Текст книги "Демон Ночи (СИ)"

Автор книги: Вова Рекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Но как тогда срабатывает мой Дар, если он только на мою смерть зациклен?

Тут всё просто: я вижу, как Пепельные Клинки пробивают обе ноги Бойко, однако Охотник успевает разрубить посередине того Второго Драконида, который залечил свою руку за это время. Первый Драконид сразу же после атаки на Бойко влетает в меня, разрубая пополам.

Этого нельзя допускать, но момент с ногами Бойко меня очень радует.

Чувства предвидения смерти от Дара реципиента уходят.

Теперь я снова в своём прежнем состоянии и могу давать команды.

– Вниз! – кричу Охотнику.

На этот раз у меня не полсекунды на уворот, а полторы, так как враг сперва проходит через тело Бойко.

И вот здесь самое интересное.

Так как Бойко слушает меня в такой экстренной ситуации, у него не остаётся выбора, как принять два Пепельных Кинжала на свою грудь, а не на ноги, которые были видны мне через Дар реципиента.

Вот только из-за изменения положения, сам Охотник прорубает Второй Пепельный Клинок вдоль лезвия, а Первого ранит так же, как в первый раз ранил второго Драконида, отсекая часть лезвия, которая впоследствии превращается в отрубленную лапу Драконида.

Из-за такого изменения, Первый ревёт и сваливает, так и не атаковав меня. Хотя я за полторы секунды полностью перегруппируюсь, чтобы близнецовый Драконид не разрубил меня надвое.

По итогу вдали слышен рёв и видна алая аура Первого Драконида, который пытается залечить свою лапу, а это значит, у меня есть время на новый план.

Что касается Второго Монстра и нашего Бойко – здесь всё… кроваво.

Охотник блюёт кровью.

Со спины видны две дыры.

Я с Психом обходим Охотника, чтобы увидеть лицо нашего ЧСВ-героя.

Бойко закатывает глаза к мозгу. Он стоит на коленях, еле дышит, но при этом истерично хохочет.

Даже умудряется скрестить руки, чтобы прикрыть дыры в груди. Но это уже банальности, так как такие действия ему не помогут.

– Суки, какие же вы выбл… Трахал ваших мате…

Охотнику трудно говорить. Он даже не может договорить, но уже начинает что-то новое.

Хотя шутки про матерей, видимо, актуальны в этом мире в любом возрасте, особенно когда долго топчешь землю, но не набираешься ума-разума.

– Да моя мать бы тебя сама вы…

– Так, Псих! – встреваю я, а то гремлин уже начинает заводить свою шарманку. – Не нужно оскорблять этого урода. Лучше подай мне его меч.

Фиолетовые искры быстро исчезают на оружии Бойко.

Похоже, когда погаснут все, то и умрёт этот неадекват, который называет себя Неуловимым. Хотя я бы понизил его в ранге до Безумного охотника-убийцы, потому что то, что делает этот чудик – самое настоящее безумие.

Я срываю с Бойко плащ, который уже давно не искрит, обматываю им свою правую руку и беру меч Охотника.

– Лишь за одно я тебе благодарен – спасение моей тушки на нейтральной территории, – говорю будущему мертвецу, поэтому не боюсь выдать правду, зная, что нас слышит только Бойко и раненый Драконид. – Я не держу на тебя зла, Брат, каким бы уродом ты бы ни был. Даже все мои внутренние всплески – это мимолётная агрессия, которую я в себе сразу же подавляю. Покойся с миром. Ты заслужил быструю смерть. – И я сношу Бойко голову.

Как только это делаю, его меч распыляется.

В руке остаются чёрные камешки от рукояти меча. Но и они распыляются через секунд десять.

Всё, конец.

Вокруг холод и сильный ветер.

Вдали рёв раненого Драконида.

Вблизи гремлинский ржач.

– Чувак, то есть Костян, – продолжает ржать Псих. – Ну ты и выдал, ах-ха-ха! Большей клоунады я ещё не слышал. «Брат! Брат. Ты достоин быстрой смерти», при этом полчаса произносил речь. Ах-ха-ха! Не ну ты красавчик, чётко над ним рофлишь. Я оценил.

Псих прекращает свой ржач.

Я не совсем его понимаю, но даже не пытаюсь это комментировать.

Похоже, только для меня одного Охотник, как и Демон Ночи – это что-то большее, чем просто слово… пусть даже один из нас вёл себя как настоящий урод.

– Ладно, что будем делать с раненым Драконидом и с этой бомбой, – указывает Псих на отрубленную лапу Первого и бомбу, в которую трансформировался второй близнецовый Драконид.

– Ты же помнишь слова Бойко, что если бомб больше, чем одна в радиусе десяти метров, то они моментально притягиваются друг к другу и взрываются, орошая едким веществом Охотника, если тому не удалось сбежать, – говорю я Психу, а сам проверяю его реакцию.

Если гремлин чувствует меня так же, как я его, то должен знать, что я Демон Ночи, который уже встречался с подобными тварями, поэтому знаю механизм работы бомбы от близнецового Драконида.

С другой стороны, если я чувствую Психа на все сто, то и я должен знать о его жизни. Но вот я ничего, по сути, и не знаю про питомца, кроме того, что есть в памяти реципиента… и то отрывисто.

Значит, всё же есть шанс, что Псих не знает обо мне и о моём маленьком секрете попаданчества.

Хотя даже если и знает, кто я такой, то в этом нет ничего плохого. Он мой питомец. Он мой ПСИХ.

– Костян, я не запоминал эту шнягу с бомбами, – выдаёт гремлин. – Я хочу, чтобы ты выжил. Эта тварь сейчас восстановит свою руку и будет нападать. Если мы не хотим, чтобы нас взорвало, то нужно побыстрее свалить от этой бомбы. А лучше, свалить вообще. Пока ты там тренировался с астральным клоном Бойко, я раздобыл себе ноут и немного ломанул Штаб, но сделал это красиво. Узнал кое-что интересное про охотников, но рассказывать буду тогда, когда нужно, а то у тебя мозг взорвётся, ибо ты слишком тупой для этого. Сорян, но это так.

Ого.

Память реципиента тоже подсказывает, что Псих с электроникой на «ты», да на такое «ты», что иногда сама электроника с ним на «Вы».

А это уже нехилый такой статус для гремлина и техники, с которой он взаимодействует.

Вот только этот шкодник обожает её уничтожать, получая кайф и энергию, которая как-то связана с моим Даром и боевой магией Демона Ночи, но не связана с Даром реципиента.

Но да ладно.

Сейчас важно убраться с этой Критической Точки, либо замочить вторую тварь, а потом всё равно как-то свалить отсюда.

– Псих, какой план? Замочить у нас не получится это существо без хитрости. Но хитрость применить сложно, потому что наш «козырь» валяется сейчас без головы рядом с бомбой-Драконидом.

Питомец чешет свою мохнатую бородку.

– Хм. Костян, я тут узнал, как охотник-убийца просит помощи у охотника-ловца, чтобы тот открыл ему портал, – радует меня питомец. Умничка, Малыш.

– И как же? – я уже в предвкушении победы.

– Ну ты чё, не слышал, что ли⁈ – хитро наезжает Псих. – Пятый… то есть Бойко говорил с Тридцать Шестым, а потом и тебе же рассказал, что есть артефакт, которым можно воспользоваться и приказать ему открыть Критический Пространственный Разрыв или ещё что-то там, при этом сказать то самое кодовое слово или словосочетание.

Ясно!

Псих решил выдать базу.

Ладно, умник, это «гениально».

Хотя доля правды есть, такое действительно Бойко говорил мне.

– А ты случайно не знаешь, какой артефакт может быть у Бойко, чтобы вызвать портал? – спрашиваю у гремлина, но сам даже не надеюсь на этот бред.

Тот даёт мне плащ, который я сорвал с Бойко.

Я беру его и смотрю на питомца.

Минута молчания.

– Ну… говори, – смотрит Псих на меня, как на барана.

– Ты помнишь, что говорил Бойко, мол, этой способностью обладают не все, – сдаюсь я, ибо это реально бред какой-то.

Псих сразу же прерывает:

– Бойко твой дурак. Он сперва про какое-то Карибское Чудо говорил.

– Тибетское, – поправляю я.

– Ну Тибетское, какая разница, – махает ручкой Псих. – Бойко явно завидовал тебе и твоей печати на правой руке. И сто пудово есть редкие экземпляры, пусть и не с печатью на правой руке, но с какими-то примочками, которые могут творить охренительные вещи – типа перемещать охотников, животных и престарелых беременных детей через зачарованные артефакты в другие миры.

Я уже сам начинаю ржать с этого словосочетания про «престарелых беременных детей». Даже на секунду забываю, что вот-вот оклемается близнецовый Драконид Хариотля.

– Ещё Бойко про твоего деда напомнил, чтобы ты с ним поговорил, – продолжает Псих. – Но это не так важно. Важно, что Бойко это всё говорил про «особенных». Но для простых вещей хватит и простого охотника-ловца, который даёт своей банде право использовать его кодовые словечки через зачарованные артефакты. Ибо если бы этого не было, то как бы тогда охотники-убийцы возвращались бы домой после бойни, а?

– Ну…

– Но даже если тебя и это не устраивает, то вот тебе другая версия: охотники-убийцы уже находятся в Секторах, куда перемещают Монстров. То есть Охотникам не нужно сваливать обратно. А если и нужно, то в Секторах есть камеры, поэтому после мочилова к ним снова приходит охотник-ловец, который открывает портал, то есть Пространственный Разрыв. Ну то есть не приходит, а просто открывает, видя, что пацаны закончили месиво. Короче, не бери близко к мозгу. Я дал тебе кучу вариков, и один из них точно подойдёт.

В целом, нельзя этого отрицать.

И Псих реально в чём-то прав.

– А вообще, этот Тридцать Шестой уже Неуловимый охотник-ловец, – добавляет Псих. – Может, он как раз и есть один из необычных. Пусть и не Карибских гоблинов…

– Тибетских Чуд… Чудо Тибетское.

– Да насрать! – повышает голос гремлин. – В общем, он из тех, кто типа чё-то может. Поэтому он и расфурычил весь этот движняк. И зачаровал плащ нашего Бойко, раз работает с ним. Тем более работает на Критических Точках. И да, Три-Двадцать-Двадцать – это и есть та хрень запрещённая, куда нельзя соваться, но не потому что это опасно, ибо опасно практически всё в этом мире, а потому что это территория не наша – это, сука, Монголия. А она под юрисдикцией Японской империи. И мы здесь как бы не должны быть без особого разрешения.

Опа!

А вот это сейчас Псих интересно выдал.

– Короче, чувак, Костян… ай, пофиг. Чувак, забей хер. Нам ничего не будет. Спросят с Бойко, а он сдох. Эта тварь уже задолбала выть, я сейчас про Драконида, но она ещё ревёт, поэтому валим отсюда побыстрее. Отчитывать будут Бойко и того Тридцать Шестого. Ты вообще не в теме здесь, так что давай, валим.

Столько информации и в такой необычной разговорной манере, что аж башка кружится.

М-да, Галархейм.

Нужно тебе привыкать к Психу и его лексикону.

У него полно крутой информации, которой он не всегда хочет дели́ться, но если уже де́лится, то нужно уметь разбирать его лексикон.

А пока что в путь… если всё, что сказал Псих, правда.

Я надеваю плащ.

Псих трётся о плащ, смотрит на меня и…

– Чё⁈ Я проверяю, как он работает. Явно же Бойко об него тёрся, чтобы вызвать какую-то реакцию.

Без комментариев.

Просто закрываю глаза и громко произношу кодовые слова:

– Жена и четыре спиногрыза!

Появляется тот самый Критический Пространственный Разрыв Неуловимого уровня с фиолетовыми искрами.

О да, сработало!

Псих залезает мне на плечи и держится за мои уши.

На нас, как и в прошлый раз, несётся фиолетовый свет.

И снова – одна секунда и мы уже по ту сторону Критического Пространственного Разрыва Неуловимого уровня.

Вот только на этот раз перед нами военная «делегация» из восьми рыл. Шесть мужиков и две девушки. Причём обе японки.

А вид у них совсем не дружелюбный.

– Хеллоу. Ду ю спик япониш, ёпта⁈ – ржёт Псих.

Я глубоко вздыхаю.

Япона мать!

Глава 5

Как оказалось, я заблуждался.

Военной «делегацией» были наш охотник-ловец и охотники-убийцы сразу из двух Империй.

Это как раз то, что подразумевал Псих под командами Три-Двадцать-Двадцать, мол, Критическая Точка расположена в Монголии, а это уже территория Японской империи. И если мы хотим собраться командой и атаковать Монстров, в данном случае близнецовых Драконидов Хариотля, то нужно договариваться с Японской империей и представителями Военного Штаба Империи Восходящего Солнца.

Что, собственно, и произошло.

Как раз, когда мы с Психом появились в ангаре К-4, нас встретила команда Охотников из двух Империй.

Вот они-то и должны были замочить тех двух близнецовых уродов.

Что же, теперь только одного.

Уверен, они его замочили, потому что «мальчики и девочки» отправились через Критический Пространственный Разрыв Неуловимого уровня, а я под конвоем «свалил» в лазарет, чтобы залечить своё левое плечо.

Да, напитав себя Блокирующим Шаром Демона Ночи, я смог хоть как-то помочь себе и левому плечу, но полностью вылечить – это работа профессионалов. А с моим уровнем магии в этом мире – данный метод пока что закрыт. Хотя он был не особо развит и в моём мире, что можно вполне исправить в этом, если начну брать контракты своего уровня, а не лезть в жопу мира с Бойко и его Монстрами Неуловимого уровня.

Благо мужик без головы, поэтому я практически свободен.

Остаётся только уладить вопрос насчёт моей дальнейшей судьбы в ООМ. И делать я это буду в кабинете начальника Штаба.

Как и у Бойко в кабинете, в главном Штабе всё как и везде – много белого, мало мебели, мало вообще всего. Будто каждый в любой момент готовится от всего избавиться либо резко потерять, если вдруг Монстры каким-то чудом прорвутся через Великую Русскую Стену и нападут на военную базу-городок.

Псих стоит рядом со мной у белой стены, почти белой. Мелкий ковыряется в носу и размазывает своё «творчество» на белом холсте.

Я же думаю, о чём буду говорить с начальником Штаба насчёт вчерашнего вечернего инцидента на территории Монголии.

Благо плечо мне залечили быстро, поэтому я даже успел хорошо выспаться перед этой встречей.

Ну всё, поехали.

Двери открываются.

Ко мне выходит широкоплечий дед, явно старше Бойко на лет двадцать.

Он смотрит на меня, при этом поднимает правую руку, напитывая её синими частицами.

В этот же момент Псих поднимается в воздух и переворачивается.

Как я понимаю, передо мной Безумный охотник, но не знаю ещё – ловец или убийца. Знаю только, что пенсионер владеет телекинезом, и ему очень не нравится, что гремлин занимается сопливым творчеством напротив его двери.

– Молодой чело… существо, – басистым голосом начинает Охотник, обращаясь к моему питомцу.

– Псих, к Вашим услугам, – на расслабоне перебивает гремлин, показывая, как якобы снимает невидимую шляпу перед начальником Штаба.

Дед улыбается.

Кажется, он весёлый мужик.

Как минимум без выпендронов, что даже сам вышел к нам из своего кабинета.

Похвально, одним словом.

Вот только у меня всегда, когда начинается всё хорошо и уважительно, заканчивается через пятую точку.

Безумный охотник тем временем продолжает:

– Давай мы с тобой договоримся, Псих: я закрываю глаза на то, что ты сделал со стеной, а ты закрываешь глаза на эту стену и больше к ней не прикасаешься своими талантливыми пальчиками.

– Да не вопрос, чувак. Мы тут с Костяном к тебе, точнее, нас к тебе отправили. В общем, глянь моего кореша и вынеси вердикт или чё там нужно. А я обещаю, что не буду трогать стену. – Псих указывает на пол. – Только ты это, на пол меня поставь, и мы квиты.

Начальник Штаба продолжает улыбаться.

Он опускает Мелкого на пол, а сам разворачивается и идёт в свой кабинет, где стоит такой же стандартный огромный стол посреди комнаты, как и у покойного Бойко.

– Константин, зайди ко мне. Нужно кое-что обсудить.

Я делаю глубокий вдох… выдох.

Захожу, дверь закрываю.

Всё, мы одни.

Разница между комнатами всё же есть: в этом кабинете хотя бы ярче раз в десять… Но отсутствие окон убивает.

– Синий Шар общается с каждым будущим Охотником, и общается он наедине, – начинает мужчина, а я по-прежнему не знаю, как его зовут. А главное, нет никаких табличек ни на дверях у входа, ни внутри кабинета. – Никто не знает, что и как внутри Синего Зала для каждого из Охотников. Говорят, что у кого-то Синий Зал красный в самом начале, у кого-то оранжевый, у кого-то, возможно, и белый. Это знает только будущий Охотник и сам Синий Зал. Однако в самом конце все попадают именно в синий зал. То есть огромный зал синего цвета.

Я прокашливаюсь.

– Это Вы к чему сейчас?

– Да ни к чему, – якобы недоумевает начальник Штаба. А я блин вообще не понимаю, что он хочет этим сказать. – Константин, то, что произошло в Критической Точке, остаётся в Критической Точке… равно как и с нашим Синим Залом. Единственное, о чём я хочу тебя спросить – где Бойко? Почему он не вышел из Критического Пространственного Разрыва Неуловимого уровня вместе с тобой и твоим Психом?

Хм.

Команда из восьми Охотников, где две японочки – они что, не проверили мёртвого Бойко?

Ладно, попробуем как-то ответить.

– Во-первых, здравствуйте, – кланяюсь начальнику Штаба. – Я не расслышал Вашего имени, извините.

– Я его и не говорил, – сразу же перебивает мужик, при этом продолжает улыбаться.

Наступает тишина.

Примерно минуту мы смотрим друг на друга и пытаемся прочитать по глазам хоть что-то полезное для себя.

На выходе понимаем, что мы оба спокойны и непреклонны. Выбить через молчание с обоих из нас хоть что-то – нереально.

– Может, скажете, как к Вам обращаться? – нарушаю я тишину.

– Городецкий Виктор Степанович, Безумный охотник-ловец десятой стадии… как и твой дед, – выдаёт мужик базу.

Неплохо.

Память реципиента соглашается с Виктором Степановичем насчёт деда реципиента.

– Что ж, очень приятно. А меня Вы, как я полагаю, знаете. И раз да, то хотелось бы почаще с Вами встречаться, – сразу же закидываю я наживку о своих намерениях работать в ООМ, а не быть изгнанным отсюда. – Насчёт Бойко даже не знаю, что сказать. Как Вы и говорили: что происходит в Критической Точке, остаётся там же. В данном случае голова Бойко лежит рядом с его тушкой.

Слышен лёгкий скрип входной двери.

– А рядом с тушкой и его башкой лежит ещё и бомба Драконидская, – своим пропитым голосочком влезает в наш разговор Псих, который, судя по его словам, подслушивает наше с начальником Штаба общение… хоть и необычное, но всё же общение.

Мужчина вздыхает.

– Ладно, заходи, Псих. Похоже, от тебя ничего не скроешь.

– О, вот это правильно, Витёк! – сразу же радуется гремлин. Питомец подбегает к металлическому столу, отталкивается от моей левой ноги и запрыгивает на столешницу. – Ну шо пацаны, оливье? Я тут уже узнал, что вчера давали оливье. Может, чё-то осталось. Я не против перекусить.

– Да, конечно, – сразу же соглашается начальник Штаба. Он через какой-то датчик на шее передаёт команду кому-то из своих.

Охренеть можно.

Ну почему Психу так везёт?

И вообще… как это, сука, работает⁈

Нет, я, конечно, рад, но это какой-то звездец.

Где мы́ на данном этапе, а где начальник Штаба.

При этом врывается какой-то Псих, который диктует свои правила и все с этим соглашаются.

Может, у него такой Дар скрытый?

Жаль, что я не могу через Чувства познать Психа. Было бы интересно узнать, что это за мохнатый шкет такой.

Уже через пять минут нам приносят оливье с горячим багетом и несколько тарелок с ложками.

– О как идеально! – говорит Псих. Он смотрит на парнишку моего возраста, который принёс данный салат. – Передай повару, что он красавчик.

Парнишка кивает и сваливает.

Псих продолжает:

– Когда делаешь оливье, главное – не переборщить ни с каким ингредиентом… иначе тебе придётся всё добавлять и добавлять других ингредиентов, пока оливье не заполонит собой всю казарму, ах-ха-ха! – Псих смотрит на нас обоих, и, чтобы не выглядеть дураком, продолжает ржать, но уже искусственно.

В какой-то момент его ржач доходит до стадии невозможности больше терпеть это, и мы с начальником Штаба тоже начинаем ржать. Но смеёмся мы не с шутки Психа, а с того, как ржёт сам Псих.

М-да, не такое начало второго дня я себе представлял.

Не знаю, что меня ждёт дальше насчёт смерти Бойко и тестов в Синем Зале, но Виктор Степанович настроен к нам положительно… во всяком случае, пока.

Что будет дальше – нужно смотреть.

– Ладно, господа, я должен кое-что сообщить, пока мы не зашли со смехом до уровня братских посиделок, – делает Городецкий серьёзное выражение лица. Он смотрит на меня и говорит: – Константин, нашего Бойко не нашли рядом с убитым Драконидом. Так что все твои фантазии насчёт отрубленных голов – такое себе объяснение.

Что⁈

В смысле, не нашли⁈

Я стараюсь держать себя в руках и даже веком не дёргаю, чтобы не выдать своё удивление.

– Но это не моё дело, что там тебе Бойко пообещал и наговорил, что ты его так «прикрываешь», – продолжает Городецкий. – В любом случае Пятый, как и Тридцать Шестой, будут изгнаны из Организации Охотников на Монстров. Да, мне жаль, что всё так выходит и что Охотники таких рангов теперь не с нами, но Кодекс нарушать нельзя. Мы не собираемся вести войну с Японской империей из-за двух представителей нашей Империи, которые не в состоянии исполнять простые приказы. Закон для всех одинаков: будь ты Королём охотников-ловцов или охотников-убийц, будь ты Низшим охотником-ловцом или охотником-убийцей. Это нужно понимать, это нужно уважать и принимать. А Бойко и его Неуловимый дружок-ловец решили без официального разрешения прокачаться в соло на чужой территории, как будто своих Критических Точек мало. При этом рассчитывали, что им всё сойдёт с рук. Думаю, мы поняли друг друга.

Наверное.

То есть да, я понял, но мне до сих пор не ясна моя личная судьба в ООМ.

– А что насчёт меня? Я ведь тоже был в Критической Точке по коду Три-Двадцать-Двадцать.

Виктор Степанович улыбается.

– О, ты уже такие вещи знаешь. Я приятно удивлён. Молодец, парень.

– Витёк, не увольняй парнишку! – становится гремлин на колени, да так, что переворачивает салат оливье. – Да ёперный бабай. Сука, прости. То есть не ты сука, а салат… то есть не сам салат, а моё отношение к нему после того, как я его перевер…

– Я тебя понимаю, Псих, – спокойно перебивает Городецкий. – И нет, Константин не «уволен», – смеётся мужчина и смотрит на меня. – Ты будешь и дальше работать и учиться в нашей Организации Охотников на Монстров и в закреплённой за ней Школе.

Да ладно!

Вот так просто.

Я продолжаю молчать, чтобы не сбить Городецкого с его приятных новостей для моих ушей.

– Вижу, у тебя первого появилась печать на правой руке, – вдруг выдаёт Безумный охотник-ловец десятой стадии, причём делает это так спокойно, будто смотрит на очередной пустяк. – Это уникальное зрелище. Признаюсь, за свою карьеру ни разу подобного не видел. Но Синий Шар не ошибается и раздаёт печати правильно и в правильном месте. Поэтому как есть, так есть, и к этому сто́ит относиться безэмоционально и с пониманием. Если честно, меня больше удивляют три звезды. Не мог же ты их получить от Синего Шара, а значит, получил в битве против Драконидов. Это похвально. Да, понимаю, что, скорее всего, Бойко сделал всю работу. Но то, что ты выжил – это уже большой успех. Ну а если вдруг это Синий Шар тебя обрадовал тремя звёздами на правой руке, тогда тоже поздравляю. Это ещё одно впервые увиденное мною чудо.

– Тибетское Чудо, – снова встревает гремлин, но в этот раз это совсем не кстати.

Вот же шкодник.

То он постоянно путает и называет это Чудо «Карибским». То теперь выдаёт базу, даже не моргнув.

Городецкий молчит.

Он делает вид, что ничего не понимает.

– В любом случае я рад за вас обоих, честно, – завершает он. – Мы уладили вопрос со вчерашним насчёт тебя, Константин. Представители Военного Штаба Империи Восходящего Солнца никаких претензий к тебе не имеют, поскольку даже не знают, что ты смог туда пробраться.

Ага, то есть меня защитили, а Бойко и того Тридцать Шестого – нет. При этом две Неуловимые японочки видели меня, когда я вышел из портала, но Городецкий говорит, что никто не знает, что я смог пробраться туда, куда нужно было получить разрешение от двух Империй.

Хм!..

Интересно, конечно.

– Понимаю твоё негодование и недопонимание, – опережает меня Виктор Степанович. – Но тебя мы указали в рапорте как нейтральное лицо, которое является живой способностью Бойко. Это выгодно нам по причине того, что ни живого, ни мёртвого Бойко мы не нашли возле убитого Драконида. Дальше продолжать не буду, но ты должен знать лишь одно – тебя оформили задним числом в качестве охотника-убийцы. И сделал это сам Бойко. Ты находишься в нашей Организации Охотников на Монстров, просто ты как бы сам по себе. У тебя уже хороший уровень – третья стадия Низшего охотника-убийцы. В личном деле добавим эту информацию незамедлительно. Так что, Константин, ходи на занятия в любое время, изучай то, что считаешь нужным. Следи за контрактами твоего уровня. Будь первым, кто возьмётся за новую Критическую Точку твоего уровня и в твоей зоне покрытия. Прокачивайся. Ты свободен в этом плане. Прямо как твой дед. Возможно, мы будем звать тебя и в Сектора. И если ты сам будешь согласен принять участие в общих рейдах по зачистке от Монстров, то оформим и этот момент. А пока что учись, убивай по контрактам, ну и старайся не угодить в пасть какой-нибудь агрессивной твари, ибо второй раз никто тебя спасать не будет. Я не Бойко, и брать ответственность на себя не собираюсь, тем более оплачивать дорогостоящие регенеративные операции. И да, Бойко оплатил твой штраф в сто тысяч рублей за нейтральную территорию. Так что можешь спать спокойно.

Охренеть можно!

Чтобы меня не убирать, было решено использовать меня в качестве какой-то живой способности Бойко, но это только для рапорта на данном этапе.

С этим не так страшно.

Страшно то, что меня видели две японочки, когда я выходил из портала.

– А что насчёт тех японочек, которые могут передать своим, что из Критического Пространственного Разрыва Неуловимого уровня всё же кто-то вышел? – прямо спрашиваю я.

Городецкий улыбается.

– Увы, они не выжили. Из тех восьми Охотников, которых ты видел вчера в ангаре К-4, один из них был Неуловимым охотником-ловцом, но ты и так это знаешь, потому что тебе об этом в лазарете сказали. А вот чего ты не знаешь, так это факт того, что тот Ловец открыл Критический Пространственный Разрыв Неуловимого уровня, и туда зашли пять Неуловимых охотников-убийц нашей Империи и два Неуловимых охотника-убийцы из Японской империи – те самые японочки, как ты выразился. Назад вышли только наши пятеро ребят, которые вынесли трупы своих «собратьев» из Японской империи. Девушек отправят к своим, где их похоронят со всеми почестями.

Во как.

Какое, сука, совпадение.

Я не сторонник левых убийств, но пока что всё нормально.

Бойко и того Тридцать Шестого отмазать нельзя, ибо парни нарушили Кодекс ещё до начала операции. А вот меня отмазать можно, потому что я даже не «числюсь», как один из охотников-убийц. Но это только по рапорту, который потом тоже затеряется либо с ним произойдёт что-то ещё.

На самом же деле я как раз таки числюсь как Низший охотник-убийца третьей стадии… но который закреплён за без вести пропавшим Бойко.

По рапорту – некий фантом вышел из портала в виде живой способности Бойко, которым записали меня.

По факту – я закреплён за Бойко и уже два месяца как работаю и учусь в военном городке, хотя и лежал в коме эти два месяца.

– И какой конечный расклад, Виктор Степанович? Я реально могу делать, что хочу, и меня никто не выгнал и ничего мне в будущем не будет? – спрашиваю на дурака, чтобы ещё раз убедиться, что мы друг друга поняли и всё чисто.

– Разрешено всё, что не запрещено Кодексом, – улыбается Городецкий. – Я уже оповестил своих людей, и они распространили слух, что ты ученик Бойко. Поэтому займёшь его пятую комнату в казарме номер одиннадцать. Это будет твой личный уголок. А вообще, можешь жить где угодно за пределами нашей базы. Советую жить поближе к деду, например, в Новоросе. Всего сорок километров отсюда. Но рекомендую пока что влиться в атмосферу и пожить здесь. К тому же тебе нужны деньги, чтобы снимать жильё в Новоросе. А оно там недешёвое. Ну а жить с дедом пока что тоже не выйдет, потому что его сейчас нет. Можешь сам позвонить ему и убедиться. Поднимет его дворецкий, который скажет, что Чернов Алексей Емельянович временно отсутствует… когда будет на месте, тогда обязательно об этом оповестим.

Что же, недурно.

Мне нравится.

Я понимаю, что они думают, что мне всего восемнадцать, поэтому можно сказать вот так и это прокатит, но на самом деле здесь действительно всё нормально, за исключением липовых рапортов, которые неизвестно чем мне могут выйти через какое-то время, ну и самим Бойко, чей труп не нашли.

Но если бы не рапорт, то, скорее всего, просто бы от меня избавились. А я не Бог, чтобы всех развалить, да и не интересно будет жить, если буду только я один жить на этой планете.

Поэтому улыбаемся и машем.

На данном этапе я больше чем в шоколаде. Осталось только влиться в военную атмосферу и начать прокачивать себя. А потом можно и к аристократам в Новорос наведаться.

Жизнь должна быть не только в стенах военной базы и Критических Точек, но и в обычном мире, со своими радостями и печалями.

Кроме того, аристократы не совсем любят титул «Рекрута», коим я сейчас являюсь.

Что уж тут говорить, аристо сами пытаются прокачаться до более высокого ранга, чтобы иметь более соответствующий титул. Поэтому прокачаться до Однозвёздного Стража – это цель номер один, прежде чем взаимодействовать со светским обществом.

А теперь в кабинет Бойко, который уже мой.

Нужно сменить постельное бельё и вымыть полы и стены от его энергетики. А потом и на утреннюю тренировку.

Сейчас только шесть утра. Тренировка начинается в семь, если верить вчерашним словам Бойко.

Будем вливаться в жизнь Охотника.

Свободу от Неуловимой твари восьмой стадии уже получил, поэтому остаётся дело за малым – начать с Низших Монстров и побыстрее протестировать свой личный Дар укрощения внеземных тварей.

Надеюсь, с низкоуровневыми Монстрами всё получится.

Всё, поехали!