355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Владимир Пучков » Чертовский переполох » Текст книги (страница 8)
Чертовский переполох
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 10:53

Текст книги "Чертовский переполох"


Автор книги: Владимир Пучков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

19

Матерый черт Альфред, председатель ГКЧП, и его пресс-секретарь Гарри в нерешительности замерли перед круглым отверстием. Из отверстия дуло, прокуренные ноздри Альфреда щекотал свежий запах осоки и коровьего навоза.

Председатель ГКЧП подозрительно покосился на Гарри. Вообще-то от этой сволочи всего можно ждать, подумал он, ревниво поигрывая хвостом. Удавить бы его на всякий случай, да нельзя. Кем заменишь Гарри? Второго такого мерзавца днем с огнем не сыщешь! Кто поссорил Дормидонта с царицей? Он. И ведь как все просто! Спер у Клавки нижнее белье и запихал его Дормидонту в карман. Сколько воплей было и криков, сколько скандала! Одно наслаждение! А сейчас царь с царицей друг на друга не смотрят, переживают, а государственные дела не делаются! Один Кощей тянет на горбу все административные хлопоты, но и на Кощея найдется угомон. Гарри снова что-то измыслил, но молчит до поры до времени, ничего не говорит. Такая вот сволочь!

Альфред ласково потрепал Гарри кончиком хвоста по ершистому затылку.

– Говоришь, это выход за городские стены?

– Так точно, ваша темность!

– Тогда давай, прокладывай путь!

Гарри стыдливо закрутил хвост вокруг задницы.

– Смею ли я, ваша темность, мчаться впереди вашей мрачности?

– Смеешь, еще как смеешь! – осклабился Альфред. – Ежели там, на другом конце, стоит мужик с вилами, так он тебе первому брюхо пропорет, а я, глядишь, смогу удрать. Так что вперед, и без разговора, пока ухо не откусил!

Гарри вздохнул и заскользил вниз по земляной трубе, навстречу неведомым запахам.

Альфред немного подождал, к чему-то прислушался и двинулся следом.

Земляная труба, пробитая трудолюбивыми чертями-подпольщиками, извивалась, поворачивала то вправо, то влево и наконец выплюнула Альфреда прямиком в болото, заросшее черникой, сатанинскими грибами и голенастым тараканьим хвощом.

Оказавшись по пояс в зеленой жиже, Альфред перепугался, начал было верещать, но увидел, что берег рядом, и успокоился. Гарри протянул ему хвост и вытащил председателя на сухое место.

Здесь его уже дожидался лесной чертяка Трофимыч и болотный леший Кучум. Оба были в цивильном прикиде, и на мокрого Альфреда смотрели слегка снисходительно и немного пренебрежительно. Теперь Альфред понял, почему лесная нечисть забила стрелку именно в этом месте – им нужно было унизить городских.

Ну насчет этого мы еще посмотрим, подумал Альфред, отряхиваясь и закручивая вокруг задницы хвост.

– Милости прошу к нашему шалашу! – проворковал Трофимыч. – Есть и угощеньице перед дельным разговором: мухоморы толченые с комарами и варенье из лягушиной икры… Больше пока нечем потчевать, времена не те. Мужика в лес заманить ныне не просто, боязливый пошел мужик, а кого и заманишь, так он тебя дубиной норовит огреть!

– А дубина нынче пошла твердая, – подхватил леший, – вся в мужика!

У голодного Альфреда кишки скрутились в узел. Он посмотрел на Гарри. Из плотно прикрытой пасти секретаря капала слюна.

– Давай! – сказал Альфред. – Закусон делу не помеха.

Трофимыч ударил в ладоши. Земля, присыпанная порыжевшей хвоей, вспучилась, из нее, разрывая хрупкие нити зеленоватого мха, вылезла огромная шляпка поганого гриба.

– Вот и стол готов! – засуетился леший. – Сейчас закусочки, настоечки… все как в лучших болотах Европы.

Альфред только подивился и позавидовал оперативности лесных чертей. Их бы в город, на голодный паек, где каждую минуту только и ждешь, что от стрельца тумака или от богатырей подзатыльника. А они тут, на воле, лягушиной икрой обжираются и еще чего-то хотят!

На плоской поверхности выросшего гриба, как на столе, тут же появились лесные деликатесы: тараканы, томленые в болотной тине, мухоморы, толченые с комарами, рагу из лесных клещей и бутылка, внутри которой что-то ворочалось и томно вздыхало.

– Сначала по кружке старого доброго отстоя! – сказал Трофимыч, разливая сердитую жидкость из бутыли по стаканам. – Для ясности мозгов и трезвости поступков.

Альфред взял кружку и принюхался. Запах был очень знакомый. Прежняя резиденция ГКЧП была вырыта под общественным туалетом, потолок там всегда протекал, и то, что протекало, пахло очень похоже, только из бутыли гораздо крепче. Очевидно, сказывался градус.

– За дружбу! – провозгласил Трофимыч и залпом выпил всю кружку.

– За плодотворную дружбу! – подчеркнул Альфред и, задержав дыхание, выпил тоже. Правда, залпом не получилось, напиток оказался довольно густым и не вполне однородным. Крякнув, Альфред вытер лапой пасть и маслеными глазами уставился на Трофимыча.

– Крепок твой настой…

– Не настой, а отстой! – поправил его лесной черт. – Да ты ешь давай, закусывай, потом по второй нальем, а то разберет с непривычки.

Альфред навалился на еду. Особенно ему понравились моченые клопы, которых он по ошибке принял за бруснику. Лесная нечисть посмеивалась, посматривала на гостей и не спеша закусывала.

– Нам ведь какой вопрос надо обсудить? – начал издалека Трофимыч.

– Территориальный, – тут же напомнил Альфред.

– А вот и не угадал! У нас в городе интересов нет, кроме одного…

– Передела территории? – снова подсказал Альфред. Трофимыч так и подпрыгнул.

– Да что вам далась эта территория? Не нужен нам город, нам в городе не житье, а вот достать кое-что для нас нужное ваши умельцы могут. Ну а за это с нашей стороны самая широкая помощь. Да вот, прям сейчас запулим гонца в Хохломабад, к тамошнему Петровичу. Ну он не совсем Петрович. То есть совсем даже не Петрович, а Гуссейн Гуслия, но занимается тем же самым. Мудрила-изобретатель. Так вот, без его помощи ваше дельце не выгорит!

– Это почему? – набычился Альфред. – У нас все рассчитано. В час «Ч», когда руководители Большой Пятерки соберутся в боярской Думе, мы возьмем штурмом здание, захватим их всех в заложники, а Лодимер провозгласим первым в мире государством чертей и вампиров.

– А про богатырей вы забыли? – прищурился Трофим. – Они сейчас в отъезде. Это, конечно, неплохо. Но ведь не ровен час вернутся. И вернутся обозленные, потому что из командировки!

– А что, твой Гуссейн Гуслия, сделает их подобрее, что ли?

Трофимыч многозначительно посмотрел на лешего, усмехнулся.

– А кто, кроме него, может поставить целое войско антиглобалистов? У него этот, как его… инкубатор! Так что без этого Гуссейна никак нельзя!

Альфред кивнул головой.

– Это замечательно. Мне только непонятно, вам-то от этого какая польза? И этому Гуссейну? А потом, что надо украсть? Есть вещи, на которые наложено особой заклятие, так их не сопрешь! А ежели что попроще, так оно пожалуйста, только вот любопытно, что?

– А вот по этому поводу давай еще по кружке отстоя! – предложил Трофимыч. Все выпили. И опять Альфреду попались какие-то куски и комочки. Черт закашлялся, утер морду, торопливо закусил комарами и слезящимися глазами уставился на Трофимыча.

– Так вот. Насчет того, что, значит, надо спереть… – Трофимыч подхватил лягушиную ножку, обгрыз ее и косточку бросил на землю. – Надо спереть кисет с солдатским табаком. А лежит этот кисет у Кощея в сундуке, инвентарный номер пятнадцать. Раньше его охранял скелет, специально прикованный, а теперь скелет поистерся и подобраться к сундуку можно!

– Если можно, значит, сделаем, – кивнул Альфред. – Только зачем вам понадобился какой-то кисет? Да еще с солдатским табаком?

– Так то табак особый! – прищурился Трофимыч. – Волшебный табачок! Если его дать понюхать, тем более покурить…

– Да что там! – не выдержал леший. – Мы этим табачком разбудим Идолище Поганое! Слух прошел, не сгинуло оно, а ждет. Две тыщи лет спит, а мы его разбудим. Дадим курнуть, оно и заколдобится! Так вот, это Идолище всех людей в один момент в порошок сотрет! А тогда и настанет наше время. Вот уж погуляем, попируем! Только надо вам табачок украсть, а мы поможем вам с вашей революцией!

Одуревший от странной выпивки и еще более странной закуски, Альфред легкомысленно согласился. Договор скрепили чертовски крепким рукопожатием.

– А теперь посмотрите, как мы будем гонца запускать! – похвалился Трофимыч. – Прямо из пушки! Нам, слышь, пороха не надоть! Есть грибы особые, взрывные! Сейчас зарядим, забьем заряд мы в пушку туго! Эй, где гонец? Тащи гонца!

Словно из-под земли выросли два жирных лесных нетопыря. Они держали под руки ушастого вампира. Вампир дергался, косил глаза в сторону, один раз пытался вырваться и улизнуть, но нетопыри держали крепко.

Трофимыч подошел к вампиру и потрепал его по сморщенной голове:

– Как тебя звать, соколик?

– Николай! – расплылся в подобострастной улыбке вампир.

– Ага. Значит, слушай, Колян, сюда. – Трофимыч достал из кармана конверт и протянул его вампиру. – Вот тебе малява. Найдешь в Хохломабаде на рынке старика Джафара. Передашь ему. Он о тебе позаботится и проводит куда надо. Все понял?

– Понял! – обрадовался упырь, твердо надеясь смыться. – Можно идти?

– А зачем? – лениво улыбнулся Трофимыч. – До Хохломабада далеко, так что сейчас мы тебя из пушки на Луну, а от Луны – рикошетом в исходную точку. Заодно мозги проветришь, а?! Эх, и завидую я вам, молодежи! Сам бы полетел, да годы уж не те.

Упырь посерел от страха, но сделать ничего не мог. Ухмыляющиеся нетопыри с шутками и прибаутками потащили его к какой-то колоде.

Альфред даже не сразу понял, что это не колода, а пушка, только не из чугуна отлитая, а выдолбленная из цельного дуба.

Возле пушки суетилась целая команда мелкой лесной нечисти. Сначала они заправили пушку сушеными валуями, затем ухватили вампира Коляна за уши, затолкали в отверстие, утрамбовали колом и заткнули пыжом.

– На-во-ди! – скомандовал черт Трофимыч. – Где у нас восток? Чуть левее! Левее, я сказал… Пли!

Тут леший сунул горящую еловую шишку в запальное отверстие. Альфред на всякий случай присел. Мало ли что может случиться. Вот возьмет заряд и в другую сторону вылетит! Тогда никому не поздоровится. Гарри, наоборот, сунул глупую голову чуть не в самое дуло. Интересно ему стало, как упырь пищит. Но на самом деле пищал не упырь, это внутри пушки утробным огнем горели сухие валуи. Но когда Гарри это понял, было уже поздно. Пушка ахнула, гонец вылетел как ядро, прихватил на лету Гарри и вместе с ним вмазался в городскую стену, выбив из нее здоровенный серый булыжник.

– Недолет! – констатировал Трофимыч, закуривая цигарку. – Давай, пацаны, тащи следующего! Пушка хорошая, но не пристрелянная, – пояснил он обалдевшему Альфреду. – Ты не переживай насчет своего помощника. Если от него чего осталось, мои парни найдут и отскрябают. Что ж он у тебя какой глупый? Отошел бы в сторонку, глядишь, и уцелел бы… Ну ничего, может, еще соберем: там ручка, там ножка… У нас шишига смекалистая, сошьет, не хуже нового будет! Ну так, где второй гонец, я спрашиваю?

Нетопыри, все так же вежливо улыбаясь, приволокли второго вампира. Этот с самого начала пустился в истерику, верещал, укусил лешего и в конце концов получил от Трофимыча под дых.

На этот раз инструктаж был проведен предельно кратко и внушительно. Упыря засунули в пушку, прицелились, но на этот раз сплоховали наводчики. У кого-то из них дрогнула рука, и гонец, перелетев городскую стену, вмазался в сторожевую башню и разнес ее по бревнышкам.

Переполошившиеся стрельцы, не видя противника, все же пальнули из пушки наугад. В отличие от нечисти, их выстрел оказался куда более точным. Чугунное ядро, величиной с арбуз, прошуршало в воздухе и, описав пологую дугу, пришибло Трофимыча. И уж если быть совсем точным, то пришибло не всего Трофимыча, а только нижнюю его половину. То есть напрочь оторвало и куда-то унесло.

Леший перепугался, забегал по поляне, погрозился в сторону городской стены и куда-то ненадолго смылся. Вернулся он уже с шишигой. Зеленая, вся какая-то растрепанная баба наспех заштопала уполовиненного Трофимыча нитками, и лесной черт пришел в себя. Горько усмехнувшись, он покосился в сторону наводчиков.

– Вот ведь сукины дети! Говорил же, не надо по городу стрелять! А им все горяченького хочется! Вот и доигрались! Ну что ж, один из них теперь станет донором. Будем пересадку делать. Не впервой… А пока тащите третьего! И чтобы на этот раз не промахнулись!

Третий гонец оказался куда опытней и смышленей. Он благополучно стартовал, почти без приключений долетел до места, и только один раз, когда перелетал горный хребет, немножко ободрал задницу о горный пик. Уже виднелись вдали заветные купола Хохломабада, когда ему наперерез ринулась четверка несусветных амбалов, летящих на ведьминых помелах.

– Яромирка, держи его за уши!

– Да нет, целиком хватай! Только смотри, чтобы не тяпнул!

Подлетевший Добрыня сгреб летящего вампира, как мышонка. Гонец попытался извернуться, щелкнул зубами, и в следующую секунду кулак Яромира погрузил его в сладкое упыриное забытье.

Богатыри приземлились на окраине Хохломабада. Гонца привели в чувство, усадили на камушек и принялись расспрашивать. Попович держал в руках письмо и читал его, то хмурясь, то посмеиваясь.

«Коллеге и сослуживцу, вольноотпущенному черту Джафару, привет от Трофимыча. Спешу сообщить, что скоро кисет с солдатским табачком будет у нас в руках. Вот тогда попируем! А пока проведи сего гонца к мудриле-многознатцу Гуссейну Гуслия. И заверь этого мудрилу, что денег он получит немерено, если цельный рой зеленых чертяк запечатает в бутылки и передаст Дуремагу, а он знает, куда их везти и что с ними делать. Сообщаю также, что сгинувшее в нетях Идолище Поганое ныне отыскалось на острове Буяне и ждет своих пробудителей. Исполним свой долг и вернем древнюю нечисть на круги земные! Тогда ничто грандиозным планам нашим помешать не сможет.

Обнимаю тебя, чертяку степного и пустынного, до встречи на острове Буяне, твой давний кореш Трофим».

– Будешь колоться сам или тебя расколоть? – спросил Яромир упыря, глядя в его маленькие малиновые глазки. Однако упырь и в самом деле оказался смышленым. В первые секунды он понял, что сразу лишился всех зубов, включая коренные. На такое были способны только богатыри. А с ними тягаться было бессмысленно и вредно для здоровья.

– Имя? – сурово сказал Яромир.

– ПиТарас, – охотно ответил упырь.

Богатыри отпали. Впрочем, не настолько, чтобы упустить упыря. Илья Муромец нахмурился:

– Чей-то я не понял. Ты ругаешься, чи шо?

– Не ругаюсь, – поежился упырь. – Раньше я звался просто Тарасом. С детства я любил науку, а больше всего геометрию и математику, ну и открыл число «Пи». Самостоятельно, заметьте! А за это меня стали звать «ПиТарасом». Это от уважения.

Богатыри невольно выдохнули.

– Ну ладно, с этим выяснили. А теперь, Пи… тьфу, просто Тарас! Теперь скажи, что это за Джафар и как его найти?

Упырь объяснил все подробно и даже начертил на песке план Хохломабадского базара.

– Молодец! – похвалил его Яромир. – А теперь скажи, что с тобой делать?

Упырь затрясся:

– А может, ничего не надо? Может, я домой пойду, а?

– Математикой заниматься, число «Пи» открывать? – усмехнулся Попович. – Не слушай его, Яромирка, давай сюда огниво, сейчас спалим чудище и вся недолга!

Упырь залился горькими слезами:

– Вот уж не знал, что богатыри такие жестокие! Я признался, раскаялся и добровольно сотрудничал со следствием! А вы хотите вышака вломить!

Яромир невольно смутился:

– Может, и в самом деле…

– Не волнуйтесь, братцы, сейчас все сделаем в лучшем виде! – оживился Илья Муромец. – Сейчас мы тебя, голубь ты наш ушастый, отправим назад. Домой, так сказать, для дальнейшего изучения, хе-хе, математики! Может, тебе еще какую-нибудь приставку к имени придумают? Давай-ка, становись на этот камушек… вот так. И головку поверни, чтобы удобней было! Где у нас Лодимер? Правильно. Ну и давай, с ветерком!

Упырь вытянулся в стручок, зажмурился. Илья секунду полюбовался на него и ударил. Это был классический свинг в челюсть. ПиТарас мгновенно взвился в небо и с головокружительной скоростью исчез за горизонтом. На камне остались только обшарпанные сандалии упыря.

– А теперь пошли искать этого вольноотпущенного черта Джафара, – сказал Яромир. – Надо узнать, что они затевают.

– А для этого кто-то из нас должен прикинуться гонцом, – объявил Попович. – Разузнаем все как следует и уж тогда всю гвардию повяжем!

– Гонцом прикинусь я, – сказал Яромир.

– Тебя вмиг расколют, – возразил Попович, – ты на упыря не похож. Вот Илья другое дело, у него парик фиолетовый! А если еще подкрасить морду, то совсем не отличишь.

– Золотые слова! – обрадовался Илья. – Надо еще клыки из картошки сделать, волосы на уши наклеить…

– Они у тебя и так волосатые, – утешил его Попович. Чуть отстранившись от богатыря, он всмотрелся в него и неожиданно хлопнул в ладоши. – Эврика!

– Какая эврика? – испугался Илья. – Я не баба!

– При чем тут баба? – в свою очередь удивился грамотный Попович. – Понимать надо! Темнота, сельпо, тундра! Эврика это по-гречески «нашел»!

– Ну и что ты нашел? – заинтересовались богатыри. – Бабу?

– Ешь твою пятнадцать! – выдохнул Попович. – Кто про что, а вшивый все про баню. Я о другом, братцы. Яромирка, иди-ка сюда.

Яромир недоверчиво подошел к Поповичу, явно ожидая каверзы. Каверзы не последовало. Алеша отвел его в сторонку, закрыл на секунду ему рукой глаза и ткнул пальцем в Илью. – Гляди, на кого похож?

– На черта! – неожиданно для самого себя бухнул Яромир. – Только рогов нету и хвоста!

– Правильно, – кивнул Попович. – Но не совсем. Наш дорогой Илья похож на джинна! Это, конечно, не совсем черт, но где-то близко. Ночью встретишь, в штаны с испуга наложишь. Помнишь, даже Святогор испугался. Просто мы привыкли к нему, а так…

Илья немедленно загордился.

– Что, страшен я? У-у, как сейчас напугаю! – завыл он, подняв обе руки вверх и изображая из себя джинна. – Всех превращу в жучков, в паучков, в тлю позорную!..

Тут Яромир оглянулся и увидел, что они не одни. По крайней мере, десятка два оборванных, скелетообразных дехкан пялились на них, сжимая в руках кетмени и лопаты. Яромиру они живо напомнили лодимерских огородников, живущих своими грядками, где, кроме репы, капусты и колючих огурцов, почему-то ничего не вырастало.

– Что, братцы, уставились? – весело спросил Яромир, поигрывая метлой. – Лодимерских богатырей не видели? Так вот они – мы! По вашу душу пришли!

Дехкане как один повалились в пыль и завыли от страха. Выли они на разные голоса, но так тоскливо, что Илья смахнул набежавшую слезу и засопел носом. Он подошел к ним, выбрал самого на его взгляд умного, с длинной седой бородой и бровями, как у Деда Мороза.

– Вставай, дедушка, поговорить надо!

Однако вместо того, чтобы встать, дедушка еще сильнее вжался в дорожную пыль.

– О, не губите меня, дети шайтана! О, порождения демонов, исчадия ада, не трогайте нас, ибо свою жизнь мы живем по воле Аллаха и не грешим, ибо не имеем возможности…

– А если бы вы имели возможность грешить, вы бы грешили? – удивился Яромир.

Старик поднял на него испуганные глаза, в которых нет-нет да и мелькали веселые чертики.

– Если бы мы имели возможность, о порождение тьмы, конечно бы мы грешили. Ведь грешат вельможи, стражники, купцы и даже, страшно сказать, сам великий халиф грешит помаленьку! Правда, мы не знаем, что такое грех, но, наверное, это что-нибудь очень приятное!

– Кушать халву – грех? – спросил Яромир.

– Конечно, грех, ведь она, наверное, вкусная…

– А мясо кушать грех?

– Грех, и очень большой. Оно тоже, наверное, вкусное!

– Чем же вы питаетесь?! – ужаснулся Илья. – Мясо не едите, халву не пробовали, небось, и рахат-лукум не ели!

– Ваша демоническая милость изволит издеваться над бедными крестьянами! – рассердился старик. – Мы кушаем рис, он совсем, совсем невкусный и от него в голове пустота, а в брюхе густота!

– Безобразие! – возмутился Алеша Попович. – До чего народ довели! Вот что, бедолаги, у меня есть с собой командировочные. Держите, делите на всех и купите себе нормальной еды. А мы пойдем к вашему халифу разбираться, что за безобразие тут творится.

Попович вынул кошелек, отложил несколько монет на дорогу, а остальные протянул старику. Богатыри переглянулись и тоже полезли за кошельками. На старика было жалко смотреть. Он поднялся на ноги, шлепнул по затылкам тех, кто еще продолжал лежать в пыли, и с достоинством поклонился.

– Я не могу принять дар от шайтанов! – гордо ответил он, отводя руку Поповича в сторону.

– Дедуля! – Яромир приобнял старика за плечи. – Ты что, шуток не понимаешь? Ну какие мы на фиг шайтаны? Мы как раз наоборот! А потом, где ты видел, чтобы нечистая сила делала подарки? От них не дождешься, по своему опыту знаю.

– Так вы не шайтаны? – засомневался дед.

– Мы святорусские богатыри! – с гордостью заявил Илья Муромец и постучал по широкой груди. – Мы сами с шайтанами активно боремся!

– У нас нечисть по улицам не гуляет, – бросил Яромир. – Чуть высунется, ей по зубам, по зубам! А она этого не любит… Так что бери, дедуля, динары, и поправляйся. А то вон дошли до ручки: кожа да кости!

Расставшись с крестьянами, богатыри вошли в город, обсуждая первую встречу с местным населением. Надо сказать, что в город они вошли не в ворота, каковые хоть и были, но находились в крайне запущенном состоянии, а со стороны огородов. Здесь текли многочисленные ручейки, называемые арыками, они орошали яркую, но все равно какую-то скудную зелень. Местные огородники, увидев богатырей, впадали в ступор. Четыре несравненных бугая с метлами на плечах производили неизгладимое впечатление. Особенно один, здоровый, как башня, с фиолетовыми кудрями.

– А что, братцы, мне здесь даже нравится! – заявил Илья, сворачивая в очередной переулок. – Чисто, тихо. Народ приветливый…

– Не приветливый, а напуганный, – поправил его Добрыня. – Ты вот что… Сними свои кудри до поры до времени. Нам ведь к халифу надо, а в таком виде, сам понимаешь…

Илья обиженно крякнул, но остальные богатыри Добрыню поддержали.

– Верно Никитич говорит. Поскромнее надо быть, неча выпендриваться, а то еще подумают, что мы не той ориентации!

Эти слова принадлежали ученому Поповичу и весьма заинтересовали Яромира. Алеша как мог пояснил ему суть вопроса. Но Яромир все равно не понял.

– Что-то я, братцы, не догоняю! У нас ориентация на халифский дворец. Нам командировочные подписать надо! Где тут дворец? Эй, малой! – Он схватил за шиворот пробегавшего мимо мальчишку. – Тебя как зовут, Васька?

– Ахмедка! – тут же обиделся мальчишка. – За что меня так назвал? Я правоверный!

– Я тоже православный, – строго сказал Яромир, – а на глупости не обижаюсь. Так что учись, бери с меня пример.

– Пусти, – захныкал малец. – Ты вон какой здоровый! Если бы я был таким, я бы тебе показал!

– Наш человек, – улыбнулся Илья. – Не обижайся, Ахмедка. – Просто всех мальчишек, которые нам попадались, звали Васьками. Вот мы и подумали, что ты тоже Васька!

– Сын Афанасия Никитина, – зачем-то добавил Добрыня.

– Есть у нас такой! – живо откликнулся мальчишка. – Он на соседней улице живет. А я – Ахмедка. Правда, тоже – Никитин. Папашка у нас один, а вот мамки – разные.

Тут уж настала очередь удивляться богатырям. Кое-как пережив такую новость, Яромир задал пацану главный вопрос:

– Слышь, Ахмедка, где у вас дворец халифа?

– А зачем он вам? – насупился парнишка. – Халиф у нас хороший, не надо его трогать!

– Мы и не собираемся! – рассердился Яромир. – Мы чужеземцы. Хотим поздравить его величество с нашим прибытием.

– А метла вам зачем? – засомневался Ахмедка.

– Вот ведь какой въедливый! Будем мести дворцовую площадь, – соврал Добрыня. – Мусора у вас много.

– Так бы сразу и сказали, что вы дворники! – обрадовался малец. – А то темнят, строят из себя… Вон он, дворец, видите, купол над городом торчит? Вот и топайте туда, не ошибетесь!

– Спасибо, друг, – серьезно сказал Муромец и попытался потрепать мальчонку по голове, но Ахмедка извернулся и едва не откусил ему палец. Яромир от неожиданности выпустил мальца, и тот мгновенно скрылся в ближайшем переулке.

– Что за молодежь пошла! – начал было Илья, но в это время послышался стук каблуков, лязг железа и дорогу богатырям преградил отряд стражников.

– Эй, кто такие! – сердито гаркнул толстый коротышка в новенькой кольчуге, шелковых шароварах и сафьяновых сапогах. На поясе у коротышки висела богато украшенная сабля. Он встал перед богатырями, уперев руки в бока и всем своим видом показывая, что он здесь – начальник.

– Братцы, да это же здешний Блудослав! – обрадовался Илья. – Привет, Блудя!

– Что?! Кто-о?! – Круглое лицо начальника стражи пошло пятнами. – Как вы меня назвали? И это при исполнении! Все слышали?!

– Все! – нестройными голосами загудели стражники, пытаясь взять богатырей в кольцо.

– Ты, Блудя, с нами не шути! – строго сказал Илья. – Ты при исполнении, мы тоже при исполнении. Кстати, а что это у тебя сзади, на штанах?

– А что там, на штанах? – забеспокоился начальник стражи и завертелся, пытаясь рассмотреть свою филейную часть. В какое-то мгновение он оказался к богатырям спиной и Яромир не смог сдержаться. Сапог богатыря с хрустом врезался в боевую задницу командира. Начальник стражи взмыл в воздух, но не упал, поскольку был перехвачен Добрыней. Могучий сапог Никитича перепасовал его Поповичу. Алеша принял стражника на грудь и добавил коленом, посылая его Илье. И тут уж Муромец показал класс. Сапог богатыря со свистом вошел в соприкосновение с начальником стражи. Незадачливый командир взвился в воздух и, пролетев между двумя минаретами, скрылся с глаз. Но еще минуты две над городом висел протяжный и тоскливый вой.

– Один-ноль! – твердо сказал Илья, словно ставя точку в игре, и уставился на обалдевших стражников. Они сделали шаг назад и дружно заклацали зубами, щитами и саблями.

– Долго будем так стоять? – недобро осведомился Добрыня, сверля глазами притихших стражей порядка. – Сейчас как дам метлой промеж глаз!

– Ка-ра-ул! – фальцетом пропищал самый здоровенный и, развернувшись на месте, бросился наутек. Остальные припустили за ним.

– Все как у нас, – вздохнул Муромец. – Ну никакой разницы, верно я говорю? Против ОМОНа никто не попрет!

– Никто! – хором согласились богатыри и в самом благодушном настроении продолжили путь. Впрочем, спокойствие продолжалось недолго. Когда они вышли к дворцовой площади, оказалось, что вся она запружена войсками.

На белом ишаке гарцевал толстяк в роскошном халате, с огромной саблей в руке. Его коротенькие ножки болтались, не дотягиваясь до стремян. Он подбадривал воинов, торопил опоздавших, а заодно красовался перед публикой, которой тоже собралось немерено.

– К нам прибыл враг! – громко кричал коротышка на белом ишаке. – Он проник в сердце нашей родины, в Хохломабад! Шпионскими тайными тропами вошел он, чтобы захватить в плен нашего несравненного халифа, да пошлет ему Аллах долгих лет жизни! Но мы не отдадим нашего дорогого, нашего любимого халифа без боя! Только после боя мы его отдадим и будем плакать горькими слезами! Мы будем сопротивляться до последнего стражника! Ура!

– Ура! – нестройно подтянули стражники.

– Пошел отсюда, трус несчастный! – послышалось из толпы.

– Что-о?! – взвизгнул командующий. – Кто меня послал? Молчите? А может, кто-то хочет прогуляться в тюрьму? Тут недалеко, и местечко мы найдем подходящее. Есть у меня специальный подвальчик для всяких недовольных! А может, кое-кому зубы жмут? Так мы поможем, разредим… – Тут всадник на белом ишаке запнулся, увидев богатырей.

– Вот они! – заверещал он. – Вперед, мои верные нукеры! Схватить! Скрутить! Повалить!

В следующую секунду он пустил своего ишака галопом, только не на врага, а наоборот, в тыл, и мгновенно скрылся за спинами вооруженной стражи.

Угрюмо бряцая оружием, войско поперло на богатырей.

– А вот теперь надевай парик! – шепнул Яромир Илье Муромцу. Илья понимающе хмыкнул, расправил усы, подмигнул друзьям, и в следующую секунду фиолетовые кудри окружили сияющую физиономию богатыря.

По толпе прокатился дружный вздох. Войско остановилось.

– Бахыт компот! – прошептали стражники, идущие в первых рядах, и, дружно развернувшись, пошли назад. Но идущие в задних рядах еще ничего толком не видели и продолжали напирать.

– Куда прете! – заорали стражники, вовсю работая локтями.

– А вы куда? – злобно откликнулись в дальних рядах. – Сказано наступать!

– Вот и наступайте, а нам чего-то не хочется! – запаниковали первые ряды.

– Ты мне на ногу наступил, сволочь!

– А ты не лезь!

– Ах так?! – В следующее мгновение отступавший стражник отвесил наступавшему крепкую оплеуху. Тот, конечно, не остался в долгу. Через минуту богатыри стали свидетелями грандиозного побоища. Стражники молотили друг друга с усердием, достойным лучшего применения. Время от времени они оглядывались на буйные фиолетовые кудри и принимались за дело с новыми силами.

– Вот это, я понимаю, встреча! – восторженно пробасил Илья. – Не-ет! Что ни говори, а у нас так встречать не умеют. Ты глянь, как стараются!

Стражники и в самом деле старались. Встретиться лицом к лицу с фиолетовым монстром никому не хотелось, поэтому площадь довольно быстро стала пустеть. Побоище разделилось на отдельные группки, а вскоре и они куда-то исчезли. Исчезли и зрители, причем Яромир даже не успел заметить, когда это произошло. Площадь перед дворцом была усеяна выбитыми зубами, порванными кольчугами, потерянными в пылу боя камилавками и даже штанами.

– Ну что? – прищурился Илья. – Пойдем во дворец или… – тут он многозначительно посмотрел на метлы.

– Согласен! – кивнул Яромир. – Подметем слегка, все почище будет!

Через минуту халиф вместе с вельможами, затаив дыхание, наблюдал, как богатыри наводят перед дворцом идеальный порядок.

– Это кто? – прошептал томно халиф, подставляя лицо под опахала. Опахальщики работали в ускоренном режиме. Кумарщик, как насос, тянул из кальяна сладковатый дым, направляя его прямо в лицо царственной особы. Опахальщики умело подгоняли кумар к ноздрям его величества, а его величество, зажмурившись, вплывал в привычное состояние легкого балдежа.

Впрочем, это приятное состояние не касалось самого кумарщика. Он тоже вынужден был подойти поближе к окну. Вдобавок ему пришлось тащить на подносе тяжелый кальян. В результате кумарщик больше затягивался, нежели выдыхал, и очень скоро обкумарился до такой степени, что выронил кальян и упал, потеряв сознание. Опахальщики растерялись, но не растерялся его величество.

Пренебрегая техникой безопасности, подгоняемый вожделением, он сунул в рот конец мундштука и принялся увлеченно сосать дым. Насосавшись до синевы, он снова выглянул в окно.

– О! Теперь я понимаю, кто это! – торжественно заявил халиф, с презрением глядя на испуганных царедворцев.

– Это наши новые дворники! Вот как работать надо! Вжик-вжик! А вы хотели их войсками затравить? Средь нас измена?!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю