Текст книги "Основы философии"
Автор книги: Владимир Сабиров
Жанр:
Философия
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Тем не менее констатируем, что познает не мозг, не психика, не сознание и даже не душа, а человек – цельное и целостное духовно-душевно-телесное существо, личность во всем многообразии ее социально-культурных определенностей.
7.3. Способности познанияНа вопрос, как человек познает, нельзя отвечать абстрактно. Всегда надо иметь в виду, что именно он познает. На этот счет
о. Павел Флоренский писал: «Свойства разума – свойства гибкие и пластические, осуществляемые так или иначе, в зависимости от напряженности жизнедеятельности его. Следовательно, задача гносеолога – не в том, чтобы открыть природу разума вне его отношения к какому бы то ни было объекту знания, вне функционирования, ибо задача эта по существу неопределенная, а в том, чтобы узнать: когда, при каких условиях разум делается воистину разумом, когда он имеет высшее свое проявление, – когда он цветет и благоухает»[37]37
Флоренский П. А. Разум и диалектика // Соч.: в 4 т. – М., 1995. -Т. 2. – С. 136.
[Закрыть]. Действительно, если мы будем конкретны в этом вопросе, то мы верно определим, каким образом человек познает тот или иной аспект всеобщей истины.
Для наших дальнейших рассуждений необходимо ввести два новых понятия: «способности познания» и «функциональные органы».
Способности познания – это специфические внутренне присущие человеку каналы постижения истины. Примерно в таком ключе их понимал И. Кант, введший это понятие в категориальный аппарат гносеологии.
Что касается понятия «функциональные органы», то мы придерживаемся здесь гипотезы А.А. Ухтомского, предположившего, что у человека наряду с морфологическими имеются функциональные органы. «С именем “органа” мы привыкли связывать представление о морфологически сложившемся, статически постоянном образовании. Это совершенно не обязательно. Органом может быть всякое временное сочетание сил, способное осуществить определенное достижение»[38]38
Цит. по: Зинченко В.П. Гипотеза о происхождении учения А.А. Ухтомского о доминанте // Человек. – 2000. – № 3. – С. 11.
[Закрыть]. Итак, под функциональным органом познания мы будем подразумевать всякую временную концентрацию сил познающего субъекта, обусловленную характером объекта познания.
Взаимоотношения между способностями познания и функциональными органами могут быть представлены как связь между сущностью и явлением. Та или иная способность познания у человека существует всегда, а функциональные органы актуализируются только в момент решения какой-либо задачи.
Чувственность – способность познания объектов внешнего мира на основе деятельности пяти органов чувств: зрения, слуха, обоняния, осязания и вкуса. Чувственное познание включает в себя следующие формы: ощущение, восприятие, представление. Ощущение – это отдельный образ, возникающий в психике человека благодаря деятельности того или иного органа чувств. Так, например, возможны ощущения красного, в меру упругого, издающего хрустящий звук при сдавливании, ароматно пахнущего и сладкого на вкус. Восприятие – это образ предмета в целом. Оно представляет собой как бы комплекс ощущений. Например, мы воспринимаем яблоко как совокупность отмеченных выше ощущений. Представление – это образ предмета, извлекаемый из памяти, но непосредственно нами не воспринимаемый.
Сразу оговоримся, что чувственное познание человека никогда не существует в чистом виде. Оно всегда сопровождается мыслью, которой у животных нет. Если мы видим яблоко, то мы понимаем, что мы видим. Если же мы воспринимаем неизвестный объект, то всегда задаемся вопросом: а что это такое? И исследуем его. Итак, чувственность как способность познания актуализируется при непосредственном или опосредованном контакте человека с вещным миром. Она невозможна без деятельности органов чувств и всего сложного комплекса нейрофизиологических процессов, протекающих в мозге и центральной нервной системе человека. Чувственность опосредствована мыслью, а значит и словом.
Люди обладают разными способностями чувственного познания по природе или по обстоятельствам. Так, северные народы различают несколько десятков оттенков снега. В их лексиконе имеются соответствующие слова, а объясняется эта способность условиями жизни и важностью снега в их быту и повседневном обиходе. Парфюмер в силу профессиональной необходимости различает малейшие нюансы запахов, а дегустатор – оттенки вкуса вин или других продуктов. Можно утверждать, что человек видит мир таким, каким его понимает, а понимает его так, как умеет с ним обращаться практически. Чувственное познание реализуется в основном за счет деятельности физических или морфологических органов зрения, слуха, осязания и т. д. Однако представление возникает уже на основе деятельности функционального органа сознания – памяти.
Рассудок – это способность познания, призванная «обрабатывать» данные чувственности; он представляет собой низшую ступень рационального (логического) познания, основанную на оперировании такими формами мысли, как понятие, суждение и умозаключение. Их впервые выделил и проанализировал Аристотель – основатель формальной логики. Он же открыл три закона формальной логики: закон тождества, закон противоречия, закон исключенного третьего. В XVIII в. Лейбниц присовокупил к ним закон достаточного основания.
Способность к логическим рассуждениям и умозаключениям – важная и необходимая составляющая всякого познания. Ее необходимо развивать и совершенствовать. Однако рассудок имеет и свои ограничения. Дело в том, что в мире существуют явления и процессы, находящиеся за порогом чувствительности (например, атомы, элементарные частицы). Недоступна рассудку и сфера трансцендентных истин. Рассудок расчетлив, но не все можно рассчитать и предвидеть. Очень часто рассудочные (расчетливые) люди терпят фиаско не только в познании, но и в жизни. Это происходит именно потому, что рассудок слишком крепко привязан к чувственному миру и не «видит» того, что скрывается за ним. Функциональный орган рассудка (способность разрешать какие-то проблемы) возникает при всяком интеллектуальном напряжении, при появлении перед человеком конкретных мысленных и практических задач.
Разум как способность познания имеет сложную структуру:
• Душевный разум, представляющий собой духовно-практический способ освоения действительности. Его предметную основу составляют нравственные и эстетические ценности. Деятельность душевного разума проявляется в морально-эстетических оценках и осмыслении соответствующих проблем, возникающих во взаимоотношениях человека с другими людьми, природой и самим собой. Они, как правило, сопровождаются эмоционально-психологическими (душевными) переживаниями разной степени глубины и интенсивности. Душевный разум считается духовно-практическим способом освоения действительности потому, что в нем морально-эстетические оценки и мысли воплощаются в соответствующие поступки, затрагивающие подчас интересы других людей, проникающие в область практических взаимоотношений между ними.
Совесть и эстетический вкус – основные функциональные органы душевного разума. Несмотря на то что их деятельность не сводится только к познавательным актам, гносеологическое значение совести и эстетического вкуса чрезвычайно велико. Человек с нечистой совестью воспринимает себя и других людей в извращенном виде, ложно толкуя их поступки, нравственные проблемы и их решение. Точно так же человек с дурным эстетическим вкусом не способен адекватно оценить и понять красоту в природе, социуме и искусстве. Искажение восприятия и понимания действительности может происходить и из-за гипертрофированности душевных переживаний. Вспомним, например, Ивана Карамазова, который отказался принять мир во всех его противоречиях и тем самым учинил бунт Богу из-за страданий невинных детей. Апостол Павел писал на этот счет: «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно» (1 Кор. 2:14).
• Духовный разум, в свою очередь, можно разделить на теоретический разум и веру.
1. Теоретический разум в качестве своего предмета имеет идеи, посредством которых он конструирует новую идеальную реальность в виде научной теории или философского учения. Цель последних – постижение мира в целом, отдельных его частей или трансцендентных истин. Теоретический разум представляет собой симбиотический сплав любознательности, эмоциональной впечатлительности, творческого воображения и продуктивного мышления.
Специфика теоретического разума зависит от того, какой объект он исследует. Если он изучает явления природы и технические устройства, то представляет собой более развитую степень рассудка, где интеллектуальное напряжение выступает основным функциональным органом познания. Если он обращен к сфере социально-гуманитарной, то неизбежно будет опираться на душевный разум и вовлекать в свою орбиту нравственный и эстетический опыт. В данном случае функциональный орган будет приобретать комплексный характер, представляя собой синтез интеллектуального напряжения с морально-эстетическими оценками (деятельностью совести и эстетического вкуса). Если теоретический разум философствует, т. е. стремится понять, как устроен мир в целом, то здесь картина еще более усложняется. Религиозно углубленный теоретический разум с необходимостью будет привлекать дары веры. В данном случае функциональный орган теоретического разума будет представлять собой единство сердечного созерцания, актуализированного нравственно-эстетического опыта и, конечно, интеллектуального напряжения.
Теоретический разум, не связанный с религиозной верой, действует, опираясь на рассудок или душевный разум. Он способен создавать теории позитивистского толка, атеистические учения, подобные некоторым версиям экзистенциализма, и т. п. Аналитика разума как сложносоставной способности познания подводит нас к исследованию того, на что он опирается, или, иначе говоря, во что верит разум.
2. Вера также является особой способностью познания, хотя ее ни в коем случае нельзя свести только к этому значению. В гносеологическом плане вера выступает как достаточно сложный, т. е. многосоставный феномен. Во-первых, она предстает как способность человека доверяться. Познание, да и жизнь вообще, невозможны, если мы не будем доверяться показаниям наших органов чувств или не будем доверяться нашим учителям и принимать на веру положения и истины, которые сами не открывали. Конечно, это доверие нельзя доводить до абсолюта, ибо тогда вообще становится проблематичным развитие познания. Такая вера должна сочетаться с некоторой долей скепсиса, желанием самому проверить какие-то «избитые» истины в науке, технике и т. д. Во-вторых, вера обнаруживает себя как убежденность в чем-то и выражается в определенном волевом настрое человека. Такая вера выступает мощным стимулом познания и является одной из предпосылок открытий в разных областях познания. Например, вера в реальное существование описанной Гомером Трои действительно позволила немецкому ученому и предпринимателю Г. Шлиману при археологических раскопках обнаружить этот город. Однако и в этом случае нельзя абсолютизировать веру, ибо история знает много примеров убежденности людей в ложных идеях. В-третьих, вера предстает как сосредоточенность духа на душеспасительной истине, закрывающей путь ко лжи. В данном случае речь идет о религиозной вере, выражающей специфическую способность человека познавать высшие трансцендентные истины в живом религиозном опыте.
Во всех развитых религиозных системах (христианстве, буддизме, исламе, иудаизме, даосизме, индуизме и т. д.) встречаются духовно одаренные люди. Даром духовного созерцания Бога и божественного наделяются в основном праведники и святые. В восточно-христианской традиции разработана теория и практика умного делания, благодаря которой духовному взору нравственно совершенного человека открываются высшие истины. Функциональным органом религиозной веры является сердце, а ключом, отворяющим его, – молитва. Откровение человеку Божественных истин и его духовное преображение – взаимообусловленный процесс. Только духовно преображаясь, нравственно совершенствуясь, человек может получить дар откровения. И наоборот, тот, кто пережил такого рода откровение, неизбежно духовно преображается. Об этом свидетельствуют жития всех святых. Однако постижение высших трансцендентных истин – дело чрезвычайно сложное и, быть может, даже опасное. Не случайно в буддистских и даосских монастырях к каждому ученику приставляется учитель-гуру. Аналогичная практика существовала и существует в православном старчестве. Прежде чем стать старцем, монах должен под духовным водительством старшего наставника пройти разного рода испытания, связанные с преодолением гордыни и обретением смирения. Всякий иной путь постижения трансцендентных истин чреват прельщением человека демоническими силами, которое оборачивается физическими болезнями, духовным помрачением и преждевременной смертью. Даром откровения всегда наделялись немногие люди, однако их значение во все времена было очень велико.
Подчеркнем, что все упомянутые выше способности познания не существуют сами по себе. В каждом человеке они своеобразно комбинируются. Отсюда такое многообразие познавательных талантов у людей. Это несходство, разнообразие познавательных даров как бы свидетельствует о том, что только в единстве, общими усилиями люди могут познать истину.
7.4. Познание и его видыПознание – очень сложный процесс не только в технологическом, но и в структурном аспекте. Можно выделить несколько основных видов познания, которые в совокупности дают максимально полное знание мира, истории и человека.
Обыденное познание – это познание, которое осуществляется в рамках повседневной жизни людей. Обыденные знания непосредственно интегрированы в практическую жизнь человека (рецепт приготовления блюда, нормы общежития, знание местности, правил дорожного движения и т. п.). Обычно эти знания передаются от поколения к поколению, от одних людей другим при непосредственном общении. Обыденные знания не систематизированы, они представляют собой противоречивый конгломерат самых разнообразных сведений, которые актуализируются в каких-то конкретных ситуациях. В силу этого они ситуативны.
Основа обыденного познания – здравый смысл, который в содержательном и функциональном плане двойственен. Благодаря глубокой связи здравого смысла с чувственным опытом он может служить надежной основой для практической деятельности людей и в то же время нередко продуцирует предрассудки и «обслуживает» человеческие суеверия. Здравый смысл хорош в четырех стенах домашнего обихода, и он же уподобляется сломанному компасу, когда познающий человек пытается при помощи него постигнуть глубокие закономерности мироздания. История науки показывает, что новые открытия практически всегда попирали исторически сложившийся здравый смысл той или иной эпохи. В обыденном познании закладываются основы научного познания, философского и художественного освоения мира.
Научное познание часто называют позитивным познанием, имея в виду, что его объектом служит та часть объективной реальности, которая открыта чувственному миру непосредственно или посредством различных приборов: природа, внешний пласт общественных и культурных процессов. Основу науки составляет рациональное познание, выраженное в понятиях, суждениях, умозаключениях, принципах, идеях, законах, обладающих свойствами общезначимости и логической необходимости.
Художественное познание осуществляется в сфере искусства. Художественное познание – это познание мира и человека посредством образов и символов. Читая роман или повесть, смотря игровое кино, мы имеем возможность постижения различных эпох и культур, потому что читатель и зритель всегда идентифицирует себя с персонажами художественных произведений, он превращается в непосредственного участника изображаемых событий. Отличительную особенность художественных образов и символов составляет их многозначность. Чем талантливее то или иное художественное произведение, тем более многозначны его образы, тем более многомерно его смысловое содержание. Благодаря этому оно остается вечно актуальным в культуре, превращается в классическое наследие человечества. Каждая эпоха дает свое прочтение, толкование мировой классики.
Мифологическое познание – это познание мира сквозь призму конкретных мифов. Миф не есть легенда или предание. Он существовал, существует и будет существовать, пока живы человек и человечество. Миф, по определению А.Ф. Лосева, есть «развернутое магическое имя»[39]39
Лосев А.Ф. Миф. Число. Сущность. – М., 1994. – С. 217.
[Закрыть]. Он имеет непосредственное отношение к какому-либо социуму, социальной группе или отдельной личности. В силу этого мифы могут быть национально-культурными (национально-государственными), профессиональными и личностными.
Национально-государственные мифы, как правило, нациоцентричны. Россия просуществовала свыше тысячи лет, культивируя миф о «Святой Руси», который не только помогал русским выживать в условиях внешней агрессии и внутренних раздоров, но и был способом их самосознания и самопознания. Драма и кризис современной России заключаются в первую очередь в том, что здесь оказался утраченным адекватный национально-культурный (национально-государственный) миф.
Каждый человек познает мир, других людей сквозь призму своего профессионального и личностного мифа. Например, врач неизбежно будет обращать внимание на признаки здоровья или болезни в своем собеседнике. Мифологическое познание, будучи личностно и культурно детерминированным, в свою очередь, само оказывает воздействие на личностное и культурное развитие людей и народов. В этом плане мифологическое познание занимает центральное положение среди других видов познания, ибо последние группируются вокруг него.
Мифологическое познание зиждется, как на фундаменте, на определенной религиозной традиции. По определению А.Ф. Лосева, «абсолютная мифология, следовательно, всегда есть религия в смысле Церкви»[40]40
Лосев А.Ф. Диалектика мифа // А.Ф. Лосев. Из ранних произведений. – М., 1990. – С. 590.
[Закрыть]. Здесь уместно привести определение Церкви, данное А.С. Хомяковым: «Церковь не есть множество лиц в их личной отдельности, но единство Божьей благодати, живущей во множестве разумных творений, покоряющихся благодати. Дается же благодать и непокорным, и не пользующимся ею (зарывающим талант), но они не в Церкви»[41]41
Хомяков А. С. Церковь одна // Соч.: в 2 т. – М., 1994. – Т. 2. – С. 5.
[Закрыть] (курсив наш. – В. С., О. С.). Церковь свята и истинна. Все ложное, возникающее в ее лоне, перестает быть Церковью.
Религиозное познание. Высшей формой религиозного познания является откровение – особый вид познания, доступный для сравнительно небольшого числа духовно одаренных людей – подвижников веры. Религиозное откровение, согласно Церковным представлениям, есть непосредственное созерцание религиозным подвижником сверхчувственной реальности. В качестве художественного изображения религиозного откровения может послужить знаменитое стихотворение А.С. Пушкина «Пророк», персонажу которого как раз открылась сверхчувственная реальность:
Религиозное откровение переживали ветхозаветные пророки (например, Исайя, Даниил), Иоанн Предтеча, предсказавший приход Иисуса Христа, апостолы – первые ученики Христа, святые католической и православной церкви, оптинские старцы, пророк Мухаммад, основатель религии Ислама, и т. д. Отличительная особенность религиозного откровения заключается в том, что его невозможно адекватно передать посредством человеческих представлений. Человеческий язык онтологически (а не лексически) беден, чтобы точно и глубоко воспроизвести картины сверхчувственной реальности. Вот почему священные книги, полученные в результате откровения, написаны в символически-образной форме и нуждаются в толковании.
Религиозное откровение закрепляется в виде особых положений – догматов, в которых отображаются основные представления религиозных систем о Боге, мире и человеке. В христианской традиции догматы утверждались на вселенских соборах на основе коллективного опыта иерархов Церкви и Святых Отцов. Религиозная вера основывается на незыблемости догматов, составляющих основу вероучения любой религии. Без догматов нет религии и религиозного познания. Сквозь призму этих догматов воспринимается и оценивается мир, человек, история.
Сердцевину религиозного познания составляет вопрос о спасении человека как личности. Паисий Святогорец – новогреческий старец и афонский монах – утверждал, что те, кто не хочет спастись, не понимают[43]43
Блаженной памяти старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 2: Духовное пробуждение. – М., 2004. – С. 290.
[Закрыть]. Смысл этих слов состоит в том, что тот, кто хочет спастись, осознает падшесть своей природы, осознает свои грехи, кается в них, исповедуется, стремится иметь чистое сердце, которому и открываются высшие истины («Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8)). Такой человек понимает и себя самого, и других людей, и мир, в котором он живет, потому что ему открывается Божественная мудрость. Он живет в традиции, хранительнице Божественной истины. Тот же, кто не желает спастись, не совершенствуется духовно, в силу этого живет во мраке неведения. Он пребывает в гордыне, поскольку ему кажется, что он и так все знает и понимает.
Вследствие существования в мире множества религиозных систем (мировых или национальных религий), каждая культура и цивилизация, в основе которой лежит та или иная религия, имеет свои особенности в восприятии, понимании и объяснении мира, истории, человека и т. д.
Философское познание не поддается однозначной трактовке, потому что формально может сочетать признаки научного, художественного, религиозного и других видов познания. Отличительную особенность философского знания составляет то, что философия есть мысль о мысли. Из этого обстоятельства вытекают два важнейших следствия. Во-первых, философское познание – это рефлексия, т. е. осмысление предельных оснований всего сущего: бытия, культуры, истории, человеческой жизни – с позиции высокой отстраненности (это как бы взгляд со стороны). Во-вторых, философия – это всегда диалог мыслителей друг с другом. Поэтому философские знания, учения никогда не устаревают, остаются вечно актуальными в культуре. Диалог мыслителей, соотнесение различных философских позиций стимулирует творческое развитие философского познания. Философское знание – это целостное и ценностное знание, потому что философия пытается постичь мир в целом и в ней очень выражен субъективно-личностный момент. Каждый философ пытается дать свое уникальное понимание и оценку мира и человека. Поэтому мы не ошибемся, если скажем: сколько существует философов, столько и философий.
Таковы основные виды познания, каждый из которых обладает своей спецификой, своими достоинствами и ограничениями. Однако только в единстве эти виды познания позволяют человеку познать мир и самого себя и помогают его гармоничному развитию. Ценность познания тем выше, чем более достоверными являются знания, совершенствующие и человека, и окружающий его мир.
