Текст книги "Попаданец в Дракона 11 (СИ)"

Автор книги: Владислав Бобков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– Получается, Фелендрис окончательно вывели из игры? Ожидаемо, хоть и разочаровывающе. Иметь такого противника, как она, это благословение. Но мы не всегда получаем то, что хотим, – философски заметил Аргалор, но тут же твёрдо взглянул на Моргенса. – Тогда какие результаты у твоих шпионов касательно поиска грязи на Торговую компанию?

Прекрасно отдающий себе отчёт о разнице в масштабе между Аргалориумом и Торговой компанией, Лев еще несколько лет назад начал подготовку к запасному плану, на случай, если война с Раганродом пойдёт не так, как ими было задумано.

– Прошу меня простить, господин, но существенных успехов мало. Кое-что было, конечно, найдено, но подобным никого нельзя удивить. Убийства слишком мало или много знающих сотрудников, интриги, работорговля – всем этим балуются все крупные игроки.

– Тогда работай лучше, Моргенс! – рявкнул красный дракон. – Ты не для того занимаешь свою должность, чтобы кормить меня неудачами!

– Господин, у меня есть одна зацепка, – чуть поколебавшись, всё же решился сказать Гудмунд. – Но я не уверен…

– Если есть, то говори! – отрезал Аргалор.

– Ваш знакомый, Широ Змей, добился большого продвижения во время Шестого Крестового похода, благодаря логистическим и военным успехам в войне с демонами и их союзниками. Теперь он сумел занять важную должность в верхнем руководстве Торговой компании. Если кто и имеет доступ к интересующему нас грязному белью, то это определенно он… – осторожно предложил Моргенс, но его идея, как и ожидалось, не вызвала энтузиазма.

– Ты предлагаешь мне сотрудничать с этой змеюкой⁈ – недовольно спросил Аргалор. – После всех раз, сколько он пытался меня подставить⁈

– Но, господин, насколько я помню, в те разы именно у вас получилось одержать верх. – разумно отметил Гудмунд.

– В этом-то всё и дело! Или думаешь этот мстительный тип всё уже забыл? Да как бы не так! Стоит мне к нему обратиться, то он такую цену поставит, что половину Аргалориума придётся отдавать! Так что ищи другие способы! – от одной лишь мысли о самодовольной улыбке этого бледного мага у Аргалора заныли все клыки.

«Хрен ему, а не моё золото!»

– Слушаюсь! – понятливо кивнул Моргенс. Благодаря стационарному порталу, его агенты были рассеяны по всему миру Тысяче путей.

Глава 8

– О, вон, ты её видишь?

– Чего ты… А, да, вижу. Подожди, это же она, да?

– Ага, та самая Фелендрис. Дочь Раганрода, что не смогла даже сама отомстить.

Эти и другие шепотки, словно ядовитые змеи, заползали в уши идущей по улью Торговой компании Фелендрис. Синяя драконица хотела броситься на осмелившихся её обсуждать работников и заставить их пожалеть, но страх ещё одной встречи с отцом заставлял её делать вид, что она не слышит.

Вот только подобное могло бы сработать где-то, где о драконах почти ничего не знали, но в Торговой компании каждый высокопоставленный работник был в курсе о невероятной силе чувств повелителей небес.

И осознание, что они осмеливались говорить всё это при ней…

Фелендрис чувствовала себя так, словно из-за гнева её внутренности готовились вырваться наружу.

«Это вина Этериона Беспощадного и тех, кто за ним стоит!» – кристально ясная мысль вспыхнула в голове драконицы, ведь хоть она и была неопытна, но гены синих драконов давали ей преимущество: «Слишком быстро пошли слухи и появились новости о моём отстранении! Этерион специально решил втоптать мою репутацию в грязь!»

Но что Фелендрис оставалось? Этерион Беспощадный был сильным, тяжелым нападающим, которого компания отправлял туда, где требовалось решить проблемы. И не просто решить, а сделать так, чтобы они никогда больше не появлялись.

В этом плане древний белый дракон идеально воплощал простую, но ёмкую фразу: «Нет человека, нет проблемы».

Ворвавшись в свою резиденцию и активировав защитные системы, Фелендрис горестно рухнула на своё ложе и почувствовала накатывающее на неё отчаяние. Она уже собиралась вызвать слуг с едой, чтобы хотя бы попробовать заесть часть стресса, как чей-то мужской голос заставил её испуганно подпрыгнуть.

– Вижу, у вас был тяжёлый день, госпожа? – мгновенно скатившаяся с ложа синяя драконица встала на обе лапы, словно взъерошенная кошка, которой наступили на хвост. Её взгляд безошибочно остановился на сидящем в дальнем углу роскошной комнаты мужчине, одетом в дорогой зелёный плащ и вальяжно откинувшемся на мягком кресле.

– … – абсурдность увиденной сцены заставила Фелендрис недоверчиво замереть, а затем спросить первое, что пришло ей на ум. – Откуда у тебя здесь кресло?

В конце концов, учитывая размеры самой Фелендрис и что это была её комната, здесь совершенно точно не могло быть никакого кресла!

– Хм, – уже собравшийся отвечать незнакомец явно не был готов к подобному вопросу, тем не менее он быстро пришёл в себя и улыбнулся. – Я сам принёс его сюда. Когда приходится много общаться, быстро понимаешь важность хорошей мебели.

– Стой, не смей путать мои мысли! – воскликнула опомнившаяся Фелендри, угрожающе надвигаясь на человека. – Как ты посмел проникнуть в мои покои⁈ И как ты осмелился говорить со мной в таком тоне?

– Вижу, госпожа меня не узнала? – однако мужчина ничуть не испугался и даже не стал предпринимать попыток встать с кресла.

– Ты? – Фелендрис чуть замедлилась, присмотревшись. – Подожди, ты один из моих бывших охранников? Если ты уволился, то во имя Олдвинга, что ты тут забыл⁈

– Вы правы. Я ваш бывший охранник, и меня зовут Широ, хотя многие лучше знают меня знаю по прозвищу Змей.

– Меня не интересуют имена каких-то там охранников! – презрительно фыркнула Фелендрис, но Змея ничуть не задело его высокомерие. Он слишком долго работал с драконами, чтобы обращать внимание на их поганый характер.

В конце концов, разве вы ругаете вселенную за то, что нечистоты воняют? Так и осуждать или критиковать характеры истинных драконов совершенно бесполезно.

– Не могу спорить, но что вы скажете о Широ Змее, нынешнем начальнике отдела закупок материалов? – эти слова словно прогремели в комнате, заставив Фелендрис тут же заткнуться.

Если этот человек не врал, то он занимал отнюдь не маленький пост, уступая лишь своему начальнику, директору по снабжению, и, соответственно, генеральному директору. Выше последнего был только сам Раганрод Жадный, владелец всей корпорации.

Одна эта должность позволяла Змею осуществлять контроль над десятками или даже сотнями тысяч людей в тысячах разных миров, с которыми вела дела Торговая компания.

– И что тебе здесь надо? – угрожающе прошипела драконица. – Мне всё равно, кем ты стал! За одно лишь проникновение ко мне в комнату, я могу убить тебя на месте! И никто ничего мне за это не сделает!

– Совершенно верно, вы здесь в своём праве, – вновь согласился Широ, но тут же добавил. – Однако я бы не рекомендовал идти этим путём, ведь я пришёл сюда не просто так, а чтобы помочь. В конце концов, разве вы хотите и дальше наблюдать, как ваши враги празднуют победу, а вы остаетесь в опале?

Это Этерион тебя подослал? – у Фелендрис немедленно вспыхнула паранойя. – Он хочет ещё сильнее надо мной поиздеваться⁈

– Ну что вы. Господин Этерион совершенно о вас не заботится, считая, что он уже победил, – слова Широ были подобно ножам, безжалостно режущим сердце драконицы. – К чему ему вспоминать о вас, если перед ним появилась столь масштабная задача.

– А в чём он не прав, – горько заявила Фелендрис. – Мой отец решил передать ему всю власть. Я ничего не могу сделать.

– Да, власть уже передана, – сочувственно кивнул Змей, но его глаза сверкнули весельем. – Но кто сказал, что его путь должен чем-то отличаться от вашего?

– О чём ты говоришь? – теперь Фелендрис была полностью во внимании.

– Я говорю о возможности сделать так, чтобы все ваши враги, и я говорю не только об Этерионе, но и об Аргалоре, сильно пожалели, и единственной победительницей остались бы именно вы. – гладко предложил Широ.

– А что ты? В чём твой интерес?

– Хоть господин Этерион и счёл вас несущественной, я придерживаюсь иного мнения. Вы рождены для успеха, просто жизнь всегда вас ограничивала, – слова Широ были именно той лестью, чего так жаждала израненная душа драконицы. – Когда Беспощадный провалится, вы вновь сумеете себя проявить, вознесясь ввысь. А вместе с вами это сделаю и я. Должность руководителя прекрасна, но мне всегда больше нравилось слово «директор»…

Широ замолчал, но молчала и Фелендрис. Всё разворачивалось слишком быстро. Ей нужно было подумать, но у неё было очень мало для этого информации. В то время как окружающие владели цельной картиной, она была подобно слепому, изредка видящему свет.

– Твой план подразумевает убийство Этериона и Аргалора? – решила немного «прозондировать почву» Фелендрис, делая вид, что это обычный вопрос.

– Что вы, господин Этерион, в конце концов, один из Торговой компании, и дракон. – слова мужчины заметно успокоили драконицу, ведь если бы Широ признал бы желание убить дракона, то она бы позаботилась, чтобы он умер.

Да, Беспощадный был её противником, но в то же время он был верным членом стаи её отца, а этот Змей был всего лишь умным, но всё же лишь смертным.

– А что насчёт Аргалора? – вспомнила она вторую часть вопроса.

– Он тоже останется жить.

– Почему? – нахмурилась Фелендрис. – Вот как раз он и должен умереть!

– Этого достигнуть как раз намного сложнее, – в глазах Широ на мгновение мелькнул признак его истинных эмоций. – Но не беспокойтесь, я придумал способ, как сделать так, чтобы ваша месть заставила его очень-очень сильно пожалеть. Ведь, в конце концов, смерть это конец, а вот долгая жизнь способна дать куда больше страданий.

– Хм, и как же ты собираешься заставить его страдать?

– Вижу, вы всё же согласны присоединиться к моему, прошу простить, вашему плану? Тогда начну с того, что агенты Аргалориума так и рыщут по всему миру Тысяче путей, пытаясь найти слабости Торговой компании. Я же, со своей стороны, имею доступ к самым разным отделам, благодаря чему способен с легкостью получить то, о чём люди Аргалора могут только мечтать.

– Ну и как нам это поможет? И какая моя роль во всем этом?

– Ваша роль проста, ведь хоть влияние и упало, оно всё ещё в чём превосходит моё собственное, что позволит вам, при моей помощи, открыть некоторые «закрытые двери». Касательно же того, как нам всё это поможет…

Улыбка Широ стала ледяной.

Аргалор и Этерион, как красный и белый драконы, рассматривают картину исключительно с точки зрения столкновения прямой силы. Но очень скоро мы покажем обоим из них, что в настоящей игре всё далеко не всегда решается большими кулаками…

Слушая план Широ, недоверие Фелендрис медленно, но верно рассеивалось, а на его смену приходила надежда.

Ох, с каким же наслаждением она посмотрит на выражение морды этого ненавистного красного дракона!

Широ Змей в этот момент тоже чувствовал себя прекрасно. Как-никак, именно его люди распространили по Торговой компании слухи о грандиозном провале Фелендрис и её опале у Раганрода.

Дальше же было техники: немного подождать, убедиться, что Фелендрис достигла нужной точки, а затем предложить выход с надеждой на исправление всех её проблем.

Глаза Широ ожесточились. В этот раз он перепроверил план десятки раз. Больше никаких ошибок или непроверенных элементов не допускалось. Аргалор, Убийца Бароса, наконец почувствует вкус отчаяния, и когда он будет в самом низу из-за своих же собственных решений, именно он, Змей, протянет ему руку помощи.

И Широ уже не мог дождаться момента, когда он будет вынужден её принять!

* * *

Тем временем напряжение на Таросе стремительно нарастало. Ни для кого из верхушки четырёх уцелевших корпораций после Мировой корпоративной войны не стало сюрпризом, что вскоре разразится ещё более ужасающий конфликт.

Освободившаяся от давления Торговая компания, ничуть не скрываясь, официально объявила набор крупных наёмных отрядов. А последних во вселенной было предостаточно.

Вынужденные покинуть опасные, но чрезвычайно прибыльные поля сражений между ангелами и демонами, эти искатели войны жаждали новых войн, чтобы накопить ещё больше богатств или получить ещё больше мощного оружия.

Что ангелы, что демоны платили более чем щедро, но деньги редко задерживаются у наёмников надолго. Впрочем, многое всё ещё оставалось с искателями удачи даже после всех пьянок и трат.

Если ангелы обычно расплачивались элитно зачарованными артефактами, вроде оружия или брони, то демоны напрямую одаривали полезными мутациями, увеличениями магической силы и прочими дарами Хаоса.

Обычно демонические дары несли куда больше опасности самим владельцам, но в этот раз тёмные боги и архидемоны Хаоса были вынуждены сдерживать свою хаотическую природу, ведь иначе наёмники просто бы не стали за них сражаться.

Единственным светлым для Аргалориума моментом оставался тот факт, что кроме Тароса и Аргалориума, Торговая компания имела ещё около десятка других точек интереса, куда тоже были отправлены не только наёмные армии, но и войска самого Раганрода.

Тем не менее даже одного «отряда» наёмников, что отозвались на зов Этериона Беспощадного, хватало, чтобы заставить кричать от ужаса целые миры.

Первый из таких отрядов, что прибыл на Тарос в районе останков островов Литуина, не стремился сразу начать войну. Их задачей было посеять страх и разрушить связи, что поддерживали Аргалориум.

* * *

Срочный вызов и скрытая за ним тревога сразу дали понять Аргалору, что-то, чего они ждали весь этот год, началось. Расчёты Моргенса не были неверны, когда он давал около трёх лет, но появление куда более решительного Этериона смешало им часть карт.

Когда Аргалор мрачно вошёл в зал для совещаний, все взгляды мгновенно сошлись на нём.

Прямо сейчас здесь было немного разумных, лишь самые верные и заслуживающие доверия. Именно с ними Аргалор собирался принять решение о дальнейших действиях.

Верный кобольд Асириус уже нервно постукивал кончиком посоха по полу, что-то обдумывая. Для кого-то, кто его бы не знал, эти действия могли бы показаться паникой, но Аргалор слишком хорошо знал, что, несмотря на свой не очень примечательный вид, внутри Асириуса скрывается решительность, которой могли бы позавидовать многие.

Его верный на протяжении вот уже почти века друг Мориц, наоборот, выглядел так, будто ещё один день рождения случился на целый год раньше.

Сколько же врагов Аргалориума он уже уничтожил? Сколько вдов оставил безутешными? Эти мысли оставили на душе Льва тепло. Воистину, кто бы мог подумать, что однорукий старый легионер, ступивший одной ногой в могилу, когда-нибудь дорастет до этого уровня?

Приметив взгляд господина, Мориц широко улыбнулся. В его глазах не было страха, а лишь предвкушение будущей резни.

«Славно! Славно!» – одобрил Аргалор.

Третьим членом этого совета был Тарет Варбелт. Почти потерявший свой клан худой рыжебородый гном, работающий в какой-то деревеньке кузнецом. Теперь ничего не напоминало в нём о тех тяжелых годах.

Богатое одеяние почти лопалось от объемного пуза, а смазанная маслами и благовониями борода, словно остановившийся кусок живого пламени, бережно была уложена прямо на груди.

Если когда-то Тарет сражался ради своего клана, каждый раз пытаясь пристроить своих родственников на самые выгодные должности, за что несколько раз был нещадно бит, то с годами он стал куда безжалостнее и рациональнее.

Для Тарета работники давно перестали быть живыми существами, а превратились в продолжение его амбиций. В итоге разница между членами клана и просто верными ему разумными как-то плавно стёрлась, и теперь все в его глазах стали лишь топливом в горне великой промышленности Аргалориума.

Конечно, подобный взгляд не затрагивал ближний круг корпорации, ведь лишь в них Тарет всё ещё видел достойных противников или товарищей, в зависимости от того, что ему требовалось.

Пожалуй, нахождение столько десятилетий подле дракона сильнее всего повлияло на Тарета Варбелта, из-за чего он получил жуткое прозвище «Технократ», ведь он допускал жертву чего и кого угодно ради эффективности.

Четвёртым был редко выбирающийся из своей лаборатории Аларик Скотт. Почти столетие столь глубокого погружения в магию, технологии и их сплав далеко увели в прошлом нервного мужчину по пути невозврата.

Жажда лично осознавать и участвовать во всё более рискованных и сложных экспериментах и открытиях вынудила Аларика шаг за шагом отказываться от своего тела и своей человечности.

Теперь в стоявшей на четырёх шарнирных паучьих лапах трёхметровой стальной фигуре, из которой торчало порядка пяти разных механических конечностей, было очень сложно узнать хоть что-то человеческое.

Отточенные драконьи чувства почти не улавливали присутствия живой плоти. Оставался лишь нечестивый сплав остатков органов, великого сонма духов и пропитанных сложнейшими рунами артефактов.

Аргалор уже давным-давно перестал пытаться глубоко погружаться в хитросплетения сложной артефакторики и произведений искусства Маготеха. Лев просто осознал, что если он хочет полноценно освоить хотя бы половину из открытых знаний Аларика, то ему придётся потратить десятилетия, если не столетия.

Аргалор никогда бы не признался, но от дошедшего до этого уровня разума Аларика Скотта ему было не по себе.

«Воистину, от многих знаний много печали». – с содроганием подумал Аргалор.

Благо, Аларик всегда был далёк от политики и даже презирал её, что сильно уменьшало риск его восстания.

Пятым, пусть и не столь важным членом совета стал Валор Кшас. Бывший убийца и солдат на службе темных эльфов, чья раса ныне переживала не лучшие времена, бывший капитан затонувшего пиратского судна, бывший рыбак, чья деревня была уничтожена в Корпоративной войне.

Волею судьбы он стал первым капитаном Аргалориума, и эта удача позволила ему ныне стать командующим всего флота корпорации, начиная от Тароса и заканчивая Ильрадией.

Что удивительно, столь огромная власть не сильно изменила его привычки, что, опять же, было не странно, учитывая его огромный даже по меркам эльфов возраст. Десятилетия в Аргалориуме были для него, в лучшем случае, как пара-тройка лет смертного.

Шестым разумным являлся Джозеф Эрц, бывший подчинённый Морица, а теперь глава самой Службы безопасности, организации, при одном упоминании которой вызывалось непроизвольное мочеиспускание у доброй половины работников Аргалориума.

Стоя недвижимой чёрной стальной глыбой, он был готов пытать и уничтожить любого, на кого пал бы коготь его повелителя. Немногословный, безжалостный – он не был очень хитёр или умён, но его верность, как и кровожадность, была абсолютной, что очень много значило для Аргалора.

Он твёрдой рукой управлял куда более умными заместителями, заметно лучше разбирающимися в хитрой политике поиска предателей и шпионов.

Последним из смертных оказался Моргенс Гудмунд. Именно он стал причиной сегодняшнего собрания, и привезенные им известия явно обещали большие трудности и испытания.

Когда-то Моргенс был правой рукой и командующим стражи одного хитрого барона, Ларса Эклунда. С падением баронства в жадные когти Аргалора, Моргенс принял верное решение, встав на сторону победителя и продолжив выполнять те же самые задачи, которые ему когда-то поручал Ларс.

За эти десятилетия далеко не все начинания Гудмунда оказывались удачными. Тайная война с врагами Аргалориума была тяжелой и сложной работой, но Моргенс никогда не сдавался, постоянно становясь лучше.

Благодаря этому прямо сейчас фамилия Гудмунд практически стала синонимом смерти для шпионов и убийц противоборствующих корпораций.

Из-за наличия в родословной эльфийской крови, Моргенс не сильно изменился, а лишь полностью сбрил свои волосы, больше не скрывая чуть острые уши. В связи с этим среди вражеских шпионов стала ходить шутка, рассказываемая неопытным товарищам, что: «Моргенс Гудмунд знает о вас всё, кроме того, сколько у вас на голове волос, и то только потому, что он сам лысый».

Оставался еще Миваль Эвенвуд, но он подошёл бы позже.

Покончив с разглядыванием своих относительно смертных слуг, Аргалор сосредоточил внимание на двух драконицах, с которыми он познакомился ещё с самого детства.

Вернувшаяся с границы Луидора, судя по её взгляду на Асириуса, до прихода Аргалора о чём-то с ним активно общалась.

Смерть матери, война с Гномпромом, а затем противостояние с Шитачи дорого обошлись медной драконице и подруге Аргозы. Хоть её весёлый и задорный характер остались, но он претерпел тёмные метаморфозы, став несравнимо более жестоким.

Теперь, если в шутке над кем-то не присутствовало боли, смерти или страданий, то Луидора находила подобный розыгрыш скучным.

Её отец не был приглашён, но, скорее всего, он был даже этому рад. Став живой тенью своей дочери, единственным его желанием была её защита.

Аргоза замыкала список всех сегодня собравшихся разумных. Золотая драконица была совершенно не в духе, ведь она уже догадывалась о причинах сбора. Зная о надвигающейся войне с Шитачи и Торговой компанией, Аргоза отдавала себе отчёт, что она явно не закончится за пару дней.

Тогда что будет с обещанной церемонией⁈

Надо ли говорить, что благодаря этим мыслям её жажда боя ничуть не уступала Морицу?

– Моргенс, можешь начинать. – усевшись, приказал Аргалор, выслушав недружные приветствия собравшихся.

– Благодарю всех, что собрались так быстро, ведь у меня важные сведения, – Моргенс глубоко вздохнул, чтобы собраться с мыслями. – Мои агенты только-только получили последние сведения. Торговая компания уже наняла несколько чрезвычайно мощных межмировых наёмных компаний. Большая часть из них пока готовится к высадке в Литуине, но одна из них уже прибыла. Учитывая всё, что мои люди сумели собрать в мире Тысяче путей, их задачей будет ослабить наши позиции войной в тени.

– Что за ублюдки решили попробовать нас первыми на зуб? – громко спросил Мориц.

– «На зуб» очень точное описание наших противников, – сказав это, Моргенс не позволил себе даже улыбки. – Название их компании: «Жаждущий пакт», и у них нет родного мира, так как они производят сбор новобранцев по всей вселенной. Каждый, кто желает вступить в их компанию, проходит ритуал превращения в вампира, что даёт им внушительную боевую мощь, пусть и не без некоторых слабостей.

– Кровососы, – многозначительно протянул Аргалор. – Гудмунд, Эрц, что скажете про великие вампирские кланы Форлонда? Сомневаюсь, что они будут в восторге принимать конкурентов. К тому же, мы объявили помилование этому спрятавшемуся прихвостню императора, Бертраму Хойцу. Где их добрая воля?

– Боюсь, дела обстоят не так, как нам бы хотелось, – начало слов Гудмунда явно не настраивало на хороший лад. – Лучшее, на что мы можем рассчитывать, это отказ от помощи нашим врагам. Вампиры имеют между собой очень глубокое родство, даже если они рождены в разных мирах, Жаждущий пакт захватил немало миров, пользуясь этой особенностью. Уже то, что наши Великий клан объявили нейтралитет, очень добрая весть.

– Хм, пусть пока живут, – недовольно рыкнул Аргалор, затаив обиду. Хоть он изначально и не думал о вампирах, но столь демонстративный шаг этих кровососущих мерзостей заставил его жаждать мести. – Но ты сказал, что это лишь одна из крупных наёмных компаний. У тебя есть информация о других?

– Конечно, есть, господин. – Моргенс явно проделал неплохую работу.

Глава 9

Моргенс дал знак, и невыразительно выглядящие слуги быстро, но аккуратно подвезли тележку на стальных, обитых бархатом колесиках, на которой было установлено сложное иллюзиографное оборудование.

Время, когда Аргалору и его прислужникам приходилось обсуждать врагов исключительно на словах, медленно, но верно уходило прочь, сметенное неумолимым шествием прогресса.

Те же иллюзиографы, не будучи главной темой для изучения Маготехом из-за огромного количества других, более важных направлений, были быстро подхвачены сторонними кампаниями Стальбурга.

Осознав скрывающуюся в этих небольших вещичках выгоду, предприниматели Стального города довольно быстро принялись выпускать на рынок всё более и более продвинутые модели знакомых на Земле фотоаппаратов или проекторов.

Если изначально иллюизографы могли хранить в своей памяти лишь одну или две иллюзии, то постепенно в них стали скрываться целые библиотеки. Размер тоже уменьшался, позволяя носить артефакты для запечатления изображения на груди, а не возить на специальных аргомобилях.

Бизнес некоторых из таких предпринимателей был громко выкуплен Аргалориумом за поистине впечатляющие суммы. Да, корпорация дракона легко могла бы отобрать достижения этих мальков, но в таком случае где гарантия, что другие гении решат развиваться возле их бока? А так, их демонстративные жест привёл к свежему притоку талантов из других корпораций.

– Во-первых, я хочу остановиться на старейшине и главе Жаждущего пакта, – Гудмунд щелкнул переключателем на большом иллюзиографе, и над ним возникла двигающаяся и кружащаяся трёхмерная проекция. – Его зовут Кират Ар Вентру. Это самый старый и сильный из всех известных вампиров Жаждущего пакта.

Перед советом появился вид на трёхметрового, безглазого и безволосого монстра, на месте глаз которого имелась выпирающая вперёд костяная пластина. Одет он был в свободную красную мантию, не скрывающую немного впалую, но покрытую нечеловеческими мускулами серую грудь и шёлковые чёрные штаны. В спине в халате были прорезаны четыре отверстия, чтобы сквозь них прошли два кожаных крыла и две жуткого вида лапы.

– Место его родины неизвестно, но в Жаждущем пакте есть ещё несколько представителей его расы, что возглавляют различные вампирские семьи.

– Готов поспорить на свою бороду, что если убить этих тварей, – Тарет тыкнул жирным пальцем в уродливую фигуру вампира. – То в их братии тут же начнётся разлад.

– Среди вампиров обычно очень сильны «семейные отношения». – поправил его Асириус.

– Знаю я эти отношения, – презрительно усмехнулся гном. – Это наёмники. Отпусти их поводок хоть на немного, как они тут же укусят тебя за руку!

– Хватит! Этот план достоин того, чтобы его попробовать, – прервал прислужников Аргалор раньше, чем вспыхнет ссора. – Прикажите своим людям отдавать предпочтение уничтожению именно этих вампиров. Даже если это не инициирует среди их семей разлад, гибель командного состава всё равно будет играть нам на лапу! Моргенс, где Миваль⁈ Он обещал, что будет!

– Прошу прощения, но Миваль сейчас отвечает за перераспределение своих магов по всем значимым объектам, – объяснил Моргенс. – Скрытность вампиров слишком сильна, и они легко обходят следящие артефакты, и лишь опытные волшебники и чародеи могут их вовремя заметить. Чтобы защитить наше производство, я попросил Эвенвуда заняться этим вопросом лично.

– Хм, пусть будет так, но тогда ты же, Моргенс, и передашь ему сегодняшнюю встречу!

Миваль Эвенвуд, старик-маг, с которым Аргалору пришлось столкнуться на заре своей карьеры. Спокойный и здравый старик, осознав, что цель его провалена, молниеносно принял решение и предложил свои услуги тогда еще растущему отряду наёмников с перспективным драконом командиром.

Принятое им решение протащило этого флегматичного мага от учителя нескольких учеников вплоть до главы всего магического боевого корпуса корпорации.

Если изначально Миваль находился всего лишь на уровне опытного мага, то хлынувшее на него богатство Аргалориума позволили старику получить доступ к самым редким и дорогим гримуарам и магическим книгам.

Благодаря последнему Эвенвуд сумел сделать почти невозможное – в своём возрасте прорваться на уровень магистра, что вновь оттянуло возраст его смерти.

Но Миваль не стал почивать на лаврах достижений, а вцепился в магию с ещё большим рвением. Как итог, Эвенвуд вновь сумел обмануть смерть и поразить своих собратьев магов.

Его прорыв к рангу верховного мага стал неожиданностью не только для недоброжелателей, но даже для его собственных товарищей. Опять же, когда тебя поддерживает контролирующая континент корпорация, куда легче двигаться вперёд, чем действуя в одиночку.

Если раньше многие из высокопоставленных магов шептали сквозь зубы, что их возглавляет такой же, как и они сами магистр, то теперь им пришлось заткнуться, ведь кроме Миваля в Аргалориуме были единицы тех, кто сумел прорваться к этому уровню силы.

– … Что же по другим нам известным наёмным компаниям, то прямо сейчас мои люди получили информацию лишь о ещё двух, – Моргенс криво улыбнулся, когда в иллюзиях появился вид на неизвестную планету, где листва имела ярко красный цвет. – Представляю вашему вниманию Фритон, мир-планета, даже обладающий своим небольшим космическим пространством и звездой. Эти кадры были получены из архивов Репозитория порядка.

Кадры из космоса сменились на виды на поверхности планеты. Стоило совету увидеть уходящие в небеса высокотехнологические стальные высотки, огромные заводы и нескончаемый поток двигающихся людей с красной кожей, как все стали куда серьезней.

– Фритон появился из моря Хаоса около двух столетий назад. Обладая высокотехнологической цивилизацией, его обитатели сумели построить стабильные порталы для заселения всех ближайших к ним миров. Их техномагия имела поразительную точность, способная находить даже скрытые миры непосредственно возле них самих. Благодаря этой удаче они в кратчайшие сроки, а самое главное, незаметно захватили около десятка близлежащих миров.

– Установлена невероятная эффективность, – механический голос Аларика Скотта прозвучал подобно похоронному звону, когда его стальные придатки задумчиво сокращались. – Имеющиеся данные по современным портальным установкам проигрывают неизвестной технологии со значительным отрывом.

– Это ещё только начало, – мрачно улыбнулся Моргенс. – Из-за того, что за всё время колонизации фритонцы ни разу не встречали цивилизованные миры, то они уверились, что лишь они разумная жизнь во вселенной. Желая ускорить и оптимизировать процесс захвата миров, они создали цельные фабрики-комплексы, целью которых была адаптация к новому миру, а затем производство техники и клонов, чтобы в кратчайшие сроки наладить добычу ресурсов и отправить их к главным мирам.

Мориц громко присвистнул и в восхищении покачал.

– Яйца этих фритонцев поистине здоровенные. Так демонстративно нарушить целых два главных межмировых закона о технологиях – это ещё надо умудриться. И плевать, что они об этих законах не знали. Дай догадаюсь, они не могли удержаться и от производства высокоинтеллектуального искусственного разума, не так ли? Кажется, я уже знаю, чем закончилась эта история.

– В целом, ты прав, – Моргенс давно привык к характеру Морица. – Искусственный разум, или, как его называют, интеллект, был использован в тех самых фабриках. Фритон бы и дальше неограниченно развивался, если бы их порталы в конце концов не добрались до освоенных территорий. Счастливчиком оказался слабо развитый мир, принадлежавший какому-то межмировому военачальнику. Цивилизация Фритона с радостью поприветствовала новый мир. Благодаря своему уровню развития, они пригласили, как считали, туземцев в свой мир, желая исключительно дипломатичного взаимодействия. Однако увидевший их мир военачальник пришёл в ужас.