно. Есть ли тут месторождения чего-либо полезного неизвестно. Возможно и есть но точно никто не знает геологические изыскания провести невозможно – геологов отстреливают и потому никто сюда не суется. Здесь только эта секта и всё. местных жителей всё меньше и меньше они уходят на встречу с Исусом. Уходят неотвратимо – деревня за деревней и такое впечатление этот уход не остановить.

Район блокирован вооруженными сторонниками секты и проникнуть внутрь этого сектора по земле не реально. Нас с Сапером закидывают вертушкой. И мы долго петляем после высадки в джунгли. Наконец находим какой-то островок среди болота и останавливаемся там на отдых. Есть ли в этом болоте чудовища нам неизвестно. Но кажется даже самые доисторические чудовища меркнут перед изувером, закапывающим живыми население одной деревни за другой.

Мы сидим на островке и наблюдаем как нас ищут вокруг болота. Да негры охотники сильны они нашли место, где мы вошли в болото и теперь ищут, где мы покинули эту топь. Но нашего следа найти не могут. Нарезают круги вокруг топи и нервничают. разговаривают они на французском, здесь представитель разных языковых групп и потому разговорный французский. И мы понимаем они очень беспокоятся – если они не найдут нас, то пророк отправит их вне очереди на встречу с Исусом они же не хотят так рано встречаться с Христом им и здесь нравиться. перед тем как население очередной деревни идет в яму всем молодым и красивым женщинам снимают порчу. Судя по всему, пользуют этих женщин вот именно эти охотники и затем все жители уходят в яму добровольно. сами копают и сами укладываются в штабеля. Не очень верится что такое возможно но мы здесь, что бы выяснить что происходит и прекратить это массовое убийство.

Вот и ещё какое-то чучело пришло. Это у нас местный колдун и начинается колядование. Сейчас этот колдун скажет, что мы ушли и мы спокойно уйдем дальше. Это что такое он тычет посохом в нашем направлении – он не может нас видеть, но тычет правильно. Так он бьет посохом по ряске и дико кричит какой ритмичный мотив. и что будет дальше всплывает несколько морд – это бегемоты или что то подобное но бегемоты они поменьше будут. С ними всплывает детеныш. Никем другим этот зверь быть не может, и этот детеныш скачет к нам к островку. Вот говорила мне жена – не ходи в Африку гулять, там злые обезьяны и прочие негры, но тут не негры тут переросток бегемот и что теперь делать. Хорошо он не злобный он просто хочет поиграть – наверное. Вот и его мама прется к нам сюда.

Этот колдун зае…л. Чего он орет как подорванный. Так что дать ребенку. Вот на яблоки и под прикрытием пригорка с размахом кидаю сетку с яблоками в пасть детенышу. Они ему понравились мурчит паразит. забираю сетку с яблоками у Сапера и швыряю ещё. Этот переросток проглатывает и эту сетку и что-то орет маме. Мама тормозит и разворачивается к берегу. Колдун затыкается и с места стартует и улетает более продуманные негры тоже меняют позиции и шустро меняют, оставшиеся с десяток наблюдают как к ним движется бегемот переросток и не ожидают такой наглости.

Этот бегемот выскакивает на берег и начинает закусывать неграми. Остальные бегемоты из озера направляются к берегу и приступают к перекусыванию неграми. Мы рвемся к другому краю топи и покидаем этот уголок джунглей. Ребенок что-то ревет нам вслед. Наверное, просит ещё яблок. Мы все в грязи и гамне этих переростков вываливаемся из кустов и зарослей лиан в реку и падаем в чистую воду. наблюдаем картину довольно странную – от нас улепетывает несколько огромных крокодилов. Зрелище было зачетное. Мы с ходу падаем в воды речки, один из крокодилов поднимает морду и впечатление принюхивается, затем с подозрением смотрит на нас и резко улепетывает. Остальные повторяют движения первого и валят очень быстро валят от нас. Впечатление такое, что они знают жителей топи и не хотят близкого общения не с кем кто пахнет как те бегемот переростки. Мы же, отмывшись от грязи выбираемся на берег. Пекло такое что одежда сохнет прямо на лету. Каких-то пять десять минут и одежда сухая. Одеваемся и смотрим в ту сторону куда уплыли крокодилы. Ждем от них агрессии и атаки. Нет крокодилы делают вид, что они нас не видят и точно не желают с нами общаться. н что ж не очень-то и хотелось. Отправляемся дальше – где-то впереди есть деревня и мы посмотрим, как же этот пророк проделывает свой фокус с подчинением всех своей воле. Мы опоздали и жители деревни уже сносят на площадь перед хижинами нехитрые пожитки и готовят угощение для вооруженных охотников. Из нескольких хижин слышны крики женщин. Да процедура уже запущена и нам остается только наблюдать. Женщин явно насилуют, но они не вырываются и не сопротивляются только кричат страшно кричат. Насильникам мало изнасиловать они режут женщин, на некоторых рисуют узор на коже острыми ножами и те залитые кровью продолжают прислуживать своим мучителям. На ум кроме наркотиков и гипноза ничего не приходит. Надо посмотреть на пророка поближе может тогда будет какая никакая ясность. Вот очередная женщина теряет сознание, этим насильникам не интересно резать женщину, когда она без сознания и он хочет послать другую женщину за водой и приведя эту в чувство упавшую без сознания продолжить пытки. Но тут появляются наши охотники и встав на колени ползут к пророку и в таком скрюченном состоянии начинают доклад – мы не особо слышим, но отрывки слов ясны. Мы не смогли… они ушли… Их защитили болотные звери… Колдун убежал первым… Они очень сильные колдуны… Прости нас… Не отправляй на встречу к Исусу…

Ответ пророка мы не слышим. Тот набирает из ведра кружку напитка и подает первому из провинившихся. Взяв из рук пророка кружку с напитком, первый охотник выпивает содержимое. Затем выпивший встает и начинает поить по очереди всех провинившихся охотников. Жители деревни не обращают внимания на эту процедуру. Зато уж другие охотники смотрят на эту процедуру с ужасом и хоть они и негры видно, как они побледнели. Дальше мы наблюдали уход на встречу с Исусом в исполнении этого десятка провинившихся.

Испившие снадобье встали и гуськом выдвинулись к краю джунглей и начали копать яму и шустро вкопали и стали укладываться в штабель и потом пара не пивших из ведра охотников споро закидала яму землей. Охренеть и не встать. Это и гипноз, и какое-то очень сильное наркотическое снадобье. Механизм действия на глаз непонятен. Выпускать из джунглей этот ужас нельзя. Явно нас сюда кинули тягать каштаны из огня для других. Хорошо мы просто уничтожим носителя этого знания и спасем местных жителей. Ночь прошла тяжело крики женщин, которых насиловали и медленно убивали не давали нам уснуть. Нам нечем было им помочь. Полсотни вооруженных негров и неизвестное количество вооруженных негров в джунглях. Никаких шансов спасти несчастных у нас не было. Уже под утро от костра донеслась трель телефона. Я чуть было вслух на русском языке не сказал как я изумлён этими звуками. У нашего пророка из джунглей оказался спутниковый телефон я даже не думал. что они уже есть. И тем не менее на английском языке этот религиозный деятель отчитывался – такой-то квадрат от биомассы очищен сейчас работаю в таком-то квадрате к утру зачистим, да биомассы ещё много, но идем по графику – геологи могут начинать работу в таком-то квадрате. У меня сначала мелькнула мысль это рептилии пришельцы. Но затем замелькали геологи и названия вполне земных минералов – нефть, золото… нет это не рептилии и не пришельцы это наши земные дельцы освобождают территорию от лишней биомассы. Вот и потому мы здесь. Просто борьба американских и французских компаний за местные месторождения полезных ископаемых. Ну что подкинем в топку империалистических противоречий между США и Францией дров и угля. Наступило утро и мы наблюдаем уже привычную картину негры копают яму и собираются укладываться штабелями и тут у сапера не выдерживают нервы и он короткими очередями кладет одного охотника -за другим. Я же прыжками как заяц скачу на фланг за пророком. Пророк командует, и негры которых решил спасти, Сапер встают из ямы и взяв копья, наваленные у крайней хижины, начинают окружать Сапера. Пожилые и молодые дети и женщины не спеша растягивают кольцо вокруг Сапера и никакого сомнения зачем они это делают. Они что-то глухо и монотонно поют и сужают круг вокруг Сапера. Пока они там разбирают копья и строят невод на Сапера я наконец добрался до пророка. Пророк откидывает капюшон и надвигается на меня сверкая глазами. Знал бы он сколько таких сверкающих глазами колдунов я видел. Так круг вокруг Сапера уже сомкнулся и начинает сжиматься надо спешить. Этот пророк с горящими глазами добегает до меня и слышит мое пение – взвейтесь кострами синие ночи. Мы пионеры дети рабочих. Удивились мы оба. Я увидев в его глаза удивление и услышав слова – откуда здесь русские. Он видимо от того, что я ему тут песенки пою. Очередь из автомата в живот – это больно и очень мучительная смерть. Великого представителя я привязал по-быстрому к столбу на площади и отправился спасать Сапера он уже с трудом уходил от ударов копьями. Вдвоем мы тоже с трудом, но зачистили поляну. Охотники бросили всё и ушли в джунгли мы же вернулись к деревенской площади, где привязанный к столбу медленно и мучительно умирал великий пророк. жалости у нас его стоны не вызывали. Охотники ушли не просто так они добили тех, кто не пошел в последнюю охоту на Сапера. Было ли нам жалко негров умерших такой страшной смертью – да было жалко. Но было жалко и себя – могли легко попасть под копья и тоже отправиться на встречу с Исусом. Хоть мы и коммунисты и нам эта вера не положена. Хотя на войне не верующих не бывает. Как говорят поморы – кто в море не ходил тот и Богу досыта не молился. так они и на войне. Молитва она сама на ум приходит и коммунисту, и беспартийному.

Солнце вставало, и мы сидели и смотрели как корчиться этот человек, если его можно назвать человеком. Который безо всякого сожаления отправил на смерть несколько тысяч человек. Нам не нужны были его ответы у нас на коленях лежали его сумки с спутниковым телефоном и карты с отметками какие района надо очистить в первую очередь. схватка корпораций США и Франции теперь пойдет ещё ожесточеннее. СССР будет легче строить социализм в Африке…

Глава 10

После того как мы зачистили этого представителя Христа на земле и прекратили массовые убийства под видом организации встречи с Исусом надо было аккуратно покинуть Конго и отправляться наконец домой. Но опять проклятое, но на точке эвакуации не было вертолета и вызовы по рации уходили в пустоту в эфире не было абонентов с теми позывными, о которых мы договаривались. Более того с верхушки дерева Сапер разглядел как в километрах пяти от нас к северу десантируются с вертолета какие-то люди в камуфляже.

Дурные предчувствия взяли верх в голове, и мы немедленно отошли в гущу джунглей от точки эвакуации. Гул вертолетов наплывал со всех сторон и теперь мы были окружены со всех сторон кроме южной. С юга не доносилось ни гула вертолетов, ни человеческих голосов, ни лая собак. На юг демонстративно были открыт все пути. Туда мы и не пошли. Мы вообще остались на месте только поднялись по лианам наверх к солнцу и там перебираясь с дерева на дерево заложили петлю и устроились поудобнее ожидая, что же будет дальше.

Ожидание не продлилось долго. Под нами по земле пробежали бойцы в камуфляже, они бежали, цепью тщательно осматривая поверхность земли и были среди цепи и несколько кинологов с овчарками на поводке нас искали и искали слишком тщательно. Осматривали и поверхность, и нижние края лиан и крон деревьев наши следы обнаружат, и погоня немедленно вернется и станет искать место, где мы спустились на землю. Не найдут и продолжат искать уже на пальмах. Быстро учатся эти легионеры.

Внизу прочесывание местности проводили старые знакомые из 2 – го парашютного иностранного полка, Франция решила нас зачистить – какие тайны заставили принять такое решения не ясно, но и узнавать не хочется. Вместе вдвоем нам не уйти значит мы разделимся и кому-нибудь и удастся уйти. Обнялись на всякий случай и полезли по лианам в разные стороны. Мне фатально не повезло я вышел на штабную группу, идущую позади и координирующую поиски и хотя мне удалось закидать гранатами эту группу но меня уже обнаружили и кольцо немедленно стало сжиматься.

Бег по джунглям – это упражнение на преодоление препятствий и судя по командам и голосам загонщиков – этот забег я проиграл. Уйти мне некуда впереди какие-то каменные стены, от которых ничего не осталось и поле во всю ширь – это преувеличение, но это зеленое поле это трясина и пройти там не получиться. Радует, что мне удалось увести за собой всю погоню. Вариант, что мы разделимся наши противники не рассматривали. Теперь Сапер уже должен быть далеко мне же стоит укрыться в этих развалинах.

Уже из последних сил заскочил в эту каменную коробку и привалился спиной к камню воздух не хотел идти в легкие я задыхался от перенапряжения пришлось пробежать десяток километров с полной отдачей сил по густо заросшим джунглям. Пророкотал крупнокалиберный пулемет и над головой раздались удары пуль о камень на голову посыпалась каменная крошка. Как похоже на тот момент, когда я попал в этот мир. Так же стучал браунинг, установленный на бронетранспортёре и так же приходилось лежать, уткнувшись лицом в землю.

Постепенно волнение уходило прочь. Понимание того, что это последний бой овладевало сознанием. Цепь загонщиков не спешила атаковать они принялись меня уговаривать сдаться и выдать компоненты, которые я забрал в лагере сектантов. Понятно из-за его теперь меня списали – контроль над разумом. Это конечно стоит жизни какого-то проводника хоть и своего француза.

Попытались сунуться, но автоматом я ещё могу пользоваться и несколько коротких очередей отогнали самых нетерпеливых и опять – сдавайтесь, нам не нужна ваша жизнь, нам нужен эликсир Исуса. Вариант отсутствия у меня этого эликсира видимо не рассматривается совсем.

Солнце ещё высоко, но уже ушло за полдень. Продержаться ещё пять часов и уйти по темноте. Нет этот вариант не пройдет. Цепи встали и пошли на приступ со всех сторон. Вот судьба и здесь придется умирать от взрыва гранаты. Я не удержу атаку со всех сторон. Меня просто закидают трупами и возьмут. Потом спросят про этот самый эликсир и не поверят, что я его выплеснул в костер ещё там в той деревне, которую этот гребанный пророк отправил на смерть. Привалился спиной к камню в центре этих развалин и втащил чеку в гранате, как там говорилось у Киплинга – подходите ближе бандерлоги. Ближе подходите. Я Вам сейчас покажу, как взрывается граната. Окружили, но стоят поодаль. Ждут чего-то. Вот и тот, кого все ждали. Дедок в возрасте, но крепенький такой. Чего это он по-немецки лопочет. Немецкий я отличу от французского типичное произношение «хох-дойч» вот оно значит как. не подходит близко – ученый гад. Решил зубы мне заговаривать. Ага вот и разгадка. Эликсир Исуса разработка великих немецких ученых, работающих в «наследие предков» нечего себе работающих не работавших работающих, получается сейчас. Что же замучаетесь вы искать компоненты своего эликсира. Всё идут со всех сторон. Что же вечная жизнь только в сказках. Разжимаю кисть и в сторону отлетает чека – крики и взрыв. Всё отбегался я по Африке. У семьи деньги есть. Жаль не увиделись…

Всё. Темнота. Как больно, сука. Опять темнота.

Нет опять не было ни светового потока, ни душевного общения с апостолами даже обидно. Могли бы и встретится и поговорить перед тем, как меня сюда отправлять. Койка и я на койке. Это я включил логику. Если я не раю и не в аду. значит я в госпитале. Бинты по крайней мере имеются и есть желание пощупать голову, но нет возможности рук я не чувствую. Значит лежим и ждем, что будет дальше. Голоса и в прорезь бинтов вижу мужчину в белом халате и шапочке и слышу голос– пока в себя не приходил. По крайней мере разговаривают на русском языке прикол был бы если бы на немецком языке мне сейчас диагноз ставили. снова темнота и снова неизвестно сколько прошло времени. Опять боль, но такая не очень терпеть можно и мне разбинтовывают голову. Открываю глаза и слышу товарищ сержант как вы меня слышите. Странно, когда я успел стать сержантом я ведь был капитаном. Но молчу слушаю, может быть, меня разжаловали, но за что и почему в сержанты. Мне под спину кладут подушку и мне становиться видно обстановку в комнате. Мать моя женщина. Это ведь не мое время. В СССР не было реконструкторов. У стены стоит пара стульев на них устроились – мужик в белом халате и у него петлицы на военной форме и в петлицах два прямоугольника. Майор или батальонный комиссар или старший лейтенант государственной безопасности. Вот теперь хочется узнать ответы на несколько вопросов. Где я, кто я и какой сейчас год. У второго сидящего на петлицах три квадрата опять те же проблемы с идентификацией. Старший лейтенант, политрук или младший лейтенант государственной безопасности.

Чего бы им не прийти сюда без белых халатов – у мен бы ясность была кто они такие. У политсостава на рукаве звезда пришита, у госбезопасности – щит и меч. Ладно надо молчать и слушать может будет понятнее. Итак, сержант Петров начинаем допрос. Имя фамилия отчество. Петров Иван Сергеевич. это значит я. Год рождения – 1920. Молодой я это хорошо. Если они в такой форме, то максимум сороковые годы. Старший внезапно отклоняется от формы допроса и говорит. Младший лейтенант тебе сколько раз говорено – дата и время записывается сразу. Младший лейтенант краснеет и вполголоса – 12 ноября 1939 года. город Москва. И далее опять – партийность – ВЛКСМ / это я знаю – с 1926 года Всесоюзный коммунистический союз молодежи/ значит я еще не в партии да действительно мне только девятнадцать лет.Но почему я весь в бинтах. Дальше идет заполнение бланка допроса уроженец города Москвы это хорошо всегда хотел быть москвичом. Работающий – следователь отдела НКВД Московского Управления. звание – сержант милиции. Вот дальше будет момент истины – мое процессуальное положение если начнется – вы подозреваетесь, то хана что-то, мне кажется, следствие НКВД я не переживу. Но нет слава богу – вы допрашиваетесь по фактам искажения социалистической законности в секретно -политическом управлении НКВД в городе Москве. Как-то так я не всё расслышал. Вы будете признаны потерпевшим по делу о фактах незаконного применения мер физического воздействия к врагам народа и шпионам иностранных разведок.

Или Вы действительно враг народа и шпион иностранной разведки. Я с трудом произношу нет я честный человек. Я реально ни в одной, ни во второй жизни не изменял Родине и врагом народа себя не считаю. Опять капитан – Иван Сергеевич я буду говорить вы будете кивать головой если согласны. Киваю головой. Согласен. дальше опять капитан – вы были задержаны и доставлены в тюрьму номер здесь капитан остановился и не стал называть тюрьму и там Вас допрашивали, требуя признательных показаний в измене Родине и террористической деятельности. В отношении вас были применены меры физического воздействия которые разрешается применять в отношении врагов народа и шпионов иностранных разведок в случае необходимости быстрейшего раскрытия политических преступлений. Киваю головой – становиться понятно почему я в бинтах. Именно поэтому вы напали на сотрудника государственной безопасности и убили его голыми руками. Так значит статус подозреваемого никуда не делся и это всё игры. Или сотрудника государственной безопасности убил бывший майор, который был в том же кабинете и к которому тоже применяли меры физического воздействия. Молчу и хриплю. Я никого не убивал. Снова капитан – значит убивал бывший майор – еле хриплю – я не знаю я потерял сознание и нечего не помню. Ладно уже разобрались – убитый бывший сержант госбезопасности разоблачен как враг народа и террорист. Ладно хоть так. Решением Народного Комиссара Внутренних Дел Товарища Берия следствие в отношении Вас прекращено за отсутствием в Ваших действиях состава преступления. Вам после госпиталя необходимо приступить к исполнению служебных обязанностей в районном управлении НКВД по Сталинскому району города Москвы. Вы всё поняли – мотаю головой – да всё понял. Мне подают узкую продолговатую бумажку – читаю подписка, обязуюсь не разглашать методы следствия и обстоятельства содержания в заключении, подписываю. Руки сами изображают мою подпись – подпись простая без завитушек. Петров.

Значит вот так. Следователь управления НКВД по Сталинскому району города Москвы. Сержант милиции. Как же я попал в тюрьму, что я такое натворил. Что там за бывший майор, который так лихо расправился с этим бывшим сержантом государственной безопасности. Хорошо я попал в период, когда из тюрьмы скопом всех впускали, кто не признавал свою вину. На поправку иду быстро. Но память возвращается кусками. Хорошо нет у меня жены и детей. Вот там я бы попал – женщину обмануть невозможно. Были бы опять проблемы. Мой муж не тот человек за которого он себя выдает он не мой муж. Повеселились бы от души. День идет за днем. Уже и за оконным стеклом белым бело. Забавное совпадение здесь у меня тоже день рождения