Текст книги "Страж Рубежа (СИ)"

Автор книги: Владмир Батаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Глава 11

– Ларс, ты мне долг принёс? – радостным тоном спросил Кайл.

– Лучше, я тебе пушку принёс! А долг предлагаю пропить, я проставляюсь!

– Ага, ты проставляешься, за мои деньги, – рассмеялся Кайл. – Но ладно. Учти, с нами Анька, а она пьёт как… Хм… Как настоящая амазонка, во!

– Ну всё, я снова влюбилась в этого языкастого ковбоя! Прости, Айк, ты милый мальчик, но я слишком падка на велеречивых козлов. Хотя если подержишь мои волосы, пока я буду блевать над унитазом, то можешь пользоваться положением и позой в своё удовольствие, разрешаю заранее, пока трезвая, чтоб потом не было вопросов! А за счёт Ларса я сегодня точно напьюсь в дровину!

– Господи Иисусе, с этими русскими женщинами я стану импотенто, – с акцентом простонал кто-то по связи.

– Ты не слушай, ты смотри, вот с этого бока, – посоветовал другой.

– Так, поржали, спустили пар, и хватит, – прервал балаган Кайл по громкой связи. – «Чёрные» налево, остальные за мной направо. Время геноцидить деймов! Кто к нам с когтями и рогами пришёл, тот от деструктора и погибнет! К баракам беженцев, бегом! Там беззащитные люди, хоть и полды!

Мне тоже сунули в руки деструктор, а вот инструкцию к нему не дали. Так что я просто держал его в левой руке, а сам старался держаться поближе к Кайлу. Если у него патроны кончатся, поменяемся. Лишних мечей «чёрные» не принесли, так что Кайл продолжал размахивать ломом в правой руке. Похоже, стрелять он больше привык с левой, в отличие от большинства других бойцов. Может, он вообще левша? Я же тупо повторил за ним, да и не собирался пользоваться деструктором, даже не знаю, где тут спусковой крючок или кнопка. И вообще пока не привык особо пользоваться левой рукой, вечно забываю, что она у меня теперь есть.

– Айк, ты не обиделся? – донёсся до меня по приватному каналу голос Аньки. – Ты правда милый, я и по трезвому с тобой уединиться готова… бли-и-ин, звучит так, будто я «барби»… У меня всего четыре парня было! Ну, поцелуи не в счёт. И Кайл не вошёл в четвёрку.

– Я тоже не вошёл, – отозвался я. – Поцелуи ведь не в счёт. Нормально всё.

– Да я просто парней дразнила, блин! Чтоб у них адреналин взыграл. Эти жеребцы щас всех деймов затопчут, чтоб погарцевать перед кобылкой. А потом в баре приставать начнут. Я лучше опять с тобой обниматься и целоваться буду. Мне вчера понравилось. Ты хочешь? И потом, когда кадетом станешь, можешь хвалиться, что со мной гуляешь. Про медичек такие слухи ходят… Да мы сами же их распространяем и поддерживаем. Но серьёзных отношений не будет, прости. Я детей хочу, а с полдом не выйдет.

– Ладно, – чуть подумав, согласился я.

Целоваться с ней мне тоже понравилось. И даже если это не всерьёз, а она будет только притворяться моей девушкой… Ой, да пофиг! Иногда гонит фигню, почище Кайла, но пока я её целую, болтать не сможет.

– Сурово, по-мужски, мне нравится, – одобрила она.

– Два условия, – решил надавить я, раз уж она одобрила такую манеру. – Нет, три.

– Слушаю и повинуюсь.

– Пьёшь максимум восемь шотов. Я потрогаю тебя за грудь под комбезом. И объясни, как стрелять из этой пушки!

– Четыре пальца держат рукоять, большой палец вверх, кнопка сама под него ложится, – быстро отрапортовала Анька. – Направляешь на врага, давишь кнопку. Враг умирает.

Я тут же последовал инструкции и попробовал, а то остальные не успевали отстреливать всех набегающих деймов, Кайл уже лом приготовил. Получилось!

– По остальным пунктам возражений нет? – довольно хмыкнул я.

– С восьми шотов меня уже унесёт, – уточнила Анька. – Согласна на шесть. Если выпьешь вровень. Будешь в адеквате – станешь пятым. Но с условием!

– И каким?

Я спросил скорее для поддержания разговора. Такой утилитарный подход к отношениям меня не особо устраивает, да и столько алкоголя меня срубит, не вариант. Ещё и второй день подряд⁈ Точно нет.

– Я буду держаться за твои рожки, когда ты на мне! – заявила Анька. – Полдов у меня не было, а всегда хотела… Блин, ладно, забудь прошлое условие, хоть не пей! И я выпью пять. Я уже представила и завелась! Хочу! Если нам понравится, будем вместе! Пока я жениха не найду, года через три. Без обид, разбежимся. И я не ревнивая и занятая по работе, гуляй, с кем захочешь. Так, я тороплю события…

Я снова выстрелил в набегающего слева дейма. Ух, а круто чувствовать себя таким мощным штурмовиком, спасающим мир! А когда при этом ещё над ухом красивая девушка лепечет о том, что хочет с тобой отношений и интима… Мотивирует!

– Господи Иисусе, – простонал уже слышанный ранее голос.

– Мадре диас, Ань, не транслируй свои фантазии в общий канал! – рявкнул Кайл. – А то парни начнут копить на имплантацию рогов! Но сперва побьют стажёра.

– А давайте я приглашу всех подруг-медичек на банкет, и мы все придём в бикини? – захихикала девушка. – Раз уж я сегодня почти не пью, а Ларса надо раскошелить. Эти кобылы будут пить, как лошади!

– Йа, йа, это хороший план! – обрадовался один из «синих».

– Вы не шарите, парни, – хохотнул другой. – Воробьи ещё не обстрелянные. А мне вот такая красотка-медичка однажды запихивала кишки обратно в пузо. И шептала всякие пошлости, мол, ты выживи, приятель, тогда… Но вместо них приходят «барби». Тоже неплохо, конечно. Но я на своей медичке женился! Год добивался! Год женаты. И до сих пор всего тогда обещанного не получил.

– И что, твоя жена и другим всякое обещает?

– Да пусть обещает. Болтать – не мешки ворочать. Парни выживут. Это главное. А будут к ней лезть потом, так я им рожи набью.

– Шутки в сторону, – приказал Кайл, – сейчас будет… А нет, опоздали.

Я было забеспокоился, но зря. Опоздали мы, оказывается, в хорошем смысле. Плац перед бараками беженцев уже был полон бойцов в скафах. Причём нацелились они на один конкретный барак. К счастью, не мой, а соседний.

– Странно, что дежурные отряды отправили беженцев защищать, – протянул кто-то из «синих».

– Не, всё по регламенту. К прорыву их отправили, – отозвался другой. – Просто прорыв прям в бараке.

– Упокой, Господи, их души грешные, – перекрестился третий.

– Надо проверить, как там мои, – брякнул я.

Не то, чтоб соседи по бараку для меня стали прям близкими и «своими», но всё же…

– Да, ща всё проверим, – согласился Кайл. И приказал: – Парни, расходимся. Вы знаете, что делать. Пушки потом сдать обратно «чёрным» не забудьте. Лом дарю.

Мы беспрепятственно прошли по краю оцепления. На меня и особенно на Аньку косились, но, похоже, у Кайла было право действовать самостоятельно и даже вести за собой группу. «Синие»-то сразу перешли в подчинение кого-то из дежурных бойцов.

– Сменим тебя, – заявил Кайл охраняющему дверь барака бойцу.

Тот спокойно кивнул и ушёл. Я же зашёл внутрь, проверить.

Справа от двери на полу валялся дохлый бес, ему оборвали крылья и, похоже, размозжили голову прямо о стену. Две кровати валялись на полу перевёрнутые набок, а ещё одну Панц и Тит, как самые здоровяки, устанавливали в нормальное положение прямо сейчас. Рядом валялось тело ещё одного беса.

– Все целы? – спросил я через динамики. Уточнил: – Это я, Айк.

– Все живы, отделались царапинами, – отозвался титан. – Ты с какой помойки это ведро с гайками угнал?

– Я оттуда ещё лом принесу, – вместо ответа пообещал я. – Даже два.

Тит наверняка умеет направлять энергию ядра в оружие. Ну а Панц и без этого легко бесу проломит башку ломом, так что лишним не будет. Впрочем, через пару дней нас уже переселят… Ну, подарю лом Панцу, пригодится в любом случае, а мне не жалко. Не думаю, что Кайл запросит с меня оплату. Всё равно эти ломы в условиях аномалии быстро проржавеют… Или они у него из низкосортной пластали?

– Это дело, – согласился Тит. – А деструктора лишнего нет?

– Не, – отказался я.

Мне самому стрелять по деймам понравилось, не отдам! Ощущения как в компьютерной игре, в которые я никогда сам поиграть не мог, только видео прохождений смотрел. Если б я шёл один, было бы стрёмно, всё же тут не игра, а реальный мир. Даже судя по разговорам парней из «синих», скаф не даёт полной безопасности, деймы могут и добраться. Но группой, когда тебя прикрывают опытные бойцы, не страшно. Идёшь, стреляешь, если вдруг промазал, ребята подстрахуют.

Правда, мы и сталкивались-то только с группами деймов, успевших разбежаться до подхода дежурных отрядов. Это не то, что идти против орды в другом мире. Но там ведь и отряды бойцов будут более многочисленными, и артиллерия.

– Вы двое остаётесь караулить тут, – распорядился Кайл, когда я вышел наружу. – А я пойду со штурмовиками на прорыв к прорыву.

– Тебя не пустят, ты с похмелья, – напомнила Анька.

– Я свою меру знаю, у меня похмелья не бывает, – отмахнулся он. – Да и кто им скажет?

– Не дури, мы тут будем стоять как два придурка в этих дырявых вёдрах без опознавательных знаков! – одёрнула его девушка. – И к этому посту уже твоя сигнатура приписана, выговор схлопочешь.

– Ладно, убедила, – проворчал Кайл. – Вот женщины, даже погеройствовать мужику не дают. А я даже не её мужик.

– Без тебя Ларс проставляться откажется, я просто меркантильная и немного алкоголичка, – хмыкнула Анька. – Хотя на поминках… Ладно, иди, геройствуй.

В этот момент соседний барак разлетелся во взрыве, куски пластобетона полетели во все стороны, сбивая окруживших его штурмовиков.

– Накаркала, – мрачно обронил Кайл. – Похоже, чипы я добуду раньше, чем ожидал. Жаль, что такой ценой.

– Заткнись, дурак, сам мог там лечь! – огрызнулась она, выпрыгивая из раскрывшегося скафа. – Айк, притащи мне простыню, прикрыться, бегом! Теперь время мне героически поработать. Если солью слишком много виты, запомните меня молодой. Эх, накрылась вечерняя пьянка.

Я метнулся в барак, молча сдёрнул простынь с ближайшей кровати. Анька едва не вырвала её у меня из рук, накинула на плечи и кое-как запахнулась, соблюдая видимость приличий. Но только видимость.

– М-да, с таким фронтом работ она сама к обеду в медчасть сляжет, – пробормотал Кайл. – Но хоть нескольких ребят вытащит, пока остальные медики не подошли.

– А мы не можем помочь? – спросил я.

– Нет, стажёр, – вздохнул он. – Лечить витой не каждый может. И лучше даже не пробуй. Неблагодарная это работа. Даже с ядром можно выжать себя досуха, если вовремя не тормознуть. Надо быть чёрствым сухарём, чтоб смотреть, как умирают те, кому можешь помочь. А такие в медики не идут. Чтоб отдавать виту, нужно искренне сопереживать.

– И Анька…

– Да всё с ней нормально будет, – отмахнулся Кайл. – Истощит ядро и вырубится. Она не в форме с похмелюги. Но чуток лишка точно черпанёт, так что будет отлёживаться под капельницей. Обломался ты сегодня, пацан.

– Да и ладно, – я попытался пожать плечами, но скаф так не двигался. – Я, вообще-то, не совсем готов… Не ко всему… Не так…

– Тогда готовься. Анька, как оклемается, с тебя точно не слезет. В смысле, точно на тебя залезет, – рассмеялся Кайл. – После восстановления виты у медичек бурная активность начинается. Сам понимаешь, в каком месте. Инстинкт продолжения рода просыпается. Но не боись, у человека и полда потомства не будет.

– И как готовиться? – поинтересовался я.

– Попробуй потренироваться лежать, глядя в потолок, и думать об Англии, – посоветовал Кайл. – Остальное она сама сделает.

Блин, зачем я вообще спросил? Как будто от него можно ожидать дельного совета, а не дурацких шуточек! Вот что за человек такой, считает, что рассказать тупой бородатый анекдот – это моральная поддержка. Но других попаданцев, понимающих мою ситуацию, тут нет… Хотя ведь есть Элис! Вот возьму и подружусь назло Кайлу с его бывшей, он мне дошутится!

Глава 12

– За парней.

Кайл с мрачным видом встал, подняв стопку. Остальные последовали его примеру, не чокаясь. За покойников не чокаются.

Я точно не знал, сколько оказалось в итоге погибших. Специально не спрашивал. Даже не хочу знать число.

Сложить обстоятельства чуть иначе, это нас снесло бы обломками барака. Нет, на самом деле, так сложиться не могло – для этого весь дежурный состав бойцов должен был конкретно так продолбаться, не успев на место прорыва раньше нас. Но мало ли, например, прорыв случился бы прямо в бараке Кайла, мы бы успели запрыгнуть в скафы и держали оборону снаружи, а потом – бабах!

– Грёбаные нестабильные порталы, – проворчал кто-то.

Теперь я понял, почему мы на сбор костей в другой мир отправлялись с полигона. Эти прорывы-порталы нестабильны, в любой момент могут рвануть. Каждый пятый точно закрывается с выплеском энергии наружу, не захлопывается, а разрывается. Потому мы сразу и убежали от точки прорыва, от греха подальше. Ну, так-то и сотня прорывов подряд могут обойтись без взрывов, а потом как начнут каждый второй… Учитывая, что статистика тут общемировая, ничего вовремя не рассчитаешь, может, час назад в Австралии рвануло пять раз, а информацию передать ещё не успели.

– Грёбаные деймы! – то ли поддержал, то ли возразил кто-то ещё. – Если б они не пёрлись к нам, как на буфет, парни там не стояли!

– Тут им и есть буфет, – поморщился сидящий почти напротив меня Ларс. – Только буфет закрыт! А мы им не еда, мы – вахтёры!

Народ поддержал эти слова одобрительным гулом. Как по мне, метафора сомнительная, но тут половина или больше не русские, они не понимают весь контекст.

На наш банкет собралась такая куча народа, что Ларс поначалу скрипел зубами – ему же за всё платить. Но когда прибежали медички, в коротких белых халатиках, застёгнутых всего на пару пуговиц, под которыми просматривалось кружевное бельё или бикини, он строить морду кирпичом резко перестал. Анька сама не пришла, но обещание выполнила, подруг позвала.

Нам пришлось сдвинуть вместе половину столов в баре. Это для начала. Потом новые посетители как-то начали присоединяться к общей гулянке, так что все столы были сдвинуты в виде буквы «П». Ларс точно влетит гораздо больше, чем на три серебряных гроша. Но сейчас он обнимает полуодетую медичку и всем доволен.

Тут собрались все из дежурной смены охраны, кто не сильно пострадал от взрыва. Хотя у одного парня рука висела на перевязи, другой хромал, у третьего синяк в пол-лица. Дежурные медички слишком выдохлись, чтоб долечивать мелкие травмы, ну а сидящие с нами за столом… Возможно, им завтра придётся выплёскивать виту, спасая чьи-то жизни. Хотя некоторые прохаживались между рядами, прикасаясь к раненым – до утра вита восстановится, можно и сейчас немного потратить. Хотя прорывы не ждут рассветов, как сказал кто-то из присутствующих. Маловероятно, но новый прорыв возможен в любой момент, даже прямо здесь.

– Господи Иисусе, когда же уже пенсия, – простонал один из «синих».

У них и комбинезоны были синие, так что отличить легко. Но этого я бы и по постоянному упоминанию бога всуе узнал. Выглядел он лет на тридцать, загорелый, хотя это скорее оттенок кожи такой, точно не русский, наверное, итальянец или испанец, откуда-то оттуда.

– Матео, не ной и терпи, – ткнул его в плечо кулаком приятель. – Как заработаешь на домик у моря, так и выйдешь. – А если трусишь, так переходи в обслугу завтра. Тоже зарплата неплохая.

– Ага, конечно, ядра-то нетушки! – всплеснул руками Матео. – И чего я делать буду? Раз в день ядро скафа подзаряжать? И обоймы в деструкторы снаряжать? А там бах, прорыв посреди оружейки! И такой совсем без виты лежит Матео, кишки наружу!

– Дурак, в оружейке тройная защита, – засмеялся Ларс. – Вот нас разок в медчасти накрыло…

Он вдруг резко запнулся и нахмурился.

– Помню, как же, – расхохоталась медичка, которую он обнимал. – Моё худшее дежурство! Полчетвёртого утра, так Ларс меня тревожной кнопкой разбудил, судно ему подать! И тут – н-на, прорыв! Прям в палате. И оттуда рогонос прёт! Так ему этим судном на рог и прилетело. Стоит такой, обтекает. Портал своей тушей заблокировал. Сирена орёт уже! Я ору! Тут моя напарница прибегает с тремя деструкторами в охапке! Мы с ней такие с колена садим в рогоноса и визжим-орём обе, как дуры! Помнишь, Марго⁈

– Помню! – отозвалась другая медичка. – Иногда даже в кошмарах вижу!

– И Ларс такой из положения лёжа стреляет, у него левая нога на честном слове пришита! Три самых длинных минуты в моей жизни! – продолжила тараторить первая. – Тут залетает охрана в скафах, а портал – хлобысть, и всё! И половина рогоноса, слегка обжаренная и пахучая тут, а задница там осталась. Наверное, ещё более пахучая, хотя…

– Не, судно Ларса должно пахнуть хуже, чем навоз рогоноса, – возразил один из «чёрных». – Я с ним в одном бараке живу, он иногда ночью так газует…

Выскочившая с другой стороны стола медичка, видимо, та самая Марго, дёрнула его за шиворот так, что парень навернулся спиной на пол. На этом девушка не остановилась, а уселась к нему на грудь, потрясая указательным пальцем у лица:

– Ты вообще рогоноса видел, салага? А в двух метрах от себя⁈ А без скафа? А когда ты раненый лежачий? И что б ты тогда орал⁈ А Ларс орал: «Отходите, я прикрываю!» Да ты его дерьма в том судне не стоишь! То дерьмо рогоноса остановило, а ты…

Она на мгновение прервала свою речь, чтобы вдохнуть воздуха. И тут же была остановлена подругой:

– Марго, Марго, хорош, – затрясла её за плечи первая медичка. – Ну его, дурака. Давай местами меняться. Вижу, тебе Ларс сильно запал. Садись на моё место, он сегодня твой. Ну, если захотите, я тоже присоединюсь. Но я его тогда перед выпиской уже оседлала, а ты проморгала.

– Же-есть, – шёпотом протянул я, вытаращив глаза, но Кайл заметил и услышал.

– Нормально, стажёр, – отмахнулся он. – Привыкай. Война такая грязная тварь. Полна не только крови, но и страха и дерьма. А Ларс молодец! – прибавив громкости, заявил он. – За Ларса! И половину счёта за банкет оплачу я! Гуляем!

Выпили, на этот раз чокнувшись. А Ларс выдохнул с явным облегчением. Да и забившаяся ему подмышку Марго добавила парню хорошего настроения, хотя прежнюю пассию он проводил печальным взглядом. Ну, может, ему и с обеими разом перепадёт. Думаю, этот плечистый рослый скандинав и с двумя справится. Если не нажрётся.

Но медички жгут, это просто нечто. Насколько вижу, от их разговоров тут не только я покраснел. Я думал, Анька просто угорает и провоцирует, но они, походу, все такие. Эх, жалко Аньки тут нет, после нескольких рюмок я бы хотел сейчас пообнимать и поцеловать красивую девушку.

– Кто тут заказывал фуагра и бутылку «Дон Переньон»? – прозвучал голос с края стола. Тёмная эльфийка-официантка в сером комбезе и с розовой чёлкой. – Обломитесь, мажоры-юмористы! Такого в меню нет и не будет! Жрите картошку-фри под пиво!

Она плюхнула на стол полный поднос и ушла. А я вылез из-за стола и поспешил за ней. За Элис. Может, мы не только подружимся, как двое попаданцев в чужом мире… Хм… Может, во мне это говорит выпитый алкоголь. Тогда тем более лучше пойти знакомиться сейчас, а то потом не рискну.

Что ей сказать-то? Как показать, что я тоже попаданец? Блин, из какого она вообще поколения? Сколько ей лет было? Если из моего… Я не очень-то знаю, чем там моё поколение живёт! С ровесниками в сети общаться было не очень интересно, они и половины не читали и не смотрели из того, что мне понравилось. Им некогда, они жили свою офлайн-жизнь, а у меня времени вагон. Да и главные собеседники в реале – мамка и потом отчим. Мы частенько и все вместе втроём кино смотрели, которые дядя Вадим мне советовал. Многие и мамка тоже первый раз посмотрела, и ей понравилось. А ровесники ни «Чужого», ни «Гремлинов», ни «Назад в будущее» не видели, о чём с ними говорить вообще! Это ж классика, это знать надо!

Вот сказать бы какую-нибудь прикольную крылатую фразу, которую Элис точно узнает. Но что-то вообще всё из башки вылетело! Не говорить же: «Мне нужна твоя одежда и скаф!» Да и вообще, сыпать цитатами и юморить это скорее в стиле Кайла. Я бы и хотел так уметь, и одновременно это бесит.

Поэтому я поступил проще, взгромоздился на высокий барный стул у стойки и сказал:

– Привет, я Айк.

– Пошёл нафиг, Айк, – услышал в ответ. – И Кайлу передай, чтоб шёл ещё дальше.

– Он меня не посылал, – постарался пояснить я, что пришёл чисто по своей инициативе.

– А я вот посылаю, – отозвалась девушка.

И ушла в подсобку, хлопнув дверью. Блин, вот и поговорили! Возможно, всё-таки стоило сразу в начале заявить, что я попаданец. Назваться земным именем, например. Хотя тут в ходу такие же имена, пусть и не у полдов. И чего она такая злая второй день? Даже могу предположить, что бы по этому поводу сказал Кайл, но вряд ли дело в этом.

– Приятель, огонька не найдётся?

Я обернулся на голос и едва не уткнулся носом в массивную грудь, обтянутую розовой тканью. Дамочка чуть отступила, водружая на высокий стул не менее массивный зад.

– Не курю, – покачал головой я.

Куча народу дымила прямо в баре, так что вокруг уже туман стоял. Могла бы к любому курильщику подойти.

Я ещё при встрече со Стрелкой удивился, но думал, она исключение. Сейчас же убедился, что большая часть «барби» – далеко не модельной внешности. Многие как минимум полноваты, возможно, ещё после родов не сбросили лишний вес. Хотя некоторые прямо совсем не в форме, если выражаться очень вежливо.

– Тогда угости девушку рюмочкой, – и не подумала отвязаться эта дамочка.

– Сорри, поиздержался, – развёл руками я. – И даже боевые за сегодняшнее мне не положены.

– Сраный полд, – услышал я негромкое бормотание уже за спиной.

Но возвращаться, чтобы в ответ пояснить дамочке, кто она, не стал. Медички гораздо симпатичнее, наверное, они и на себе виту для лечения применяют, у них только в нужных местах выпуклости, а в остальном худощавые и спортивные. И при этом тоже весьма раскрепощённые, хотя, возможно, больше на словах, Анька на это намекала. Или надо героически спасти им жизнь, чтоб заинтересовать, вон как Ларс. Но я бы предпочёл вообще в медчасть не попадать.

Моё место за столом оказалось уже занято, народ сдвинулся ближе, кто-то где-то втиснулся к приятелю. Да и Кайл куда-то пропал. Наверное, с Лиззи уединился, которая и впрямь успела за сутки сделать себе пирсинг во всё ухо, навешав десяток серёжек, чтоб отличаться от «сестричек». Вот где на военной базе делают пирсинг⁈ Хотя подозреваю, что тёмная эльфийка могла и просто иголку использовать. А может, и не с Лиззи, мало ли тут симпатичных девчонок, в том числе просто из рядовых бойцов.

Я подхватил пластиковый стакан с пивом с подноса проходящей мимо официантки. Сделал глоток, подумал. И решил пойти спать.