Текст книги "Огненный ветер"

Автор книги: Вячеслав Корнич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 26 страниц)

Но неожиданно песня оборвалась, видимо возникли какие-то проблемы с аппаратурой.

– Спасибо Антон, – тихо произнесла Анна, заглядывая ему в глаза

Раскатов с улыбкой взял женщину за руку и отвёл к столу.

– Скучаешь? – спросил он, оставшегося без пары Зорина.

– Вами любуюсь…

– Не скучайте Олег, следующий танец, я могу подарить вам, – предложила женщина.

– Договорились Анна, с удовольствием.

Вновь заиграла музыка и танцевальная площадка пополнилась отдыхающими с соседних столиков.

"Анечка, а ты ведь раскусила меня… У тебя прекрасная интуиция, да и расслабился я что-то сегодня", – подумал Антон – Хорошая ты, настоящая, даже чем-то напоминаешь Сатену".

Следующая песня заметно ускорила музыкальный ритм, собрав танцующих в круг.

– Эй, хватит сидеть, пойдёмте все танцевать! – призвала импозантная дама разомлевших от спиртного мужчин своей компании.

– Антоха, иди к нам! – крикнул Павел.

На что Раскатов отрицательно махнул рукой, не прерывая своих размышлений.

"Как я уже стал уставать от бесконечных пикников и вечеринок, одно радует, что скоро всё закончиться, – вздохнул Антон. – Люди, люди, отчего же радости безумных застолий вам ближе всего на свете? Ведь истинные ощущения не нужно искать где-то вовне, они всегда в нас, лишь только почувствуй. Неужели утренние похмелья ничему вас не учат? Ладно…завтра, мы точно никуда не уйдём. Сначала парни будут отходить от сегодняшнего веселья, затем мы займёмся закупкой продуктов…да, выйдем только послезавтра. За день дойдём лишь до Хобоя, там и заночуем. Но скорее всего, эта ночь пройдёт спокойно. Всё решиться там, где я и предполагал, во время ночного привала на восточном побережье".

Танцующие вновь разбились по парам, "уплывая" в ностальгической неге песни, хорошо известной среднему поколению:

Нить в прошлое порву,

И дальше – будь что будет,

Из монотонных будней

Я тихо уплыву.

На маленьком плоту,

Лишь в дом проникнет полночь,

Мир, новых красок полный,

Я, быть может, обрету.

Ну и пусть

Будет нелёгким мой путь,

Тянут ко дну боль и грусть,

Прежних ошибок груз.

Но мой плот,

Свитый из песен и слов,

Всем моим бедам назло,

Вовсе не так уж плох!

Внешний наблюдатель мог бы наверно принять поведение Анны и Олега за лёгкий флирт, обычно возникающий в танце между мужчиной и женщиной. Так могло показаться всем окружающим, но только не Антону, он отчётливо слышал каждое слово их диалога:

– Аня, ты останешься здесь и будешь дожидаться нашего возвращения, – прошептал на ухо своей партнёрше Олег.

– Может быть ты уговоришь ребят и возьмёте меня с собой?

– Как ты это себе представляешь? Даже пытаться не буду.

– Олег, ты что не понимаешь? Ведь он не тот за кого себя выдаёт… Мы же ничего не знаем о его намерениях.

– Я давно об этом догадываюсь, но что из того?

– Ведь вдвоём-то надёжнее…та сторона тоже готовиться.

– Кроме нас с тобой есть и другие, так что не переживай.

В приподнятом настроении, уже около часа ночи они вышли из кафе и направились к дому Мили Петровны. Как бы невзначай Анна оказалась рядом с Раскатовым.

– Антон… вы знаете, ваше путешествие сильно заинтриговало меня, – начала издалека женщина. – Романтика походов по природе, таинство ночных костров, всегда привлекали меня… Это же так здорово!

"Какая же ты упорная, Анечка" – про себя отметил Раскатов.

– Да? Для женщины это не совсем обычно, – уже вслух произнёс он.

– Зря вы так… и среди нас много искателей приключений. Лично меня всегда занимало всё необычное и непознанное…

– Анечка, вы наверно в детстве любили читать Жуль Верна… а может Фенимора Купера?

– Антон, не смейтесь, я же серьёзно… Я хочу напроситься к вам в компанию, не бойтесь, я выносливая, обузой не буду…

– Хм… вы знаете Аня, такое решение созрело у нас уже давно. Я даже не стану вспоминать обо всех обидах близких нам людей, не желавших этого, но даже их мы сумели убедить. Извините Аня, но мы пойдём втроём.

– Я всё поняла…

– Не обижайтесь, мы же скоро вернёмся… а там найдём маршруты где-нибудь в окрестностях и обязательно походим вместе.

– О чём это вы, а? – заинтересовался Павел, услышав обрывок разговора.

– Всё, уже проехали, – успокоил его Раскатов.

Попрощавшись с женщинами, Зорин с Раскатовым отправились спать, а Павел, не оставляя надежды на романтическое свидание остался с Мариной.

Появился Доцевич только с рассветом и не раздеваясь без сил упал на кровать. А в этот самый момент, мирно посапывающий Олег уже досматривал очередное сновидение. Раскатов же исключительно для видимости пролежал до шести часов, а затем направился к рукомойнику. Приведя себя в порядок, он накинул на шею махровое полотенце и лёгкой трусцой побежал к Байкалу. Остывшая за ночь вода несомненно только добавила Антону положительных эмоций. Отплыв метров сто от берега он оглянулся, будто почувствовав что-то и увидел как в озеро вошла женщина. Недолго думая, он развернулся и поплыл ей навстречу.

– Ты с ума сошла! – крикнул Раскатов, поравнявшись с Анной.

– Я…просто хотела… попробовать, – с трудом вымолвила она.

– Давай быстро назад!

На продуваемом ветром берегу Анна задрожала словно осиновый листочек и Антон стал растирать её тело полотенцем, вплоть до красноты. Потом он обнял её выпуская из себя тепло, а женщина доверчиво прижалась к его груди и затихла.

– От тебя идёт такой жар, – наконец произнесла она, – я уже и согрелась…

– Просто я очень горячий мужчина.

– Да, я успела это заметить…

Спустя пару минут, Антон выпустил её из своих объятий и произнёс:

– Аня, пора идти.

– Конечно… пойдём, – почему-то с неохотой ответила она.

Пока Анна одевалась, Антон незаметно наблюдал как она облачала в одежду своё гибкое тело.

– Какие у вас сегодня планы? – спросила по дороге женщина.

– Планы будут зреть когда разбужу остальных полуночников, но подозреваю, что сделать это будет нелегко.

– Скорей всего, – улыбнулась она. – А потом?

– Завтра мы уходим, будем запасаться провиантом и комплектовать рюкзаки.

Во дворе дома они поздоровались с Милей Петровной, руководящей работами по кухне и разошлись по своим комнатам.

– Подъём, спящие души! – крикнул Антон, прикрывая за собой дверь. – А то завтрак проспите.

Со стороны кровати Олега, послышалось лёгкое шевеление и заспанный голос осведомился:

– А когда…завтрак?

– Через сорок минут.

– Тогда… я ещё полежу… немного, – невнятно проговорил Олег и зевнул.

Доцевич же ответил лишь звучным похрапыванием.

Так и не добудившись Павла, друзья направились в столовую.

– А третий-то где? – лукаво поинтересовалась хозяйка.

– Эх, Миля Петровна, даже не спрашивайте, – вздохнул Раскатов. – Потеряли мы парня на время, потеряли….

– Воздух у нас чистый, надышался поди?

– Можно и так сказать, – усмехнулся, отошедший от сна Олег.

Они сели за стол где уже завтракала женщина с маленьким сыном, а вскоре к ним присоединилась и Анна.

– Неужели не удалось разбудить подругу? – спросил Олег.

– А вам? Ведь у вас такая же проблема, – в том же тоне ответила Анна.

– И не скоро удастся, – предположил Антон. – Зато мы с Анечкой успели искупаться в Байкале.

– Уже с Анечкой значит? – удивился Зорин.

– Именно так… Спи дольше, может ещё чего-нибудь пропустишь.

Безобидные шутки, как-то незаметно подняли настроение присутствующих за столом, развеселив даже молодую маму.

– А за продуктами когда вы собираетесь? – поинтересовалась Анна.

– Как только, так сразу, – ответил Зорин.

– Олег, а если серьёзно? – не сдавалась женщина.

– Когда, Антон?

– Сейчас и пойдём, – произнёс Раскатов.

– Я с вами.

– Кстати, пива прикупить нужно для некоторых товарищей, а то проблем не оберёмся, – напомнил Олег и тут же добавил:

– Да и я не откажусь….

После возвращения из магазина, друзья нашли Павла в таком же положении.

– Подъём, пиво приехало, разбирай! – нарочито громко крикнул Олег.

– Пиво…это мне сейчас нужней всего, – невнятно прохрипел Доцевич.

Он тут же соскочил с кровати и с жадностью опустошил половину бутылки.

– Ух…хорошо! – выдохнул после этого Павел, уже с повеселевшими глазами.

Примером друга воспользовался и Зорин.

– За новую жизнь, – объявил он.

– Может быть лучше за трезвую? – шутливо заметил Антон.

– Э-э, мы этого не говорили…новая не значить трезвая, – уточнил Павел.

– Ты лучше расскажи, как провёл вчера ночь? – с подвохом полюбопытствовал Олег.

– Братцы…скажу я вам… Мариночка такая бесподобная женщина… даже в поход расхотелось идти.

– Ты эти фокусы брось! – остудил его игривое настроение Раскатов. – Раз договорились должны идти, у тебя ещё будет уйма времени чтобы насладиться её обществом.

– Ладно, ладно, пошутить нельзя.

– Завтра отбываем в восемь часов, так что сегодня никаких возлияний, – предупредил всех Антон.

– Но пиво то хоть можно? Антоха, ты совсем деспотом стал в своём Тибете! – возмутился Доцевич.

– Пиво… ладно, в разумных количествах допускается, но учтите, только в разумных.

– А как определить философский смысл разумности? – задумался Олег.

– Интуитивно…пока ещё помнишь имя любимой женщины! – хлопнул в ладоши Павел.

– Паша, а если у тебя не одна такая? – проговорил Раскатов, пряча хитринку в глазах.

На несколько минут комната разразилась неподдельным хохотом.

Начало следующего дня отметилось суетой сборов. Друзья позволили себе перевести дух лишь когда убедились в готовности своего снаряжения, и только после этого наполненные под завязку рюкзаки переместились к входным дверям. После недолгих прощаний с новыми знакомыми, они взяли курс на север острова, в сторону мыса Хобой. Просёлочная дорога повела их вдоль западного побережья, но через некоторое время они свернули в сосновый лес, продолжив свой путь по тропам своих многочисленных предшественников.

– Сосенки то низкорослые, не сравнить с материковыми, – заметил Павел.

– Чего ты хотел…остров насквозь продувается ветрами, особенно осенью и зимой. Деревья здесь никогда не станут высокими, – рассудительно пояснил Олег.

Миновав лес мужчины вышли в степную зону, изрезанную дорогами и туристическими тропами, которые уходили к видневшимся вдалеке холмам.

Когда они остановились на первый привал, Зорин поднял довольно злободневную тему для разговора:

– Знаете мужики, что больше всего меня бесит в нашем народе?

– И что же? – заинтересовался Павел

– Да свинство…элементарное человеческое свинство. Вокруг такая красота, а люди и здесь норовят нагадить.

– Олежка, о чём ты?!… Ведь мы азиаты с раскосыми и жадными очами, как говорил один великий поэт.

– А думать… человеку же свойственно думать, тем он и отличается от животного, – поддержал Олега Раскатов.

– Думать? А когда нечем! – рубанул воздух рукой Павел – Очнитесь, о какой культуре вы говорите?

– Обидно всё же за наших людей, – с сожалением сказал Олег. – Европейцы такого бы себе не позволили, они умеют ценить красоту.

– У нас слишком много красоты и велики её просторы, чего их жалеть, не убудут же. А в Европе каждый природный уголок – уже чудо, и этим всё сказано, – резонно заметил Антон.

Да ты прав, к чуду нормальные люди относятся с благовенным трепетом, – согласился Зорин.

– Культура, нравственность… А знаете, как обидно было в Чечне, когда нас с потрохами сдавали высокие начальнички?! – вдруг словно от боли прокричал Павел. – Как проститутки…ради паршивых "бабок" и политических интриг! Нам-то на своём веку всякого довелось повидать, но пацанов этих жалко… Им-то во что верить, если жизнь начинают познавать со лжи и предательства? А вы говорите о человеческой культуре… Вот она, вся!

– Ладно Паша, не заводись, – произнёс Антон и похлопал по плечу Доцевича, – хотя ты полностью прав. Но я почему то уверен, что все будут судимы по заслугам, рано или поздно… поверь Паша.

– Твоими бы устами, Антон…твоими бы устами…

Следующий привал их ожидал после прохождения первой половины запланированного дневного маршрута.

В обозначенном на карте месте, перед друзьями открылась небольшая бухта с резким очертанием береговой линии и узкой полоской песочного пляжа.

– Искупаемся с дорожки и двинем дальше, – предложил Антон, сбрасывая тяжёлый рюкзак.

– Принято, – поддержал его Павел, – за одним и перекусим.

– Да, солнце сегодня палит как в Адлере, – сморщился Олег, вытирая рукой пот с покрасневшего лица.

– Ты же южанин Олежка, тебе солнце должно заменять всех родственников. Это мы с Антоном дальневосточники обмороженные, к холоду больше привыкшие.

Зная шутливый нрав своего друга, Олег лишь улыбнулся.

Сбросив одежду мужчины наперегонки побежали к воде, оставляя за собой следы на песке, а потом и фонтаны холодных брызг. Вдоволь накупавшись, счастливые путники перекусили и позволили себе немного понежиться на пляже.

– Следующий привал нужно делать уже у Саган-Хушуна, от него рукой подать до Хобоя, – сказал Олег, рассматривая карту острова.

– На Хобое можно остановиться на ночёвку… Как думаете? – произнёс Антон.

– Я согласен, подойдём как раз к сумеркам… Какой смысл переться дальше по темноте? – поддержал его Павел, докуривая сигарету.

Согласовав дальнейший маршрут, они вновь двинулись на север.

Когда мужчины подошли к Саган-Хушуну, солнце уже висело над Приморским хребтом, а через несколько часов должно было спрятаться за ним.

– Ху… Ну что братцы, передохнем немного и сделаем последний рывок, – произнёс уставший, но не потерявший бодрости Доцевич.

В следующую секунду, измучившие спины путников рюкзаки полетели на землю.

– Давайте побродим немного, говорят здесь места красивые, – предложил Олег.

– Можно и побродить, – согласился Раскатов.

– А как Саган-Хушун ещё называла Марина, "Белый мыс"? Интересно почему? Скорей всего он больше на красный похож, – озадаченно произнёс Павел.

– Паша, это красный лишайник, он видимо любит расти на скалах, – проинформировал друга Антон.

Неподалёку от них собиралась группа туристов, прибывших на пассажирском УАЗе.

– В Хужир наверно возвращаются – предположил Олег. – Скорей всего, это последняя экскурсия, ночью-то наврядли кто поедет.

– Наверно, – кивнул Антон.

В тот момент Павел уже направлялся к машине, возле которой толпились люди.

– Здравствуйте! А вы не подскажете, почему мыс называют "Белым"? – обратился к экскурсантам Доцевич.

– Это он со стороны Байкала выглядит как беломраморный, а с суши вы этого не увидите, – ответил доброжелательный мужчина в очках.

– А-а, понятно… Спасибо за информацию.

– Да не за что. А вы пешком путешествуете?

– Ага, пешком топаем…вот решили грехи молодости с друзьями вспомнить.

– Хорошее дело, а я всё собираюсь, да никак не решусь.

– Мы просто сильно захотели.

– Вы правы… Удачи вам!

– И вам счастливо добраться, – ответил Павел.

Вскоре последние туристы отправились в Хужир, и буквально на минуту наступила необычная тишина… но вдруг, Саган-Хушун заговорил звуками Байкальской природы. Шум налетевшего ветра таинственно перекликался с волнами, бьющимися о скалы мыса и с пронзительным криком белых чаек.

Ещё некоторое время друзья знакомились с окрестностями, оставив на память необыкновенные снимки, а затем вдоль Саган-Хушуна продолжили свой путь.

Остаток дневного маршрута уже проходил через лес. Миновав его, мужчины наконец-то вышли к самой северной точке острова… Подле них, изогнувшись в томной неге величественно лежал сказочный мыс Хобой. В тот момент уже смеркалось и друзья поспешили на каменный гребень мыса, напоминавший огромный клык зверя. Перед их взором открылась удивительнейшая панорама Байкальских просторов, где за нескончаемой синевой озерной глади скрывался его северо-восточный берег, а на западной стороне возвышался темнеющий Прибайкальский хребет.

Словно заворожённые они в безмолвии глядели на красоту неповторимой дали, не в силах выразить свои ощущения.

– Да братцы, ради этого стоило ехать и топать десятки километров, – нарушил молчание Павел.

– А ты ещё вчера упирался, всё с Мариной норовил остаться, – поддел его Олег.

– Ну и Марина здесь не помешала бы…

После этих слов на могучем клыке мыса раздался заразительный мужской смех, уносящийся в пелену сумерек.

– Всё мужики, пошутили и хватит, – остановил друзей Антон, – ночь на подходе, пора разбивать лагерь.

– Ты прав, пойдём определяться с ночёвкой, – деловито согласился Доцевич и не мешкая направился в обратную сторону.

Спустившись в молодой лесок, путники облюбовали ровную площадку со старым костровищем.

– Да-а, с дровишками-то здесь проблема, – произнёс Антон. – Придётся собирать по всей округе.

– Не дрефь, палатку поставим и поможем наскрести, – успокоил его Павел, вытряхивая из мешка палаточные принадлежности.

Пока Зорин с Доцевичем занимались установкой палатки, Антон углублялся в лес, подсвечивая себе дорогу фонариком.

Впереди в сотне метров он увидел блеск огня, но когда осмотрелся повнимательнее, то обнаружил ещё не одну костровую точку.

"Значит мы уже не одни… Интересно, когда и на чём приехали наши сопровождающие?".

Просканировав местность, он обнаружил интересующие его группы преследования.

"Да, неожиданные сюрпризы не оставляют нас – усмехнулся Антон. – Ладно, с вами ребята разберёмся завтра".

К моменту возращения Раскатова, недалеко от костровища успела вырасти палатка, а его друзья в это время с энтузиазмом разбирали провиант.

– Всё что нашёл, – отметился Антон, бросая на землю охапку сучьев.

– Не густо, – хмыкнул Олег. – Ты пока разжигай, а мы ещё поищем. Хотя бы тушёнку подогреть.

– Если голоден и так слопаешь! – съязвил Павел.

– Съем конечно, но всё-таки тёпленькая то лучше…

– Убедил чертяга!

После того как продукты заняли своё место на плащ-палатке, Доцевич с Зориным отправились на поиски дров, а Антон принялся разжигать костёр.

А когда они вернулись, подогретая тушёнка уже аппетитно шкварчала жирком, возбуждая голодное воображение истомлённых мужчин. В мгновение ока на импровизированном столе появилась плоская фляжка и не замедлила поделиться своим содержимым с кружками друзей.

– Для крепкого сна, други, – торжественно объявил Павел.

– Ты и без водки как убитый спать будешь, – резонно заметил Антон.

– Э-э, не скажи Антоха, водка то она душу греет…

После утомительного пути, ужин им показался необычайно вкусным. Разомлев от сытой усталости, они всё же просидели около часа возле костра, делясь дневными впечатлениями. А после решили бросить жребий, чтобы распределить часы дежурства.

– Как думаете, по два с половиной часа нормально будет? – спросил Зорин.

– Ну, можно и так, выспимся поди, – прикинул в уме Павел и затянулся сигаретой.

– Ладно Пашка, пойдём спать, – позвал зевающий Олег. – Антон у нас первый на фишке.

– Антоха, бди добросовестно, чтобы враг не потревожил наш богатырский сон, – успел ещё в шутку проинструктировать Павел.

– Давайте уже, дрыхните…

Зорин с Доцевичем довольно быстро выполнили все жизненно – необходимые процедуры и забрались в палатку, а Антон вновь отправился на поиски дров.

Какое-то время Олег ещё боролся со сном, пытаясь контролировать ситуацию, но и его наконец-то сморила усталость. Буквально через несколько минут из палатки уже доносился дружный мужской храп.

Поддерживая костёр, Раскатов с интересом наблюдал за огненными искрами, с треском вырывавшимися из пламени и даже нашёл в этом аналогию:

"Словно души стремящиеся в небеса… так же неудержимы и таинственны".

Позже, он устроился поверх спального мешка и стал наблюдать за звёздным небом. Величественная картина надземных миров уже не раз обостряла его интуицию, вот и сейчас Антон почувствовал как тайна будущего приоткрывала свои двери его видению.

Ночь прошла на удивление спокойно, а в половине восьмого их разбудил бодрый голос Павла:

– Подъём бойцы! Оправить естественные надобности, на зарядку и умываться!

– Да пошёл ты…шутник чёртов, под самое ухо орёшь! – сонно возмутился Олег.

– А иначе вас не добудишься, – нисколько не обиделся Доцевич.

Через сорок минут, туристическая группа уже была в полной готовности продолжить свой путь.

Первый этап намеченного маршрута, уводил друзей вдоль побережья через северную оконечность острова к восточному берегу. Особо не задерживаясь возле мест туристических паломничеств они вышли через восточное побережье к обширному пляжу, за которым величественно возвышался горный хребет.

– Всё, привал мужики! Передохнём немного и поползём наверх, – объявил Антон.

– Привал, так привал, – согласился Павел, скидывая с плеч рюкзак.

– Пошли купаться! – позвал Олег, сбрасывая с себя промокшую от пота одежду.

Уговаривать долго друзей не пришлось и через минуту они уже барахтались в водах Байкала.

– Ух… водичка-то здесь покруче… не Малое море! – крикнул из воды Павел. – Все члены сводит…

– Фу-у, – фыркнул Зорин и не без иронии заметил, – лишь бы "главные" не обморозить.

– Да уж… но Антохе это уже не грозит.

– Ты думаешь?

– Интуиция, брат, интуиция…

– А-а… Ты как хочешь, но я за ним не поплыву, – заявил Олег.

– Ага и мне что-то в напряг.

Вначале из воды выскочил Доцевич, а следом за ним и Зорин. Мужчины интенсивно растёрли себя полотенцами и немного погрелись в движении, после чего улеглись на песок, продолжая оживлённо беседовать. А спустя несколько минут появился раскрасневшийся от ледяной ванны Раскатов.

– Слушай Антон… пока ты плавал, мы с Олежкой немного поспорили, – издалека начал Доцевич. – Рассуди нас бестолковых, какой орган дороже всего мужчине?

– А ваши предпочтения? – с хитринкой во взгляде покосился на них Раскатов.

– Ну, о моём мнении ты догадываешься наверно… И не надо Зорин посмеиваться! Я хоть и не силён в медицине, но представляю, где находится жизненная сила мужчины. А вот Олег утверждает, что без мозгов мужику просто не обойтись.

– Насколько я знаю, мозги находятся в составе головы, а голова это часть тела, но не орган, так что ваш спор не по существу друзья мои.

– Допустим… Ну, а если в принципе рассудить?

– Паша, вот если бы твою мужскую силу соединить с мозгами Олега, то всё остальное тебе было бы без надобности… А мне обморожение не грозит. Ты же это хотел услышать?

– Ну ты даёшь! Как догадался-то?! – глаза Доцевича расширились от удивления.

– У тебя же на лице всё написано.

– Я же говорил тебе Пашка, что он нас раскусит.

Поначалу признание Антона привело друзей в некоторое замешательство, но потом они дружно расхохотались.

Подсушив одежду мужчины стали готовиться к самому сложному участку маршрута. Помня об этом, что восточное побережье острова большей частью состояло из горных массивов круто обрывавшихся к озеру, друзья постарались заполнить все свободные ёмкости водой. После осмотра снаряжения, они разложили карту и стали изучать дальнейший путь к мысу Ижемей, венцом которого была гора Жима, самая высокая вершина острова.

– Мужики, я слышал от местных, что Жима одно из самых святых и таинственных мест у бурятов, – вдруг вспомнил Олег. – И в прошлом на ней шаманы проводили обряды жертвоприношения.

– Братцы… а может быть и нам что нибудь пожертвовать духам? – с лукавинкой в глазах предложил Доцевич. – Зорина например…

– А почему не тебя? – удивился Олег.

– Нет, меня нельзя, – покачал головой Павел.

– Это почему же, Паша? Вроде комплекцией тебя судьба не обидела.

– Дело не в том…просто одному человеку я пообещал вернуться. А если я не выполню обещания, смогут ли духи острова принять лжеца?

– Если ты Мариночку имеешь в виду, то смогут Доцевич, ещё как смогут! Эта милая особа ещё вчера забыла о твоей персоне, так что можешь совестью не мучиться.

– Как знать Зорин, как знать…

– Эй остроумы, хватит паясничать, пора работать! – шутливо прикрикнул на них Раскатов.

– И то верно Антоха… топать нам ещё, ой как далече, – согласился Павел.

Какое-то время друзья корпели над картой, ориентируя предстоящий маршрут по рассчитанному азимуту, а затем по старому русскому обычаю присели на увесистых рюкзаках.

– Вперёд бойцы, на Жиму! – вскоре скомандовал Павел, поднимая своих спутников.

– Ну, с Богом, – выдохнул Зорин.

После того как рюкзаки улеглись на плечи мужчин, они по привычке попрыгали приноравливаясь к нелёгкой ноше и направились на юг острова.

Уже несколько часов они всё выше и выше забирались в горы, сбивая дыхание, и с ностальгической тоской вспоминали о степных тропах. С каждым метром подъёма их рюкзаки словно наливались свинцовой тяжестью, обжигая лямками плечи путников. Привалы же становились всё длиннее, на которых друзья уже с трудом успевали переводить дыхание и восстанавливать забитые мышцы. Даже разговоры в пути практически прекратились, лишь иногда они обменивались короткими репликами, чтобы уточнить маршрут.

Возле самых подступов к вершине, они решились на очередной привал. Сбросив непомерно тяжёлые рюкзаки, мужчины в изнеможении упали на землю. Несколько минут они пролежали без движения, не желая даже разговаривать.

– Как самочувствие Паша, наследство не поубавилось ещё? – наконец нарушил молчание Антон.

– Ты имеешь в виду это? – вздохнул Доцевич, похлопывая по опавшему животу.

– Ну да.

– В норме уже… Но скажу я вам братцы… такие прогулочки чреваты….

– А в былые годы скакал по горам как резвый архар, – напомнил Олег.

– Э-э, то раньше было Олежка, а теперь мы уже далеко не пацаны… Молодость, молодость, где же ты?

– Нет, всё-таки ребята здорово, что мы собрались вместе, – улыбнулся Раскатов. – Когда ещё доведётся…

– Кто спорит, Антоха? Я когда увидел вас, будто в прошлое окунулся, – ответил Доцевич. – Жизнь ведь она такая штука, крутит, вертит нами, а просветов-то мало… А теперь, вот оно прошлое рядом со мной…

– И в той жизни Паша, всякое бывало, – заметил Зорин.

– Да брось ты Олежка!…В нашем прошлом не было ерунды, теперь я это знаю, всякое бывало, не спорю, но плохого точно не было.

– Ты прав Паша, – согласился Раскатов, – ерунды в этой жизни не бывает, а всё что примерили к себе, останется с нами.

Немного поплутав они всё же вышли к расчётному месту, где должен был находиться пик Жимы.

– Мужики, поглядите! – крикнул Олег, преодолевая одышку. – Камушки сложены в кучи как на Хобое, наверно мы где-то рядом.

– Вот она Жима, – указал Антон на белую скалистую шапку, выглядывающую из окружения сосен.

– Да-а…похоже что дошли, – вздохнул Павел.

Они поднялись на самую вершину и стали осматривать округу.

– Святые места, что же они таят в себе? – задумчиво произнёс Зорин.

– Дух прошлого Олег, лишь только его память, – ответил Раскатов.

– В таких местах ребята невольно задумываешься о смысле жизни… о вечности.

– Рано тебе Зорин думать о вечности, – усмехнулся Павел, – поживи ещё на грешной Земле.

– Да я не только об этом Паша, я вообще….

– Братцы, мне вот интересно, чем же шаманизм отличается от других религий? – полюбопытствовал Доцевич.

– Решил поменять веру? – поддел его Зорин.

– Не доставай Олежка, я серьёзно.

Спрятав улыбку, Раскатов окинул взглядом своих товарищей и произнёс:

– Насколько я знаю, шаманизм как и некоторые религии признаёт существование трёх миров, только они называются мирами духов… нижний, земной и божественный. Но, в нём нет такого понятия как единобожие, в отличие от того же христианства. Только поэтому верящие в духов природы и называются язычниками.

– Да, я тоже читал где-то об этом, – вспомнил Зорин, – а шаманы выступают как посредники между этими мирами, что-то вроде проводников человеческих душ.

– А, значит все эти жертвоприношения и ритуалы, ради того чтобы манипулировать духами? – предположил Павел.

– Возможно и так, но скорей не чтобы манипулировать, а договариваться, – уточнил Зорин.

– Не вижу разницы, – пожал плечами Доцевич.

– Напрасно Паша, разница есть… ведь люди же не зря относились к духовным мирам с трепетным суеверием, они считали их непостижимыми и всемогущими, но они так же знали, что эти миры могли быть опасными для них… поэтому и задабривали как могли незримую силу. А ведь если разобраться, то всё сущее и есть дух или сознание, а мы лишь его неотделимая часть, – попытался урезонить друга Раскатов

– Но тогда я не понимаю, какая религиозная точка зрения справедливей?

– Возможно правы те и другие… А если предположить, что Бог это коллективный Космический Разум, питающийся от многочисленных миров, то не будет и противоречия.

– Ну, ты Антон и загрузил меня! Но что-то в этом есть, есть несомненно…

– Вот, правильно Паша, вместо того чтобы строить интимные планы, лучше подумай на досуге об этом, – предложил Олег.

– Зорин… не лезь под кожу, я сам знаю как распорядиться своим временем.

– Ребята, будет вам, посмотрите лучше на эту красоту…

С пика Жимы открывалась необозримая водная даль Байкала, простиравшаяся до его восточного берега, скрытого в туманной дымке. Словно притянутые немыслимым магнитом, друзья простояли какое-то время в молчании, любуясь неповторимой красотой озера. Но через полчаса, они все же продолжили свой путь, чтобы не потерять остаток дня. Теперь их маршрут лежал на юго-запад, вдоль восточного побережья острова.

Последний метры пути давались уже с трудом, и путники решили сделать большой привал с ночёвкой. На следующий день им предстояло пройти ещё несколько километров вдоль восточного побережья, чтобы за мысом Ухан спуститься в западную часть острова.

Как и в прошлый раз они присмотрели относительно ровную площадку, где и разбили лагерь.

Скитания по горам отняли у мужчин значительно больше сил и неудивительно, что вскоре после лёгкого ужина они засобирались в палатку.

В отличие от друзей, Раскатов практически не нуждался в физическом отдыхе и восстанавливал свой энергетический баланс лёгким усилием воли. Углубив ещё больше сон своих товарищей, Антон решил не будить их до самого утра. Ведь надвигающаяся ночь была отмечена особыми надеждами, поэтому лишние "глаза и уши" ему были не нужны. После того как ребята заснули, Антон затушил костёр и прислушался. Лес ответил ему вздохом деревьев, встревоженных порывом ветра и пронзительным криком птицы, пролетевшей над верхушками сосен. Раскатов просканировал округу внутренним зрением и отметил, что преследователи, "висевшие" целый день у них на "хвосте" потеряли след. Поначалу Антон был несколько удивлён, что из трёх следующих за ними групп, осталось всего две, но проанализировав ситуацию, он всё понял. Для того чтобы оставшиеся преследователи изменили маршрут движения, Раскатову пришлось дистанционно воздействовать на их сознания, но одинокого путника он решил пока не трогать.

По замыслу Антона, незнакомец должен был проявить себя сам и действительно, вскоре его присутствие обнаружилось. Уже не разбирая дороги, он пробирался напролом через лес. Чтобы перекрыть ему путь, Антону пришлось спуститься несколько ниже, где в ожидании он затаился за деревом. Буквально через несколько минут раздался треск потревоженного валежника, а затем появился и сам человек.

– Гляжу тебе пригодился опыт походов, – неожиданно произнёс Раскатов.