332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Владимир Арбузов » Броненосец "Петр Великий" » Текст книги (страница 7)
Броненосец "Петр Великий"
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:34

Текст книги "Броненосец "Петр Великий""


Автор книги: Владимир Арбузов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Дальнее плавание
15. "Петр Великий" покидает Кронштадт

Назначенный на первые дни мая 1881 года уход не состоялся. Сказались последствия суровой зимы. Лед в гавани и заливе сошел только 10 мая. 14 мая «Петр Великий» вышел на Большой Кронштадтский рейд для определения девиации.

С утра 19 мая начались последние приготовления к первому дальнему плаванию. Замена механизмов в Англии, по мнению МТК, единственный способ в кратчайшие сроки ввести броненосец в строй, а окончательным экзаменом на мореходность и качество изготовления машин будет последующее плавание в Средиземное море.

На корабле, уходившем в плавание, под командой капитана 1 ранга В. Г. Басаргина находились 507 человек. Ближайшим помощником командира являлся старший офицер капитан-лейтенант Е. Макаров. Начальниками вахт значились лейтенанты Л. Фелькерзам, Р. де Рибас, мичманы Н. Попандопуло и А. Дыдымов. Они вместе с пятью подвахтенными мичманами Н. Былим-Колосовским, К. Мордвиновым, К. Мясниковым, Н. Глиноцким, Г. Цимерманом и тремя штурманскими офицерами: штабс-капитаном А. Оводовым, подпоручиком Г. Терентьевым и прапорщиком Д. Ананьевым отвечали за безопасность плавания и обеспечение повседневной жизни экипажа в сложных условиях похода.

Артиллерия находилась в ведении капитана корпуса морской артиллерии старшего артиллериста корабля К. Жданова. Ему подчинялись командиры двенадцатидюймовых башен прапорщики В. Алькимович и С. Бочаров. За минное вооружение нес ответственность мичман В. Колокольцов. Старший механик Э. Бетковский, в подчинении которого находились еще пять офицеров, нес ответственность за механическую часть корабля.

Кроме них, на корабле находились ревизор мичман Н. Юрьев, врач надворный советник Н. Боголюбов, строитель корабля капитан корпуса корабельных инженеров А. Леонтьев и корабельный священник иеромонах Сергий.

Для приобретения опыта, который может дать морскому офицеру только дальнее плавание, приказом генерал-адмирала Константина Николаевича от 12 апреля 1881 года на корабль назначили четырнадцать бывших юнкеров Морского кадетского корпуса, которые сдали экзамены и были произведены в гардемарины. В плавание уходили гардемарины: Н. Кладо – впоследствии известный морской публицист и теоретик; Петр Римский-Корсаков – брат великого композитора и сын контр-адмирала В. Римского– Корсакова, дослужившийся потом до звания контр-адмирала и ставший командиром Владивостокского порта. В списках значились князь Н. Путятин – внук знаменитого адмирала Путятина, первого посла России в Японии, и В. Стеценко, ставшие затем адмиралами.

Согласно ведомости, на корабле числились 33 офицера и чиновника, 14 гардемаринов, 6 кондукторов и 455 нижних чинов, на плечи которых ложились все тяготы при погрузке угля, работа у топок котлов, уход за механизмами, паро– и трубопроводами, артиллерией и все то, чем изобиловала служба простого матроса на корабле того времени.

К 10 часам утра все было готово и корабль, снявшись с якоря, медленно начал покидать Кронштадтский рейд. Спустя полчаса город, оставшийся за кормой, постепенно исчез в дымке. Машины работали удовлетворительно и при давлении в котлах всего 1,4 атм. развили около 38 об. мин., что соответствовало скорости 7 уз. Начались первые трудности в управлении кораблем, так как при снятой рулевой машине постоянно приходилось иметь у обоих штурвалов, даже в тихую погоду, по пять – семь человек. Отсутствие указателей оборотов винтов, снятых перед выходом, вынуждало как вахтенного офицера, так и рулевых к утомительному поиску положения руля для удержания корабля на курсе и уменьшения рыскливости, вызываемой неравномерной работой машин.

В течение четырех дней плавания Балтика не приподносила сюрпризов, погода стояла хорошая. Утром 22 мая корабль прошел остров Бронхольм, с которого по телеграфу запросили подъем национального флага. Приблизившись затем к острову Менна, находившиеся на палубе увидели шедший под всеми парусами, встречавший броненосец германский корвет.

К ночи вошли в Кильскую бухту и простояли там до утра. Утром, приняв на борт лоцмана, снявшись с якоря, "Петр Великий" медленно начал входить на рейд. С рассветом 23 мая показались сначала краны и трубы, а затем и строения города Киля – главной базы германского флота.

При подходе к назначенному месту стоянки к борту броненосца, искусно маневрируя, подошел катер с лейтенантом германского флота, который передал командиру корабля приветствие от старшего на рейде адмирала.

К 9 часам "Петр Великий" вошел на рейд и стал на якорь. Здесь, на рейде, находились германская броненосная эскадра, состоящая из броненосцев "Фридрих Карл", "Кронпринц", "Прейсен" и "Фридрих дер Гроссе", и фрегат "Аркона" под флагом начальника морских сил Балтийского моря вице-адмирала Батха.

Сразу же приступили к погрузке угля с заранее приготовленных русским консулом барж, так как за переход израсходовали 650 т, т. е. половину всего запаса. Авральные погрузочные работы заняли двое суток, в течение которых на корабль приняли 577 т кардиффа. Тогда же, пользуясь стоянкой, произвели чистку и осмотр топок, который показал, что количество трещин и накипей не увеличилось. К концу дня 26 мая "Петр Великий" был подготовлен для перехода из Киля в Англию.

Для плавания в Пентландском проливе, сложном в навигационном отношении из-за частых туманов, командир заранее запросил через нашего консула в Абердине опытного лоцмана. В Киле при стоянке появились первые больные. Матроса Назара Форафонова, заболевшего воспалением легких, пришлось оставить в береговом госпитале. Около 7 часов утра 27 мая корабль продолжил плавание в Англию.

Проход через проливы Большой Бельт и Каттегат замедлился из-за постоянных туманов и встречных течений. Много хлопот доставлял и кардиффский уголь, менее качественный, чем использовавшийся до Киля ньюкастльский. В каждом из проливов пришлось по два раза из-за погоды отстаиваться на якоре.

В отличие от предыдущих дней Балтика выглядела совсем по-другому. Семибалльный ветер и волнение заставили корабль, управляемый только ручным способом, войти к вечеру 29 мая во Фредерихксхавк.

В течение двухдневной стоянки на корабле, вызвавшем неподдельный интерес, по словам очевидца, побывали чуть ли не все жители Фредериксхавка. "Жителям такого маленького городка и такого незначительного порта, конечно, редко приходилось видеть в своей бухточке такого огромного гиганта, как "Петр Великий". На катерах и на яликах ежеминутно приезжала масса любопытных для осмотра корабля. В особенности много посетителей было в день нашего ухода. Шлюпки приставали по всему борту, где только можно было вылезти. Желание осмотреть корабль заставляло преодолеть всевозможные препятствия. Так одна шлюпка, не найдя места приткнуться у борта, пристала к рядом стоящей угольной барже с очень высоким бортом. В шлюпке было несколько барышень, которые отважились подняться на баржу по лестнице, стоящей совершенно вертикально. Но, к сожалению, храбрые датчанки уже опоздали. Корабль начал сниматься с якоря. В это время пришел пароход с массою публики. Они приехали провожать нас в плавание. К 8 часам вечера мы при громких криках "ура" вышли в море, взяв курс на плавучий маяк у мыса Скаген", – писал один из участников плавания. К 9 часам, обойдя маяк, легли на курс 270° и, имея скорость 8 уз, проследовали к мысу Noss Head. После двух суток непрерывного плавания благополучно подошли к мысу, где на борт приняли ожидавшего лоцмана и вышли в Пентландский пролив. Обогнув северную оконечность Шотландии и спустившись к югу между Гебридскими островами, утром 5 мая "Петр Великий" прибыл на пустынный рейд Гринока. Из-за частых туманов самым сложным оказался последний переход от мыса Noss Head до Гринока. В этих условиях пришлось полностью довериться лоцману, определявшемуся лишь благодаря хорошему знанию побережья, которое только изредка проглядывалось в тумане.

16. Завод Эльдера

Спустя некоторое время после прибытия на рейд Гринока началась подготовка «Петра Великого» для дальнейшего следования по мелководной реке Клайд, соединявшей Гринок с Глазго, где и находился завод Эльдера. Через несколько дней оставшиеся 300 тонн угля были выгружены на берег и проданы английским судовладельцам, порох и снаряды из-за отсутствия на берегу специальных хранилищ выгрузили на баржи, а баржи отбуксировали в район завода и поставили на мертвые якоря в реке Клайд. Проход по реке больших кораблей осуществлялся только во время приливов, периодичность которых составляла один раз в две недели. По соглашению с В. Пирсом буксировка назначалась с 15 июня в момент начала очередного прилива. Пришлось в ожидании стоять в Гриноке. Но состоявшийся прилив вызвал 19 июня наибольшее возвышение воды в реке 7,3 м, а корабль без угля, пороха, снарядов и воды в задних котлах имел углубление кормой 7,2 м. В тот же день капитан 1 ранга В. Г. Басаргин через нашего консула в Глазго уведомил правление завода Эльдера о готовности к переходу. Правление ответило, что не следует рисковать, а лучше подождать очередного прилива в конце июня, так как осадка «Петра Великого» в пресноводной реке увеличится еще на 0,1 м. Не желая терять лишних 12 дней, В. Г. Басаргин решил еще более облегчить корабль, для чего пришлось перенести в нос всю сухую провизию, а для выравнивания дифферента заполнить два междудонных носовых отделения. Все эти меры уменьшили осадку до 7 м. Во время следования по реке предполагалось построить всю команду на баке. Добиваясь буксировки в этот прилив, командир «Петра Великого» лично посетил завод, на котором выяснилось, что глубина под краном, где предполагалось ставить броненосец, была всего 6,5 м. Это окончательно задержало ввод корабля в бассейн завода до конца июня.

Как видно, завод не прилагал усилий для скорейшего начала работ, ведь, согласно ст. 3 контракта, машины должны были быть готовы к установке не позже 15 июня, а сроки работ по их установке исчислялись с момента прихода "Петра Великого" в бассейн завода. Прождав еще 12 дней в Гриноке, в следующий прилив корабль, имевший осадку кормой 7,1 м, 30 июня в 10 часов утра с лоцманом на борту на буксире 6 пароходов пошел в Глазго. Мощности этих буксиров явно не хватало и приходилось постоянно работать машинами на малый ход вперед, имея для этого пар в шести носовых котлах. Несмотря на мягкий грунт, подводная обшивка периодически касалась дна, из-за чего приходилось делать остановки и с большими усилиями стаскивать корабль. Не дойдя до завода Эльдера около 5 миль, в час дня при начавшемся уже отливе остановились и легли днищем на грунт. К 10 час. 30 мин. вечера при увеличении уровня воды "Петр Великий" всплыл и пошел к заводу, несколько раз останавливаясь из-за недостаточной глубины, и к бассейну завода подошел только в 1 час 45 мин. ночи. Вновь начавшийся отлив помешал входу в бассейн, вырытый перпендикулярно руслу реки. Поставив корабль бортом вдоль левого берега реки, имеющей в этом месте ширину 95 м, при следующем приливе переменили место стоянки, оттянув нос далее от берега, уже в третий раз оставаясь в малую воду на грунте. При последней стоянке корабль, видимо, сев на твердые породы грунта, повредил себе днище. Непроницаемость обшивки не нарушилась, но оказались вдавлены несколько шпангоутов. Лишь к 3 часам утра 2 июля "Петр Великий" ввели в бассейн завода, где он и остановился у крана. Обследование повреждений дна, произведенное А. Е. Леонтьевым, выявило, что они не представляют никакой опасности и исправление их в доке не будет создавать больших трудностей.


«Петр Великий» на отмели в реке Клайд. 30 июля 1881 г.

На берегу корабль встречали матросы Н. Новожилов и А. Колюжный, доставившие сюда ящики с торпедными аппаратами из Кронштадта. Аппараты, изготовленные к началу июня 1881 года, а затем разобранные и упакованные в 19 ящиков общим весом 26 т, были доставлены в Кронштадт. Из Кронштадта 20 июня на английском пароходе «Т. Вильсон» их в сопровождении двух вышеназванных матросов отправили в г. Гулль, откуда по железной дороге они и были доставлены на завод.

На следующий день с правлением завода Эльдера начались переговоры по выяснению вопросов чисто организационного характера. Одновременно начались работы по демонтажу надстройки. Спустя три недели 25 июля на корабле, стоявшем под краном со снятыми трубой и мачтой, разобранными надстройками и палубами, начался демонтаж машин. Часть команды к тому времени перевели в заводские казармы, где ранее размещалась команда яхты "Ливадия". В начале августа машины с котлами были полностью вынуты и началась подготовка к постановке "Петра Великого" в док.

При вводе броненосца в док и более детальном осмотре выяснилось, что повреждения серьезнее, чем предполагалось. Оказалось согнутым вправо перо руля, а нижняя его часть с частью медной рамы надломлена. Средний киль и первые к нему боковые кили были стерты почти до наружной деревянной обшивки, а у следующих двух стерты фальшкили. Деревянные наделки под броней в районе клюзов истерты и помяты от лап якорей. Цинковые листы, положенные вокруг корабля для изоляции брони от медной обшивки, почти совсем разложились за время семилетней службы. Наружная обшивка по обе стороны киля при плавании в реке измялась и требовала замены. Для исправления этих повреждений пришлось заключить договор с заводом Эльдера, который оформил представитель Морского министерства в Англии капитан-лейтенант А. М. Линден. Эти работы задерживали сроки готовности к плаванию на две недели. Стало ясно, что даже с учетом десяти льготных дней, обусловленных контрактом, окончательная готовность корабля будет несколько позднее намечавшегося ранее 12 октября.

К моменту постановки в док изготовленные и собранные машины находились на стенде. Были готовы к установке в корабль котлы, дымовые ходы для них, гребные валы и ступицы для винтов. Началась сборка трубы и установка в ступицы лопастей. Готовились к гидравлической пробе паровые трубы. По механической части в доке производились работы по сборке новых фундаментов для машин, заделка отверстий от снятых кингстонов и вырубка новых. Сняли гребные винты, концевые гребные валы, изогнутый руль, медную обшивку, а деревянную наружную частично пришлось заменить. Производилось исправление боковых килей.

Несмотря на летние месяцы, сырой английский климат и бытовая неустроенность экипажа вызвали множество простудных заболеваний, часто переходящих в воспаление легких. 14 августа в береговом госпитале от этого скончался матрос 1 статьи Федор Лихачев. В тяжелом состоянии находились матросы Григорьев, Самсонов и Карпенко. В корабельном лазарете лежали еще 6 человек.

К 14 сентября окончили работы по исправлению подводной обшивки. Далеко продвинулась и установка торпедных труб. Спустя неделю, 21 сентября, началась установка правой трубы и нового руля, вновь отлитого на заводе из марганцевой бронзы. В этот же день управляющий Морским министерством вице-адмирал И. А. Шестаков, находившийся в Англии для ознакомления с судостроением, осмотрел в доке произведенные на корабле работы и на заводе новые машины и котлы. После этого И. А. Шестаков, взяв с собой корабельного инженера А. Е. Леонтьева и лейтенанта Р. де Рибаса, продолжил поездку для осмотра английских адмиралтейств. Через два дня, 23 сентября, работы в подводной части были окончены, но выход из дока заводчики оттягивали из-за малой воды у порога дока. При замене фальшкиля на корабле поставили новые грузовые марки, так как новый сделали тоньше старого для безопасного вывода из дока. Работы по исправлению подводной обшивки обошлись в 10 756 фунтов стерлингов.

26 сентября в 10 часов вечера открыли клинкет дока для впуска воды, и к полуночи "Петр Великий" был выведен из дока и под буксировкой пяти пароходов поставлен в бассейн под кран.

Работы на броненосце замедлились, так как завод готовил к выходу американский пароход "Alaska", который через несколько дней ушел в Нью-Йорк. 3 октября жизнь экипажа омрачилась еще одним печальным событием: от паралича сердца умер корабельный священник иеромонах Сергий.

Непосредственно к погрузке котлов в корпус приступили 22 октября и через пять дней опустили последний, двенадцатый. К 30 ноября в корпусе корабля установили машины. Оставалось установить паровые трубы, а затем испытать их прочность гидравликой. Не были окончены работы по установке водонепроницаемых дверей и трюмной системы, а при монтаже торпедных труб оставалось сделать два крана для подачи мин Уайтхеда. Несмотря на это, в начале декабря было опробовано движение телескопических минных труб как ручным способом, так и гидравликой. Не так быстро шли работы, производимые заводом "Истон Андерсен" по замене гидравлики у станков 305-мм орудий. Лишь к середине ноября заводом был подготовлен к гидравлической пробе один из четырех станков.

К середине декабря установку механизмов в основном закончили, и команда корабля, готовясь к швартовым испытаниям, производила погрузку угля. В самый разгар подготовки, утром 15 декабря, произошел взрыв в передней угольной яме, в которой находилось 170 т угля. Причиной взрыва было скопившееся в угольных ямах большое количество газов, которые выделял уголь, доставленный прямо из шахты. По этой же причине незадолго до этого в Магеллановом проливе погиб пароход "Deterel". Английские судостроители исследовали затем это явление на судах своего флота, в середине 1881 года провели на всех кораблях целый комплекс работ по установке вентиляции угольных ям. Причем это нововведение в Англии не ускользнуло от внимания и русских моряков. Еще за три месяца до аварии В. Г. Басаргин в рапорте Морскому министру предлагал установить вентиляцию в угольных ямах. К счастью, взрыв не вызвал жертв и больших повреждений, и планировавшаяся на 17 декабря первая паровая проба машин на швартовых у стенки завода состоялась.

На момент проведения пробных испытаний почти весь перечень работ завод Эльдера произвел. Оставались незавершенными работы по паровому отоплению и установке вентиляционных труб. В первых числах января 1882 года команду перевели на корабль.

Переход в Гринок прошел довольно спокойно, и 10 января "Петр Великий" бросил якорь на рейде. На борт погрузили боезапас: по 60 боевых зарядов и снарядов на каждое 305-мм орудие, 500 гранат и 213 картечных зарядов для малокалиберных орудий.

К 20 января все договорные обязательства завод Эльдера выполнил. На следующий день броненосец вышел на Гри– нокский рейд для последнего немаловажного мероприятия перед уходом в Средиземное море – определения девиации главного компаса, расположенного на крыше ходовой рубки. К 30 января команда приняла от рабочих котлы и машины, предварительно проведя перед этим шестичасовой пробег в море.

Окончательное испытание состоялось 23 января близ Гринока под руководством представителя завода инженера Брайса. При углублении кормой 7,6 м, водоизмещении 9395 т корабль развил среднюю скорость 14,36 уз. Котлы легко держали контрактное давление, правая машина при этом развила 97,9, левая 95,8 оборотов, суммарная мощность обеих машин достигла 8296 л. с.

Замена механизмов несколько изменила судостроительные данные броненосца. Площадь руля увеличилась до 11,6 м 2, а установленные четырехлопастные винты Гриффитса имели диаметр 5,2 м, шаг 5,4 м, длину ступицы 1,1 ад.

После испытаний составленный в присутствии главного инженер-механика флота генерал-майора А. И. Соколова приемный акт завершил эпопею с заменой механизмов, которая началась задолго до заключения контракта в 1880 году капитаном Кази и Дж. Эльдером. Составлявшие этот документ должностные лица сделали заключение и нашли, "что все части машин и котлов сделаны прочным образом из материалов хорошего качества и все сделано согласно контракту".

Мощнейшая судостроительная промышленность Англии, представленная заводом Эльдера, за несколько месяцев справилась с задачей, оказавшейся не под силу заводу Берда. Впереди у броненосца был поход в Средиземное море.

17. В Средиземном море

Получив 27 февраля 1882 года приказ управляющего Морским министерством о следовании в Средиземное морс, «Петр Великий» навсегда покинул берега Англии. Прибыв в первейшую морскую державу шесть месяцев назад с экипажем из 506 человек, корабль покидал эту страну, оставляя там 11 моряков. За это время скончались три матроса, четверо сбежало, что было явлением, довольно распространенным в те времена на флотах всего мира. Перед самым отходом в госпитале Гринока пришлось оставить трех человек, заболевших воспалением легких, и матроса 1 статьи И. Борцова, которому тяжело повредило ногу упавшей от вооружения на место гротстеньгой.

За месяц стоянки на Гринокском рейде машинная команда полностью овладела навыками в управлении машинами и без труда быстро развивала ход в 14 уз, обеспечивая его в течение нескольких часов.

Выйдя из Ирландского канала, броненосец сразу же попал на волнение, качка достигала размахов до 14° на борт. Нос легко всходил на волну, почти не беря на палубу воды. Правда, другая обстановка была на палубе за бруствером, по которой постоянно гуляли водяные потоки. Но мощно вращавшиеся винты, вздымая за кормой огромные пенистые буруны, оставлявшие широкий кильватерный след, приближали корабль к Шербуру – океанским воротам Франции. Нелегко оказалось удерживать корабль на курсе, даже несмотря на легкость и быстроту перекладки руля.

Переход окончательно показал качество изготовленных Эльдером механизмов. Во время перехода ни одна из трущихся частей не нагревалась. При давлении в котлах 4,2 атм. сказывалась хорошая работа всех восьми вентиляторов, которые выходили раструбами на грибовидный мостик, даже при естественной тяге, температура в машинном и котельном отделениях не превышала 32°.

Через двое суток плавания показался Шербур. Запланированная двухнедельная стоянка совпала с предстоящим торжеством по случаю годовщины восшествия на престол императора Александра III.

2 марта, в день празднования, броненосец украсили флагами расцвечивания. Приняли участие в торжестве крепость Шербура, давшая совместно с "Петром Великим" салют из 21 залпа, и находившиеся на рейде два французских военных корабля: пароход "Колигни" и транспорт "Биен-хоа".

5 марта из Петербурга пришел приказ генерал-адмирала о следовании в Пи– рей для вступления под командование контр-адмирала О. К. Кремера, под началом которого находились все наши корабли в Средиземном море. В указании, данном командиру броненосца капитану 1 ранга В. Г. Басаргину, говорилось, чтобы в плавании "они как следует испытали свое судно и заходили в порты по своему выбору". Помимо проверки мореходных качеств следовало испытать стрельбой как гидравлические приспособления орудийных станков, так и вновь установленные минные аппараты.

Во время двух недель стоянки полностью окрасили корабль, приведя его перед запланированными многочисленными визитами в Средиземноморские порты в весьма элегантный вид. Черный корпус, белоснежные башни, грибовидная надстройка, вентиляторы, рубки на кормовом срезе, шлюпки, катера, мачты со стеньгами и реями тикового цвета, почти отполированное деревянное покрытие палубы – все это вместе с зеркально надраенными латунными дельными вещами придавало грозному исполину с убранными внутрь башен двенадцатидюймовыми орудиями вид, изысканностью которого могли щеголять лишь императорские яхты. Особый лоск кораблю придавали трапы и светлые машинные люки, сделанные из ценных пород дерева.

20 марта "Петр Великий" вышел из Шербура. Бискайский залив традиционно встретил штормовой погодой. Свежий восьмибалльный ветер к вечеру следующего дня усилился настолько, что пришлось уменьшить ход. Корабль от встречного волнения так зарывался носом, что водяные потоки не сходили с палубы бака. Преобладавшая килевая качка доходила до девяти размахов в минуту, а бортовая – до 13°. Вечером 21 марта пришлось зайти на рейд Бреста и простоять там, пока не утих ветер. К утру 23 марта ветер успокоился, оставив сильное волнение. "Петр Великий" продолжил плавание в негостеприимных водах Бискайского залива.

На следующий день в полдень, пройдя мыс Финистерре, корабль взял курс на зюйд. Через сутки плавания случалась первая поломка. От интенсивной работы на волнении перетерся штуртрос. Сразу же управление рулем перевели в румпельное отделение. Назначенный для этого механик по звонкам и командам по переговорным трубам непосредственно у паровой машинки осуществлял управление рулем. Как ни парадоксально, но более надежным оказался ременный штуртрос, бывший на броненосце до Англии.

Спустя полтора часа боцманская команда сплеснила стальной штуртрос и корабль вновь получил управление из рубки.

Гибралтарский пролив прошли 26 марта. Впереди показались отвесные берега Африки, ярко освещенные и сильно отличавшиеся от европейских, окутанных туманом и мглой. Серые очертания укрепленной крепости Гибралтара, постепенно исчезая, стали едва видны. От большой разницы освещения здания и укрепления на африканском побережье, в отличие от строений на испанском берегу, казались белоснежными.

До самого прибытия в Алжир корабль подвергался сильной килевой качке, следуя при этом постоянно со скоростью 13 уз. 28 марта "Петр Великий" бросил якорь на Алжирском рейде. Этот 1500– мильный семидневный переход привел в восторг моряков, разбив при этом преувеличенные доводы скептиков о недостатках броненосца. "Качка хотя и была порядочная, но была такая плавная и ровная, что не производила никаких неприятных ощущений даже на новичков. Все любовались чудной картиной океана, высокими скалистыми берегами Испании и стадами морских касаток, игравших у самого борта. Одним словом, по общему отзыву капитана и всех офицеров, корабль "Петр Великий" обладает всеми качествами настоящего морского судна", – писал позже на страницах "Кронштадтского вестника" один из участников плавания.

Интересно отметить, что в те годы, уже во времена торжества паровой машины, традиционно высказывалась тревога по поводу отсутствия парусов даже у такого корабля, каковым являлся "Петр Великий". "Но скажет всякий, что без парусов "Петр Великий" далек от совершенства и способность корабля передвигаться только исключительно силою пара, без возможности приспособить его к передвижению силою ветра, ставит корабль этот в разряд судов, неспособных к океанскому переходу", – писалось далее в "Вестнике". Но автор сразу же успокаивал скептиков: "В кругосветное плавание "Петр Великий" не назначат, а что задачи вроде перехода в Средиземное море он исполнить может с успехом, не подвергаясь никаким авариям, доказывает наш настоящий переход".

Загрузившись углем в Алжире, корабль 7 апреля продолжил плавание в Пи– рей для соединения с отрядом контр-адмирала О. К. Кремера. Отряд кораблей, как тогда его называли "в греческих водах", был сформирован для политического присутствия России в Средиземном море. Базировались корабли, как правило, в портах Греции, предоставленных правящей династией Эллинов, где королевой тогда была дочь великого князя Константина Николаевича Ольга. Состав отряда был непостоянным и включал в себя корабли как Балтийского, так и Черноморского флота.

Прибыв в Пирей 11 апреля, "Петр Великий" стал флагманом. Здесь была самая продолжительная стоянка. 1 мая в командование отрядом вступил контр-адмирал П. А. Чебышев, назначенный на эту должность еще 5 апреля. Сразу же по прибытии он поднял свой флаг на "Петре Великом". В Пирее находились клипер "Забияка", крейсер "Азия" и шхуна "Туабсе". 6 мая, в день рождения цесаревича, будущего императора России, корабли отряда украсили флагами расцвечивания. Участвовали в празднике и находившиеся в Пирее французские корабли: фрегат "Флора", авизо "Жирондо" и "Буве" и греческие: фрегат "Эллас", броненосец "Георг" и канонерская лодка "Псара". Прибыл в Пирей и находившийся в Греции великий князь Константин Николаевич.

Через неделю контр-адмирал П. А. Чебышев произвел строевой смотр обеим ротам корабля (в первую роту входила верхняя команда, во вторую – нижняя: машинисты и кочегары), найдя их "в полной примерной исправности как в строевой, так и в хозяйственных частях".

20 мая "Петр Великий" посетили король и королева Эллинов со своей многочисленной свитой. В кают-компании по традиции состоялся обед. Под вечер, после отъезда на берег королевской четы, был устроен фейерверк. На следующий день ответный визит совершили свободные от вахты офицеры. 22 мая из мастерских порта на броненосец доставили два торпедных аппарата, оставленных незадолго до этого фрегатом "Генерал-Адмирал". В этот же день из Пирейской бухты перешли во Флоренскую, определив по створам девиацию компасов и циркуляцию, которая при положении руля на борт совершалась в течение 4,5 минут и составляла в диаметре 3,5 каб. Затем из установленных в Глазго двух новейших скорострельных пушек Гочкиса произвели стрельбу. Эти орудия установили специально для борьбы с миноносцами – новым типом боевых кораблей, носителями самодвижущихся мин Уайтхеда (торпед). 27 мая из Флоренской бухты корабль ушел в Корфу.

Не доходя до крепости Корфу 60 миль, подняв за 15 минут давление в котлах до 4,9 атм., что по спецификации являлось предельным, корабль легко развил скорость 14,5 уз. После трехдневной стоянки в Корфу следующим портом посещения стал Неаполь. Утром 3 июня "Петр Великий" стал на Неапольском рейде. Отсалютовав крепости и старшему на рейде, П. А. Чебышев сразу же нанес визит командиру порта вице-адмиралу Актону, от которого получил разрешение Морского министра Италии на осмотр Неапольского порта, города Специи и верфей со всеми строящимися на них кораблями. Тогда в Специи для итальянского флота строился броненосец "Италия", спущенный на воду в 1880 году. В составе флота уже находились почти однотипные: спущенный на воду в 1876 году головной корабль "Дуилио" и "Дандоло" (спущен в 1878 году). Затем построили броненосцы "Италия" и "Лепанто". Все эти корабли в течение некоторого времени являлись самыми большими боевыми кораблями мира, а 450– и 431-мм орудия делали их сильнейшими в мире в одном ряду с "Петром Великим" и "Devastation". *

[Закрыть]

В течение двенадцатидневной стоянки в Неаполе происходили в основном взаимные визиты. Офицерам корабля за это время удалось основательно ознакомиться с организацией службы в итальянском флоте и судостроением.

Пользуясь услугами порта, на стоянке полностью сменили котельную воду. В Специи при идеальной погоде и прозрачности воды, достигавшей сорокаметровой глубины, два водолаза осмотрели подводную часть броненосца. Оказалось, что при переходе из Глазго корабль потерял фальшкиль и правый боковой киль. В течение трех дней исправляли повреждения.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю